Читать онлайн Вернись, бэби!, автора - Хэран Мэв, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Вернись, бэби! - Хэран Мэв бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 4.5 (Голосов: 2)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Вернись, бэби! - Хэран Мэв - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Вернись, бэби! - Хэран Мэв - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хэран Мэв

Вернись, бэби!

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Боб Крамер с интересом наблюдал за своей клиенткой. Нечасто ему доводилось видеть Стеллу в таком подавленном состоянии. Вопреки его опасениям она не ворвалась в офис, оглашая окрестности беспорядочной стрельбой с обеих рук и требуя доклада, что еще он предпринял, чтобы добыть ей вожделенную роль в «Ночи желания». Она едва упомянула эту тему, просто осела на диван с поверженным видом и погрузилась в раздел критики свежего номера журнала «Сцена». Боб украдкой поглядывал на нее.
На ней было черное облегающее платье, в котором она снималась в ролике про автомобиль, принесшем ей такую известность. Платье было исключительно простое, с квадратным вырезом, открывавшим лишь намек на ее знаменитый бюст, и настолько удачно скроенное, что молодило ее как нельзя лучше. Стелла потянулась что-то взять из сумки и сделала затяжку на чулке (вообще-то, он не был уверен, что она носит чулки, но предполагал, что это так, ведь Стелла была воплощенная женственность, и представить себе ее в колготках было невозможно). Вопреки собственным правилам Боб позволил себе мысленно представить ее ляжки. Они должны быть молочно-белые и упругие, но уже с легким намеком на нарастающий жирок, мягкие на ощупь, особенно в том самом нежном месте, где сходятся вместе. Сколько молодых мужчин сейчас позавидовали бы ему! Тысячи юнцов спят и видят, как Стелла Милтон ведет их к себе в спальню и ее рука скользит им в ширинку.
– Повтори-ка мне, что в точности они сказали про Роксану Вуд.
Вот теперь это снова Стелла – собранная, уверенная в себе, привыкшая получать все, что хочет. К своему удивлению, Боб почувствовал огромное облегчение. Стеллу он любил, даже ее высокомерие подспудно ему импонировало. Хотя он ни за что не стал бы говорить об этом ей самой, поскольку в дополнительном поощрении по этой части она явно не нуждалась.
– Кретины! – бушевала Стелла. – Как они только могли выбрать ее, а не меня? У нее же лицо круглое, как миска с картошкой! И такое же интеллектуальное. А эти крохотные сиськи! Не бюст, а ветряночные прыщики!
– Да ладно тебе, Стелла, кому, как не тебе, знать правила этой игры? Просто сейчас на нее спрос, все ее хотят. Пресса соловьем заливается. Это не больше чем на год. Такие долго не держатся. Слишком быстро выдыхаются. Между нами говоря, я думаю, что дело решил этот разворот про ее голодание.
Боб порылся в столе и извлек газету с интригующим материалом. Занявшись этим, он пропустил печальное выражение, омрачившее на мгновение прекрасное лицо Стеллы.
– Выходит, мне пора на свалку? – выпалила она.
– Зря ты так расстраиваешься. И для дела только хуже. Говорю тебе – всему причиной булимия, это сейчас популярная тема. Ты же знаешь, как устроена пресса. Ничто ее так не будоражит, как вытащенные на свет тайные подробности.
Он вгляделся в треугольное, с почти славянским овалом, запоминающееся лицо Стеллы. Светлая кожа, почти черные волосы, обрамляющие потрясающей формы скулы, полный рот с надутой нижней губкой, выразительные синие глаза. Слава богу, он не женщина и тем более не актриса.
Дар красоты тяжелее всего нести, когда она проходит, а актерская профессия – штука жестокая. Он не нашел в себе сил сообщить, что ее рассматривали на роль в одном лондонском фильме, но отвергли по причине возраста.
– Все дело в шее, – доверительно поведал ему франтоватый молодой режиссер. – Ее невозможно скрыть. После сорока уходит или лицо, или тело. Сохранить и то и другое невозможно. Конечно, я один из ее ревностных поклонников. Помнится, когда видел ее в том фильме про мотоциклистку, трусы даже пачкал. Но ведь пятнадцать лет прошло!
