Читать онлайн Иметь все, автора - Хэран Мэв, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Иметь все - Хэран Мэв бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.44 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Иметь все - Хэран Мэв - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Иметь все - Хэран Мэв - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хэран Мэв

Иметь все

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

– Могу я получить данные о тираже за последние две недели, Джули?
Дэвид постарался придать своему голосу самый нейтральный оттенок. Кроме него никто пока не заметил небольшого оттока читателей от «Ньюс» к соперничающей «Дейли уорлд». Но он заметил, и это ему не нравилось. Для газет небольшие оттоки читателей имеют скверное обыкновение превращаться в бурные потоки, если на ранней стадии оставлять их без внимания, и Дэвид хотел внимательно разобраться, когда и как это началось, еще до того, как он увидит Логана сидящего на его столе, громогласно вопрошающего, что за чертовщина тут творится.
К счастью, изучение данных об объеме продаж в наше время битв за тиражи превратилось в почти всеобщее помешательство, и Джули вряд ли усмотрит в его просьбе что-нибудь подозрительное.
Дэвид взял в руки номер «Дейли уорлд» и закатил глаза к потолку. Он не возражал бы, если бы его читатели уходили к «Сан», – нет, неправда, он, конечно же, возражал бы, но, по крайней мере, это была стоящая газета. Но «Уорлд»! Этот дешевый листок, заполненный наполовину порнухой, наполовину выдуманным вздором, этот образчик подзаборной журналистики.
Вот, пожалуйста, взгляните хоть на эту «шапку»: «МЕНЯ ПОХИТИЛ ИНОПЛАНЕТЯНИН». И такая ахинея из номера в номер. Нелепые истории, которые они никогда не проверяют, потому что прекрасно знают, что все это чушь. «Правдивые признания». Сделанные телеобъективом снимки принимающих солнечные ванны Джоан Коллинз и принцессы Дианы. И самые грязные сплетни. Хотя их поставщик сплетен, Стеффи Уилсон, – единственное, пожалуй, светлое пятно во всем этом гадюшнике. Шлюшка, конечно, но свое дело знает.
Дэвид встал и метнул «Уорлд» в мусорную корзину с такой силой, что она опрокинулась. Пора было идти на первую сегодняшнюю редакционную летучку, на которой, благодарение Богу, им предстояло обсуждать невыдуманные истории. Но как долго? Если ему не удастся преодолеть наметившуюся тенденцию, то он знал, что последует за этим. Логан захочет, чтобы «Ньюс» вернула свои позиции. Пользуясь тем же оружием, что и «Уорлд».
– Ой, мам, ты так похожа на миссис Тэтчер!
Совершенно голый Джейми стоял в дверях и разглядывал Лиз, которая была занята примеркой платьев из целой их кучи: ей предстояло найти образ Женщины, Делающей Успешную Карьеру, для самого важного собеседования в ее жизни.
Уже почти полчаса она перебирала свой гардероб. Она предпочла бы, чтобы в нем не было так много свидетельств ее неудач: купленных на распродажах кошмарных платьев, галифе с резинками, в которых ее зад был как у борца сумо, пурпурных жакетов от дорожных костюмов. Вот если бы она покупала только нейтральные вещи, как это советуют журналы, тогда, по крайней мере, ее ошибки не были бы так разностильны, и из них можно было бы составить что-нибудь приемлемое.
Темно-серый костюм выглядел многообещающим до тех пор, пока она не разглядела на нем грязные отпечатки маленьких пальцев. У Лиз была надежда на узкое черное льняное платье, но оно оказалось со слишком глубоким декольте. Вряд ли она сумеет отвечать на вопросы о расписании передач, если ей придется заглядывать в свой собственный вырез.
Ее последним шансом был костюм, купленный два года назад, – бежевый, в узкую полоску холщовый жакет с плечиками и юбка до коленей. Будь юбка ниже коленей, тогда даже Лиз пришлось бы отвергнуть ее как слишком старомодную. Нет, она выглядит вполне прилично. Застегивая юбку, Лиз старалась не думать, во что будет одета Клаудия.
