Читать онлайн Клянусь, это любовь была..., автора - Камсар Алекс, Раздел - СРЕДСТВО ПРОТИВ СТРЕССА в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Клянусь, это любовь была... - Камсар Алекс бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.14 (Голосов: 21)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Клянусь, это любовь была... - Камсар Алекс - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Клянусь, это любовь была... - Камсар Алекс - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Камсар Алекс

Клянусь, это любовь была...

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

СРЕДСТВО ПРОТИВ СТРЕССА

Она стояла на мосту и смотрела, как течет река. Дождь стучал по асфальту. Ветер играл с ее длинными черными кудряшками. Карие глаза блестели. Я шел мимо и остановился. Я смотрел, как по ее лицу сползают капли теплого дождя и как она мне как-то по-детски улыбается.
— Ты такая красивая, — не удержался я.
— Верно? — она улыбнулась еще шире.
Я стоял, дождь стучал по асфальту, она улыбалась, и я не знал, идти дальше или что-то ей еще говорить.
— Зонтик, — сказала она.
— Что?
— У вас в руках зонтик.
— Ах да, конечно, — я открыл зонтик и встал с ней рядом.
Она отвернулась и снова стала смотреть на реку. Я подумал, подумал и не нашел ничего более умного, как спросить:
— Вам не холодно?
— Разве это важно? — Она не обернулась.
— Иногда да, а иногда… Просто у меня профессия такая, я очень любопытный. Хочу, например, выяснить, как зовут красивых девушек, которые любят весной мокнуть под дождем.
Она засмеялась. У нее был низкий, довольно редкий для женщины тембр голоса. Черные вьющиеся волосы и карие глаза подчеркивали удивительно белое с розовым оттенком лицо. Ей было не больше девятнадцати. Она была просто восхитительной в этот весенний день. Десять минут назад я спешил, а теперь стоял и не знал, что дальше делать, хотя не люблю знакомиться на улице. Перспектива льстить самолюбию какой-то красотки за счет унижения собственного достоинства доставляла мало радости. К тому же красота настолько обманчива. Нет на свете более неустойчивой ценности. Однако я ждал, ведь этот дождь, в конце концов, должен был закончиться и с ним необходимость присутствия зонтика вместе с его хозяином.
— У вас есть мечта? — спросила она, не поворачиваясь ко мне.
Я растерялся, она застала меня врасплох.
— Ну… как вам сказать… может быть…
Я хочу жить, — прервала она мое бормотание, — на берегу теплого синего моря, в стране, где нет зимы, где растут большие красивые тропические деревья, где люди добрые и никуда не спешат. Я молчал. Мне было стыдно. У меня были совсем земные планы. Я уже давно стал, по крайней мере, так думал, обыкновенным циником, который этим, как щитом, прикрывает свою неспособность добиваться успеха и признания. К тому же мне стало холодно, и я не знал, что, помимо насморка, сулит мне это приключение. Она повернулась ко мне:
— Сколько вам лет?
— Тридцать.
— Ну вот, вы уже тридцать лет живете на этом свете, у вас же должны быть какие-то мечты.
— Были, конечно, и есть. Например, встретить случайно на мосту девушку — мечту все моей жизни — и с ней вместе замерзнуть до смерти.
Она долго хохотала, и я был благодарен судьбе, что она меня, такого обычного, ничем не выделяющегося, если только не считать носа, свела, хоть на несколько минут, с этой необыкновенной, очаровательной девушкой.
— У тебя, я вижу, с чувством юмора все нормально, — перешла она на «ты».
Я скромно молчал. Дождь уже кончился. И похоже, пришло время прощаться.
— Ну что ж, — сказала она, — спасибо. Ты был очень любезен. Прощай.
— Всего хорошего, — сказал я ей, — мне, честное слово, было очень приятно стоять с тобой на этом мосту. Спасибо тебе и всего хорошего.
Я закрыл зонтик, повернулся и пошел прочь.
Я шел и не хотел оглядываться, потому что знал, что нельзя обмануть судьбу.
— Эй, — окликнула она, — постой!
Я обернулся. Она подбежала ко мне:
— Угости меня чашечкой кофе. Ты ведь кофе пьешь, не так ли?
