Читать онлайн Любовь и война, автора - Хэган Патриция, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь и война - Хэган Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь и война - Хэган Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь и война - Хэган Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хэган Патриция

Любовь и война

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

Китти ворочалась во сне, то и дело чувствуя уколы острых игл. Прошло уже полгода, но она так и не привыкла спать на подстилке из соснового лапника.
Она с неохотой приоткрыла глаза: в щели бревенчатой хижины сочился серенький рассвет. Огонь в очаге давно погас. В сумерках угадывались очертания убогой обстановки: стол из неструганых досок, положенных на перевернутые бочки, да чурбаки вместо стульев. В противоположном углу пустовали места, где обычно спали подручные Люка.
И тут она вспомнила. Ранние сборы. Было еще совсем темно, когда они закопошились, собираясь в очередной набег, чтобы снова убивать и грабить. При одной мысли об этом у Китти все сжималось внутри. Всякий раз они возвращались целыми и невредимыми и хвастались своими подвигами, привозя продукты, награбленные вещи и золото. И конечно, не забывали про виски. Люк напивался и брал ее тогда с особенной жестокостью. Но иногда ей везло: не дойдя до нее, он засыпал прямо за столом.
Зима!.. Есть ли на свете еще более холодная зима, чем та, которую они коротали в горах, на границе между Северной Каролиной и Виргинией? Снег выпал в самом начале декабря и так и ни разу не растаял в том ущелье, где находилась их хижина. Мало того, вокруг постоянно завывал ледяной ветер, и Китти уже забыла, когда в последний раз было тепло. Стужа, непрерывная стужа.
Люк привел сюда свою банду, решив, что в приграничной зоне мародерствовать будет удобнее. Орвилль Шоу разведал, что западные графства в Виргинии не настроены воевать, и, когда штат отделился от Союза, стали поговаривать об отделении этих графств от штата. Люк нюхом чуял, что отлично может поживиться, ловя рыбу в мутной воде и выдавая себя то за конфедерата, то за янки – в зависимости от ситуации.
Еще Орвилль доставил новости о том, что после проигранной битвы при Булл-Ран Север понял, что Юг разгромить не так-то просто, как казалось. Прошел слух, что президент Линкольн призвал проявившего себя талантливым командиром генерала Джорджа Б. Макклеллана на берега Потомака, чтобы наделить полномочиями главнокомандующего и поручить создать боеспособную армию, отлично вымуштрованную, организованную и дисциплинированную.
С другой стороны, рассказывал Орвилль, армия конфедератов собирается возводить небывалую линию укреплений в районе Манассасской развилки – то есть не далее как в двадцати пяти милях от Вашингтона. Почти вся территория находится под контролем патрулей южан, практически перекрывших доступ к Вашингтону по водам Потомака.
– Этой войне конца не видно! – довольно восклицал Люк. – А когда она кончится, мы станем богачами – независимо от того, кто победит!
Ах, как Китти ненавидела его! Она прежде никогда не думала, что можно так ненавидеть и желать смерти другому человеку. Через несколько недель после пленения она утратила силы обманывать себя и вынуждена была признать, что не грезит, что этот кошмар происходит наяву. Если бы только в руки попало ружье или нож, она прикончила бы их всех, одного за другим. Люк чувствовал ее настроение звериным чутьем и знал, что она упорно ждет своего часа. И позаботился о том, чтобы этот час не настал никогда. Она почти все время оставалась связанной – если только рядом не находился кто-то, способный присмотреть, чтобы пленница не попыталась добраться до оружия. Живым подтверждением были кровавые ссадины на запястьях от грубо завязанной веревки.
Скрипя зубами, Китти повторяла про себя, что в один прекрасный день у нее все же должен появиться шанс. И все, что она может сейчас сделать, – терпеливо ждать и быть наготове.
Казалось, этой зиме никогда не будет конца. Китти почти ни с кем из бандитов не разговаривала. Она готовила для них, жарила мясо, пекла лепешки и поддерживала огонь в очаге. А когда вся работа была сделана, когда ветер и снег ярились в бесконечной ночи, а бандиты пили виски и резались в кости у очага, она пряталась в свой угол, на подстилку из лапника и, повернувшись ко всем спиной, думала о Натане.
