Читать онлайн Сердце в подарок, автора - Хэндленд Лори, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сердце в подарок - Хэндленд Лори бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.18 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сердце в подарок - Хэндленд Лори - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сердце в подарок - Хэндленд Лори - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хэндленд Лори

Сердце в подарок

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Где-то в полумиле от города Кэтрин сбавила головокружительный темп скачки. Фургон покатил по грязной дороге вдоль полей и поросших Bbicoj кими травами участков прерий. Сиденье рядом с ней прогнулось, мужчина сел рядом, и Кэтрин, повернувшись, встретилась со взглядом его зеленых глаз.
— Благодарю вас.
Голос у него был низкий, речь окрашена мягким южным акцентом. Эти звуки напоминали Кэтрин теплую кленовую патоку, которой прохладным вирджинским утром тетушка Аделаида поливала оладьи.
— Не стоит благодарности. Я, видать, мастерица влезать куда не следует. Придется нам теперь выпутываться из этой истории.
Бэннер молчал. Ему явно не понравились ее запальчивость и дерзкий тон. Несдержанность была ее вечным проклятием.
Внезапно до Кэтрин дошло, что она оказалась один на один с уголовником — вором, а там, глядишь, и убийцей. Сердце екнуло, и она до боли сжала зубы. Что же она натворила? И все проклятая гордыня! Неужели она до сих пор не запомнила, что за поспешные действия потом чаще всего приходится постоянно раскаиваться? Медленным, незаметным движением она подтащила к себе ружье по полу фургона.
После нескольких минут напряженного молчания Джейк небрежно бросил:
— А что это там шериф говорил о каких-то дополнительных шансах?
Кэтрин чуть разжала пальцы, которыми она до побеления сжимала вожжи, и уголком глаза посмотрела на него. Вид его выражал простодушное любопытство, и, переведя дыхание, Кэтрин напомнила себе, что у нее, в конце концов, имеется ружье. Что за беда, если она расскажет ему о небольшой причуде Секонд-Чэнса, которая помогла ей спасти жизнь
Бэннера, — даже если это и был дурацкий порыв. Она пожала плечами и заговорила, следя одним глазом за дорогой, а другим — за Джейком.
— Сначала в этих местах селились мелкие уголовники из Англии. Тюрьмы, стало быть, периодически переполнялись, и осужденных выпускали на свободу с тем условием, что они покинут страну. Более ста лет назад несколько таких уголовников приехали в Миссури и поселились здесь.
Кэтрин помолчала и, прежде чем продолжить, подстегнула лошадей, чтобы они двигались резвее.
— Поселенцы назвали городок Секонд-Чэнс, потому что любому заключенному предоставляли еще один шанс остаться на свободе, если кто-нибудь брал на себя за него ответственность. Бывшие осужденные остались в живых, поскольку им самим был предоставлен такой шанс, и поэтому они хотели поставить других в те же условия. Эта традиция существовала многие годы и в конце концов стала законом.
— И этим мог воспользоваться любой? На лице Джейка читалось недоумение.
— Нет. Сюда не входили убийцы и…
Кэтрин не знала, как ей лучше сформулировать второе исключение. Наконец она перевела дыхание и выпалила:
— Убийцы и те, которые… принуждают женщин.
— А налетчики?
— Да вроде бы о налетчиках ничего не говорилось. Вы и сами видели, что этим законом уже давно никто не пользовался. Но закон есть закон.
— К счастью для меня, — пробормотал Джейк и заерзал на жестком деревянном сиденье.
При этом его нога коснулась ноги Кэтрин, и она застыла, а рука ее машинально потянулась к ружью. Джейк взглянул на нее, но ничего не сказал, и через некоторое время Кэтрин вновь успокоилась.
У нее дух захватывало, что сидят они так близко. Это просто потому, что он уголовник, убеждала себя Кэтрин. Что же делать с этим человеком теперь, после того как ей посчастливилось вытащить его из города?
