Читать онлайн Любовь и триумф, автора - Хэган Патриция, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь и триумф - Хэган Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 10 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь и триумф - Хэган Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь и триумф - Хэган Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хэган Патриция

Любовь и триумф

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

К торжественному ужину Джейд переоделась в длинное шелковое платье нежно-изумрудного цвета. Ее прическу украшали крошечные бриллианты, крепившиеся на тонкой, практически незаметной сетке.
Пышные рукава платья и изящный вырез, окаймленный сверкающими бриллиантами, создавали неповторимое впечатление. Общую картину довершали ее любимые украшения: изумрудные серьги и колье.
Джейд натягивала длинные, доходящие до самых локтей, белые шелковые перчатки, когда появился Колт в черном смокинге, белоснежной рубашке и свободно повязанном красном шелковом галстуке.
– Колт, ты неотразим! – В голосе Джейд слышалось неподдельное восхищение. – Если бы я уже не была за тобой замужем, то, клянусь, стала бы добиваться твоего внимания с настойчивостью распутной Иезавели!
Она приподнялась было из-за столика и в следующее мгновение оказалась в нежных объятиях супруга.
– Ты всегда была самой восхитительной женщиной, – прошептал Колт, слегка прикасаясь к ней губами.
Он налил себе и ей коньяк – и Колт, и Джейд предпочитали его всем остальным аперитивам и всегда держали под рукой.
– За нас, за наших детей и внуков… За будущее!
Встретившись взглядами, они словно почувствовали, как их души, вырвавшись из тесной телесной оболочки, слились в едином порыве.
Колт проглотил свой коньяк и прошептал:
– Джейд, ты все еще переживаешь за Тревиса?
Заметив легкую тень, пробежавшую по лицу Джейд, он отставил бокал в сторону и нежно обвил руками талию супруги.
– С ним все будет в порядке. Наш сын – великолепно обученный солдат. Офицер. Он будет служить с достоинством и честью.
– Я знаю. – Джейд старалась говорить спокойно, но в душе ее продолжало расти беспокойство. Заставив себя улыбнуться, она добавила: – Единственное мое утешение – это то, что ты не отправлен на фронт. Посольство в Париже не самое опасное место, и…
Голос Джейд неожиданно прервался: Колт как-то странно посмотрел на нее и быстро отвернулся. Сердце Джейд дрогнуло от мрачного предчувствия.
– Колт, что с тобой?
– Я не поеду в Париж, – твердо проговорил он, глядя прямо в глаза жены. – Меня посылают в Россию.
Джейд прижала руку ко рту, как бы подавляя готовый вырваться крик.
– О Господи, нет!
Колт опять притянул ее к себе:
– Джейд, Джейд, моя дорогая, ты должна понять… Июльское восстание большевиков – лишь только предвестник грядущего свержения Временного правительства России. И в случае успеха большевики, по всей вероятности, сразу попытаются заключить мир с Германией.
type="note" l:href="#n_1">[1]
– Меня сейчас не волнует политика, черт возьми! – воскликнула Джейд в неожиданном приступе ярости. – Мой сын уходит на фронт, а следом за ним и ты вовлекаешься в эту кровавую бойню… И это нечестно, это не по правилам!
– Послушай меня, Джейд Колтрейн. – Колт потряс жену за плечи. – Возьми себя в руки! Я всегда любил тебя за присутствие духа и умение владеть собой. Не позволяй себе расслабляться! Мне необходимо знать, что ты сильная женщина! И Тревису тоже!
Джейд на мгновение прикрыла глаза. Да, ее муж прав. В их жизни было достаточно самых тяжелых испытаний, но это не сломило ее тогда, не сломит и сейчас.
– Прости меня, Колт. – Джейд улыбнулась, хотя ее губы продолжали подрагивать.
Колт с нежностью посмотрел на жену, не выпуская ее из своих объятий.
– Господи, дух захватывает, когда вспоминаю обо всем, что нам довелось пережить! Давай больше не будем говорить об этом. Мы с Тревисом обязательно вернемся и будем жить все вместе до глубокой старости. А теперь подними-ка голову повыше и помни, что я тебя люблю! – Колт ласково приподнял ее лицо за подбородок и поцеловал в губы. – И ночью я докажу тебе это!
