Читать онлайн Верь только сердцу, автора - Карлайл Лиз, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Верь только сердцу - Карлайл Лиз бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.93 (Голосов: 76)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Верь только сердцу - Карлайл Лиз - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Верь только сердцу - Карлайл Лиз - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Карлайл Лиз

Верь только сердцу

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7
В которой капитану предстоит бессонная ночь

Только около полуночи Коул поднялся из кухни в классную комнату. Наверху стояла тишина, из-под дверей комнат мальчиков свет не пробивался. Дженет, наверное, удалось их успокоить и отправить спать. А вот Коул подозревал, что ему уснуть не удастся. Сегодняшний вечер был сплошным кошмаром. Ему с Нанной пришлось повозиться с бедным псом, и это заставило на время позабыть о ссоре с лордом Делакортом. И вот теперь, когда Жулик уснул на кухне, воспоминания о перепалке с виконтом вернулись с новой силой.
Чего добивался Делакорт своими намеками? Этого Коул не понимал. Ясно было одно: он унизил себя бесполезными и, пожалуй, ненужными попытками защитить Дженет. А Делакорт, черт бы его побрал, раскусил его. Да, этот самодовольный любовник маркизы каким-то образом догадался, что он, Коул, можно сказать, влюбился в Дженет Роуленд.
Но и это еще не все. Как мучительно испытывать глубокое, неуправляемое чувство к женщине, которую едва знаешь и которой не доверяешь. Сегодня вечером он рассердился на Дженет за то, что она слишком много пила, за то, что сводила его с ума, вызывая в нем внезапные приступы страсти, и еще за ее неспособность понять, что ее любовник просто тщеславный щеголь... И все же он старался защитить ее, обвинив при этом Делакорта в неверности.
А виконт и не пытался этого отрицать. От злости Коул заскрежетал зубами. Конечно, Делакорта очень устроит, если и Дженет увлечется кем-то другим. Тогда он спокойно сможет развлекаться с новой любовницей, не испытывая при этом чувства вины. Внезапно до Коула дошло, что он стоит посреди классной комнаты, зажав рот рукой, словно не желает, чтобы правда выскочила наружу. И в эту минуту он почувствовал, что кто-то теребит его за рукав рубашки, поскольку его жилет и сюртук остались где-то на кухне. Повернувшись, Коул увидел Стюарта. Мальчик был в ночной рубашке и босиком.
– Сэр, Жулик поправится? – жалобно прошептал Стюарт. – Мама велела, чтобы мы за него помолились, а потом уложила нас в постель. Она сказала, что вы прекрасно позаботитесь о нем. Но я не могу уснуть.
Коул обнял мальчика за плечи.
– Послушайте, Стюарт... Жулику еще очень плохо. Но я уверен, что через день-два он придет в себя.
– А я могу его увидеть? Коул покачал головой.
– Вам, как и Жулику, надо поспать. Мы дали ему рвотное, чтобы очистить желудок от того, что он мог съесть.
Стюарт вскинул голову, было видно, что мальчик очень напуган.
– Сэр, он съел кусок пирога с почками, который дал ему Робин, – едва слышно пролепетал он.
В комнате воцарилась пугающая тишина. Наконец Коул со вздохом сказал:
– Да, я знаю. Но, безусловно, Жулик что-то нашел и, съел сегодня в парке.
На лице Стюарта появилось сомнение.
– Сэр, колли очень умные собаки.
Коул задумался. Мальчик был прав, и это вызывало тревогу.
– Сейчас трудно сказать что-то определенное, – успокаивающим тоном промолвил он. – Может, теперь вы уснете, Стюарт?
Мальчик угрюмо кивнул, а Коул похлопал его по плечу.
– Тогда отправляйтесь в постель. Я еще немного поработаю, а если понадоблюсь, позовите меня. Вы меня поняли?
Мальчик снова кивнул и направился к двери, похожий в своей белой ночной рубашке на призрак. Когда дверь за ним закрылась, Коул взглянул на стопку бумаг на столе и тут же отказался от намерения поработать. Расстроенный тем, что произошло, он снял очки и положил их на стол. Он очень устал, но спать не хотелось, претила даже сама мысль о холодной постели. Поэтому он прилег на диван и прикрыл глаза рукой. К сожалению, это спасало только от света, а вот от терзавших его мыслей деваться было некуда.
Слова Стюарта необычайно встревожили Коула. Даже мысли о перепалке с Делакортом отошли на второй план. Ведь в конце концов Делакорт жив. А вот Жулика кто-то попытался отравить.
Ни Нанна, ни Коул не говорили об этом вслух, но им, как и Стюарту, было ясно, что собака съела что-то, предназначенное для Роберта. Свой кусок пирога Стюарт выбросил в мусорное ведро, а все оставшееся после ужина давно отправилось на помойку. Из короткого разговора с кухаркой выяснилось, что свежее мясо было куплено, как обычно, в лавке мясника, и из него приготовили три блюда. Кто-то жаловался на недомогание? Что вы, конечно, нет. Может, заболел кто-то из слуг? Боже упаси! Коулу потребовалось все его обаяние, а Нанне ее авторитет, чтобы успокоить кухарку, встревоженную этим разговором.
Коул заставил себя вспомнить, что всего полгода назад в этом доме, вероятно, был отравлен человек, а если так, то убийца остается на свободе. Успокаивало его лишь одно – этот ужасный случай с собакой снимал вину с Дженет, во всяком случае, для Коула. Когда она говорила о своих сыновьях, ее лицо светилось таким лучезарным светом, что невозможно было сомневаться в силе ее материнской любви. Коул прислушался к шуму ветра и стуку дождя в стекло. Летние ливни с грозами и при других обстоятельствах тревожили его и вгоняли в меланхолию.
