Читать онлайн Иметь все, автора - Хэран Мэв, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Иметь все - Хэран Мэв бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.44 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Иметь все - Хэран Мэв - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Иметь все - Хэран Мэв - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хэран Мэв

Иметь все

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

Слишком полная нетерпения, чтобы дожидаться лифта, Бритт через ступеньку побежала вверх по лестнице, спеша обрадовать Дэвида. Представила себе его улыбку, когда скажет ему про столик в ресторане…
Она заглянула в кухню, но Дэвида не было на его обычном месте – за кухонным столом, где он чаще всего читал газету или решал кроссворд. Тут Бритт услышала, что наверху, в гостиной, орет телевизор. Дэвид лежал с ногами на софе, где его сморил сон. Без ботинок, правда, но кругом обложенный спортивными страницами всех доступных газет, нимало не заботясь о том, что типографская краска может отпечататься на девственной белизне новой софы. Рядом на белом ковре валялись две пустые банки из-под пива «Дос Эквис». По телевизору показывали футбол.
Бритт тщетно поискала пульт дистанционного управления и в конце концов протянула руку, чтобы выдернуть вилку. Но посреди этого движения она застыла. В комнате что-то изменилось. На верхней полке намина стояла фотография в серебряной рамке, первый вклад Дэвида в обстановку квартиры. На снимке были Джейми и Дейзи. Бритт взяла фотографию и стала разглядывать. Чудесные дети. На секунду она ощутила свою вину, но потом ее быстро сменила обычная логика Бритт. Она не разбивала их брака. Это сделала Лиз. И ища на снимке черты Дэвида в лицах его детей, Бритт вдруг поняла вещь столь очевидную, что было удивительно, как она не увидела ее раньше. Ну конечно же! Как слепа она была. То, что творилось с Дэвидом, то, отчего даже секс уже не мог его отвлечь, была тоска по детям.
Несколько минут Бритт сидела молча, размышляя, что же делать с этой проблемой, которая, как она ясно видела, в самом скором времени будет угрожать их отношениям и разрушит планы их общего будущего, которые она построила. И внезапно, под рев болельщиков, которым они встретили гол, забитый «Арсеналом» в ворота «Шпор», Бритт поняла, что есть только один выход: если она хочет, чтобы Дэвид забыл детей от Лиз, она должна дать ему своего ребенка.
Осторожно, чтобы не разбудить его, она вынула из сумки свою записную книжку. Бритт была человеком порядка. Годами она вела точный учет каждого заработанного ею пенса, каждого уплаченного фунта налогов и всех расходов, которые могут быть включены в налоговую декларацию, – все это с самого первого дня ее работы. Она хранила номера телефонов всех, с нем когда-либо была знакома и кто мог оказаться полезен ей. И, будучи по горло сыта тем, что при каждом визите к врачу ее просили назвать дату ее последних месячных, которой она не помнила, пять лет назад взяла за правило записывать в эту книжку и точную длительность своих менструальных циклов.
Достав калькулятор, Бритт подсчитала, что последние десять ее циклов длились ровно по двадцать восемь дней. Она удовлетворенно улыбнулась. Это сильно упрощало дело. Потом тщательно отметила в своем календаре четырнадцатый день. Это на следующей неделе. Завтра она пойдет и купит шампанского и еще шелковое белье.
На экране «Шпоры» сравняли счет за несколько секунд до свистка на перерыв, и их болельщики сходили с ума. Бритт с ненавистью посмотрела на экран. Проклятый футбол! И тут заметила на груди у Дэвида пульт управления. Нацелив его на экран, она с удовольствием увидела, как нападающий «Шпор» исчез в самый миг своей славы. Разбуженный наступившей тишиной, Дэвид открыл глаза. Увидев сидящую рядом Бритт, он заставил себя улыбнуться. Однако в глубине души смутно сознавал, что в ту долю секунды, пока сознание только просыпалось, его реакция была совсем другой: это была досада. Досада на то, что он уже не в приятном мире снов, где нет битв за тиражи и соперничающих владельцев. Досада на то, что пропустил футбол. И больше всего на то, что рядом оказалась Бритт.