С этими словами Колт направился к двери, но Джейд, озабоченно взглянув на часы, остановила его:
– Сейчас же только половина седьмого, а Кит приглашала на коктейль к семи.
– Да, но до этого я должен встретиться с молодым Хэпсбургом. Мне бы очень хотелось побеседовать с ним лично.
Услышав это, Джейд оживилась:
– Так ты хочешь помочь принять ему верное решение?
– О, – рассмеялся Колт, – я думаю, он уже его принял! И мне кажется, что, выйдя замуж за Рудольфа, Мэрили поступит совершенно правильно.
– Она так сильно переживает из-за Драгомира… Нет худа без добра: когда ты будешь в России, у нас появится надежда хоть что-нибудь узнать о его судьбе.
– Сомневаюсь, но, конечно, буду стараться. Если Драгомир был одним из приближенных царя Николая, он скорее всего находился вместе с ним на императорском поезде в Пскове. Однако как мне сообщили в посольстве, следы Михайловского теряются. Когда поезд прибыл в Могилев, Драгомира в нем не оказалось.
Джейд пожала плечами:
– Странно. В такое время Драгомир должен был находиться с Николаем!
– Я думаю, что после ареста императора Драгомир ускользнул от большевиков. Такие люди, как он, могут стать главными организаторами контрреволюции. Если бы он погиб или был арестован, мы бы обязательно узнали об этом. Скорее всего работает в подполье. Тогда естественно, что о нем ничего не известно. Но я, – Колт ткнул себя пальцем в грудь, – я обещаю, что, приехав в Россию, обязательно найду его!


Рудольф, появившийся раньше назначенного времени, был препровожден в курительный салон, расположенный на первом этаже, в тихом, уединенном крыле замка. Разгуливая по салону, Рудольф не переставал восхищаться окружающим великолепием. На обитых кожей стенах висели картины известных художников. Тут же стояло множество призов, завоеванных боевыми быками Тэннеров.
Толстый красный ковер покрывал весь пол, а на мягкую кожаную мебель цвета жженого сахара для большей комфортабельности были наброшены покрывала из овечьей шерсти. Огромный камин отражался в зеркале на противоположной стене.
«Великолепно! – подвел итог Рудольф, презрительно усмехаясь. – Однако мы с Мэрили будем жить еще роскошнее, ведь она получит не только часть наследства Колтрейнов, но и состояние своего отца».
Рудольф был совсем маленьким, когда умер его отец. Мать вторично вышла замуж за человека, который приходился дальним родственником австрийскому монарху. Она требовала от своего нового мужа соблюдения старых порядков, заведенных в доме Хэпсбургов. Неудивительно, что семейные отношения были далеки от родственных, но зато перед Амалией открывались дороги, ведущие в высшее общество. Благодаря этому Рудольф и его сестра также были приняты ко двору.
Однако вскоре умер и отчим Рудольфа, и вся семья попала в крайне стесненные обстоятельства. Амалия и не подозревала, в каких огромных долгах увяз ее покойный муж.
В конце концов семья перебралась в Цюрих и нашла пристанище у Эльзы Гуттен, бабки Рудольфа по отцовской линии. Вскоре после приезда Хэпсбургов старуха умерла, оставив в наследство свой родовой замок, небольшой по европейским меркам, и несколько ценных произведений искусства.
Забота Амалии о собственных детях доходила до фанатизма. Элеонора посещала привилегированную частную школу, что, по мнению матери, должно было являться залогом ее удачного замужества, а для Рудольфа было уготовано будущее пианиста-виртуоза. Амалия не скрывала радости, найдя предлог покинуть Австрию, – теперь над ее сыном не будет висеть угроза попасть на фронт и он сможет получить музыкальное образование.
«Да, – горько подумал Рудольф, – мать умеет принимать волевые решения…» Однако постоянное ворчание, придирки, а порой и затрещины, когда Амалия позволяла себе напиться, отдаляли от нее детей все дальше и дальше. Особенно сильно это начало проявляться, когда Рудольф и Элеонора стали посещать небольшое кафе, где собирались молодые австрийцы-эмигранты, полностью разочарованные жизнью и не сумевшие найти в ней своего места. И чем больше друзей они приобретали в этом обществе, тем сильнее начинали ощущать симпатию к идеям большевизма.
