Читать онлайн Любовь жива, автора - Хэтчер Робин Ли, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь жива - Хэтчер Робин Ли бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.36 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь жива - Хэтчер Робин Ли - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь жива - Хэтчер Робин Ли - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хэтчер Робин Ли

Любовь жива

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Тэйлор выздоравливала медленно. Вот уже и зима повернула к весне. Инфекция, хоть уже и в слабой мере, все еще оставалась в легких Тэйлор, что препятствовало скорейшему восстановлению ослабевшего организма. Однако это не мешало больной разгонять скуку разнообразными мероприятиями. Мэрили и Джеффри зачастили, чтобы повеселить ее, а то вдруг без предупреждения заявились Мадсенс из Розвуда и Джонсон из Оук Лауна. Даже Филип останавливался у Латтимеров несколько раз. Тэйлор всем была очень рада, хотя быстро уставала от шумных бесед и разговоров мужчин о надвигающемся расколе союза между Севером и Югом. Порой ей казалось, что мужская половина ее друзей и знакомых не иначе как договорилась беседовать только на военные темы, вовлекая в это скучное занятие и присутствующих дам.
Но вот деревья и цветы вспыхнули красками настоящей весны. Ожил Дорсет Халл. Вдохнула весна жизненные силы и в Тэйлор, вернув ее щекам упругость и здоровый румянец. Смех юной миссис звучал все чаще, чему хозяин дома радовался несказанно. И радость эта была очевидна каждому.
Дэвид любил свою молодую жену страстно, порой до безумия. Он принимал все приглашения ближних и дальних соседей — потому что Тэйлор нравилось бывать в гостях и веселиться. По возвращении с одной из вечеринок Тэйлор объявила, что очень мечтает дать большой бал в честь годовщины их бракосочетания. При этом ей непременно хотелось бы пригласить оркестр для танцев.
— Вы действительно хотите этого, моя дорогая?
— О, да, конечно, Дэвид. Я уже совсем-совсем здорова. И потом… Многие ведь считают наш брак исключительно браком по расчету, который не приносит нам счастья. Но мы-то знаем, что это не так. — Она взяла его за руку. — Я хочу, чтобы все поняли, как я выросла с тех пор и… как мы оба счастливы. Смотрите, вот здесь, — она указала на уютную лужайку, — мы устроим танцевальную площадку, а там, за газоном, буфет. И на всех деревьях мы развесим фонари…
Дэвид смотрел, как она кружилась и порхала, словно мотылек, с одного места на другое. Вдруг он почувствовал себя рядом с ней таким безнадежно старым. «Пойми же, — говорил он себе, — однажды она оставит тебя…»
— Дэвид, — окликнула Тэйлор, заметив в его глазах легкую грусть. — Что-то не так? Есть проблемы?
— Нет-нет, все хорошо, моя дорогая, — улыбнулся он. — Все, что вы захотите, мы обязательно сделаем. К черту проблемы!
Приготовления к балу начались немедленно, так что весь Дорсет Халл пришел в движение. Срочно сооружались подмостки для танцев. Тэйлор достала свой золотисто-коричневый атлас и поставила перед своим портным задачу сшить ей такое платье, о котором будут долго говорить. Тем временем продумывалось и праздничное меню, в котором главным блюдом решено было поставить мясо, зажаренное на решетке над углями. Дэвид радовался вдохновению своей жены и не переставал удивляться ее непредсказуемой фантазии.
На днях Дэвид получил письмо от сына, в котором тот сожалел, что в прошлый раз не смог остановиться в Дорсет Халле на более долгое время, и оповещал о своем намерении навестить отца и его молодую супругу в ближайшие дни, не ограничивая себя при этом сроками пребывания. Тэйлор выразила надежду, что Брент, даст бог, успеет к празднику. Она знала, как Дэвид любит сына и как скучает по нему, несмотря на расхождения во взглядах по некоторым вопросам. Возможно, как раз праздник сгладит все недоразумения между ними, и все будет хорошо, сколько бы Брент ни оставался в этом доме.