— Итак, мистер Бэннер, кажется мы попали в глупое положение. Теперь, когда вы в моем распоряжении, мне надо найти для вас какое-то занятие.
Она с минуту помолчала.
— Вы когда-нибудь работали с лошадьми?
Глаза у него сверкнули, и он одарил ее умопомрачительной улыбкой. Кэтрин чуть было не ответила ему тем же, но тут же замкнулась и нахмурилась. Этот человек уголовник, и теперь она несет ответственность за его жизнь; надо об этом помнить, а то он задурит ее так, что оставит без гроша в кармане. Почему, ну почему она не промолчала в городе?
Слова Джейка донеслись до нее как будто издалека. Вероятно, он начал говорить уже давно. Краска бросилась ей в лицо, когда она сообразила, что смотрит на его губы, но не слышит слов.
— Простите. Что вы сказали? Джейк снова улыбнулся:
— Я о лошадях, миссис, я люблю лошадей. Во время воины я служил вроде как по кавалерийской части.
По интонации можно было догадаться, что он гордится этим фактом.
Что-то в его словах насторожило Кэтрин. Вроде как? Что это означает? Тут она вспомнила, что партизанские отряды Конфедерации формировались как кавалерийские. Это были наиболее экипированные боевые подразделения. В Секонд-Чэнсе болтали, что все колтрейновские бандиты не уступают в верховой езде партизанам.
Хотя во время войны Кэтрин жила не в Секонд-Чэнсе, она приехала туда вскоре после ее окончания и знала, что партизан здесь считают преступниками, даже в армии, в состав которой они когда-то входили. У них были свои командиры, уставы и планы атак, отличавшиеся от тех, которые существовали и в войсках конфедератов и северян. Партизаны были кровожадными, мстительными и прекрасными стрелками — опасное сочетание! А она только что пригласила одного из таких остаться на ранчо.
— Вы можете переспать в конюшне, — выпалила Кэтрин.
Джейк поднял одну бровь и промолчал.
— Просто… мне, по правде говоря, никогда не приходилось иметь дела с грабителем или с кем-нибудь из уголовников.
«Что ты несешь, Кэтрин! « — ужаснулась она про себя, кляня свой проклятый язык.
— Я весьма вам благодарен за помощь, миссис, однако если я вам доставлю неудобство, мне вовсе незачем останавливаться у вас. Я тут же уйду, а вы можете сказать, что я сбежал по дороге на ваше ранчо.
Джейк хотел было спрыгнуть с фургона.
— Нет!
Кэтрин вцепилась в его руку, а затем тут же быстро отпрянула, как ребенок, которого шлепнули по ладони. Она поразилась сама себе, почему-то покраснела и уставилась на дорогу, хотя они уже подъезжали к «Серкл-Эй» и лошади знали этот путь.
— Я и так уже выгляжу дурой в глазах у всех из-за того, что увезла вас. Я не хочу выглядеть еще большей дурой, если потеряю вас до того, как мы доберемся до дому.
Уголком глаза Кэтрин заметила, что Джейк изучает ее лицо; затем он с тоской посмотрел на деревья, выстроившиеся вдоль дороги. Воспользовавшись тем, что внимание Бэннера на мгновение переключилось на другое, Кэтрин вытащила пистолет из-под сиденья фургона. Когда он сделал какое-то движение в сторону деревьев, она взвела курок. Судя по тому, как Джейк застыл, звук этот был знаком ему так же, как и звук собственного голоса. Она небрежно держала армейский кольт в правой руке, а вожжи в левой.
— У вас прямо-таки коллекция оружия, миссис, — иронически произнес Бэннер, после чего опять устроился на сиденье.
Кэтрин опустила пистолет. Джейк явно оставил мысль о бегстве на волю. Тем не менее она продолжала сжимать рукоятку кольта. Лучше позаботиться о своей безопасности сейчас, чем раскаиваться потом.
