Читать онлайн Любовь и война, автора - Хэган Патриция, Раздел - Глава 35 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь и война - Хэган Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь и война - Хэган Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь и война - Хэган Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хэган Патриция

Любовь и война

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 35

Китти была в отчаянии. Она сидела на берегу реки, следила за блеском солнца, отражавшимся в ее говорливых струях, и мрачно размышляла о том, в какой ад превратилась ее жизнь. Она вспомнила ту ночь, когда так и не решилась вонзить нож себе в грудь. Теперь она так жалеет о своей слабости!
Вздохнув, Китти подхватила первый попавшийся булыжник и что было сил бросила в воду. Ей пришлось зашить рану на плече у Люка, чтобы предотвратить пытки, которые грозили Лонни. И нечего казнить себя за то, что она спасла жизнь бандиту. Но тогда откуда это давящее ощущение тоски и безвыходности, не дававшее покоя все последние дни?
С первыми лучами солнца она спустилась к реке, чтобы умыться, и до сих пор сидела на берегу, погруженная в мрачные размышления. Что теперь с ней будет? Люк со своей бандой собирается на запад. Потащат ли они ее за собой? Неужели у нее нет никакой надежды на спасение?! Но ведь должен, должен же быть какой-то выход!
С высокого берега раздался грубый хохот. Бандиты снова пьянствовали. Почувствовав, что за ней наблюдают, пленница обернулась: один из мерзавцев проверял, на месте ли она. За Китти вообще следили гораздо тщательнее, нежели за Лонни, которого так ни разу и не развязали после той злополучной ночи. Он полуживой лежал под деревом, мучаясь от жуткой головной боли, не проходившей после страшного удара по голове. Китти с досадой вспомнила о его дурацком никчемном благородстве. Ведь он мог незаметно скрыться из лагеря и привести на помощь Китти людей.
Впрочем, что сейчас размышлять об этом? Зарывшись босыми ногами в ил, она не спеша пропускала между пальцев рыжеватую жижу. Сколько раз она вот так же развлекалась в детстве, на берегу ручья в Северной Каролине. Кажется, с тех пор миновала целая вечность.
Подул холодный ветер, отчего кожа покрылась пупырышками. До чего же надоели эти дурацкие башмаки с высокими голенищами! И Китти подумала, что непременно снимет сапоги с первого же мертвого янки, на которого наткнется в пути.
Под чьими-то тяжелыми шагами захрустели камешки на склоне. Резко обернувшись, она увидела Джейба и вздрогнула от отвращения. Если только он посмеет прикоснуться к ней хоть пальцем, она бросится вниз головой в омут, и пусть течение вынесет ее прямо на острые камни порога. Лучше уж бороться со стихией на перекате, чем с этими чудищами в человеческом облике.
– Китти, похоже, пришло время нам с тобой потолковать. – И он уселся рядом. Судя по выражению его уродливой физиономии, эта беседа не сулила ничего хорошего.
– Мне не о чем толковать ни с тобой, ни с твоими дружками.
– Заткнись ты! Я пришел, чтобы поговорить о деле и сказать, что собираюсь от тебя избавиться.
Китти с удивлением посмотрела на Джейба:
– Ну что ж, если ты собрался убить меня, делай это, да поскорее! Нечего рассиживаться и тянуть резину. – Как ни странно, Китти совершенно не ощущала страха.
– Я не хочу убивать тебя, Китти. Я хочу продать тебя в обмен на свободный проход через горы. Понимаешь, от тебя у нас одни неприятности. Начать с того, что Люк положил на тебя глаз – хотя, конечно, ты видная женщина. Я и сам не прочь был бы при случае тебя потискать. Да только Люк никому не позволяет приближаться к тебе. А ведь моим ребятам не по сердцу то, что они таскают тебя за собой и ничего с этого не имеют. Мне все труднее их вразумить. Рано или поздно они обязательно сцепятся из-за тебя, а мне совсем ни к чему терять людей. Вот оно и выходит, что разумнее всего от тебя избавиться.
Тут бандит ухмыльнулся, отчего шрам ложился в ужасную гримасу.
– И продам я тебя, Китти, индейцам. Нынче утром мы уже потолковали с их человеком, он обещал вернуться и сказать, согласится ли вождь. У нас зима на носу, и было бы очень кстати, если бы индейцы показали нам короткий путь через горы. Того и гляди, война кончится, и кто бы ее ни выиграл, нам с Люком лучше всего держаться подальше от этих мест.
