Читать онлайн Никогда не обманывай герцога, автора - Карлайл Лиз, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Никогда не обманывай герцога - Карлайл Лиз бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.67 (Голосов: 27)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Никогда не обманывай герцога - Карлайл Лиз - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Никогда не обманывай герцога - Карлайл Лиз - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Карлайл Лиз

Никогда не обманывай герцога

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

Контора «Невилл шиппинг» была набита всякими этажерками, столами и множеством ящиков так, что готова была лопнуть. В открытые окна, большинство которых имело широкие белые ставни, врывался шум порта, и люди шныряли туда-сюда и с такой частотой, что входные двери практически никогда не закрывались. Помещение было крошечным, и в нем стоял знакомый запах чернил и чистой бумаги, как когда-то в конторе его дедушки – Ксантия всегда говорила, что так пахнет зарабатывание денег.
За стоящей у окон конторкой на высоком стуле сидела девочка с серьезными глазами и длинными темными волосами, доходившими до самой талии. Зажав в руке писчее перо и высунув кончик языка, она склонилась над бумагами.
Гейбриел приблизился к ней на шаг, и девочка отложила перо.
– Привет, – робко сказала она. – Ты мальчик, которого нашел Люк?
Гейбриел кивнул и перевел взгляд на ее стол.
– Что ты делаешь?
– Копирую контракты. – Девочка улыбнулась. – Это ужасно скучно, но Люк говорит, что так я выработаю хороший почерк. Я Зи. А тебя как зовут?
– Замечательный вопрос! – Мужчина по имени Люк Невилл вернулся назад из своего кабинета. – Как твое имя, парень? Мы здесь должны знать, как тебя называть.
Они собираются позволить ему остаться?
– Мое имя… Гейбриел, сэр. – Он почувствовал, что теряет силы от радости. – Но это имя мне теперь не нравится.
– Чувствуешь на своем затылке горячее дыхание преследователей, да? – Люк Невилл широко улыбнулся. – У тебя есть другое имя, которое тебе больше нравится?
– Гарет, – ответил он. – Просто Гарет Ллойд, сэр, если это можно.
– Люди часто приезжают на острова, чтобы скрыться, – рассмеялся мужчина. – Итак, Гарет Ллойд, скажи мне, как у тебя дела с арифметикой? Есть у тебя склонность к цифрам?
– Мне нравятся цифры, сэр, – с готовностью кивнул Гейбриел. – Я держу их в голове.
Люк Невилл чуть присел, упершись руками в колени, и заглянул Гейбриелу в глаза.
– Итак, если у меня в трюме пятьдесят ящиков с бананами, каждый из которых дает один фунт двенадцать шиллингов прибыли, но по пути в порт я потерял сорок процентов из-за черной гнили, какова будет моя прибыль? И сколько я потерял?
– Вы потеряете тридцать два фунта на двадцати испорченных ящиках, сэр, – без запинки ответил Гейбриел. – И получите сорок восемь фунтов прибыли на тридцати хороших ящиках.
– Ну, отлично! – Люк Невилл в изумлении поднял брови. – Думаю, мальчик, мы сможем найти для тебя какую-нибудь работу.
* * *
Когда в тот же день позже Гарет в парадном холле провожал Джорджа Кембла, туда из оранжереи зашла Антония, неся на руке корзину с розами. На ней было желто-зеленое прогулочное платье, а волосы она уложила так, что они спадали на одну сторону – в общем, вид у нее был восхитительный.
– Мистер Кембл, неужели вы не останетесь? – Она торопливо подошла к мужчинам. – Прошу вас, останьтесь, хотя бы на обед.
– К сожалению, неотложные дела призывают меня в Лондон, ваша светлость, – ответил Кембл, отвесив изящный поклон. – Но я, несомненно, остаюсь вашим покорным слугой.
– О, мистер Кембл, вы способны быть кем угодно, – глаза Антонии заискрились смехом, и она протянула ему розу, – но, по-моему, покорность никак не входит в число ваших качеств.
– Это, должно быть, последний цветок в сезоне, – с улыбкой протянул Кембл и, сломав стебель, аккуратно заткнул розу за ленту на шляпе. – Ну, вот так. А теперь передайте мои наилучшие пожелания миссис Уотерс, у меня не было возможности сделать это лично.
– Да, я попросила Нелли вылить в ночной горшок все мои успокаивающие средства, – призналась Антония. – Она была очень довольна.