Остаток пути до «Серкл-Эй» Кэтрин молчала. Когда лошади свернули на изрытую колеями дорожку, Джейк выпрямился и посмотрел на свой временный приют. Побеленный дом, конюшня, барак, где ночуют работники, да несколько строений поменьше в лощине возле аллеи. Позади дома, в густо поросших травами полях, паслись лошади. Кэтрин внимательно посмотрела на напряженное лицо Джейка, и на сердце у нее потеплело. Она увидела собственное восхищение этой землей в глазах другого человека, и это сразу расположило ее к нему. Она всегда таила в себе любовь к «Серкл-Эй». Здесь она чувствовала себя как дома, только тут она не разрывалась между своей родиной на Севере и своим детством на Юге. Это ранчо стало тем, что впервые в жизни принадлежало исключительно Кэтрин, и ей очень хотелось создать из него нечто прекрасное.
Кэтрин натянула вожжи и остановила лошадей возле конюшни.
— Так вы говорите, что знакомы с лошадьми? — переспросила она.
— Да. В своем подразделении я был офицером. В мягких южных интонациях вновь проскользнули нотки гордости.
— Что ж, сэр, можете начать работу с чистки конюшни. Вон той.
Она указала кольтом на конюшню, затем вытащила из фургона ружье и спрыгнула на землю. Шествуя к дому, она опять покачала головой при воспоминании о той ситуации, в которую влипла по собственной дурости.
Джейк продолжал сидеть в фургоне, где его оставила Кэтрин, и смотрел, как она поднимается по ступенькам веранды. Ему еще не доводилось встречать такой вспыльчивой бабенки. Это ее качество, а также странная наклонность хвататься за оружие при каждой стычке не располагали к тому, чтобы питать к ней теплые чувства. Отчего же он тогда поймал себя на том, что улыбается, смотря на ее удаляющуюся прямую спину? С чего это он собрался остаться тут и батрачить на эту любительницу размахивать оружием?
Может быть, это случилось из-за того, что он угадал печаль, притаившуюся за напускным равнодушием в ее серых глазах. Он сам мучительно хоронил свою боль и хотя пытался не вспоминать о ней, временами боль прорывалась наружу и угрожала захлестнуть его. Продолжая выполнять то, что он делал в тот момент, когда эта боль, как дикий зверь, набрасывалась на него, он постоянно испытывал свою волю — и до сих пор всегда успешно. Такой волей обладала и Кэтрин. Хотя внешне она могла показаться слабой и хрупкой, он понял, что она, как и он, прошла через костер страданий и возродилась из его обжигающего пламени еще более сильной. После войны он встречал много людей, глаза которых выдавали скрытые страдания. Однако причины этих страданий никогда не вызывали в нем такого живого интереса до встречи с Кэтрин.
Джейк спрыгнул с фургона и в раздражении хлопнул себя ладонями по ляжкам. Не придется ему тут долго разбираться с проблемами Кэтрин Логан — как с прошлыми, так и с настоящими. Ему сейчас не до размышлений и не до интрижек. В его положении все это может привести его, а то и ее к гибели. Он размяк, а позволить себе подобную слабость он просто-таки не смел. Он бросил вызов тем, кто пожирает слабого, как койоты отбившегося от матери телка. И попадись он им, они сожрут и его без всякого сожаления.
Войдя в конюшню, он окинул помещение взглядом. Там было чище, чем в какой-либо виденной им ранее конюшне. Хотя заметно было, что на ранчо работали лишь несколько батраков. Кэтрин Логан явно заботилась о том, что принадлежало ей. Отец постоянно повторял ему, что о человеке многое можно узнать по тому, как он содержит свои конюшни и обращается с лошадьми. Джейк улыбался, глядя на чистенькое помещение. Кэтрин бы папе понравилась.
Джейк взял вилы и начал раскидывать чистую солому по пустым стойлам. Он сознательно отбросил все мысли о Кэтрин Логан, чтобы монотонная работа остудила его. Отключившись после тяжелой драмы, разыгравшейся в этот день, он мысленно вернулся к событиям последних недель, которые привели его в Секонд-Чэнс.