На протяжении двух часов этой ночью Лиз глядела на чистый лист бумаги и думала: «Ну и что же, черт побери, я скажу завтра?»
А потом ее осенило. Главная проблема независимого телевидения – это его аудитория. Зритель коммерческого телевидения был старый и прижимистый – этакий Элф Гарнет зрительской публики. Би-би-си благоразумно сделала ставку на более молодых и более богатых зрителей, которые пьют мартини и ездят на БМВ. Именно такая аудитория была нужна рекламодателям. Лиз надо как-то исхитриться привлечь ее к «Метро ТВ».
Когда Дэвид в два часа ночи зашел, чтобы спросить, собирается ли она спать, Лиз была так поглощена планами телекомпании, что в изумлении уставилась на него. Я хочу эту работу, вдруг поняла она. Я действительно хочу ее!
Но вот теперь в холодном свете утра она чувствовала себя совершенно опустошенной. Будет ли она докладывать одному Конраду или всему Совету? Когда десять минут спустя водитель такси позвонил во входную дверь, это было почти облегчением. Лиз посмотрела на Дэвида и решила не будить его, таким измученным он выглядел во сне. На цыпочках она направилась к двери.
– Эй, – раздался из-под простыни приглушенный голос, – разве сегодня не великий день?
Сонное, но улыбающееся лицо Дэвида показалось над простыней.
– Ты не можешь уйти без поцелуя на счастье. Держу пари, что Клаудия свой получила.
В его лукавом взгляде читался призыв.
Лиз села на кровать и взъерошила его волосы. Вчера вечером она беспокоилась за него. Он казался молчаливым и занятым своими мыслями.
– У тебя все в порядке, милый? – Она взяла его руку и поцеловала ее.
Долю секунды Дэвид колебался, не рассказать ли ей о падении тиража, но оставил эту мысль. Он просто самовлюбленное дерьмо. У нее сейчас великий миг. Ей нужна ясная голова, а не раздумья над проблемами, которые ее муж должен сортировать и решать сам. Улыбаясь, он притянул ее к себе для поцелуя, лишь в последний момент заметив блестящую красную помаду на ее губах.
– Ну и что бы такое сделать с этой помадой? – Он угрожающе наклонился к ней.
Смеясь, она вывернулась, но он сграбастал ее, вдруг став серьезным:
– Теперь послушай меня, детка. Ты умна и красива. Помни это. И ты уделаешь Клаудию. А сейчас беги. И не забудь позвонить мне и рассказать, как все прошло.
Согретая его любовью, Лиз почувствовала, как уверенность снова начала рождаться в ней. На пороге она обернулась, чтобы послать Дэвиду воздушный поцелуй, но он уже укрылся простыней и засыпал. Все еще улыбаясь, она сбежала к ожидавшему ее такси. Нервы снова были в порядке. Сев на мягкое заднее сиденье машины, она первым делом попросила шофера сделать потише радио. Если у нее будет спокойных двадцать минут, чтобы прочесть свои заметки, она подготовится к выступлению. Однако таксист принял ее просьбу за приглашение к непринужденной беседе:
– Славный денек, не правда ли?
– Славный. Послушайте, вы не могли бы…
– «Метро телевижн», да? Что-то я не слышал о такой компании. Что это за компания?
– Новая телекомпания. Мы только что получили лицензию от «Кэпитал ТВ». Мы начинаем передачи через три месяца.
– Ну и чушь стали показывать по телеку. Вы не знаете, что творится с нашим телевидением?
О Боже, он, кажется, собирается делиться с ней своими представлениями о том, каким должно быть телевидение. И он выбрал для этого именно сегодняшний день!
– Похоже, что эти ребята с телевидения сами телевизор никогда не смотрят. Они никогда не сядут дома вот как мы, простые работяги, и не посмотрят, что там показывают.
– Если вы не возражаете, я хотела бы… – Лиз попыталась прервать его. Она больше не могла переносить это. – Послушайте, мне очень срочно нужно прочесть кое-что. Боюсь, я должна заняться этим сейчас.