Где-то он сейчас? Приезжал ли домой в конце лета, как они уславливались, в надежде найти там ее, свою невесту? Старался ли разыскать ее, когда узнал, что они с доком пропали, отправившись на помощь раненым конфедератам на побережье? Жив ли он еще?
А что стало с отцом и матерью? Не погибли ли они? Да и самой ей имеет ли смысл продолжать жить? Может, лучше вывести из себя Люка, чтобы тот окончательно рассвирепел и положил конец этому аду?
Но нет, нет, ведь у нее есть надежда, что ей удастся пережить этот ужас. Может быть, Натан сейчас ищет ее. Она должна верить – просто должна!
Дрожа от холода, Китти подумала, что ей следует подняться и развести огонь. Если Люк вернется и обнаружит, что в хижине холодно, обязательно изобьет ее до полусмерти.
Тут Китти вспомнила, что у нее совсем не осталось дров. Натянув драные брюки конфедерата, она накинула куртку и выбралась наружу за хворостом. Среди трофеев Люка имелось немало более добротных вещей, но все они принадлежали янки, а Китти испытывала почти физическое отвращение к мундирам темно-синего цвета. Устрашающие истории, которыми так и сыпал Люк, и сознание того, что именно из-за войны она угодила в этот ад наяву, поселили в ней стойкую ненависть к Северу, развязавшему братоубийственную бойню. Эта ненависть автоматически переносилась на все, что напоминало ей янки. Взять хотя бы вот эти сапоги, которые когда-то носил янки, прирезанный Люком в болотах прошлым летом. Долгое время она обходилась без обуви. Тейту было безразлично, что Китти ходит босая. Однако с наступлением холодов у нее не осталось выбора, разве что отморозить ноги до костей. Естественно, башмаки, в которых она когда-то выехала из Голдсборо вместе с доком, давно развалились на части. Так что пришлось надеть ненавистные сапоги.
Серое небо нависло над самым лесом, а это означало близкий снегопад. Все вокруг было укутано белым покрывалом. Посмотрев вверх, Китти попыталась определить на глаз высоту стройных сосен – пожалуй, самые мощные достигали ста футов. У подножия некоторых из огромных снежных сугробов еле выглядывали маленькие сосенки. Кое-где можно было заметить сухие стебли прошлогодней травы и ветви американского лавра и черники, чья зелень раньше всего помогает матери-природе скрыть наготу весенней земли. Пожалуй, скоро начнется весна – вот только одному Богу ведомо, когда именно? Если растает снег и прекратятся бураны, не захочет ли Люк сменить свое логово? По крайней мере, многим из головорезов уже не сидится на месте. И тогда, в дороге, ей может представиться шанс сбежать…
Странный звук заставил ее подскочить от испуга и выронить собранный с таким трудом хворост. Развернувшись, она оказалась вплотную с диким вепрем – длинный, костлявый, с узким рылом, покрытый грязной облезлой щетиной. Он перебегал прогалину, рыча и фыркая на ходу, не обращая внимания на присутствие Китти. Невольно девушка подумала, что, если бы у нее оказалось ружье, она запросто подстрелила бы вепря – и на ужин было бы свежее мясо.
Внезапно до нее долетел громкий хруст ломившихся через чащу верховых. Она оглянулась на звук со странной надеждой. Господи, хоть бы это оказался кто-то другой, а не Люк со своими бандитами! Сделай чудо! Пусть это окажется патруль конфедератов, или виргинцев, или даже индейцев… кого угодно, лишь бы он дал ей свободу!