– Индейцы… – задумчиво повторила Китти, рассеянно глядя, как разбиваются на мелкие брызги струи воды, попавшие на камни – точное подобие ее грез о свободе. – Но почему бы тебе просто не отпустить нас с Лонни на все четыре стороны? Пока мы выберемся из этой глуши, вы уже будете далеко отсюда! – Китти покачала головой в полном недоумении перед новым, жестоким капризом судьбы.
Индейцы. Что ей известно про них? Кое-кто не задумываясь называет их дикарями, убийцами, жестоким племенем. Но ведь их силой заставили уйти в резервации, на запад. Она помнит, как учительница рассказывала про «Тропу Слез» – она началась в октябре 1838 года и кончилась в марте 1839-го, в тот год, когда чероки из горных районов Северной Каролины были оттеснены в резервацию в штате Оклахома. На дороге в сто двадцать миль умерли четыре тысячи из двадцати тысяч несчастных, отправившихся в скорбный путь. Учительница назвала это трагедией как для индейского, так и для американского народов.
Китти вспомнила, что немногочисленным индейцам удалось укрыться в глубине гор и в пещерах от патрулей белых. Уж не этим ли самым индейцам – или их потомкам – продадут Китти почти тридцатью годами спустя?
– У нас нет другого выхода, – равнодушно разглагольствовал Джейб. – Оно верно: не дело продавать белую женщину краснокожим. Да только прежде мне надо позаботиться о своей шкуре и о шкуре моих дружков.
– А что станет с Лонни? – с тревогой спросила Китти.
– Лонни? Я и сам толком не знаю: вряд ли из него будет прок. Пусть хотя бы таскает дрова да готовит жратву. Его бояться нечего!
Китти совсем стало не по себе. Да что же это за мир?! Она всегда гордилась тем, что на голову выше любой пустоголовой барышни, способной лишь покорно принимать то, что предназначено ей судьбой. Нет, она хотела от жизни большего – и прежде всего свободы и независимости в выборе жизненного пути. Ее мятежный разум не соглашался с тем, что для докторского диплома необходимо иметь кое-что между ног, а вовсе не ясный и светлый рассудок. Более того, она чувствовала в себе природный талант к целительству. И к чему все это привело? Ее вот-вот продадут какому-нибудь кочевому племени, какой-нибудь дикарь изнасилует ее, она забеременеет и произведет на свет краснокожего ребенка, чтобы иметь право на место у костра среди остальных скво
type="note" l:href="#n_14">[14]
. Злые, горькие слезы жгли ей глаза.
– Этот индеец обнаглел настолько, что сунулся нынче утром прямо в лагерь, – рассказывал Джейб. – Надеялся разжиться виски или оружием. Мы как могли втолковали, что ни того, ни другого для обмена не держим. И тут он заметил раненого Люка, стал рассматривать, как ты заштопала его руку, и очень заинтересовался твоим искусством. Ну, я отвел его в сторонку да растолковал, что к чему, смекнув, что можно выгодно сбыть тебя с рук!
Итак, перед Китти вплотную встал выбор: броситься очертя голову в горную реку и почти наверняка разбиться о камни переката или же быть проданной индейцам. Она осторожно опустила в воду ногу – стремительное течение словно схватило ее за лодыжку. Наконец удалось нащупать твердое дно. Теперь надо собраться с силами и прыгнуть прямо в стремнину. А вдруг ей удастся доплыть до противоположного берега? Ведь она отлично плавала!
Китти ринулась вперед. Ледяная пучина сомкнулась над головой. Но уже в следующий миг стало ясно, что течение не настолько сильное, его можно преодолеть и добраться до другого берега. Ибо все, с чем Китти могла там столкнуться – дикие ли звери, патрули ли янки, – казалось лучше, нежели то, что она оставила позади. Вынырнув, чтобы набрать воздуха в грудь, Китти заметила, как сильно снесло ее течением вниз, несмотря на отчаянные попытки плыть. Джейб бежал следом вдоль берега и орал, что пристрелит Китти, если она не разобьется о камни на перекате. Из леса один за другим выбегали бандиты посмотреть, из-за чего поднялся шум.
