Читать онлайн Никогда не обманывай герцога, автора - Карлайл Лиз, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Никогда не обманывай герцога - Карлайл Лиз бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.67 (Голосов: 27)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Никогда не обманывай герцога - Карлайл Лиз - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Никогда не обманывай герцога - Карлайл Лиз - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Карлайл Лиз

Никогда не обманывай герцога

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

Церковь Святого Георгия была белым зданием, похожим на башню. По сравнению с ней все окружающие ее строения выглядели крошечными. Застывшая в утреннем воскресном солнце колокольня отбрасывала тень, тянувшуюся до самой Кэннон-стрит и прямо до носков ботинок Гейбриела.
– Баббе, мне здесь не нравится, – прошептал он, крепко вцепившись в руку бабушки.
– Что значит «мне здесь не нравится»? – упрекнула она мальчика. – Это церковь, тателлах. Дом Божий.
– Не твоего Бога, – буркнул Гейбриел.
– Гейбриел, дитя мое, ты должен научиться быть одним из них, из этих англичан. – Она сжала руку внука. – Через несколько лет ты дорастешь до своего бар-мицва, понимаешь?
– Баббе, у англичан его нет. – Гейбриел подозрительно сощурился.
– О, есть, просто они называют это конфирмацией, – объяснила бабушка. – Твоей маме очень хотелось, чтобы ты ее прошел.
Гейбриел ничего не сказал, а только поскреб носком ботинка трещину в тротуаре.
– Ну же, тателлах, – поторопила его бабушка. – Поднимайся по лестнице и садись сзади. Тебе просто нужно делать то, что делают другие.
Гейбриел снова взглянул на церковь. Теперь мимо них по мощенной камнем дорожке толпой поднимался народ, а поодаль стояли дорогие экипажи.
– Баббе, ты не можешь пойти со мной?
– Не могу, – она погладила Гейбриела по щеке, – а ты должен, тателлах, потому что я обещала это твоей маме, а она обещала твоему папе.
– Но я его почти не помню!
– Это не имеет значения, – твердо сказала бабушка, ущипнув его за щеку. – Он до сих пор твой отец, и ты никогда не должен разочаровывать его.