Тэйлор успевала везде. Вот она дает указания людям, завершающим оборудование танцевальной площадки пар на пятьдесят, а то и шестьдесят. А вот уже обсуждает с Мимой предполагаемые кушанья. Садовники по ее настоянию занялись приведением в порядок зеленых насаждений и цветочных клумб. Служанки натирали все до блеска даже в самых укромных местах.
За несколько дней до бала Латтимеров навестила Мэрили, вызвавшаяся сопровождать отца, у которого на тот день были запланированы слушания в округе Дорсет Халла. Разговор подруг, разумеется, весь был о предстоящем празднике. Тэйлор показала Мэрили свое платье, которое было уже почти закончено. Мэрили замерла в восторге. Потом она призналась, что всегда мечтала надеть что-либо легкое, открытое, как Тэйлор, но не решилась бы, наверное, даже если бы вдруг у нее появилась такая возможность.
— Но мне кажется, если бы я надела такое платье, все обратили бы внимание, что я… я живая. Тогда, может быть, кое-кто заметил бы меня тоже…
— Как-нибудь, Мэрили, мы подумаем, как соединить вас. Пойдем же, я покажу тебе, что придумал Дэвид для освещения сада. Может быть, вы и пройдетесь с Филипом под этими чудесными фонарями.
Оставив на время Мэрили, Тэйлор вышла из комнаты и прошла в кабинет Дэвида. Она стала перебирать на столе бумаги. Того, что искала, она среди этих бумаг не нашла и тогда выдвинула ящик. Взгляд ее упал на письмо, адресованное Дэвиду. Ей не хватило сил удержаться, чтобы не прочесть письмо от начала до конца, когда в глаза бросились слова «ваша жена». Брент писал: «Я сожалею, что во время моего короткого визита осенью ваша жена оказалась нездоровой. Надеюсь, теперь она выздоровела и помогает вам скрасить одиночество. Отец, признаюсь, что был весьма разочарован, обнаружив вас хозяином плантации — рабовладельцем. Трагичееский случай со служанкой вашей жены должен был, как мне кажется, разбудить в вас сознание того, в каком бесправном положении находятся рабы. Думаю, что мне понравится ваша жена, однако не уверен, что окажусь ей приятным со своими суждениями. Поколебать же меня в моих взглядах вам вряд ли удастся…»
Тэйлор быстро положила письмо в ящик, словно оно обожгло ей пальцы. Этот эгоистичный, самоуверенный янки… Как может он заявлять такое отцу?! Но ведь это Дэвид вырастил и воспитал его, такого грубого, неотесанного. А потому ей остается держать себя в рамках приличия во время его пребывания здесь.
— Тэйлор, что же ты меня оставила? Что случилось? Ты нашла, что искала? — Мэрили заглядывала в кабинет.
— Нет, — коротко ответила Тэйлор, задвигая ящик. — Но это никуда не уйдет. Давай-ка лучше прогуляемся, а то что-то очень душно.
Смущенная переменившимся вдруг настроением подруги, Мэрили едва поспевала за ней, когда они шли по саду, пытаясь заглянуть ей в глаза и разгадать причину. Так они гуляли недолго, и Мэрили, поняв, что Тэйлор, пожалуй, понадобится время, чтобы прийти в себя, уехала домой в глубоком раздумье.
Тэйлор пребывала в дурном расположении духа несколько дней и все думала, каким образом поставить на место напыщенного янки, не обидев при этом Дэвида. Резкий тон при этом вряд ли уместен. Нет-нет, она постарается быть с Брентом Латтимером доброй и снисходительной, чем и покажет ему превосходство Юга над Севером. Она покажет ему, чем «взяла» его отца. Она убедит его, что он далеко не прав в своем отношении к людям.