Из потаенных уголков памяти всплыли и другие печальные воспоминания. Да, тогда был точно такой же вечер... дождливый летний вечер... а он пришел в дом своей ныне покойной жены просить ее руки. Как давно это было. Но забыть невозможно.
Коул знал Рейчел только как дочь своего учителя, человека, которым восхищался и которому стремился подражать. Отец Рейчел, Томас, взял Коула под свою опеку во время первых лет его пребывания в Кембридже. Юноша, которому всегда недоставало отца, очень радовался тому, что их дружба выходит за рамки обычных занятий, перерастая в нечто большее. У них с Томасом было много общего, и когда его старший друг заболел и умер, для Коула это стало огромным горем, даже большим, чем смерть его родителей почти двадцать лет назад. Разумеется, перед смертью Коул спрашивал у Томаса, чем он может облегчить его страдания, и не особо удивился, когда друг попросил его присмотреть за Рейчел и, если это не идет вразрез с его желанием, взять ее в жены.
Тогда Коулу показалось, что это всего лишь небольшая услуга человеку, который дал ему так много. Будучи распорядителем имущества покойного, Коул ясно дал понять Рейчел, что он всегда к ее услугам и ей не обязательно выходить за него замуж, чтобы быть уверенной в его преданности и дружбе. А когда через пять дней Рейчел сообщила, что согласна выйти за него, Коул искренне поверил, что в глубине души она тайно его любила. И это обрадовало молодого человека, поскольку Рейчел ему очень нравилась, хотя он и недостаточно хорошо ее знал. Казалось, у девушки нет недостатков: красивая, спокойная, ласковая. Как только закончился траур, они поженились.
Коул начал супружескую жизнь с надеждой в сердце, однако слишком поздно осознал, что Рейчел вышла за него только потому, что считала брак обязанностью, предначертанной женщине Богом. То, что Коул принимал за спокойствие и покорность Рейчел, на самом деле было холодной сдержанностью. Она, казалось, совершенно не заботилась о том, чтобы супругов связывала горячая взаимная страсть. По мнению Рейчел, замужество и покорное исполнение супружеского долга были обязанностью женщины, равно как и ведение домашнего хозяйства, и любовные ласки, причем с гораздо большим энтузиазмом она занималась домом, чем любовью. Поэтому в уютной супружеской постели Коул не всегда чувствовал себя желанным.
Рейчел любила его как-то в полсердца, мечтая лишь о спокойном существовании. Будучи неискушенным в вопросах любви, Коул начал считать себя не способным разбудить в женщине истинную страсть. И даже сейчас, уже умудренный опытом, он все еще втайне боялся, что это может быть правдой.
Господи, как же часто являлся ему образ Рейчел! Вот и сейчас в полутемной комнате он, казалось, видел ее, видел белый накрахмаленный ночной чепец, завязанный под подбородком, длинную прядь белокурых волос, разметавшуюся по плечу, большие, широко расставленные красивые голубые глаза, по-детски наивные. Однако Рейчел отнюдь не была ребенком, ей исполнилось двадцать четыре. Коул проглотил слюну и перевел взгляд на лампу, желая отогнать видение прочь. Многие мужчины были бы довольны, имей они такую спокойную, понимающую жену. А вот он не был счастлив. После трех лет безмятежного существования Коул открыл, что до сих пор как следует не знает свою жену, и это открытие принесло ему глубокое разочарование. И снова он во всем винил себя. Но почему даже сейчас память о Рейчел продолжает его терзать?
Или, если сказать точнее, почему он продолжает добровольно истязать себя? Да, поначалу он не любил Рейчел, это правда. Но он желал ее. А ведь многие хорошие браки начинались и того хуже. Коул всегда сравнивал любовь с хрупким цветком, требующим ухода и тепла. Может, он ошибался, надеясь, что его любовь к Рейчел сама по себе расцветет? А вот полевой цветок, выросший в его сердце из чувств к Дженет Роуленд, никак нельзя назвать нежной, хрупкой розой. Расцвел этот цветок мгновенно, его кроваво-красные лепестки развернулись невероятно быстро, словно под палящими лучами тропического солнца. Это чувство, внезапно на него нахлынувшее, скорее можно было назвать страстью, чем преклонением, плотским желанием, а не восхищением.
За окном в очередной раз сверкнула молния. Да, именно так, ударом молнии его поразила страсть к Дженет. Любовь такой не бывает, мужчина не может с таким безумным отчаянием любить женщину, которую просто не понимает. Женщину, поступки которой вызывают в нем яростное сопротивление. А может, Рейчел была во всем права? Может, спокойное, умеренное чувство гораздо лучше страсти, когда сердце готово вырваться из груди? Ведь дошло уже до того, что он не может спокойно находиться с Дженет в одной комнате, а когда не видит ее, то ему кажется, будто у него украли самое дорогое.
Прошлой ночью Коул спал беспокойно. Непристойные мысли и фантазии вгоняли его в жар. А ведь ему следовало думать только о детях Дженет, о своей работе. И все же дважды за ночь он просыпался и вскакивал на постели с мыслями не о детях, а об их матери. Он вдруг представлял себе, что Делакорту удалось каким-то образом пробраться в постель к Дженет. А снова погружаясь в сон, он фантазировал, что бы вытворял с Дженет Роуленд, окажись он сам в ее постели.
За всю свою жизнь Коул никого не любил, даже свою покойную жену. И вот теперь он испугался, что с ним случилось то, о чем его предупреждали поголовно все: Лодервуд, Мадлоу и даже бездушный дядя Джеймс.
Внезапно гроза усилилась, снова сверкнула молния, и на этот раз можно было услышать отдаленный раскат грома. Пламя, лампы, стоявшей на столе, затрепетало и погасло, и комната погрузилась в темноту.
– Э-эй...
