Читать онлайн Вещие сны, автора - Хупер Кей, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Вещие сны - Хупер Кей бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.27 (Голосов: 55)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Вещие сны - Хупер Кей - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Вещие сны - Хупер Кей - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хупер Кей

Вещие сны

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

— Ты шутишь? — Кейн усмехнулся. Гриффин вздохнул, произнося в ответ привычную фразу:
— Такова моя работа, Кейн, — задавать вопросы.
Взглянув на Холли, сидевшую рядом за столиком на веранде «Гостиницы», Кейн вновь перевел глаза на шерифа, который расположился напротив.
— Ты спрашиваешь, не я ли столкнул с обрыва этого ребенка?
— Не преувеличивай. Я спрашиваю, где ты был вчера с одиннадцати вечера и до сегодняшнего утра, часов до семи, — повторил Гриффин. — Послушай, всем известно, что она за тобой бегала как собачонка. Ее отец сказал, что она, вероятно, улизнула после того, как родители пожелали ей спокойной ночи, убедившись, что она уже в постели. У ее комнаты, к сожалению, имелся отдельный выход прямо на веранду, — вероятно, она им и воспользовалась.
— Она не приходила ко мне, — мрачно сказал Кейн. — Ни в прошлую ночь, ни в какую другую. Ради бога, Грифф, неужели ты серьезно думаешь, что я флиртовал с бедняжкой? И что, договорившись с ней о встрече, — позволь тебе напомнить, вчера лило как из ведра, — убил ее?
— Где ты был, Кейн? — настаивал шериф.
— Я был дома. — Тон художника был весьма резок. — В своем коттедже. Всю ночь.
— Один?
— Да, один, черт побери!
Холли подалась вперед.
— Грифф, это точно несчастный случай?
Он посмотрел на нее и отрицательно покачал головой.
— Не думаю. Если бы она просто сорвалась, то летела бы прямо вниз, а мы нашли тело так далеко, что, очевидно, ее толкнули, и с немалой силой.
— Может быть, она прыгнула?
— И такая возможность существует. Увы, подростки сплошь и рядом кончают жизнь самоубийством. — Он перевел суровый взгляд на Кейна. — Но я должен проработать все возможности. Решить все мыслимые и немыслимые уравнения. И одна из версий — та, что кто-то ее столкнул.
— Это не я, — раздельно произнес Кейн. Холли покачала головой.
— Грифф, и не думай, пожалуйста, что Кейн смертельно обидел Амбер. Она, конечно, страдала. Но это было просто обычное подростковое увлечение, мы все проходили в свое время через что-то подобное. К тому же, даже если относиться к этому серьезно — а никому и в голову не приходило, — она все равно уехала бы с родителями на следующей неделе.
— Холли, я не утверждаю, что кто-то хладнокровно планировал ее убийство, — сказал Гриффин. — Ее могли убить случайно, в состоянии аффекта.
Кейн напрягся, его живые зеленые глаза уперлись в шерифа, а голос стал очень тихим.
— Теперь я понял тебя, Грифф. Однажды, на одной из выставок, я вышел из себя и крепко приложил одного парня — он вел себя как свинья. И с тех пор на мне клеймо — считается, что я легко теряю контроль над собой.
— Кейн, его пришлось увезти в больницу, — так же тихо напомнил Гриффин.
— Падая, он ударился головой об угол стола. Гриффин кивнул.
— Я знаю. И, представь себе, не думаю, что ты выходишь из себя легче, чем, к примеру, я. Но поставь себя на мое место. Весь отель и половина Клиффсайда знали, что Амбер в тебя по уши влюблена, потому что она это всячески демонстрировала. Только что на шее у тебя не висла, собрав побольше народу. Где бы ты ни появился, она немедленно оказывалась рядом. Флиртовал ты с ней или нет, отвечал ты ей или нет — она вполне могла стать серьезной проблемой. И я должен учитывать это.
