Читать онлайн Никому тебя не отдам, автора - Хэмптон Дэнис, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Никому тебя не отдам - Хэмптон Дэнис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.92 (Голосов: 26)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Никому тебя не отдам - Хэмптон Дэнис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Никому тебя не отдам - Хэмптон Дэнис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хэмптон Дэнис

Никому тебя не отдам

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

Как только Кейт была связана и ее рот запечатан, Рейф повернулся в седле и двинулся вперед через вершину холма, придерживая поводья лошади своей будущей жены и ведя за собой людей брата. При этом он мысленно представлял себе, какой будет их с Кейт брачная ночь. Однако картины скорого счастья были омрачены воспоминанием о реакции Кейт на его предложение о браке. Нет! Не может быть. После минувшей ночи Рейф не сомневался, что она любит и желает его, как он желает ее. Как могла она отказаться от их близкого счастья, если в Хейдоне ее ожидал ненавистный брак с сэром Гилбертом Дюбуа? Он снова бросил короткий взгляд на свою будущую супругу. Ее рот был завязан и лицо почти полностью скрыто под капюшоном. Ему стало не по себе и он почувствовал мучительное разочарование. Вместо того чтобы гордо подъехать к воротам Глеверина бок о бок со счастливой Кейт и потребовать открыть ворота в свои будущие владения, он вынужден страдать от ее ненависти и маскироваться под другого человека, моля Бога, чтобы ему удалось проникнуть в замок.
— Кажется, она неважно выглядит сейчас, — сказал Уилл. Хотя это прозвучало довольно прозаично, в словах брата явно чувствовалась насмешка.
Рейф выпрямился в седле и гневно посмотрел на Уилла. Сзади послышались сдавленные смешки и покашливания. Уилл с улыбкой похлопал своего младшего брата по спине.
— Ну а чего же ты ожидал? — спросил он, а затем понизил голос, чтобы Кейт не могла слышать: — Неужели ты вообразил, что она будет довольна тобой, узнав, что тебя интересует только Глеверин?
Рейф вздрогнул, словно пронзенный стрелой. Конечно, Кейт не могла быть довольной тем, что происходит. Особенно после того, как ее пленил сначала Уэрин, а потом он. Она отвергает его, думая, что он лишь использует ее в своих корыстных целях. Рейф облегченно вздохнул. Если все дело в этом, то он постарается убедить Кейт, что на возвращении Глеверина настаивает его семья, а ему лично нужна лишь она. Однако он сможет объяснить ей все это только в том случае, если она согласится выслушать его.
Уилл вновь засмеялся.
— О, через несколько минут ты хитростью проложишь нам путь в Глеверин, — сказал он. — А как только мы окажемся за стенами замка, ты можешь сразу же тащить наследницу Добни в часовню для церемонии венчания. Надо побыстрее покончить с этим делом. Правда, думаю, что потом тебе придется раскаиваться в этом шаге многие годы, поскольку она прожужжит тебе все уши бесконечными упреками.
К горлу Рейфа подкатил ком. Уилл был прав. Если он принудит Кейт обвенчаться с ним, их брак ничего, кроме горечи, не принесет, а он не хотел этого. Надо как-то успокоить ее и сделать так, чтобы она вышла за него замуж по доброй воле.
— А вот и Глеверин, — сказал Уилл со жгучим нетерпением в голосе,
Посреди равнины на фоне голубого неба, окрашенного восходящим солнцем в золотисто-розовые тона, возвышались темные стены замка. В отличие от Уилла Рейф не участвовал в сражениях за Глеверин и почти не помнил его, поэтому сейчас он с особым любопытством смотрел на стены замка, который должен стать его новым домом. На западной стороне поместья лепилось несколько сотен маленьких хижин, которые нашли защиту у стен Глеверина, а на северном конце возвышалась башня, крыша которой напоминала шутовской колпак. В южной части поверх сторожевого помещения над воротами торчали похожие на гигантские зубы громадные каменные блоки, между ними пробивались лучи восходящего солнца. С рассветом в окрестных лесах ожили птичьи голоса, гомоном приветствуя наступающий день. Из-за стен Глеверина донесся победный крик петуха, за ним прокукарекал другой. Их поддержал, как изнутри, так и снаружи поместья, дружный хор домашних животных — замычали в ожидании дойки коровы, заблеяли овцы. Там, где к стенам примыкала башня, из-под земли бил родник, из него вытекал ручей, весело журча, он сверкал в лучах восходящего солнца.