Тихий, но настойчивый голос разбудил лорда Роберта Роуленда, спавшего крепким сном. Протерев кулачком глаза, мальчик сел на постели и уставился в темноту.
– Это ты, Стюарт? – пробормотал он. Роберт услышал, как старший брат прошлепал по ковру и остановился у его кровати.
– Эй, Робин, ты слышал шум? – прошептал Стюарт, явно испуганный. Роберт почувствовал, что брат присел на край постели. – Мне показалось, я слышал голоса. А потом шум. Похоже, они доносились с чердака. Ты ничего не слышал?
– Я слышал только твой разговор с кузеном Коулом, – сонно пробормотал Роберт и поудобнее устроился на подушке. – Стюарт, прошу тебя, иди спать. После папиной смерти тебе все время что-то мерещится по ночам.
Стюарт придвинулся к брату поближе.
– Нет, Роберт, честное слово, я слышал голоса. Думаю, кто-то прячется на чердаке, рядом с комнатой прислуги.
– Ну иди же спать, Стюарт. – Роберт натянул одеяло на голову. – Это просто гром.
– Робин, клянусь, что я слышал голоса, – не сдавался Стюарт. – А ты спишь как убитый. Да сюда бы могло заявиться стадо слонов и сожрать тебя живьем...
– Нет, слоны не...
– А ты бы ничего и не услышал, – продолжал Стюарт, не обращая внимания на слова брата. – Наверное, мне лучше спать здесь, с тобой. Так будет безопаснее, как ты считаешь?
– Не-ет, я так не считаю. Ты брыкаешься и тянешь на себя одеяло. Нет, иди к себе. Мы в безопасности, спальня кузена Коула рядом, а на него можно положиться. Он поймает любого, кто попытается сюда пробраться.
Скрип новых дверных петель вырвал Коула из объятий сна. Он еще полностью не проснулся, но смутно почувствовал: что-то не так. Сколько же он проспал? И где он, черт побери? Коул прислушался, пытаясь привести мысли в порядок.
Ну конечно, он в классной комнате. Снова заскрипели дверные петли, и Коул дернулся всем телом. Стюарт? Или кто-то пробрался мимо Дональдсона? По стеклу барабанил дождь, заглушая все звуки. Однако у Коула появилось ощущение, что в комнате кто-то есть.
Сначала он сел на кушетке, затем поднялся. В окне позади него сверкнула молния, и прогремел гром. Коул направился к двери, однако мощный удар в спину свалил его на пол ничком.
Уже полностью проснувшись, Коул попытался сбросить с себя нападавшего, однако острое лезвие, приставленное к горлу, заставило его прекратить сопротивление. Он почувствовал, что капля теплой крови скатилась по его шее. Коул осознал, что человек, прижимающий его к полу, решительный и сильный, но очень легкий. И слишком маленький, чтобы быть Дональдсоном или одним из швейцаров.
– Посмей только шевельнуться, сволочь, – прозвучал над ним гневный женский голос, – и, клянусь, я перережу тебе глотку от уха до уха! – И, словно в подтверждение своей угрозы, женщина прижала его лицо к полу.
– Боже мой, – прошептал Коул, – вы что, действительно с ума сошли?
Лежавшая на нем женщина скатилась на пол, и ее губы оказались возле его уха.
– Ох... проклятие, – услышал он дрожащий шепот. А затем нож со стуком упал на пол.
Коул медленно повернулся лицом к напавшей на него женщине и обнял ее. Ему не был нужен свет, чтобы узнать Дженет. Он ощутил сладкий запах ее духов, почувствовал прижатую к его телу полную грудь. На всякий случай Коул взял нож, чтобы она не смогла до него дотянуться.
– Дженет, – прошептал он, закрывая глаза, хотя в комнате и так было темно.
Коул всем телом почувствовал, что Дженет дрожит, как новобранец, переживший свою первую схватку со смертью.
– Что-о-о? – только и смогла вымолвить она.
– Дженет, где вы набрались таких отвратительных словечек?
– От... Чарли Дональдсона, наверное.
– Понятно. Но я бы не хотел слышать их от вас. Уж слишком они вульгарные.
– Отпустите меня, Коул, – попросила Дженет, но не сделала ни малейшей попытки отодвинуться.
Коул задумался, в силах ли он выполнить ее просьбу. Ведь так приятно было держать ее в объятиях. Но эта женщина только что набросилась на него в темноте. Черт побери, она заслужила того, чтобы преподать ей хороший урок. Но в этот миг за окном снова сверкнула молния, осветившая комнату. Боже мой... Дженет была только в тонкой ночной рубашке!
– О Коул! – Наверное, вид его лица напугал женщину, потому что ее тело еще сильнее задрожало в его объятиях. – Я... сделала вам больно... простите!..
Коул не разжал объятий, он посчитал это неразумным, учитывая состояние маркизы.
– Дженет, – прошептал он, еще крепче прижимая ее к груди, – как вы решились на такой опрометчивый поступок? Господи, да вы вся дрожите...
Дженет ничего не ответила. Темнота не позволяла Коулу видеть ее лицо, но он чувствовал ее все еще взволнованное, прерывистое дыхание.
– Шум, – наконец пробормотала Дженет. – Я пошла проведать мальчиков, а потом... мне показалось, что я услышала шум в классной комнате. А вы? Вы ничего не слышали?
– Нет.
Дженет облегченно вздохнула, а вот напряжение во всем теле Коула только усилилось. Чувствуя, как в нем просыпается желание, он еще крепче сжал объятия. Коул взмолился, чтобы Дженет ничего не заметила, однако был не в силах отодвинуться.
– Дженет, это просто гроза, – тихо прошептал он. От нее одуряюще пахло яблоневым цветом, весенней травой, разогретой солнцем в безоблачный день. Любой мужчина посчитал бы за счастье обладать этой женщиной... но только не он. Коул поднял голову. – Погода внезапно испортилась, наверное, вас разбудили раскаты грома.
– Да, возможно... – неуверенно сказала Дженет. Постепенно ее страх прошел, и она легонько оттолкнула Коула. Он понимал, что джентльмен сейчас вскочил бы на ноги, помог женщине подняться с пола и предупредил бы ее впредь воздерживаться от таких легкомысленных поступков. Однако Коул не пошевелился, а Дженет, похоже, и не ждала от него никаких действий.