Однако надежда скоро угасла – Китти с отвращением узнала заляпанного грязью коня Люка Тейта. За ним ехали остальные. Ее внимание привлекла фигура человека, безжизненно поникшего в седле: шинель залита кровью, руки безвольно болтаются. Китти показалось, что ряды банды поредели. Она торопливо пересчитала: да, троих не хватает… но прежде чем успела что-то сообразить, Люк едва не наехал на нее и грубо рванул за руку в сторону хижины:
– Давай назад! Орвилля подстрелили. Ты должна ему помочь. – Широко распахнутые глаза полыхали дикой яростью. – Трое моих парней погибли, и черта с два я бы хотел потерять четвертого!
Он поволок ее в хижину, следом за ними внесли Орвилля.
– Положите его на стол, – велел Люк и тут же наткнулся взглядом на холодный черный очаг. – Ах ты, ленивая сука! – Он с силой ударил Китти, так что она отлетела к стене. – Ты что, хочешь заморозить нас до смерти?! Сайлас, чтоб сию минуту был огонь! Пол, а ты принеси докторскую сумку из фургона!
На глаза Китти навернулись слезы при виде до боли знакомой черной кожаной сумки доктора Масгрейва в руках Пола Грея. А она и не знала, что негодяи таскали сумку за собой. Грей поставил саквояж на пол, а Люк рявкнул:
– О'кей, волоки его на стол – и за дело!
Орвилль заорал от боли, и Пол влил ему в глотку виски. Раненый закашлялся, но все же сделал несколько глотков, после чего безвольно откинул голову, закатив глаза. На какое-то время он перестал чувствовать боль.
Китти замерла в нерешительности: она молила Бога, чтобы Орвилль умер без ее участия. Взгляд Люка буквально прожигал девушку. Он подскочил к ней и стал трясти что было сил.
– Послушай, я же знаю, что ты можешь его спасти! Я слышал, как в округе говорили, что ты лечишь не хуже, чем сам док! А теперь валяй сделай что-нибудь для этого малого, не то, клянусь преисподней, удавлю тебя голыми руками, Китти Райт!
Она ответила ему яростным взглядом. Что ж, пусть душит, но она не способна творить чудеса!
– Он потерял слишком много крови, а я не хирург! Единственный, да и то слишком мизерный шанс сохранить ему жизнь – это отнять руку!
Все четверо бандитов, топтавшихся возле стола с раненым, застыли как по команде, уставившись на Китти. Люк первый обрел дар речи:
– Ты сказала, что должна отрезать ему руку?..
– Я не могу обещать, что даже ампутация спасет ему жизнь. – Китти стало совсем тошно. – Я уже сказала: он слишком ослаб от потери крови. – Люк ошарашенно уставился на Орвилля, и она торопливо проговорила: – Послушай, ну какой он тебе помощник – с одной-то рукой? И если уж на то пошло, он и о себе не позаботится. Почему бы тебе просто не оставить все как есть и не дать ему умереть? Может, сам он выбрал бы именно это?
– Не твоего ума дела – решать такие вещи! И не моего. Мы должны сделать все, что можем, чтобы спасти его жизнь. А теперь за дело, покажи, на что ты способна! – И он подтолкнул ее к столу, сунув ей в руки саквояж доктора Масгрейва.
Китти исследовала его содержимое. Там почти не было необходимых инструментов, только острый, как бритва, охотничий нож, наполовину сломанный зонд да пинцет для извлечения пуль. В графстве Уэйн никто не воевал, и доку редко приходилось извлекать пули или ампутировать конечности. Он помогал роженицам, он лечил тех, кто страдал лихорадкой и пневмонией, или, на худой конец, зашивал ножевые раны. Главный хирург графства обещал прислать из Ралея новый набор инструментов для госпиталя в Голдсборо, однако перед выездом на побережье упаковали лишь то немногое, чем располагали. У дока попросту не было сияющих новеньких инструментов, которые он мог бы положить в сумку.
– Разденьте его до пояса, – пробормотала в пространство Китти. Тут же раздался треск раздираемой ткани, и Орвилль застонал от причиненного беспокойства.
Китти подошла поближе и принялась осматривать рану.
– Ну, черт бы тебя побрал, скажешь что-нибудь или нет? – нетерпеливо окрикнул Люк. – Сможешь его вылечить, не отрезав руки?