– Привет, милый, – Бритт быстро убрала свою записную книжку и наклонилась к нему, улыбаясь своей странной улыбкой сфинкса. – У меня для тебя такой сюрприз…
Небольшая кучка покупателей толпилась у витрины магазина «Селфридж», разглядывая его знаменитую на весь мир рождественскую выставку. Но только один из них с трудом сдерживал слезы. Прошло уже больше двух месяцев, как Дэвид последний раз видел своих детей, и не было дня, когда он не тосковал бы о них. От попытки увидеться с ними его удерживали только стыд и боязнь презрении Лиз. Только это и еще ощущение, что будет, наверное, честнее, если он не приедет к детям до тех пор, пока все не прояснится.
Потом он пошел по Оксфорд-стрит на назначенную встречу, и тут увидел это. Это была витрина с огромной коллекцией космических пулеметов. Перед ним встало лицо Джейми с горящими от восторга глазами. Из глаз Дэвида катились слезы.
Бритт с раздражением смотрела на Дэвида. Сегодня четырнадцатый день, и она пришла домой пораньше, чтобы приготовить особый ужин и поставить шампанское на лед. Надела новое шелковое белье под свое любимое платье и даже успела забежать в магазин видеофильмов и купить эротический фильм.
Но глядя на него сейчас, она ясно понимала, что не помогут ящик шампанского и дюжина «голубых» фильмов. Он продолжал разглядывать фотографию и не слышал ни слова из сказанного ею. Она даже заметила, как он отвел глаза от телевизора, когда передавали рождественский призыв помочь лондонским детям.
Пора было что-то делать. Но что? Это желание увидеть детей уже выходило из-под контроля. Ей пришло в голову, что он десятки раз собирался позвонить туда, но боялся, что Лиз не даст ему поговорить с ними. Ну что ж, может быть, стоит попробовать. По крайней мере, после этого у него будет другое настроение – скорее всего, больше похожее на то, которого она добивается. Особого вреда от одного звонка не будет. А потом, если все пойдет хорошо, у него скоро появится новый младенец для неустанных забот и попечений.
– Дэвид, милый, – Бритт подошла к нему и нежно погладила по шее, – почему бы тебе не позвонить Лиз? Не пора ли тебе повидаться с детьми?
Она почувствовала себя виноватой, когда увидела, как озарилось благодарностью и облегчением его лицо.
– Ты правда так думаешь?
– Конечно, да. Я уверена.
– И ты не будешь против?
– Ну разумеется, нет, дорогой.
Черта лысого, она не против. Но другого выхода ей не удалось придумать. Надеясь, что не доживет до часа, когда ей придется пожалеть об этом, она передала ему телефон.
Когда зазвонил телефон, Лиз и Джейми были заняты рождественскими приготовлениями. В течение многих лет она выписывала «Гуд хаускипин» и «Хоумз энд гарденз» и вырезала оттуда статьи с названиями вроде «Украшаем гостиную ветками остролиста» или «Как самому сделать праздничную гирлянду». Разумеется, у нее никогда ни до чего подобного не доходили руки. Все оставалось розовыми мечтами, и времени обычно хватало только на то, чтобы в последний вечер сломя голову побежать в продуктовый отдел «Харродс» и второпях набить там тележку фабричными рождественскими кексами и пудингами. Она предполагала, что у ее мамы случился бы инфаркт, узнай она об этом, но на протяжении многих лет для нее лучшим рождественским подарком было, когда из магазина «Маркс энд Спенсер» доставляли индейку, нашпигованную фаршем со специями, орехами и цедрой, а также деликатесные мясные пирожки, которые были настолько вкусны, что превращали домашнюю стряпню в ненужную блажь.