Рудольф не мог забыть тот внутренний трепет, который испытал при встрече с человеком, которого считал своим идеалом, – с Лениным. И после долгих споров и бесед, проходивших в кафе в строгой тайне от окружающих, молодой человек стал отдавать симпатии стране, которая считалась военным противником Австрии – России.
Когда лидеры тайной революционной организации узнали, что Элеонора подружилась с дочерью одного из царских приближенных, Рудольф получил приказ завоевать расположение молодой девушки, чтобы как можно больше узнать о деятельности ее отца – Драгомира Михайловского. Молодой Хэпсбург пошел на это с большой неохотой, но, встретившись с Мэрили и найдя ее прекрасной, сразу же изменил свое первоначальное мнение. Ну а известие о богатстве его подопечной вызвало у Рудольфа еще больший энтузиазм. Конечно, такое отношение явно не вязалось с социалистическими принципами, проповедуемыми в тайной организации, но для Рудольфа это уже не играло никакой роли.
Он обернулся на звук шагов и увидел входящего Колта Колтрейна.
– Надеюсь, я не заставил вас ждать очень долго? – спросил Колт, пожимая руку Хэпсбурга.
– Нет-нет, – заверил его Рудольф, – это я пришел слишком рано. Осматривая салон, я получил огромное удовольствие – он поистине чудесен!
Неслышно появившийся официант в белоснежной униформе поставил на стол поднос с двумя бокалами и бутылкой бренди.
Колт сел, жестом пригласил Рудольфа и разлил спиртное.
– Когда мы встретились сегодня в первый раз, – начал он, – у нас не было времени, чтобы поговорить более обстоятельно. Именно поэтому я и попросил вас прийти сюда раньше назначенного срока. Теперь мы можем немного поговорить перед ужином.
– Я очень рад, что вы поступили именно так, сэр, – кивнул в ответ Рудольф.
Колт открыл небольшую шкатулку из вишневого дерева и предложил молодому человеку сигару, которую тот, приподнявшись с кресла, с почтительностью принял. Положив ногу на ногу, Колт несколько мгновений внимательно рассматривал Рудольфа и наконец спросил, глядя на него в упор:
– Скажите мне, почему вы и ваша семья покинули Австрию? Мне кажется, такой молодой человек, как вы, должен сейчас служить на благо своего отечества.
– Вам так кажется? – задумчиво спросил Рудольф. – Я уверен, что обязательства перед семьей стоят выше интересов государства. Два года назад от сердечного приступа скончался мой отчим и одновременно тяжело заболела моя бабка, жившая в Цюрихе. Мать посчитала своим святым долгом заботиться о ней до самой смерти и осталась в Швейцарии. Кроме того… – Рудольф взял со стола графин и сжал его тонкими пальцами. – Не сочтите, что я хвастаюсь, но меня называют музыкальным гением. Оставшись в Швейцарии, я не только забочусь о сестре и матери, но и берегу свои руки. И если кто-нибудь осуждает меня за это, что ж, пусть так оно и будет! – Он пожал плечами.
– Ну хорошо, не мне вас судить! – вздохнул Колт, хотя в глубине души был уверен, что причиной переезда в Швейцарию были трусость и малодушие Рудольфа, а не его музыкальные способности. Хотя, конечно, молодой человек имел право выбора… – Я полагаю, что если бы вы были склонны к политике, то вряд ли приехали бы сейчас в Валенсию: наши страны, вы знаете, являются врагами… Скажите, а вы и сейчас занимаетесь музыкой?
– Конечно. Только не так много, как хотелось бы. Я не выступаю в консерваториях, которыми так славится Австрия. По моему глубокому убеждению, им нет равных во всей Европе, за исключением, конечно, России.
– Я слышал, что Россия сейчас не самое хорошее место, – заметил Колт с сардонической улыбкой. – Кстати, вас не смущает то, что Мэрили наполовину русская?
От этого вопроса глаза Рудольфа расширились, и в них мелькнуло удивление:
– Конечно, нет. Если бы это имело для меня хоть какое-то значение, то разве могли мои чувства к Мэрили зайти так далеко?
