Читать онлайн Мимолетное прикосновение, автора - Камерон Стелла, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мимолетное прикосновение - Камерон Стелла бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.24 (Голосов: 76)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мимолетное прикосновение - Камерон Стелла - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мимолетное прикосновение - Камерон Стелла - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Камерон Стелла

Мимолетное прикосновение

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

— Наконец-то! — негромко, но выразительно пробормотал виконт Хаксли. — Ну, наконец-то!
Слова эти относились к его собственному городскому экипажу фамильной зелено-золотой расцветки. На козлах восседал кучер в роскошной ливрее, четверка лоснящихся вороных бойко цокала копытами по мостовой, везя карету мимо ряда фешенебельных особняков.
Сеть, раскинутая вокруг Роджера Латчетта, неумолимо смыкалась.
Из окна будуара леди Баллард молодой человек видел перед собой Брайнстон-сквер как на ладони. В этот ненастный день сад посреди площади выглядел по-зимнему пусто и уныло, немногочисленные прохожие — слуги и торговцы — торопились по своим делам. Однако появление богатого экипажа вызвало некоторое оживление, и возле дома тут же собралась группка зевак.
Так, значит, она наконец здесь, Эдвард?
Что? — Хаксли вздрогнул. На несколько секунд он совершенно забыл о том, что не один. Тетушка стояла у него за спиной.
Я сказала, — язвительно повторила графиня, — она здесь.
Верно. — За две недели, прошедшие с тех пор, как Эдвард последний раз видел Линдсей Гранвилл, он только и делал, что пытался (по большей части безуспешно) выкинуть ее из головы.
Шелест шелковых юбок и постукивание костяного веера выдавали недовольство леди Баллард. Она не привыкла к тому, чтобы на нее не обращали внимания. Но виконт не мог заставить себя отвернуться от окна, пока не убедится, что его драгоценная добыча доставлена в целости и сохранности.
А вот и Латчетт! Дверцы кареты распахнулись, и оттуда показалось сперва обширное брюхо, выпирающее из-под разукрашенного серебром сюртука, а затем и толстяк собственной персоной. Вперевалку спустившись с подножки, он повернулся, чтобы подать руку пухлой даме в розовом бархатном плаще, подбитом лебяжьим пухом, и замысловатой розовой шляпке. Присоединившись к сыну, миссис Гранвилл выудила из-под складок плаща огромную муфту. Хаксли склонился к окну. Похоже, эта особа не жалела средств на наряды для путешествия в Лондон, ведь это путешествие явно представлялось ей началом новой и восхитительной карьеры в высшем свете.
Виконт поджал губы. Что там ни говори, пусть Белла Гранвилл и досадная помеха, но до чего же незначительная и легкоустранимая по сравнению с последней пассажиркой кареты.
Отлично. — В голосе леди Баллард слышалось нескрываемое раздражение. — Я тебе верю.
Виконт непонимающе оглянулся.
Ты мне веришь? — Порой привычка Антонии с непогрешимым видом оглашать собственные, абсолютно ни на чем не основанные выводы, не имеющие никакого отношения к реальности, забавляла Эдварда, но сейчас ему было не до смеха.
Поднявшись с кушетки, графиня подошла к племяннику и лукаво похлопала его веером по руке.
— Верю, что ты и в самом деле очарован этой девушкой. Поэтому начнем приводить в действие мой маленький план.
Эдвард уже открыл было рот, чтобы спросить, что она имеет в виду, но решил, что не время.
— Наверное, пора спускаться вниз и…
Он снова бросил взгляд в окно и умолк, не докончив фразы. Латчетт и его родительница скрылись из виду — должно быть, уже поднялись на крыльцо. В дверцах кареты неуверенно мешкала маленькая заброшенная фигурка, которая не могла быть никем иным, кроме мисс Гранвилл.
Неуверенно? Или ей не хотелось делать последние несколько шагов к жилищу тетушки своего жениха? Виконт досадливо пожал плечами. Какая разница, мечтает ли эта глупая девчонка вновь увидеться с ним или нет? Все равно у нее нет выбора.
Господи!
Хаксли обернулся к тетушке.
— Прошу прощения?
— Это и есть твоя невеста?
Хаксли проследил ее взгляд. Кучер наконец-то заметил, что Латчетт оставил мисс Гранвилл на произвол судьбы, и бросился помогать девушке сойти.
— Что ты имеешь в виду, Антония? Да, это моя невеста — мисс Линдсей Гранвилл. Уверен, ты будешь просто очарована.
— Поживем — увидим.