Нет, этого Боб ей говорить не станет.
– Послушай, а нет у тебя какой-нибудь идейки, как засветиться в бульварной прессе?
Для ответа ей понадобилась лишь доля секунды.
– Это не для меня, дорогой. Моя личная жизнь неимоверно скучна и добропорядочна. Как курсы по домоводству.
Боб засмеялся:
– А жаль. Небольшой скандальчик твоей карьере бы не повредил.
– То-то и плохо. – Она улыбнулась. Все та же желчная Стелла. – Стало быть, придется полагаться только на свое актерское мастерство, да?
Едва Молли успела покормить Эдди овощным пюре, как из спальни возник Джо. И тут же она ощутила на шее поцелуй.
– Прости, любимая. Я не должен был срываться на вас с Клэр.
Если она и вздохнула с облегчением, то не собиралась так сразу это показывать.
– Не должен был. Ты должен был довериться мне. Как ты мог подумать, будто я готова выбалтывать твои частные секреты каждому встречному!
У Джо хватило такта напустить на себя пристыженный вид.
– В данный момент я и сам не знаю, что я обо всем этом думаю. А где Клэр?
– Ты ее спугнул. Ушла смотреть по телику «Розанну», чтобы получить представление о счастливой семейной жизни.
– Фу ты!
– Пойду сооружать ужин. Не посидишь пока с Эдди? Спой ему что-нибудь. Он обожает детские песенки в твоем исполнении – больше, чем когда их крутят по телевизору.
Джо рассмеялся:
– Правда? Может, попотчевать его заодно еще и частушкой?
Молли в небольшой, похожей на камбуз кухне нарезала помидоры и базилик. Услышав начало очередной песенки, она стала понемногу расслабляться. Это был опять ее прежний Джо.
– Уснул, – прошептал Джо спустя пять минут, наливая себе пива и усаживаясь за стол в гостиной. – Вкусно пахнет!
Дольше Молли не могла сдерживать возбуждения.
– В Дичвелле в антикварной лавке я купила для Пэт подарок.
– Она будет рада.
– Да, но дело в том, что, мне кажется, хозяин этой лавки знает Аманду, просто не хочет говорить. Завтра поеду туда опять и попытаюсь что-нибудь из него выудить.
Она думала, Джо будет доволен, но он вдруг замер, не успев накрыть до конца на стол.
– Послушай, Молли, я понимаю, что это увлекает, ощущаешь себя почти что частным детективом, но тебе не кажется, нам следует действовать чуть-чуть потактичнее? Я думал, на это уйдут годы, и вдруг все начинает раскручиваться само собой. Может, лучше притормозить и пойти официальным путем?
– А тебе что, действительно хочется, чтобы это продолжалось годами? Или чтобы дело вообще ничем не кончилось?
Ужин прошел в молчании. Молли не произнесла ни слова. Она не могла придумать, о чем еще можно сейчас говорить. В последнее время все ее мысли были о том, как найти его мать. Может, Джо прав, это рискованное предприятие, и она чересчур увлеклась? И все равно она знала, что уже не сможет остановиться.
– Прости меня, – сказал он, когда они собирались ко сну. – Это какие-то эмоциональные качели. Я одновременно волнуюсь и боюсь.
Когда на другой день Джо ушел на работу, Молли открыла ящик кухонного шкафчика и достала лист оберточной бумаги, в которую был упакован миниатюрный колокольчик. В том, что в эту лавку ее привела мысль о Патриции, была своеобразная ирония.
Дрожащими руками Молли набрала номер справочной вокзала. Инстинкт говорил, даже кричал, что сельский антиквар знает Аманду, хотя он это и отрицал. Но разве Беатрис Мэннерз не сказала бы ей, если бы Аманда была родом из Дичвелла?
На этот раз Молли решила не брать с собой Эдди. Она позвонила Пэт и попросила приехать посидеть с малышом. Пэт согласилась, быть может, радуясь возможности навести мосты. Молли собиралась вручить ей колокольчик, надеясь, что та примет его как проявление родственных чувств.
И действительно, при виде подарка свекровь несколько смягчилась.
