Читать онлайн Любовь и война, автора - Хэган Патриция, Раздел - Глава 30 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь и война - Хэган Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь и война - Хэган Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь и война - Хэган Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хэган Патриция

Любовь и война

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 30

Китти очень не хотелось прерывать свою работу в госпитале. Ведь каждый день поступали сотни и сотни раненых, и всем требовался уход, а доктора и медсестры сбивались с ног, стараясь помочь солдатам. Но Натан настаивал на коротком отдыхе вдвоем в каком-нибудь спокойном местечке. Он твердил, что изможденный вид Китти заставляет всерьез опасаться за ее здоровье. А когда девушка отказалась, Коллинз направился к главному врачу госпиталя и потребовал отправить невесту в отпуск.
– Напрасно ты это сделал! – упрекнула его Китти. – Ты же знаешь, я не люблю, когда вмешиваются в мои дела.
– Кэтрин, ты всегда была упрямой, – небрежно пожал плечами Натан. – Ты просто не замечаешь, что работаешь на износ. Ты хоть в зеркало-то заглядывала? Эти бесконечные вахты в госпитале сделали из моей невесты старуху! И к тому же ты знаешь, что я не считаю это место подходящим для молодой женщины.
– Опять ты пытаешься давить на меня! – возмутилась Китти.
– Не забывай, что я тебя люблю. – Он нагнулся и слегка поцеловал ее в щеку. – И если и проявляю настойчивость, то лишь потому, что желаю владеть тобой как своей женой!
Китти совсем помрачнела. Разговоры о свадьбе как о деле решенном смущали ее – что-то в ее душе противилось этому. Ей казалось, что сейчас, в самый разгар войны, не время выходить замуж. Правда, она постоянно напоминала себе, что Натан – ее настоящая любовь, что они созданы друг для друга. Может быть, он прав? Может быть, ей следует вернуться домой уже в качестве жены Натана? Там она и останется, дожидаясь его возвращения. Разве мало довелось ей видеть крови и страданий?
Натан пообещал раздобыть отдельный номер в гостинице в Ричмонде, где обычно останавливался во время увольнительного отпуска.
– Правда, это будет не так-то просто: цены там немыслимые. Гостиница переполнена семьями беженцев и теми, кто приехал навестить родных в Чимборазо. Кофе там стоит полтора доллара фунт, а чай – пятьдесят. Даже за писчую бумагу дерут по пятьдесят центов за лист. Многие вынуждены писать письма домой на старых газетах или оберточной бумаге – что подвернется под руку. А табак! Если даже и посчастливится найти его, вряд ли он окажется по карману простому солдату!
– Надеюсь, что дома дела не так плохи.
– Не знаю, Кэтрин, – с тревогой отозвался Натан. – Но я бы хотел, чтобы мы поскорее поехали туда и выяснили все сами. Одно дело – читать газеты, и совсем другое – взглянуть собственными глазами.
Оказалось, что платье, надетое на Китти, было единственным в ее гардеробе. Натан настоял немедленно купить новые платья.
– Сегодня вечером в гостинице будет бал, и я желаю танцевать с самой прелестной девушкой во всем Ричмонде.
– Натан, все это слишком напоминает мне старые времена! – мрачно заметила Китти. – В тот, первый раз, когда ты пригласил меня на бал, у меня также не нашлось подходящего платья.
– Любовь моя, – улыбнулся Коллинз, гладя ее по колену, – однажды ты станешь самой шикарной дамой во всем графстве Уэйн! Твои туалеты будут доставляться от известных европейских портных, сшитые специально для тебя! Все остальные женщины станут равняться по тебе – по твоему стилю, по красоте, по общественному положению. А для начала я бы желал приобрести платье для сегодняшнего вечера, который станет непростым для нас обоих. Я представлю тебя всем своим друзьям в Ричмонде и объявлю о том, что скоро мы поженимся. С прошлым все будет покончено.