Но в этом году все будет по-другому. Ради Джейми и Дейзи в этом году она сделает из Рождества великолепный праздник. Все утро они провели в лесу, разыскивая остролист, сосновые шишки и норвежскую ель, которые, как уверяют все статьи, легко прикрепить к проволоке. Потом их можно свить в гирлянды, украсить бантиками из красного атласа и получить роскошное рождественское украшение. Лиз часто наблюдала, как Джинни без видимых усилий плела венки из колосьев и сухих цветов. Неужели и она не сможет сплести простенькую новогоднюю гирлянду?!
Однако, сидя за кухонным столом среди клея, проволоки и своих лесных трофеев, она обнаружила, что это совсем не такое уж простое дело. После часа работы, исколов руки иглами остролиста и испортив почти все шишки, Лиз получила довольно жалко выглядевшее изделие, лишь отдаленно напоминавшее пышную блестящую гирлянду, показанную на снимке.
– Не переживай, – утешал ее Джейми, – не у всех мам все получается!
Она уже была готова надрать ему уши, когда зазвонил телефон. Все с удивлением посмотрели на него. Потом Джейми подскочил к аппарату.
– Алло. Скажите, пожалуйста, кто говорит? – спросил он тоном вышколенного дежурного, но сразу оставил попытки изобразить вежливость и завопил: «Папка-а! Это папка-а– а!», одновременно отталкивая Дейзи, которая тоже поняла, кто на другом конце провода, и пыталась вырвать трубку.
Терзаемая противоречивыми чувствами, Лиз слушала, как Джейми, то и дело сбиваясь от волнения, излагает перепутанные события их жизни за последние три месяца. Она была рада, что Дэвид позвонил, но негодовала, что позвонил только сейчас, рада, что Джейми получил возможность говорить с ним так долго, но сердита, что он, трус, не просит к телефону ее.
Джейми повернулся к ней, его лицо горело возбуждением:
– Мама, мама, может папа взять нас посмотреть на Деда Мороза? Ну, пожалуйста-а-а!
На мгновение Лиз ощутила ярость. Как она могла теперь сказать нет? Если бы Дэвид сначала спросил ее, то у нее был бы, по крайней мере, выбор, а так ее ставили в положение, при котором об отказе не могло быть и речи. Но почему она должна отказать? Она же не собирается использовать детей в качестве орудия мести за то, что сама оскорблена и отвергнута?
Джейми снова обратился к ней, и в его голосе прозвучала нотка понимания:
– Мам, папа спрашивает, может ли он сказать тебе два слова?
Именно этого она ждала все время, но теперь ей хотелось выкрикнуть: «Нет! Скажи ему, чтобы он катился но всем чертям! Скажи ему, пусть убирается к своей Бритт и оставит нас в покое!» Однако желание сразу пропало, едва она увидела умоляющее выражение лица Джейми. Лиз взяла трубку.
Помня, что это их первый разговор с того дня в ресторане, она постаралась не выдать голосом своего гнева и горечи:
– Здравствуй, Дэвид. Джейми говорит, что ты хочешь повидать их?
– Здравствуй, Лиз. – Его голос тоже был лишен эмоций и сдержан, но собственная боль помешала Лиз понять, что и Дэвид, скорее всего, борется с волнением и не знает, как повести себя. – Как ты?
– Прекрасно, – последовавшее за этим молчание подтвердило: оба они знали, что это ложь. – Когда ты хочешь взять их?
– В эту субботу – не слишком рано?
В субботу Лиз собиралась везти их на рождественскую ярмарку в Льюис, но она вряд ли сравнится с лондонскими «Харродс» или «Селфридж», куда наверняка поведет их Дэвид. Лиз почувствовала злость, знакомую каждой брошенной матери семейства. Ее удел – нудные будни и супермаркет, а волшебство и блеск праздников достаются приходящему папаше.