— Ладно, — сказал Кейн. — Но учти также и то, что я не считал происходящее проблемой. Для меня она была просто ребенком в переходном возрасте. И дело было только за тем, чтобы не оставаться с ней наедине и вообще по возможности ее избегать. А это, согласись, нетрудно. Спроси Джоанну, если не веришь, — она однажды очень помогла мне — кажется, в пятницу, — когда Амбер заявилась ко мне в коттедж.
— А Джоанна что делала у тебя в коттедже? — не сдержался Гриффин.
В зеленых глазах Кейна вдруг мелькнули искорки смеха.
— Хочешь, нарисую тебе сердце на рукаве, чтобы все видели?
— Кейн, отвечай на вопрос.
— Она, скорее всего, просто гуляла и увидела, как я работаю — я писал на улице. И была настолько любезна, что дошла с нами до самой «Гостиницы», спасая меня от напористости Амбер.
— А мне послышалось, что Амбер никогда не приходила к тебе, — сказал Гриффин.
Кейн не обиделся на это обвинение, все еще посмеиваясь про себя.
— Я имел в виду, что никогда не назначал ей свиданий где бы то ни было, тем более у себя дома. В пятницу она явилась без приглашения — уже во второй раз; в первый раз я спрятался в доме и не открыл ей дверь.
Гриффин кивнул и поднялся на ноги. Он был недоволен собой. И беседу закончил не потому, что не имел больше вопросов или был удовлетворен весьма небрежными ответами Кейна, нет, ему просто стало не по себе под проницательным взглядом художника. Сердце на рукаве! Вот сукин сын!
— Грифф, — чуть помявшись, осторожно сказала Холли, — позавчера я увидела Джоанну со спины и приняла ее за Амбер.
Гриффин не удивился. Когда он увидел на острых камнях разбитое тело с разбросанными светлыми волосами…
— Это добавляет неизвестных в твои уравнения? — спросил Кейн.
— Да, — сказал Гриффин, все больше ощущая собственную неуверенность. Не добавляет, черт возьми, совсем не добавляет — а просто в корне меняет дело! — Если кто-то из вас вспомнит что-нибудь важное, дайте мне знать.
— Непременно, — сказала Холли. Она смотрела, как шериф, выйдя с веранды, направился к обрыву, где у перил, глядя на океан, одиноко стояла Джоанна.
— Ты действительно думаешь, что кто-то хотел убить именно Джоанну, а Амбер подвернулась случайно? — спросил Кейн.
Она вздохнула.
— И то, и другое равно бессмысленно. Я не могу понять, зачем кому-то могло понадобиться убивать Амбер — как, впрочем, и Джоанну.
— Но ты считаешь, что уж скорее Джоанну?
— Не знаю, — нахмурилась Холли. — Пожалуй. Как бы это объяснить… Ну, Амбер была просто ребенком, который слишком недолго жил, чтобы успеть обзавестись врагами, понимаешь? Она могла прыгнуть, желая покончить с собой, но кому нужно ее толкать? С другой стороны, Джоанна…
— Джоанна приехала сюда как многие — провести отпуск, — продолжил Кейн, когда она запнулась. — Но она необычайно похожа на женщину, которая погибла в этом городе несколько месяцев назад. И она активно расспрашивает всех об этой женщине. И может быть… кому-то не нравятся ее действия?
У Холли мурашки пробежали по спине, когда он произнес вслух ее тайные мысли.
— А это указывает на то, что гибель Кэролайн, возможно, и не была случайностью.
Теперь нахмурился Кейн, его взгляд стал отрешенным. Такое выражение его лица было хорошо знакомо Холли; она уже знала, что в такие минуты внутренний голос призывает его писать.
— Возможно, — наконец сказал он. — Если жертвой наметили Джоанну, а не Амбер, то это почти обязательно должно быть как-то связано с Кэролайн. Потому что откуда здесь взяться врагам у Джоанны? Она здесь не бывала раньше. Не привезла же она их с собой. Итак… каков же изъян в этой картине? — Он помрачнел. — Что здесь совершенно необъяснимо, так это сходство Джоанны и Кэролайн и расспросы Джоанны. Словно она приехала сюда специально для этой цели.