Китти оглянулась. Ей удалось приблизиться к вожделенному берегу всего на несколько футов. А сколько еще осталось? Когда она стояла на берегу, ширина реки казалась приблизительно пятьдесят футов. Теперь же они превратились в мили. Вдруг она налетела на камень, ей удалось ухватиться за него. Это дало небольшую передышку, однако оказалось, что неподалеку, на берегу, стоит Джейб; в одной руке у него была веревка, а в другой – ружье.
– Выбирай сама, Китти, – ревел он, перекрывая шум воды. – Или ты хватаешь веревку и я вытаскиваю тебя на берег, или пристрелю на месте!
Судя по выражению его лица, мерзавец всерьез намеревался исполнить свою угрозу, но о том, чтобы поймать веревку и позволить выудить себя из реки, не могло быть и речи. Как только Джейб прицелится, она ринется в стремнину, отдавшись на волю стихии.
Интересно, далеко ли до переката? И насколько высок следующий за ним водопад? Футов с сотню, не меньше. А внизу торчат скалы, ужасные острые скалы. Во что бы то ни стало она должна бороться, стараться упасть не на скалы, а в глубокую воду и выбраться на берег. Она должна это сделать! Должна! Ведь речь идет о ее собственной жизни, и она ни за что не станет покоряться слепой судьбе, пока в ее теле будет теплиться хоть искра жизни. И она молчаливо помолилась, прося о снисхождении у Господа. Если ей уготована скорая смерть – да будет так. Она встретит ее с открытыми глазами. Но при этом будет бороться до последнего. Никогда в жизни она не станет больше плыть по течению, подобно тому, как только что плыла в стремнине, отдавшись на волю стихии. Что бы ни случилось, никто не упрекнет Китти в том, что она безвольно подчинилась жестокому течению жизни, сдавшись ему без борьбы.
В ушах стоял грозный гул водопада. Полуослепшая от холодных брызг, попадавших в глаза, Китти только в последний миг заметила веревку, упавшую перед ней.
– Да хватай же, черт бы тебя побрал! – орал Джейб. – Хватай, не то стреляю! – Он передал конец веревки кому-то другому, а сам прицелился.
Китти вдохнула, едва не разорвав легкие в отчаянном усилии набрать побольше воздуха. Беспомощно обхватив себя руками, она ринулась в воду, с ревом потащившую ее прочь, словно хищник жертву.
И как раз в тот миг, когда вода сомкнулась над отчаянной головой, на берегу грохнул выстрел.
Когда Китти открыла глаза, то решила, что все еще бредит. На нее смотрел человек с перьями в волосах. А может, это сон? Надо же, перья! Скоро мама крикнет, что пора вставать, и если повезет, то удастся незаметно выскользнуть из дома и пробраться в старую коляску дока Масгрейва, прежде чем тот поедет осматривать больных. А еще лучше, чтобы у отца возникла идея пойти на охоту и взять ее с собой.
Но лучше всего, чтобы ее позвал на свидание милый, неотразимый Натан Коллинз. Она пьянеет от его поцелуев. Синие небеса. И теплый ветерок, что реет над песчаными равнинами восточных окраин Северной Каролины. Хлопковые поля с белоснежными пушистыми коробочками, лопающимися под солнцем. Яркая зелень табачных листьев, качавшихся под ветром. Прекрасная жизнь. Полная жизнь. Такая счастливая, такая радостная. Беспечальная. По крайней мере во сне.
И она снова распахнула глаза. Человек с перьями, торчавшими из прямых, длинных, черных и блестящих волос, все так же смотрел ей в лицо. Его зрачки напоминали крошечные темные норки под кустистыми бровями. Длинный горбатый нос был хищно загнут, а сурово сжатый рот окружала дубленая медно-красная кожа. Индеец. Китти попыталась было вскочить, но рухнула от резкой боли в голове.
Осторожно ощупала лоб и обнаружила, что он весь в крови. Следивший за ней индеец помрачнел еще больше.
Постепенно до Китти дошло, что с ее волос и одежды стекает вода. И она вспомнила. Река и водопад. Джейб. Выбор, который пришлось делать. Ее отчаяние и решимость. Она снова попыталась по инерции подняться и охнула, увидев других индейцев, стоявших вокруг. Обнаженные до пояса, дикари были одеты в замшевые лосины, у одних нестриженые волосы свободно распущены, у других стянуты на затылке в хвост. Кое у кого имелись серьги в ушах, и все были обуты в мокасины.
– Говорить.
Китти удивленно захлопала ресницами. Неужели сидевший возле нее на корточках индеец говорит по-английски?!