– Нет, – твердо ответила она, с ужасом подумав, что, если Орвилль умрет во время операции, ее обвинят в намеренном убийстве.
Люк схватил первую попавшуюся фляжку и отхлебнул виски прямо из горлышка.
– Валяй, – прохрипел он, вытирая рот тыльной стороной ладони. – Делай, что положено.
– Это не так-то легко. Вам придется привязать его к столу, он будет кричать – ему предстоит вынести сильную боль. Но у меня нет ничего, кроме виски, и я не могу дать ему общий наркоз.
– Мы его подержим. Это пусть тебя не волнует. Ты только не тяни, кончай поскорее!
Китти приступила к ампутации, делая все так, как учил ее док Масгрейв. Прошло немало времени, прежде чем она, наложив последний шов, с облегчением вздохнула. Невероятное напряжение – и духовное, и физическое – да в придачу вид отрезанной ею же самой руки, валявшейся под ногами… Это было выше ее сил.
– Пожалуйста, перевяжите его сами…
Люк едва успел подскочить к ней, чтобы обхватить за талию и помочь добраться до угла. Она бессильно опустилась на подстилку из лапника.
– Лежи, да не залеживайся, – грубо велел он. – Чтоб через час была на ногах. Я хочу, чтобы ты не отходила от него ни на минуту, пока не минует опасность.
Растянувшись на своем колком ложе и впервые не замечая иголок, Китти устало подумала, что период выздоровления может продлиться недели.
Она попыталась собраться с мыслями и понять, что же произошло с отрядом Люка. Совершенно очевидно, что их занесло в какой-то салун. Но в какой и где именно? Далеко ли от них ближайшее жилье? Они приехали в эту хижину темной ночью, и Китти не успела разглядеть дороги, а за всю зиму ей ни разу не позволили отойти далеко от этих мест. Сегодня они отсутствовали несколько часов. Значит, где-то близко должна быть деревня, и Люк недаром постоянно хвалился, что может скрывать свои следы не хуже любого индейца.
С новым всплеском надежды Китти подумала, что за ними могли погнаться. И выследить их логово, чтобы захватить в плен. Но это значит, что неизбежно завяжется перестрелка. Люк никогда в жизни не сдастся без боя. И скорее предпочтет убить Китти, чем позволит нападающим освободить ее.
Чем больше Китти думала о такой возможности, тем тверже убеждалась в том, что подобное нападение не должно застать ее врасплох. Следует позаботиться об укрытии – вот только каком? Ведь хижина представляла собой простое прямоугольное помещение и даже не имела окон – только одну дверь.
Чувство тоски и безнадежности охватило ее, на глаза навернулись горькие слезы.
– Поднимайся и приготовь еду, – больно пнул ее Люк. – Если Орвилль очнется, надо будет накормить его до отвала, чтоб окреп поскорее. Завтра на рассвете мы сматываемся отсюда!
– Но это невозможно! – ошеломленно посмотрела на него Китти. – Его нельзя трогать по крайней мере неделю. Это погубит его!
– Только не Орвилля. Он крепкий и выносливый. А тебе лучше не спорить со мной. Поскорее займись своим делом. У нас от голода животы свело.
Китти прежде всего направилась к своему пациенту, краем глаза отметив, что саквояж доктора успели припрятать подальше. А значит, пропала возможность незаметно укрыть под мешковатой рубахой острый охотничий нож, чтобы при случае пронзить насквозь черное предательское сердце Люка Тента.
Орвилль оставался без сознания, дышал тяжело и часто. Пожалуй, если дать ему покой и ухаживать как следует, он выкарабкается, решила Китти. Тогда как переезд его наверняка прикончит. Но теперь ей все равно. Она сделала все, что могла. И если Люку вздумается таскать его с места на место – что ж, смерть Орвилля Шоу будет не на ее совести, а на совести Тейта.
В ведре не осталось ни капли воды. Оглянувшись, Китти посмотрела на бандитов, уютно расположившихся возле очага и увлеченно обсуждавших недавнюю стычку и гибель своих сообщников. Нечего было и надеяться, что кто-то из них согласится отправиться к ручью за водой. Она должна сделать это сама.