– Лекарства, которые прописал Осборн? – Гарет взял ее под руку и бережно притянул к себе. – Признаюсь, я собирался просить вас не принимать их. Один Бог знает, что они могли содержать в себе.
– Честно говоря, на самом деле я редко принимала их, – призналась Антония. – Но думаю, что большинство из них безвредны.
– Вполне вероятно, – согласился Кембл. – Скорее всего изначально его намерения были не столь гуманными, но кашель Уорнема перед свадьбой навел его на мысль, что можно не позволить матери совершить откровенное убийство, а действовать иначе, с помощью лекарств.
– Это ужасная трагедия, – грустно заметила Антония. – Я думаю, доктор Осборн хотел, чтобы люди зависели от него. Но я намерена обходиться без всяких лекарств. Отныне если я не смогу уснуть… – она замолчала и немного кокетливо посмотрела на Гарета, – то наверняка найду чем заняться.
– Хм! – Мистер Кембл водрузил себе на голову элегантную высокую касторовую шляпу. – Пожалуй, мне лучше отбыть.
– Мистер Кембл, – Антония положила руку на рукав его сюртука, – могу я вас еще кое о чем спросить?
– Разумеется, ваша светлость, – ответил Кембл, проворно снимая шляпу.
– Как вы думаете, доктор Осборн сожалеет? – спросила она, тщательно обдумывая свои слова. – Особенно о двух герцогинях, которые умерли? Ведь он с готовностью признался в том, что все знал. Разве он не мог настоять, что он законный наследник, и заставить нас посмотреть документы его матери? Возможно, даже оспорить герцогский титул?
– Великолепный вопрос! – улыбнулся Кембл. – К сожалению, мы нашли Библию, ваша светлость.
– Да, у меня не было возможности сказать вам об этом, дорогая, – извинился Гарет. – Она лежала у меня на книжной полке, и внутри ее мы нашли все документы миссис Осборн, включая запись о ее браке с Жаном де ла Круа. Осборн был уверен, что признается в том, что нам уже известно, или в том, что мы скоро узнаем.
– А вы, мистер Кембл, поступили очень умно, заставив его в это поверить. – Антония чуть заметно улыбнулась. – Но вы оба верили в то, что доктор Осборн – убийца?
– Я считал его корыстным и безжалостным, как и его мать, – глубоко вздохнув, ответил Кембл. – Но зашел ли он так далеко, чтобы преднамеренно убивать? Нет, не думаю.
– Мне кажется, у него нет склонности к этому, – покачал головой Гарет.
– Что теперь с ним будет? – слегка нахмурившись, поинтересовалась Антония.
– Не могу сказать, – ответил Кембл. – Сомневаюсь, что он совершил нечто такое, за что его с успехом можно было бы арестовать, за исключением, возможно, того, что он поставил неправильный диагноз Уорнему. Он нашел астму, которой у того не было, но что можно сделать, чтобы это доказать? Мы же не можем выкапывать беднягу. Возможно, Осборн и причастен в какой-то степени к интригам его матушки, но ее действия по прошествии стольких лет будет трудно доказать.
– Пожалуй, это хорошо, – тихо сказала Антония. – Меня немного удивляет, что мой муж ни о чем не подозревал. Думаю, если бы он любил своих жен, то у него наверняка возникли бы какие-нибудь подозрения. Верно?
– Я не могу понять таких людей, дорогая, – покачал головой Кембл.
– И я тоже, – присоединился к нему Гарет. – Но теперь с этим покончено, Антония. Покончено раз и навсегда.
Они втроем вышли в сияющий день, где слева, над деревней, вышедшее из-за облаков солнце образовало неповторимое озеро света, а справа, возле каретного сарая и конюшен, звенели резкие и четкие удары молотков и визжали пилы. Взглянув вниз, Гарет увидел, что на дорожке стоит модный фаэтон Ротуэлла, а великолепные вороные жуют удила и нетерпеливо трясут головами.
– Боже правый, как вам это удалось? – с восхищением поинтересовался Гарет.
– Или этот экипаж, или двуколка. Но не могу же я возвращаться в Лондон с почетом и славой в двуколке, – объяснил Кембл. – И кроме того, в этой штуковине Ротуэлл представляет собой опасность для всего населения.
– Но как он сам доберется домой?
– О, – усмехнулся Кембл, – через день-другой я пришлю за ним свое ландо.
Когда Кембл забрался на высокое сиденье и взял у грума поводья, Гарет посмотрел на него и серьезно сказал:
– Я действительно не знаю, как вас благодарить. Я и Антония очень вам обязаны.
Было заметно, как у Кембла слегка приподнялись его изящные черные брови.
