Читать онлайн Любовь и война, автора - Хэган Патриция, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь и война - Хэган Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь и война - Хэган Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь и война - Хэган Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хэган Патриция

Любовь и война

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

Китти безутешно рыдала над телом Масгрейва, пока мародеры перегружали содержимое фургона в свои седельные сумки. Бедняжка умоляла позволить ей похоронить человека, которого она любила почти так же преданно, как отца, но услышала в ответ лишь оскорбительный хохот. Люк небрежно, словно мешок с овсом, швырнул ее на круп лошади и повез в глубину болот, где устроил себе тайное логово в пещере на берегу мутного ручья.
Добравшись до стоянки, бандиты торопливо принялись разгружать добычу, то и дело бросая алчные взгляды на сидевшую у костра Китти. В которой раз она повторяла про себя, что не имеет права показывать, насколько испугана и растеряна таким поворотом событий. Ни при каких условиях эти люди, подобные хищникам, не должны думать, что одержали над жертвой вверх. И пленница приказала себе успокоиться, чего бы ей это ни стоило, – ее взгляд должен выражать гнев, а не страх и отчаяние!
Внезапно перед ней опустился на корточки Люк Тейт, злорадно потирая грубые ладони:
– Ну что, Китти, вот мы и свиделись снова. Долго же мне пришлось ждать…
– Наверное, не меньше, чем твоим дружкам в капюшонах, прежде чем им удалось застать врасплох моего отца? – Она смерила его холодным презрительным взглядом, сама удивляясь собственной выдержке.
– Да меня это не очень-то волновало с самого начала! – Он улыбнулся, обнажая пожелтевшие от табака, обломанные зубы. – Ты не забыла, что еще раньше меня прогнал твой богатый женишок?! Вот с ним я бы очень хотел поквитаться – и обязательно дождусь своего часа. Я всегда говорю, что если быть терпеливым, то можно добиться чего пожелаешь.
Он потянулся и схватил Китти за грудь, радостно хохоча оттого, что пленница вскрикнула от боли и попыталась отодвинуться. Негодяй процедил с издевкой:
– А ты не дергайся, вот и не будет больно…
Глядя на него с ненавистью и отвращением, девушка закусила губу и постаралась остаться неподвижной.
– Вот так. – Грубые пальцы ослабили хватку. – Иногда приходится ждать чертовски долго. Зато теперь я заполучил и припасы, и тебя в придачу!
– И убил дока! – гневно воскликнула Китти. – Клянусь, ты заплатишь за это, Люк Тейт, точно так же, как заплатил когда-то за попытку оскорбить моего отца!
Его лицо исказила злобная гримаса, он рванул ворот рубахи, обнажив отвратительный рубец, оставленный пулей из ружья Джона Райта.
– А как насчет того, чтобы заплатить вот за это? – Люк больно схватил ее за волосы и одним резким движением разорвал ее платье.
При виде обнаженной нежной груди глаза Люка алчно загорелись. Негодяй наклонился, чтобы коснуться ее губами, но пленница тут же извернулась и что было силы вцепилась зубами ему в ухо.
– Ах ты, чертова сука! – взревел он и ударил Китти с такой силой, что она опрокинулась навзничь. Не обращая внимания на капавшую из уха кровь, Люк стал торопливо расстегивать брюки: – Сейчас ты получишь урок, который запомнишь до самой смерти! Ты еще попросишь у меня прощения!
Вид огромной, затвердевшей мужской плоти заставил Китти собраться с силами и ударить Люка коленом в пах. Взвыв от боли, Тейт скорчился и откатился в сторону. Китти вскочила на ноги и стала отступать перед надвигавшимися на нее распаленными этой сценой бандитами.
– Хватайте ее… – простонал Люк. – Хватайте и вяжите!
В тот же момент к ней подскочил Сайлас Кенби, а следом за ним и только сейчас замеченный ею Орвилль Шоу. Оба плотоядно смеялись.
