Читать онлайн Любовь и ярость, автора - Хэган Патриция, Раздел - Глава 27 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь и ярость - Хэган Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.75 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь и ярость - Хэган Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь и ярость - Хэган Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хэган Патриция

Любовь и ярость

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 27

Горечь разрыва с семьей, воспоминания о старых ссорах и детских обидах – все было забыто в одно мгновение, и брат с сестрой припали друг к другу под сводами старого монастыря.
Казалось, время вернулось вспять и они снова стали детьми.
Скрипучий злобный голос сестры Марии вернул их к действительности, и они вздрогнули, будто пробудившись от волшебного сна.
– Ты совершила грех, – набросилась она на Дани, – ты осмелилась прервать службу и нарушить обет молчания. Ты говорила с незнакомым человеком!
Дани понимала, что та права. Но ведь ее святой обязанностью было молиться за спасение и обращение заблудших душ, в чем же тогда ее грех?! И когда ее брат в отчаянии пришел к ней, разве не было ее долгом помочь ему?!
Сестра Мария обняла ее поникшие плечи.
– Подумай о моих словах, – она ласково встряхнула девушку, – отвернись от него, дитя мое, так же, как ты отвернулась от всего мира.
Дани украдкой бросила взгляд на стоявшего поодаль Колта и содрогнулась, заметив, какой мукой искажено его лицо.
Она ни минуты не сомневалась, что его привели сюда исключительные обстоятельства. Должно быть, случилось что-то очень серьезное. И вдруг Дани заметила выглядывающую из-за спины Колта встревоженную Бриану. Теперь она уже не сомневалась. Что бы там ни было, она не откажет в помощи брату и единственной подруге.
Дани бережно сняла руку старой женщины со своего плеча.
– Я должна поступить так, как мне подсказывает совесть.
Не думаю, что вы сможете понять меня, сестра, но брат мне слишком дорог, чтобы я смогла оттолкнуть его, когда он нуждается в помощи. – Она повернулась к Колту и потянула его за руку:
– Пойдем со мной.
Колт кивнул Бранчу и Бриане, и все четверо покинули церковь, чтобы не мешать монахиням продолжать службу.
Дани пересекла внутренний двор и привела их в маленький садик у монастырской стены, где вокруг крошечного пруда стояли несколько каменных скамей. Торопливо обняв Бриану, Дани заставила их сесть.
– А теперь рассказывай, зачем вы приехали. Думаю, что-то случилось, иначе бы тебя здесь не было.
Колт решил рассказать все с самого начала, но, когда он добрался до мошенничества Брианы, сестра мягко, но решительно остановила его.
– Ты действительно это сделала? – Голос ее дрогнул. – Ты решила потребовать мою долю наследства? И почему же мне никто не рассказал о письме отца? Ведь это же было первое письмо от него за все четырнадцать лет!
Бриана уже открыла рот, чтобы попытаться все объяснить, но Колт не дал ей ничего сказать, коротко буркнув, что это было далеко не первое письмо.
– Он постоянно писал тебе. Дани, только ты ни разу не ответила.
Дани опустила глаза, лишь крепко стиснутые пальцы выдавали ее волнение.
– Я никогда не получала писем от отца, – в отчаянии прошептала она. – Я писала ему не раз и никак не могла понять, почему он не отвечает мне.
И тут Колта осенило. Их взгляды встретились, и он гневно воскликнул:
– Это Элейн! Это ее рук дело! Наверняка она все сделала для того, чтобы вы с отцом никогда ничего не знали друг о Друге!
– Как она могла так поступить! – горько вздохнула Дани и перевела взгляд на притихшую Бриану:
– Ну а что заставило тебя участвовать в этом? Я ведь всегда была тебе верным другом, всегда верила тебе!
– Шарль, – одними губами произнесла Бриана.
Заглянув в ее потемневшие глаза. Дани вздохнула:
– Понятно. И где он сейчас?