Мы сидели в небольшом безлюдном кафе и пили черный кофе.
— Ты знаешь, у меня было такое странное настроение. Почему — не знаю, — говорила она.
— Может быть, ты хочешь чего-нибудь более крепкого, чем кофе. Это помогает. Скажем, шампанского?
— Шампанское? Отлично. Давай отметим наше знакомство.
Мы выпили целую бутылку на те деньги, что я спешил вернуть знакомому. Она сняла плащ и стала еще более чудесной и близкой. Ее щеки раскраснелись, карие глаза горели. Я чувствовал, как от свалившейся на меня удачи и от шампанского кружится моя голова. Я был уверен, я знал, что этот праздник, который так неожиданно ворвался в мою жизнь, через час закончится, и мне придется выслушать упреки за то, что я не вовремя и не полностью вернул деньги приятелю. Но я хорошо знал, что за все надо платить и что не так часто, если не сказать — очень редко, такие вот красивые девушки баловали меня своим вниманием. Как я и полагал, она была студенткой и училась на первом курсе. Она изучала иностранные языки. Много и упорно, как она сказала, училась. Сильно уставала. Она была из другого города. Сначала она жила в институтском общежитии. Но когда приехала ее мама и увидела, какие там условия, то сразу выделила ей деньги, чтобы она вместе с другой девушкой сняла комнату недалеко от института. Маму больше всего возмущало то, что некоторые девушки-старшекурсницы приглашали своих мальчиков в общежитие и оставляли у себя на ночь…
— Как интересно. Представляю, как хорошо спится, когда рядом занимаются любовью, — заметил я.
Она засмеялась своим низким, чарующим смехом.
— Ты этого не можешь представить. Одной фантазии здесь мало. Разве фантазия может заменить действительность? Ты, например, слышал про Испанию и, может быть, даже знаешь что-то о ней.
— Я читал Хемингуэя. Он очень красиво пишет об Испании.
— Да, но ты можешь себе представить Испанию, если только поживешь там хотя бы полгода.
— Ты что, жила в Испании?
— Я там родилась.
— Слушай, а ты случайно…
— Нет, я не испанка. Мой отец просто тогда работал в торговом представительстве. Я жила в Испании до одиннадцати лет. Потом мы вернулись сюда, а через пару лет родители развелись. Отец сейчас снова работает в Испании. Мама, мама очень скоро стала некрасивой, ворчливой женщиной. Наверное, так выглядят все брошенные женщины.
Мне с ней порой бывает так тяжело. Я даже рада, что живу сейчас вдали от нее. Хотя иногда так скучно, так одиноко, что просто хочется выть. Здесь мне не хватает солнца. Я так люблю солнце. Я просто не могу жить без него. Ты бы только видел, какое солнце в Испании! Какое там ослепительное, яркое, красивое солнце! А какое там море, какие деревья! И люди там другие. Более добрые, более темпераментные, более отзывчивые. Ты понимаешь меня?
— Может быть, да, а может быть, нет, — ответил я. — Я тоже люблю солнце. Вот сегодня днем выглянуло солнце, и я решил пройтись по улицам нашего города и встретил тебя.
— Расскажи о себе, — попросила она.
— Моя жизнь — самая что ни на есть обыкновенная. В Испании не был. Иностранных языков не знаю. Какими-то выдающимися талантами не обладаю. За свои тридцать лет ничем особенным не отличился.
— Извини, а ты из этого города?
— Нет. Я недавно сюда приехал. Так получилось.
Воцарилась тишина. Я понял, что вечер близится к концу, и машинально потянулся к бокалу. Он был пуст. Она уловила мое движение и спросила:
— А может, нам еще выпить шампанского? Сегодня почему-то хочу напиться.
— Нет проблем, — заявил я, хотя всегда, когда тратил чужие деньги, сталкивался с проблемами.
Я взял еще шампанского, и эта бутылка стала гарантией, что наша беседа продлится еще некоторое время.