– Нет, нет!.. – Китти отбивалась что было сил, кусаясь и царапаясь.
Но разве могла она справиться с шестью сильными самцами, мигом повалившими ее наземь и сорвавшими с нее последнюю одежду?!
Кто-то вбил колья в земляной пол. И вот уже ей развели ноги… и руки связали где-то над головой. Распятая, нагая – она оказалась целиком во власти бандитов.
– Люк, давай приступай скорее к делу, – прохрипел один из них низким от похоти голосом. – Нам невтерпеж на нее пялиться! От такого куска никто не откажется!
– А ну отойдите! – рявкнул Люк.
Китти сквозь полуприкрытые веки увидела, что он направляется к ней. Встав на колени между ее ног, он грубо и больно принялся крутить ее соски.
– Она никому не достанется, кроме меня, ясно?! Она моя и только моя! Я собираюсь с ней так натешиться, что вам ничего не останется!..
…Китти ощутила внезапную, острую боль и закричала… Она кричала снова и снова, в такт безжалостным рывкам Люка. Все внутри нее пылало и ныло от боли, когда насильник делал свое дело, рыча, словно животное. Она чувствовала, как что-то густое текло между ног – это была ее кровь.
Но вот наконец Люк, корчась в судорогах, бессильно рухнул на ее истерзанное тело. Китти показалась, что она проваливается в какую-то черную бездну. Но Тейт тут же принялся трясти ее и хлопать по щекам.
– Я хочу привести тебя в чувство!.. – рычал он. – Я хочу, чтобы ты запомнила все, что я с тобой сделал! Я хочу, чтобы ты испытывала то же, что и я, когда ты всадила мне пулю в плечо и когда сынок Коллинза хлестал меня кнутом. Я хочу, чтобы ты ползала в дерьме и молила о пощаде…
И он снова набросился на нее, пронзая, словно раскаленным копьем, ее тело.
И всякий раз, когда она чувствовала, что вот-вот потеряет сознание, погрузившись в блаженное забытье, кто-то плескал ей в лицо ледяную воду, возвращая в тот ад наяву, который устроил для нее Люк Тейт.
И все же наступил момент, когда она, не выдержав мучений, потеряла сознание. Последнее, что промелькнуло в ее голове, была мысль о том, что она, наверное, умирает…
Китти пришла в себя оттого, что кто-то пытался влить ей в рот какую-то жгучую жидкость. Открыв глаза, девушка увидела над собой лицо Люка Тейта. За ним, сквозь ветви деревьев, проглядывало чистое небо. Дождь кончился. Где она? И откуда здесь взялся Люк Тейт? И куда пропал док? Они же должны были ехать… везти медикаменты раненым…
К Китти постепенно возвращалась память, губы невольно дрогнули – и Люк ловко влил ей в рот виски. Она чуть было не задохнулась и протестующе замотала головой, но Люк схватил пленницу за горло:
– А ну пей, дьявол тебя побери! Не в моих интересах дать тебе умереть!
Зажмурившись, Китти заставила себя проглотить отвратительное пойло, обжигавшее горло. Однако через какое-то время она почувствовала некоторое облегчение.
Каждая клеточка ее тела изнывала от боли. Опустив глаза, Китти обнаружила, что кто-то прикрыл ее наготу грубым одеялом. Она сидела, слегка прислонившись к стене пещеры. Люк приказал принести ей что-нибудь из еды.
Но при виде полуобгорелых кусков черепашьего мяса она с отвращением отвернулась.
– Ах, простите, вам не по вкусу наша кухня!.. – грубо расхохотался Люк, силой впихивая ей в рот кусок мяса. – Но мы еще не успели распаковать ваши запасы и посмотреть, что там есть вкусного. Ну ничего, когда придешь в себя, будешь сама нам готовить!
Грубая, полусырая пища комком застряла в горле, и Китти поперхнулась и закашлялась.