– М-м-м, – Джордж Кембл выразительно причмокнул, – вы завариваете самый замечательный чай, миссис Уотерс. Это ведь ву-лонг из Южного Китая, не так ли?
– Это все, что осталось в чайнице Масбери, – ответила Нелли Уотерс, подозрительно посмотрев на него из-за стола экономки, и встала. Всегда в три часа дня слуги пили чай внизу, но все остальные уже давно ушли. – Чай там, на буфете, можете налить еще, если захотите.
– Присядьте, пожалуйста, миссис Уотерс. – Кембл легким движением руки указал вниз. – Мне так много нужно узнать о том, как ведется хозяйство герцога. Могу ли я рассчитывать на вашу помощь?
– Вам лучше расспросить Масбери, – ответила Нелли и села, несмотря на то что ее подозрительность не уменьшилась, – или Коггинза, они же верхние слуги.
– Да, но они могут не знать повседневных проблем, – притворно серьезно возразил Кембл и, улыбнувшись, закинул ногу на ногу. – Некоторых подробностей жизни, которые личные слуги имеют обыкновение обсуждать.
– Я не понимаю, что значит «имеют обыкновение обсуждать», но я понимаю, что то, чем вы интересуетесь, – это сплетни. Не делайте из меня дурочку, мистер Кембл.
– О, ничего подобного! – воскликнул Кембл. – Вы вовсе не дурочка. И именно поэтому я попросил миссис Масбери после чая оставить нас вдвоем.
– Все это прекрасно, – лоб горничной немного разгладился, – но я не собираюсь сплетничать о своей хозяйке.
– Разумеется. Кто бы стал вас после этого уважать? – Кембл полез в карман своей куртки и достал оттуда серебряную фляжку с гравировкой. – Немного от простуды? – Он наклонил фляжку над чашкой Нелли.
– И я не поклонница алкоголя.
– О, дорогая моя, это же самый лучший французский арманьяк, прямо из Алжира.
– Ну если так, думаю, самая малость не повредит. – Соблазн был слишком велик.
– Ни в коей мере! – заверил горничную Кембл, наливая в ее пустую чашку изрядную порцию.
– Знаю я таких, как вы. – Придвинув к себе чашку, Нелли вдохнула аромат бренди. – Вы все здесь вынюхиваете, задаете всякие вопросы. Я ни на секунду не сомневаюсь, что именно за этим вас сюда и привезли.
– Боже мой, – лицо Кембла приняло грустное выражение, – не застилает ли ваши глаза недовольство, миссис Уотерс?
– Сэр, просто скажите мне напрямик, чего вы хотите, и я, быть может, смогу вам помочь. – Сделав приличный глоток из чашки, Нелли почувствовала себя свободнее. – А быть может, и нет. Но если вы попытаетесь силком вытащить что-то из меня, то не получите ничего, кроме неприятностей.
– Что ж, похоже, так, миссис Уотерс, – согласился Кембл, чувствуя, что она его убедила. – Герцог обеспокоен определенными слухами, касающимися смерти своего покойного кузена.
– Какими слухами? – Нелли насупилась.
– О, – несколько натянуто улыбнулся Кембл, – полагаю, вам это известно, миссис Уотерс. Как вы сами сказали, вы не дурочка.
– А, должно быть, слухи о том, что его отравили. Возможно, так и есть. Но мне нет дела до того, что болтают деревенские сплетники. Миледи этого не делала. Не приписывайте ей это. Уж если она и хотела отравить мужа, то не этого.
– Вы, конечно, намекаете на лорда Лембета, – понимающе кивнул Кембл. – Судя по тому, что я слышал, он вполне это заслужил.
– Он сам себя погубил, чертов дурень. – Нелли беспокойно заерзала на стуле. – Но что было, то прошло. Что еще вы хотите знать?
– Кто еще мог желать смерти последнего герцога?
– Господи, да можно составить целый список! – Нелли закатила глаза. – Это могут быть семьи тех двух крошек, на которых он был женат до этого, несколько слуг и граф Митчли – они все время ссорились из-за границ имения. В прошлом году это дело даже слушалось в суде, так сказал мистер Кавендиш. А еще герцог был зол как черт на Лодри, местного мирового судью, за то, что, как я слышала, тот задавал ему вопросы о смерти его третьей жены.
– Нынешний герцог сказал мне, что, по заключению деревенского доктора, герцога отравили ядом, нитратом калия, – кивнув, задумчиво произнес Кембл. – Это средство часто используется для лечения астмы, но обычно в виде ингаляций. Герцог был тяжело болен?
– Незадолго до свадьбы у него была простуда, – наморщив лоб, ответила горничная. – Дня два или три он кашлял, устроил страшную суматоху, все время требовал фланелевые пижамы и разогретые сковородки и до смерти загонял слуг. Да, герцог очень беспокоился о своем здоровье.
– Перед свадьбой? Вы уже были здесь?
– Лорд Суинберн хотел, чтобы у миледи было несколько дней на то, чтобы успокоиться, – немного подумав, объяснила Нелли. – И он хотел лично познакомиться с доктором Осборном – думаю, чтобы подготовить его. Доктор наверху слушал сердце миледи своей ушной трубкой – ее снотворные лекарства не действовали – и сказал, что кашель герцога похож на астму, поэтому, спустившись, он осмотрел и герцога. Через несколько дней кашель прошел.
– Интересно, – пробормотал себе под нос Кембл. – Скажите мне, миссис Уотерс, вы, случайно, не видели тело герцога, сразу после того как он умер?
– О да, в то утро именно я услышала, как старый Ноуэлл орет во всю силу своих легких. Я бросилась в спальню герцога и увидела, что он лежит на полу.
– Вы не заметили ничего необычного, миссис Уотерс? Например, в его лице?
– Именно об этом спрашивал и Лодри, – ответила Нелли. – Губы герцога выглядели очень необычно – они стали коричневатыми.
– А-а, понимаю. Скажите мне, был ли в спальне ночной горшок?
– Да, конечно, – ответила горничная. – Это была первая вещь, которую захотел увидеть доктор Осборн. Горшок был чуть ли не переполнен. Я сказала, что Масбери следовало бы хорошенько дать по башке тем горничным, но доктор объяснил, что это… признак.
– Отравления нитратом калия, – подтвердил Кембл. – Ваш мировой судья, мистер Лодри, осматривал содержимое аптечки герцога? И если да, то что он с ним сделал?
– Да, я ему показала, – ответила Нелли. – К тому времени Ноуэлл уже был ни на что не годен, и через пару дней Коггинз отправил его на пенсию, поэтому именно я показывала мистеру Лодри, что где находится.
– А что потом стало с вещами герцога?
– С его лекарствами и тому подобным? Ну, я сложила все в коробку и отнесла в кладовую. В хозяйстве все пригодится.
– И я того же мнения, миссис Уотерс, – с улыбкой согласился Кембл и быстро встал. – Не сочтите за труд показать их мне, – попросил он.
Нелли пересекла коридор, достала из кармана брелок с ключами и провела Кембла в узкую комнату с каменными лавками.
– Вот здесь, в буфете. – Она взяла большую коробку, битком набитую пузырьками и жестяными баночками.
– Боже правый! – изумился Кембл. – Он что, страдал ипохондрией?
– Никогда об этом не слышала, – на минуту задумавшись, призналась Нелли, – но прошлой весной у него появилась странная сыпь.
– И, как могу догадаться, герцог страшно испугался за свое здоровье? – усмехнулся Кембл.
– Говорят, Уорнем боялся, что может умереть, не дождавшись наследника, – мрачно улыбнулась горничная и подвинула коробку к Кемблу. – Но что касается меня, то я думаю, что он просто боялся встречи со святым Петром. По-моему, он совершил что-то такое, за что боялся быть призванным к ответу.
Отметив про себя, что горничная оказалась необычайно проницательной женщиной, Кембл принялся рыться в содержимом коробки.
– Зубной порошок, средство от головной боли, желчегонные средства, мазь от боли в суставах, – бормотал он, – и… А, вот оно!
– Да, это оно, – подтвердила Нелли, – лекарство от астмы.
– Господи, оно выглядит как обычное лекарство, – сказал Кембл, подняв к свету коричневый пузырек, и, вывернув пробку, заглянул внутрь, а потом понюхал содержимое.
– Не так пахнет? – с подозрением поинтересовалась Нелли.
– У него вообще нет запаха – так и должно быть.
– Значит, это именно то, что должно было быть? – с некоторым разочарованием спросила горничная.
– Вообще-то это опасное химическое вещество, – пояснил Кембл. – Ядовитое и даже взрывоопасное при определенных условиях. – Он не стал упоминать о других его применениях и поставил пузырек на место. – Я не вижу никаких предписаний по приему, – заметил Кембл. – Какую дозу принимал герцог?
– Большей частью герцог сам отмерял количество лекарства, – пожала плечами Нелли. – Можете спросить у доктора Осборна.
Но Кемблу это предложение не понравилось.
– А герцогиня когда-нибудь готовила для него лекарства?
– Возможно, один раз или два, – горничная сложила руки на груди, – но только в самом начале, когда он лежал в постели с простудой. Это же по-христиански, вам не кажется?
– К тому же это долг любой жены, – добавил Кембл. – Скажите, мог ли кто-нибудь из слуг войти в спальню герцога в ночь его смерти?
– Думаю, только если была веская причина.
– А кто еще регулярно бывал в доме?
– Ну, сквайр и леди Ингем бывают здесь по меньшей мере раз в неделю, – немного подумав, ответила Нелли, – приходский священник с женой, доктор Осборн часто приходит и уходит, его мать тоже имела обыкновение заходить, но она умерла вскоре после того, как мы с миледи приехали сюда. Ох да, в ту ночь у герцога были гости – двое из города. Один – барристер, сэр какой-то там, а другой – его племянник, лорд бог знает какой, родня по линии первой жены герцога.
– Надеюсь, Коггинз вспомнит их имена, – заметил Кембл. – Ну что ж, отлично! Благодарю вас, миссис Уотерс. Допьем чай?
В этот момент откуда-то издалека снизу по мощенному камнем коридору до них донесся тихий крик.
– Должно быть, это Джейн из буфетной. – Нахмурившись, Нелли широко распахнула дверь. – Бедное дитя. Этого дьявола нужно кастрировать.
Она уже собралась пойти вниз, в буфетную, но Кембл остановил ее, взяв под локоть.
– О нет, миссис Уотерс, предоставьте это мне, – весело сказал он.