– Бог мой, разве Ротуэлл не сказал вам? – Он помахал кнутом. – Я пришлю вам счет, причем немалый, если не получу приглашения.
– Приглашения? – Гарет растерялся. – Какого приглашения?
– Разумеется, на свадьбу. – С этими словами Кембл коснулся кнутом полей шляпы, а затем щелкнул им над головами лошадей Ротуэлла, и фаэтон в мгновение ока рванулся с места.
В этот момент дверь позади Гарета отворилась, и появился сам Ротуэлл. Он выглядел весьма утомленным и, защищаясь от солнца, прикрывал рукой глаза.
– Значит, уехал, да? – спросил Ротуэлл. – Подождите! Боже правый! Он уехал в моем фаэтоне?
– Ну… да, – ответил Гарет.
– Черт побери, Гарет! – Ротуэлл, не веря своим глазам, смотрел на Гарета. – И ты позволил ему взять мой фаэтон! А я собрался в деревню. Как, черт побери, я теперь доберусь туда?
– Ты можешь пойти пешком, – предложил ему Гарет. – И в этом случае сбережем мои ворота.
– Мне очень жаль, но если вы решили ссориться с лордом Ротуэллом, то вам придется подождать, – нежно промурлыкала Антония, беря Гарета под руку. – Я первая пришла сюда, и у меня есть о чем поспорить с вами.
Фыркнув, Ротуэлл отступил назад и, покачнувшись, повернулся к дверям.
– Уступаю, мадам.
Чувствуя, что у нее внутри все сжалось, Антония пригласила Гейбриела в оранжерею и, закрыв дверь перед любопытным взглядом лорда Ротуэлла, повела свою жертву к маленькому фонтану, окруженному декоративными пальмами. У Антонии было такое ощущение, словно ее голова все еще кружится от невероятных событий, произошедших в этот день. Но теперь она мыслила совершенно ясно. В действительности так бывало всегда, когда дело касалось Гейбриела. С самого первого раза что-то внутри ее тянулось к Гарету – к его силе, его внутренней доброте.
Его густые золотистые волосы отросли и спадали вперед, на глаза, казавшиеся усталыми и крайне встревоженными.
– Забавно, правда? – заговорила она, взяв Гейбриела за руку. – Как раз в тот момент, когда золотое яйцо почти оказалось у него в руках, Осборн зарезал курицу.
– Я склонен думать, Антония, что в конечном счете мы все получаем то, что заслужили, – мягко улыбнулся ей Гейбриел.
– Но ты же не думаешь, что заслужил все это, – вскинув подбородок, тихо возразила Антония.
– Что – все, дорогая?
– Дом. – Она кивнула в сторону парадного зала. – Землю. Герцогство. На самом деле я боялась, что сегодня утром ты предложишь Осборну забрать все это и повеситься, – наполовину в шутку сказала Антония.
– О, дорогая, на короткое мгновение такая мысль пришла мне в голову, – признался Гейбриел. – Но потом я понял…
– Что, Гейбриел? – Антония осторожно положила руку на лацкан его сюртука и придвинулась ближе. – Что ты понял?
– Я понял, Антония, – улыбнувшись, с некоторой грустью заметил Гейбриел, – что мужчину, который трудится день-деньской в конторе судоходной компании в Уоппинге, никогда не будут считать вполне подходящим для… тебя человеком.
Склонив голову набок, Антония несколько секунд смотрела на него светлыми голубыми глазами.
– Кто не будет считать? Неужели в этом случае чье-то мнение, кроме моего, имеет для тебя значение? Ты должен понять, Гейбриел, что я больше не собираюсь строить свою жизнь по чужим стандартам.
– Антония, ты можешь пожалеть о своем выборе, – тихо сказал Гейбриел, глядя на их соединенные руки. – Ты же знаешь, что я желаю тебе только счастья.
– И я тоже решила, Гейбриел, что буду счастливой, – прошептала она. – Я просто безумно хочу этого. Я слишком долго была несчастной, но теперь с этим покончено. Когда мы спорили в павильоне, я уже сказала тебе: на этот раз я намерена сражаться за свое счастье.
– Ты в этом уверена?
– А как ты думаешь? Я намерена получить столько счастья, сколько смогу.
– Антония, ты заслужила больше чем просто счастье. Теперь, когда у нас есть признание Осборна, твоя жизнь станет совершенно другой. Я не могу сделать реальными твои сказочные мечты или вернуть тебе потерянных детей, но у нас прекрасное начало – с тебя сняты все подозрения.
– Мне больше не нужны волшебные сказки, Гейбриел. Я хочу полноценной жизни и реальной любви.
Он нагнул голову и взял обе руки Антонии в свои.
– Антония, я знаю, что в прошлом делал много таких вещей, за которые… мне стыдно…