– Ешь, черт бы тебя побрал! – пробормотал Люк. – Я не желаю, чтобы ты стала тощей, хилой клячей! Через пару дней мы уедем отсюда, и уедем далеко, так что к этому времени ты должна быть на ногах!
– А куда мы поедем? – спросила она, с трудом превозмогая пульсирующую головную боль.
– Это не твоего ума дело! Но если тебе уж так хочется знать, то мы поедем туда, где сможем настрелять побольше янки или мятежников – кто под руку попадется. С этой дичи будем обирать золото, деньги, жратву – словом, все, что душе угодно. И когда войне придет конец, останемся в живых и будем богачами, а не мертвыми героями или увечными калеками. Нет, это не для нас… – Он запрокинул голову к небу и разразился оглушительным хохотом.
Китти испытывала к нему в этот момент столь жгучую, столь непримиримую ненависть, что, будь у нее сейчас в руках оружие, убила бы Люка Тейта без малейших колебаний. Ах, как жаль, что она не пристрелила его тогда из отцовского ружья!
По-видимому, он догадался, о чем она думает, и, приняв грозный вид, сорвал с нее одеяло.
– Похоже, самое время еще раз напомнить тебе, кто тут хозяин! Хочешь, чтобы мои парни снова привязали тебя и любовались, как прошлой ночью, или позабавимся вдвоем?
В памяти тут же всплыли две картины – док, замертво распластанный в луже крови, и Люк Тейт, снова и снова насилующий ее. Самой отдаться этой кровожадной похотливой твари? Никогда! Лучше уж сразу умереть. Она едва сдерживала желание вонзить ногти в физиономию негодяя и выцарапать ненавистные глаза… Но тут она с болезненной ясностью представила себе еще одну картину: отец, неподвижно сидящий в кресле-качалке на заднем крыльце, покорившийся, сломленный, но, как оказалось, только внешне. В нем скрывались до поры до времени прежний несгибаемый дух и воля к жизни.
И Китти поняла: смирение – вот что ей сейчас необходимо, что спасет ее от верной гибели. Если она даст волю ярости, клокотавшей у нее внутри, Люк повторит побои, привяжет ее к кольям и все равно возьмет силой. Но если смириться, если притвориться, что он сломил ее волю, тогда можно дождаться подходящего случая и нанести ответный удар, и даже победить.
И она лежала тихо. Не спеша, улыбаясь, Люк потянулся к ее соскам. Она сделала усилие и не шевельнулась. Он рванул ее за руку, уложил на пол пещеры и улегся рядом. Закрыв глаза, Китти слышала, как он торопливо возится с брюками. Скрипнув зубами, она позволила ему покрыть поцелуями грудь и шею. Чувствуя, как упрямо сжимаются ее губы, он зашептал, обдавая зловонным дыханием:
– Ты еще будешь меня хотеть. Рано или поздно я добьюсь, что ты сама будешь искать моих ласк…
Он широко раздвинул ей ноги и просунул пальцы внутрь. Против воли сама природа отвечала на грубое вторжение, увлажнив его пальцы. Самодовольно крякнув, Люк приступил к своему делу, однако на сей раз был не так жесток, как в первую ночь.
Ей пришлось до крови искусать губы, чтобы подавить рождавшийся в глубине груди дикий, отчаянный вопль. Все это походило на страшный, кошмарный сон. Она – в лапах негодяя, рычащего, как голодное животное; Масгрейв убит и брошен на обочине дороги на растерзание диким зверям; что с отцом – неизвестно; Натан там, где льется кровь. Неужели все это происходит в действительности?
Она содрогнулась, чувствуя, что ей вот-вот станет дурно, и Люк в запале принял это за судорогу наслаждения. Он запыхтел, задвигался еще быстрее и в следующий миг наконец-то добился желанной разрядки.