— Нам необходимо внедрить в банду человека. Алан Пинкертон ходил взад и вперед позади своего письменного стола, быстро перебирая коротенькими ножками от возбуждения.
— Наши клиенты, транспортное агентство «Аддлер», теряют на Колтрейнах целое состояние.
Джейк улыбался, в восхищении смотря на шефа. Создавалось впечатление, что легкий паралич, который Пинкертон перенес прошлой осенью, не повлиял на его подвижность, хотя он и перестал заниматься оперативной следственной работой. Ум Пинкертона сохранил обычную остроту, и он по-прежнему вникал во все аспекты каждой операции.
— Уверен, что вы правы, сэр, — сказал Джейк. — Но кого, на ваш взгляд?
Джейк терпеливо ждал ответа. Пинкертон ничего просто так не делал. Он не только знал, кого послать на задание, но уже и выработал план во всех подробностях. Очевидно, задание будет поручено Джейку, иначе он не сидел бы сейчас в конторе Пинкертона в Чикаго, растрачивая драгоценное время впустую.
Пинкертон не ответил прямо. При вопросе Джейка детектив прекратил бегать и, изящно развернувшись при всей своей приземистости, отпер ящик письменного стола. Вытаскивая конверт, он бросил на Джейка взгляд через стол; свет масляной лампы отбрасывал на его лицо пляшущие тени. В неясном освещении вид у Пинкертона был зловещим, и Джейк ощутил дрожь дурного предчувствия.
«Суеверию и необоснованным страхам нет места в голове агента», — тихонько процитировал он про себя.
— В чем дело, Паркер? — Слух у Пинкертона был таким же острым, как и ум. — Вас что-то смущает в этом задании?
— Нет, сэр. Я просто удивился, почему вы для этого выбрали меня? Разве не Мэтью Уорд специалист по Колтрейнам?
— Специалист, но до войны он был еще и банкиром. Он уже работает в банке в Секонд-Чэнсе под именем Мэттью Ролланда. Он ожидает, что вы появитесь там под именем некоего Джейка Бэннера.
Пинкертон стукнул по столу кулаком, и его небольшой шотландский акцент стал еще более заметен.
— Я уверен, что где-то в банке происходит утечка информации. То, что эти бандиты знают о местонахождении транспорта с жалованьем в любой данный момент, слишком поразительно для того, чтобы быть совпадением. Два моих оперативника уже проверили на этот счет транспортное агентство и утечки не обнаружили. Не понимаю, как Чарли Колтрейну удается получать эти сведения, если «Аддлер» до самой последней минуты никого не посвящает в Секонд-Чэнсе в свои планы о перевозке денег. Мне необходимо, чтобы вы проникли в банду и узнали там все, что можно на этот счет.
— Колтрейновские бандиты довольно крутые ребята. Примут ли они чужака?
Пинкертон с удовлетворением улыбнулся.
— Именно поэтому вы как нельзя лучше подходите для выполнения задачи, Паркер. Благодаря тому, что вы год провели на Юге, выполняя последнее задание, вы разбираетесь в их настроениях и поступках, не говоря уже о том, что владеете южным акцентом. К тому же надо послать человека, который умеет ездить верхом так же хорошо, как они, и на скаку может сострелить клеща с холки у собаки. Вы как раз такой человек, Джейк.
— Вам известно, что городок, в котором они отсиживаются, расположен недалеко от Сент-Луиса, откуда я родом?
Пинкертон лишь с неудовольствием покосился на него. Разумеется, ему это было известно. Пинкертону было известно все об агентах, которые работали у него. Именно благодаря этому он был прекрасным управляющим и тактиком.
— Вас чем-то беспокоит работа в Миссури, Паркер? Вы считаете, что кто-то вас может узнать?
— Нет, сэр. После того как я ушел на войну, дома я бывал редко.
