Читать онлайн Символ любви, автора - Инглвуд Линда, Раздел - 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Символ любви - Инглвуд Линда бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.69 (Голосов: 26)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Символ любви - Инглвуд Линда - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Символ любви - Инглвуд Линда - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Инглвуд Линда

Символ любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

11

Итак, они стояли друг против друга. Он держал в руках фотоальбом и с ненавистью смотрел на нее, а она застыла в дверном проеме, но не видела мрачного выражения его лица.
Ноги не держали ее, но сесть она все равно не решалась. Вот так из-за какой-то мелочи в одночасье теряешь все!
– Пожалуйста, верните мои очки, – попросила Джанин и вытянула вперед руку, как будто просила подаяние. Рука дрожала, но она ничего не могла с этим поделать.
– Может, пора уже прекратить маскарад? Теперь это уже неактуально. – И он с отвращением посмотрел на ее очки, торчащие из нагрудного кармана его пиджака.
– «Маскарад» – не очень подходящее слово, – попыталась возразить Джанин.
– А по-моему, вполне подходящее. Вы делали все, чтобы выглядеть хуже, чем есть на самом деле, и у вас это здорово получалось.
– Вы преувеличиваете.
Малколм оглядел ее с головы до ног.
– Так вот вы какая на самом деле.
– Да, но я не изменяла свой облик каким-то радикальным образом. Не рисовала себе шрам, не надевала фальшивую повязку на глаз или парик. Просто не красилась, собирала в пучок волосы и носила большие очки.
– Теперь ясно, почему они были вам так необходимы. Ваши глаза могли открыть ваш секрет.
Главное, чтобы они не выдали ее главный секрет: то, что она любит его. Любит, несмотря на его упрямство, а может, и благодаря ему. Любит страстно и безоглядно. Любит так, как птица, парящая высоко над землей, любит свои крылья. Как прозревший слепой – многоцветье окружающего мира. Как попавший в окружение солдат – свой последний патрон.
Но она ни за что не скажет ему этого. Ни за что!
– Не понимаю, – продолжал тем временем Малколм, – как я раньше не видел этого?
– В таком случае отдайте мне мои очки, потому что сейчас ничего не вижу я.
– Выходит, вы не врали насчет плохого зрения.
– Да, но обычно я ношу линзы.
– Ну конечно.
Он протянул ей очки, старательно избегая даже малейшего прикосновения рук.
Джанин надела их, и неприязненный взгляд Малколма буквально ожег ее. Тем не менее она заговорила по возможности твердым голосом:
– Малколм, я не понимаю вашей реакции. Неужели я проявила себя недостаточно опытной в воспитании ребенка? Или пренебрегала своими обязанностями? Или, может быть, я совершила некий дурной поступок?
Молчание Малколма говорило о том, что ничего этого не было. Однако она видела, как в его глазах сверкнула ярость, прежде чем он успел затушить ее и снова сделать свой взгляд обжигающе ледяным.
– Это неважно, – сказал он.
– Даже несмотря на то что Фиби привязалась ко мне и на то, что я, по вашему же признанию, лучшая няня из всех, которые у вас были, вы можете так просто меня прогнать? – Она не на шутку рассердилась. – У меня были серьезные причины, чтобы так поступить.
– Например, выскочить замуж за богатенького графского сына, да?
Малколм всем своим видом выражал презрение и разочарование. И Джанин немедленно почувствовала себя виноватой. Она не предполагала, что ее с виду невинная затея может причинить такую сильную боль этому замечательному человеку. Если бы он только смог ее выслушать!
– Подумайте, Малколм, – снова начала она, – вы же сами себе противоречите. Ну зачем бы мне выглядеть как можно непривлекательнее, если бы я собиралась влюбить вас в себя? Да будь это так, я бы действовала с точностью до наоборот: старалась бы подчеркнуть достоинства своей внешности. Как вы понимаете, я хорошо знаю, как это делается. На обложку журнала так просто не попадешь. Поверьте, мне не нужен титул и я не мечтаю жить в замке. Нет, мои желания куда скромнее: просто я хотела заработать денег.
– Заработать денег?
По его лицу было видно, что Малколм не ожидал такого ответа. Но легче от этого ей не стало. Джанин глубоко вздохнула.
– Все мои рекомендации настоящие, и вы можете это легко проверить.
– Ваш профессиональный уровень никто и не подвергает сомнению. В отличие от ваших методов устраиваться на работу. – Его холодный тон заставил ее поморщиться.
– Когда я встретилась в Нью-Йорке с леди Элизабет, она сказала, что я подхожу на место няни почти по всем характеристикам. Поскольку мне очень нужна была эта работа, я решила подходить по всем характеристикам. В этом даже был некий азарт.
– Азарт? – изумился Малколм.
– Ну да. Смогу ли я? Справлюсь ли? Мне правда нужны были деньги, но не для меня самой, а для мамы.
– Ну, Джанин, вы могли бы придумать что-нибудь пооригинальнее.
Она решила не обращать внимания на его сарказм.
– Мои родители рано поженились и завели пятерых детей. Им было очень трудно содержать большую семью. И на такие вещи, как путешествия, естественно, денег не хватало. Каждый из нас старался внести посильный вклад в семейный бюджет.
– Так, значит, своей игрой в переодевание вы зарабатывали мамочке на путешествие?
– Нет конечно. – Джанин вздохнула и в бессилии опустила руки. – Ну как вы можете меня понять, если не знаете, что значит откладывать деньги на еду, на учебу. Никогда не позволять себе лишнего, считать каждый цент.