Китти отвернулась и молча плакала, глядя на грязную стену. Все происходило наяву и с ней. Это она, голая, валяется здесь, под содрогающимся, покрытым липкой испариной телом Люка Тейта. А может быть, так было всегда? Может быть, столь дорогие ее сердцу воспоминания лишь выдумка? И не было поросшего мягким мхом берега говорливого ручья и нежных объятий Натана?
Но это не могло быть выдумкой: Китти помнила каждую черточку милого лица, теплые, любящие глаза, пылавшие сдержанной страстью, когда его руки ласкали ее… «Я так хочу тебя, любимая…» Да, она отлично помнит эти слова. «Я хочу быть с тобой навсегда, чтобы ты была моей женой и матерью моих детей. Я никогда не предполагал, что буду так страстно желать женское тело…»
Но он не дал волю своим чувствам, потому что обоим хотелось, чтобы в их отношениях все было идеально. А между тем над ними нависла угроза войны. Тогда Китти надеялась, что беда минует их стороной. Она не желала поверить в то, что стоит на пороге столь горестных событий, в водоворот которых попадут и она, и близкие ей люди. Север находился где-то там, в невообразимой дали. И Натан сказал, что конфедераты пойдут на этот самый Север и расправятся с янки, прежде чем те поймут, что происходит. И он быстро вернется домой, к ней, Китти, и к той чудесной жизни, которую начнут они вдвоем.
Она помнила тот день, когда Натан впервые нежно прикоснулся губами к ее розовым соскам, и в ее теле запылал огонь желания слиться с ним в любовном порыве. Он лежал совсем рядом, и она чувствовала, как пульсирует и наливается кровью мужская плоть. Какого труда стоило им тогда сдержаться!
А вот теперь им нечего ждать. Ничего не осталось ни в прошлом, ни в настоящем. Единственное спасение было в том, чтобы уйти из реального мира в мир милых, чудесных воспоминаний. И верить, что когда-нибудь Натан придет за ней и отвезет домой. Она станет его женой. Вот тогда все эти ужасы действительно превратятся в кошмарный сон, который развеется при первой же улыбке счастья на их лицах. А сейчас надо замкнуться в себе, чтобы выжить. Разве не то же самое сделал отец, когда сидел месяцами неподвижно в своем кресле?
И все же его час пробил. Он отправился защищать свои принципы. А до этого момента ему пришлось отгородиться от внешнего мира. И то же самое сделает она. Она мысленно перенесется на тот мшистый берег, в ласковые, сильные объятия Натана и всякий раз, закрыв глаза, будет чувствовать на своих губах его нежные, горячие губы. И она будет пребывать там, рядом с ним, а не здесь, возле исходящего потом похотливого жеребца, распростертого возле ее нагого тела… Люк Тейт поднялся и застегнул брюки.
– А теперь ступай приготовь нам еду, – приказал он.
Китти двигалась медленно, погруженная в свои мысли. Да, если как следует сосредоточиться, она действительно перенесется туда, к ручью, и вспомнит каждое слово, каждый жест, каждую ласку. Вот она лежит в объятиях Натана и смеется над глупым зазнайкой-кардиналом, который клюет что-то во мху, не замечая их под густыми ветвями ивы. Она впервые увидела красивую алую птичку так близко, и Натан жестами призывал ее вести себя как можно тише…
– Проклятие, да ты что, не слышишь меня?! – взревел Люк и встряхнул ее так, что Китти поперхнулась. Испуганная птица мигом улетела.
– Да, я слушаю тебя, – прошептала она. – Я сделаю все, как ты велишь. Не бей меня больше, пожалуйста…
Тейт самодовольно ухмыльнулся:
– Я же говорил, что обломаю тебе коготки, девочка! Настоящий мужчина справится с кем угодно…
Он направился в угол, где было свалено награбленное барахло, вытащил что-то из общей кучи и вернулся.
– Надень-ка вот это. – Он бросил к ногам Китти небольшой кулек. – И когда выедем из леса, не забудь спрятать волосы под шляпу, чтобы никто не признал в тебе женщину.