– Хорошо, – ей уже хотелось закончить разговор как можно скорее. – Поезд приходит в десять тридцать. Жди нас на вокзале «Виктория».
– Прекрасно, я на машине отвезу их домой.
– Дэвид…
– Да?
Лиз вдруг поняла, что задать при Джейми мучивший ее вопрос она не может.
– Ничего. Увидимся в субботу.
И она повесила трубку, зная, что с этой минуты до субботы не перестанет думать об одном, только об одном. Будет ли Бритт там? Поведет ли проклятая Бритт ее детей смотреть Деда Мороза? В какой-то момент она почти решилась позвонить ему и отменить поездку, но потом представила себе разочарование Джейми и Дейзи. Ладно, в любом случае ей надо поговорить с ним о деньгах. До сих пор кредит за их дом в Холланд-Парк выплачивал он, и ей удавалось жить, не слишком трогая свои сбережения, но довольно скоро ей придется это сделать. Если только они не посмотрят в глаза правде и не продадут свой лондонский дом.
Бритт увидела, что Дэвид положил трубку, и на секунду отвернулась. Ее не обманул его нейтральный тон, она прекрасно понимала, что это только маска. Его все еще мучила совесть. Удивительно, почему Лиз не заметила этого и не поспешила воспользоваться.
Наблюдая за его лицом и вслушиваясь в их разговор, Бритт открыла для себя убийственную правду: если Лиз захочет вернуть Дэвида и поведет себя правильно, она вернет его. Даже сейчас. Даже в субботу. И Бритт, кровь из носу, должна быть там, чтобы помешать.
К счастью, она знала и Лиз. Лиз не поступит так, как надо. Она слишком горда для этого. И к тому же не уверена, хочет ли вернуть его. А скоро уже будет поздно.
– Как дети?
С лица Дэвида сошло загнанное выражение, и оно озарилось любовью и предвкушением встречи.
– Они молодцы! И похоже, действительно были рады поговорить со мной. Джейми рассказал мне все, что они делали эти месяцы!
Впервые, кажется, за многие дни напряжение оставило его, и Бритт снова увидела знакомую мальчишескую улыбку. Слава Богу. Теперь, по крайней мере, к нему вернется хорошее настроение. Она сознательно рисковала, и риск оправдал себя. Возможно, теперь даже не будет нужды в шампанском.
Глядя прямо ему в глаза, она начала расстегивать крохотные пуговицы своей шелковой блузки.
Лиз стояла в холле с расписанием поездов в руках. На ней была новая шуба, отделанная тесьмой, и она раздумывала, стоит ли надеть папаху в русском стиле, которая очень сюда подходила. Она уже потратила полчаса, выбирая что надеть, и, хотя повторяла себе, что Дэвид стремится увидеть детей, а не ее, ей все равно хотелось выглядеть нарядной.
Хотелось показать ему, что она не опустилась, что пришел, возможно, конец их браку, но не ее жизни. Лиз давно заметила, что после развода многие женщины становятся красивее. Полгода спустя бывшие мужья порой не могут узнать своих жен. Мужчины, напротив, часто совсем пропадают, начинают злоупотреблять пивом и по дороге из паба домой покупать жареного цыпленка. А женщины теряют несколько фунтов веса, которые они годами мечтали сбросить, и проявляют больше заботы о своей внешности. Возможно, это правда, что брак делает тебя самоуспокоенной, создает уверенность, что твой муж от тебя никуда не денется и что ты можешь себе позволить иметь немного жирка на бедрах.
Лиз бегом поднялась наверх, чтобы отловить Джейми и Дейзи и заставить их надеть пальто – на улице было морозно. Застегивая им пуговицы, она поняла, что принарядила и их тоже. И на минуту ей стало обидно, что на встречу с отцом они идут в лучших праздничных одежках, а не в кедах и затасканных комбинезончиках, как следовало бы.