Эдвард мысленно воззвал к небесам, молясь, чтобы мисс Гранвилл вела себя тише воды ниже травы — хотя бы до тех пор, как научится сдерживать язычок и не выпаливать наобум первое, что придет ей в голову… что уж там, премилую головку. Вздохнув, он наблюдал, как кучер ведет девушку к дому. О Боже, только бы она сумела понять и освоить наиглавнейшее правило поведения здесь, идущее вразрез со всеми ее прежними привычками! А именно: строжайше следить за собой, выполнять все положенные светские ритуалы и неукоснительно слушаться Антонию, свою наставницу.
Помнится, ты говорил, что она появится с приличествующим случаю гардеробом, — фыркнула леди Баллард. — Я предлагала тебе самой об этом позаботиться, но ты сказал, семейство все сделает.
Именно. Я дал Латчетту столько денег, что хватило бы в пух и прах разодеть целый выводок девиц на выданье. Если бы не все эти глупости с гардеробом, мы бы покончили со всякими вздорными формальностями по меньшей мере неделю назад. Будь моя воля, мадам, помолвка уже была бы оглашена. Уже успели бы сделать пару оглашений в церкви и оставалось бы не больше двух недель до этой распроклятой… — Он закашлялся. — Можно было бы через две недели сыграть свадьбу.
Сложив руки на груди, Антония смерила племянника проницательным взглядом голубых глаз.
— Судя по всему, ты в таком восторге от этой девицы, что готов огрызаться на всех кругом. Так и быть, я закрою глаза на твою дерзость, Эдвард… до поры до времени. А теперь, будь так добр, выслушай.
Она величественно вернулась к оттоманке и изящно раскинулась на сине-золотых подушечках. Хаксли терпеливо ждал, что она скажет. Ему было немного смешно, но хотелось поскорее покончить с этим разговором.
— Первое, чем необходимо заняться. Горчично-желтое. Эдвард, как можно?
Не понял…
Графиня сердито топнула крохотной ножкой в черной туфельке.
Молодой человек, точно вам говорю — вы совсем слуха лишились. Я сказала: горчично-желтое! На девушке надето горчично-желтое платье с коричневой ротондой. Более неподходящее сочетание цветов и представить-то трудно, тем более что, насколько я разглядела, она хрупкая блондиночка. И, если глаза меня не обманули, все безнадежно вышло из моды. — Лорнет леди Баллард, забытый в те краткие секунды, что леди обозревала с третьего этажа разыгрывавшуюся внизу сцену, теперь был устремлен на Эдварда. — Полагаю, конкретно этот наряд обошелся тебе в считанные гроши.
Виконт не осмелился признать, что был слишком поглощен своими мыслями, чтобы разглядеть костюм мисс Гранвилл.
— Право, это совершенно не важно.
— Напротив, именно это-то и важно. Но ничего, я этим займусь, причем немедленно. И помни — чтобы никто из широкой публики и слова не слышал о помолвке, пока девушка не покажется в свете.
— Но…
— Ты понял, Эдвард? Ни слова! Пусть сперва свет убедится, что она — само совершенство. Конечно, все сразу же начнут гадать про нее, кто она да откуда, но нам это только на руку. Помни, в тот миг, как возникнет хотя бы малейшее подозрение, что неуловимый лорд Хаксли помышляет о женитьбе, весь цвет общества пожелает увидеть особу, которая сумела соблазнить самого выгодного и недоступного жениха сезона.
— Проклятие!
— Я вовсе не намерен ждать. Или разбираться с возможными соперниками.
Графиня раскрыла веер.
— Предоставь это мне. Я знаю, что делаю. Так ты даешь слово меня слушаться?
Чего доброго, откажись он, тетушка ему такое устроит, что он еще десять раз пожалеет, что не согласился. Не хватает еще выяснять отношения с любимой родственницей.
— Как пожелаешь, — холодно отозвался виконт.
— Очень мудро с твоей стороны, Эдвард. А что до всего остального, запомни, пожалуйста, я состою в родстве — правда, со стороны мужа и в очень дальнем — с корнуоллскими Гранвиллами.
Наконец ей удалось всецело завладеть его вниманием.
— В родстве?
О Боже! Прекрати наконец повторять за мной, точно попугай. Что за утомительная привычка! Да, я состою с ними в родстве. — Не глядя на племянника, графиня отколола с лифа жемчужную брошку и с довольным видом полюбовалась искусным узором. — В дальнем, очень дальнем, но тем не менее…
На лице Хаксли медленно появилась улыбка. Видно, он и впрямь так поглощен своими заботами, что разучился думать обо всем прочем.
— Подумать только, что я совсем выпустил из виду такой важный факт.
— Да. Только подумать. Гранвиллы очень… Ты говорил мне, что мисс Гранвилл — последняя в роду? — Дождавшись его кивка, графиня продолжала: — Да-да, помню. Я и сама знала. Итак, Гранвиллы были очень достойной семьей. Знаешь, пожалуй, я даже довольна, что ты решил жениться на мисс Гранвилл, — по крайней мере столь благородный род не угаснет совсем. Удачно получается.