В этот вечер за обедом было восемь человек. Гарет старался не смотреть через стол на Антонию, одетую в темно-лиловое платье с глубоким вырезом по плечам, которое позволяло созерцать всю прелесть ее изящной лебединой шеи. И он с трудом следил за витиеватыми рассуждениями преподобного Хэмма о важности благотворительности.
Миссис Хэмм, хорошенькая живая брюнетка, изо всех сил старалась снять неловкость поведения своего мужа попытками вовлечь в разговор остальных. Ротуэлл был готов пофлиртовать с ней, но ее положение жены священнослужителя обязывало его держаться в рамках приличий. В результате барон впал в довольно угнетенное состояние, из которого его не могли вывести никакие льстивые речи.
По окончании обеда Антония объявила, что, пока мужчины наслаждаются портвейном, в большой гостиной для дам будет подан кофе. Когда женщины, переговариваясь между собой, выходили из столовой, Антония посмотрела на Гарета ласковым и всепонимающим взглядом.
«Я сильная, Гейбриел. Не нужно меня недооценивать», – сказала она в Ноулвуд-Мэноре.
Он этого и не делал. На самом деле Гарет начинал подозревать, что у нее, возможно, хватит сил переломить его, но тогда… Что бы на самом деле ни произошло между Антонией и Уорнемом, Гарет все больше беспокоился об этой женщине. Он заметил, что рассказывает ей такие вещи, которыми никогда ни с кем не делился – с тех пор как Люк Невилл спас его жалкую шкуру, помог встать на ноги и добиться успеха.
Но поделиться несколькими грустными подробностями жизни совсем не то что вступить в интимные отношения, и Гарет был не настолько глуп, чтобы думать иначе. Вероятно, в Ксантии ему нравилось именно то, что она никогда не спрашивала его о прошлом. Наверное, Люк потихоньку рассказал сестре все, что ей полагалось знать. И возможно, то, что она узнала, удерживало ее от настоящих, серьезных отношений с Гаретом. Ксантия принадлежала к числу тех женщин, которые не живут одними эмоциями, – у нее была трезвая голова и, как часто казалось Гарету, холодное сердце.
Антония была совершенно другой. Гарет уже почувствовал, что она из тех женщин, которые не умеют скрывать своих чувств. Если Антония влюбится, то это будет глубокая, безграничная любовь, и у нее появится потребность делиться с любимым всем в жизни. Гарет только молился, чтобы она по-настоящему не влюбилась в него. Ей нужны были отношения, которых он не в силах дать, потому что существовало много такого, чем он просто не мог поделиться ни с кем. И Антонии больше никак нельзя было попадать в ловушку несчастного брака.
Дверь закрылась, и Гарет потерял вкус к портвейну. Ротуэлл закурил любимую сигару, а когда доктор Осборн пожурил его за это, глаза барона стали совсем темными – верный признак того, что у него окончательно испортилось настроение. После того как вино унесли, они еще немного посидели, Ротуэлл докурил сигару, и все направились в гостиную. В коридоре Гарет остановился и, положив руку на плечо Ротуэллу, спросил:
– Ты в порядке, старина?
– Могу сказать: в полном, – хмуро ответил барон.
– Здесь, в провинции, ты не находишь себе места. Ты скучаешь по Ксантии? Признайся.
– Нет, я беспокоюсь о ней. – Глаза Ротуэлла еще сильнее потемнели. – Гарет, что мы на самом деле знаем об этом Нэше? Зачем ему увозить ее на Адриатику?
– Мы знаем, что его выбрала Ксантия, – улыбнулся Гарет. – А ее суждения всегда были разумными. Быть может, твое настроение в последнее время больше связано с самим собой – с пустотой в твоей жизни, а не с изменениями в жизни сестры?
– За эти дни ты стал настоящим философом, – раздраженно бросил Ротуэлл. – Мне, черт возьми, это не нужно. Тебе что, своих неприятностей недостаточно и нужно лезть в мои?
– Ты приехал помочь мне, – с усмешкой напомнил Гарет, – и я готов отплатить тебе тем же.
Бросив на друга еще один мрачный взгляд, Ротуэлл направился в сторону гостиной.
– На свете нет ничего более раздражающего, Гарет, чем по уши влюбленный мужчина, – проворчал он. – Будь осторожен.
– Я не влюблен, – спокойно возразил Гарет. – Я просто… какое это слово ты только что употребил?.. Да, беспокоюсь.
– А я королева Нила, – громко фыркнул Ротуэлл.
– Послушай, Киран, ты сделал правильно, что привел сюда Кембла, – сказал Гарет, стремясь успокоить друга. – И спасибо тебе, что приехал сам, – честно говоря, мне очень приятно видеть твое лицо. Но не переживай за меня, старина. Возвращайся в Лондон, если хочешь, и знай, что, как только ты мне понадобишься, я пошлю за тобой.
– Да, пожалуй, – неопределенно отозвался Ротуэлл.
Когда они вместе вошли в гостиную почти вслед за остальными джентльменами, то обнаружили, что дамы ведут оживленную беседу с мистером Кемблом, который грациозно держал на одной руке поднос такого размера, что на нем вполне мог бы уместиться поросенок.