Перед входной дверью она минуту поколебалась и надела-таки папаху. Если это окажется слишком, тем хуже, но так она будет чувствовать себя уверенней. А сегодня ей понадобится все ее самообладание.
Бритт раздраженно крутила приемник. Ее бесило, что Дэвид настоял, чтобы она осталась в машине, когда он пойдет на встречу с Лиз и детьми. В конце концов рано или поздно они должны были встретиться лицом к лицу, и Бритт хотелось, чтобы это произошло при детях, что заставило бы Лиз сдерживать себя. Но Дэвид был непреклонен, и ей пришлось уступить, иначе он не взял бы ее с собой вообще. Бритт знала, что он предпочел бы оставить ее дома, но не могла позволить, чтобы бывшие супруги оказались вдвоем, и, кроме того, хотела показать Дэвиду, какой она будет хорошей матерью, когда посвятит себя этому.
Но вот сидеть здесь, спрятавшись, она не собирается. Достав с заднего сиденья журнал, Бритт вышла из машины и стала читать, прислонясь к капоту. Проезжавший мимо таксист присвистнул ей, и она махнула в ответ рукой.
Дэвид увидел их первым. Он побежал по платформе и обнял Джейми и Дейзи так крепко, что они едва не задохнулись. К своему удивлению, Лиз увидела, что он нервничает. Он даже не мог посмотреть на нее. А когда наконец сделал это, Лиз показалось, что в его глазах мелькнуло что-то похожее на восхищение, прежде чем он вновь перевел взгляд на детей.
Слава Богу, он один. И глядя, как он обнимает малышей, как его глаза светятся любовью к ним, Лиз впервые поняла, что и он заплатил за все это немалую цену. Что и он, как она, жалел об утраченном. И улыбнулась.
Когда шли вдоль платформы – дети в середине, они по бокам, – у Лиз возникло странное чувство, что последних нескольких месяцев не было, что они – обычная семья на прогулке. Выйдя из вокзала, Дэвид стал прощаться, но Лиз, которой хотелось продлить эти мгновения как можно дольше, сказала, что проводит их до машины.
Уже у выхода она почувствовала, что беспокойство Дэвида возрастает. И за поворотом на Бунингем-Палас-роуд поняла почему. Прислонясь к машине Дэвида, Бритт читала журнал «Эль», и на ней был такой дорогой и шикарный костюм, что в своей русской шубе и папахе Лиз почувствовала себя человеком, который пришел на прием и обнаружил, что в маскарадном костюме здесь только он один.
Не говоря ни слова, Лиз поцеловала детей и пошла назад к вокзалу.
– Боже, посмотрите на эту очередь! – Дэвида почти рассмешил ужас в голосе Бритт, когда она увидела толпу желающих посмотреть на Деда Мороза. – Она на несколько часов!
«Рождественская пещера» магазина «Харродс» известна по всему миру, и весь мир, похоже, сел на самолет и прилетел посмотреть на нее именно сегодня. Два часа в небольшом пространстве, набитом сотней вопящих ребятишек, каждый из которых горит нетерпением увидеть Деда Мороза, – это не отвечало представлениям Бритт о том, как надо развлекаться.
– Почему бы тебе не пойти и не потратить немного денег? – Дэвид даже не старался скрыть раздражение. – А нам с детьми и тут хорошо!
Бритт предпочла проигнорировать намек на свое мотовство. Почему, скажите на милость, она не может позволить себе быть расточительной? Ведь это ее деньги. Видит Бог, она зарабатывает их нелегким трудом. Во всяком случае, она никуда не пойдет. Сегодня она собиралась доказать ему, что, вопреки всем его сомнениям, под ее жесткой оболочной бьется сердце, полное любви к детям.
– А ну-ка иди к тете Бритти! – Она протянула руки к Дейзи, прекрасно отдавая себе отчет в том, как выигрышно будут смотреться вместе две белокурые головки. Но Дейзи прижалась к отцу, как испуганный медвежонок коала, словно ее хотели отнять навсегда, и заревела.