Китти распахнула дверь навстречу ледяному ветру. Вот и опять пошел снег. Она торопливо двинулась вперед, стараясь как можно быстрее преодолеть крутой каменистый спуск ко дну оврага, где между покрытых снегом и наледью валунов струился холодный прозрачный ручей.
Осторожно опустив ведро в воду, она наполнила его до краев. А потом выпрямилась, вдыхая полной грудью морозный прозрачный воздух. Казалось бы, чего проще – спускаться по ручью все дальше и дальше от того ада, который ожидал ее в стенах убогой хижины. Есть ли поблизости люди? Найдет ли она помощь? Или Люк успеет догнать ее и выстрелить в спину?
Китти оглянулась еще раз на хижину, над которой вился серый дымок от очага, и приняла решение. Она будет продолжать спускаться с холма как можно быстрее. Если Люк все же поймает ее, попробует притвориться, что искала кое-какие целебные травы и коренья для Орвилля. Ну а если все же заблудится или станет добычей какого-нибудь дикого зверя – что ж, она готова принять и такую судьбу.
Потому что всякому терпению есть предел, рассуждала Китти, чувствуя, как застывают на ветру струившиеся по щекам слезы. «Я больше не в силах терпеть это! И если мне не суждено обрести свободу, то лучше умереть!» – с отчаянием подумала она.
Внезапно из засыпанного снегом куста вынырнул кролик и помчался прочь, забавно задрав вверх пушистый хвостик. Где-то приглушенно свистнула птица. Стояла полная тишина, и только снег бесшумно падал на заледеневшие листья. Китти почувствовала холод, но продолжала двигаться вперед и вперед, ни на минуту не останавливаясь. Она найдет помощь. Обязательно найдет!
Она споткнулась и упала еще раз, но не успела подняться, как чья-то сильная рука схватила ее сзади и толкнула лицом в снег.
– Ты что, вообразила, будто я не знаю, что у тебя на уме? – раздался отвратительный гнусавый голос Люка Тейта. – И позволю тебе удрать?
Китти с криком извернулась и попыталась ударить его, но Тейт легко перехватил ее кисти и повалился на нее всей тяжестью, раздвинув ей ноги.
– Ты еще ни разу не развлекалась этим в снегу? – усмехнулся он, возбужденный ее сопротивлением. – Я рад, что ты разозлилась. Мне чертовски надоело, что ты лежишь подо мной, как доска…
Китти попыталась попасть коленом ему в пах, но Люка это еще больше распалило: он рванул ее рубашку, обнажая грудь, и припал к ее соскам.
Китти затихла и осталась лежать неподвижно. Но уже в следующую секунду она захлебнулась собственным криком от жестокого рывка, с которым Люк грубо проник в ее тело. Похоже, ему доставляло особое удовольствие причинять ей боль. Сопя и рыча, он снова и снова вонзался в ее тело. «Как дикий вепрь, – мелькнуло в сознании Китти, – как тот грязный кабан, что выбежал на тропинку нынче утром…»
Но вот наконец Люк замер в последних судорогах. Какое-то время он лежал неподвижно, а потом быстро вскочил, поправил одежду и, не дав Китти опомниться, потащил ее в сторону хижины.
Он уже был почти у цели, когда прозвучал первый выстрел. Перепуганный Люк, отпустив Китти, пригнулся и побежал в укрытие. Китти легла в снег и поползла вниз по склону, подальше от перестрелки.
Раздался чей-то дикий крик. Китти обернулась и увидела одного из бандитов, выскочившего из дверей хижины и тут же рухнувшего замертво с хлеставшей изо рта кровью.
Следом за ним появился Пол Грей с карабином в руках. Он принялся стрелять в невидимого врага, но вот и он вскрикнул, схватившись за живот. Сквозь его пальцы потекла дымящаяся кровь. Пол согнулся пополам и ткнулся головой в сугроб.