Со слезами на глазах, Бриана пробормотала, что Шарля отправили в приют. Она коротко упомянула об операции.
– Ну, слава Богу, хоть какая-то радость. – Прежняя ласковая улыбка осветила печальное лицо Дани, и Бриана вспыхнула от радости, узнав в строгой послушнице любимую подругу – Она что-то говорила о том, что у нее брат – калека, – вмешался Колт, – но я не поверил.
Дани подтвердила каждое слово Брианы.
– Ты должен простить ее. – Она подняла на брата умоляющий взгляд.
Колт испуганно покосился на нее, он был явно ошеломлен.
– Не думаю, что когда-нибудь смогу забыть это.
– Ты должен, поверь мне. – Сестра потянулась к нему, и ее нежный поцелуй заставил Колта вздрогнуть. Никогда прежде она не делала этого. – Только когда мы прощаем обиду, мир воцаряется в наших душах. – Она помолчала, потом решительно взглянула ему в глаза. – За этим я и пришла сюда и теперь обрела покой.
Колт недоверчиво обвел взглядом угрюмые стены и покачал головой. Что за безрадостное место! Но если Дани считает по-другому, он ей не судья.
– Прости, если доставил тебе неприятности. По-моему, строгая монахиня очень разозлилась.
Но Дани, похоже, это ничуть не встревожило.
– Если Господь привел тебя сюда, да свершится его святая воля! Я помогу тебе, только скажи как.
– Я уже узнал от тебя все, что хотел, – улыбнулся Колт. – Прости, но единственное, что мне было нужно, это убедиться, что ты ничего не подозреваешь об этой подлости. А теперь я могу отправиться в Монако и вернуть свое золото. Если хочешь, я положу твою часть в банк на твое имя.
Дани слегка улыбнулась:
– Не торопись. Церковь не обеднеет, если не получит этих денег прямо сейчас. Я хочу, чтобы ты забрал их и выкупил назад и землю, и рудник. Пусть они пока побудут у тебя, распоряжайся ими, как своей собственностью. Может быть, это хоть немного поможет тебе забыть все то, что произошло с тобой. Я хочу, чтобы мои деньги по-прежнему принадлежали Колтрейнам.
– Ты совсем не обязана делать это! – решительно перебил ее Колт. – Ведь ты ни в чем не виновата!
Сжав его пальцы, Дани печально вздохнула:
– Это не совсем так. Будь я сильнее духом, Элейн никогда бы не удалось оторвать меня от семьи. Так что позволь мне хоть как-то помочь тебе. Забери мою долю и поступай с ней, как сочтешь нужным.
– Спасибо, мисс, – не выдержал молчавший до сих пор Бранч. – Это очень благородно с вашей стороны.
Колт окинул его свирепым взглядом, и Бранч смущенно притих.
– Не волнуйся. Дани, – робко предложила Бриана, покраснев до слез. – Я тоже сделаю, что смогу.
Колт застыл от удивления, услышав ее слова, а Дани, вдруг что-то вспомнив, удивилась:
– А для чего ты переписал на мое имя свою долю папиного наследства? Конечно, ты считал, что Бриана – твоя сестра, но почему ты решил отказаться от всего, что имел, ради нее?!
Бранч смущенно отвел глаза. По тому, как вели себя эти двое, он уже давно догадывался, что между ними происходит что-то неладное. А теперь достаточно было только взглянуть на их лица, чтобы убедиться, что его подозрения оказались верны.
Даже Дани, которая почти всю жизнь провела возле Элейн, внезапно поняла, почему после ее слов брат и Бриана вдруг неловко потупились. Она побледнела и впилась в них испытующим взглядом.
В эту минуту Бриана чуть было не сказала правду им в лицо. Но разве это поможет? Колт только почувствует себя полным дураком, узнав, что его дважды обвели вокруг пальца.
