Читать онлайн Дорогой незнакомец, автора - Камерон Стелла, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дорогой незнакомец - Камерон Стелла бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.36 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дорогой незнакомец - Камерон Стелла - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дорогой незнакомец - Камерон Стелла - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Камерон Стелла

Дорогой незнакомец

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Оливер держался так, будто накануне и не было той встречи у Гудвинов. С той минуты, когда они расстались, он, сталкиваясь с Лили, каждый раз вежливо ей улыбался, но не обнаруживал намерения задержаться.
Ей следовало бы этому радоваться. Но Лили не испытывала радости, она была в смятении и тревоге. Он ей едва кивнул сегодня за ужином. После этого они с отцом поспешили удалиться в кабинет, оставив Лили в одиночестве коротать вечер.
Что имел в виду Оливер, когда говорил о своем желании лично с ней побеседовать?
Рукоделие наскучило ей. Она поднялась со стула возле окна в своей комнате и в досаде бросила на пол пяльцы с неоконченной вышивкой. Глупость. Пустое занятие. От этой пестрой мешанины цветных ниток будет не больше проку, чем от всех ее прежних потуг.
Ею овладело беспокойство, и она принялась мерить шагами комнату, которая по настоянию Фрибл стала девичьей. После обустройства здесь стало совсем неплохо. Конечно, Лили предпочла бы поменьше всяческих украшений и безделушек, но преобладание теплых золотистых тонов – от солнечно-желтого до сливочно-нежного – ее вполне удовлетворяло.
– Лили! Где ты? – нараспев оповестила о своем прибытии тетушка Фрибл. Блистая великолепием фиалкового наряда с пышными сборками на плечах, она вплыла в комнату и плотно закрыла за собой дверь. – Вот ты где! Мое дорогое дитя, нам нужно поговорить. Не я ли делала все, что могла, чтобы заменить тебе мать? Конечно, я не могла полностью занять место нашей дорогой Китти, но я делала, что было в моих силах. Когда я встречусь с Господом, он мне так и скажет: «Эммалина Фрибл, ты сделала все, что могла, для бедного ребенка своей дорогой сестры».
– Да, – сказала Лили, когда Эммалина замолчала, чтобы перевести дух. – Я уверена, так он и скажет.
– И сейчас ты должна мне поверить, что я постоянно пекусь о твоих интересах. О наших общих интересах. Ты должна мне поверить и помочь.
– Вы слишком взволнованны, тетя Фрибл. – В данной ситуации лучшее, что можно было сделать, – это констатировать очевидные факты.
– Взволнованна? – Скрипнув корсетом, Фрибл наклонилась и подобрала пяльцы. – Все наше дальнейшее благополучие в твоих руках, а ты только и можешь сказать, что я взволнованна?
Речь неизбежно должна была зайти о лорде Витморе. Лили уже несколько дней пребывала в ожидании дальнейшего развития этой темы.
– О-ох, ты бываешь такой несносной! – Грудь Фрибл заколыхалась. – И это платье! О, ты меня в могилу загонишь. Поношенное, старомодное и к тому же коричневое. Коричневое! Оно тебе совершенно не к лицу. Почему такая невзрачная девушка выбирает себе такую неприглядную одежду, понять не могу. Почему, Лили? Ты у нас, бедняжка, совсем бесцветная и не делаешь ничего, чтобы придать себе хоть немного яркости. И эти темные волосы… Мужчине они еще, может быть, и к лицу, но у женщины производят просто угнетающее впечатление. И твой рот – он слишком велик. Нет, нет, нам нужно с тобой что-нибудь сделать.
– Спасибо, тетя. – Эти речи обычно не производили на Лили никакого впечатления, но на этот раз она почувствовала себя уязвленной. – Что бы вы предложили мне сделать с моим безобразным лицом?
– Отвлечь внимание на что-нибудь другое.
– На мою безобразную фигуру, вы хотите сказать?
– Ну. – Фрибл выпятила свои накрашенные сердечком губы и изучающе оглядела Лили. – Многое можно подправить при помощи мягких подложек.
– Нет.
– И ярких тонов. Богатых тканей. Оборок. Бус и прочего. Я не одобряю излишеств у молодежи, но теперь как раз самое время представить тебя в наилучшем виде.
– Нет.