Рейф попробовал сосчитать людей, стоящих на стенах крепости, но в ореоле солнечных лучей они двоились, троились — все они смотрели на приближающийся отряд.
— Сколько, по-твоему, воинов может находиться в Глеверине? — спросил он Уилла, обеспокоенный тем, что у них окажется недостаточно сил для захвата замка.
— Не более двух дюжин в мирное время, — ответил Уилл. — Но для них наше появление окажется неожиданностью, хотя сейчас мы у них на виду. — Уилл улыбнулся своему младшему брату. — Не пойму, почему я раньше не догадался переодеть своих людей в другие цвета, когда мы стучались в их ворота. Ты очень мудрый воин, Рейф, — похвалил он брата.
Рейф что-то буркнул в ответ. Не слишком уверенный в «спехе своей затеи, он старался рассмотреть укрепления. В отличие от других поместий, окруженных деревянными стенами, Глеверин за годы вражды между его владельцами был обнесен дорогостоящим камнем и сухим рвом с частоколом. В одной из стен имелись ворота высотой в два человеческих роста, сделанные из толстых дубовых досок с металлической обивкой, которая позволяла выдерживать мощный таран. Единственный изъян, обнаруженный Рейфом, — это отсутствие подъемного моста перед воротами. Вместо него через ров был перекинут деревянный настил, который легко убирался в случае нападения. Впрочем, независимо от наличия или отсутствия подъемного моста ворота замка были достаточно прочны, чтобы выдержать атаку пятидесяти воинов Годсолов. А при отсутствии тарана им. похоже, потребуется целый день, чтобы проникнуть внутрь. Беспокойство Рейфа росло. Если Глеверин устоит, он все-таки будет иметь Кейт с небольшим приданым от Фрейзни, однако они с женой останутся безземельными, пока в суде не будет решен вопрос о ее наследстве. Нет, он не может допустить, чтобы их жизнь зависела от Бэгота, способного затянуть дело на многие годы. Он намерен заполучить дом и жену немедленно. Рейф остановил свою лошадь у края настила перед воротами Глеверина, и его рука инстинктивно потянулась к рукоятке меча. Опомнившись, он быстро опустил ее на колено. Управитель Добни не может выглядеть так, будто он намеревается штурмовать Глеверин. Рейф натянул свой плащ на подбородок, чтобы спрятать бороду, и взглянул на мужчин, стоящих на стенах замка. Однако наблюдатели больше не смотрели в его сторону, устремив свои взгляды на крышу помещения над воротами.
Раздался глухой удар, нарушивший тишину утра: это отскочила крышка люка, прорезанного в крыше. В солнечном свете появился еще один человек. На нем было просторное одеяние из плотной красной ткани, выглядевшее довольно богато и, вероятно, ранее принадлежавшее лорду. Седые волосы мужчины были всклокочены и блестели на солнце, как после купания. Вероятно, прибытие отряда потревожило его во время принятия ванны.
— Это Эрналф, правая рука Бэгота, — прошептал Уилл, надвинувший капюшон на лоб, чтобы скрыть лицо. Годсолы бьши хорошо известны людям за этими стенами,
— Сэр Уэрин, — обратился Эрналф с крыши сторожевого помещения к прибывшему, с недоверчивым видом скрестив руки, — это вы?
— Да, — ответил Рейф, стараясь подражать голосу человека, которого он изображал, но, кажется, не слишком удачно. Чтобы скрыть обман, он закашлялся в руку, а затем, запахнув плотнее плащ, демонстративно передернул плечами. — Извините, всю ночь шел дождь, и, боюсь, я простудился.
Эрналф медленно кивнул.
— Я получил ваше сообщение о прибытии и ожидал вас, сэр, но что вы собираетесь делать здесь, ведь вы должны находиться рядом с нашим милостивым лордом на свадьбе?
Так, значит, Эрналф получил сообщение и ожидал сэра Уэрина? Надежда окрылила Рейфа, и губы его едва не растянулись в улыбке. Боже, значит, сэр Уэрин был уверен, что Кейт будет принадлежать ему. Как же ему досадно теперь сознавать, что он собственноручно проложил дорогу в Глеверин своему врагу.