Растерянная и смущенная, Бриана не знала, что делать. А если Колт еще больше возненавидит ее?! И потом, как она сможет смотреть ему в глаза?!
Воцарилось неловкое молчание, и Дани наконец робко предложила:
– А может быть, стоит сообщить отцу? Он наверняка что-нибудь придумает! Кроме того, тебе может потребоваться его помощь – не так-то просто будет отобрать у Гевина золото.
Поверь, он может быть по-настоящему опасен, уж я-то знаю!
Я буду волноваться за тебя, Джон Тревис.
Колт презрительно фыркнул:
– Плевать мне на Гевина! И меньше всего мне хотелось бы, чтобы отец хоть что-то проведал прежде, чем я сам все улажу. Пожалуйста, поверь мне, Дани, я справлюсь сам!
Дани поняла, что задела его самолюбие.
Они снова замолчали, каждый погрузился в собственные невеселые мысли. Слезы душили Дани, никогда еще она не чувствовала себя такой несчастной. Оказывается, отец не забыл ее, все эти долгие годы он тосковал по ней, и только злая воля Элейн не дала им вновь стать одной семьей. Она помолится за душу тетки, но вряд ли Господь сможет простить ей страшный грех, подумала бедная Дани.
А у Бранча от жалости и сочувствия просто сердце разрывалось. Он переводил взгляд с одного убитого горем лица на другое и мечтал только о том, чтобы поскорее закончился весь этот кошмар и они с Колтом собрались бы в обратный путь.
Надо ведь еще вернуть золото и благополучно доставить его домой. А Колт справится, Бранч был уверен в этом. И снова все будет хорошо. Главное, поскорее вернуться.
Колт угрюмо смотрел себе под ноги, зная, что пришло Время прощаться. Должно быть, Элейн уже обнаружили и в эту самую минуту проклятый Гевин собирается бежать с его золотом. Нельзя было терять ни минуты, и все же он не мог заставить себя уйти. Ведь рядом была его сестра, и Бог знает, когда ему доведется увидеть ее вновь! Похоже, она никогда не покинет монастырь, а ему сюда путь заказан. Как не хотелось ему уезжать, как хотелось подольше побыть с ней, вволю насмотреться на поднятое к нему прелестное, родное лицо.
И вдруг, обнимая сестру, Колт внезапно подумал, что никогда не смотрел на сестру, как на женщину, хотя она, несомненно, очень хороша собой. Он любил ее, но в этой любви не было ничего плотского и не могло быть, он ни минуты не сомневался в этом.
Но та обжигающая страсть, которая, как магнитом, притягивала его к Бриане, не имела ничего общего с родственными чувствами. Он безумно желал Бриану, как только мужчина может желать женщину. И сознание этого вернуло ему душевный покой.
Но внезапно Дани, выпустив ладонь брата, со страхом посмотрела поверх его плеча. Колт обернулся и увидел торопливо направлявшихся к ним двух монахинь, в одной из которых он с неприязнью узнал сестру Марию. Вторая, по всей видимости, была сама настоятельница. Когда женщины подошли поближе, он заметил неодобрительную гримасу на лице старшей монахини и невольно подумал, было ли время, когда она выглядела не такой хмурой, или опущенные уголки рта и жесткое выражение напряженного лица просто отражали суровый нрав, присущий ей от природы?
Дани торопливо вскочила, заметив приближающихся монахинь. Покорно склонив голову, она робко прошептала:
– Матушка!
Монахини замерли в двух шагах от молодых людей, и вдруг настоятельница шагнула вперед, остановилась прямо перед склонившейся в почтительном поклоне Дани и метнула на нее разъяренный взгляд.
– Ты погрешила против святого устава нашей обители, дочь моя, и я вынуждена пожаловаться на тебя епископу, – сурово произнесла она. – Пусть он решит, как следует поступить с тобой. – Она перевела дыхание и взглянула на девушку, чтобы убедиться, что та уже достаточно напугана ее словами. – Возможно, тебе прикажут покинуть монастырь – ведь ты нарушила данный тобой обет отрешиться от всего земного и посвятить себя Господу!