Бритт опустила руки, нервно улыбнулась и переключила свое внимание на Джейми:
– Так что ты хочешь попросить у Деда Мороза, Джейми?
Нимало не задумываясь, Джейми отбарабанил:
– Космический корабль «Мантафорс» со стартовой площадкой и двадцать космических десантников. Лучше всего «Красные гадюки». Но подойдут и «Черные барракуды», если «Красных гадюк» у него не окажется.
– Так ты, значит, увлекаешься космосом? – Бритт понимающе улыбнулась.
– Не-а, – Джейми закатил глаза к небу, – игрушечными железными дорогами.
Бритт пыталась прикинуть, на сколько же потянут желания пятилетнего прожигателя жизни, когда вдруг заметила, что из подгузничка Дейзи на куртку Дэвида что-то сочится.
– Дэвид, – закричала она, – маленькая тебя всего обосрала!
В ответ на это нарушение материнской этики в их сторону повернулись сразу три головы. Каждой матери известно, что маленькие не срут. Они какают.
– На, подержи ее, – Дэвид протянул девочку Бритт и стал искать свежий подгузник. – А где пакет на смену?
– Какой пакет на смену?
Дэвид с изумлением посмотрел на нее.
– Пакет, в котором все подгузники. Ты же не хочешь сказать, что оставила его в машине?
Напуганная количеством вещей, которыми снабдила детей Лиз, и уверенная, что та просто перестраховалась, Бритт решила ограничиться одной легкой коляской. Дейзи, оказавшись в ее рунах, сменила тональность с огорченной на истерическую. Проклиная неумелость Бритт, Дэвид взял малышку обратно.
Бритт посмотрела на пятна, оставленные на ее бежевом костюме от Бетти Джексон.
– Сейчас же иди и купи подгузников, – рявкнул Дэвид.
Бритт с изумлением обнаружила, что в «Харродс» действительно продавали подгузники. Товар этого рода был деликатно убран в самый конец детской секции. Однако, к ее огорчению, его продавали только комплектами по сорок штук.
Продираясь сквозь толпу с огромным пакетом, Бритт спрашивала себя, не был ли ошибкой ее так тщательно разработанный план. Может ли что-нибудь оправдать всю эту пачкотню с маленькими детьми? Даже обладание Дэвидом?
К ее возвращению Дэвид продвинулся почти к самому началу очереди. Он помахал ей рукой, другой прижимая к себе улыбающуюся Дейзи. А Дэвид улыбался стоящей рядом с ним матери троих детей.
– Эта любезная леди сжалилась надо мной и одолжила нам подгузник. – Женщина одарила его ответной улыбкой и холодно взглянула на некомпетентную Бритт. – Она даже взяла у меня Дейзи и переодела ее.
Последние несколько футов очереди Бритт преодолела, вся кипя от сдерживаемой ярости. В рунах у нее был гигантский пакет «памперсов», пятна на костюме еще не высохли, а челка прилипла ко лбу, потному от усилий последних пятнадцати минут.
– Господи, Бритт, – поддразнил Дэвид, не обратив внимания на выражение ее лица, – ты выглядишь, как затюканная мамаша!
И вот наконец они у дверей. После полутора часов стояния в очереди Дед Мороз посадил Джейми к себе на колени и спросил, какой подарок он хочет к Рождеству. Джейми молчал.
– Ну же, сынок, чего бы ты хотел? – повторил Дед Мороз, слегка раздосадованный этой непредвиденной задержкой производственного конвейера. Его усы прилипли к лицу, а дыхание слегка благоухало водкой.
На них смотрели ряды измученных родителей, которым не терпелось усадить своего отпрыска на колени к Деду Морозу, а потом поскорее добраться до кафетерия. Бритт промокала платком лоб, думая только об одном: не появились ли уже, спаси Христос, пятна пота у нее под мышками.