Гарет предложил джентльменам сесть и, когда все устроились, спросил:
– А где Меткафф?
– О, в буфетной произошло небольшое недоразумение, – ответил Кембл, неопределенно махнув рукой, и положил в сахарницу щипчики для сахара. – Я нечаянно сломал ему палец – ну, может, два или три.
– Вы… что? – переспросил Гарет, понизив голос.
– О, не имеет значения. Я не стану сейчас утомлять вас подробностями. Не желаете ли кофе, ваша светлость?
– Неужели у нас нет для этого слуг?
– А я кто такой, ваша светлость? – Кембл, улыбаясь, похлопал спинку пустого стула. – Живая приманка?
Гарету ничего не оставалось делать, как только представить его гостям как своего нового секретаря. Сэр Перси и преподобный Хэмм, казалось, были несколько обескуражены тем, что их знакомят с человеком, подающим им кофе, но Кембл оставил это без внимания.
– Чрезвычайно рад познакомиться с вами, – заявил он, раздавая чашки. – А с доктором Осборном мы уже знакомы.
– Да, мистер Кембл получил несколько болезненных ушибов во время переезда сюда из Лондона, – отозвался доктор Осборн, принимая свою чашку. – Надеюсь, компресс из горькой соли принес вам некоторое облегчение?
– О, я чувствую себя гораздо лучше! – улыбнулся Кембл. – Этой маленькой деревушке повезло – вы очень знающий врач, доктор Осборн. Интересно, у вас не было искушения перебраться на Харли-стрит и стать модным?
– О, вы не знаете нашего доктора Осборна! – воскликнул сэр Перси. – Он никогда не оставит нашу маленькую деревню.
– Безусловно, не оставит, – подтвердила леди Ингем. – И за этим стоит одна захватывающая история.
– Прошу вас, леди Ингем, – запротестовал доктор. – Думаю, существуют тысячи гораздо более интересных историй.
– Миссис Осборн рассказала мне, что, когда ее сын был еще совсем молодым человеком и новичком в деревне, он случайно встретил герцога, который вел свою любимую гнедую кобылу, – продолжала дама, отмахнувшись от слов доктора. – Герцог просто души не чаял в этой лошади. А как ее звали, доктор Осборн?
– По-моему, Аннабелла, – неохотно ответил Осборн.
– Да, вполне возможно. Во всяком случае, она стала хромать. – Леди Ингем выразительно закивала, отчего пурпурные перья на ее тюрбане опасно закачались. – Между герцогом и молодым Осборном завязался разговор о том, почему герцог ведет кобылу домой, и Осборн предложил мазь из льняного масла и… Господи, никак не могу запомнить…
– И белой ивы, – с явным неудовольствием подсказал доктор. – И кажется, еще немного камфары.
– И это спасло лошадь! Она больше никогда не хромала. Оценив способности и интуицию Осборна, герцог предложил Осборну выучиться на врача, чтобы в дальнейшем стать местным доктором, – закончила свой рассказ леди Ингем.
– Да, просто захватывающая история, – объявил лорд Ротуэлл, даже не пытаясь скрыть цинизма.
– Я всегда любил ботанику и естественные науки, – пояснил доктор, пожав плечами. – И просто оказался в нужном месте в нужное время. Его светлость был очень щедр и оплатил мою учебу в Оксфорде.
– О да, герцог всегда был щедрым человеком, – с готовностью подтвердила леди Ингем, обмахиваясь веером, – видно, ее привел в возбуждение драматизм рассказанной ею истории. – Вы только вспомните тот красивый кирпичный дом, который он выстроил в Уэст-Уиддинге!
– Работный дом? – уточнил Ротуэлл. – Полный восторг!
– Не сомневаюсь, что бедняки были в восторге, – засопев, возразила леди Ингем.
– И еще он поменял крышу на церкви, – сообщил преподобный Хэмм. – В июне мы обратились ко всем прихожанам с просьбой о пожертвовании – это был праздник святого Альбана. После службы герцог подошел ко мне и сказал, что готов заплатить целиком всю сумму.
– Я помню это, – сказала леди Ингем. – Это был ваш первый год службы в Сент-Олбане.
Гарет обратил внимание на то, что миссис Хэмм как-то беспокойно ерзает в кресле, а Кембл, продолжая прохаживаться по гостиной, осторожно отслеживает каждое ее движение.
За все время этого приятного обмена воспоминаниями Антония не проронила ни слова, но когда разговор наконец ушел в сторону от темы, касающейся ее покойного мужа, она сразу же предложила сыграть в вист. Образовали две команды, но Ротуэлл провел большую часть вечера, наблюдая за миссис Хэмм и потягивая коньяк Гарета.
Однако довольно скоро тяжкое испытание закончилось и гостей проводили кого до дверей, кого наверх.
– Что ж, – сказал Гарет, когда Кембл пришел наверх, чтобы раздеть его, – сегодня я чувствую себя очищенным, словно приобщился к церкви Святого Уорнема. А вы?
– Вы погибнете здесь от скуки, ваша светлость, если не найдете подхода к леди Прелесть, – предупредил Гарета Кембл, снимая с него сюртук.