– Может, нам не стоит лежать на полу? – только и смог прошептать Коул. Снова сверкнула молния, и на этот раз он смог разглядеть лицо женщины. Широко раскрытые глаза Дженет сверкали, мягкие и полные губы манили к себе.
– Да, наверное, – ответила она. Ее длинные черные волосы рассыпались волнами по плечам. У Коула заныло внутри от близости их тел. Его влекло к Дженет так, как никогда не влекло ни к одной женщине.
Дженет попыталась разглядеть мужчину, под которым она лежала. Даже в темноте она чувствовала, какой он большой и сильный. И она испытала облегчение от того, что в объятиях ее сжимает именно Коул... Но облегчение тут же сменилось сильным, можно сказать, неистовым желанием. И хотя Дженет редко приходилось испытывать истинную страсть, она поняла, что именно это чувство охватило ее. И она устыдилась своего вожделения.
Губы Дженет скривились в горькой усмешке. Возможно, она и не из тех женщин, с которыми Коул обычно общался, но ей было вполне ясно, что плоть капитана одолела высокие моральные принципы. Дженет захотелось завладеть его плотью и сердцем. Она намеренно подалась вперед и коснулась губами губ Коула.
Казалось, кто-то швырнул на пол горящую лампу. Вспыхнувшее пламя охватило обоих, уничтожая сопротивление и недоверие. С тихим стоном Коул впился губами в рот Дженет, он целовал и целовал ее, не давая женщине возможности ни ответить на поцелуй, ни уклониться. Поначалу Дженет даже испугал этот вулкан страсти, но затем она с беззаботностью кинулась в его жерло.
Ее губы жадно раскрылись под губами Коула. С чувством удовлетворенного женского самолюбия Дженет услышала глубокий и надрывный стон, вырвавшийся из груди Коула. Ее руки скользнули вниз по его телу, гладя твердые ребра и крепкие мышцы. А потом она почувствовала, как руки Коула грубо ухватили ее за плечи и прижали к полу.
Одним плавным движением он уложил ее навзничь и накрыл своим телом, задрав при этом коленом подол ночной рубашки. Внезапно Дженет охватила паника, но она тут же исчезла. Ведь это был Коул, это он сжимал ее в объятиях, это его возбужденную плоть она ощущала. Он продолжал неистово целовать ее.
Дженет подалась ему навстречу. Боже, как же она желала его! Как стремилась забыть в его объятиях обо всем, что ее мучило долгое время! Это было просто неприличное, даже греховное желание. Завтра она наверняка будет сгорать от стыда. Но это завтра, а сегодня будь что будет. В эту минуту она отдала бы все за то, чтобы этот мужчина овладел ею. Желание буквально сжигало ее и вместе с тем пугало. Ничего подобного она никогда не испытывала.
– Дженет! – хрипло прошептал Коул и, снова застонав, припал губами к ее груди, прикрытой тонкой ночной рубашкой. Дженет гладила его по спине, с удовольствием ощущая, как он вздрагивает от ее прикосновений.
– О-о! – горячо выдохнула Дженет. – Коул, я так устала от одиночества! Отнеси меня в свою постель. Прошу тебя...
Не успела Дженет перевести дыхание, как Коул поднял ее на руки. Распахнув босой ногой дверь, он направился по темному коридору к своей спальне.
Коул со страхом ждал, что Дженет вот-вот возмутится, заявит, что он неправильно ее понял. Наваждение пройдет, и они отрезвеют. Толкнув дверь плечом, Коул внес Дженет в свою спальню и уложил на постель. Он понимал, Господи, он прекрасно понимал, что завтра пожалеет об этом. Однако ничего не мог поделать с собой.
Лампа, оставленная на ночном столике служанкой, горела ярко и, казалось, должна была хоть как-то вернуть Коула к действительности. Но этого не произошло. Такого искушения он просто не мог побороть. Эта женщина возбуждала его и мучила с той самой минуты, когда он впервые ее увидел. И если уж она сама хочет этого...
Внезапно Дженет поднялась на колени и стянула через голову ночную рубашку. Ее черные волосы рассыпались по плечам, а во взгляде, устремленном на Коула, читалось желание. Женщина его мечты... нагая, в его постели. Коул подумал, что Дженет – самое прекрасное творение Господа. От ее красоты у него просто захватило дух. На секунду плотское желание сменилось почти божественным благоговением, а затем вспыхнуло с новой силой. Грудь Дженет была высокой, белой и, несмотря на ее хрупкое телосложение, удивительно полной. Розовые соски набухли от желания, губы разомкнулись и манили к себе.
С нетерпеливым стоном он опустился на колени и опрокинул Дженет на спину.
– Ты меня хочешь? – спросила Дженет, тяжело дыша.
– С самой первой минуты, как только увидел тебя, – признался Коул, припадая губами к мягкой шее женщины.
Дженет почувствовала, как тяжелое тело Коула буквально вдавило ее в мягкую постель.
Неистовое желание пронзило ее, словно ножом. Их тела слились, но вдруг кто-то настойчиво постучал в дверь спальни.
Коул напрягся и вскинул голову, словно зверь, учуявший опасность.
– Кто там? – хрипло спросил он.
– Эт-то я, сэр, – прозвучал после небольшой паузы тихий, испуганный голос Стюарта. – Мне ка-а-жется, под моей кроватью кто-то есть.
Коул перекатился на спину, и Дженет интуитивно почувствовала, что его охватил стыд, а всякое желание пропало. Ей тоже стало стыдно, но стыд тут же сменился тревогой за Стюарта. Что делать? Ее ребенок один и напуган, а она лежит голая в постели его преподавателя, как заурядная шлюха. Боже, какой ужас! Закусив губу, Дженет снова уткнулась лицом в подушку и натянула на себя одеяло, прикрывая наготу.
– Иди... – прошептала она, подталкивая Коула.
Не глядя на Дженет, он сел на краю постели и, глубоко вздохнув, спрятал лицо в ладонях.