– Да, в силу определенных причин я никогда не испытывал ничего подобного.
– Я несколько раз собиралась рассказать вам правду, но каждый раз меня что-нибудь останавливало.
Джанин замолчала.
– Пожалуйста, продолжайте, – все так же холодно произнес Малколм. – Мне не терпится узнать, что же для вас важнее правды.
У Джанин не оставалось другого выхода. Да, она расскажет все как есть, а там будь, что будет.
– Я полюбила Фиби, и она полюбила меня. И хотя девочка родилась в привилегированной семье, это не всегда означает, что она самая счастливая на свете. Мы с ней очень подружились. Она стала делиться со мной своими проблемами и радостями.
– Пятилетнюю девочку не очень сложно обмануть.
Джанин не понравился выбор слов, но она решила для себя, что расскажет ему все до конца.
– Моя мама всегда говорила, что, прежде чем заводить семью, надо попробовать все, чего хочешь, иначе потом уже не будет времени. По крайней мере, в ее жизни все случилось именно так.
– Каким же образом?
– Я была последней из детей, покинувших родительский дом. И вскоре после того, как я переехала, мои родители развелись. Видимо, поняли, что дети – единственное, что их связывало. Впрочем, я вам это уже говорила.
– Почему они развелись?
– Возможно, потому, что поженились слишком рано. В конце концов они признались друг другу, что несчастливы вместе… И вот мама осталась одна в пустой квартире. В квартире, где прошла ее молодость, где она пережила лучшие моменты своей жизни…
– Так-так, – Малколм посмотрел на нее полным скепсиса взглядом, – продолжайте. Очень любопытный рассказ. – Он с особым нажимом произнес слово «рассказ», видимо желая подчеркнуть, что воспринимает все, что она говорит, исключительно как некий акт спонтанного творчества, а не правдивую историю.
Джанин снова глубоко вздохнула. Ну и какая ей разница? Она просто расскажет правду, а он пусть делает, что хочет. Наверное, если бы у Малколма не было таких сложных взаимоотношений с покойной женой, он бы мог понять ее. Но сейчас она расплачивалась за боль, которую причинила ему Эстер.
Она провела рукой по волосам. Наконец-то можно не собирать их в дурацкий пучок. От него всегда так болела голова. Во всем есть своя положительная сторона. Может, это то хорошее, что можно найти в сложившейся ситуации?
Хотя нет, есть еще как минимум одно: теперь у нее не лежит на душе этот камень. Джанин чувствовала себя все свободнее, по мере того как рассказывала Малколму о причинах, побудивших ее сделать то, что она сделала. Вот только все счета оплатить теперь ей явно не удастся. Ну да это ничего, она найдет новую работу. Основная часть долга все равно уже погашена.
– Мама неплохо справлялась одна, – продолжала Джанин, – но однажды ее сбил пьяный водитель. – Она посмотрела на Малколма и не обнаружила на его лице ни следа сострадания. Это ее разозлило. – Об этом писали в газетах. Можете проверить, если хотите.
– Обязательно проверю.
– Мама сильно пострадала. Она неделю лежала в коме, и мы думали, что она не выкарабкается. Но она пришла в сознание, и начались новые неприятности. Медицинской страховки у нее не было, а лечение требовалось очень дорогое. В итоге пришлось заложить все имущество. Вместе мы, наверное, смогли бы что-нибудь придумать, но мама никогда не жаловалась и стойко переносила все удары судьбы.
– Я не совсем понимаю, какое отношение имеет все рассказанное к тому, что вы сделали.
– Не понимаете и никогда не поймете. Потому что не знаете, что такое отсутствие денег. Не знаете, что значит отказаться от страховки только потому, что она стоит слишком дорого. Но мама все же старалась подбодрить и себя, и нас. Она говорила, что неприятности полезны, поскольку закаляют характер. – Слезы наворачивались на глаза каждый раз, когда Джанин вспоминала свою маму в больнице. Изможденное тело, всюду кровоподтеки. На лицо страшно смотреть – одна сплошная рана. – Я никогда не буду такой сильной и мудрой, как мама.
– Продолжайте.
Джанин рассчитывала, что примерно на этом этапе ему уже наскучат ее объяснения и он уйдет. И то, что он до сих пор был здесь и просил продолжать, вселяло в нее надежду.
– Мама очень медленно выздоравливала. Да она и до сих пор не оправилась до конца. И даже когда полностью перестанет пользоваться лекарствами и регулярно посещать врачей, все равно уже не будет прежней. Например, работать она уже не сможет. Но я и мои братья стараемся ей помочь. Каждый делает, что может.
– Вносит посильный вклад, – вставил Малколм.
Она кивнула.
– Да, как и делали всегда. Но у моих братьев есть собственные семьи, которые они должны содержать. Так что в основном за лечение платила я. В противном случае…
– В противном случае – что?
– В противном случае моя мать лишилась бы квартиры, то есть осталась бы без крыши над головой. – Джанин остановилась и перевела дыхание, чтобы ее голос не дрожал так сильно. – А я ни за что не допущу, чтобы это произошло.
– Скажите, – спросил Малколм, – а ваша мама знает о том, что вы собирались водить меня за нос?
– Нет, – призналась Джанин. – Но я так обрадовалась, когда в агентстве меня утвердили как одну из кандидаток на эту должность! С такой зарплатой, которую мне обещали, я могла относительно быстро расплатиться с кредиторами да еще сменить обстановку, посмотреть другую страну. И когда леди Элизабет сказала, что я почти принята, я решила еще больше увеличить свои шансы.