Но, похоже. Дани было не так-то легко испугать.
– Матушка, – почтительно, но твердо произнесла она, – это мой брат, с которым мы не виделись почти четырнадцать лет. Он приехал просить меня о помощи, и я…
– Это ничего не значит! – сурово оборвала ее монахиня. – Ты дала обет отрешиться от мира, а стоило этому молодому человеку ворваться в церковь и позвать тебя, так ты забыла обо всем! А тебе бы следовало опасаться его, как самого сатаны!
– Матушка, – не выдержал Колт, – я, конечно, не самый примерный христианин, но тем не менее мне не очень-то приятно, когда вы сравниваете меня с сатаной! И если уж кто-то виноват в случившемся, так это я. Дани поступила, как любой человек на ее месте.
Лицо матери-настоятельницы побагровело от ярости, и она истошно завопила:
– Немедленно убирайтесь, молодой человек! Чтобы и духу вашего здесь не было!
Колт уже собрался было ответить, как вдруг почувствовал, что дрожащие пальцы Дани стиснули его руку.
– Тебе лучше уйти, Джон Тревис, а то будет еще хуже.
Ему очень хотелось хоть еще раз на прощание обнять сестру, но мысль о том, что эти чудовища будут преследовать ее, заставила его отступить. Он тяжело вздохнул:
– Не волнуйся. Дани, я все объясню отцу. По крайней мере теперь он будет знать, что ты ни в чем не виновата, и поймет…
– Ничего вы не передадите! – Голос настоятельницы сорвался на визг. – Я запрещаю вам разговаривать с вашей сестрой! Понимаете, запрещаю!
Колт поймал себя на шальной мысли, что мир ничего не потерял, когда эта старая мегера решила посвятить себя Богу.
Повезло, наверное, какому-то бедняге, ведь жизнь с ней на земле похуже, чем ад после смерти. Нет ничего дурного в том, что человек хранит верность данным обетам, но неужели же любовь к Христу должна непременно исключать жалость и сострадание к людям?!
Но вряд ли имело смысл обсуждать это с настоятельницей, которая в этот момент была больше похожа на огнедышащего дракона, чем на кроткую овечку Христову. Да и Дани это вряд ли поможет, а вот навредит наверняка. Поэтому Колт только бросил на сестру прощальный взгляд, от души надеясь, что она догадается о той трепетной и нежной любви, что снизошла на его душу.
Наконец он коротко кивнул Бранчу:
– Идем.
Они уходили неохотно, каждому было страшно оставлять Дани, ведь только Богу известно, как отразится на ней их приезд.
Усевшись на лошадь позади Колта, Бриана устало прислонилась к его широкой спине, пока они осторожно спускались вниз по узкой, извилистой тропе. Она безвольно склонила голову, совершенно не отдавая себе отчета, что ее пышная грудь при каждом движении лошади прикасается к его спине, а Колт, чувствуя, как упругие бедра мягко обхватили его сзади, мучительно напрягся.
Всю дорогу до Монако Колт, до боли стиснув поводья, бормотал сквозь зубы едва слышные проклятия, давая себе зарок как можно скорее избавиться от девушки, пока он еще владеет собой. Однако у него из головы не выходила одна мысль: ведь он же занимался с ней любовью, и, похоже, не один раз, так почему же он совершенно ничего не помнит об этом?!
Неужели он когда-то ласкал губами эти нежные упругие соски, которые сейчас так соблазнительно трутся о его спину, осыпал поцелуями роскошную грудь, а потом просто забыл обо всем?! Нет, это невозможно, немыслимо!
«И за это ты мне заплатишь», – подумал обезумевший от ярости Колт.