«А когда бывал, то люди говорили, что узнать меня едва возможно Хотя я надеюсь, что научился скрывать затравленный взгляд, от которого рыдала моя мать, и набрал потерянный с тех пор вес… «
Джейк поднял глаза и увидел, что Пинкертон внимательно следит за ним. Он откашлялся.
— Сомневаюсь, что кто-то из моих знакомых появится в таком маленьком городке, как Секонд-Чэнс. А с чего это им так заинтересовались Колтрейны?
— Городок-то маленький, да расположен он на большом почтовом пути, и поезд проходит поблизости. Не говоря уже о том, что местность рядом с городом, как сотами, напичкана пещерами, которые предоставляют идеальное укрытие. Чарли Колтрейну в тот район знаком, как имя его покойной матушки. Вы сами из этого штата, знаете, как он разобщился во время войны.
Джейк кивнул, и Пинкертон продолжил:
— Ну, Секонд-Чэнс в полный голос выражал поддержку Северу и раньше, и теперь. Чарли ненавидит янки и ненавидел их всегда. Он получает массу удовольствия, терроризируя город и всех его жителей.
Пинкертон пристально посмотрел на него, и Джейк понял, что мимо того не прошло незамеченным его кратковременное блуждание в прошлом.
— Вы сможете справиться с этим заданием, Паркер?
— Разумеется, сэр. Вы вполне можете рассчитывать на меня.
Шеф удовлетворенно кивнул:
— Именно поэтому вы мой лучший агент, Паркер. А теперь возьмите-ка эту информацию да почитайте ее вечерком, а завтра же утром выезжайте.
Итак, Джейк Паркер уже на следующий день ехал на поезде из Чикаго через весь Иллинойс. Ступив на паром, который перевозил через Миссисипи в Сент-Луис, он заговорил с мягким протяжным южным произношением и превратился в Джейка Бэннера, бывшего офицера кавалерии конфедератов, ищущего работу.
Теперь, продолжая выполнять привычные обязанности в конюшне Кэтрин Логан, он размышлял над тем, где же оказался прокол в столь тщательно выверенном плане Алана Пинкертона.
Надо быть совершенным болваном, чтобы попасться на первом же деле с Колтрейнами. Но он верил, что Мэтт устроит ему побег и тогда он вновь вернется в банду. Сегодня, связанный и приведенный на казнь, он все ждал предстоящего освобождения и даже думал о том, что шериф устроит ему побег, спровоцировав свалку в толпе. Когда веревка оплела его шею, до него наконец дошло, что случилось что-то непоправимое.
Однако в определенных случаях жизнь подкидывает наилучший выход из положения, и Кэтрин оказалась таким случаем. Сначала ему показалось, что она подослана, чтобы помочь ему, однако ее очевидная неловкость в фургоне убедила его, что он ошибался. Он невольно улыбнулся, вспомнив, как она подтащила к себе ружье по полу фургона, а потом наступила на него ногой. Как будто она смогла бы остановить его, пожелай он завладеть оружием. Однако страх был понятен ему во всех своих проявлениях, и если с ружьем в руке ей было спокойнее, Джейка Паркера это вполне устраивало. Вот только он не мог понять, зачем ей потребовалось выручать его по собственной инициативе, будучи уверенной, что он преступник. Джейк покачал головой и пожал про себя плечами. Женщины.
Эта женщина предоставила ему прекрасную возможность понаблюдать за городком и за его обитателями. Сам Пинкертон не смог бы придумать лучшей легенды. Он останется в «Серкл-Эй» до тех пор, пока не разузнает у этого своего ангела с кольтом все, что можно, а затем вернется в банду Колтрей-нов, и никто ничего не узнает ни о его целях, ни о настоящем имени.
Однако одно его по-прежнему беспокоило. Где же, черт побери, Мэтт и о чем он думает?