Китти с любопытством покосилась в его сторону. Временами Натан впадал в непонятную задумчивость, молча глядя на нее рассеянным взором, и оставалось лишь гадать, какие мысли бродят в его белокурой голове. Уж не борется ли он с воспоминаниями о Люке Тейте и Тревисе Колтрейне, не преследует ли его образ Китти в объятиях соперника? И не потому ли он так торопится со свадьбой? Может быть, он вообразил, что после заключения брака по всем правилам ее тело будет принадлежать целиком ему, ему одному? Вряд ли гордыня позволит Натану так легко расстаться с унизительными видениями. Вряд ли этому вообще суждено произойти. Он сильно изменился: ловко носит мундир, щеголяя военной выправкой, тяжелой кобурой с заряженным пистолетом, длинной саблей, задевающей за начищенные до блеска сапоги, золотыми офицерскими нашивками… Майор Натан Коллинз, Конфедерация Штатов Америки – гордый собой, если не сказать надменный. Китти не понравился тон, каким он давал приказания подчиненным ему солдатам. Один из них даже передразнил его, правда, за спиной Натана. Было видно, что у солдат он не в чести. Китти напомнила ему об этом. Но Коллинз только рассмеялся в ответ:
– Кэтрин, любому рядовому хочется стать офицером, особенно в армии янки. Но мы всегда повторяем солдатам: не думайте, что офицерская жизнь – настоящий рай! Цельтесь прежде всего в офицеров. Старайтесь не убивать их, а только ранить, потому что раненый создает для остальных больше проблем, нежели мертвый, особенно если ранили офицера. Его никто не посмеет бросить на поле боя!
– Но за что твои подчиненные так тебя не любят? – не унималась она.
– Кэтрин, – раздраженно откликнулся Коллинз, явно не желая возвращаться к столь щекотливой теме, – меня поставили над людьми, чтобы командовать ими, а не нянчиться, как с детьми. Им следует усвоить, что их обязанность – выполнять то, что я скажу, и выполнять немедленно. Если для этого приходится прибегать к порке, заключению на гауптвахту или другим мерам, я ни минуты не колеблюсь и делаю все, что сочту нужным. Они об этом отлично осведомлены, и естественно, не рады. Однако они уважают меня и подчиняются, а это самое важное.
Но Китти в этом сильно сомневалась.
Добравшись до гостиницы, она вдруг почувствовала себя совершенно разбитой.
– Пожалуйста, пришли мне платье, которое выберешь для сегодняшнего бала. А я бы хотела немного отдохнуть. – Она действительно не могла вспомнить, когда спала в последний раз.
– Отлично, – кивнул Натан. – Пока я прикажу принести тебе ванну, а позже пришлю служанку, которая поможет переодеться.
Китти подошла к кровати, устало опустилась на нее и тут же провалилась в глубокий сон. Через несколько часов ее разбудил стук в дверь.
На пороге номера стояла чернокожая служанка, за ней виднелись слуги с ванной. Ее внесли в комнату и наполнили горячей водой. Китти заикнулась было, что будет мыться сама, однако служанка не сдавалась:
– Майор Коллинз велел непременно вас выкупать, потому как вы слишком устали, а он желает видеть вас свежей и полной сил. В гостинице только и разговоров, что про нынешний бал. Майор купил чудесное платье, и я помогу вам одеться. Можете во всем положиться на Мейбл!
Итак, впервые в жизни Китти мылась с помощью служанки. Мейбл ловко справилась со своим делом, после чего надушила Китти ароматными духами, напоминавшими тонкий запах магнолий, росших на ее родине, в Северной Каролине.
Мейбл разложила покупки Натана: шелковое нижнее белье, тонкие чулки, туфли, удивительным образом пришедшиеся как раз по ноге. Китти невольно улыбнулась такой предусмотрительности.
Но вот наконец служанка принесла платье – воздушное, из нежно-голубой тафты, отделанное тончайшим кружевом.
– У вас отличная грудь, – ничуть не смущаясь, заявила Мейбл, подавая Китти платье. – Никаких корсетов не надо. Я знаю множество женщин, готовых пойти на что угодно ради такой груди, как ваша. И когда вы будете рожать Майоровых деток, непременно позаботьтесь о кормилице – иначе пиши пропало. Они вас высосут до донышка.
Его дети. У Китти тут же загорелись щеки, но вовсе не от радостного предвкушения. Ее сильно смутила перспектива рожать Натану детей. Но почему? Ведь она любит его по-настоящему и должна радоваться тому, что у них со временем могут появиться дети. По крайней мере, так ее учили в детстве.
– Ох, мисс Кэтрин, – восторженно улыбнулась Мейбл, когда с туалетом было покончено, – как увидит вас господин майор, так и обомлеет! Уж такая вы красавица! Мне приходилось одевать многих девушек, но ни одна из них вам и в подметки не годится! Ну и майор, конечно, видный мужчина. Нынче вечером в Ричмонде вы будете самой чудесной парой на балу! Непременно улучу минутку и полюбуюсь на вас хоть одним глазком, как начнутся танцы! А уж майора попрошу, чтобы разрешил мне стать вашей личной служанкой!