– О, Гейбриел, – перебила его Антония, и ее глаза стали светлыми от боли, – все совсем не так! Не ты делал, а с тобой делали. А это не одно и то же! Я говорю не только о… физических мучениях, которые ты был вынужден терпеть, но и о том, как обращались с тобой здесь – твой кузен и другие, о том, что ты остался без присмотра, о стыде, который тебя заставляли чувствовать. Это… разбивает мне сердце.
– Мы все делаем выбор, Антония. – Гейбриел посмотрел на нее с глубокой болью. – И я сделал выбор, о котором теперь жалею.
– Гейбриел, тринадцатилетние мальчики не могут сделать подобный выбор, – резко оборвала его Антония. – Они выбирают между тем, спрягать ли им латинские глаголы, отправиться ли бросать камешки по воде, бегать босиком по высокой траве или танцевать под дождем без шапки, или делать еще тысячу других глупостей, которые маленьким мальчикам запрещают делать. Но ты не выбирал себе побоев и… О Господи! – Она крепко зажмурилась.
– Ты не можешь даже произнести это, – прошептал Гейбриел. – Тебе противно.
Собравшись с силами, Антония заставила себя открыть глаза и посмотрела ему прямо в лицо.
– Да, я не могу даже произнести это, – глухо повторила она. – Но не ты это выбрал. Я не настолько слаба духом, Гейбриел, чтобы не могла понять разницу.
– Нет, Антония, ты не слабая, ты сильная! – с горячностью воскликнул Гейбриел. – У тебя был эмоциональный срыв – по вполне понятной причине. Но ты непременно восстановишься.
Антония начинала верить, что он прав.
– Было время, Гейбриел, когда меня считали выгодной партией – я была очень молода, наивна и ничего не знала о жестокости мира. Теперь ко мне вернулись уверенность и сила. Но все же бывают дни, когда мне кажется, что я уже не смогу стать хорошей женой. Доктора сказали, что со мной «плохо», и это звучит так, словно я больна. Но я не больна, а просто разбита на кусочки. И в самые мрачные свои дни я все еще боюсь, что никогда снова не буду целой.
Гейбриел улыбнулся:
– Быть может, Антония, для правильного человека ты из кусочков будешь лучше, чем кто-либо другой, целый и совершенный?
– О, Гейбриел! – с еще большей грустью выдохнула она. – Это так чудесно! Я знаю, что в твоей жизни был такой совершенный человек – задолго до меня – и из этого ничего не вышло. Мне хотелось сказать, что я сочувствую тебе, но… не жалею об этом. Я жадная. Я бы не отдала тебя обратно, даже если бы это было в моей власти. Я слишком люблю тебя, чтобы не быть эгоисткой.
Гейбриел привлек Антонию к себе и прижался щекой к ее щеке.
– Все совсем не так, Антония. Ничего подобного не было. То, что я чувствовал к Зи, – скорее, желание защитить ее. Мы оба росли в тяжелых, подчас нищенских условиях, и я чувствовал, что она не станет резко осуждать меня. И я боялся потерять единственную семью, которая была у меня. Но то, что я чувствую к тебе, Антония, не идет ни в какое сравнение и не поддается никаким объяснениям. Это любовь, от которой у меня останавливается дыхание, она приводит меня в благоговение.
– Тогда попроси меня выйти за тебя замуж, – шепнула она и, потянувшись вперед, обвила руками его шею. – Попроси, Гейбриел, и я буду самой лучшей женой. Попроси, и мы сделаем друг друга сильнее. Я знаю, мы это сможем. Ну пожалуйста… попроси меня.
– Ты как-то сказала, дорогая, что мечтаешь о независимой жизни, – напомнил ей Гейбриел, заглядывая в ее бездонные голубые глаза. – И ты хочешь отказаться от всего этого ради того, чтобы выйти за меня замуж?
– О, Гейбриел, неужели ты не понимаешь? Эту независимость дал мне ты. Ты помог мне разорвать те страшные цепи, которые приковывали меня к прошлому. Я понимаю, что жизнь далека от совершенства – и даже ты, любовь моя, несовершенен. Но ты такой заботливый – очень, очень заботливый. Да, я бы отказалась от чего угодно, и делаю это добровольно.
– Ты не хочешь возвратиться в Лондон? – затаив дыхание спросил Гейбриел. – Ты знаешь, чего хочешь? Ты останешься со мной и будешь терпеть, если твой отец выразит неодобрение?
Антония кивнула, не говоря ни слова.
– Ну что ж, Антония. – Гейбриел сделал глубокий вдох. – Ты выйдешь за меня замуж? Свяжешь навсегда себя со мной? Будешь моей герцогиней? Так как ничто – ничто на свете – не может сделать меня более счастливым.