– Значит, мама не одобрила бы ваших действий?
Джанин покачала головой.
– Она твердо убеждена, что в любом, даже самом затруднительном случае надо говорить только правду.
– В этом я с ней полностью согласен. – Малколм снова посмотрел на нее своим пронизывающим холодным взглядом. – А почему вы не взяли кредит в банке?
– Потому что, даже если бы я заложила все свое имущество и себя вместе с ним, этого хватило бы в лучшем случае на оплату половины счетов. И потом, довольно странно было бы закладывать свою квартиру, чтобы выкупить мамину.
– И все же цель не оправдывает средства. Я просто не верю, что не было другого выхода.
– Ну конечно, не верите, потому что никогда не сталкивались даже с тенью тех проблем, которые есть у огромного количества людей. Для вас понятие «нет денег» то же самое, что, к примеру, «полет на Луну». То есть это на слуху и реально существует, но вас совершенно не касается. – Она распалялась с каждой минутой все сильнее. – Ну, скажите, если бы ваша тетя, брат или дочь нуждались в помощи и у вас не было бы другого выхода, кроме как пойти на невинный обман, неужели бы вы остались в стороне из-за каких-то идиотских принципов или этических соображений?
– Я бы нашел другой выход. Если есть неверный путь, значит, есть и верный.
– Как вы можете такое говорить? Вы просто не понимаете, что я чувствовала.
– Нет, я вас прекрасно понимаю. Но то, что вы сделали, – непростительно. – Малколм на миг замолчал. – В любом случае, я думаю, что, если бы вы предстали передо мной во время нашей первой встречи в своем… гмм… естественном виде, ничто не помешало бы мне принять вас на работу. Вашим рекомендациям могли бы позавидовать куда более опытные педагоги.
– Я не могла рисковать: слишком много было поставлено на карту. И потом, я всегда считала, что красота человека в его душе. Это стало для меня шансом увидеть, смогут ли меня оценить только за мой ум и душевные качества, а не за внешний вид. Но случилось обратное. При первой нашей встрече вы сказали мне, что красота в женщине для вас является не объектом восхищения, а чуть ли не пороком. Если у меня и было желание отказаться от маскарада, то после ваших слов оно пропало. И поскольку я выглядела этакой вполне заурядной особой, вы запросто со мной общались. Мы обсуждали с вами политику, литературу, проблемы образования и так далее. Вы можете это отрицать, но вы прислушивались к моему мнению. Таким образом, вы ценили меня за мой ум и характер. А я неожиданно открыла для себя…
Малколм с любопытством посмотрел на нее.
– И что же вы открыли?
– Вы очень хороший человек.
– Думаете, лесть вас спасет?
– Я понравилась вам, несмотря на то что отнюдь не красавица. Вы не представляете, как много это значит для меня.
– Вы заблуждаетесь.
– Неужели? Тогда как вы объясните поцелуй в лесном доме?
– Я не собираюсь ничего объяснять!
Джанин даже всплеснула руками и нервно заходила по комнате.
– Как, наверное, хорошо быть боссом! Если вдруг запахло жареным, можно прикрыться своим положением и сказать, что никому ничего не должен.
– Прикрываться – это ваша привилегия, не моя.
– Неправда, я была с вами самой собой. Мне не нужно было кого-то из себя изображать или подстраиваться под вашу точку зрения. Я говорила, что думала, и поступала, как подсказывала мне совесть. И даже вопреки тому, что мы с вами очень разные, вы заинтересовались мной. Вы провели со мной весь сегодняшний день. Вы поцеловали меня.
– Это было до того, как я узнал вашу истинную сущность, – сказал Малколм.
– Вы отказываетесь меня понимать, потому что сердитесь, – возразила Джанин. – Но если будете честны с собой, то не сможете не признать, что нас связывает некая невидимая нить.
– Если то, что вы говорите, и было правдой, то вы сделали все, чтобы эту нить порвать. Моя жена в свое время преподала мне отличный урок о двуличности женщин. Вы, как нельзя лучше, его подтвердили. Третьего раза не будет, так и знайте!
– В таком случае, мне жаль, что вы неверно усвоили урок.
– И как же, по-вашему, будет верно?
– По одежке только встречают.
Малколм одарил Джанин ледяным взглядом, от которого по всему ее телу побежали мурашки.
– Прекратим этот ненужный разговор! – резко бросил Малколм. – Я думаю, самым лучшим для вас будет собрать вещи. Завтра утром мой шофер отвезет вас в аэропорт, к первому рейсу на Нью-Йорк.
И хотя у нее почти не оставалось сомнений, что именно так все и будет, ее будто ударили под дых. Неимоверным усилием Джанин сдержала наворачивающиеся на глаза слезы.
– Замечательно. Я немедленно начну складывать вещи.
Малколм вышел из комнаты, не говоря больше ни слова. Что ж, его тоже можно было понять. После такой семейной жизни удивительно, что человек вообще остался вменяемым. И с определенной точки зрения он был совершенно прав. Правда, и она, Джанин, тоже была по-своему права. Но поскольку хозяином положения в данной ситуации оказался Малколм, пострадала противоположная сторона.
Ладно, если бы она просто лишилась работы. В конце концов, новую с ее-то рекомендациями будет найти не так уж сложно. Самое ужасное, что она уезжала с разбитым сердцем. Джанин полюбила Малколма, и ей была невыносима сама мысль о том, что завтра она уедет и больше никогда его не увидит. Сила ее любви была столь огромной, что любая, даже самая неистовая гроза показалась бы мелким моросящим дождиком по сравнению с тем, что творилось в душе Джанин.