Однако в следующее мгновение оптимизм Рейфа увял. Ведь он не знал, чем сэр Уэрин в своем сообщении объяснял необходимость приезда. Теперь все зависело от того, что именно он написал, и придуманное Рейфом объяснение, почему такое количество людей сопровождает единственного священника, теряло всякий смысл. Тем не менее ему не оставалось ничего иного, как идти напролом.
— Видите ли, ваш и мой лорд счел необходимым направить меня в распоряжение епископа Роберта, и теперь по его указу мы сопровождаем этого священника, лишенного духовного сана. — Рейф указал большим пальцем назад, на Кейт, облаченную в монашеское одеяние, — в новый монастырь, нечестивец согрешил с племянницей епископа.
Вновь громко покашляв, чтобы скрыть волнение и замаскировать голос, Рейф заставил себя продолжать:
— Мы очень устали в дороге и промокли до костей, а поскольку Глеверин оказался неподалеку, я привел сюда своих людей, чтобы дать им и лошадям отдохнуть часок-другой, прежде чем продолжить путь.
Закончив свой рассказ, Рейф осторожно посмотрел вверх на стену. Рядом с Эрналфом появился новый человек, который предпочел подняться по лестнице сторожевого помещения. Это был толстый и плотный воин, который, как говорится, врос в кольчугу и шлем.
Уилл, узнав его, тихо произнес:
— Этот старый лис очень осторожен, его нелегко обмануть.
Рейф пристально смотрел на воина. Похоже, его уловка не удалась, и он не будет иметь своего дома, потому что ворота Глеверина не откроются перед ними, и все из-за послания сэра Уэрина. Да и Кейт никогда не простит его за то, что он так обошелся с ней, хотя все произошло после того, как она оказалась похищенной сэром Уэрином. Сейчас люди на стенах зарядят свои арбалеты, а вниз полетят камни, едва станет ясно, что они имеют дело с очередной попыткой Годсолов вернуть себе замок.
Наверху шло совещание. Время от времени Эрналф с подчиненным ему толстяком прерывали разговор и посматривали вниз. Чувствуя тщетность своей попытки обмануть людей Глеверина, Рейф наклонился и похлопал по спине боевого коня сэра Уэрина. В отличие от Гейтскейлза, который тоже остался без седока и находился сейчас в конце отряда, потому что не подпускал к себе никого, кроме хозяина, этот конь был менее осторожен. Особенно после щедрого кормления из рук овсяными лепешками. Однако сейчас похлопывание Рейфа вызвало у него нервозность. Наконец толстяк вскинул руки вверх и повернулся спиной к своему начальнику.
Эрналф посмотрел на людей, ожидавших внизу у ворот.
— Значит, этот падший священник, которого вы привезли сюда, действительно уйдет в монахи?
Рейф был настолько ошеломлен дружеским тоном Эрналфа, что на мгновение опешил. Когда же он пришел в себя, то снова закашлялся, чтобы скрыть свое волнение.
— Да, — ответил он. — И мне кажется, он должен радоваться, что епископ не оторвал ему яйца.
Не успел Рейф договорить, как загремели железные цепи и заскрипел поднимающийся деревянный засов. Сердце Рейфа радостно забилось, а Уилл изумленно втянул в себя воздух. Сейчас они окажутся за стенами замка!
Глаза Уилла под капюшоном вспыхнули дьявольским огнем.
— Господь благоволит к тебе, Рейф, Я не думал, что твоя уловка сработает, — тихо сказал он и, улыбнувшись, отдал брату честь. — Теперь веди нас вперед, и мы сделаем то, что не удалось нашим предшественникам, — вернем наши владения.
Не столь уверенный, как Уилл, что Глеверин уже в их руках, Рейф спрятал под плащ бороду и двинулся вперед рядом с Кейт, которая теперь ехала бок о бок с ним. За ними последовали Уилл и конь сэра Уэрина. Под внушительным весом четырех лошадей и трех всадников легкий настил заскрипел. «Да, здесь необходимо будет установить подъемный мост», — подумал Рейф.