— Ты слышал о Дилане и Лиссе? — спросила Холли.
Кейн кивнул.
— Да, они видели Джоанну в Атланте. В высшей степени странно, что она оказалась здесь вскоре после этого. Трудно объяснить это случайным совпадением.
— А чем же еще? Дилан сказал, что она никак не могла узнать, откуда они с Лиссой приехали.
— Могла, и довольно легко, — возразил Кейн. — Всегда можно незаметно проследить, в каком отеле живут интересующие тебя люди, и за некоторое количество баксов получить самую полную информацию о них. Уверяю тебя, это не так уж и сложно.
— Я как-то не подумала об этом, но ты, конечно, прав. Как тебе кажется, а Гриффин учел такую возможность?
— Разумеется. Наш шериф отнюдь не дурак, к тому же он полицейский милостью божьей, вспомни, как он не любит, когда его вопросы остаются без ответа. Я не знаю, что сказала ему Джоанна, но голову даю на отсечение, что он не поверил в случайное сходство. И должен сказать, что я его за это не осуждаю. Меня это тоже начинает беспокоить.
Холли помолчала, видимо, размышляя над проблемой.
— Почему вдруг она приехала именно сюда, за три тысячи миль? Случайно? Из любопытства? Потому что двое незнакомцев назвали ее чужим именем?
— Нет, все не так просто, за этим что-то стоит, — нахмурился Кейн. — Может быть, попросить ее позировать? Люди, когда их пишут, порой рассказывают самое сокровенное.
О чем же тебе рассказала Кэролайн? Холли хотелось это знать, но спрашивать она не стала.
— Гриффу не понравится, если кто-то из нас будет совать нос в его расследование, — сказала она вместо этого.
— Никаких сомнений, — согласился Кейн. — Особенно если мы сосредоточим свое внимание на Джоанне. Он к ней, кажется, немного неравнодушен.
Холли улыбнулась.
— Я думала, он тебе двинет, когда ты так славно пошутил насчет сердца на рукаве.
— Я тоже так думал. — Кейн засмеялся и добавил:
— Тогда мне было бы не до смеха. Такие мужчины, как Грифф, если уж влюбляются, то крепко. Если он сочтет, что она не сказала ему правды, он этого не перенесет. И даже если все это отбросить, ему все равно нелегко, ведь Джоанна так похожа на Кэролайн.
— Что ты хочешь сказать?
— Я думал, ты знаешь, ты ведь живешь здесь уже давно, — с нескрываемым удивлением ответил Кейн. — Даже я давно уже узнал об этом, еще когда только приезжал сюда на лето.
— О чем узнал?
— Что в свое время Кэролайн была влюблена в Гриффина. И даже хотела уйти от мужа.
Холли изумленно посмотрела на него. Неужели она так зациклилась на своей работе, что совершенно не замечала того, что творилось у нее под носом? Не может быть! Даже при том, что она никогда не была близка с Кэролайн, она бы наверняка обратила внимание, что брак ее работодателя оказался на грани краха.
— Ничто на это не указывало, — подумав, возразила она. — Это, видимо, просто сплетня, Кейн.
— Нет.
— Почему ты так уверен?! То есть…
— Холли, я знаю, что это правда, потому что Кэролайн сама мне это сказала. Сказала, что к Гриффину она чувствует то, чего никогда не чувствовала к Скотту. — Он покачал головой. — Я не знаю, почему она решила доверить это мне. Но люди вообще склонны к этому. Когда я работаю на улице, кто-нибудь обязательно остановится посмотреть — ты знаешь, мне это не мешает — и поговорить, и ты, возможно, удивишься тому, что я знаю об этом городке.