Разговор начал заходить в нужное Колту русло.
– И как далеко, позвольте узнать, зашли ваши чувства?
– Я люблю Мэрили, – без запинки объявил Рудольф, – и просил ее выйти за меня замуж.
Колт приподнял одну бровь – он не ожидал такого поворота событий.
– Она согласилась?
– Она не дала окончательного ответа, – вздохнул молодой человек. – Мэрили настолько обеспокоена сейчас судьбой своего отца, что ни о чем другом не может думать. Конечно, я постараюсь быть терпеливым, хотя, по правде говоря, не думаю, что Михайловский все еще жив.
– Вы говорите об этом так легко…
– Да, я могу показаться черствым, но ведь жизнь продолжается. Для Мэрили разумнее всего назначить день нашей свадьбы. Так будет лучше для нас обоих. Может быть, вы поможете мне? Если, конечно, одобряете мое решение.
Не имея ничего против этого молодого человека, Колт тем не менее почувствовал антипатию к Рудольфу. Несомненно, он был интеллигентен, происходил из хорошего рода, обладал честолюбием и настойчивостью и, что самое главное, кажется, искренне любил Мэрили.
– Итак, вы ищете моей поддержки, – наконец заговорил он. – Однако я не хочу вмешиваться в личную жизнь Мэрили, оказывая на нее давление.
– Помилуйте, все, что мне нужно от вас, – попросить ее не отклонять мое приглашение в Цюрих! Это и отвлечет ее от мрачных мыслей об отце, и даст время убедиться в том, что она тоже любит меня.
– Хорошо, думаю, что поездка в Цюрих действительно будет полезна для Мэрили. Только имейте в виду, что Мэрили – замкнутая девушка, и единственным человеком, с которым ей удалось по-настоящему сблизиться, была ее бабка Китти. Короче говоря, я посмотрю, что смогу для вас сделать, а ей сообщу, что не имею ничего против вашего брака.
Рудольф с видимым облегчением начал трясти руку Колта, выражая горячую благодарность:
– Не сомневаюсь, сэр, что Мэрили уважает и вас, и ваше мнение. Я обещаю, что, если она свяжет свою жизнь со мной, вы можете быть совершенно спокойны за ее будущее.
В эти минуты Колт тоже испытывал облегчение. Не то чтобы он страстно желал видеть двоюродную племянницу замужем, но, случись с ним что-нибудь, вся ответственность за Мэрили полностью ляжет на плечи Джейд.
Куря сигары и допивая бренди, они обменялись еще несколькими фразами, когда в салоне появились Джейд и Мэрили.
После приветствий Джейд сказала:
– Колт, нам пора, гости уже начали съезжаться к ужину. – Она повернулась к Рудольфу: – Я попросила Кит, чтобы она посадила вас за столом друг напротив друга.
Все двинулись к дверям. Все, кроме Рудольфа. Он стоял как вкопанный, не в силах пошевелиться. Взгляд его был прикован к Мэрили. Однако предметом столь пристального внимания была отнюдь не сама девушка, не ее восхитительное парчовое платье золотистого цвета, делавшее ее еще привлекательнее. Рудольф не мог отвести глаз от золотого кулона с рубинами и гранатами.
– Рудольф? – нервно рассмеялась Мэрили. Его поведение в эту минуту было более чем странным, она никогда не видела Хэпсбурга в таком состоянии. – Что с тобой?
Он облизнул неожиданно пересохшие губы и, с трудом сохраняя хладнокровие, спросил:
– Откуда у тебя эта роскошь?
– Это мой подарок, – ответила за девушку Джейд. – А я, в свою очередь, получила его от царя Николая ко дню свадьбы.
– Вы лично знакомы с русским царем, мадам?!
– Не просто знакомы! – воскликнула Мэрили, не скрывая гордости. – До замужества моя тетя носила фамилию Романова, и Николай пожаловал ей княжеский титул, когда она выходила замуж за дядю Колта. Ты разве не знал?
Глаза Рудольфа сузились, но этого никто не заметил. Какого труда стоило ему скрыть волнение от этой ошеломившей его новости!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовь и триумф - Хэган Патриция


Комментарии к роману "Любовь и триумф - Хэган Патриция" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100