На следующее утро Малколм зашел в комнату леди Элизабет. Уже стуча в дверь, он старался, чтобы тетя поняла, как он раздражен. Когда услышал приглашение, он вошел и был поражен безмятежным видом, с которым эта достойная дама расположилась за маленьким круглым столиком и пила утренний чай. Как она может сидеть как ни в чем не бывало, когда все благополучие семьи трещит по швам! Если только известие об очередном увольнении няни выйдет за пределы замка, его будут неделю смаковать в местных газетах. А то еще, не дай Боже, о ней не побрезгуют написать и в столичной прессе, придумав нелепейшие объяснения всему происходящему. И во всех бедах виновата исключительно леди Элизабет, которая сидит и умиротворенно попивает чай.
Но не успел Малколм начать свою обличительную речь, как леди Элизабет обратилась к нему нарочито светским тоном:
– Здравствуй, Малколм. Ты уже слышал новость о своей сестре?
– Какую новость? – спросил он, застыв в дверях.
– Она беременна.
Малколм привалился к косяку.
– Вот черт! Теперь понятно, что за загадочная болезнь мучает ее последнее время.
Джанин предупреждала его, что, если игнорировать желания подростка, тот только из чувства противоречия может поступить по-своему. И попала в самую точку.
– Вы узнали у Мэрианн, кто он?
Леди Элизабет невесело рассмеялась.
– С таким же успехом можно попытаться это выяснить у мраморной статуи.
– Как отец воспринял известие?
Она усмехнулась.
– Так, как этого можно было от него ожидать: рвет и мечет. Он сам себя загнал в угол, поскольку очевидно, что все это следствие его неправильного к ней отношения. Но он ни за что этого не признает. Поэтому ему остается только вставать в позу и заявлять, что отныне Мэрианн ему не дочь.
– Да… я обязательно поговорю с отцом об этом. – Новость заставила Малколма на несколько минут забыть о цели своего визита, но только на несколько минут. – Однако сначала я хотел бы побеседовать кое о чем с тобой, тетя.
– О чем же? – Леди Элизабет была сама невозмутимость, что очень злило Малколма.
– Няня, которую ты нашла, оказалась неподходящей. Мне пришлось ее уволить.
– Неужели?
Это уже явная издевка, подумал Малколм. Уж кто-кто, а тетя всегда в курсе всего, что происходит в замке. Но, тем не менее, он не высказал этого вслух.
– Да, это так. И когда ты будешь искать замену, постарайся получше изучить кандидатуру. Возраст ее не должен быть меньше пятидесяти лет.
– Если мне не изменяет память, ты сам выбрал ее и позвонил мне в Нью-Йорк, чтобы я все проверила на месте. Что я и сделала, – по-прежнему спокойно ответила леди Элизабет.
– Значит, в следующий раз проверяй тщательнее, – заявил Малколм, подчеркнуто игнорируя ее первую фразу.
Леди Элизабет внимательно посмотрела на племянника.
– Судя по твоему рассерженному тону и порывистым жестам, ты понял, что она гораздо красивее, чем желает казаться.
– Так ты знала?
– Еще бы мне не знать! Я же общалась с ней в Нью-Йорке, когда она еще не носила эти жуткие очки. И прическа у нее тогда была совсем другая. А ты-то как об этом узнал?
– Мне попался в руки ее фотоальбом. Она же настоящая фотомодель. Говорит, что затеяла весь этот маскарад для того, чтобы оплатить счета за лечение матери.
– Чистая правда, – подтвердила леди Элизабет.
– Откуда тебе это известно?
– Я наводила справки о ее семье.
– Почему же мне ничего не сказала?
– Ты не спрашивал.
Но у Малколма назрел более важный вопрос.
– Тогда почему ты вообще одобрила ее кандидатуру, если она не отвечала требованиям, которые выставил отец.
– Она отлично подходила тебе. А твой отец никогда не понимал таких вещей.
– И я не понимаю.