– Какой хорошенький! На нем нарисована голландская девочка. – Она с энтузиазмом позвонила в колокольчик. – А куда это ты в такой спешке собралась?
– Неофициальное собеседование. Может, возьмут на работу на неполный день. – Молли опять солгала.
– И чем заниматься?
Молли порылась в голове.
– Помощник дизайнера по интерьеру.
Патриция хмыкнула, оглядывая диковинный декор квартиры.
– Пожалуй, у тебя к этому есть способности. При условии, что ты готова жить и в цирковом шатре. – Она протянула руки к Эдди. – А кто это у нас хороший мальчик? Ну-ка, иди к бабушке!
Эдди забрыкал ножками.
– Гляди-ка, у него на коленке ямочка. Точь-в-точь как у меня! – Это была провокация, Патриция ждала, как среагирует Молли.
Молли не среагировала никак.
– Тысячу раз спасибо, Пэт. Я вернусь не поздно.
– Удачи на собеседовании. – Патриция хотела добавить, что она-то ни за что не согласилась бы работать, когда Джо был таким же крошкой, но решила испытать себя на толерантность. К тому же это означает, что ей станут чаще доверять Эдди.
Она взяла внука на руки и осыпала поцелуями.
– По крайней мере, твои родители, кажется, оставили свою безумную затею искать эту мерзкую женщину, – доверительно сообщила она сияющему ребенку. – А нам только лучше, правда?
Эдди, явно не думая ни о чем, кроме того, что его будут много и весело тпрукать в животик, радостно загулил в ответ.
Молли была счастлива, что успела на вокзал за пять минут до отхода брайтонского поезда – как раз чтобы схватить в автомате у входа на перрон стакан кофе и вскочить в вагон.
Через пятьдесят пять минут она сделала в Брайтоне пересадку на местный поезд, который с пыхтением двинулся в сторону Нижнего Дичвелла, останавливаясь у каждого столба. Молли, сгоравшей от нетерпения, этот крошечный участок пути показался таким длинным, как если бы она ехала обратно до Лондона. В Овинтоне, в трех милях от Дичвелла, она села в автобус. Ехать на такси было накладно, а другого транспорта здесь не водилось.
Добралась она ближе к полудню. В то время как знойная и душная дымка, висевшая над Лондоном, заставляла весь город обливаться потом, Дичвелл, по какой-то прихоти небесной канцелярии, купался в чистых, радующих глаз солнечных лучах под ярко-синим небом. Было такое впечатление, что в этом месте свой микроклимат, эгоистично оберегаемый господом, для того чтобы время от времени любоваться своим маленьким раем. Здесь даже небо было другого цвета, более насыщенного, облака – пышнее и белее, а холмы – зеленее и сочнее. Каждое крыльцо увивали розы, пчелы гудели над колокольчиками, мальвы склонялись яркими головками к облицованным галькой стенам, словно обозначая входы в десятки таинственных сказочных миров. «Неужели, – подумала Молли, – чтобы жить в этом раю, обязательно принадлежать к числу особых, избранных богом людей, вызывающих всеобщую зависть?»
Возвышенное настроение вмиг испарилось, едва она свернула в тенистую аллею, ведущую к «Антикварной лавке Льюиса». Она не верила своим глазам. Лавка теперь уж точно была заперта – на дверях красовался внушительный замок с уже знакомой ей запиской на дверях. Расстроившись, она прислонилась к стене дома напротив, теплой от солнца. Какой-то безумец! Вечно держит магазин на замке, будто не понимает, что в такой день здесь могут проезжать сотни машин с потенциальными покупателями, которые влюбятся в эту деревушку и во что бы то ни стало захотят увезти с собой на память кусочек этого рая.
Молли вскочила. Королева бриттов из школьного буфета так легко не сдастся. Она вспомнила про паб. Он уже должен быть открыт, а бармены обычно в курсе всего, даже того, что касается тех, кто ни разу не переступал порог заведения. Впрочем, Молли почему-то была уверена, что антиквар к таким не относится.
Бар под названием «Солнце в зените» всего несколько минут как открылся, и посетителей было мало. Попав с яркого солнечного света в пыльный полумрак зала, Молли споткнулась.