– Что ты хочешь сказать этим «нет»? – И без того розовые щеки Фрибл порозовели еще больше. – Я была бы тебе благодарна хоть за некоторое уважение. Тебе нужно попытаться приукрасить себя, моя девочка. Наряды и осанка. Мы должны вместе над этим поработать. И твой обычный удручающий вид, такой… такой неопрятный, нужно изменить. Миссис Бамвэллоп сделала замечание, что ты никогда не приводишь себя в порядок как следует. Какой стыд!
Мнение миссис Бамвэллоп Лили и в грош не ставила.
– Если наш разговор закончен, тетя, то я бы хотела подготовиться ко сну.
Громко шелестя своими оборчатыми юбками, Эммалина проплыла мимо Лили и плюхнулась на диванчик возле окна.
– Я же сказала тебе, что мы должны договориться о кое-каких совместных действиях.
– И вы уже объяснили, о каких именно.
– Нет, не объяснила. Я пришла, чтобы поговорить об этом ужасном Оливере Ворсе.
Лили удивленно взглянула на свою тетушку:
– Об Оливере?
– Это первое, что мы должны прекратить. Такая фамильярность в обращении! Что о тебе подумают? Обращаться по имени к слуге!
– Он папин помощник. Папа о нем очень высокого мнения.
– Чепуха.
– Это не чепуха, – запротестовала Лили. – Папа испытывает к нему большое доверие. Вы, наверное, заметили, что они проводят очень много времени вместе. – Мысль о том, что отец отстранил ее от обсуждений, которые они раньше вместе устраивали, по-прежнему причиняла ей боль.
Фрибл многозначительно поджала губы.
– Да, – наконец произнесла она. – Ты права. Думаю, ты и сама уже могла бы понять то, что поняла я. Этот мужчина представляет собой большую опасность.
– Тетя…
– Не перебивай меня. – Тетя Фрибл хмуро взглянула на рукоделие Лили и отложила его в сторону. – Мы должны действовать заодно. Ясно, что наш дорогой профессор слишком доверчив, чтобы проникнуть в планы этого человека. Но мы не так просты.
Лили смотрела на свое собственное искаженное отображение в темном окне и терялась в догадках, что могла иметь в виду ее тетушка.
– Мы-то знаем, что мистер Ворс считает, что напал на простаков с толстым кошельком. Он намерен втереться в доверие к твоему отцу, добиться его привязанности и найти способ набить свои карманы. Вот! Что ты на это скажешь?
Оливер, строящий планы нажиться на отце? Это никогда не приходило Лили в голову.
– Нет, нет. Конечно же, нет. Почему папа должен поддаться на такой обман? – Теперь, когда она убедилась в том, что отец всерьез рассматривает предложение отвратительного Витлэса, Лили поняла, что была не права, подозревая в Оливере матримониальные намерения. – Что вы подразумеваете под привязанностью, тетушка?
Высоко задрав подбородок, Фрибл величественно поднялась с дивана. Она бросила всезнающий, многозначительный взгляд на Лили:
– Мужчины хотят иметь сыновей.
– Мужчины хотят сыновей, – в раздумье повторила Лили. – Да, как правило… Ну и что из этого?
Грудь Фрибл поднялась, точно девятый вал, и исторгла из своих глубин страдальческий стон.
– Мне очень больно говорить тебе об этом, но я обязана. По правде говоря, я давно знала о том, что твой отец расстроен тем, что у него нет сына. Моя бедная дорогая сестра поняла это раньше меня. Скажу без обиняков, профессор безмолвно страдал все эти годы. Но теперь он нашел мужчину, в котором хотел бы видеть своего сына, и негодяй об этом знает.
Лили лишилась дара речи. Она без сил опустилась на сиденье, которое освободила Фрибл.
– Если мы не будем действовать, мистер Оливер Ворс отыщет способ наложить свою лапу на то, что должно принадлежать… тебе.
– Тетя Фрибл, какая чепуха. Только глупец мог бы решиться на такой план. Папа чрезвычайно умный человек.
– Знаешь ли, у умных людей тоже бывают слабости. Говорю тебе, я знаю, как обстоят дела. Я бы не стала отбрасывать даже такое предположение, что мистер Ворс подумывает жениться на тебе, если возникнет необходимость в этом. Вот! Теперь-то ты понимаешь?
Лили ничего не понимала.