Джейми посмотрел на нее и сказал ясно и четко:
– Я хочу, чтобы эта леди отпустила моего папу жить с мамочкой и со мной.
Когда Бритт поймала такси, ее щеки все еще пылали от унижения, которому она подверглась на глазах у такого множества людей. Это все Лиз. Ясно, что она подучила мальчишку выкинуть какую-нибудь штучку вроде этой, наговорив ему, какая ужасная женщина украла их папочку, в расчете на то, что папочкино сердце растает и он побежит домой. Только, к счастью, скорее всего, уже поздно.
Проезжая мимо дежурной аптеки на Найтсбридж, она попросила шофера остановиться и подождать ее, забежала в аптеку и купила набор для тестирования на беременность «Си-Блю» с достоверностью девяносто пять процентов (так было написано на коробке) при условии, что вы выждали, по крайней мере, сутки. У нее, как подсчитала Бритт, прошло уже трое.
Когда Дэвид высадил Джейми и Дейзи из машины, он не поверил своим глазам – такая перемена произошла с коттеджем. С момента, когда Лиз открыла дверь и он увидел пылающий камин, самодельные украшения и маленький сосновый сервировочный столик с симпатичным фарфором, услышал струящийся из кухни аромат корицы, он почувствовал себя по-настоящему дома. Он едва мог поверить, что это тот же сырой, холодный домик, куда по пятницам они приезжали поздно вечером, усталые и злые. И, как правило, обнаруживали, что уголь кончился, что молоко они забыли и что простыни так и лежат в стиральной машине.
Он осмотрелся кругом: приятный беспорядок, стопа старых газет для разжигания камина, лоскутное покрывало на софе, ничего особенно нового или изысканного, но весь дом наполнился уютом.
Просто смешно, как он запаниковал, когда Лиз сказала, что хочет бросить работу и создать для них настоящий дом. Это все вина его матери. Именно из-за нее слово «дом» для него значило не безопасность и уют, как для других, а угнетение и жертвы. И это напугало его на всю жизнь.
На минуту он представил себе ее, свою мать. Постоянно занятая уборкой страдалица в фартуке, она всегда где-то рядом с совком в руке, чтобы немедленно подмести любую крошку, которую ты осмелился уронить на идеально вычищенный ковер, а тарелку выхватывает у тебя, чтобы вымыть, еще до того, как ты закончил есть. Однако, принимая от Лиз чашку чая, он вдруг понял, что не дом, созданный Лиз, напоминал ему материнский дом его унылого детства. Материнский дом напоминала похожая на музей квартира Бритт.
Дэвид поставил на стол пустую чашку. Он знал, что пора ехать, но ему не хотелось уходить.
– Ты позволишь мне помочь искупать детей?
Лиз машинально посмотрела на часы. Было уже семь вечера. Она рассчитывала, что Дэвида к этому времени здесь давно уже не будет, но он, похоже, и не собирался уезжать. Сказать по правде, ее слегка раздражало, как легко он проскользнул в ее здешнюю жизнь, как спокойно и непринужденно взял и уселся на полу играть с Джейми в подкидного дурака, словно жил здесь все время.
Но разве не именно этого она хотела от него? Ради чего еще она употребила столько стараний, чтобы дом выглядел уютным, даже положила корицу в духовку, – старый трюк агентов по продаже домов, – словно собиралась продать ему свой новый образ жизни, как продают дома. Ведь на самом деле люди хотят купить не кирпичи с известкой и не шесть комнат с ванной, а атмосферу дома. И Лиз чувствовала, как часть ее души – сильная, разумная часть – хочет сказать: «Нет, ты не можешь присутствовать на купании детей. Позволить тебе купать детей значило бы притвориться, что последних трех месяцев не было, что они не лежат между нами подобно рваной ране, которая слегка затянулась, но к которой еще больно притронуться».