При ее появлении рядом со стойкой бара попугай в клетке неприятно проскрипел:
– А кто эта красотка?
– Не я, – угрюмо бросила Молли, потирая подвернувшуюся лодыжку. – Тебе, случаем, не известно выражение «сексуальные домогательства»?
– Конечно, нет! – всплеснул руками хозяин, выходя из-за пивной бочки с таким видом, будто готов был зажать попугаю уши, чтобы не портить птицу. – Да лучше бы и не знать. Это только у вас в Лондоне мода на такие вещи.
Он поправил развешанные позади стойки фривольные картинки, так что почти оголенные фотомодели стали видны еще лучше.
– Могу я вам что-нибудь предложить? Может быть, рюмочку шерри? Или стаканчик белого вина? – У него был какой-то развязный выговор.
– Спасибо, рановато еще. Вообще-то я ищу одного человека. Владельца антикварного магазина.
– Энтони? Он в сортире. У него в лавке своего нет, если не считать белого с синим викторианского горшка, да в нем у него герань растет. Ей, конечно, немного удобрения не повредит, я ему это все время твержу. – Молли постаралась не вникать в смысл его слов. – Вон там его выпивка стоит, если надумаете дождаться.
Молли оглянулась. На небольшом круглом столе из дерева на тяжелых кованых ножках стояла недопитая пинта биттера, а рядом – непочатая вторая кружка. Этот человек явно жил под девизом: «Ни часа без выпивки!»
Молли уже почти набралась смелости, чтобы задать свой вопрос бармену, но тут вернулся Энтони Льюис.
Он вопросительно оглядел девушку:
– Привет, красавица. Ко мне или за моим комодом?
– Похоже, это вы учили попугая говорить? Я на вас пожалуюсь в полицию нравов за совращение птичек.
Энтони оценил шутку:
– Неплохо. Совсем неплохо для лишенной юмора жительницы Лондона.
– Вообще-то, – продолжала Молли, – мне ваш комод ужасно нравится, но я вряд ли могу его себе позволить.
– И даже по цене для собратьев по профессии?
– Видите ли, если честно, я не совсем вашей профессии.
– Если вы не за комодом, то чем могу быть полезен?
– Вы мне сказали, что не знакомы с Амандой Льюис, но мне почему-то кажется, раз вы носите ту же фамилию, то должны ее знать, только говорить не хотите.
– Разве все Смиты между собой знакомы?
– В такой маленькой деревушке? Да.
– Чушь. Здесь одни Смиты другим Смитам даже времени не подскажут. А зачем вам сдалась эта Аманда Льюис?
– У меня есть все основания полагать, – начала Молли, не вполне уверенная, что стоит разглашать эту тайну в пабе, который, в конечном итоге, всего лишь современный аналог приходских посиделок, ну, да шут с ним, – что Аманда Льюис приходится бабушкой моему сыну Эдди.
Энтони Льюис так резко отхлебнул из своей кружки, что подавился и закашлялся, обдав биттером попугая с головы до лап.
– Вы сказали – бабушкой? – Он зашелся смехом, раскачиваясь на табурете. Смех у него был резкий, неприятный. Молли не могла отделаться от ассоциации с большущим вороном. Такая потрепанная птица в сумерках одиноко торчит на шесте, зловеще каркая.
– Стало быть, вы с ней все-таки знакомы. – Молли решила извлечь максимум из создавшегося положения.
– Возможно. Когда-то был знаком. Очень давно.
Внезапно реальность существования Аманды стала такой явной, что у Молли перехватило дыхание. Она собиралась спросить, как ей связаться с Амандой, но теперь ей захотелось побольше узнать об этой девушке, а ныне женщине средних лет, в чьей власти сейчас было изменить всю их жизнь. В голове вертелись тысяча вопросов.
– Какая она была?
– Аманда? – Энтони Льюис пожал плечами. Это был выразительный жест, означавший, что описать ее словами невозможно. – Она была единственная в своем роде.
– В смысле – замечательная? – подсказала Молли.
Он кивнул:
– И ужасная.