Китти стало совсем не по себе от поднятой вокруг нее шумихи. Она торопливо поблагодарила Мейбл и попросила уйти, сказав, что желает побыть одна, прежде чем спустится вниз.
Из большого зеркала на нее глянуло бескровное худое лицо. Натан был прав. Она устала. Даже пришлось слегка похлопать по щекам, чтобы сделать их чуть-чуть розовыми.
А потом медленно и неохотно ее взгляд опустился на высокую, полуобнаженную грудь. И Китти с гордостью подумала, что купленное наугад платье едва вмещает ее пышный бюст.
И тут же на нее нахлынули воспоминания: лесные дебри Теннесси, лунный свет, ласкающий два обнаженных тела, распростертых на волшебном ложе из хвои и мха. И голодный взгляд Тревиса, пожирающий ее грудь, и его шепот:
– Боже мой, женщина, ты прекрасна! Ты хоть понимаешь, что любого можешь свести с ума?
Она же, не в силах вымолвить ни слова, замерла, предвкушая тот экстаз и блаженство, что должны были вот-вот овладеть ее телом.
И тогда Тревис осторожно начал ласкать ее груди. Китти застонала, содрогаясь от страсти. Почему он до сих пор медлит, почему не овладеет ею? Ведь вот она, горячая, пульсирующая плоть, прижимается к ее бедру – значит, Тревис хочет ее не меньше, чем она его. Но ему нравится ласкать ее, доводя до исступления, ощущаться податливое, трепещущее от желания тело.
Вот его губы сжимают розовый бутон, отчего у Китти начинаются легкие спазмы, а тем временем его рука скользит вниз, и раздвигает ей бедра, и ласкает влажную, чувствительную кожу.
– Возьми меня… пожалуйста… – молит она, забыв о стыде, и царапает ему плечи и спину, сама не замечая того, стараясь прижаться еще теснее.
Но он не спешит. Налитое кровью мужское копье еще сильнее трется о ее бедра, обещая, что скоро, очень скоро, она получит его целиком и познает высшее блаженство. Но не сейчас. О нет, не сейчас, ведь сначала он должен довести ее возбуждение до предела, чтобы она стонала и рыдала от наслаждения.
…Китти тряхнула головой, пытаясь вернуться к действительности. Она вся пылала. Господи, да что же это с ней? Ведь всего пару недель назад она обрела человека, дорогого ее сердцу, и они вот-вот станут мужем и женой. Так почему она не в силах выбросить из головы Колтрейна, у которого вообще не было никакого права к ней прикасаться?! Что за непонятное удовольствие извлекает она из воспоминаний о его ласках?
Китти вытерла кружевным платочком набежавшие на глаза слезы и торопливо направилась к двери.
Внизу, в холле, ее уже давно ждет Натан.
В уши ей ударили звуки скрипок, банджо и барабанов. Кто-то лихо наяривал на пианино. Зажигательная, ритмичная музыка не позволяла никому остаться равнодушным. Китти услышала оживленные голоса, и ей стало ясно, что праздник в самом разгаре.
Подойдя к лестничной площадке, она нерешительно приподняла подол юбки и стала спускаться.
Неожиданно музыка умолкла, по толпе пронесся шепот, и Китти поймала на себе завистливые взгляды женщин и восторженные – мужчин.
А над притихшей публикой звенел возбужденный голос Натана: судя по всему, он успел изрядно выпить, но тем не менее его речь звучала гордо и даже заносчиво:
– …мою будущую жену! Разве она не красавица? И я несказанно горд познакомить вас с самой красивой женщиной в Ричмонде, с чудесным цветком из Северной Каролины – мисс Кэтрин Райт!
Ответом ему был громкий гул аплодисментов и голосов тех мужчин, которые не побоялись согласиться с высказываниями майора, несмотря на присутствие своих жен и барышень.
Натан встал у подножия лестницы, протянув в ожидании руку. Внезапно ожившая скрипка рассыпалась звонким арпеджио и принялась выводить ритмичный менуэт. И Натан повел Китти в танце, хрипло шепча ей на ухо:
– Кэтрин, Кэтрин, моя, только моя, моя милая, моя невеста, прекрасная, бесподобная…
А Китти отлично осознавала волшебное очарование ее глубокого декольте, обнаженных округлых плеч и высокой, пышной груди. О, как она гордилась собой в эту минуту!