У Гарета на кончике языка так и вертелся ответ, и он едва сдержался, чтобы не сказать, что удача в делах с леди Прелесть уже у него в руках, но пока он не очень уверен в том, что его отношения с Антонией можно назвать успехом. Сегодня, когда он наблюдал за ней во время игры в карты, у него на мгновение возникло ощущение, будто ему тупым перочинным ножом вырезают сердце. Антония была такой… очаровательной, возбужденной. На ее щеках появился румянец, и пока не зашел разговор о ее покойном муже, она живо реагировала на все вокруг. В первый раз за все время знакомства Гарета с Антонией она показалась ему счастливой женщиной.
– Обеды по понедельникам, – проворчат Гарет, слегка поморщившись. – Это то, что владелец имения обязан делать, чтобы выглядеть озабоченным благополучием своих соседей?
– А может быть, это действительно так?
– Откуда мне, черт побери, это знать? – пожал плечами Гарет. – Это традиция моего покойного кузена.
– У меня, ваша светлость, много клиентов и друзей среди аристократов, но никто из них не утруждает себя еженедельными обедами со своими приходскими священниками, не говоря уже о местных помещиках. Осборн – остроумный и интересный человек, но… – Кембл понес сюртук в гардеробную.
– Но… что? – Гарет последовал за ним в гардеробную, на ходу развязывая шейный платок. – Обеденные ритуалы – дьявольски скучное занятие, и если у вас есть план избавить меня от этого, выкладывайте поскорее.
– Нет, я не о том, – задумчиво протянул Кембл. – Я подумал об Осборне.
– Да? И что же?
– Сегодня вечером за кофе мне показалось, что он слишком внимательно смотрит на леди Прелесть, – выложил свои соображения Кембл. – А она почти… гм… сияла. Думаете, игра началась?
– Осборн? – Гарет почувствовал, как у него закипает кровь. – С Антонией?
– Не смотрите на меня так, – пожал плечами Кембл. – Я просто предполагаю.
Но Гарет тоже хотел бы это знать. Он вспомнил сцену в гостиной в свой первый вечер пребывания в Селсдоне. Доктор держал руки Антонии и, как показалось Гарету, заглядывал ей в глаза, но с тех пор Гарет ничего не замечал.
– По-моему, вы ошибаетесь. Он ее доктор, а она…
– …сумасшедшая. Во всяком случае, так говорят в лакейской, – сообщил Кембл, освобождая Гарета от жилета.
– Я не желаю, чтобы это произносилось в моем присутствии. – Стиснув зубы, Гарет посмотрел на него. – И я рассчитаю любого, кто себе это позволит – включая вас, Кембл.
Несколько секунд Кембл молча смотрел на него, а потом отрывисто рассмеялся.
– И вернете меня обратно к безотрадной, монотонной городской жизни?
– Ладно, но она не сумасшедшая, – огрызнулся Гарет, вспомнив, что Кембл находился здесь не по собственной воле. – Значит, это сказал вам сегодня Осборн? Что еще вы вытянули из этого бедолаги?
– Раз уж вы об этом заговорили, то могу сказать, что визит оказался весьма интересным. – Кембл задумался ненадолго. – Не могу сказать, на самом ли деле он верит в невиновность герцогини или защищает ее.
– Возможно, то и другое, – буркнул Гарет, ощутив внезапную необъяснимую слабость.
С каждым днем он все меньше и меньше беспокоился о том, кто убил Уорнема, и все больше об Антонии. Осборн сказал, что временами она теряет связь с реальностью, – «неуравновешенное состояние», как характеризовал это доктор.
Однако в последние несколько дней Антония выглядела более собранной, и когда Гарет случайно сталкивался с ней в доме, то замечал, что она все время чем-то занята – пишет письма или расставляет цветы. Но однажды Гарет не мог уснуть и спустился в библиотеку. Там он увидел Антонию, которая в ночной рубашке сидела с довольно странным видом, и склонившуюся над ней Нелли, ее заботливую горничную. Заметив его, миссис Уотерс приложила палец к губам, и он ушел наверх, поняв, что у Антонии опять приступ лунатизма.
– Осборн говорит, что, по его мнению, герцогиня поправляется, – вмешался в мысли Гарета Кембл. – В последнее время ей требуется меньше лекарств. Кстати, я вспомнил… Когда я сегодня утром навещал его, он сидел в небольшой очаровательной гостиной.
– В голубой, в передней части дома, да? – Гарет протянул ему помятый шейный платок.
– И там я увидел портрет, – продолжил Кембл, не обращая внимания на вытянутую руку Гарета, – потрясающе красивой молодой женщины с темными волосами и темными глазами. Ее лицо показалось мне знакомым.
– Я плохо помню этот портрет. И кто же она?
– Осборн сказал, что это его мать, – ответил Кембл. – Миссис Уотерс тоже упомянула о ней, но немного позже. Я сразу понял, что портрет мне кого-то напоминает, но не мог связать его с каким-то конкретным именем.
– Теперь уже ясно, что это портрет миссис Осборн, – заметил Гарет.
– Когда я ее знал, она была Селеста де ла Круа, – сообщил Кембл, оставив без внимания сарказм Гарета. – Да, это она; я считаю, что не ошибся.
– И кто же такая Селеста де ла Круа? – заинтересовался Гарет.
– Господи, вы же торчали в Вест-Индии! И к тому же были еще очень молоды. Селеста де ла Круа была красавицей и любимицей Лондона, если говорить коротко, не вдаваясь в подробности.