– Конечно, не понимаешь. Когда в агентстве мне дали досье еще нескольких женщин, мне сразу понравились отличные рекомендации Джанин. Я решила навести справки и узнала, что она работает для того, чтобы помочь матери. Это меня тронуло. Ну а когда я встретилась с ней лично, у меня не осталось никаких сомнений.
– Но Джанин же столько времени нас всех водила за нос!
– Нет, мой друг, если она и водила кого-то за нос, то исключительно тебя. Я все знала с самого начала, а остальным просто не было до нее никакого дела.
– Она лгала! – сказал он, повысив голос.
– Нет. Ты видел то, что хотел видеть. А ты влюбился в нее, разглядев красоту ее души.
Глаза Малколма сверкнули.
– Я – Малколм Ульрих Дориан Алан Корнби Макензи! И я не мальчишка, чтобы влюбляться!
Но слова тети уже пробили брешь в панцире, которым он прикрывался от правды. Джанин говорила ему вчера то же самое, но он был слишком взбешен, чтобы вдуматься в ее слова. Теперь же от своих чувств было не скрыться.
Он действительно целовал ее. Он действительно хотел ее. Он чувствовал, что ему необходимо быть с ней, когда во что бы то ни стало решил вчера найти Джанин в городе. И хотя старался не думать об этом, он даже без подтверждения леди Элизабет знал, что все то, что говорила Джанин о своей больной матери, – правда. Но влюбиться? Нет, он не мальчишка!
Малколм покачал головой.
– Ты ошибаешься.
– Малколм, – тетя посмотрела на него с жалостью, – ты же сейчас занимаешься тем, против чего так отчаянно выступаешь: лжешь. Причем, что хуже всего, не кому-нибудь, а себе.
– Это Джанин лгала мне. Подумать только, я же хотел жениться на ней!
– Ага! Так я и подозревала. Ну, если ты до сих пор не можешь признаться себе в том, что любишь ее, то ты круглый дурак, племянничек, извини уж за прямоту. И я умываю руки.
– Но я собирался это сделать из сугубо практических соображений.
– Ну-ну.
Почему ему так необходимо оправдаться?
– Моя дочь полюбила ее. И когда кончился бы контракт и Джанин пришла бы пора уезжать, Фиби очень расстроилась бы. Вот я и…
– Я видела, как ты целовал ее вчера вечером. Так уж получилось, что я как раз шла проведать Мэрианн, которой нездоровилось. Знаешь, когда мужчина так страстно целует женщину, сразу понятно, что если у него и есть практические соображения, то они едва ли являются основополагающими.
– Это было до того, как я узнал, какая она на самом деле.
Леди Элизабет вздохнула, допила чай и отставила чашку в сторону.
– Ты настрадался от своей жены. И боишься совершить ошибку, которая повлечет за собой такую же боль.
– Я ничего не боюсь.
– Расскажи это офицеру береговой охраны. – Леди Элизабет привела старинную и весьма популярную английскую поговорку, машинально отметил Малколм. – Ты сделаешь все, что угодно, чтобы избежать унижения. Но для меня так очевидно, что ты влюблен в Джанин, что мне даже не хочется тебе возражать. Прости, Малколм, ты, конечно, очень любишь свою дочь, но не настолько, чтобы ради ее блага жениться. И ты нашел отличный повод убрать Джанин из своей жизни. Может, это у тебя и получится, но пострадаешь от этого в первую очередь ты сам.
Тетя была права, и он прекрасно понимал это. Но было уже поздно. Малколм в изнеможении опустился на диван.
– Она ушла, тетя.
– Ушла?
– Машина уже везет Джанин в аэропорт. Думаю, что ее самолет скоро взлетит.
Неожиданно раздался телефонный звонок. От резкого звука оба вздрогнули. Леди Элизабет сняла трубку.
– Что значит «нигде нет»? – В ее голосе звучала тревога. – Немедленно сообщите охране. Ее надо найти немедленно!
– Фиби? – спросил Малколм, хотя уже знал ответ.
Она кивнула.
– Ее нигде нет.
Вот так денек. Удары сыплются один за другим!
Нет, осадил себя Малколм. Нельзя впадать в панику. Он отыщет дочь, а потом уже придумает, как разобраться с любимой женщиной и сестрой.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Символ любви - Инглвуд Линда