Менуэт кончился. Заиграли другие мелодии, и мужчины ринулись наперебой приглашать Китти, однако Натан никому не уступил своих привилегий.
– Она моя… – Он все больше пьянел. – Моя, только моя, и я не желаю делиться ни с кем из вас!
Кое-кто явно недоумевал, иные не на шутку сердились. Натан вел себя не по-джентльменски. Гости, толпившиеся вдоль стен, принялись шушукаться, многозначительно косясь в сторону майора и его красавицы невесты.
– Натан, что с тобой? – возмущенно шепнула Китти. – Ты… ты совершенно пьян!
– Я опьянен твоей красотой! – расхохотался Коллинз и тут же наступил ей на ногу.
– Натан, ты выставляешь и себя, и меня на посмешище!
– Что-то здесь слишком душно. – Он внезапно схватил ее за руку и грубо потащил к дверям на террасу. Недоброжелательный шепот стал громче – толпа следила, как эти двое торопливо пересекают зал и скрываются за сценой, на которой расположился оркестр.
На террасе Натан покачнулся, но вовремя ухватился за мраморные перила, неловко повернул голову и уставился на Китти осоловелым взглядом:
– Кэтрин, ты понятия не имеешь, как сильно я тебя люблю, – невнятно простонал он. – Кажется, я помню все до мелочей: и как переливаются сиянием твои волосы, и как блестят твои глаза – такие синие, что переспорят любую фиалку, – и как в них мелькают алые искорки, когда ты злишься. А твои ресницы…
Он потянулся было, чтобы погладить ее, но Китти отшатнулась.
– …Твои ресницы сверкают так, как будто их попудрили золотой пыльцой. И когда ты нынче вечером спускалась в зал, мне показалось, что в жизни я не видел никого прекраснее. Боже, ты просто ослепительна! Как я хочу, чтобы поскорее настал тот миг, когда я смогу заняться с тобой любовью!
Возможно, его слова и не показались бы Китти оскорбительными, если бы были произнесены на трезвую голову. А он еще грубо схватил Китти, запрокинув ее на низкие перила и жадно целуя грудь…
– Нет сил дождаться, когда наконец я буду ласкать тебя, обнаженную, вот так…
– Натан! – Она хотела было отпихнуть его, но Коллинз только сильнее сжал руки. – Натан! Что с тобой? Я впервые вижу тебя таким…
– Извини, – сдался он, и Китти немедленно выскользнула из его рук. – Я просто слишком люблю тебя и не могу дождаться, когда же мы наконец поженимся… и сможем…
– И сможем заняться любовью? – выпалила она. Натан недоуменно посмотрел ей в лицо, полуосвещенное отблесками канделябров в бальном зале. – Насколько я понимаю, именно об этом ты мечтаешь – заняться со мной любовью? Значит, ты хочешь жениться на мне только ради этого?
– А что здесь такого? – Он покачнулся и икнул.
– Но ведь женщину берут в жены не только для постели.
– Ну, может, и так. – Он тяжело облокотился на перила. – Но сначала я овладею тобой, и ты станешь полностью моей. Тогда, я может быть, забуду о том, как тебя лапали другие. Теперь на их месте буду я, только я, и я сделаю это так хорошо, что ты и думать забудешь о них!
Она повернулась было, чтобы уйти, но Натан с неожиданным проворством рванул ее за руку так, что едва не опрокинул через перила, резко развернул к себе лицом.
– Слушай, что я скажу, – прорычал он, внезапно превратившись в опасного, жестокого врага, – я не в силах смириться с тем, что с тобой случилось! Помнишь, я с самого начала не хотел, чтобы ты совалась в эту войну? Если бы ты осталась дома и не связалась бы с доком, то ничего бы такого не было! Но нет, ты корчила из себя упрямую, независимую – и вот к чему это привело! А ну-ка признайся мне, милая Кэтрин, который оказался лучшим – Тейт или Колтрейн? Или их было такое множество, что ты и не упомнишь, с кем было лучше всего?
Ее рука поднялась, чтобы ударить его, но Натан перехватил ее.
– Послушайте, майор Коллинз, – Китти метнула на него яростный взгляд, – я думаю, что вам следует поспешить в графство Уэйн и разыскать там Нэнси Уоррен! Может быть, она окажется той непорочной девочкой-паинькой, которая соответствует твоим представлениям об идеальной супруге! А меня будь добр оставить в покое!
Ноздри Китти гневно трепетали, в глазах бушевало пламя. Перед ней стоял не тот человек, которого она когда-то любила, а тупой, эгоистичный ревнивец, с которым ей вовсе не хотелось иметь никаких дел.