– Куртизанкой?
– Верно. Ее благосклонности старались добиться все. Должно быть, она перебралась в эти края провести остаток дней в полном покое.
– Откуда вы все это знаете? – с подозрением спросил Гарет. – Вы же сами тогда были еще ребенком.
– Моя мать была куртизанкой. – Кембл прервал свои умозаключения и, снова вернувшись к активной деятельности, выхватил платок из руки Гарета. – Пожалуй, самой знаменитой в свое время.
– Ваша мать знала эту Селесту?
– У матери было достаточно скандальных друзей. – Кембл направился обратно в гостиную. – И среди прочих была и belle
type="note" l:href="#n_3">[3]
Селеста. Но она была слишком красива, а мать не могла долго терпеть рядом с собой соперниц.
– Значит, Осборн – не настоящая фамилия доктора? – задал вопрос Гарет, прислонившись к дверям гардеробной.
– Почему? Может быть, и настоящая. Селеста – такая же француженка, как и вы.
Размышляя над этими словами, Гарет подошел к столику и налил в два бокала бренди.
– Есть еще что-нибудь, что я должен знать? – обратился он к Кемблу, протягивая ему бокал.
– Мне удалось, – Кембл постучал себя пальцем по щеке, – кое-что узнать о гостях, которых Уорнем принимал у себя в вечер убийства. Один из них – сэр Гарольд Хартселл, барристер, а другой – лорд Литтинг, бывший школьный приятель герцога, и он же племянник его первой жены. Колокольчик не зазвенел?
Лорд Литтинг… Гарет слишком хорошо его помнил.
– В детстве Литтинг часто проводил лето в Селсдоне, – ответил Гарет. – Герцогиня считала, что он оказывает благотворное влияние на Сирила. Но на самом деле он был настоящим забиякой. О барристере я никогда не слышал.
– Что ж, отлично! Похоже, они оба зануды. А теперь вернемся к слухам и сплетням…
– Боже правый, что еще вы разузнали за свои первые сорок восемь часов? – Гарет сел у камина и отхлебнул половину бренди.
– О, вы просто поразитесь! Взять хотя бы этого грубияна Меткаффа – он, между прочим, вас презирает. Вам это известно?
– Да. – Гарет крепко сжал в руке бокал. – Скажите мне – что вы сделали с его пальцами?
– Ах это! – Кембл сунул руку в карман. – В буфетной произошло небольшое недоразумение – он наткнулся на мою руку, на которой было вот это.
И Кембл показал Гарету тяжелую медную пластину с прорезанными в ней четырьмя отверстиями для пальцев. Он много повидал таких кастетов у моряков, пока был в их среде.
– Черт побери! – взорвался Гарет, едва не швырнув бокал. – Неужели он опять донимал эту несчастную кухонную служанку?! Да я сам переломаю ему все оставшиеся пальцы!
– О, до этого дело не дойдет, – успокоил его Кембл. – Итак, вам известно, чем вы заслужили неприязнь мистера Меткаффа?
– Понятия не имею, – бросил Гарет. – Но знаю, что он ненавидел меня еще до моего появления здесь, потому что я еврей.
– Да. – Кембл пожал плечами и убрал медяшку обратно в карман. – Но это лишь… одна из причин.
– Да? – Гарет с недоумением посмотрел на него. – А что еще?
– Ревность, – как само собой разумеющееся ответил Кембл. – Меткафф – незаконнорожденный ребенок старого герцога.
– Да не выдумывайте. – Гарет уставился на Кембла.
– А я не выдумываю, – возразил он. – Так говорит миссис Масбери. Но мне понадобилось два дня на то, чтобы вытащить это из нее. Герцог сделал ребенка одной из верхних служанок. Неужели миссис Готфрид никогда не слышала подобных разговоров?
– Нет, здесь никто с ней не разговаривал, – признался! Гарет, запустив руку в волосы. Но откуда, черт побери, Кемблу известно о его бабушке? – Обитатели Селсдона считали ее служанкой, которую отправили в Ноулвуд-Мэнор, чтобы вытирать мне нос и заставлять есть овсянку.
– Очень жаль, – задумчиво произнес Кембл. – Тогда она, полагаю, ничего не знала и о миссис Хэмм.
– Миссис Хэмм?
– Однажды герцог соблазнил ее.
– Он соблазнил жену своего духовника? Господи, неужели нет ничего святого?
– Память о герцоге, как говорит эта подхалимка леди Ингем. – Кембл рассмеялся. – Но миссис Хэмм, очевидно, не столь высокого мнения о нем.
– Был ли это единственный случай? – хмыкнул Гарет и сделал глоток бренди.
– Думаю, нет, – довольно мрачно заметил Кембл. – Но если учесть могущество герцога, то она скорее всего просто ничего не могла сделать.
– Да, и вскоре после этого церковь получила новую крышу – священник все время этим хвастается, – добавил Кембл. – Как говорится, quid pro quo.
type="note" l:href="#n_4">[4]
В результате несчастная женщина была обязана раз в неделю обедать с негодяем, пока он… не умер. Забавно получается.
– Боже правый, – с отвращением произнес Гарет, – неужели вся деревня прогнила насквозь?
– В этих маленьких деревушках всегда так происходит. – Кембл поднял к свету бокал с бренди. – Они микрокосм общества – со всеми его уродствами, грехами и жадностью, только, с моей точки зрения, здесь все в десятки раз приумножено.