— Наверняка, — подтвердила Холли. Кейн улыбнулся.
— Послушай, я никому, кроме тебя, не рассказывал этого о Кэролайн, особенно когда понял, что это не общеизвестно. Она обычно не показывала своих чувств, слишком заботилась о своем добром имени, чтобы ставить свою репутацию под удар. Кроме того, что-то там у них не заладилось, так что это все касается только их двоих.
— Скотт знал? — спросила Холли.
— Кэролайн не говорила ему и была уверена, что он и не догадывался, — так она сказала. Это было давно, еще до рождения Риген.
— Интересно, чего еще я не знаю об этом городе, — потрясенно прошептала Холли.
— Ты была занята, — произнес Кейн. Она расслышала намек, хотя голос у него был совершенно естественный.
— Вероятно, была. Но теперь, ты же знаешь, я стараюсь. С тех пор, как мы заключили наше небольшое соглашение.
— Я чувствую. — Он улыбнулся. — И очень ценю, поверь. Но, Холли, теперь я попрошу тебя провести ночь в моем коттедже — сделай нам приятное, скажи «да», даже если тебе утром предстоят важные встречи. Конечно, копы не доверяют алиби, когда подтверждение исходит от любовниц, но это все же лучше, чем ничего.
— Я могла бы соврать Гриффу, что была с тобой, — заметила она.
— Могла бы. И это со всей ясностью показало бы, что ты не считаешь меня вовсе уж непричастным к смерти Амбер.
Холли удивилась было, но лишь на мгновение. Он вновь был прав. Если бы она в чем-то сомневалась, она бы грудью бросилась на его защиту и заявила бы, что была с ним. Но поскольку она была абсолютно уверена, что он не мог сделать девушке ничего дурного, ей и в голову не пришло, что ему нужно помочь доказать свою невиновность.
— Ты знаешь, это самое лучшее из всего, что ты мне когда-либо говорила, — сказал Кейн и улыбнулся ей.
Холли не удержалась и улыбнулась ему в ответ, и позволила взять себя за руку, и переплела свои пальцы с его, несмотря на то, что их могли увидеть и ее сотрудники, и постояльцы.
Впервые она, не стесняясь, коснулась его на людях. «Своего рода прогресс», — подумала она. А может быть, и нет. Потому что она и не думала о том, что на них смотрят, не вспоминала даже о смерти бедняжки Амбер.
Холли думала о Кэролайн. Преодолела ли та свое чувство к Гриффу за годы, прошедшие после их романа, или просто перенесла на кого-то другого? Конечно, не на бесчувственного мужа. На кого-то, кто, вероятно, выслушал ее с пониманием, кто подставил плечо, поддержал. Кто восхищался ее беззащитной женственностью, кто умел оценить ее красоту и элегантность.
Вот, например, Кейн.
Но Холли не хотела спрашивать его прямо, не вполне ясно отдавая себе отчет почему. Может быть, потому, что трудно бороться с мертвой соперницей, может быть, потому, что боялась услышать в ответ, что Кейн любил Кэролайн. Холли понимала только одно: она совсем не знала Кэролайн.
«Да и понимал ли хоть кто-нибудь в их городе, что собой представляет Кэролайн Маккенна на самом деле», — вдруг подумала она.


Когда Гриффин подошел к Джоанне, она стояла, обеими руками крепко вцепившись в перила, и невидящими глазами смотрела куда-то за горизонт. Сильный холодный ветер трепал ее длинные светлые волосы и румянил щеки.
— Вы же не думаете, что эту девушку убил Кейн? — сдержанно спросила она.
— Очень бы удивился, — не стал спорить Гриффин. — Но, впрочем, я и без этого удивлен — оказывается, никому нельзя доверять. Он сказал, что в пятницу, когда Амбер без приглашения заявилась к нему в коттедж, там были вы.
Джоанна кивнула.