– Говорить, – повторил тот, пристукнув кулаком по раскрытой ладони.
– Меня зовут Китти, – пробормотала она, чувствуя себя крайне неловко под пронзительным взглядом темных глаз. – Наверное, я попала в водопад и ушиблась. Это… это вы меня вытащили? Тогда большое спасибо.
От порыва холодного ветра ее тут же пробрала дрожь. Небо загромоздили низкие тучи, наползавшие с гор.
Индейцы все так же молча смотрели на нее. Что еще можно сказать? Вероятно, им ничего не известно о торговой «сделке», заключенной с Джейбом, и ее отпустят на все четыре стороны? Ясно, что она разговаривает сейчас с индейцами-чероки. Они, должно быть, знают о полыхавшей в стране войне. Она даже слышала, что в Шестьдесят девятом полку Неверной Каролины состоят на службе два отряда из индейцев-чероки и будто от одного боевого клича их вождя солдаты-янки мочатся под себя. Самое большое сражение, в котором им довелось участвовать, было под Пи-Риджем, в 1862 году, они сражались отчаянно, наводя на врага ужас, пользуясь как современными винтовками, так и более привычными им луками, стрелами, дротиками, томагавками и даже боевыми палицами. Но впоследствии от их услуг пришлось отказаться из-за неистребимой привычки учинять надругательства над трупами, с которых снимали скальпы. И теперь в армии осталось совсем мало индейцев: их использовали либо для разведки, либо в совершенно безнадежных случаях. Кроме чероки, за конфедератов воевали племена коста и чикасау.
Ближайший к ней индеец протянул руку и потрогал ее мокрые волосы. Китти испуганно отшатнулась.
– Не трогай меня! – Вскочив на ноги, она попыталась убежать, но один из воинов преградил ей путь.
– Идти, – повелительно взмахнул рукой первый индеец, сохраняя все то же каменное выражение на лице. – Нам идти.
Китти удивленно уставилась на него: индеец и впрямь говорил по-английски. Дикарь счел нужным пояснить – видимо, ее растерянность была слишком явной:
– Моя ходить война. Моя ходить домой. Моя знать про война белых людей. Твоя ходить к нам. Твоя лечить.
Стало быть, им про нее все известно, размышляла Китти, понурившись и шагая следом за воинами, не спускавшими с нее глаз. Куда ее ведут? Одному Богу известно! Но она все еще жива и все еще надеется обрести свободу.
Услышав звук ревущей воды, она резко обернулась. Их путь пролегал вдоль берега реки. На противоположной стороне она заметила людей Джейба, беспомощно махавших кулаками и сотрясавших воздух ругательствами. Один из индейцев выстрелил в воздух, и дикари с хохотом стали следить за тем, как белые в панике бросились врассыпную.
И когда мерзавцы попрятались, Китти застыла, увидев доселе скрытое от нее тело, лежавшее в луже крови. Это был Джейб.
Стало быть, тот выстрел, что прогремел перед тем как ей нырнуть, сделали индейцы. Они застрелили Джейба и спасли ей жизнь.
Вот только с какой целью?
Внезапно возле нее очутился индеец, украшенный самыми пышными перьями.
– Сын вождя сильно болеть. Давай-давай быстро.
– У меня нет саквояжа, – буркнула Китти и повторила. – Мне нужна сумка. – С помощью жестов она попыталась изобразить, какая именно. – Сумка с лекарствами… чтобы лечить. Я обещаю, что сделаю все, что смогу, но мне нужна сумка. Без нее ничего не получится.
Вождь обернулся к воинам и что-то сказал на своем наречии. Пронзительно завывая, угрожающе размахивая томагавками, палицами и ружьями, которые удалось похитить у убитых солдат, дикари попрыгали в воду Китти следила, как они ловко перебираются на тот берег, перескакивая с одного камня на другой. Движения их были удивительно точны и грациозны.
– Нам ходить, – повторил вождь, тронув ее за руку.
Китти неохотно последовала за ним, а за ее спиной раздавались боевые кличи вперемешку с диким ревом бандитов, ружейными выстрелами и предсмертными воплями.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовь и война - Хэган Патриция



гадоооооооооооооооооооооооооость 1бал
Любовь и война - Хэган Патрицияlika
16.03.2013, 11.02





Прелесть 10 баллов
Любовь и война - Хэган ПатрицияMari
21.03.2016, 7.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100