– Все в порядке, Стюарт, – произнес он, стараясь говорить как можно спокойнее. – Вы в безопасности. Сядьте пока за мой стол, я... я сейчас приду.
Дженет наблюдала, как одевается Коул. Его движения были резкими и нервными. Жгучее желание сменилось тлеющей злостью, которая сейчас явственно ощущалась в комнате. Но на кого он злится? На нее? Или на самого себя? Дженет не могла этого определить, но в данную минуту это ее не волновало.
Стюарт напуган, она слышала страх в его голосе. И только невероятным усилием воли Дженет не позволила себе выйти к сыну. Разве могла она допустить, чтобы он увидел ее в таком виде, выходящей из спальни Коула?
Коул оделся и шепотом через плечо, по-прежнему не глядя на Дженет, произнес:
– Возвращайся вниз в свою спальню.
Приподнявшись на локте, Дженет с тревогой смотрела на Коула.
– Нет, я должна быть уверена, что ему ничто не угрожает, – прошептала она в ответ.
Стиснув зубы, Коул обернулся, в свете лампы лицо его выглядело суровым.
– Все в порядке, это просто бушует ветер. Если я обнаружу что-нибудь, то постучусь к тебе в спальню и все расскажу. – С ледяным спокойствием Коул взял лампу и вышел из комнаты.
Дженет внимательно прислушивалась к тому, что происходит в гостиной.
– Возможно, сэр, у меня просто разыгралось воображение, – объяснял Стюарт, и чувствовалось, что испуг его постепенно проходит. – Но вы сами говорили, сэр, что в случае чего я могу вас разбудить. Вот я и подумал, что лучше разбудить вас, чем маму или Нанну. Я... я правильно поступил?
– Разумеется, – успокоил мальчика Коул. Больше Дженет ничего не услышала, потому что Коул и Стюарт вышли в коридор.
Босиком, в рубашке с распахнутым воротом, Коул медленно шагал по коридору, держа лампу в левой руке. Правой он обнимал юного маркиза за плечи. В душе Коул ругал себя за свое идиотское поведение. А если бы, не дай Бог, перепуганный Стюарт ворвался в его спальню без стука? И увидел свою мать в объятиях учителя? Да, слава Богу, пронесло!
Если бы Коул мог, то выпорол бы самого себя за глупость. Стюарту девять лет, а мальчики в этом возрасте не так уж наивны. Он бы понял, что происходит в спальне, и наверняка посчитал бы это страшным грехом. При этой мысли Коулу стало ужасно стыдно. И о чем только он думал? Боже мой, а Дженет, она-то о чем думала? Эта женщина доставляет ему одни неприятности, и он понимал это с самой первой встречи. От стыда его желание исчезло без следа. Господи, похоже, он совершил ужасную ошибку.
Может, Дженет в классной комнате двигало вовсе не чувство страха, как он посчитал, а обыкновенная похоть? Может, она и впрямь распутница? Коул слишком плохо знал женщин, чтобы разобраться в этом. А вдруг она просто разозлилась на Делакорта и решила наставить ему рога? Или ее приход к нему объяснялся исключительно желанием плоти?
Да, разумеется, наверное, дело в том, что он неотразим, с сарказмом подумал о себе Коул. Другой на его месте возгордился бы от этой мысли, но он не чувствовал никакой гордости. Коул понял, что его просто использовали.
Дженет подождала немного, выбралась из постели, надела ночную рубашку, укуталась в покрывало и вышла в коридор. Дверь в комнату Стюарта была приоткрыта. Возможно, Коул был прав, когда советовал ей спуститься в свою спальню. Но Дженет просто не могла оставить сына, который явно напуган.
Сегодня после ужина она отправила Дэвида домой, чтобы посидеть с мальчиками в гостиной. Она старалась успокоить сыновей, волновавшихся из-за Жулика, пока не пришел Коул и не сообщил, что псу уже лучше. Тогда Дженет не сообразила, что случай с собакой не пройдет бесследно, особенно для Стюарта, который был достаточно чувствительным и уже взрослым мальчиком, чтобы всерьез воспринимать то, чего еще часто не понимал Роберт.
Дженет не упрекала себя за то, что воспылала желанием к Коулу Амхерсту, но порицала за то, что на какое-то время забыла о детях. Нельзя обниматься с мужчиной на полу в классной комнате и уж тем более в спальне, не подумав о том, чтобы запереть дверь.
Заглянув в комнату Стюарта, Дженет увидела Коула. Он стоял на коленях у постели и заглядывал под нее. Стюарт, свесившись с края кровати, тоже пытался заглянуть вниз. Лампа Коула, стоявшая на полу, освещала бледное и осунувшееся лицо мальчика.
От этой картины у Дженет защемило сердце, и она поспешила к сыну.
– О Стюарт! – воскликнула Дженет. При звуке ее голоса Коул вскинул голову и хорошенько приложился затылком о край кровати.
– Черт побери! – пробормотал он, потирая затылок, и посмотрел на Дженет, которая уже сидела на постели и обнимала сына.
Коулу явно не понравилось, что Дженет его ослушалась, но он благоразумно не подал вида и обратился к Стюарту:
– Там никого нет, так что можете спать спокойно. Что, впрочем, следует сделать и всем нам. – Коул бросил на Дженет многозначительный взгляд. – И чем быстрее, тем лучше.
Дженет прижалась губами ко лбу сына.
– Мне показалось, что я услышала какой-то шум... вот и пришла проверить, – пробормотала она.
Стюарт отстранился от матери и посмотрел на Коула.
– Вот видите! – Его глаза снова испуганно раскрылись. – Мама тоже что-то слышала.
Коул нахмурился и торопливо заправил рубашку в брюки.
– Я думаю, Стюарт, ваша мама услышала шум, который подняли мы с вами. Не так ли, мадам?
– Да, да, конечно, именно так. – Дженет нервно облизнула губы. – Но я забеспокоилась, вдруг ты заболел или тебя что-то напугало?
Стюарт кивнул и крепко обнял мать.
– Да, я немного испугался, – признался он, – но я не хотел тебя тревожить. Кузен Коул принес лампу и заглянул под кровать, а там никого нет. Может, мне просто приснилось что-то плохое, а я подумал, что это на самом деле? – Стюарт посмотрел на мать, ища у нее поддержки.