Успокойся, говорила она себе, рано или поздно он наговорится. Но она ошиблась. К тому моменту, когда они добрались до здания «Метро ТВ» у Баттерси Бридж, Лиз была на грани истерики. Открывая ей дверцу, этот ублюдок все еще продолжал делиться с нею своими взглядами на удачный подбор программ и на нехватку передач о природе. Лиз так спешила выбраться из машины, что зацепилась за дверцу и порвала колготки.
Когда она добралась до офиса, было девять пятнадцать, и она была готова разрыдаться. Вив, ее секретарша, всегда первой на всем этаже приходящая на работу, уже готовила кофе.
Лиз плюхнулась в кресло. Безмолвно она показала Вив на свои колготки, единственную пару, которая была на ней. Вот у Клаудии в столе наверняка есть запасная пара, нет, шесть пар, а также искусственный член и хлыст для усмирения коллег мужского пола. Все, что было в столе у Лиз сейчас, – это просроченный пакет супа и одна из кукол Дейзи.
Лиз взглянула на свою секретаршу и застыла в изумлении. Вив была занята стягиванием с себя светло-коричневых французских колготок прямо посреди милосердно пустого офиса.
– Вот, возьмите. Я как раз уже загорела. Вам, как говорится, нужнее. Моя единственная возможность стать руководителем программ – купить видео и заниматься этим дома. А у вас есть Великий Шанс.
Вив одернула юбку и снова надела туфли.
– И если хотите знать, как это все выглядит из комнаты для машинисток, то мы считаем, что Конрад слишком зарвался со своей Клаудией, она вьет из него веревки в постели. А Эндрю Стоун такой слабак, что даже Конрад не дал бы ему этого места. Так что, мы полагаем, шансы у вас есть.
Голоногая Вив отправилась налить им обеим кофе, а к Лиз так и не вернулся дар речи. И откуда только эти секретарши все знают? Пятью минутами позже Лиз поворачивалась, осматривая себя в бежевом костюме с очень идущими к нему колготками «Ле спес». Она чувствовала, как с каждым новым глотком горячего кофе к ней возвращаются спокойствие и уверенность. Успокоившись и держа в рунах свою тщательно продуманную речь, она наконец была готова подняться в кабинет Конрада.
В лифте она увидела Эндрю Стоуна, который читал газетные вырезки и выглядел даже еще более взвинченным, чем она. Бедный Эндрю. Он один из тех мужиков, которые потеют, как Ричард Никсон на детекторе лжи. Она знала, что его рукопожатие будет вялым и потным, а изо рта будет слегка попахивать чесноком, даже несмотря на вычищенные зубы. Ничего удивительного, что жена ушла от него.
Все еще погруженный в свои бумаги, Эндрю вдруг понял, что лифт уже на четвертом этаже и что Лиз из него выходит Он метнулся к дверям как раз в тот момент, когда они закрывались. Однако слишком замешкался и застрял, пытаясь раздвинуть двери, как Вуди Аллен в роли Кларка Кента. Его папка упала на пол, заметки и вырезки из нее разлетелись по всему вестибюлю.
– О Господи! – завопил он. – Они должны быть разложены в определенном порядке!
Услышав панику в голосе Эндрю, Лиз ободряюще улыбнулась ему и стала помогать собирать бумаги.
Когда они все еще ползали по полу, собирая разбросанные листки, двери лифта снова открылись, и из него вышла Клаудия. Вестибюль вдруг наполнился запахом духов «Джорджио», таким же резким и обращающим на себя внимание, как и сама Клаудия. Проклятая Клаудия! Как ей всегда удается застать тебя за самым неподходящим занятием?
– Здравствуй, Лиз, милочка. Привет, Эндрю. Нет, нет, не вставайте!
Клаудия обошла их, едва не наступив своей четырехдюймовой шпилькой на кисть Эндрю. Ее короткий темный парик блеснул отраженным светом, когда она проплыла мимо них в ярко-красном модельном костюме с золотыми пуговицами. Цвет губной помады и лака для ногтей был подобран идеально.