Массивные ворота начали медленно открываться под скрежет старого механизма. Взгляд Рейфа устремился во двор за стенами замка. Значительную площадь двора занимал огород, где произрастали различные овощи, а справа находились загоны для скота, где сгрудились овцы, и встревоженные скотницы удивленно смотрели на нежданных гостей. Напротив ворот располагалась небольшая башня, которая могла служить последним укреплением для защиты. Однако она была слишком узкой, и в ней могли разместиться человек двадцать. Рейф сомневался, что спрятавшиеся там люди смогут продержаться более недели в такой мышеловке. К башне примыкал дом с каменным фундаментом высотой в один этаж к деревянной надстройкой с соломенной крышей с отверстием для выхода дыма от внутреннего очага. Стены были аккуратно побелены известью, и крыша хорошо отремонтирована. Ко входу в дом вела крепкая деревянная лестница. В противоположном от дома конце двора стояла маленькая часовня с крестом над дверным проемом, Между домом и часовней под навесом располагалась кухня, у входа в которую стояли мужчина и два юноши — повар и его помощники. Они наблюдали за вновь прибывшими, и в их руках поблескивали ножи. В общем и целом Глеверин будет удобным, уютным домом для человека, который не надеялся когда-либо иметь свою собственность. Проезжая под надстройкой над воротами, Рейф осторожно посмотрел вверх и с облегчением отметил, что над головой нет отверстия, через которое можно вылить кипящее масло. Однако он решил на будущее включить это сооружение в список предполагаемых изменений, поскольку рассчитывал сохранить дом и жену до конца своей жизни. Хозяева ждали их у входа, прижавшись к стене сторожевой постройки, при этом старый воин держал в руке обнаженный меч. Проезжая мимо них, Рейф слегка кивнул, стараясь не поднимать голову.
— Сэр Уэрин? — обратился к нему Эрналф, желая убедиться, что это действительно управитель.
Стараясь не выдать себя даже взглядом, пока следующие за ним всадники не въедут в ворота, Рейф опустил голову.
— Я поговорю с вами в доме, Эрналф, — сказал он. Только отъехав подальше от ворот, Рейф оглянулся, чтобы убедиться, сколько людей брата уже въехало во двор. Сидя на своей дамской лошадке позади него, Кейт так низко опустила голову, что он не мог видеть ее лица. Ее плечи под монашеской сутаной постоянно шевелились, словно она пыталась снять напряжение со своей спины. За ней следовал Уилл и конь сэра Уэрина, они уже были внутри, как и четверо людей брата. Остальные, двигаясь по двое в ряд, также въезжали в Глеверин. Внезапно Кейт издала какой-то звук, и Рейф метнул на нее быстрый взгляд. Она подняла голову, и их взгляды встретились. Она улыбалась недоброй ликующей улыбкой. Рейф удивленно заморгал. Она улыбалась? Где же кляп? Ее плечи опять зашевелились, и только теперь он понял, что это не разминка мышц. Нет, она снова вдела руки в рукава сутаны, и они высунулись из манжет. В одной руке был кляп, который она вытащила изо рта, а веревка на руках отсутствовала! Надежда на неожиданный захват Глеверина мгновенно рухнула. Рейф натянул поводья своей лошади, чтобы развернуть ее, хотя понимал, что уже не успеет остановить Кейт. Она вскинула голову и пронзительно закричала:
— Атакуйте их! Это Годсолы! Атакуйте!
Кейт ликовала — ее крик разнесся по всему двору, однако затем она испугалась, увидев, что удивление Рейфа сменилось мрачной решимостью. Он мгновенно бросил поводья ее лошадки, обнажил меч и, пришпорив своего коня, помчался ко входу.
— Держи ворота! — крикнул он воину, который до этого стерег Кейт.
Люди Годсолов, уже оказавшиеся во дворе, мгновенно развернули своих лошадей, однако плотный низкорослый человек бросился им наперерез.
— Закройте ворота! — заорал он и, размахивая мечом, вступил в сватку с одним из врагов.