Дженет осторожно уложила его в постель и укрыла одеялом.
– Не сомневаюсь, Стюарт, все так и было. Честно говоря, и мне сегодня приснился дурацкий сон. – Она поцеловала сына в бледный лоб. – А теперь спи спокойно, дорогой. Ты правильно сделал, что позвал кузена Коула.
Коул и Дженет вместе вышли из спальни Стюарта. Она плотно прикрыла дверь. Возникла неловкая пауза, а затем Коул схватил ее за руку и потащил к классной комнате.
– Нет, – прошептала Дженет, когда они подошли к двери, – ради Бога, только не здесь. Давай вернемся к тебе.
Коул поднял лампу, ее пламя осветило его каменное лицо.
– Вы неверно истолковали мои намерения, мадам, – холодно произнес он. – Эта комната вполне подойдет. – С этими словами он втолкнул Дженет в класс и захлопнул дверь.
– Думаю, и вы неправильно поняли меня, сэр! – возмутилась Дженет.
Не обращая внимания на ее слова, Коул резко обернулся к Дженет. Выражение его лица было бесстрастным.
– Я посчитал своим долгом принести вам свои извинения, мадам, – почти официально произнес Коул, склонив голову. – Боюсь, на меня что-то нашло, поэтому почтительно прошу меня извинить. Это все, что я хотел сказать.
Едва сдерживая негодование, Дженет придвинулась к нему.
– Что ж, прекрасная речь, – с горечью в голосе сказала она. – Значит, сами вы себя простили, а теперь хотите, чтобы простила и я. Вы истинный джентльмен, не так ли?
– Хотелось бы, чтобы это было так, но мои поступки свидетельствуют об обратном. – Коул положил руки на плечи Дженет и слегка отстранил ее от себя. – Мне очень жаль, Дженет, – прошептал он, закрывая глаза.
– Ты сожалеешь?.. – пробормотала Дженет, отступая назад. – Понятно, значит, ты прогоняешь меня? Как будто и я ребенок, не умеющий отличить реальность от сна? – При последних словах ее голос дрогнул.
Коул отвернулся и отошел от Дженет. Потом нагнулся, пошарил по полу и вернулся к столу, положив рядом с лампой нож.
– Возвращайтесь к себе, Дженет, и захватите ваш нож, если считаете, что он вам необходим. – Помолчав, он перевел дыхание и добавил: – Только, ради Бога, используйте его исключительно для обороны. Не нападайте больше на людей, хорошо?
Коул увидел, что Дженет опустила голову и, похоже, не слушала его. Господи, она злится на него, а он старается все уладить ради ее же пользы. Поведение Дженет возмутило Коула, он снова взял ее за плечи и легонько тряхнул.
– Прошу вас, выслушайте меня, – прошептал он. – Дом полон людей, готовых прийти вам на помощь. Вам стоит только крикнуть. Поэтому впредь кричите. Но никогда больше не делайте глупостей, не нападайте на мужчин в темноте.
К своему огромному неудовольствию, Коул осознал, что его раздражает то, что он говорит. Не хотелось признаваться в том, что всего несколько минут назад он отчаянно желал эту женщину. Но сейчас с его губ слетали совсем другие слова.
Дженет посмотрела на Коула с таким видом, будто он только что признался ей, что пожирает на завтрак младенцев.
– Ради Бога, не смотрите на меня так, – прошептал Коул. – Вы в безопасности у себя дома.
Честно говоря, мне иногда кажется, что вы чересчур склонны к мелодраматизму.
Коул не успел увернуться, и Дженет влепила ему увесистую пощечину, от которой он даже пошатнулся. С вытаращенными глазами и окаменевшим лицом он уставился на Дженет. Она закусила губу, ее глаза были полны слез.
– Вы просто заносчивый, самовлюбленный наглец! Как вы смеете мне указывать, что я должна, а чего не должна делать в собственном доме ради защиты своих детей? Да вы ничего не знаете! – В голосе Дженет уже звучали истерические нотки. – Слышите? Вы ни черта не знаете!
Разъяренной тигрицей Дженет бросилась на Коула. Не зная, что делать, он обхватил Дженет за талию и прижал ее руки к бокам. Дергаясь и брыкаясь, Дженет рычала, словно загнанное в угол дикое животное, а затем впилась зубами в плечо Коула. Уже не в силах сдерживаться, Коул оторвал ее от пола, положил на диван и сел рядом, так, что ее голова оказалась у него на коленях. Поначалу Дженет еще продолжала брыкаться, а затем внезапно затихла.
В комнате воцарилась гнетущая тишина, которая вскоре сменилась разрывавшими душу рыданиями. Дженет Роуленд уткнулась лицом в грудь Коула и рыдала так, словно наступил конец света. Что же теперь делать? Коул осторожно погладил Дженет по спине.
– Успокойтесь, – прошептал он, – все будет хорошо. Поверьте, Дженет, все будет хорошо.
Коул посмотрел вверх в ожидании божественного наставления, но его не последовало. Он увидел только высокий, затененный потолок классной комнаты, нависший над его головой. Боже, что за ужасная ночь! Сначала ужин, потом ссора с Делакортом, затем несчастье с собакой. А теперь еще ко всему примешалось чувство неутоленного желания, и, похоже, этому не будет конца. Чертовски ныла шишка на затылке... и вдобавок ко всему ему чуть было не перерезали глотку шотландским кинжалом. И наконец, женщина, рыдающая у него на коленях!
Коул ласково погладил Дженет по спине, слегка покачивая ее на своих коленях, как бы баюкая. Как же ее успокоить? Ему еще не приходилось видеть женщину, рыдающую так безутешно. Мать Коула была сияющим, жизнерадостным человеком, а тетушка слишком гордой, чтобы плакать в открытую. Что же до его жены... Рейчел никогда не выражала свои эмоции подобным образом.
А вот Дженет явно дала волю своим чувствам. Коул даже засомневался, умеет ли эта женщина владеть собой. Дженет с несчастным видом обмякла у него на руках, глубокие рыдания сотрясали ее тело. Но как же сладко от нее пахло! До Коула смутно дошло, что ему все еще грозит опасность. И возможно, посерьезнее, чем тогда, когда Дженет лежала голая в его постели.