Барон Ротуэлл надвинул на глаза шляпу, чтобы спрятаться от солнца, и с достоинством зашагал в сторону деревни. Он не любил солнца, хотя с тех пор, как покинул Барбадос, вообще редко его видел. Подобные ему люди почти никогда не встают в такое время дня…
Дорожка вдоль подножия холма была не очень длинной, и Ротуэлл позволил себе на протяжении всего пути предаваться страданиям. Он собирался, как только вернется в Лондон, заставить Джорджа Кембла проглотить собственный великолепный жемчужно-белый зуб, хотя сначала, пожалуй, немного придет в себя и поспит. Ротуэлл решил, что непременно это сделает, однако в данный момент его звал более высокий и благородный долг. Барон редко делал что-либо возвышенное или благородное, но сейчас был намерен довести задуманное до конца.
Мартин Осборн жил в красивом старинном деревянно-кирпичном доме, который, несомненно, обошелся кому-то в кругленькую сумму, и имел приличный штат слуг. Один слуга проводил барона внутрь, другой передал извинения доктора – и не один раз, а дважды, а третий подал чай. В конечном счете Осборн, видимо, решив, что Ротуэлл вовсе не собирается уходить, появился сам. У него был сломан палец, а нос распух и приобрел неприятный красный оттенок, который, как Ротуэлл знал по собственному опыту, вскоре перейдет в синий, потом в лиловый, а в конце концов в отвратительный желтушно-желтый.
– Что вы сказали слугам? – без предисловия спросил Ротуэлл. – Что наткнулись на дверь?
Осборн затрясся от злости, но быстро взял себя в руки.
– Что я споткнулся и наткнулся на стул в кабинете герцога.
– О, буду знать, потому что мы все должны рассказывать одну и ту же историю.
– Прошу садиться, лорд Ротуэлл, – сдержанно предложил доктор. – И пожалуйста, скажите, что я могу сделать для вас.
– Видите ли, есть одно дело, Осборн, – начал Ротуэлл, потирая пальцами крылья носа. – Я размышлял над тем, что сегодня произошло, и совсем не уверен, что мировой судья здесь, в Уэст-Уиддинге, не придет в ярость, когда станет известно то признание, которое вы подписали.
– Это был несчастный случай, – прошипел доктор.
– Вы врач, Осборн, – заметил барон, – и не должны допускать никаких несчастных случаев. И давайте скажем откровенно: уж слишком много несчастных случаев произошло в этой деревушке, так что возникают вопросы и по поводу этого последнего. Серьезные, неприятные вопросы. Вам хочется на них отвечать?
– Вы чего беспокоитесь? – огрызнулся Осборн. – Это моя шкура, а не ваша. Кроме того, их все равно не избежать теперь, когда я написал это проклятое заявление.
– Я беспокоюсь потому, что новый герцог уже побывал в аду дважды, и будь я проклят, если допущу, чтобы он снова попал туда. Ему больше не нужно сплетен и намеков. Благодаря вам и вашему отцу их уже вполне достаточно, чтобы задохнуться. А что до того, чтобы избежать вопросов, то да, вы можете их избежать. Но для этого вы должны покинуть город. Нет, вы должны покинуть Англию и, желательно, Европу. Вы должны отправиться туда, где от Англии вас будет отделять огромное пространство воды.
– Вы что, не в своем уме?
– Вполне возможно, – отозвался Ротуэлл, – но сейчас это не имеет никакого значения. Здесь, в Лоуер-Аддингтоне, вы уничтожены, Осборн. Вам и так не суждено было стать богатым, работая в этой захолустной деревне, а теперь и подавно, как вы прекрасно понимаете. Но например, на Барбадосе… Правящий белый класс там омерзительно богат, а медиков мало, и их уважают. Это то самое место, куда, я убежден, вам следует отправиться.