Спустившись наконец в долину, он заметил неподалеку от дороги весело журчащий ручей, бравший свое начало где-то высоко, среди мрачных отрогов гор.
Колт туго натянул поводья и бросил задумчивый взгляд на тенистый, поросший сочной высокой травой берег ручья. Обернувшись к ехавшему за ним Бранчу, он указал рукой на тропинку, терявшуюся далеко в зарослях кустов.
– Подожди нас внизу, – сухо скомандовал он. – Мы еще не все обсудили.
Коротко кивнув, Бранч поскакал вперед, дав им возможность остаться вдвоем.
Не сказав ни слова, Колт спешился и подхватил Бриану на руки, крепко прижав к мускулистой груди. Заглянув в широко распахнутые глаза цвета темного янтаря, он почувствовал, что окончательно теряет голову. Его руки еще крепче сомкнулись вокруг нее, а жаркие и нежные губы коснулись ее уст.
Несколько мгновений Бриана, ничего не понимая, только молча удивленно смотрела на него. Голова ее кружилась, сердце готово было выскочить из груди. Она уперлась руками в широкую, твердую как скала грудь, но не успела даже ахнуть, как Колт легко, словно перышко, подхватил ее и перекинул через плечо. Он молча нес ее в сторону от тропы, туда, где ласково зеленела трава и тенистый берег ручья манил прохладой.
Короткий, сдавленный крик вырвался у Брианы, но, услышав резкий смешок Колта, она испуганно затихла. Опустив ее на траву, он склонился над ней, и тяжелое тело крепко прижало ее к земле. Она в ужасе почувствовала, как его руки проворно стягивают с нее платье.
– Когда-то ты воспользовалась тем, что я был мертвецки пьян, дорогая, но я ничего не могу вспомнить, – пробормотал о» – И теперь, после того ада, через который мне по твоей милости пришлось пройти, самое малое, чем ты можешь загладить свою вину, – это позволить мне вволю насладиться твоим телом!
Она отчаянно извивалась, пытаясь вырваться на свободу.
– Нет! Ты не посмеешь! Ты…
– Еще как посмею. – Он насмешливо ухмыльнулся.
У Брианы оставалась последняя надежда на спасение.
– Нет! – отчаянно закричала она. – Мы никогда не были любовниками. Послушай, Колт, я только заставила тебя поверить в это! Я никогда бы не смогла поступить так с тобой… – И рыдание сорвалось с ее губ.
Отбросив в сторону платье, Колт на секунду отстранился и голодным взглядом окинул ее дрожащее тело. Боже милостивый, он никогда не видел такой красавицы! Его глаза пожирали ее, он не мог оторвать жадных рук от восхитительных изгибов и округлостей ее тела. Должно быть, и впрямь он был в ту ночь не в себе, если смог забыть такую женщину!
Бриана подняла к нему залитое слезами лицо.
– Пожалуйста, – умоляюще выдохнула она, – ты должен поверить мне, Колт. Мы никогда не занимались любовью. Я только сделала так, что ты поверил в это. Ладида подлила какое-то снадобье тебе в вино, а потом ты уснул, и мне достаточно было раздеться и лечь рядом, чтобы, проснувшись утром, ты поверил в то, что обладал моим телом. Но на самом деле ничего этого не было.
Колт насмешливо покачал головой. Лукавая, маленькая шлюха, как таких только земля носит?!
Большое, тяжелое тело придавило ее к земле, лишив возможности сопротивляться. Темная голова склонилась над дерзко торчащей восхитительно упругой девичьей грудью, и горячие губы мягко обхватили нежный, похожий на бутон, сосок, заставив его расцвести на глазах.
Бриана тяжело дышала, чувствуя сквозь охватившее ее смущение, как острое, щекочущее желание накрывает ее горячей волной. Она и представить себе не могла, что прикосновения мужских губ могут заставить ее сердце забиться в восторженном ожидании.