При этом воспоминании он опять возбудился. И в эту минуту – только этого еще не хватало! – дверь классной комнаты со скрипом отворилась. В темном дверном проеме стоял Чарлз Дональдсон. Минувшая ночь была такой суматошной, что Коул ничуть не удивился – этого и следовало ожидать. В тусклом свете лампы дворецкий выглядел смущенным и растерянным, кадык на его шее лихорадочно дергался.
Коул посмотрел на дворецкого, понимая, что выглядит сейчас довольно жалко. Но что он мог поделать? Уложить Дженет на кушетку? Вверить ее заботам Дональдсона? Нет... вряд ли это будет разумно.
Но дворецкий сам принял решение. Успокаивать женщину в состоянии истерики явно не входило в его обязанности, поэтому он пожал плечами и торопливо закрыл дверь. Его жест был понятен – сам разбирайся.
Рыдания Дженет немного утихли, и Коул снова попытался ее успокоить.
– Дженет, в чем дело? Перестаньте плакать и расскажите мне обо всем. – Он погладил ее по спине.
– Не-ет, – пробормотала маркиза, – оставьте меня одну.
Коул не знал, что делать. Дженет сейчас явно не в себе, но надо признать, она выходила из себя, можно сказать, даже теряла рассудок только тогда, когда ее детям грозила опасность. Коул тяжело вздохнул. Кто знает, может, в ее поведении и есть определенная логика.
– Дженет, дорогая, – прошептал он, сам едва слыша свои ласковые слова, – это из-за Стюарта? Из-за Роберта? Из-за собаки? В чем дело?
– Да-а...
– Но бедняга Жулик прекрасно себя чувствует, мальчики спят. Это был просто несчастный случай, собака съела что-то, чего не должна была есть.
– Вот именно, – с горечью сказала Дженет, отстраняясь от груди Коула. – Что-то, чего не должна была есть. Что-то, что предназначалось Роберту. Вот что она съела!
Слова Дженет потрясли Коула. Ему очень не понравилось, что его худшие опасения подтверждаются.
– Дженет, расскажите мне о своих подозрениях. – Помолчав, он добавил: – Честно говоря, мне кажется, что вы многое должны мне рассказать.
Дженет медленно поднялась с колен Коула и села с ним рядом, крепко сцепив руки на груди. Сейчас она совсем не походила на высокомерную леди, которая с откровенным презрением встретила его в этом доме всего несколько недель назад: вся в слезах, волосы растрепаны, покрывало свалилось с плеча и увлекло за собой тонкую ткань ночной рубашки.
От греха подальше Коул поправил на Дженет ее одеяние и тщательно укутал покрывалом. Она молчала, но уже не всхлипывала.
– Ну, рассказывайте, – подбодрил ее Коул. Дженет судорожно вздохнула и вытерла слезы тыльной стороной ладони.
– Что рассказывать, тут и так все ясно. Кто-то подсыпал отраву в еду Роберту.
Коул не стал ее разубеждать, ведь, если честно, подобная мысль приходила и ему в голову.
– Я допускаю такую возможность, – признался он. – На самом деле я подробно расспросил всех, кто работал на кухне.
При этих словах Дженет вскинула голову.
– Правда? – На ее лице появилось выражение облегчения. Сейчас она походила на женщину, сбросившую тяжелую ношу, которую она долго несла на своих плечах в одиночку.
– Да, это так. Но я ничего не выяснил... – Коул постарался говорить как можно спокойнее. – Собака съела только несколько кусочков пирога. Кухарка лично покупала мясо и готовила его. И не было никого... – Коул осекся, понимая, что говорит неправду.
– Что?.. – встрепенулась Дженет.
– Я хотел сказать, что никто из посторонних не входил...
– Джеймс! – прошипела Дженет. – Его слуги... Где они ждали своего хозяина?
– На кухне, – неохотно признался Коул. – Но, дорогая, кухарка наверняка заметила бы, если бы двое незнакомцев попытались даже приблизиться к ее стряпне.
Коул поморщился от собственных слов. Он опять назвал Дженет «дорогая». С этим надо кончать. Просто не думать о Дженет Роуленд, маркизе Мерсер, как о дорогой и любимой, его любимой... потому что она не была и никогда не будет принадлежать ему. Коул заставил себя вернуться от мрачных мыслей о будущем к тревожным мыслям о настоящем.
– И такие вещи происходят постоянно, – продолжала Дженет. – Я уже боюсь на самом деле сойти с ума, если произойдет еще хоть один так называемый несчастный случай. А что будет с моими мальчиками, если меня признают сумасшедшей?!
Коул посмотрел на Дженет и взял ее руки в свои.
– Возможно, я не имею права задавать вопросы... но, учитывая то, что едва не произошло... – Коул запутался в словах, шумно вздохнул и начал сызнова: – Я хочу сказать, что вы можете мне доверять, поэтому расскажите мне все.
– Все? – устало переспросила Дженет. Коул кивнул:
– Да. Начните с вашего мужа... со смерти Генри. Простите, что спрашиваю вас об этом, но мне кажется, вам следует выговориться.
Дженет робко пожала плечами:
– А для чего? Последние полгода я постоянно думала об этом, и вывод напрашивался один.
– Какой же?
– Я сама отравила собственного мужа, – с безучастным видом ответила Дженет.
Коул в изумлении уставился на нее.
– Вот видите, и у вас такие же подозрения, – тихо произнесла Дженет. – Все меня обвиняют. Но я этого не делала.
Коул почувствовал огромное облегчение. Ему так хотелось ей верить. А ведь на какое-то мгновение Дженет здорово напугала его.
– Тогда расскажите мне подробно, что произошло в тот вечер, когда умер ваш муж.
Дженет согласно кивнула.
– Кому это выгодно? – задала она риторический вопрос и начала свое повествование на удивление спокойным и бесстрастным голосом.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Верь только сердцу - Карлайл Лиз