— Гм. Удачно. — Лучше поздно, чем никогда. Антония наконец-то загорелась идеей его брака с мисс Гранвилл. Ее восторженная поддержка и помощь в организации этой свадьбы позволят ему сберечь время и заняться более важными делами. — Итак, теперь мы наконец-то можем приветствовать наших гостей?
— Нет.
Хаксли, уже протянувший руку тетушке, чтобы сопровождать ее вниз, замер как вкопанный
— Нет?
— Ох, полно тебе, в самом деле. — Леди Баллард поднялась на ноги. — Это уже чересчур. Ты должен подождать здесь, по крайней мере полчаса. Потом можешь спускаться к нам.
— Но…
— Потом, Эдвард. Важно сразу же задать нужный тон. Я понимаю, конечно, что тебе неймется увидеть свою пассию, но коль скоро уж я отвечаю за то, чтобы подготовить ее к выходу в свет, мне нужно сперва посмотреть, какова она. А если вы с ней будете ворковать, как два голубка, это нас отвлечет.
— Ворко… — Эдвард сдержался. Ворковать, как два голубка? — Как хочешь, тетя.
Весь этот любовный вздор, однако, начинает уже изрядно действовать на нервы. Ну ничего, только бы дотерпеть, пока мисс Гранвилл станет его виконтессой, а там уж сплавить ее в какое-нибудь из девонширских поместий. Там ей будет хорошо, даже очень. И они прекрасно смогут прожить остаток дней друг без друга.
— Да, кстати, — уже собираясь уходить, спохватилась Антония. — Сегодня утром здесь оставил свою карточку мистер Ллойд-Престон. Очевидно, он заходил на Кавендиш-сквер и не застал тебя дома.
— Не знал, что Джулиан вернулся из Дорсета.
Благодаря достопочтенному Джулиану Ллойд-Престону Хаксли ухитрился в младые годы избежать всех тех «закаляющих характер» мучений, что выпадают на долю каждого новичка в Итоне. Добросердечный Джулиан сразу же взял его под свое покровительство, и с тех пор между молодыми людьми зародилась нерушимая дружба.
Я взяла на себя смелость пригласить его сегодня вечером.
Сегодня вечером? — Виконт покачал головой. — В смысле, куда ты его пригласила — сюда или на Кавендиш-сквер?
Леди Баллард отворила дверь.
— Сюда, конечно. После того как Латчетты отбудут в Челси, а мы с мисс Гранвилл немного пообщаемся, я довольно рано удалюсь к себе… разумеется, дав ей первый урок. Я знаю, днем у тебя найдутся и другие дела, но если надумаешь вернуться… — В потеплевших глазах графини сверкнула понимающая улыбка. — Вероятно, мисс Гранвилл будет рада скоротать вечер в новом окружении. И Джулиан заверил меня, что появится очень поздно.
Она вышла, и Хаксли медленно закрыл за ней дверь. Скоротать вечер? Сколько многообещающих возможностей кроется в этой фразе.
Готовясь к встрече с гостями, леди Баллард позаботилась заранее навести о них справки и теперь знала, что Бродерик Гранвилл был намного старше своей второй жены. Должно быть, когда они встретились, Белла как раз находилась в самом расцвете своей пышной и чуть вульгарноватой красоты. Заставив себя благосклонно улыбнуться в ответ на глупую улыбку миссис Гранвилл, Антония подумала, что Бродерик, вероятно, женился на этой женщине лишь ради ее тела — об интеллекте в этом браке явно речи быть не могло.
Так вы говорите, миледи, Хаксли к нам вскоре присоединится? — Роджер Латчетт развалился в кресле перед камином в парадной гостиной. Не прошло и десяти минут со времени их знакомства, а он уже заглотал второй бокал превосходной мадеры из запасов хозяйки дома.
Лорд Хаксли скоро появится, — с нажимом поправила Антония. Она была до глубины души возмущена — этот расфранченный толстяк уже начинал фамильярничать. И о чем только думал Эдвард, заводя знакомство с подобными людьми! Впрочем, взглянув на мисс Гранвилл, графиня изменила мнение. Это прелестное юное существо могло вскружить голову любому.
Линдсей! — Белла Гранвилл раздраженно покосилась на падчерицу. — Прекрати расхаживать туда-сюда. Я уверена, ее светлости неприятно, что ты мечешься среди всех этих прелестных вещей, точно зверь в клетке.
— Пусть себе бродит, — с напускным добродушием махнула рукой Антония. — После длительных поездок хочется поразмяться, особенно молодым. Она сегодня уже насиделась.