– О Господи, ты вынуждаешь меня говорить тебе неприятности. – Фрибл суетливо забегала взад и вперед, театрально заламывая свои пухленькие ручки. – Мистер Оливер Ворс не в моем вкусе, но я бы солгала, если бы не признала, что он, безусловно, красивый мужчина. Красивый лицом и фигурой. Ну, теперь-то ты понимаешь?
Лили покачала головой.
– Такой мужчина в твою сторону и головы не повернет, глупышка! – Голос Фрибл сорвался на визг. Она прочистила горло. – Но мы обе заметили, что он виляет перед тобой хвостом. Лили то да Лили это. Ведь это он настоял, чтобы ты называла его Оливером. Почему – это абсолютно ясно. Он ищет твоего расположения, чтобы доставить удовольствие твоему отцу. И если он женится на тебе, то только по этой причине и ни по какой другой.
– Но он не собирается на мне жениться, – проговорила Лили онемевшими губами. Ее сердце неистово билось. Конечно, Фрибл права. Такого мужчину, как Оливер, никогда бы не заинтересовала такая женщина, как Лили. А она до сих пор питала иллюзии, что он находит ее привлекательной. Она почувствовала себя несчастной и обманутой.
– Он американец, подумай только, – продолжала твердить свое Фрибл. – Может быть, отпрыск какого-нибудь вора или хуже того – убийцы. Несомненно то, что его семья – если только допустить, что у таких людей может быть семья, – была вынуждена бежать из Англии. А из-за чего еще можно покинуть эту благодатную землю ради необжитого места, населенного дикарями? Ты можешь представить себе весь этот ужас? Наша безупречная репутация будет запятнана из-за потомка преступников. У него свои цели. Он выждет, пока ты станешь наследницей, а потом отыщет способ избавиться от всего, кроме своего новоприобретенного богатства.
Ограниченность этой женщины вызывала у Лили отвращение. Но еще большее отвращение вызывала у нее ее собственная тупость. Она знала свое место в этом мире. Она знала, что ее главные преимущества – это острый ум и доброе сердце. Конечно, у нее иногда возникали разные неосознанные желания, но она не должна позволять им делать себя слепой к своим недостаткам.
– Ты меня слушаешь, Лили?
– Я не собираюсь ни за кого замуж.
– Нет, собираешься. Ты собираешься замуж за лорда Витмора. Он только укрепит наше благополучие, а не пустит его по ветру. Но мы еще вернемся к этому вопросу. А теперь ты должна помочь мне выставить Оливера Ворса из нашего дома. Если ты убедительно попросишь, отец тебя послушает.
От пережитого волнения Лили охватил озноб.
– Я не имею никакого представления о том, какие у вас планы, но я не стану принимать в них участия. Почему вам так ненавистна идея о моем замужестве с Оливером и почему вы так уверены, что мне безумно приятно выйти замуж за Витлэса?
– Витмора, – взвизгнула Фрибл. – Я просто вне себя! И больше не называй этого человека по имени. Это просто неприлично. Конечно, я бы предпочла, чтобы ты вышла замуж за лорда Витмора, а не за ничтожество без единого пенни в кармане, ничтожество, не обладающее положением, которое могло бы принести пользу любому из нас.
– Я устала, тетя. – И голова кружится. И душа в смятении. Она с усилием поднялась и направилась в спальню. – Пожалуйста, извините меня. Я хочу спать.
– Нет, не извиняю. Мы должны быть заодно в этом деле. Если мы с тобой не договоримся, мистер Ворс разрушит все, что я запланировала, я тебе точно говорю.
У Лили не было сил спорить или доказывать, что планы ее родственницы эгоистичны, а ее обращение с Лили жестоко.
– Успокойтесь, тетя. Мы еще поговорим обо всем этом.
– Лили!
– Скоро, – повторила она. – Спокойной ночи.
– Отлично. Спокойной ночи. Но я добьюсь своего, имей в виду. Этот американец меня совсем не устраивает. Если ты мне не поможешь, я найду другой способ от него избавиться. Но я от него избавлюсь.


Лили услышала, как часы на большой лестнице пробили два, и окончательно потеряла надежду заснуть. Она соскользнула с кровати, накинула просторный легкий пеньюар и вышла из комнаты. Она решила направиться в северное крыло дома в надежде, что музыка поможет ей отвлечься от невеселых мыслей.