— Вообще-то я больше люблю вино, лучше красное. Когда я окончила школу, отец мне подарил бутылку красного испанского вина. Ты, наверное, никогда не пил испанское вино. Оно пахнет солнцем. Но здесь, в этом городе нет такого вина. Я, конечно, шампанское тоже люблю. Я научилась его пить, когда жила в общежитии. Его привозили мальчишки, которые приходили в гости.
— Это те, которые потом оставались ночью?
— Те тоже. Шампанское похоже на лимонад, пьется так же легко. Я люблю, когда слегка кружится голова и неизвестно откуда появляется хорошее настроение. У меня в последнее время так мало стало радостей. Учебу свою я ненавижу. Я говорю свободно по-испански, но нас заставляют учить английский плюс еще всякую чушь. Голова просто кругом идет. И я думаю: в чем смысл жизни, зачем надо так мучиться, выносить такие страдания — одиночество, большие нагрузки, полуголодные дни и месяцы, — чтобы потом, неизвестно когда и неизвестно где, жить хорошо? И настанут ли эти времена? Ну вот ты. Ты ведь живешь на одиннадцать лет дольше. И что, сейчас тебе лучше, чем в девятнадцать?
— Наверное, нет.
— Вот видишь. И я хорошо понимаю девушек, которые таскали к себе мальчиков. Они хотели взять свое от жизни сейчас, а не потом.
— И что, — усмехнулся я, — получили, что хотели?
— Но они поступили так, как они хотели, и я их не осуждаю. Я считаю, что все должны иметь право поступать так, как им хочется.
— Твоя мама, кажется, другого мнения.
— Она не одобрила бы даже то, что я с тобой здесь пью шампанское.
— Следует ли из этого, что очередной наш с тобой тост будет «за запретное»?
— Нет, конечно, — она одарила меня очередной восхитительной улыбкой. — Если честно, то мне, да и другим девушкам тоже, было не по себе, когда на соседней койке всю ночь раздавались звуки любовных игр. Чтобы в таких условиях спать, надо иметь железные нервы.
— А чтобы заниматься, как ты говоришь, любовными играми в комнате, где на соседних койках спят или притворяются, что спят, еще двое…
— Трое, — засмеялась она.
— Тем девушкам не надо иметь железных нервов?
Это дело привычки. Я, например, считаю, что так нельзя, не потому, что это неприлично, а потому, что некрасиво. Все должно быть красиво, ты не согласен? Но есть такие, которых как раз такая обстановка возбуждает. С нами жила девушка с четвертого курса — маленькая, невзрачная. В ней было столько энергии! Она меняла партнеров каждую неделю. Однажды пришла с мужчиной лет пятидесяти — большим, лысым, с огромным животом. Такой противный… Она решила его оставить на ночь. Представляешь? Тогда все девушки устроили бунт, позвали администратора. Такой был скандал… А когда ко мне приехала мама, администратор ей тут же все рассказал. Ты бы видел мамины глаза. Она велела сразу собирать вещи, и я переехала в мою комнату. Мы все шампанское уже выпили? Тогда я еще съем мороженое, и мы пойдем. Ладно?
Мы вышли из кафе. Погода окончательно испортилась. Дул холодный, порывистый ветер, дождь моросил.
— Ты меня проводишь? — спросила она.
— Да, конечно, — обрадовался я. — Где ты живешь?
Она назвала свой район. Денег на такси у меня не было. Мы долго-долго ждали автобуса, потом долго ехали, потом долго шли под дождем и, наконец, совсем уже мокрые, добрались до ее дома.
— Вот я здесь и живу. — Она показала на большой старый дом и посмотрела на меня — такая молодая, такая красивая. Я молчал, потому что боялся, что могу одним неосторожным словом или движением все испортить.
— Ты почему молчишь? — спросила она.
— Ты такая красивая, — сказал я ей. — Ты, наверное, самая красивая девушка, которую я знал в жизни.
— Да?
— Честное слово.
— Спасибо тебе, мы так хорошо провели время.
— Тебе спасибо. Спасибо за праздник, который сегодня ты подарила мне.
Она прижалась ко мне и поцеловала. Ее губы ее были такими горячими.
— До свидания, — сказала она.
— До свидания, — ответил я.
Она не уходила. И я не уходил. Она улыбалась мне хитро-хитро.