Позади него массивные ворота Глеверина резко дернулись и остановились. Затем вновь раздался скрежет, и они начали закрываться. Люди Годсолов снаружи подняли щиты и пришпорили лошадей, чтобы успеть проскочить сквозь сужающееся пространство. Со стены над воротами на них со свистом посыпались стрелы из арбалетов. Из кухни с криком выскочил повар в сопровождении двух помощников, держа наготове ножи. Скотницы, оставив своих блеющих подопечных, с визгом бросились прочь из овчарни, опрокидывая ведра. Женщины, приподняв юбки, спешили укрыться в доме, где Кейт тоже намеревалась найти убежище. Вцепившись в гриву лошадки, она заколотила каблуками по бокам животного. Впервые глупое создание подчинилось ее воле и помчалось вслед за скотницами к лестнице, ведущей в дом. Спрыгнув с нее, Кейт бросилась вверх по ступенькам, толкая в спину одну из визжащих девушек. У входа появилась тучная женщина в аккуратном белом платке. Судя по ее зеленому, достаточно изящному одеянию под забрызганным водой фартуком, можно было предположить, что это жена самого Эрналфа. Женщина подталкивала перепуганных девушек, чтобы те поспешили в дом. А вот Кейт она задержала, схватив за плечи человека в монашеской сутане. При этом она закричала что-то на малопонятном английском языке. Кейт не нужен был даже переводчик — она и так поняла, что ее не хотят впустить. Тогда она откинула капюшон.
— Я леди Кэтрин де Фрейзни, похищенная дочь лорда Бэгота и наследница Глеверина, — крикнула Кейт женщине. — И я требую немедленно впустить меня в дом.
Подействовал ли так ее хозяйский французский или смысл сказанного, это было безразлично Кейт. Так или иначе, но, испуганно вскрикнув, дородная женщина решительно протолкнула ее внутрь. К удивлению Кейт, там отсутствовала перегородка, и она попала прямо в холл. Когда последняя всхлипывающая девушка вбежала в холл вслед за Кейт, дверь с шумом закрылась. Пыхтя под тяжестью толстого деревянного бруса, служащего засовом, две служанки с грохотом вставили его в крепкие скобы по обеим сторонам двери.
Почти сразу после этого снаружи раздались стук и крик сэра Уильяма Годсола, требующего впустить его. В ответ на это женщины в холле громко закричали. Кейт испуганно попятилась подальше от входа. Что будет, если Годсолы одержат победу и женщины в конце концов откроют им дверь? Этой единственной защиты недостаточно, чтобы избежать судьбы, уготованной ей Рейфом. Развернувшись, она начала осматривать холл в поисках более надежного убежища. В дальнем конце помещения толстый столб поддерживал поперечную балку, на которую опирались прочные стропила, являющиеся опорой для соломенной крыши. Побеленные стены блистали чистотой, но нигде не было видно хоть какого-то надежного укрытия. Центр холла занимал очаг, языки пламени лизали покрытые пеплом плоские камни, а дым поднимался вверх и выходил через защищенное отверстие в крыше. Вокруг огня были установлены шесть козел, на которые обычно укладывались деревянные щиты, в случае надобности их превращали в обеденные столы. Сейчас эти щиты вместе со скамьями стояли вдоль стен. Укрыться негде! Ноги Кейт заскользили по толстому слою тростника, устилавшего деревянный пол, когда она повернулась, чтобы обследовать более дальнюю часть помещения. У нее даже перехватило дыхание — наконец-то она увидела то, что искала. В каменной стене, отделявшей холл от башни, имелась деревянная дверь. Значит, в Глеверине тоже есть личная комната. В доме де Фрейзни единственным дополнительным помещением, кроме погреба, была спальня хозяина. А поскольку сэр Гай хранил свои сокровища в потайном месте, устроенном прямо под его кроватью, дверь в комнату была снабжена засовом. Молясь, чтобы нечто подобное оказалось и здесь, Кейт приподняла свои юбки и побежала через холл к каменной стене. Дверь была слегка приоткрыта, и она юркнула в небольшую комнату. Засов оказался полузадвинутым и запирал дверь с помощью специального механизма. Значит, она спасена! Кейт улыбнулась и, закрывая за собой дверь, еще раз посмотрела на собравшихся в центре холла женщин. Все они с удивлением наблюдали за ней, в том числе и жена Эрналфа. Желая отплатить Рейфу за его дурное обращение с ней, да еще и пребывающему в дурацкой надежде заставить ее выйти за него замуж, она решила напугать захватчиков и надежно спрятаться от них.