С тех пор как умерла мама, только уединение в музыкальной гостиной да игра на клавикордах служили отдушиной для Лили. Это было единственное место, где Фрибл никогда не появлялась, поскольку считала его зловещим. Она не раз пыталась убедить отца избавиться от имущества Витморов, хранившегося в комнатах верхнего этажа, и забить дверь, ведущую на мост. Но он обещал покойному лорду Витмору содержать это крыло дома в том самом виде, в каком оно было при его прежних хозяевах, и держал свое слово.
Фрибл ничего не имела против того, чтобы у Витлэса оставались ключи от отдельного входа в крыло, ведущего в комнаты его покойного отца. Фрибл настаивала на том, что это должно быть позволено во имя утешения бедного дорогого лорда Витмора.
Лили приблизилась к пересечению трех коридоров. За ее спиной лежало южное крыло. Впереди ступеньки вели вверх на второй этаж и к мосту. Справа тянулся коридор, граничащий с восточным крылом.
По этому проходу можно было попасть в комнаты, которые занимал Оливер.
За исключением небольшого пространства, освещенного слабым светом лампы, горевшей на некотором расстоянии от того места, где она стояла, все тонуло во мраке.
Ясно тебе теперь?
Да, теперь она отчетливо понимала, что имела в виду Фрибл. Объяснения были излишни. Он был красив и полон сил, он привлекал к себе всеобщее внимание одним своим присутствием, даже не произнося ни слова. А когда он начинал говорить, он мог покорить любую аудиторию.
Она была смешна и нелепа. Ей не следует впредь оказываться в таком положении.
Лили стала решительно взбираться по ступенькам. По необходимости она научилась передвигаться в почти полной темноте при самом скудном освещении. Она делала так, чтобы не привлекать ничьего внимания и тихонько возвращаться к себе в комнату до рассвета.
На сердце у нее было тяжело. Каждая Божья тварь заслуживает, чтобы ее ценили за то, что делает ее неповторимой. Ни с одной женщиной или мужчиной нельзя считаться меньше, чем с любыми другими, только оттого, что случай, который делает лицо и фигуру или красивыми, или неказистыми, обладает силой придать одному человеку больше значимости, чем другому.
Она знала с самого детства – Фрибл постаралась, чтобы она хорошенько это усвоила, – что не слишком щедро наделена природой. Так оно и есть. Она ненадолго забыла об этом. Но теперь она хорошо об этом помнит.
Что подразумевал Оливер, когда говорил, что хочет провести с ней личную дискуссию?
Слова, только слова.
Могут ли у него быть планы каким-то образом обмануть отца? Если это так, она должна помешать ему. Судя по всему, Оливер не делал попыток заставить своего хозяина рассматривать себя как будущего зятя. Если бы он их предпринимал и отец посчитал бы это стоящим делом, едва ли возник бы вопрос о том, чтобы принять предложение лорда Витмора.
Ох, она тысячу раз прокручивала в мозгу все эти соображения.
Но она ничего не потеряет от того, что встретится лицом к лицу с виновником своих переживаний.
Лили повернулась. Она колебалась лишь мгновение, а потом поспешила обратно, туда, откуда только что пришла.
На месте пересечения трех коридоров она поспешно свернула налево и ринулась дальше.
Одно промедление, и она повернет назад – уже бесповоротно.
Эта часть дома годами пустовала с тех самых пор, как умерла мама, а отец постепенно прекратил устраивать приемы. Оливеру предложили расположиться здесь, и он выбрал себе зеленые покои, как называла эти комнаты Фрибл. Тетя считала, что они безобразны и мрачны, но все равно слишком шикарны для слуги.
Лампа, свет которой заметила Лили, покоилась на плоской голове декоративного слона, сделанного из кожи и латуни.
Слон стоял как раз напротив открытой двери в зеленые покои.
Внутри большой, по-мужски убранной гостиной горел свет.
Это означало, что он тоже не спит. Она никогда, никогда не была глупой, пугливой простофилей и теперь не намеревалась таковой оказаться. Она готова встретиться с врагом лицом к лицу и показать себя в истинном свете. Проявить силу.
Она постучалась, но силу ей проявить на сей раз не удалось. Ее робкий стук в темную дверь был едва слышен. Никакого ответа: ни приглашающего войти, ни приказывающего убраться – не последовало.
Лили постучала громче, но опять не получила никакого ответа – те же тишина и безмолвие.