А другая часть – слабая и одинокая – знала, что, когда дверь закроется за ним, свет померкнет не только для нее, но и для Джейми и Дейзи. Поэтому Лиз сказала: «Да, ты можешь остаться на купание». Но не жди, что мы будем делать это вместе, потому что это было бы слишком.
И когда он ушел с детьми наверх, она услышала радостные вопли и визг, которых не слышала уже несколько месяцев. И включила приемник, чтобы заглушить тщательно захороненные воспоминания, воскрешенные этими счастливыми звуками.
Когда Дэвид спустился вниз и внес вымытых Джейми и Дейзи в чистых хрустящих пижамах в теплую душистую комнату, он почувствовал непреодолимое желание попросить у Лиз прощения, убедить ее позволить ему вернуться.
– Лиз, мне надо поговорить с тобой. Не при детях…
– Ты мог, кажется, говорить с Бритт при детях, почему же со мной не можешь?
Он понимал, что эти больно хлещущие слова диктует ее гнев, и знал, что заслужил его.
– Мне жаль, Лиз, Бритт не должна была быть сегодня там.
– Вот именно! – Лиз чувствовала, как подавляемая ею горечь закипает при воспоминании о самоуверенной улыбке Бритт.
– Послушай, мы можем поговорить, когда дети лягут спать…
– Нет, Дэвид.
– Пожалуйста, Лиз.
Секунду она колебалась, терзаемая искушением. Но ей не верилось, что он действительно изменился. Если бы ему в самом деле было жаль, он на пушечный выстрел не подпустил бы Бритт к детям! Уже одно только это проявление черствости не позволяет простить его.
– Извини, Дэвид. Нам не о чем с тобой говорить. – Она подошла, взяла Дейзи из его рук и понесла ее в кровать.
В полной темноте деревенской ночи Дэвид из окна своей машины смотрел, как в окнах спальни на втором этаже коттеджа загорается свет. Господи, зачем он сегодня поддался на уговоры и взял Бритт с собой? Он был готов на убийство, когда увидел ее прислонившейся к машине. Но в конце концов это только его вина. Он должен был настоять на своем.
На мгновение ему пришла мысль вернуться в коттедж, хочет Лиз этого или нет, и заставить ее выслушать его. Но она слишком сердита и слишком огорчена, чтобы слушать. И все из-за Бритт.
Словно при внезапной вспышке света, Дэвид вдруг увидел решение. Он должен уйти от Бритт. Может быть, тогда Лиз станет слушать его. И в тот же самый миг он понял еще одно. Понял, что уже давно хочет это сделать. Независимо от того, намерена Лиз вернуть его или нет. И ему сразу стало легче.
Бритт сидела в безукоризненно чистой черно-белой ванной своей квартиры и смотрела на маленькую чашечку на пластмассовой подставке. К раствору в этой чашке она только что добавила две капли своей мочи. Не самые первые и не самые последние.
Через полчаса она узнает с почти полной достоверностью, будет у нее ребенок от Дэвида или нет.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Иметь все - Хэран Мэв



Интересный роман. Читайте.
Иметь все - Хэран МэвКэт
16.06.2015, 8.50





Мне очень понравилось. Необычный роман. Не назвала бы его любовным романом. Если уже немного подустали от шоколадно-мармеладных произведений и хотите прочитать о том, как живут обычные люди через 12 лет брака, как им приходится справляться со страстями. Про женскую дружбу, которая может и подвести. А главное, про то, что воля и труд всё перетрут и всё в конце-концов всё равно окончится хэппи-эндом.
Иметь все - Хэран МэвClaire
18.06.2015, 2.00





Очень длинный роман, даже хотела бросить читать. Но все таки кое как осилила.Мужчины показаны не в лучшем свете.Но конец хороший.8
Иметь все - Хэран МэвVintik
18.06.2015, 17.45








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100