Бриана отчаянно замолотила кулаками по спине Колта, но с таким же успехом она могла стучать по гранитной скале.
Он сжимал ее в железных объятиях, и девушка поняла, что пропала…
– Ну пожалуйста, Колт, послушай меня. Я так боюсь, ведь я никогда не была с мужчиной!..
Но Колт уже ничего не слышал. Горячая, напрягшаяся плоть с силой прижалась к ее бедру, и Бриана сдавленно ахнула. Она испуганно забилась в его руках, отчаянно стараясь освободиться, столкнуть с себя тяжелое, обжигающее тело, но все оказалось напрасно. Он воспользовался ее паникой, чтобы резко раздвинуть ей ноги и удобно устроиться между ними.
– Ну, – сдавленно прохрипел он, – этот миг мы запомним оба.
Одним сильным толчком он рванулся вперед и грубо проник в нее. Бриана отчаянно закричала, извиваясь и отталкивая его от себя. В затуманенном страстью сознании Колта еще успела промелькнуть мысль о том, как бессмысленно с ее стороны изображать из себя недотрогу.
И вдруг он почувствовал, что что-то мешает ему войти глубже в теплое, дрожащее тело. Колт недовольно нахмурился. Наверное, просто неудобное положение, слишком стремительно пришлось ему действовать. Да и притом никогда раньше не приходилось ему силой брать женщину.
Он попытался продвинуться глубже и, услышав сдавленный вскрик, в недоумении замер. Ну сколько же можно ломать эту комедию?!
Колт сделал резкое движение вперед и ощутил, как вдруг хрупкая преграда разрушилась под его напором. Движения его стали быстрее, и Бриана почувствовала, как на смену резкой боли откуда-то из глубины поднимается жаркая волна наслаждения.
Ей показалось, что бурный поток поднял ее высоко над землей, и, не в силах совладать с охватившим ее пламенем, Бриана пронзительно закричала.
Мгновением позже она услышала ликующий крик Колта.
Осторожно отодвинувшись, он в изнеможении вытянулся рядом, опустив голову на ее тяжело вздымавшуюся грудь.
Уже открыв было рот, чтобы поинтересоваться, почему она так странно вела себя, Колт вдруг опустил глаза и замер, будто пораженный громом, когда увидел на себе кровь.
Еще не смея поверить промелькнувшей в голове догадке, Колт приподнялся и посмотрел на Бриану – пятна крови алели на ее нежных бедрах.
– Бриана? – Кончики пальцев осторожно коснулись залитого слезами лица. – О Боже, скажи, что это не правда! Ты опять обманула меня, Бриана?!
Она слабо покачала головой и вдруг, не в силах больше терпеть эту муку, с коротким всхлипыванием прильнула к нему, прижавшись к могучей груди.
– Я люблю тебя, – обреченно пролепетала она. – Мне кажется, я всегда любила тебя, с первой минуты, как увидела.
Знаю, что поступила ужасно, но у меня не было выхода. И только последней подлости я не совершила – никогда не соблазняла тебя, Колт. Ладида что-то подмешала в вино – а я просто… – Бриана с трудом перевела дыхание и прижалась к Колту. – Я решилась на это, потому что любила тебя. И, Бог свидетель, люблю до сих пор. Даже если теперь ты возненавидишь меня, ничего уже не изменить.
Она облегченно вздохнула, радуясь, что наконец-то он все знает.
У Колта опустились руки. Не в силах отвести от нее изумленного взгляда, он ощутил, как в глубине его души шевельнулось какое-то странное, никогда не испытанное прежде чувство. Мысли его смешались, и он даже не сразу понял, что куда-то вдруг исчезла знакомая горькая ненависть, сменившись непонятной ему самому нежностью и теплотой.
Да, конечно, были и обман, и предательство, но лишь беспредельное отчаяние и желание спасти брата толкнули несчастную девушку в эту бездну.