– Это как понимать? – Она заметила, что хозяин уже в третий раз трет один и тот же стакан.
– А это зависело от того, получала ли она, что хотела. И как относилась именно к вам. Иметь отношения с Амандой было все равно как у Энди Уорхолла: имеешь свои пятнадцать минут славы, а в ее случае – любви, и тебе на всю жизнь хватит.
Удивительное дело, но Молли догадывалась, что в случае с Энтони Льюисом это так и было. Ему пятнадцати минут любви с Амандой действительно хватило на всю жизнь. Увы, это, кажется, была жизнь, исполненная горечи. Господи, мелькнуло у нее, так, может быть, он и есть отец Джо? Но спросить впрямую она не решилась.
– Что, если мы пойдем к вам в лавку и поговорим там, чтобы никто не мешал?
– Ну, покупатели нам точно не помешают. – Опять эта горькая улыбка. Он прихватил свою газету. – Пока, Трев.
Хозяин паба был явно разочарован.
– Эн-эс-вэ, – проскрипел попугай.
– Это еще что значит? – удивилась Молли.
– На сегодня все, – пояснил хозяин извиняющимся тоном. – Боюсь, шутки у этого тупицы несколько устарели.
– Как и у его хозяина, – осклабился Энтони.
Преодолевая те несколько десятков метров, что отделяли их от лавки, Молли ощущала кожей, как колышутся им вслед занавески на окнах, хотя обернись она – ничего бы не увидела. Как с тенью отца Гамлета.
– Пожалуйста, – попросила она, проходя в придерживаемую для нее дверь, – расскажите мне о ней. Все, что сможете вспомнить. Я хочу ее понять.
– А мы будто нет! Но это не так-то просто.
– Когда вы с ней познакомились? Вы вместе росли?
Энтони засмеялся:
– Нет, я городской парень. Аманда выросла здесь. Но она сюда не вписывалась, она не из этих деревенских клуш. Она везде не от мира сего. И в этом часть ее шарма.
Молли подумала про Джо, который тоже всюду чувствует себя чужаком. Может, это заложено у него в генах?
– Чем же она выделялась?
– Родители у нее были с заскоками. Воображали себя благородными, мол, мы не чета этим местным занудам. Люди это быстро почувствовали и перестали с ними общаться. Аманде это нравилось. Она всегда была фантазерка. Или, как она говорила, у нее был богатый внутренний мир. Коллекционировала кукольные домики. Их у нее было штук двадцать, и в каждом – свой маленький и причудливый мир. Аманда командовала всеми, причем без малейших эмоций, так что все было в полном порядке. – В нем проснулась профессиональная жилка. – Они, должно быть, стоили целое состояние, эти кукольные дома. Интересно, неужели она их до сих пор хранит?
– А ее родители так и живут здесь?
Энтони Льюис смерил ее долгим тяжелым взглядом.
– Так вы в самом деле ничего не знаете?
– Не понимаю, о чем вы говорите?
– Вы же встречались с ее матерью. Вы мне сами рассказывали.
– Должно быть, вы меня неверно поняли, – недоуменно произнесла Молли.
Но Энтони Льюис улыбался с видом сводника, знакомящего удава с молодой хорошенькой козочкой.
– Неужели Беатрис Мэннерз? – еще не успев произнести свой вопрос, Молли уже знала, что попала в точку. В поведении этой дамы было что-то действительно необычное. Молли она ужасно понравилась, но встреча их была такой странной и оставляла ощущение недосказанности.
– А Аманда была очень красива?
– Думаю, что есть женщины намного красивее ее. – Он снял с полки изящную статуэтку, которую Молли раньше не заметила. Молли сразу поняла: это самая дорогая вещица во всем магазине. – Вот, привязался к этой штучке. Чем-то она мне ее напоминает. – Статуэтка изображала высокую девушку со светящейся белой кожей и блестящими черными волосами под шляпкой. – Хотя надо признать, что Аманда отнюдь не походила на пастушку мейсенского фарфора. Вы, поди, читали эти бесконечные статьи в наших газетах, пытающиеся объяснить, что такое сексапильность и чем она отличается от красоты? Так вот, это все – про Аманду.