– Похоже, вы просто кладезь приятных новостей. – Гарет глубже опустился в кресле. – Скажите мне, был ли кто-нибудь за обедом, кто не хотел бы смерти Уорнема? Может, леди Ингем? Или сэр Перси? Восстановите хоть немного мою веру в человечество.
– Ну да, пожалуй, леди Ингем, – согласился Кембл. – Но что касается ее мужа, то никто не знает, какие скелеты спрятаны в его шкафу.
– Сэр Перси? – изумился Гарет. – Он же просто безвредный старый болван!
– Да, но не обычный болван, а гомосексуалист, – как достоверный факт сообщил Кембл.
– Если бы мне пришлось делить постель с такой болтливой женой, я, возможно, тоже призадумался бы над своей ориентацией. – Гарет поставил локти на подлокотники кресла и подпер руками подбородок – его собственная голова показалась вдруг ему слишком тяжелой. – И кто рассказал вам эту маленькую скандальную историю? Надеюсь, не миссис Масбери?
– О, святые небеса, конечно, нет! Сэр Перси сам выдал себя, схватив меня за задницу в тот момент, когда я наклонился за щипчиками для сахара.
– Какая мерзость!
– Вам легко говорить, ведь это была не ваша задница. Поверьте мне: это хуже чем мерзость.
– Бог мой, – покачал головой Гарет. – И какой вывод вы сделали из этого?
– Что он нашел привлекательными мои ягодицы. Честно говоря, для моего возраста это отрадный факт. Хотя на самом деле они наверняка не такие уж… гм… выдающиеся, но с хорошим портным…
– О Господи, меня совсем не интересует ваша задница! – прервал его Гарет. – Я другое имел в виду.
Кембл не успел ответить, потому что дверь распахнулась и в комнату вошел взъерошенный Ротуэлл.
– А вот и наш приятель притащился! – откомментировал Кембл, но Ротуэлл не среагировал.
– Чью задницу мы обсуждаем? – поинтересовался он, плюхнувшись в кресло по другую сторону камина. – Сегодня мне весьма понравилась та, что у миссис Хэмм. Как по-вашему, есть какая-нибудь надежда?
– Нет. Мы обсуждаем мою, – ответил Кембл, слегка приподняв фалды сюртука. – Как ваше мнение? Слишком круглая? Или почти в норме?
– Повернитесь-ка налево, – прищурившись, попросил Ротуэлл.
Кембл повернулся.
– По-моему, она восхитительна. А теперь к делу – у вас тут есть еще бренди?
Гарет только покачал головой и, встав, наполнил еще один бокал.
– Скажи мне, Киран, – обратился Гарет к другу, подавая ему бокал, – будет ли считаться в высшем обществе безнравственным, если дворянин изобьет одного из своих слуг?
– Думаю, нет, если он того заслуживает. – Ротуэлл просветлел и слегка выпрямился. – Я поддерживаю вас, ребята. Кому нужно всыпать?
– Этому грубияну Меткаффу, – тихо ответил Гарет. – Он слишком настойчиво проявляет интерес к одной из служанок.
– Но это же вполне естественно, старина, – пожал плечами Ротуэлл. – Человеческая натура, так сказать.
– Человеческая натура? – Гарет почувствовал, как в нем снова вскипает возмущение. – Издеваться над тем, кто слабее тебя?
– А он действительно что-то сделал крошке? – Барон пришел в некоторое замешательство.
– Еще не изнасиловал, если ты это имеешь в виду! – прорычал Гарет. Подойдя к камину, он поставил ногу на решетку и уперся взглядом в холодную топку. – Но такие, как он, никогда не унимаются.
– Тогда тебе нужно просто уволить его, – посоветовал Ротуэлл. – Девушка заслуживает того, чтобы спокойно жить и работать.
– Если я его уволю, он будет безобразничать в другом месте, – возразил Гарет. – Он найдет себе другую жертву.
– Ветряные мельницы, ветряные мельницы, – пропел Кембл из гардеробной. – Ты снова сражаешься с ними, Алонсо.
– Кембл прав, – согласился Ротуэлл. – Уволь этого негодяя и покончи с этим, Гарет. Ты не в состоянии излечить все на свете болезни.
Но Гарета не оставляла мысль, что эту болезнь он просто обязан вылечить. Он с раздражением пнул ногой каминную решетку, и она, поцарапав мрамор, упала внутрь, под каминную полку. Проклятие! Гарет готов был прямо сейчас вытащить из постели этого заносчивого мерзавца.
– Ты принимаешь все слишком близко к сердцу, – спокойно сказал Ротуэлл, словно прочитав его мысли. – Лучше спокойно допей бренди. Ты сделаешь это завтра.
Хорошо, пусть завтра. Гарет повернулся к гостям и сел в кресло.
– Подойдите к нам, Кем, – позвал он. – Нам нужно выудить еще одну рыбку.
– У вас на примете какая-то определенная рыбка? – уточнил Кембл и, выйдя из гардеробной, с неспешной грацией занял свое место.
– Да, – мрачно ответил Гарет. – Я хочу, чтобы вы разузнали о мировом судье, которого все постоянно упоминают. Как его имя?
– По-моему, мистер Лодри.
– Да, Лодри. – Гарет немного расслабился и мрачно улыбнулся. – Разыщите его, Кем, а потом разведите огонь под его сковородой. Я хочу выяснить, что же все-таки ему известно.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Никогда не обманывай герцога - Карлайл Лиз