И что хуже всего, с ненавистью подумала Лиз, проходя мимо сотрудника отдела сбыта, галантно державшего для нее открытой дверь кабинета Конрада, – в руках у нее ничего не было. Ни папки. Ни карточек. Ни даже записной книжки. Она собиралась выступить без единой заметки!
Лиз отдала Эндрю последнюю порцию его бумажек и попыталась не чувствовать себя обескураженной. Ведь именно этого добивалась Клаудия. А она-то так самонадеянно гордилась тем, что ужала все свои замечания до одного листка, и вот приплывает эта стерва, у которой все в голове. Будь она неладна!
Успокойся! Ведь идеи у тебя, а не у Клаудии. Клаудия умеет только соблазнять представителей фирм да уламывать себялюбивых звезд. Дэвид прав. Клаудия даже под угрозой смерти не смогла бы сформулировать стратегию телекомпании.
Лиз поправила холщовую юбку, на которой после ее ползания на коленях появились теперь морщины и складки, откинула упавшую на глаза прядь волос и придержала открытой двойную дверь для Эндрю, чтобы его не угораздило рассыпать свои бумажки еще раз. В приемной кабинета Конрада сидела Клаудия, потягивая черный кофе и с притворной скромностью заложив одну ногу в черном чулке за другую. Она выглядела, как иллюстрация к одной из этих приводящих в бешенство статей о женщинах, добравшихся до руководящих должностей за пять лет.
Дверь открылась, и в ней появился Конрад.
– Итак, мы готовы слушать тебя, Клаудия.
Глядя на ее удаляющуюся спину, Лиз заметила, что на ее костюме нет ни единой морщинки, и ощутила внезапный приступ яростной ревности. Хоть бы у Клаудии подвернулась нога, хоть бы она забыла свой текст, хоть бы предложила какую-нибудь нелепую передачу, хоть бы ошиблась в оценке расходов, словом, проявила хоть какое-нибудь человеческое качество!
Но в Клаудии не было ничего человеческого. Это был инопланетянин в красном костюме, и каждое его движение было запрограммировано, вычислено, запланировано. Если содрать кожу с этого самодовольного лица, под ней, возможно, окажутся не кровеносные сосуды и кости, а провода и разъемы.
Когда за Клаудией закрылась дверь, Лиз молча помолилась. Она молилась очень редко, да и на этот раз особенно не рассчитывала, что Бог внимательно отнесется к ее просьбе. Но, во всяком случае, она ее произнесла:
– Дорогой Боженька, если Ты вообще есть… только в этот раз… пожалуйста… сделай так, чтобы Клаудия провалилась к чертовой матери!
По улыбке на лице Клаудии, когда та снова появилась в дверях, Лиз поняла, что ее молитва не была услышана. Эта улыбка сообщала просто и ненавязчиво, что Конрад и Совет уже нашли своего руководителя программ и что дальнейшие собеседования будут простой формальностью.
– Ну как все прошло? – услышала Лиз свой вопрос прозвучавший против ее воли.
– Неплохо, совсем неплохо.
Лиз знала, что в переводе с языка Клаудии это означало: «Почему бы тебе, шмакодявке, не отвалить отсюда тотчас же, чтобы больше не позориться?» и попыталась сосредоточиться на том, что собиралась сказать.
Ждать ей пришлось недолго. Дверь снова открылась, и нот настала ее очередь медленно вращаться на вертеле, пока Совет компании «Метро ТВ» будет терзать ее нежную плоть колючими вопросами.
Всего их было пятеро, все мужчины и все, кроме Конрада, который был в рубашке с красными подтяжками, выглядели серыми и застегнутыми на все пуговицы. Люди из мира денег. Все говорят, что сегодня телевидением заправляют бухгалтеры. Посвящение в высшее звание теперь не присуждение награды, а включение в бюджетную статью.
Когда Конрад усаживал Лиз на стул, она снова испытала ощущение, не покидавшее ее в его присутствии. Он был небольшого роста, но вы всегда знали, когда он входил в комнату, даже еще до того, как вы его видели. Он был похож на каким-то непостижимым образом парящий в воздухе сгусток энергии. Конрад создавал впечатление упакованных и слишком маленькое тело миллионов и миллионов атомов, которые все стремились вырваться из этого тела. Вы чувствовали, что об него можно греть руки.