Дэвид также все это время находился в состоянии волнения перед встречей с сыном. Он старался предположить реакцию Брента на возраст Тэйлор. Для него самого такая большая разница между ними не имела никакого значения. Забытое было чувство вновь проснулось в нем. Более того, теперь оно было таким сильным, как никогда прежде. Но в то же время Дэвид томился виной перед этим юным созданием за их такой странный брак. Сам он был безумно счастлив и уже не представлял себе иной жизни. Но она?
За три дня до бала Тэйлор решила побывать в Спринг Хавене, надеясь, что это улучшит состояние ее души. Она была рада, что Филип за время ее болезни неоднократно посещал Дорсет Халл. В ответ на приглашение Латтимеров принять участие в устраиваемом ими скоро празднике он тут же откликнулся весточкой о своем согласии. Тэйлор казалось, что за последние месяцы они с Филипом стали несколько ближе, что недоброжелательность между ними, которая чувствовалась после смерти отца, исчезла. И ей хотелось сделать что-нибудь еще, дабы упрочить сложившиеся отношения.
Тэйлор очень любила ездить верхом в это время года. Вот и сейчас она с радостью любовалась цветущим лугом и зеленью близлежащих рощиц, слушая нескончаемое птичье пение. Она не отправилась по наезженной дороге, которая казалась ей слишком долгой, а прямо от дома поднялась вверх через неиспользуемые земли. Когда-то эти земли тоже принадлежали плантаторам, но потом были заброшены. И лишь несколько пустых хижин, стоявших неподалеку друг от друга, были знаком того, что в свое время земли эти использовались.
Спринг Хавен всегда волновал и радовал Тэйлор. Белый и гордый возвышался в солнечном свете среди пышной зелени большой дом Беллманов. Пожалуй, Спринг Хавен вполне можно было бы считать символом Юга. Подъезжая, Тэйлор видела черные согнутые спины людей, управляющихся на плантации, и уже чувствовала доносившийся так далеко запах кухни… Черные служанки прямо на улице стирали в огромной лохани белье, а неподалеку развлекались, визжа от восторга, их детишки.
Когда Тэйлор остановилась уже у крыльца, в дверях показался удивленный Филип.
— О, Тэйлор, добрый день! Вот так сюрприз…
Тэйлор поблагодарила брата за то, что он помог ей спешиться, и заговорила о причине своего визита.
— Я очень волнуюсь в преддверии нашего бала, поэтому хотела еще раз напомнить и заручиться твоим присутствием на нем. И еще я должна поблагодарить тебя, что навещал меня во время болезни.
Она вспомнила свой последний приезд в Сприг Хавен, связанный с Дженни. Тогда она была в таком сильном раздражении, что не захотела даже отдохнуть, полюбоваться здешней красотой.
— Если бы ты только знал, Филип, как я люблю наш дом, — сказала она, когда они уселись в кабинете друг против друга.
— Стоит ли думать теперь о Спринг Хавене как о своем доме? Ведь уже год прошел, как…
— Но для меня нет и, наверное, не будет места более близкого и любимого, чем Спринг Хавен. Как ты не можешь этого понять?
Она открыто смотрела Филипу в глаза, пытаясь найти в них хоть какое-нибудь участие. Но он продолжал непреклонно:
— Да пойми же, наконец: Спринг Хавен — мой. Ты замужем и никакого права на него не имеешь. Даже если я умру, он отойдет моим наследникам. Но не тебе.
«Боже мой, — думала Тэйлор, — как мы быстро перешли к этой теме. Неужели он не понимает, что у меня вовсе нет желания отобрать у него Спринг Хавен?!»
Она стала соображать, каким образом повернуть разговор в другое русло.
— Пожалуйста, Филип, не будем спорить. Я приехала вовсе не с тем, чтобы установить между нами барьер. Я согласна, что Спринг Хавен — твой, и не собираюсь ни на что претендовать. Хочу только спросить, поскольку ты заговорил о наследниках, когда ты собираешься привести в Спринг Хавен хозяйку?
Прежде чем ответить, Филип внимательно посмотрел на Тэйлор, желая убедиться в ее добродушии.