Правду сказать, это беспрестанное кружение по комнате и впрямь удивляло графиню. Она-то думала, что Линдсей будет смирненько сидеть в уголке, сложив руки на коленях, и терпеливо ждать, пока старшие не соизволят обратить на нее внимание. Впрочем, вся эта ситуация с самого начала, как только Эдвард рассказал о том, что собирается жениться, выглядела как-то странно.
В голову леди Баллард вдруг пришла восхитительная мысль.
— О, что же это я, простите великодушно, — с неожиданным дружелюбием произнесла она. — Мистер Латчетт, вы с вашей почтенной матушкой, наверное, изрядно устали с дороги, это ведь так утомительно. Позвольте мне распорядиться, чтобы вас сразу же отвезли в ваше новое жилище.
— Нет-нет, — пронзительным голосом возразила Белла. — Мы и не подумаем уезжать, пока не повидаемся с нашим новым родственником. Ни за что.
Новым родственником! Антонию охватила непривычная злость.
— Я все же настаиваю. — Поднявшись, она позвонила Норрису. Он прослужил у нее дворецким вот уже более тридцати лет и по выражению лица госпожи должен был понять, что надо поторапливаться. — Не то лорд Хаксли никогда не простит мне подобного пренебрежения долгом учтивости.
Через миг на звонок появился пожилой дворецкий, и графиня велела ему проводить Латчетта и его мать к коляске.
Белла неохотно встала, и уголках ее губ затаилось глубокое разочарование.
— Но мы не можем уехать, не повидавшись с его светлостью. Я отчетливо помню, он сказал, что нам еще надо обсудить все… гм… приготовления. И уж конечно, ему захочется поздороваться с Линдсей.
Антонии потребовалось несколько секунд на то, чтобы переварить, что семейство мисс Гранвилл, по-видимому, отнюдь не поняло, какие от них требовались «приготовления». Или предпочло забыть о договоре.
— Поверьте, он очень скоро поздоровается с мисс Гранвилл. Она остается здесь. Впрочем, вы ведь наверняка и сами это знаете. Сундуки мисс Гранвилл уже внесли в дом, Норрис?
Дворецкий кивнул.
— Да, ваша светлость.
Лицо его отражало почтительное неодобрение таких малопочтенных гостей.
Но мне казалось, Линдсей будет жить с нами, — заявила Белла Гранвилл, словно по рассеянности развязывая ленты на шляпке. — Я думала, что буду сопровождать ее, когда она начнет выезжать в свет… ну и вас, разумеется, ваша светлость. И Роджер тоже.
Именно, — подтвердил Латчетт, с видимым сожалением отставляя бокал в сторону. — Это самое меньшее, что мы можем для нее сделать.
Леди Баллард без труда представила, сколько упоительных планов уже успели составить Латчетты. Выскочки!
— Ну что вы. Мы и помыслить не могли о таких посягательствах на ваш досуг. И потом, мне нужно, чтобы мисс Гранвилл несколько недель неотлучно находилась при мне. — Как графиня ни старалась, но не заставила себя сказать «перед свадьбой». — Мы очень скоро снова встретимся. Не стесняйтесь, и если что потребуется, тут же сообщите мне.
На то, чтобы окончательно выпроводить недовольную парочку из гостиной, потребовалось еще несколько минут, но наконец шум колес под окном возвестил об отъезде кареты. Графиня облегченно перевела дух. Одной проблемой меньше. Молчаливое кружение девушки по комнате тем временем начало уже не на шутку раздражать ее. Антония кинула взгляд на затейливые эмалированные часы над каминной полкой. Через десять минут того и жди Эдвард спустится вниз и окончательно смутит эту пугливую провинциалочку.
— Ну же, дорогая моя мисс Гранвилл, — начала она, стараясь придать голосу больше радушия, чем испытывала в данный момент. — Пора нам получше познакомиться. Лорд Хаксли много рассказывал мне о вас, но…
— Он ровным счетом ничего обо мне не знает. Антония удивленно воззрилась на гостью. Уж не ослышалась ли она?
— Не сомневаюсь — вы быстро всему научитесь и станете Эдварду достойной женой.
— Что-то не верится.
На этот раз никаких сомнений не оставалось. Она услышала именно то, что и было сказано. Подойдя к девушке, Антония ободряюще потрепала ее по плечу.
Дорогая, вы просто нервничаете. И неудивительно. Я и пригласила-то вас именно затем, чтобы помочь вам выдержать предстоящие трудные недели.
Похоже, предстоящим неделям суждено было стать не просто трудными, а очень трудными.
— Он совершенно меня не знает. — Мисс Гранвилл опустила густые ресницы и вся съежилась. Тонкие плечики подрагивали, довершая общую картину полнейшего уныния. — Все это — чудовищное недоразумение, и он непременно отошлет меня домой, как только придет в себя.