Она расправила одежду в руках и остолбенела: темно-синий мундир янки, весь залитый кровью! Ее глаза с немым вопросом обратились к Люку. Тот равнодушно пожал плечами:
– Мальчики в синем не желали делиться своей одеждой без боя, вот и пришлось перерезать им глотки. Ведь не дырявить же совсем новый мундир! – И он снова захохотал. Но тут же сердито прищурился и заорал на неподвижно стоявшую Китти: – Черт побери, давай надевай мундир, какой есть, или тебе нравится торчать голой посреди военного лагеря?
Девушка неловко натянула брюки, доходившие почти до подмышек. Люк протянул ремень, с помощью которого удалось кое-как закрепить штаны на тонкой талии Китти. Рубашка тоже оказалась велика, грубо пошита и к тому же заскорузла там, где толстая ткань пропиталась кровью. Бедняжке показалось, что в ноздри ей ударил сладкий запах этой крови, и она, опустив голову, еле слышно пробормотала, не надеясь ни на что:
– Я бы хотела отмыть кровь.
– После того, как поедим! – прогремел Люк. – А теперь отправляйся к костру и состряпай что-нибудь съедобное. Там, в фургоне, вы везли бочонки с мукой и беконом, и мы их уже распечатали. Давай пошевеливайся!
Китти нашла продукты и приготовила на скорую руку жареное мясо с картошкой. Все с жадностью набросились на еду, неустанно нахваливая ее мастерство за чашкой кофе, приготовленного тут же, на костре.
– И как тебе удалось подцепить девку, которая к тому же так ловко управляется с походной кухней? – поинтересовался один из громил, с восхищением глядя на своего главаря.
Тот покосился в сторону Китти, которая машинально подносила ко рту ложку, глядя перед собой невидящим взглядом, и пробурчал:
– Случайно. Но все равно я рад, что так вышло. Ее папаша давно освободил своих рабов и стал белой голытьбой, как и я! Неудивительно, что она умеет готовить, вот только странно, что она так хорошо делает это на костре. – И он ткнул Китти в плечо измазанной жиром вилкой: – Эй, как ты выучилась стряпать на костре? У твоего папаши что, и печи в доме не было?
Китти промолчала. Не станет же она делиться с ними драгоценными воспоминаниями о лесных походах вдвоем с отцом, который тогда же научил ее обращаться с костром. Эта память принадлежала ей – ей одной, – и с какой стати она будет откровенничать с ужасным персонажем из затянувшегося кошмара?
Не дождавшись ответа, Люк что было силы пнул ее сапогом:
– Эй, женщина, я к тебе обращаюсь! Вот и отвечай, как положено!
Она все так же смотрела прямо перед собой, машинально поднося пищу ко рту и жуя, не чувствуя вкуса.
– Черт побери, я велел отвечать, как положено! – Люк швырнул ей в лицо содержимое своей тарелки.
Китти не шевельнулась. Тогда Люк вскочил и рванул ее за волосы, заставив вскрикнуть от боли.
– Я научу тебя скакать на цыпочках при одном моем слове, я разобью в кровь твою смазливую мордашку…
– Люк, кто-то едет!.. – крикнул часовой. Тейт отпустил девушку и потянулся за винтовкой Энфилда. Бандиты попрятались кто куда. Люк толкнул Китти в сторону пещеры, прошипев, чтобы сидела там тихо и не высовывалась.
Присев у входа в пещеру, Китти осторожно выглянула, услышав топот приближающихся копыт. Она увидела около дюжины солдат-янки в темно-синей форме, медленно въезжающих на территорию лагеря. Один из них, опустивший края шляпы так, что едва было видно лицо, громко крикнул:
– Эй, Люк, я же подал сигнал… не стреляй!
Люк выступил из-за дерева, за которым скрывался, все еще держа на мушке новоприбывших:
– Тебе, Джо, лучше поучиться давать сигналы громче, а по лесу ездить тише. Не то запросто схлопочешь пулю в лоб!