Однако, пока Конрад представлял ее председателю «Метро ТВ» сэру Дереку Джонсону и двум другим членам Совета, Лиз поймала себя на том, что ее глаза прикованы к пятому человеку в этой комнате. Он был высок и подтянут так, как это принято в Сити. Не из тех, кто ездит в «порше» и заключает сделки по автомобильному телефону, а из тех, кто еще носит темно-синие костюмы в полоску и строгие галстуки и кто верит в честное слово. Лиз не думала, что такие люди еще остались.
Он почему-то казался знакомым, и, разглядывая его, она не расслышала имен двух мужчин в костюмах, которых Конрад только что представил ей. Наконец он перешел к пятому мужчине:
– А вот самое последнее пополнение нашего Совета, одна из восходящих звезд Сити, финансовый чародей и отважный кредитор рискованных предприятий, Марк Роули.
Лиз почувствовала, что ее шея стала покрываться красными пятнами, как всегда бывало с ней при внезапном замешательстве. Марк Роули! Не может быть, чтобы это был он! И с устрашающей ясностью на нее нахлынули со всеми болезненными подробностями воспоминания о вечере шестнадцать лет назад. Она встретила Марка Роули на вечеринке, вскоре после того как познакомилась с Дэвидом в Оксфорде. Как и ей, Марку было двадцать, это был вежливый, робкий, задавленный муштрой ученик закрытой частной школы для мальчиков, которого только что взяли на работу в компанию Ллойда. Дела Сити, похоже, его не очень интересовали, его единственной страстью была Территориальная Армия.
type="note" l:href="#n_2">[2]
Он был спокойным и сосредоточенным юношей – полной противоположностью Дэвиду, горевшему желанием стать журналистом и презиравшему всех занятых нелюбимым делом, а особенно – учеников частных школ, увлеченных игрой в солдатики.
Однако чуть позже Марк пригласил ее в Голдсмитс-Холл на торжественный обед в честь своего полка, и она приняла приглашение. Дэвид обозлился, узнав об этом, и его ревность была ей приятна.
Ей не очень понравились друзья Марка, она нашла их ограниченными и хвастливыми, но Марк ей нравился. Лиз трогало то, что он гордился ею и не мог скрыть восхищенной улыбки, держа ее под руку. И в то же время в ее глазах, глазах двадцатилетней девушки, его неловкость и неискушенность не были привлекательными качествами: чего доброго, он и целоваться не умеет! И она опасалась, что, провожая ее домой, он сделает что-нибудь неловкое.
Потом был разъезд гостей: все вышли в красивый двор, и друзья Марка болтали с офицерами на мостовой, прежде чем сесть в машины. И тогда она краем глаза увидела приближающуюся помятую малолитражку, а краем уха услышала Вэна Моррисона из динамиков этой малолитражки. И, даже не видя копны кудрявых волос и дерзких голубых глаз, уже знала, что за рулем Дэвид.
И с жестокостью, о которой никогда не переставала потом жалеть, Лиз попрощалась с Марком и села в машину. Посмотрев через заднее стекло на стоявшего на дороге Марка и на его озадаченных или смеющихся друзей, она увидела на его лице такое выражение боли, что оно продолжает ранить ее и спустя годы.
Теперь, разумеется, он стал совсем другим. Неуклюжесть и застенчивость давно скрылись под лаком приобретенных хороших манер. Ученик частной школы, трепетавший от восторга, лежа на земле на учениях под Солсбери, теперь участвовал в маневрах корпорации. Лиз на секунду даже усомнилась, тот ли это человек.
А потом Марк посмотрел в ее сторону, и, прежде чем его взгляд заскользил дальше, их глаза на мгновение встретились. Он ничем не показал, что узнал ее, но она теперь знала, что это был он. И ее шестое чувство подсказало ей, что в его душе воспоминания о том вечере сохранились даже с большей ясностью. Она быстро перевела взгляд на свои заметки.
– Итак, Лиз, – голос Конрада прорвался через ее воспоминания, – почему бы тебе не поделиться с нами своими соображениями по поводу стратегии нашей компании?