эмммммм,просто класс
Верь только сердцу - Карлайл Лиззуля
24.06.2012, 22.30





Класс! Я читала с огромнейшим интересам и управилась с этим романом за 2 дня..((впечатляюще))
Верь только сердцу - Карлайл Лизлилия
27.07.2012, 1.28





понравилось.детективная линия держит в напряхении до концо романа.главгерой-просто мечта.
Верь только сердцу - Карлайл Лизт.к.
12.11.2012, 14.17





Роман, действительно, интересный
Верь только сердцу - Карлайл ЛизЛюдмила
29.10.2013, 17.17





Роман мне понравился. Без слащавых постельных сцен. rn хорошая интрига. Прочла за 2 часа с удовольствием.
Верь только сердцу - Карлайл ЛизЛюба
25.11.2013, 21.11





Далее читайте роман о Делакорте.
Верь только сердцу - Карлайл Лизелена:-)
23.03.2014, 10.50





А СЛЕДУЮЩИЙ - ДОБРОДЕТЕЛЬНАЯ ЖЕНЩИНА! ЕЩЕ ЛУЧШЕ
Верь только сердцу - Карлайл Лизнатали
14.08.2014, 12.24





A mne ne ochen ponrawilos, malo dialogov, kuchateksta. Zatanuto.....
Верь только сердцу - Карлайл Лизnatascha
16.10.2014, 21.25





Понравился роман. Интересный сюжет, неожиданная развязка.
Верь только сердцу - Карлайл ЛизТаня Д
8.12.2014, 14.26





Отличная интрига.
Верь только сердцу - Карлайл ЛизОльга К
29.09.2015, 22.18





Какой бред!
Верь только сердцу - Карлайл ЛизНикта
14.11.2015, 12.55








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100