Она шагнула за порог и позвала:
– Оливер! – Но ее голос прозвучал тише, чем ей хотелось.
Черное дерево и подернутая легкой паутиной латунь таинственно мерцали в мягком свете лампы. Вся мебель, собранная здесь, относилась к раннему периоду наполеоновской эпохи и очень нравилась отцу. Стены были обиты зеленым шелком с тонкой золотистой каймой, и шелковый ковер в зеленых тонах покрывал большую часть старинных дубовых полов.
– Оливер! – На этот раз она окликнула его значительно увереннее. Подбодренная звуком собственного голоса, она добавила: – Это Лили. Можно с тобой поговорить?
Она взглянула на дверь справа от нее, тоже открытую, но без малейшего проблеска света за ней.
Лили нахмурилась. Это, должно быть, его спальня. Она вдруг вспомнила о том, который теперь час, и о своем совершенно неподобающем облачении. И одна мысль о том, что она решила встретиться с джентльменом при столь щекотливых обстоятельствах, повергла ее в шок. Может быть, и в самом деле на такую женщину, как она, ни один приличный мужчина не посмотрит, но все же есть предел дозволенного.
По крайней мере она спохватилась прежде, чем он обнаружил ее присутствие. Она поднялась на цыпочки, намереваясь потихоньку выскользнуть, как вдруг почуяла едкую вонь.
Что-то горит?
Угли в камине давно дотлели. Они не источали ни единой струйки дыма, которая могла бы быть источником этого запаха. И тем не менее запах явственно ощущался, сильный и неприятный.
От глухого удара сердца у Лили перехватило дыхание. Он курил сигары с отцом каждый вечер после ужина. Возможно, он курил и здесь.
Курят ли мужчины в постели?
Забыв об осторожности, она бросилась к двери и распахнула ее настежь. Свет из гостиной осветил массивную кровать с пологом, на которой виднелась какая-то бесформенная груда, – это, по-видимому, был Оливер, запутавшийся в смятом покрывале.
Лили напрягла зрение.
Что-то горело именно здесь. Она бросилась к постели и закричала:
– Оливер, Оливер, проснись! Пожалуйста, проснись!
Она бешено металась из стороны в сторону. Он должен ответить! Опершись на матрас, она потянула на себя покрывало.
Внезапно комната осветилась.
– Лили? Что… что вы здесь делаете?
Это был Оливер! Он стоял на пороге спальни. У нее душа ушла в пятки.
– Горит! Я почуяла запах гари и пришла вас разбудить.
– В самом деле? – Держа в одной руке подсвечник, он направился к ней. – Прямо из своей комнаты?
Сначала она не поняла смысла сказанного, но, когда он дошел до нее, вспыхнула и отрицательно замотала головой:
– Нет! Конечно же, нет. Я… я проходила мимо, а дверь была открыта.
– Проходила мимо?
Ох как неловко! Они оба прекрасно знали, что она не могла так просто проходить мимо этой комнаты в глухой полночный час. У нее вообще не было повода проходить мимо. В этот коридор она могла зайти лишь с единственной целью – посетить его комнаты.
Встав рядом с ней, Оливер поднял свечу и бегло осмотрел смятую постель. Он потянул носом воздух, и в тот же миг брови его сошлись на переносице.
– Вы правы. Что-то горит, черт побери. – Он откинул покрывало, потянул ближайшую подушку с матраса и вскрикнул от неожиданности.
Посреди белой простыни красовалось большое пятно. Черное, с дырой, прожженной посередине, и коричневыми подпалинами с боков. На нижнюю сторону подушки налипли кусочки сажи. И все было мокрым.
Оливер прикоснулся пальцами к испорченной простыне.
– Как вы полагаете, что могло бы быть причиной этого?
Лили охватила дрожь.
– Я не знаю.
– В самом деле? Но вы узнаете, если немного поразмыслите над этим.
– Возможно, вы оставили зажженную сигару, – несмело предположила она.
– Вы сообразительны, но это не то. Вы видите здесь какие-нибудь остатки сигары? Нет. Вопрос в том, почему мне сделано такое предупреждение?
– Предупреждение? – Она не могла понять, что он имеет в виду.
Оливер наклонился и подобрал свечу, которую не заметила Лили. Он протянул ее ей:
– А вот и орудие предупреждения, как мне кажется.
Свеча обгорела, но совсем немного.