Кэтрин послала свою экономку домой после того как узнала, что батраки остаются ночевать на дальних границах ранчо. Когда женщина ушла, Кэтрин решила наведаться к своему новому работнику.
Остановившись в воротах конюшни, она увидела, что Джейк стоит, опершись на вилы, явно погрузившись в размышления.
— До вечера не управитесь, если продолжите в том же духе, — произнесла Кэтрин.
Джейк вздрогнул при звуках ее голоса. Кивнув на ее замечание, он вернулся к работе, не сказав ни слова.
Взгляд Кэтрин, помимо ее воли, привлекли бронзовая шея и грудь, открытая под низким воротником. Кожа блестела от пота, а у кромки выцветшей голубой рубахи курчавились темные волосы. Когда Джейк поднимал вилы, бицепсы на руках у него напрягались, а рубашка на груди натягивалась. Оттого, что ткань прилипала к влажной коже, посередине рубашки образовалось темно-синее пятно. Кэтрин провела языком по нижней губе. Сообразив, в каком постыдном направлении работает ее мысль, она быстро вошла в конюшню и повесила одеяла, которые принесла с собой, на одно из стойл.
— Можете постелить их себе на ночь.
От этих глупых мыслей голос ее прозвучал резче, чем она того желала, и Джейк странно посмотрел на нее.
— Простите, если я вызвал ваше недовольство, миссис. Я дочищу конюшню до наступления темноты. Вот увидите.
Кэтрин вздохнула. Вечно она резка, зла, груба с людьми. Она не знала, как внушать уважение к себе, которое ей очень хотелось иметь, и из-за отсутствия уверенности держалась отчужденно, а порой вызывающе и грубо. Вскоре после приезда в Секонд-Чэнс супруг Сэм нарек ее «снежной королевой». Сначала он это говорил как комплимент, восхищаясь ее самообладанием. Затем начал пользоваться этими словами как оскорблением, когда то же самое самообладание выводило его из себя. В детстве ее научили держать свои переживания при себе, как на людях, так и наедине с собою. Став взрослой, она не знала, как изменить себя, да и не хотела этого.
Кэтрин увидела, как Джейк заработал с новой энергией, и осталась довольна тем пылом, с которым он взялся за дело. Она ощутила внезапную потребность вновь услышать его мягкий южный акцент. Для этого у нее был неплохой повод. Поскольку Кэтрин не знала о человеке, который называл себя Джейком Бэннером, ничего, кроме его имени и совершенного им преступления, она решила выяснить все поподробнее.
Перевернув ведро, она уселась на нем и стала с любопытством разглядывать Джейка.
Резкий металлический звук заставил Джейка оглянуться на Кэтрин. Спокойно сидя со сложенными на коленях руками на своем импровизированном стуле, она была похожа на маленькую девочку. Видавшая виды шляпа исчезла, и толстая коса цвета вызревшей на солнце пшеницы свисала за спиной. Джейк никогда не испытывал тяги к маленьким, миниатюрным женщинам. Из-за своего чрезмерного роста он вечно чувствовал себя неловко, когда бывал рядом со столь деликатными существами. Однако сейчас Джейк почему-то забыл о том, что перед ним именно такая женщина.
— Судя по вашему виду, вы способны без труда справиться с доброй дневной нормой, — произнесла
Кэтрин.
— Не волнуйтесь, я справлюсь. Вы не пожалеете, что помогли мне.
— Нет, я уверена, что вы справитесь. Мне непонятно только, почему сильный, крепкий телом мужчина выбрал трусливое и позорное занятие — грабить людей.
Хотя Джейк и понимал, кем он является в глазах Кэтрин, при упоминании о предполагаемой в нем трусости он тем не менее весь передернулся от ярости. Подавив в себе гнев, он приготовился наврать с три короба. Выдуманная Пинкертоном биография оказалась приемлемой на допросе у Колтрейнов; скоро он узнает, как его рассказ воспримет Кэтрин.
Он начал низким, тихим голосом рассказывать свою историю, и по мере того как Кэтрин приоткрывала рот, увлекшись его рассказом, история захватила и его самого.