Было что-то неожиданно трогательное в этом слегка потрепанном человеке в старомодной черной кожаной рубашке и слегка полинялых джинсах, ищущем уединения в лавке без покупателей. Особенно сейчас, когда он держал в руках эту изящную статуэтку.
Молли взглянула на часы. Пора ехать, отпустить Пэт.
Внезапно раздался страшный звон – и фигурка, разбитая вдребезги, оказалась у ее ног на цементном полу. Молли была уверена, он это сделал нарочно.
– Ой, кажется, уронил. Пожалуй, пора кончать жить прошлым и начинать жить сызнова, в настоящем.
Молли решила выбираться отсюда. Не то чтобы она боялась Энтони, но разве не признак съехавшей крыши – вот так разбить невероятно ценную вещь, только чтобы кому-то что-то доказать?
– Вы, наверное, не знаете, где теперь ее можно найти?
В глазах Энтони Льюиса сверкнули бесовские искорки.
– Чтобы сообщить ей радостную новость, что она уже бабушка?
– Среди прочего.
Он опять залился смехом, заставив Молли еще раз, и даже сильней, чем прежде, усомниться в состоянии его рассудка.
– Почему бы нет, черт возьми? – Его вопрос был обращен не столько к Молли, сколько к самому себе. – Почему бы, раздери тебя, нет? Пора бы жизни с нею немного посчитаться. – Он вынул истрепанный блокнот и вырвал чистую страницу. – Вот ее телефон.
Сердце у Молли забилось часто-часто.
– Только зовут ее теперь иначе.
– И как же?
Он опять зашелся от смеха.
– Скоро сами узнаете, – прохрипел он, заметая осколки изысканного фарфора и отправляя их в мусорное ведро.
Возбуждение владело Молли вплоть до самого вокзала Виктория, пока она не вспомнила, что забыла, как было обещано, оставить в холодильнике две бутылочки сцеженного молока для Эдди. Пэт ее убьет. В ужасе она не поехала на автобусе до своей линии метро, как собиралась, а поймала первое же такси и приготовилась услышать рев Эдди за два квартала.
К ее изумлению, в подъезде царила безмятежная тишина. Она взлетела по лестнице и ворвалась в квартиру.
Патриция сидела на диване, подставив под ноги вместо скамеечки корзину для бумаг, и смотрела сериал. Эдди не плакал. Он лежал животиком на коленях у Пэт, на нем были только распашонка и подгузник. Свесившись под опасным углом, он безмятежно спал.
– Господи, Пэт, простите меня. Я только сейчас вспомнила про молоко, когда добралась до… – Она чуть не проболталась, но вовремя прикусила язык, – …когда добралась из центра. Как же вы обошлись?
– Вышла в магазин и купила молочную смесь.
– Но я его еще не отнимала от груди.
– Ну, вот и отняла, – объявила Пэт, не скрывая торжества. – Считай, что я оказала тебе услугу.
Молли ощутила, как болезненно рвется невидимая нить. Впервые Эдди обрел от нее некоторую независимость. Было бы безумием обвинять Пэт в том, что она поступила единственно разумным образом. Торжествующий вид был другое дело, но Молли, чувствуя за собой вину за подлинную цель сегодняшней поездки и эффект, который она могла произвести на ее свекровь, когда тайное станет явным, заставила себя проявить великодушие.
– Спасибо огромное, что нашлись. Так мило с вашей стороны. Давайте мне Эдди. Господи, ему, кажется, так хорошо!
Она сняла малыша с колен Пэт. Тот даже ухом не повел.
– Я добавила в смесь чайную ложечку виски, с Джо я всегда так делала.
Молли закрыла глаза и твердо сказала себе, что вреда ребенку от этого не будет. Только вот после этого предлагать ему грудь будет, наверное, равносильно тому, как подносить горькому пьянице стакан свежевыжатого апельсинового сока.
Пэт надела пальто и взялась за сумку, набитую вязаньем. У нее была редкая способность вывязывать сложнейшие узоры, не отрываясь от телевизора, и при этом не упустить ни одной петли. Сама Молли и все ее подружки почти ничего не знали о вязании, шитье, штопке и всяком другом рукоделии, которым гордились их бабушки. Понимая, что это смешно, Молли немного позавидовала Пэт, одновременно радуясь принадлежности к своему подзаборному поколению.