– Ах, – выдохнула она, – вы, должно быть, ее сбили.
– Я ее не сбивал. Я сейчас держу ту свечу, что стояла в изголовье. И заметьте, здесь нет подсвечника.
Она это заметила.
– А где ваша свеча, Лили?
– Я знаю дорогу. Я с детства хорошо ориентируюсь в темноте.
– Это очень необычно.
– Фрибл говорит, что это дурной тон.
Он опять испытующе оглядел ее.
– Вы меня недолюбливаете, Лили?
Его глаза, казавшиеся золотистыми в неровном свете свечи, завораживали ее. Почему он задает ей такие вопросы?
– Не находите, что сказать? – спросил он. – Не может быть. Только не вы. Если вы хотите, чтобы я уехал из Блэкмора, почему вы мне этого прямо не скажете?
– Я… я вас не понимаю.
Он направился к умывальнику, на котором стояли таз и кувшин.
– Вы подождали, пока я уйду, а потом пришли сюда, чтобы оставить это маленькое предупреждение. Все ясно. Подожгли мою постель, а потом залили огонь водой отсюда. – Он постучал по кувшину.
– Нет, – запротестовала Лили.
– Что вы этим хотели сказать? Что вы готовы сжечь меня заживо в постели, если я не уберусь отсюда? О, возможно, это был лишь первый из подготовленных вами сюрпризов. Хм-м…
Все. Это была последняя капля.
– Оливер Ворс, вы глупец! – Она решительно прошагала мимо него в гостиную, где дверь в коридор по-прежнему оставалась открытой. Она закрыла ее. – Идите сюда и посмотрите мне в глаза как мужчина.
С легкой улыбкой на губах он вышел к ней и непринужденно оперся на массивное бюро. Он был одет только в штаны и рубашку, без жилета и сюртука. Рубашка на нем была расстегнута почти до живота, манжеты свободно болтались у запястий, тем не менее он, казалось, не чувствовал никакого смущения.
– Посмотреть вам в глаза как мужчина, хм-м? – протянул он насмешливо.
– Возьмите назад свои обвинения, сэр. И немедленно.
– Почему я должен это делать?
– Ох, мужчины так отвратительно безмозглы. – Она указала в сторону коридора. – Так вы думаете, я ждала, пока вы уйдете? Какая потрясающая сила дедукции! Я всегда буду теперь просить у вас помощи, когда буду биться над разгадкой какой-нибудь тайны. Ну конечно, я ждала, пока вы уйдете, поскольку заранее знала, что вы вздумаете уйти как раз в это время этой самой ночью.
– Я часто выхожу из комнаты по ночам.
– Ну да, и, конечно, мне об этом было известно. И именно этой ночью я решила прожечь дыру в вашем матрасе. Для того, чтобы вы уехали из Блэкмора. – Она застыла. – Ох, Оливер! Но кто-то же в самом деле это сделал, не так ли? Кто-то сделал… Они сделали.
– Да, они сделали. – Он внезапно лучезарно улыбнулся. – А я думал, что успел понравиться вам, хотя бы немножко.
– Н… нравитесь. – Какой вздор! – Успели.
– Понравиться?
– Понравиться.
– Отлично.
Как быстро и легко он поймал ее в те самые сети, которых она поклялась избегать!
– Мне нравятся многие люди. Почти никто не снискал моей неприязни. – Вот так с ним надо разговаривать, сдержанно и хладнокровно. – Мы должны спокойно обдумать все, что здесь произошло. Кто мог сделать такую вещь?
– Я знаю, кто ее не делал.
Она состроила гримаску.
– Вы, надо полагать.
– Это правда. Но я собирался сказать, что этого не делали вы. Я уже это знаю. Вряд ли бы вы стали орать как сумасшедшая, если бы решили сделать устрашающее предупреждение так, чтобы я не узнал, чьих это рук дело, верно?
– Да, я бы не стала.
– Вот я и подумал, что это не вы.
Лили снова пробрала дрожь.
– Заприте дверь.
– Вы думаете, мне следует это сделать?
– Несомненно. Заприте и не отпирайте. Думаю, вы имеете на это право. Кто-то хочет выжить вас из Блэкмор-Холла.
– Вы полагаете, этот кто-то хочет, чтобы я думал, что они лишат меня жизни, если я останусь?
Убийца? Она нащупала ближайший стул и тяжело опустилась на него.