— Да, я полагаю, что уже следует подумать об этом. Возможно, ваш праздник станет для меня тем удобным моментом, чтобы сориентироваться. — Он улыбнулся. — Пожалуй, я посмотрю…
— Хорошо бы посмотреть не дальше Мэрили, — неожиданно для себя напутствовала Тэйлор.
— Мэрили Стоун? Но почему? Я питаю к ней исключительно дружеские чувства.
— Она очень любит тебя, Филип.
— Любит? Знаешь, я ведь тоже люблю ее — как брат.
— Речь не об этом. Мэрили могла бы составить тебе неплохую партию.
— Мэрили Стоун… — Он говорил уже мягко. — А что, может, ты и права. Почему бы не Мэрили?! Вполне возможно, что это как раз тот тип женщин, который нужен.
Он на время задумался, а потом поднял глаза:
— А ты, Тэйлор? Ты готова дать наследника Дорсет Халлу?
Густо вспыхнув краской, Тэйлор, еще до конца не понимая, быстро кивнула головой.
— Да. То есть нет. Детей еще нет.
Она была застигнута его вопросом врасплох и почувствовала сильное волнение.
Филип резко встал:
— Ты выглядишь так, словно тебе не хватает воздуха. Пойдем лучше прогуляемся перед обедом и предадимся воспоминаниям.
Тэйлор повернула кобылу к реке. Она все еще чувствовала слабость, но в то же время была спокойна, что визит к Филипу в целом закончился благополучно. На обратном пути она решила немного пообщаться с природой. Ее радовали и веселые трели над головой, и лучи жаркого солнца, пробивающиеся сквозь решетку ветвей на шелковистую траву, и веселое журчание воды по гладким камням речного дна, и мелкой серебристой рыбешке, доверчиво снующей у самой поверхности.
Она стала черпать ладошкой прохладную воду и обмывать лошадь, не замечая, что брызги попадают ей в рукава, на платье. Потом она сняла ботинки и ступила на песчаное дно, тихонько взвизгнув, когда ноги в глубине обожгло ледяным потоком. Тэйлор решила перейти реку вброд. Подняв повыше платье, она шла все дальше и дальше, ощущая себя частью этого водного царства. Внизу по течению из-за деревьев показалась пара оленей. Замерев, Тэйлор наблюдала за их осторожным, осмотрительным приближением к реке. Пока самка пила, самец напряженно вслушивался в доносившиеся звуки леса, а уж потом утолил и свою жажду. Их совершенная совместимость тронула сердце Тэйлор, заставив ее вздохнуть. Две пары испуганных глаз разом повернулись в ее сторону. И тут же олени бросились прочь, исчезая за деревьями.
«Они подобны двум влюбленным», — подумала Тэйлор. С этой мыслью к ней подступила тоска по чему-то, чего она и сама не понимала. Радость, еще несколько минут назад владевшая ею всецело, сменилась беспокойной грустью. Тэйлор вдруг захотелось побежать за оленями, чтобы спастись… не зная, от чего или от кого.
— Я всегда обнаруживаю вас в экзотических местах. — Неожиданный мужской голос заставил ее вздрогнуть и сжаться. Она медленно повернулась лицом к берегу. Знакомые лучистые глаза, улыбаясь в радостном прищуре, смотрели на нее в упор. — Ваши ноги восхитительны. Я имел возможность хорошенько их рассмотреть.
Задохнувшись от изумления, Тэйлор уронила свое платье на воду, и оно тут же намокло. Шляпа сразу уплыла по течению. Войдя в ее затруднительное положение, всадник въехал в реку и легко поднял Тэйлор в свое седло. Выбираясь на берег, он крепко держал ее в объятиях и смотрел на нее, улыбаясь широко и уверенно.
— Пожалуйста, сэр, поставьте меня на землю, — кротко попросила она почти шепотом.
При этом она не в силах была отвернуть от него глаза. Какой-то незнакомый жар обдал все ее тело. Дыхание у нее перехватило, сердце готово было выпрыгнуть изнутри.