Солдаты соскочили с седел и поспешили к костру, возле которого все еще дымился горячий кофе.
– Дело сделано, – сообщил Люку тот, которого звали Джо. – Мы взяли их крепости.
– Это и боем-то назвать нельзя, – горячо подхватил другой, с офицерскими нашивками. – Говорят, что у мятежного полковника Мартина было от силы четыреста штыков, а то и того меньше!
И Китти с болью услышала подробное описание того, как янки одержали победу на морском побережье Северной Каролины.
Федералы снарядили эскадру из семи военных катеров со ста сорока девятью пушками на борту – она вышла из Хэмптона 26 августа. В дополнение к эскадре прибыл транспортный флот с пехотой из Девятого и Двадцатого нью-йоркских добровольческих полков. Уже на следующий день они достигли залива Гаттерас. Конфедераты под командованием полковника В. Ф. Мартина насчитывали меньше четырех сотен человек. Янки получили приказ выкурить «осиное гнездо» в Гаттерасе.
Штурм начался 28 августа бомбардировкой форта Кларк. Полковник Макс Вебер во главе трех сотен пехотинцев и с двумя пушками высадился на берег. Он был слишком крут, и янки побоялись высаживать еще один десант, однако вскоре после полудня у конфедератов в форте Кларк кончились боеприпасы, и они побросали оружие, оставили форт и сбежали в Гаттерас. Отряд полковника Вебера беспрепятственно занял форт.
– Всю ночь мы не спали – боялись, что конфедераты заманили нас в ловушку, – продолжал офицер-янки. – С моря нас должны были поддерживать два корабля – «Гарриет» и «Должник», но из-за шторма им пришлось отойти подальше от берега, чтобы не нарваться на скалы. Отряд Вебера остался без всякой помощи, один на один с мятежниками – и все это знали. Мы решили, что они обманули нас, что за ночь они перегруппируются, соберутся с силами, проникнут обратно в крепость и либо захватят в плен наших солдат, либо скинут в море. Ну а как только рассвело, наши корабли подошли вплотную и начали обстрел. На небе не было ни облачка, море успокоилось, а над крепостью Кларк все еще развевался наш флаг. Наши пушки заговорили во весь голос, и под их прикрытием мы окружили форт Гаттерас, и коммодор Бэррон взял в плен семь сотен солдат. Как вам это нравится?
В ответ раздались радостные крики как из глоток настоящих янки, так и бандитов, переодетых в чужие мундиры.
– У этих тупых ублюдков было почти восемьсот штыков, и они просидели, трясясь от страха, всю ночь всего в шести сотнях ярдов от наших трехсот солдат, которым затем позволили себя окружить и взять в плен! Похоже, эта война окажется намного легче, чем я думал сначала! – самодовольно закончил офицер и, обратившись к Люку, добавил: – Кстати, позвольте представиться: лейтенант Герман Беньо, Девятый нью-йоркский добровольческий полк. – И они с Люком обменялись рукопожатием. – Я пожелал приехать сюда, поскольку этот… джентльмен рассказал про вас и ваш отряд, производивший разведку для наших войск, высадившихся ранее в Виргинии. И хотя я не слышал, что кого-то уже успели отправить в разведку, меня очень порадовало это известие – ведь мы совершенно незнакомы с данной местностью.
Люк улыбнулся в ответ, и Китти подивилась глупости офицера-янки, доверившегося этому отвратительному типу с больными зубами. Он же позорит собой весь Юг, и какой приличный джентльмен, пусть даже и янки, нашел бы возможным считать его равным себе?