Роман не очень. Она полоумная лунатичка, а судьбу гг- я даже в кошмарном сне представить страшно.
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизКатя
27.03.2013, 9.10





Роман немного затянут .но читать можно
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизМария
30.03.2014, 15.18





Неудачный роман на мой взгляд. Вместо приятного чтива, сплошное грузилово... Героям сперва бы с психологом пообщатся несколько сеансов, а потом уже и роман начинать. Если Вам нравятся психологические травмы и долгие беседы по этому поводу, то думаю роман покажется интересным.
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизЕлена
22.10.2014, 23.55





Я бы не сказала, что роман неудачный или не очень. Мне было интересно читать, было искренне жаль ггероев и хотелось для них счастья. Моя оценка 8,5
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизАнна
6.01.2015, 2.40





Я бы не сказала, что роман неудачный или не очень. Мне было интересно читать, было искренне жаль ггероев и хотелось для них счастья. Моя оценка 8,5
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизАнна
6.01.2015, 2.40





Книга понравилась, грустная.
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизОльга К
23.09.2015, 21.13





Слишком много мёртвых детей! И вообще читая всю серию романов этого автора, замечаю, что и из романа в роман секс становится у автора какой-то навязчивой идеей...Тут ещё и ГГ гомики насиловали! Удивительно, что он вообще остался норм.человеком! Стальной еврейский мальчик))
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизНикта
11.12.2015, 15.13





Слишком много мёртвых детей! И вообще читая всю серию романов этого автора, замечаю, что и из романа в роман секс становится у автора какой-то навязчивой идеей...Тут ещё и ГГ гомики насиловали! Удивительно, что он вообще остался норм.человеком! Стальной еврейский мальчик))
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизНикта
11.12.2015, 15.13





"Быть может для правильного человека ты из кусочков будешь лучше, чем кто-либо другой, целый и совершенный?" - вот об этом роман.rnПрочитала роман...и....какая-то надежда появилась...что все будет хорошо.
Никогда не обманывай герцога - Карлайл Лизалена
23.02.2016, 12.08





Klass +10
Никогда не обманывай герцога - Карлайл ЛизAnya
30.04.2016, 11.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100