Не отрывая глаз от Конрада, Лиз сумела овладеть своим голосом. И пока она излагала предложения по постановкам драм и комедий, планы относительно текущей работы и документации, она чувствовала, как ее энтузиазм прорывает формальные рамки этого собеседования; ей удалось даже вызвать на лицах присутствующих подбадривающие улыбки. Что было еще важнее, они, похоже, действительно слушали внимательно, и из их вопросов она могла заключить, что они воспринимали ее серьезно. У нее вырвался безмолвный вздох облегчения.
– Чудесно, Лиз, – вмешался наконец Конрад, – я думаю, что конструктивность твоих предложений, несомненно, впечатляет, но в девяностые годы телевидение будет жестким бизнесом. У независимого телевидения больше нет монополии на доходы от рекламы. Мы в круговой обороне: Би-би-си, видеобизнес и теперь вот спутниковое телевидение отхватывают все большие кусни пирога. Наш единственный шанс на выживание в том, чтобы быть конкурентоспособными.
Он сделал паузу, и она поняла, что за этим последует самый главный вопрос.
– Скажи, Лиз, какие ты предполагаешь расходы на создание программ? Очень приближенно, разумеется.
Лиз отчаянно попыталась убрать палец с кнопки «Стереть» в мозгу, возникшей из-за бессонных ночей и постоянной усталости и иногда уничтожавшей то, что она собиралась говорить в критические моменты. В конце концов она ожидала этого вопроса и половину прошлой ночи провела с калькулятором в руках, так что знала предмет, о котором шла речь.
Она всегда отдавала себе отчет, что идеи насчет программ приходят к ней легко. Они – ее сильная сторона. Но вот вопрос о деньгах – это безжалостный судья для ее идей. Ты можешь быть хоть Стивеном Спилбергом,
type="note" l:href="#n_3">[3]
но, если у тебя не все в порядке с бухгалтерией, тебе не получить эту работу.
Она обвела взглядом группу серьезных людей в костюмах в узкую полоску, и ее вдруг поразила мысль, что по-настоящему их интересует вовсе не телевидение. Все, что их интересует, это итоговая черта в бюджетном отчете: сколько прибыли даст «Метро ТВ», если возьмется за хлопотное дело создания собственных программ. Для них телевидение было лишь еще одним товаром, чем-то вроде акций или ценных бумаг. Из них только Конрад когда-то работал на телевидении, если так можно назвать создание шоу-викторин, по сравнению с которыми телеигра «Угадаем-ка цену» кажется занятием для суперинтеллектуалов.
Она знала, что им нужна цифра или хотя бы грубая оценка. Но она также знала, что, с ее стороны, было бы безумием давать ее им. Это будет долговая расписка, о которой она горько пожалеет, если получит-таки это место.
– Я знаю, Конрад, что времена сейчас суровые, но загонять себя в угол на этой стадии, с моей стороны, было бы глупо.
Это была увертка, и все так и поняли. Она чувствовала, что собеседование подходит к концу. Конрад поднялся со своего места:
– Спасибо, Лиз, наша беседа была очень продуктивной. – Она встала и пожала руки присутствующим. Марн Роули ОПЯТЬ не подал ни малейшего вида, что они знакомы. Лиз начинала сомневаться в том, что это действительно тот самый человек.
Когда она вышла, Эндрю приветливо улыбнулся ей. Клаудия уже ушла, скорее всего, затем, чтобы снабдить авторов светской хроники информацией о своем неизбежном триумфе.
Уже посреди вестибюля она вдруг вспомнила о забытой и кабинете Конрада сумочке и выругала себя за смешную женскую привычку таскать эту сумочку повсюду с собой.
В двери она на секунду задержалась, чтобы убедиться в том, что момент постучать подходящий. Через тонкие стены, раздражавшие всех работающих в «Метро ТВ» (сотрудники сетовали, что Конраду не стоило прибегать и услугам самых дешевых подрядчиков), она услышала голоса членов Совета, обсуждавших ее выступление. К ее удивлению, мнение их всех о ней было положительным. Всех, кроме одного.