– Мы получили приказ продвигаться вглубь побережья, как только захватим залив, однако генерал Батлер проанализировал ситуацию и решил, что не стоит подчиняться приказам. Его сил хватит лишь на то, чтобы удерживать крепости у входа в залив. – И лейтенант Беньо окинул взглядом людей Люка. – Вот мы и хотим провести небольшую разведку на свой страх и риск и доставить рапорт прямо полковнику Хоукинсу, в форт Монро. И если вы располагаете хотя бы приблизительной картой, на которой отмечены места расположения войск конфедератов, нам вполне хватит и этого, а вы спокойно смогли бы продолжить путь обратно в свой полк. Мы слышали, что в Виргинии дела идут не так споро, и ваши винтовки наверняка не будут там лишними.
Судя по выражению лица лейтенанта, он впервые увидел подручных Люка. Может быть, он догадается, кто они такие – предатели-мародеры, готовые убивать, грабить и зверствовать, преданные только своему главарю?
Она торопливо пересчитала янки – вместе с офицером их оказалось одиннадцать. Она метнула взгляд на Люка. Тот пристально разглядывал новые, с иголочки мундиры, отличной выделки кожаные седла, которые янки прихватили для конфискованных лошадей, саблю самого лейтенанта. Особое внимание привлекли новые странные винтовки, которыми был вооружен весь отряд. Китти еще не видела такой модели огнестрельного оружия, и выглядело оно весьма внушительно.
– Мы нашли труп штатского тут неподалеку, – продолжал лейтенант. – При нем были документы врача. С какой стати было убивать доктора, ведь их не хватает ни нам, ни мятежникам?
– Вышло так: или он, или мы, – прищурившись и не скрывая больше угрозы, отвечал Люк.
– Разве нельзя было просто взять его в плен? Вас здесь целая орава, а он совершенно один, и пристрелили его к тому же в спину!
– А ты не суй свой нос в то, как я воюю! – рявкнул Люк. – Не тебе мной командовать, ясно?
– Как ты смеешь разговаривать так с офицером?! – И лейтенант выхватил свою саблю. – А ну-ка назови свой чин и фамилию командира роты! Я позабочусь о том, чтобы ты понес наказание за грубое нарушение субординации, а также за явное мародерство и убийство штатского. Я арестую тебя и заберу с собой в форт к полковнику Хоукинсу!
Солдаты, толпившиеся возле костра и доедавшие остатки бекона, вели себя на редкость беспечно и были застигнуты врасплох внезапной перепалкой. Однако бандиты Люка были начеку и только и ждали подходящего момента. Когда до солдат дошло, что происходит, и они двинулись было назад, к лошадям, на которых оставили свои замечательные винтовки, люди Люка уже приступили к действиям.
Первым выстрелил Орвилль Шоу, поразив лейтенанта, который упал на колени, зажимая рану в животе. Его подчиненным так и не удалось добежать до лошадей – все они попали под беглый огонь. Дикие вопли Китти утонули в криках раненых и оглушительной пальбе.
Закрыв лицо руками, она отвернулась, чтобы не видеть, как Люк выхватил из слабеющей руки лейтенанта саблю и ударил его по беззащитной шее, из которой вырвался фонтан крови.
– Кончайте их всех? – донеслось до ее ушей. – Орудуйте ножами… нечего зря тратить патроны!
Воздух наполнился новыми ужасными криками и стонами. Китти заставила себя открыть глаза и смотреть. Она знала, что должна привыкать к подобным ужасам. Если она решила во что бы то ни стало выжить и быть готовой при случае сразиться за свою жизнь и свободу – надо приучиться сохранять стойкость даже при виде моря крови.
В живых остался один последний солдат, и у того рука оказалась оторвана выстрелом в упор и болталась возле плеча на остатках сухожилий. Бедняга корчился на земле, простирая здоровую руку к Тейту, приближавшемуся к нему с окровавленной саблей лейтенанта:
– Не надо… Ради Бога, будьте милосердны…
Со свистом рассекая воздух, сабля обрушилась на шею несчастного. Китти ахнула при виде того, как голова солдата отлетела в сторону, словно отрубленный сук, а из шеи брызнула кровь.