От волнения голос девушки сделался хрипловатым и низким. Заинтригованная до предела, леди Баллард решила подождать с расспросами и поглядеть, что из этого выйдет. И она не ошиблась. Линдсей уже не могла молчать.
— Просто незыблемое чувство чести заставляет лорда Хаксли жертвовать собой. — Темно-синие глаза умоляюще заглядывали Антонии в лицо. — Миледи, умоляю, ради него же самого, убедите его выбросить из головы саму мысль об этом браке.
В растерянности Антония раскрыла веер, снова захлопнула его и многозначительно приложила к подбородку.
— Ах, как хорошо я помню собственные девичьи страхи, когда мой незабвенный муж сделал мне предложение. — Она лихорадочно обдумывала сложившуюся ситуацию. Незыблемое чувство чести, скажите на милость! И что бы, интересно, это могло означать? — Хаксли от вас без ума, и теперь я вижу почему. Дорогая моя, вы просто прелестны. Чудо как хороши. Естественно, мой нетерпеливый племянник жаждет поскорее отвести вас к алтарю, как какой-нибудь юнец.
Вместо ожидаемого смеха или хотя бы улыбки на губках девушки графиня с ужасом увидела, что бедняжка залилась слезами. Эдвард оказался прав — его невеста и впрямь удивительно невинное, нежное и робкое создание. Антония распрямила и без того совершенно прямую спину. Вопрос чести? Неужели этот очаровательный разгильдяй… Нет, немыслимо! Даже Эдвард не стал бы… Она оглядела гладкую белоснежную кожу девушки, каскад золотистых локонов, изгиб хрупкой шейки, высокие бугорки груди под этим ужасным платьем — искусно сшитым, но давным-давно вышедшим из моды. Похоже, непослушный племянник рассказал далеко не все, но тем не менее леди Баллард отдала ему должное за вкус в выборе материала, из которого надлежало вылепить безупречную виконтессу. Кроме внешней красоты, графиня чувствовала в Линдсей нечто особенное, редкое, какую-то печать исключительности, доброй и благородной натуры. А еще она чувствовала то, что всегда умела ценить превыше всего — вызов.
Лихорадочно подыскивая, чем бы отвлечь девушку, Антония указала на красовавшуюся над камином картину.
— Лорд Баллард, — не без гордости пояснила она. — Мой покойный муж.
Уловка сработала. Забыв о своих печалях, мисс Гранвилл подняла заплаканные глаза на портрет.
— Какое привлекательное лицо, — задумчиво сказала она. — И глаза смеются. Мне это в людях ужасно нравится. У него такой вид, будто он не принимает себя слишком всерьез. А то большинство джентльменов всегда кажутся такими холодными, далекими… погруженными в себя. Ужасно важными. По-моему, ваш покойный муж был не таким. Наверное, вам его очень недостает. А давно… Ой! — Она прижала пальчик к губам и залилась румянцем. — Боже мой. Я слишком много болтаю. Все так говорят.
— Значит, все ошибаются, — возразила Антония, сама удивляясь своему порыву. — Вы просто прелесть. И на диво проницательны. Мой муж действительно был совершенно не обыкновенным человеком, и я очень его любила. К несчастью, он умер через несколько лет после свадьбы.
Милый Баллард, такой добрый, отзывчивый. В ней никогда не угаснет благодарность за то, что он оставил ее единственной наследницей.
— Как грустно, — негромко произнесла мисс Гранвилл. — И вы до сих пор оплакиваете его.
Графиня спрятала улыбку. Привычка носить черное в очередной раз сослужила ей добрую службу.
— Для иных людей внешние знаки траура играют большую роль. Я принадлежу к их числу и хочу вечно отдавать должное памяти того, кого я любила и потеряла.
Она не кривила душой, но умалчивала о том, что у траурного платья было и еще одно назначение — удерживать воздыхателей на расстоянии. Взять, например, пылкого и страстного лорда Эйрсли, последнего из длинной череды ее возлюбленных, — он так и жаждет упрочить их союз. Тем более что его оскудевшему карману куда как кстати пришлись бы капиталы богатой вдовушки. Однако Антония не собиралась отказываться от своей свободы… и полной власти над кровной собственностью.
Тем временем, похоже, мисс Гранвилл снова задумалась о своем.
— Мне было крайне жаль узнать и о вашей утрате. Девушка вздрогнула и побледнела.
— Ах, простите? О, вы знали Уильяма? — Явно смутившись, она задела край столика у стены. Размещавшаяся на нем драгоценная коллекция китайского фарфора жалобно за дребезжала. — Ой, еще раз простите. Какая же я неловкая.Все так говорят.
Судя по всему, решила леди Баллард, эти самые «все», кем бы они ни были, немало постарались, чтобы лишить бедную девочку какой бы то ни было уверенности в себе.