— Что бы у вас тут ни случилось, никому не открывайте дверь, — предупредила она суровым голосом. — Учтите, если Годсолы ворвутся сюда, эти звери вырвут и съедят ваши сердца.
Служанки, понимавшие по-французски, вскрикнули от ужаса, а одна из них упала в обморок. Жена Эрналфа побледнела, губы ее задрожали. Довольная произведенным эффектом, Кейт захлопнула дверь. Ей пришлось немного потрудиться, прежде чем хитрый засов вошел в скобы. Затем, закрыв глаза и обхватив руками тяжелый приятно холодящий деревянный брус, Кейт впервые за последние сутки расслабилась. Она наконец-то почувствовала себя в безопасности и прислонилась лбом к двери. Несмотря на массивную дверь и каменные стены башни, она слышала рыдания, доносившиеся из холла, а также отдаленные крики сражающихся мужчин. Кейт глубоко вздохнула. Теперь для нее не имело значения, что происходило во дворе Глеверина. Даже если Рейфу удастся одержать победу, пройдет несколько часов, прежде чем женщины откроют ему дверь холла, и еще несколько часов, пока он взломает дверь в эту комнату. А у отца будет достаточно времени, чтобы найти и спасти ее. Наслаждаясь своей безопасностью, Кейт повернулась, чтобы осмотреть свое убежище, и улыбнулась. Нижний этаж башни был превращен в небольшую, но удобную спальню. Сквозь амбразуру в восточной стене проникали не только звуки битвы со двора, но и дневной свет. У одной из стен стояла простая кровать с балдахином, соломенный матрас которой поддерживала веревочная сетка. Еще одним предметом мебели являлся большой, окованный медью рундук, стоявший справа от кровати и, несомненно, содержавший личные вещи Эрналфа. Арендная плата, которую он собирал для ее отца — на него, главного стражника, возлагались и эти обязанности, — а также договоры ' и соглашения о пошлинах, связывающих свободных и зависимых крестьян Глеверина с их хозяином, вероятно, хранились в небольшом погребе под этим сундуком. Другой угол комнаты был пуст.
Однако то, что находилось у изножья кровати, наполнило сердце Кейт радостью. Это был наполненный водой большой деревянный чан, установленный на промасленную подстилку для защиты от влаги тростниковых циновок, покрывавших пол. Рядом стоял маленький котелок с жидким мылом, а края чана были закрыты простынями, с которых еще капала вода. Судя по лужицам на полу и мокрому переднику на жене Эрналфа, появление Годсолов в Глеверине прервало еженедельное купание ее супруга. Кейт улыбнулась еще шире. Отсутствие главного стражника обернулось для нее удачей. Наверное, Господь решил вознаградить ее за те страдания, которые ей пришлось испытать минувшей ночью. Кейт подошла к чану. Вода была еще теплой, но даже если бы она была ледяной, это не остановило бы ее. Она мгновенно скинула монашеское одеяние, в которое Рейф насильно обрядил ее, и осталась в своем вчерашнем наряде.
Осторожно ступив в чан, Кейт со вздохом облегчения погрузилась в воду, а затем снова приподнялась, смывая корочки грязи. Протянув руку к мылу, она зевнула. После купания надо обязательно поспать. Она так устала, что, вероятно, проспит до прибытия отца. Воспоминание о родителе несколько омрачило ее блаженное состояние. Спасение от Рейфа не означало, что ей удастся избежать замужества, которое наметил отец. В ее голове мелькнула предательская мысль, что все же, насильственный или нет, тайный брак с Рейфом был куда приятнее законного брака с сэром Гилбертом. Кейт решительно отбросила эту пагубную мыслишку, хотя при этом ощутила жжение в глазах. Она потерла их, не допуская слез. Она не будет плакать по Рейфу, потому что он хочет воспользоваться ее любовью в корыстных целях. Рейф Годсол оказался обманщиком, злоупотребившим доверием добродетельной женщины. Она никогда не выйдет замуж за него, даже если он ворвется в эту комнату, угрожая ей смертью в случае ее отказа подчиниться ему.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Никому тебя не отдам - Хэмптон Дэнис



можно почитать
Никому тебя не отдам - Хэмптон Дэнисгуля
22.10.2013, 16.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100