– Мы укокошили всех! – радостно взревел Люк. – Всех до единого! А ну посмотрите на их ружья! Я слышал про такие – это карабины Шарпа… бьют на шестьсот футов, десять выстрелов в минуту! И они теперь наши!
– Эй, я нашел у одного золотые часы! – с восторгом вскричал Орвилль Шоу, размахивая ими в воздухе. – Смотри, какие тяжелые! Золота целая куча! Держу пари, за них дадут не меньше двух сотен долларов янки!
Другой негодяй раскрыл рот мертвецу, покопался в нем и так же радостно завопил:
– Зуб! Золотой зуб! Эй, парни, проверьте им всем пасти!
– Берите, берите все, что захотите! – одобрительно кивал Люк. – Это и есть наша работенка! Вот кончится война, и окажется, что выиграли ее мы, потому что стали богаче всех!
Китти почувствовала приступ рвоты, сопровождаемый болезненными судорогами. Все это кошмар. Это не может быть реальностью – груды мертвых, изуродованных, порубанных тел. Вот один из негодяев отсек палец трупу, с которого никак не мог стянуть золотое кольцо, и хвастливо трясет перед всеми ужасным обрубком.
Китти направилась обратно в пещеру. Нет, это не может быть явью! Если она хотя бы на миг поверит, что это не плод воображения, она, несомненно, утратит рассудок.
Время тянулось мучительно медленно. Девушка просидела не один час в глубине пещеры в полной неподвижности, потрясенная увиденным.
Внезапно она услышала, что кто-то вошел в пещеру и приближается к ней. Подняв испуганные глаза, Китти увидела Люка, успевшего напялить на себя мундир погибшего лейтенанта – конечно, вместе с дорогой перевязью и саблей.
– Ну и видок у тебя! – брезгливо фыркнул он. – Надо же, испортила весь мундир… А ну отправляйся к болоту, да отмойся почище! А потом поможешь моим ребятам похоронить тех болванов.
Она послушно направилась к ручью и, забравшись поглубже в воду, сняла с себя грязную одежду. Вздрагивая всякий раз, как неведомые твари, укрывавшиеся в непроглядной темной воде, касались ее тела, она кое-как помылась и поспешила вернуться на берег. Там стоял Люк и протягивал ей новую одежду, однако, как только Китти коснулась ее, отдернул узел. Он проделал это еще несколько раз, пока не натешился вволю ее страхом и унижением.
Но вскоре Люку стало не до смеха, в его жестоких глазах загорелся огонь желания при виде стройного, нежного тела, склонившегося перед ним на коленях. Он небрежно подхватил ее одной рукой и перекинул через плечо. Повернув к пещере, Тейт прошел мимо изуродованных тел и огромной ямы, которая должна была стать для них братской могилой. Его дружки, подсмеиваясь, давали ему непристойные советы, на которые Люк отвечал в том же тоне.
Войдя в пещеру, он опустил свою жертву на пол и принялся торопливо раздеваться, не спуская с Китти горевшего похотью взгляда.
– Ну, дорогая, сегодня я начну учить тебя всяким штучкам, чтобы ты знала, как сделать мужчине приятное, – прохрипел мерзавец, стоя на коленях. Схватив девушку за волосы, он притянул ее лицо к своему паху.
Закрыв глаза, она покорно раздвинула дрожащие губы. Все это не имеет значения. Она не позволит, чтобы это имело значение. Потому что все это не настоящее. Это затянувшийся кошмар, который не кончится, пока она не проснется и не найдет покой в крепких объятиях Натана, в их нежной любви. А до той поры… что ж, пусть продолжаются ужасы ее кошмарных видений.
Китти не позволит им превратиться в реальность.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовь и война - Хэган Патриция



гадоооооооооооооооооооооооооость 1бал
Любовь и война - Хэган Патрицияlika
16.03.2013, 11.02





Прелесть 10 баллов
Любовь и война - Хэган ПатрицияMari
21.03.2016, 7.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100