— Не думайте об этом. Признаться, я не имела удовольствия лично встречаться с вашим братом или отцом. И лишь после того как Эдвард упомянул вашу семью, я вспомнила о наших родственных связях.
Мисс Гранвилл недоуменно поглядела на нее.
— Эдвард?
С трудом подавив желание одернуть гостью, графиня заставила себя мило улыбнуться.
— Да, дорогая. Эдвард. Мой племянник. Тот самый, который просил вашей руки.
Быть может, среди молодежи сейчас модно — все время повторять за собеседником?
— Ах да! — Прелестное личико снова затуманилось. Неужели, недоумевала графиня, неужели может быть хотя бы ничтожнейшая возможность того, что нежные чувства Эдварда безответны? Даже думать смешно!
— Итак, о чем это я? Ах да, после того как Эдвард упомянул вашу семью, я вспомнила о наших родственных связях.
— Родственных связях?
— Бог ты мой! — На сей раз леди Баллард не сумела окончательно скрыть раздражение. При первой же возможности надо справиться у Эрнестины Сибил, чья дочка хотя еще и не вышла замуж, но и не успела пополнить ряды безнадежных старых дев. Эрнестина должна быть в курсе всех этих новомодных глупостей.
Родственные связи… вы… мы… неужели?.. Графиня одарила девушку новой улыбкой.
Зовите меня тетей. Да, мы в родстве. Насколько я помню, кузина моего мужа — к сожалению, она уже умерла — была замужем за троюродным братом — он, к несчастью, тоже уже скончался, — но он, то есть муж кузины моего мужа, состоял в родстве с корнуоллскими Гранвиллами… — Как ни странно, но мисс Гранвилл не выказала никаких особых эмоций и явно слушала лишь из вежливости — Словом, раз уж мы родня, пусть и дальняя, то будет совершенно естественно, если вы станете звать меня тетей.
— Да, пожалуй.
— Замечательно. А я буду называть вас Линдсей. Мне хочется, чтобы чуть позже вы рассказали мне о себе. Однако в первую очередь займемся вашим обучением.
— Обучением?
Антония лишь горестно закрыла глаза.
— Вам надо многому научиться. — Открыв глаза, она зорко оглядела мисс Гранвилл. — Хотя, быть может, все и не так уж страшно.
— Лорд Хаксли мог бы выбрать себе девушку под пару, из своего круга, которую не надо ничему учить. — Нежные губы мисс Гранвилл сложились в удивительно твердую линию. Надеюсь, вы посоветуете ему именно так и поступить.
Ситуация и впрямь развивалась в высшей степени неординарно!
— Вряд ли Эдварду понравится, если я стану указывать ему, на ком жениться. Верно ли я понимаю, что вам не надо объяснять, как правильно пользоваться веером?
— У меня никогда не было веера. Графиня едва не застонала.
— Значит, нам есть что обсудить. На сегодня я дам вам один из своих вееров. Потом, когда будем заказывать вам все остальное, что потребуется, вы сможете сами выбрать себе веера по вкусу.
— По-моему, тот, что у вас сейчас, просто великолепен.
В голосе Линдсей сквозила едва заметная застенчивость, смягчившая сердце леди Баллард.
— Спасибо. У меня есть второй точно такой же. Его я вам и отдам.
Она старалась говорить как ни в чем не бывало. В конце-то концов, оставался еще немалый шанс, что Эдвард все же очнется от наваждения и пойдет на попятную. До официального объявления помолвки это проще простого.
— Из-за меня вам столько хлопот.
Вот это верно, но тут уж ничего не поделаешь.
— Ну что вы. А кстати, какое у вас… гм… любопытное платье.
— Спасибо. По-моему, материал очень хороший.
— Вам оно нравится?
Огромные синие глаза Линдсей твердо взглянули на графиню.
Оно очень практичное. И материал хороший.
Леди Баллард без труда догадалась о подоплеке всего происходящего. Дорожный костюм Беллы Латчетт был превосходного качества и сшит по самой последней моде. Без сомнений, бессовестная женщина воспользовалась возможностью обновить за счет Эдварда собственный гардероб, а падчерицу, которой все эти деньги предназначались, одела в старые обноски. Какая гнусность! И все же, несмотря на такое сомнительное обращение, девушка пыталась сохранить лояльность по отношению к Латчеттам. Глупо — но похвально.
— Эдвард говорил, что позаботился, чтобы вы обзавелись новыми нарядами для предстоящего бального сезона.
Девушка так мучительно покраснела, что даже Антонии стало за нее больно.
— Мне вовсе не нужно, чтобы все было совсем новым, — почти неслышно пролепетала бедняжка. — У нас были платья, которые… А это еще вполне…
— Понятно. — Ни к чему понапрасну мучить это нежное созданьице. — Думаю, вы привезли с собой много красивых новых нарядов.