Сдержанным вежливым голосом Марк Роули заявил, что она кажется ему пустозвонной.
Лиз оцепенела от ярости. По его голосу она поняла, что не ошиблась, что он именно тот человек, которого она обидела столько лет назад. И он не забыл этого.
Ее первым побуждением, соответствующим ее нелюбви к стычкам, было забыть про сумку и уйти. Но потом она подумала: как она сможет объяснить Дэвиду свое бегство?
Она распахнула дверь без стука и вошла, не оставляя им времени для того, чтобы переменить тему.
– Еще раз приветствую вас, господа. Прошу простить меня. Я забыла здесь это. – Она нагнулась и взяла свою сумочку. – И могу я сказать одну вещь? – Она обвела взглядом присутствующих и постаралась, чтобы ее голос звучал приятно и ровно: – Я не пустозвонка, – она улыбнулась. – Разумеется, если бы я и была пустозвонной, я никогда не призналась бы в этом, не правда ли? И есть только один способ проверить – поручить мне эту работу.
Она полезла в свою сумочку, вытащила оттуда листок с цифрами, над которыми сидела прошлой ночью, и передала ОГО Марку Роули.
– Вот подробная схема бюджета, который мне нужен для того, чтобы сделать из «Метро ТВ» лучшую телекомпанию Лондона. Все средства, которые потребуются сверх этой сметы, я найду у спонсоров и в совместных производствах. Уже у двери она обернулась и улыбнулась: – Убедитесь сами. Пустозвонства тут нет.
В женском туалете Лиз плеснула себе в лицо холодной водой и попыталась успокоиться. Какое имеет значение, что она выставила себя дурой и нарушила все писаные правила поведения, вернувшись снова в кабинет? Все равно она не из тех, кого назначают руководителями программ. Она сказала это Дэвиду, и это правда. Последние несколько дней она витала в облаках. Мир высоких кабинетов – для людей вроде Клаудии, способных перешагивать через других, и для таких, как Марк, готовых шестнадцать лет лелеять свои обиды и с точностью до пенни высчитывать причитающееся им. И, ради Бога, пусть они и живут в нем!
Ей надо, наверное, идти домой и пообедать с Джейми и Дейзи. Она нуждается в глотке свежего воздуха, чтобы избавиться от все еще кипящих внутри гнева и возмущения.
«Хочешь стать руководителем программ? Э-э-эх… лучше не надо!»
Ее секретарша сочувственно предложила кофе и пончик, который выглядел как дневная норма калорий для сидящей на диете женщины. Лиз благодарно улыбнулась в ответ и потянулась к телефону, чтобы позвонить домой. А, черт! Автоответчик ее голосом, звучавшим, правда, гораздо более светски, чем в жизни, предложил оставить сообщение. Она попросила Сьюзи позвонить ей, если они с Дейзи вернутся к обеду.
Пятью минутами позже телефон зазвонил, и она схватила трубку, надеясь, что это Сьюзи вернулась домой. Если Лиз поспешит, то и она будет дома через полчаса.
Но это была не Сьюзи. Это был Конрад, который спросил, не может ли она на пять минут подняться к нему, и сообщил ей, что члены Совета пришли к решению.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Иметь все - Хэран Мэв



Интересный роман. Читайте.
Иметь все - Хэран МэвКэт
16.06.2015, 8.50





Мне очень понравилось. Необычный роман. Не назвала бы его любовным романом. Если уже немного подустали от шоколадно-мармеладных произведений и хотите прочитать о том, как живут обычные люди через 12 лет брака, как им приходится справляться со страстями. Про женскую дружбу, которая может и подвести. А главное, про то, что воля и труд всё перетрут и всё в конце-концов всё равно окончится хэппи-эндом.
Иметь все - Хэран МэвClaire
18.06.2015, 2.00





Очень длинный роман, даже хотела бросить читать. Но все таки кое как осилила.Мужчины показаны не в лучшем свете.Но конец хороший.8
Иметь все - Хэран МэвVintik
18.06.2015, 17.45








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100