– Вы так легко об этом говорите, но они и в самом деле могли это подразумевать, не правда ли?
Оливер не спеша отправился закрывать дверь. Его длинные волосы, смелое волевое лицо и к тому же живописная небрежность его одежды навели ее на мысль, что он похож на пирата. Если бы она сейчас не была встревожена до такой степени, она бы рассмеялась. Что бы он ответил на такое сравнение?
Он повернулся к ней лицом. Мрачная линия его рта говорила о том, что он не находит ситуацию забавной.
– Какое странное совпадение, что вы выбрали именно эту ночь, чтобы навестить меня.
Ее лицо вспыхнуло.
– Это чистая случайность.
– Вы не могли знать, что я частенько ухожу в библиотеку, когда не могу заснуть. Но кто-то другой, очевидно, подметил эту мою привычку. Кто-то, кто желает мне зла. Или по какой-то причине боится меня.
– Как может кто-то… – Лили сделала паузу и проверила, все ли тесемки на ее пеньюаре хорошо завязаны. – Ни у кого не может быть причин бояться вас, не так ли? – Фрибл никогда бы не осмелилась сделать что-либо подобное. Она была вздорная и напористая женщина, но, уж конечно, не преступница.
Оливер смотрел на нее – даже не глядя на него, она чувствовала на себе его взгляд.
– И все же, – медленно продолжала она, – я согласна, что у нас есть повод для беспокойства.
– У нас?
Он придирался к каждому ее слову.
– Вы находитесь в доме моего отца. Ваша безопасность здесь – это и моя забота.
– Ваша, а не вашего отца? – мягко спросил он.
Похоже, он считает ее чересчур смелой и самонадеянной.
– Но мы ведь должны обратиться к отцу?
– Вы считаете, что мне необходимо ваше покровительство и что вы должны говорить с отцом от моего имени? Вы думаете, что я сам не способен на это?
Ее охватило смущение.
– Мне следовало сказать, что вы должны обратиться к моему отцу.
– Чтобы он считал меня виновником того, что он чуть было не лишился своего дома?
– Мне пора возвращаться к себе. – Ей вообще не нужно было приходить.
– Сначала вы просите меня запереть дверь и поговорить с вами. Потом вы говорите, что вам нужно уходить. – Он пожал плечами и добавил: – Вы, конечно же, правы.
Лили неловко поднялась на ноги.
– Вы, наверное, считаете меня вздорной. – Она и была вздорной и легкомысленной. – Простите меня. Это все оттого, что я… я шла поиграть на клавикордах, когда вспомнила, что вы хотели что-то со мной обсудить.
– В самом деле?
Если он вообще о ней думал, то, должно быть, считал ее смешной и нелепой. Она попыталась беззаботно рассмеяться, но смех застрял у нее в горле.
– Очевидно, это было мое заблуждение. Пожалуйста, простите меня.
– Считайте, что вы прощены. – Его зевок свидетельствовал о том, что ему все это неинтересно, даже скучно, и он ждет не дождется окончания этой встречи. – Я был бы благодарен вам за помощь в одном деле.
Она уже направлялась к выходу из комнаты, но тут же остановилась и снова повернулась к нему.
– Что вам угодно? – Почему ей так отчаянно хочется ему угодить?
– Возможно, лучше было бы не упоминать о событиях этой ночи ни в чьем присутствии. – Он обошел вокруг нее и отпер дверь, очевидно, горя желанием избавиться от нее. – Кроме того, никакого ощутимого ущерба не причинено, и это маленькое происшествие могло быть своего рода несчастным случаем.
– Да, думаю, что могло, – согласилась она. – Я никому ничего не скажу.
– Отлично. – Он улыбнулся и широко распахнул дверь. – Ну, тогда доброй ночи.
Это было явное пренебрежение. Оливер пренебрег ею. На месте человека, которого, как ей казалось, она начала понимать, оказался чужой, равнодушный человек, который избегал ее общества.
Лили отвернулась от него и, пожелав доброй ночи, удалилась.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Дорогой незнакомец - Камерон Стелла



средненький романчик...не впечатлил
Дорогой незнакомец - Камерон СтеллаЕлена
31.03.2012, 18.04





Понравился,даже то,что он немного детективный.
Дорогой незнакомец - Камерон СтеллаТаня
24.12.2012, 21.18








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100