— Во время войны я потерял все: семью, землю, дом. Я жил в Джорджии, между Шерманом и морем. Когда я вернулся после ада войны, меня поджидал новый ад: акры спаленных полей и строений, гибель родителей и сестры. Я пытался найти работу, чтобы выжить, но северяне, хлынувшие за добычей на Юг, отняли у меня все. Оказалось, что для меня работы в моем городе нет. Янки лишили меня ее. Как только я открывал рот и они слышали мой акцент, меня тут же смешивали с грязью. Я узнал, что на Западе есть работа для умелых рук.
Джейк украдкой бросил взгляд на Кэтрин и увидел, что она само внимание.
— Я прибыл в Сент-Луис на пароходе по Миссисипи, на оставшиеся деньги купил лошадь и провиант и отправился дальше на Запад. Вскоре я понял, что Миссури все еще разделен войной и мой акцент вызывает презрение у всех, с кем мне доводилось говорить.
Когда я оказался в Секонд-Чэнсе, я повстречался с Колтрейнами. Они были партизанами и конфедератами с такой же судьбой, что и я, и платили северянам террором и ненавистью, которые испытывали на себе многие годы. Я наконец-то почувствовал себя в своей среде поэтому я пошел с ними.
Он закончил свой рассказ, и в конюшне воцарилась тишина. Не говоря больше ни слова, Джейк вернулся к своей работе, а Кэтрин, глубоко задумавшись, продолжала сидеть на ведре. Прошло некоторое время, и она заговорила:
— Я сочувствую тому положению, в котором оказался Юг. Я сама там жила во время войны. Но как вы можете идти на грабеж невинных людей?
— Тихоокеанская железная дорога — не невинный человек. Ею владеют янки. Они кое-что нам задолжали, и мы берем то, что нам принадлежит.
— А как же люди, чье жалованье вы украли?
— Они янки.
— Неужели после того, как вы видели смерть, разрушение и ненависть, вызванные войной, вам не хочется забыть обо всем этом? Никто из нас не может изменить того, что случилось. Юг проиграл, и вернуться к тому, что было, нельзя.
— Я никогда не забуду войну, миссис. Ни сейчас, ни потом. Когда я сплю ночью, когда я гуляю днем, я не могу забыть то, что случилось со мной, пока я сражался за свою землю и за свою жизнь.
Джейк стиснул зубы, чтобы не сказать большего. Когда он перестал выдумывать и начал говорить правду? Он не мог определить. Оставалось лишь надеяться, что Кэтрин не заметила разницы.
Она печально вздохнула, и Джейк успокоился. Она, вероятно, поверила его объяснениям и испытывала к нему жалость, хотя его оправдания относительно воровства раздражали его самого. Ему было мучительно стыдно обманывать ее. Проще врать, когда разговариваешь с ворами и убийцами. Но говорить заведомую ложь перед ангельским созданием, которое раскрыв рот слушает тебя и верит каждому твоему слову, жутко неудобно. Эта женщина спасла ему жизнь, дала ему работу и кров. Джейк хотел было поблагодарить ее, но прежде чем он успел заговорить, их молчание было нарушено.
— Миссис Логан, может, вы все-таки объясните, зачем притащили к нам этого грязного ворюгу с Юга?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сердце в подарок - Хэндленд Лори



Очень интересный роман! Советую, читайте. Один из лучших! С детективной линией
Сердце в подарок - Хэндленд ЛориАнна
26.01.2015, 1.08





Динамично и интересно. Все адекватны.
Сердце в подарок - Хэндленд Лориren
30.01.2015, 19.55





Милый романчик) нет бурных постельных сцен, больше даже любовный детектив я б сказала... 9 из 10, вывод: читать советую
Сердце в подарок - Хэндленд ЛориЛ.Т.
14.04.2015, 10.43








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100