Он мягко опустил ее вниз и спешился сам. Он стоял перед ней, высокий, красивый, и молча разглядывал ее, охваченную мелкой дрожью. Казалось, воздух вокруг них наэлектризовался. Руки его коснулись ее плеч. Где-то там, в глубине мозга, Тэйлор чувствовала, что должна немедленно уйти, но какая-то неведомая сила удерживала ее на месте. Взглядом незнакомец гипнотизировал ее. Он медленно притянул ее к себе и крепко прижал. Ее голова бессильно откинулась назад. Он наклонился в жажде поцелуя. Ноги ее подкосились, и она, окончательно утрачивая над собой контроль, обвила его шею руками.
Это было то, что она уже испытала прошлым летом, только намного сильнее. Это было то, о чем она все время мечтала, в чем бесконечно нуждалась. Это было то, чего ей так недоставало.
Он освободил ее от своих возбужденных губ, но все еще крепко держал за талию, не собираясь позволить ей уйти. Он жадно разглядывал ее — от темных глаз до маленьких грудей, гладя плечи, шею, и говорил, говорил восхищенно:
— Вы прекрасны. Нет, вы более чем прекрасны… Вы — божественны! Я хотел этого с момента, когда впервые увидел вас.
Мало-помалу выходя из безрассудного оцепенения, Тэйлор сердцем понимала, что вот этот человек — с его руками, губами, голосом — должен уйти, а она должна вернуться домой, к реальной жизни. Понимала, но вовсе не хотела этого. Она хотела сегодня, сейчас испытать все. Поднявшись на цыпочках, чтобы дотянуться, она в бессилии резко качнулась к нему. Он подхватил ее и вновь жадно припал к ее губам. Она ощущала его, сильного, мускулистого, так, что кровь ее тяжело стучала в висках. Тэйлор почувствовала сильную дрожь в его теле. Низкий глухой стон вырвался из него, поцелуй ослаб. Незнакомец глубоко дышал, слабо покусывая ее губы и опуская свое лицо к ее шее, грудям. Оказалось, что его нежность вынести труднее, чем силу. И вот уже яростно задрожала Тэйлор…
Справившись с собой, он отошел в сторону. Тэйлор открыла глаза. Она тяжело дышала, жадно вбирая в себя воздух. Держась на расстоянии, они молча смотрели друг на друга. Тэйлор заметила вдруг на его лице некую озадаченность.
— Кто вы? — хрипло спросил он.
И это пронзило ее словно током. Она резко повернулась и бросилась к своей лошади. Легко прыгнув в седло, она с силой дернула поводья и пустилась в безумном галопе по направлению к дому, так что крик: «Подождите!» уже не мог ее догнать.
Сознание, которое, наконец, вернулось к ней, подобно ледяной воде, освежило мозг: как она могла позволить себе допустить подобное? Как могла повести себя, как… как… Ну, почему она так легко поддалась его силе, настойчивости? «Слава богу, — шептала она, — что больше никогда его не увижу».
Тэйлор испытала угрызения совести, когда, спрыгнув с лошади, увидела взмыленные, тяжело вздымающиеся бока своей любимицы. Бросив поводья, она бегом направилась к дому, крича на ходу:
— Дженни, Дженни! Быстро приготовь мне ванну!
Она сорвала с себя мокрую одежду и упала на кровать. Тело ее дрожало, губы горели. Положив подушку на голову, она как бы спряталась от преследовавшего ее образа незнакомца. «Уходи, уходи же, — шептала она, — уходи, кем бы ты ни был…»




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовь жива - Хэтчер Робин Ли



Очень интересный роман,читала с удовольствием.Советую.9
Любовь жива - Хэтчер Робин Лисвет лана
24.03.2015, 11.14





Хороший роман .Понравился ....8
Любовь жива - Хэтчер Робин ЛиNatali H.A
11.08.2015, 21.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100