Разделы:
123456789101112

Ваши комментарии
к роману Символ любви - Инглвуд Линда



верится с трудом в такую сказку
Символ любви - Инглвуд Линдаириша
12.05.2011, 14.10





Наивная, но интересная сказка, но ведь сказки тоже нужны.
Символ любви - Инглвуд ЛиндаЛюдмила
8.04.2012, 20.52





Конечно сказка, но какая приятная и милая, здесь нет секса и бурных страстей, зато есть то ради чего я читаю такие книги - любовь! 10
Символ любви - Инглвуд ЛиндаЧитака
25.07.2013, 11.16





Начало за здравие, а конец за упокой. Такое ощущение, что автор начал писать, а потом ей надоело и она быстренько все завершила. Может и про любовь, но неубедительно.
Символ любви - Инглвуд Линдаиришка
9.09.2013, 22.40





просто, наивно, приятно
Символ любви - Инглвуд Линдаюли я
13.03.2015, 15.25





Сказочного я ничего не увидела. А уж злость главного героя на ее, так называемый обман, вообще попросту смешна. В чем она его обманула, в том что не выпячивала свою природную красоту? Любая красавица может стать синим чулком и наоборот и называть это обманом попросту глупо. Женщины пытаются стать лучше чем они есть на самом деле с незапамятных времен, но кто сказал, что женщина не может хотеть стать хуже? Хочу ношу огромные очки, хочу ношу линзы, кому какое дело и в чем тут ложь? В общем мне не понравился роман, надуманно и глупо.
Символ любви - Инглвуд ЛиндаВарёна
16.10.2015, 0.23








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100