— Да.
Лицо девушки стало таким несчастным, руки так растерянно теребили юбку, что графиня не на шутку рассердилась. Что бы там ни произошло между Эдвардом и этой девочкой, но надо непременно позаботиться о том, чтобы Латчетты поплатились за свою черствость.
— Я тоже все еще оплакиваю брата.
Неожиданное заявление Линдсей поставило Антонию в тупик.
— Уильяма? Он же умер два года назад.
— Да. Я бы и до сих пор носила по нему траур, да вот только выросла из всех черных платьев.
Даже беглого взгляда на миниатюрную, но цветущую и соблазнительную фигурку девушки было достаточно, чтобы сразу же поверить этим словам.
— Возьмите, — подчиняясь первому побуждению, леди Баллард порывисто вложила в маленькую ручку Линдсей брошь. — Она чудесно подойдет к вашим прелестным золотистым волосам. Носите ее в память об Уильяме.
Линдсей обескураженно посмотрела на драгоценность у себя на ладони.
— Ой, ну что вы. Она слишком дорогая.
— Ерунда. Пустяковая безделушка. И мне хочется подарить вам ее по случаю вашего приезда.
Графиня сама себе удивлялась. Что это с ней? Откуда эта неожиданная глупая сентиментальность? Должно быть, годы берут свое. Она тряхнула головой и напустила на себя прежнюю суровость.
— Однако к делу. Вы танцуете?
— Не по-настоящему. — Мисс Гранвилл впервые за все это время улыбнулась — и эффект был просто ошеломляющ. Глаза ее засияли, а губы лукаво изогнулись, приоткрывая ряд маленьких ровных зубов. — Но моя подруга Сара — то есть мисс Сара Уинслоу — отлично играет на пианино, и я частенько…
Бледные щеки девушки вновь вспыхнули румянцем, и она потупилась.
— Что вы частенько?
— Вы сочтете меня совсем дурочкой.
— Прошу вас, ответьте.
— Представляю, как будто нахожусь в бальном зале, и принимаю всякие позы. Наверное, ужасно дурацкие, хотя Сара утверждает, что нет. Но она ведь моя подруга.
— И вам нравится представлять, что вы танцуете?
— Да, очень.
Все в этой девушке дышало пленительной свежестью и непосредственностью. Антонию охватило волнение. Подумать только, открыть такое сокровище, бриллиант чистой воды — и показать его в свете. Да это же будет гвоздь сезона!
— Коли так, Линдсей, то вы будете просто счастливы, узнав, что я для вас приготовила. Очень скоро вы встретитесь с месье Гонди, прославленным учителем танцев.
Если эта новость и впрямь осчастливила мисс Гранвилл, то девушка невероятно хорошо сумела скрыть свою радость.
— И я наняла еще одного молодого человека, — не сдавалась леди Баллард, — чтобы он убедился, что вы достаточно хорошо умеете играть на пианино. Вы хорошо поете, моя милочка?
Грудь девушки затрепетала от тяжелого вздоха.
— Боюсь, что нет.
— Ну ничего, — с напускной веселостью произнесла графиня, хотя ей было совсем не до смеха. — Постараемся сделать что сможем. Уверена, успех превзойдет все ожидания. В первую очередь необходимо просмотреть ваши платья и решить, что еще следует купить. — Если интуиция ее не обманывала, то покупать придется решительно все. — Вот увидите, скоро вас с головой затянет в водоворот развлечений. На Лондон в бальный сезон стоит поглядеть. Сколько будет приемов, обедов и музыкальных вечеров! Дорогая моя, у вас и минутки свободной не останется. И она с преувеличенным восхищением всплеснула руками. Напрасно. Линдсей глядела на нее с убитым видом. Нет, только ради Эдварда леди Баллард могла выдержать подобное испытание! В эту минуту дверь отворилась и в комнату шагнул Эдвард собственной персоной.
— Добрый день, Линдсей. — В его ровном спокойном голосе таилась едва заметная нотка какого-то глубокого чувства, хотя Антонии не хотелось даже гадать — какого именно. Линдсей предприняла жалостную попытку улыбнуться в ответ. Эдвард — высокий, стройный, в безупречно сшитом, но неброском костюме — казался сейчас самим воплощением мужественной силы и красоты. Его черные глаза буквально пожирали девушку, и графине не составило труда понять, что выражал этот пламенный взгляд — страсть. Глубокую, яростную, жаркую и собственническую страсть к той, кого виконт Хаксли выбрал себе в жены. На мгновение Антонию охватила дрожь. Ведь это был ее племянник — сдержанный, волевой человек, не привыкший становиться жертвой какой бы то ни было слабости, грозящей нанести урон его независимости. И графине стало даже страшно за невинное создание, на которое был устремлен этот горящий взор.