– Я вовсе не собираюсь отправляться в забытую Богом Вест-Индию! – вытаращив глаза, возмутился доктор. – Там жарко, огромные насекомые и ужасные инфекционные болезни. Нет, я требую встречи с герцогом!
– Именно поэтому там так нужны врачи, – пожав плечами, логически обосновал свое предложение Ротуэлл. – И незачем вовлекать герцога в такие действия, которые впоследствии могут быть истолкованы как противодействие суду.
– А как вы сами, Ротуэлл? – тихо усмехнулся доктор. – Ставите себя выше закона?
– Давайте скажем так: я уверен, что могу более ревностно, чем ваш малокомпетентный мировой судья, защищать интересы семьи Вентнор. – Слегка улыбнувшись, Ротуэлл достал из кармана сюртука сложенный лист бумаги. – И английский закон, как я давным-давно понял, часто склонен защищать преступника, а не жертву. – Он протянул бумагу доктору.
– Что это?
– Подписанный мной договор, гарантирующий вам билет на фрегате «Семь футов» «Невилл шиппинг», – ответил Ротуэлл. – Каждую неделю в этот день он отчаливает с вечерним приливом из вест-индских доков. Вы поплывете на нем до Барбадоса, доктор Осборн, или будете иметь дело со мной. А мне в отличие от моего друга герцога нечего терять.
– Но… это же нелепо! – Осборн стиснул зубы.
– Между прочим, – продолжал Ротуэлл, – помните, что на тот случай, если вы, пребывая на Барбадосе, попробуете совершить какое-либо злодеяние, у нас есть копия вашего признания. Нельзя сказать, что я не пользуюсь здесь определенным влиянием, и, несомненно, прослежу за тем, чтобы вы понесли наказание по всей строгости закона.
– Вы считаете меня виновным в убийстве, – с оскорбленным видом заявил Осборн.
– Я думаю, вы виноваты как пить дать, Осборн, – по крайней мере в невнимательности, – ответил Ротуэлл. – Но герцогу и герцогине уже и так хватает злословия. Этот человек для меня как брат, так что можно сказать, что это мой свадебный подарок ему. Я избавляю его от всех этих проблем.
– Ваш свадебный подарок? – Осборн иронически фыркнул. – Значит, он ее уговорил?
– Надеюсь, что сейчас уже да. – Ротуэлл презрительно взглянул на него и поднялся с кресла. – Или, быть может, она уговорила его. В любом случае, Осборн, вашей она не станет никогда.
– Вы думаете, я этого не понимаю? – Лицо Осборна побелело от ярости. – Думаете, не понимаю? Что ж, пусть он ее получит. Она хрупкая, как севрский фарфор, так что желаю ему счастья. Во всяком случае, я никогда не стремился заполучить ее и никогда не буду грустить о ней. Никогда.
– Хотелось бы, чтобы мама снова сделала за вас грязную работу, да? – Ротуэлл грубо рассмеялся. – Нужно обладать огромной наглостью, чтобы до сорока лет прятаться за женской юбкой. – Осборн начал вставать из кресла, но Ротуэлл, подняв ногу, поставил сапог ему на грудь. – Ни слова больше, доктор, иначе вам удастся убедить меня, что вы совсем не так глупы, как стараетесь казаться. Теперь, сэр, я хочу получить от вас заверение в том, что вы отплывете на «Семи футах» и впоследствии ваша нога никогда не ступит на землю Англии.
– Или что? – заносчиво спросил Осборн. – Натравите на меня мирового судью?
Ротуэлл наклонился совсем близко к нему, желая, чтобы Осборн увидел его зрачки и всей своей кожей ощутил его гнев.
– А теперь послушайте меня, сэр, внимательно, – тихо произнес барон. – Мировой судья – это самый последний инструмент, необходимый для того, что можно сделать с вами. – Убрав сапог, он увидел, что Осборн дрожит, и понял, что выполнил свою работу. Широко распахнув двери, Ротуэлл отправился в долгий обратный путь через деревню и вверх по склону холма.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Никогда не обманывай герцога - Карлайл Лиз