На миг в глазах Натана вспыхнул ответный гнев, но тут же он рассмеялся:
– Нэнси Уоррен? Да она бегала ко мне на сеновал с десяти лет! Милашка Нэнси никогда ни в чем не могла мне отказать, потому что любит меня, чего явно не скажешь про тебя!
Он выпустил Китти, и она опрометью кинулась с террасы, в зал, через толпу любопытных зевак, провожавших удивленными взглядами ее поспешное бегство вверх по лестнице, к себе в номер.
Это война, война исковеркала их жизни. Натан стал совсем другим, она почувствовала это с первого дня их встречи. Упав на кровать, бедняжка дала волю слезам. Она оплакивала свою любовь к Натану, которой никогда не суждено стать такой, какой ей мечталось. Она оплакивала Тревиса – и их любовь, которая могла быть настоящей, но умерла, едва родившись. И конечно, она оплакивала себя, и свое прошлое, и свое будущее, пугавшее жуткой пустотой.
Война не пожалела ни ее отца, ни мать, ни Энди Шоу, ни Дэвида Стоунера, ни Тревиса Колтрейна. А ее, Китти, жизнь вообще кончена. О, конечно, она может вернуться в госпиталь, заботиться о раненых и делать все, что в ее силах. А что потом? Что ждет ее в будущем? А если Север все же выиграет войну, что ждет их всех?
Китти не смогла побороть приступ тоски и безнадежности. Началась жуткая головная боль, и слезы снова хлынули из глаз. Нарыдавшись до изнеможения, Китти незаметно заснула…
И он явился к ней из дымки грез, и раскрыл объятия. Его черты были почти неразличимы в оранжевом сиянии, омывавшем их тела. Его губы были горячими, жадными, так же как и руки, торопливыми движениями скидывавшие с нее платье.
– Моя… – доносился сквозь оранжевый туман страстный шепот. – Вся моя… навсегда, навсегда…
Кто же этот незнакомец, сотканный ночным мраком, этот лишенный лица любовник, который вот-вот овладеет ею? Его ласки казались такими знакомыми. И вдруг туман слегка рассеялся, и она различила темно-синий мундир, и черную бороду, и глаза цвета булатной стали, пылавшие желанием. Тревис… Тревис не погиб. Он здесь, живой, он ласкает ее, он прижимает к себе ее тело и сливается с ней, и она хочет его, хочет вобрать его в себя целиком. И она приняла его, обхватив ногами напряженные ягодицы, прижала к себе, побуждая войти глубже в трепетное, влажное лоно.
– Тревис… Тревис… Я хочу тебя… – не ведая стыда, зашептала она. – Тревис, ты жив…
И вдруг все замерло. И раздался звук, больше всего напоминавший вой раненого зверя. Китти почувствовала жестокий удар по лицу и распахнула глаза навстречу ошеломляющей реальности.
– Ах ты, сука! – раздался во тьме голос Натана. – Стало быть, это тот ублюдок, Тревис Колтрейн! Это он увел тебя!
Он поспешно соскочил с кровати. Китти испуганно отшатнулась, чувствуя волны ярости, исходившие от его потного, разгоряченного тела. Но Натан ринулся вперед и, ухватив ее за волосы, стал со страшной силой трясти.
– Натан, перестань! – вскрикнула она от боли, но Коллинз, казалось, не слышал ее.
– Эй, что там за крик? – Кто-то громко постучался в дверь номера. – Что у вас творится? Откройте!
В мгновение ока Натан выпустил ее волосы.
– Все в порядке, – ответил он на удивление ровным голосом. – Просто выпил лишнего!
– Ну так и нечего буянить! – сердито проворчали за дверью. – Постояльцы жалуются. Еще одна такая жалоба – и ты, солдат, вылетишь отсюда, как пробка!
– Я тебе не солдат, я офицер! – взревел Натан, снова разъярившись. – И вали отсюда к черту!
Натан неловко подобрал с пола одежду, перебросил ее через плечо и направился к двери, которую Китти до сих пор не замечала. Оказывается, они находились в смежных комнатах! Коллинз вышел, громко захлопнув за собой дверь…




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовь и война - Хэган Патриция



гадоооооооооооооооооооооооооость 1бал
Любовь и война - Хэган Патрицияlika
16.03.2013, 11.02





Прелесть 10 баллов
Любовь и война - Хэган ПатрицияMari
21.03.2016, 7.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100