А потом незнакомые люди ворвались в хижину – и раздались новые выстрелы и дикие вопли. Ветерок отнес в ее сторону облако пороховой гари, и она принялась гадать, что же случилось. Кто были нападавшие? И какая участь ждет теперь ее? Но если только это были конфедераты, они обязательно должны позаботиться о ней и помочь вернуться домой.
Конечно, как же она могла сомневаться! И она выпрямилась, радостно улыбаясь и с облегчением переводя дух. Конечно, это конфедераты, они охотились за Люком и его головорезами. А значит, кошмар кончился. Она спасена!
Кто-то вышел из хижины и направился прямо к ней, вниз по склону. Китти поспешила запахнуть разорванную рубашку.
– Слава Богу! – хрипло выкрикнула она, удивляясь про себя, почему на нем нет мундира конфедерата. – Слава Богу, вы здесь!
Его глаза равнодушно скользнули по Китти, и он сказал:
– Сэр, один успел удрать… тот, который тащил за собой девчонку.
Китти резко обернулась. Как же она до сих пор не заметила того, второго? Но он, даже не удостоив ее взглядом, спросил у первого:
– Все мерзавцы убиты?
– Да, сэр. Там валялся один раненый – судя по всему, ему недавно ампутировали руку, – так мы прикончили и его тоже. А вот тот, который тащил ее, удрал. У него стояла лошадь наготове. Наверное, почуял, что мы сели им на хвост.
Командир не спеша перевел взгляд на Китти такого ледяного взора ей еще не приходилось встречать. Ярко-серые глаза можно было бы назвать даже красивыми, если бы не таившиеся на их дне презрение и гнев. Густые блестящие волосы имели оттенок воронова крыла, а линия подбородка была тверда и решительна. Обнажив в улыбке ровные белые зубы, незнакомец сказал:
– Мадам, ваш любовник удрал. Увы, но нам придется взять вас в плен. Заверяю вас, что, если вы будете вести себя смирно, вам не причинят лишних неприятностей.
– Вы же ничего не поняли, – затараторила Китти, стараясь как можно скорее объяснить ситуацию, – не могла же она из одного плена попасть в другой! – Этот человек, Люк Тейт, держал меня в плену всю зиму.
– Рядовой, отконвоируйте женщину в хижину и заставьте приготовить для нас поесть. Там решим, что с ней делать.
– Нет, вы не поняли! – опять вскрикнула Китти, отчаянно набросившись на незнакомца и молотя его кулаками в грудь. На нем было накинуто грубое пончо, под которым невозможно было разглядеть мундир, но мужчина явно был военным, может, даже офицером. – Эти бандиты держали меня в плену! А теперь я хочу вернуться домой, в черную Каролину. Меня там ждут, я должна помогать работать в госпитале. И там осталась моя больная мать, а ко мне приедет жених, он офицер в «Уэйнском добровольческом», – пожалуйста, помогите мне! Почему вы слушаете меня?! – в отчаянии зарыдала Китти.
Перехватив ее руки, мужчина прошептал все с той же издевательской улыбкой:
– А вам известно что вы – настоящая красотка? И я отлично понимаю, почему мужчине захотелось сделать вас пленницей…
Она взорвалась от гнева, не в силах терпеть то, каким наглым взглядом скользят по ее телу эти холодные глаза…
Какой абсурд! Она вынесла целых шесть месяцев настоящего ада, чтобы теперь, когда ее мучители убиты, встретить все тот же дерзкий плотоядный взгляд!
– Я требую, чтобы меня немедленно отправили домой, к родным в Северную Каролину.
Налетел новый порыв ветра, и Китти зябко поежилась.
– Пойдемте, – незнакомец взял ее под руку, – и все обсудим в хижине.
– Но вы обязаны меня выслушать… – настаивала Китти, не поспевая за его стремительными шагами. – Меня зовут Кэтрин Райт, я родилась в графстве Уэйн, в Северной Каролине. И меня держал в плену дезертир, Люк Тейт, после того как предательски убил доктора Масгрейва, с которым мы ехали на помощь нашим раненым солдатам в битве за побережье, что состоялась прошлым летом…
Она замолкла, переступив порог хижины, откуда выносили трупы бандитов. При виде отрезанной руки Орвилля Шоу, бесцеремонно брошенной прямо в очаг, Китти невольно поморщилась.