— Линдсей, — повторил он чуть мягче. — Скажи, милая, как прошло путешествие?
— Хорошо, — пробормотала она.
Эдвард шагнул ближе.
— И ты тоже выглядишь не то что хорошо, а великолепно. Видно, и правду говорят — любовь слепа. Антонии на это ужасное платье и взглянуть лишний раз было страшно. Спору нет, Линдсей в любых лохмотьях останется красавицей, но гнусную горчичную тряпку необходимо снять, и поскорее. Так неужели это любовь? Открыв веер, графиня украдкой разглядывала Хаксли. Похоже, он действительно влюблен. А чем еще объяснить его жгучее, пристальное внимание к мисс Гранвилл? Вот забавно. Эдвард влюблен — это он-то, столько раз утверждавший, что любовь — не более чем миф, красивая сказка.
— Ты так бледна, — тем временем говорил виконт, склонившись к Линдсей. — Не бойся, радость моя.
— А я и не боюсь, милорд.
— Я же велел тебе называть меня Эдвардом.
Девушка не ответила.
Внезапно виконт резко отвернулся от нее, обегая глазами гостиную. Лицо его исказилось от гнева.
— Где он? — Голос Эдварда был резким, точно скрежет стального клинка о скалу. — Где Латчетт?
— Эдвард! — Возмущенная леди Баллард демонстративно схватилась за сердце. — Что за тон! В моем доме?
— Где… Прости, Антония. А где же мачеха и сводный брат мисс Гранвилл? Я думал, они приехали с ней.
— Да, приехали, — холодно ответствовала графиня. — Но, поскольку они утомились с дороги, я предложила им прямиком отправиться в Челси. Им необходим отдых. У нас еще будет время достойно принять их.
Эдвард, нахмурившись, мерил шагами комнату, не глядя на Линдсей, которая съежилась в самом темном уголке, словно желая провалиться сквозь землю.
— Присядьте, Линдсей, — предложила леди Баллард, неодобрительно глядя на племянника. — Выпьем чаю, а потом вам покажут ваши комнаты.
— Вынужден покинуть вас, — ни с того ни с сего заявил виконт.
Он направился к двери, но, словно спохватившись, вернулся к тетушке и поцеловал ее в щеку.
Прости, пожалуйста, — шепнул он ей на ухо. — Я все объясню, но только не сейчас. Меня призывает одно неотложное и очень важное дело — вопрос чести. Веришь?
Графиня кивнула, и Эдвард улыбнулся.
— Спасибо. Не забывай, что сегодня ты собиралась лечь спать пораньше.
— Будь осторожен, Эдвард. Что бы там ни происходило, умоляю, будь осторожней.
Упоминание о вопросе чести глубоко растревожило почтенную леди.
— Не бойся. Бояться абсолютно нечего. — Глаза тети и племянника на миг встретились, а потом виконт повернулся к мисс Гранвилл. — До свидания, Линдсей. Скоро увидимся. Очень, очень скоро, моя радость.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мимолетное прикосновение - Камерон Стелла



сюжет интересний, но манера написания автора мне очень понравилась. Очень много сцен, где герои смотрятся по-идиотски. А так вцелом читать можно.
Мимолетное прикосновение - Камерон СтеллаМарина
27.06.2013, 17.42





С удовольствием прочитала этот роман,г.г стандартный мачо,а вот г.г.прекравсна и очень интересна.Думаю,что,когда-нибудь перечитаю зту книгу.Читайте ,наслаждайтесь и не судите очень строго.
Мимолетное прикосновение - Камерон СтеллаРАЯ
15.01.2014, 7.55





Немного накручено ... Г.г наивна уж очень ..а в целом неплохо . 8/10
Мимолетное прикосновение - Камерон СтеллаVita
20.01.2014, 11.53





Мне понравилось, читайте.
Мимолетное прикосновение - Камерон СтеллаКэт
13.07.2014, 11.01





Красиво.Вкусно. Читайте.
Мимолетное прикосновение - Камерон СтеллаЛюдмила
15.07.2014, 0.25





Роман понравился, интригующий, насыщенный событиями, замечательные герои. Читайте, скучать не придется.
Мимолетное прикосновение - Камерон СтеллаТаня Д
7.12.2014, 14.18





Очень приятный роман. Мне понравился.
Мимолетное прикосновение - Камерон СтеллаОльга
20.11.2015, 21.26





Не скажу , что я в восторге от романа , но прочла . Не зацепил.
Мимолетное прикосновение - Камерон СтеллаВикушка
10.12.2015, 0.23








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100