И в конце концов у нее хватило мужества, чтобы не совершить последней низости – она не соблазнила его.
Крепко прижав к груди беспомощно содрогающееся тело, Колт заглянул в залитые слезами глаза и с благоговейным трепетом подумал, что тоже, кажется, любит эту девушку. Может быть, всегда любил, с первой минуты, но теперь в его душе не было ни стыда, ни угрызений совести.
С хриплым стоном припав к ее губам, он едва слышно прошептал:
– Прости меня, Бриана! Я не знал, видит Бог, даже не догадывался, что ты любишь меня!
Смахнув дрожащие на ресницах слезы, девушка нашла в себе силы забыть про боль и обиду и светло улыбнулась:
– Я была бы рада еще раз пройти через все муки, лишь бы только ты верил мне!
Колт нежно провел кончиком пальца по щеке Брианы:
– Но на свете существуют не только муки, дорогая! Я хочу подарить тебе наслаждение…
Его ладонь прошлась по ее груди, спустилась ниже, скользнув на талию и очертив изгиб бедра. Медленно, дразнящим мучительным движением он нащупал узкий проход в тугую, горячую расщелину и коснулся магического бугорка.
Бриана ахнула. Боль куда-то улетучилась, сменившись восхитительным предвкушением грядущего блаженства.
Колт приподнялся над ней, и на этот раз Бриана сама обвила ногами его бедра. Он легко скользнул в ее жаркую, манящую глубину, не ощутив ни малейшего сопротивления. Крепко сжав ладонями закаменевшие бедра, Бриана ощутила, как входит в нее набухшая пульсирующая плоть. Она радостно почувствовала, как он заполнил ее целиком, и затрепетала в его руках. С этой минуты она принадлежала этому человеку душой и телом.
Огненный вихрь подхватил ее, и Бриана взлетела ввысь, пронзительно выкрикнув его имя в момент сладостной муки и освобождения.
Почти в ту же минуту Колт взорвался яростной вспышкой рядом с ней и, изнемогая от наслаждения, спрятал разгоряченное лицо в удобной впадинке у нее на груди. Последнее, что услышала Бриана, прежде чем погрузиться в блаженное беспамятство, было чуть слышное признание в любви.
Он не мог отвести от нее глаз. Так много изменилось в их жизни за последние несколько минут, казалось, пролетела целая вечность, и сейчас у него просто не было слов.
– Бриана, – ошеломленно прошептал он, и ответом ему была ее сияющая улыбка.
Вдруг у них над головой оглушительно прогремел выстрел, эхом раскатившись в тишине.
Колт, ни минуты не раздумывая, прикрыл собой обнаженное тело Брианы, чувствуя, как острая боль пронзила его.
Девушке на мгновение показалось, что это просто кошмарный сон – перед ними с еще дымившимся винчестером в руках стоял Дирк Холлистер.
Бриана бросила обезумевший от ужаса взгляд на его обезображенное лицо и почувствовала, как мир вокруг нее застилает черная пелена.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовь и ярость - Хэган Патриция



Хороший роман
Любовь и ярость - Хэган Патрицияташа
15.02.2015, 13.46





Интересное описание изощренного ограбления в особо крупном размере. Главного героя развели как последнего лоха. Главная героиня, пусть ради брата, совершила такое преступление, что 20 лет каторги ей обеспечено. Но вместо этого получила и любовь ГГ. и млн. долларов. Как говорится, хороший секс все спишет.
Любовь и ярость - Хэган ПатрицияВ.З.,67л.
3.07.2015, 13.31





В.З.,67л....смешные у вас коменты....любовные романы определенно не ваш жанр..))))почти все читательницы....а иногда читатели осознают ,что это красивы сказки для взрослых...так что дышите глубже))))
Любовь и ярость - Хэган ПатрицияЕва
15.12.2015, 23.41








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100