Роман не очень. Она полоумная лунатичка, а судьбу гг- я даже в кошмарном сне представить страшно.
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизКатя
27.03.2013, 9.10





Роман немного затянут .но читать можно
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизМария
30.03.2014, 15.18





Неудачный роман на мой взгляд. Вместо приятного чтива, сплошное грузилово... Героям сперва бы с психологом пообщатся несколько сеансов, а потом уже и роман начинать. Если Вам нравятся психологические травмы и долгие беседы по этому поводу, то думаю роман покажется интересным.
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизЕлена
22.10.2014, 23.55





Я бы не сказала, что роман неудачный или не очень. Мне было интересно читать, было искренне жаль ггероев и хотелось для них счастья. Моя оценка 8,5
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизАнна
6.01.2015, 2.40





Я бы не сказала, что роман неудачный или не очень. Мне было интересно читать, было искренне жаль ггероев и хотелось для них счастья. Моя оценка 8,5
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизАнна
6.01.2015, 2.40





Книга понравилась, грустная.
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизОльга К
23.09.2015, 21.13





Слишком много мёртвых детей! И вообще читая всю серию романов этого автора, замечаю, что и из романа в роман секс становится у автора какой-то навязчивой идеей...Тут ещё и ГГ гомики насиловали! Удивительно, что он вообще остался норм.человеком! Стальной еврейский мальчик))
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизНикта
11.12.2015, 15.13





Слишком много мёртвых детей! И вообще читая всю серию романов этого автора, замечаю, что и из романа в роман секс становится у автора какой-то навязчивой идеей...Тут ещё и ГГ гомики насиловали! Удивительно, что он вообще остался норм.человеком! Стальной еврейский мальчик))
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизНикта
11.12.2015, 15.13





"Быть может для правильного человека ты из кусочков будешь лучше, чем кто-либо другой, целый и совершенный?" - вот об этом роман.rnПрочитала роман...и....какая-то надежда появилась...что все будет хорошо.
Никогда не обманывай герцога - Карлайл Лизалена
23.02.2016, 12.08





Klass +10
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизAnya
30.04.2016, 11.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100