— Может быть, ты хочешь ко мне зайти? Я могу угостить тебя чаем.
— Хочу, конечно.
— А почему молчишь?
— Я очень хочу зайти к тебе и попить с тобой чаю.
Она взяла меня за руку и потащила в подъезд. Мы поднялись на третий этаж. Потом шли по темному, давно не видевшему ремонта коридору и остановились у одной из дверей. Она открыла ее, и мы вошли в маленькую комнатку. В ней с трудом помещались две узкие кровати, шкаф и небольшой столик.
— А где твоя подружка? — спросил я.
— Она на пару дней уехала к родителям. Разве я тебе не сказала?
Она сняла свое пальто, я — куртку.
— Я, кажется, полностью промокла, — сказала она и начала раздеваться. Сняла кофту, потом рубашку, юбку, колготки… Я стоял, как под гипнозом, и не мог даже шевельнуться.
Она сняла с себя всю оставшуюся одежду и стояла посередине комнаты обнаженная, восхитительная, очень и очень желанная.
— Ну? — спросила она.
— Что? — с трудом выговорил я.
— Я действительно красивая?
— Да, — я облизнул пересохшие губы, — очень!
— Тогда почему стоишь? Иди ко мне.
Мы встретились через две недели. Она опаздывала на полчаса. Но я ее ждал и готов был ждать сколько угодно. Когда я увидел, как она идет ко мне навстречу, испытал такую первобытную радость, такое безудержное счастье! Сегодня она выглядела еще красивее. Я поцеловал ее в щечку и сказал:
— Пойдем в то кафе, где мы тогда так хорошо сидели!
— Нет, у меня мало времени, — сказала она.
Я сразу помрачнел. Она не могла этого не заметить.
— Ты должен понять. Тот день, вернее, ночь… Она ничего не значит. Мы ведь очень разные. Ты же сам это понимаешь. Между нами ничего не может быть… больше не может быть. И не звони мне больше. Я тебя очень прошу.
Я стоял в шоке, под тяжестью удара, который обрушился на меня в момент, когда я был таким счастливым и беззащитным.
— Но почему, — спросил я ее дрожащим от унижения голосом. — Почему тогда, когда ты стояла на мосту, ты думала иначе?
— Сама не знаю. Я тогда… У меня было жуткое настроение. Я не знала, что я делаю… Я очень устала. Мне надо было как-то снять стресс, расслабиться. Иначе… Иначе я могла бы с ума сойти или повеситься.
— И давно ты знаешь этот способ снятия стресса?
— Какая тебе разница? Тебе от этого лучше? Нет, ты не первый. И не смотри на меня с таким презрением, а то я заплачу.
Я повернулся и быстро-быстро ушел. Я снова не хотел оглядываться. А она на этот раз меня не остановила. Я уже не шел, я бежал, боясь, что, если останусь, то либо с ней что-нибудь сделаю, либо с собой.
Это был один из самых тяжелых дней в моей жизни. Она ворвалась в мое сердце, легко и быстро покорила мою душу, но оказалось, что я был всего-навсего средством для снятия стресса. На время я потерял нить жизни. Я перестал понимать свое окружение, делал одну ошибку за другой и нажил себе кучу неприятностей и множество врагов. Только спустя год я смог настолько успокоиться, чтобы относиться к этой истории не так трагично. Как ни странно, именно тогда я решил с ней снова встретиться.
Я шел к ней, готовый убедиться в том, что она совсем и не такая красивая, как мне показалось год назад, что она вовсе и не умна, а потому не представляет для меня большой ценности.
С трудом я нашел дом и отыскал ее комнату. Дверь открыла незнакомая, очень толстая девушка.
— А разве здесь не живет…
— Нет, — перебила она, — не живет. Она вышла замуж за иностранца на двадцать лет старше и уехала с ним. Навсегда.
— Где же она сейчас живет?
— В Испании, где же еще ей жить. В Испании.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Клянусь, это любовь была... - Камсар Алекс



Нет, это не ЛР. Какие-то графоманские новелки на тему одиночества...
Клянусь, это любовь была... - Камсар АлексLynn
2.09.2013, 8.36








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100