Неожиданно на нее нахлынула нежность к колючей свекрови с ее стерильным провинциальным домом. Молли обняла Пэт. Пусть она не одобряет Джо за то, что уехал из родного города и поселился в Лондоне, да и за то, что женился на Молли. Пусть она не в восторге от выходки Молли с оформлением квартиры в стиле борделя и диких, импульсивных затей наподобие той, которой она как раз увлечена, но Пэт сумела создать надежную и любящую атмосферу для Джо, когда он рос, что было несравнимо больше, чем сделала для него красивая, но, безусловно, эгоистичная Аманда.
Пэт, не привыкшая к таким неожиданным знакам внимания со стороны Молли, тихонько всхлипнула, но взяла себя в руки.
– Ты на меня не сердишься? – спросила она. Самодовольное выражение уступило место трогательному намеку на тревогу.
– Конечно, нет. Полагаю, он теперь будет спать сном младенца.
Обе рассмеялись над нелепостью этих слов.
– Извини, что я на тебя тогда набросилась. – Молли было впервой слышать от Пэт извинения, тем более обращенные к ней. – Уверена, ты думала, что поступаешь в интересах Джо.
– Должно быть, я, как всегда, натворила глупостей. – На обеих сошло неведомое раньше ощущение примирения, омраченное для Молли лишь маленьким клочком бумаги в ее рюкзаке. Тем самым, на котором она записала номер телефона Аманды Льюис.
Конечно, иметь этот номер еще не означает им воспользоваться. Правда же?
Виски, несомненно, делало свое дело. Эдди мирно посапывал в кроватке, не слышно было даже его обычного похрюкивания. Он так крепко спал, что Молли несколько раз подходила к нему, пока готовился ужин, и даже подносила к его губам зеркало, чтобы убедиться, запотевает ли оно. Оно запотевало. Эдди блаженно спал, он не умер от алкогольного отравления.
Вечер сгущался, а Джо не было и в помине. Не похоже на него, обычно он звонит, когда задерживается. Поддавшись порыву, Молли накрыла стол по-праздничному. В каком-то смысле им было что отметить.
Она щелкнула пультом телевизора, но не смогла ни на чем остановиться. Молли была в том состоянии душевного беспокойства, когда нигде не находишь себе места. В такие мгновения она могла только листать журнал мод, но в суете последних дней ей было не до того, чтобы покупать свежий номер.
Взгляд ее снова упал на листок с номером телефона. Не удивительно – она же сама достала его из рюкзака и положила в кухне на стойку, так что он то и дело попадался на глаза. Но даже Молли не могла себя убедить в том, что это очередное знамение.
Но как она может быть уверена, что это настоящий номер, что он действительно принадлежит Аманде Льюис? Конечно, звонить должен Джо, но что плохого, если она только наберет номер, дождется ответа и сразу положит трубку? Просто для того, чтобы проверить, подлинный ли это номер? Конечно, хозяйка всегда сможет позвонить на телефонный узел и выяснить, с какого номера был звонок. С другой стороны, многие ли станут тратить на это время?
Да где же этот Джо, в конце-то концов? Соус к спагетти скоро будет ни на что не годен, превратившись в застывшую красную замазку.
Она схватила телефон, не давая себе времени передумать. На том конце раздались четыре гудка. С каждым новым гудком она все больше хотела бросить трубку, но усилием воли заставляла себя не делать этого. После четвертого гудка телефон переключился на автоответчик.
Текст на автоответчике был записан гортанным женским голосом, тем самым, за который рекламодатели готовы были выкладывать многие тысячи. Но не столько голос, сколько текст сообщения заставил Молли застыть от шока, неверия и ощущения, что отныне их жизнь перевернется. И она не знала, будет ли это счастьем для них или станет бедой.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Вернись, бэби! - Хэран Мэв



Интересный роман.
Вернись, бэби! - Хэран МэвЕлена
1.07.2015, 22.39








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100