– Похоже, я зря старалась, пытаясь спасти ему жизнь… – еле слышно пробормотала она.
– Что? – удивленно уставился на нее человек в пончо. – Вы хотите сказать, что ампутация – ваших рук дело?
– А чьих же еще! Я же без конца твержу вам, что должна поскорее вернуться домой! Там, в Голдсборо, открыли госпиталь для конфедератов, и я должна была работать в нем медсестрой. Док Масгрейв научил меня лечить людей, и я могла бы быть полезной нашим раненым.
– Мисс Райт, – многозначительно проговорил незнакомец, все так же двусмысленно улыбаясь уголком рта, – известно ли вам, что Люк Тейт со своей бандой терроризировал целую зиму всю округу, прикидываясь то федералом, то конфедератом – в зависимости от того, на чьей территории находился и на кого было удобнее свалить обвинение в мародерстве?
– Да, конечно, но не в моих силах было этому помешать. Я же вам объяснила. Они держали меня в плену.
– Сегодня, – продолжал он, сияя так, словно делился с Китти великой тайной, – нам удалось застать их на месте преступления, и, прежде чем банда сбежала, мы подстрелили троих. А потом выследили до самой хижины. И я бы хотел знать точно: это вы ампутировали руку у одного из бандитов?
Китти молча кивнула.
– Похоже, вам неплохо это удалось.
– Но я же говорила, меня научил доктор Масгрейв. И оттого я так нужна там, дома, чтобы помогать нашим солдатам!
Один из возившихся в хижине солдат как-то странно фыркнул, однако испуганно смолк от одного взгляда своего командира, который бросил на Китти внимательный взгляд:
– Я вам повторяю, мисс Райт. Нас послали сюда за Люком Тейтом – выследить и уничтожить…
– Ну, вот и отлично! – нетерпеливо выпалила она. – Правда, он удрал, но я не сомневаюсь, что вы его, в конце концов, поймаете. Вот только отправьте меня домой…
Он подошел к очагу, потрогал кофейник и обнаружил, что тот еще теплый. Со все возрастающим раздражением она следила, как незнакомец не спеша отыскал кружку и налил в нее горячую жидкость.
– Вот только в отношении вас возникает маленькая загвоздка. – Он сделал глоток, не спуская с Китти взгляда.
– Ну, как только вы доставите меня домой, все загвоздки исчезнут. – Неожиданно для себя она почувствовала, что от взгляда незнакомца ее бросает то в жар, то в холод. Этот человек принадлежал к тому разряду мужчин, которым доставляет удовольствие издеваться над женщинами. И еще этот странный акцент. Наверное, он выходец из Виргинии. Впрочем, ей все равно. Нетерпеливо топнув ногой, Китти воскликнула: – Итак, вы поведете себя как джентльмен и доставите меня домой – или мне придется отправиться пешком?
– Ни то, ни другое, юная леди. – Он согнулся в шутовском поклоне. – Позвольте же наконец представиться: капитан Тревис Колтрейн, а это солдаты из моего отряда…
– Приятно слышать! – От ярости она чуть не задохнулась. Да кончится это безумие или нет?! От близости свободы кружилась голова, вот только бы перестал так загадочно ухмыляться этот тип.
Капитан Колтрейн отпил большой глоток кофе, поставил кружку на залитый кровью стол, на котором недавно лежал Орвилль Шоу, и не спеша заговорил:
– Мисс Райт, мне кажется, вы все еще не поняли. Видите ли, я – капитан армии Союза, стало быть, отныне вы являетесь моей пленницей.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовь и война - Хэган Патриция



гадоооооооооооооооооооооооооость 1бал
Любовь и война - Хэган Патрицияlika
16.03.2013, 11.02





Прелесть 10 баллов
Любовь и война - Хэган ПатрицияMari
21.03.2016, 7.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100