— Так оно и есть. Он, кстати, не флиртовал с ней, вел себя совершенно корректно. Стараясь не задеть ее чувств, делал все что мог, чтобы заставить ее ощутить себя маленькой, какой она, в сущности, и была.
— И что же он для этого предпринимал? — спросил Гриффин.
Джоанна посмотрела на него и слегка улыбнулась.
— Для этой цели мы с ним устроили политическую дискуссию. Бедное дитя явно не доросло до таких разговоров и вполне это прочувствовало.
— И вы уверены, что он устроил эту дискуссию именно для того, чтобы показать Амбер, что она слишком юна?
— Конечно. Для чего же еще?
Гриффин не позволил себе сорваться во второй раз за один день. К тому же он не вполне уверен в характере своих чувств по отношению к этой женщине. Но зато убедился теперь в том, что она кое о чем умолчала. Надо сказать, ему не давали покоя и те вопросы, которые он так и не задал Кейну и Холли. Но если дело касалось Джоанны, он уже не мог думать ни о чем другом.
Шериф с трудом заставил себя вернуться от этих туманных размышлений к вещам конкретным и имеющим значение.
— У Кейна нет алиби на эту ночь, — заявил он.
— У меня тоже, — возразила Джоанна. — И осмелюсь предположить, так же обстоит дело и с большинством жителей городка. Вы говорите, между одиннадцатью вечера и семью утра? Ночь была штормовая, — вероятно, почти все просто легли спать или коротали время с хорошей книжкой. Без всякого алиби.
— Понятно, понятно.
Гриффин смотрел на нее, прислонившись к перилам. Пейзаж Клиффсайда, от которого захватывает дух, был ему привычен, а ее облик — нет. Она была очаровательна. От взгляда на нее захватывало дух гораздо сильнее, чем от какого угодно пейзажа, и он постоянно отвлекался от того, о чем ему полагалось думать.
Не думай о ней. Не думай. Не сейчас. Еще рано.
— Может быть, ее и не столкнули, — предположила Джоанна. — Может быть, она сама бросилась в пропасть.
— Возможно. — Он сделал над собой усилие и сосредоточился на теме разговора. — Но… мне кажется, что для девушки такого типа, экстравертной, с завышенной самооценкой, это маловероятно. Она скорее сделала бы какую-нибудь гадость Холли — из ревности, или даже набросилась бы на Кейна, если бы тот ее впрямую отверг, но…
— Он ее не отвергал, — перебила его Джоанна. — Он из кожи лез, чтобы не дошло до таких крайностей. Кейн действовал более тонко — был с ней… дружелюбно-безразличен и вел себя так, словно просто не замечал, что она в него безумно влюблена.
— Вот это-то она и могла счесть невыносимым для себя.
— В последний раз, когда я ее видела, она была разочарована и чувствовала себя весьма неловко — но при этом совершенно не казалась ни подавленной, ни обезумевшей от ревности.
— В последний раз вы ее видели в пятницу?
Джоанна кивнула.
— В выходные все могло измениться, — пробормотал Гриффин. — И, должно быть, изменилось. Я не верю, что она случайно упала с обрыва, так что или самоубийство, или ее столкнули. Самоубийство, пожалуй, более вероятно.
— Но в него вы тоже не верите. Почему? Только потому, что оно не соответствует ее психологическому типу?
Он подумал, потом вздохнул.
— Трудно быть до конца уверенным из-за дождя, и еще труднее будет доказать это суду, но я обнаружил почти неразличимые следы у края обрыва, там, где она упала.
— Какие следы?
— Следы, которые показывают, что их могли оставить два человека, причем один из них был гораздо тяжелее другого, а тот, что более легкий, — сопротивлялся. Вот так.
Перед мысленным взором Джоанны возникла картина: на краю обрыва две фигуры, вцепившиеся друг в друга под пронизывающим ветром и потоками дождя, освещенные вспышками молний. Она вздрогнула.
— Но это же бессмысленно! Она была совершенным ребенком, кому могло понадобиться ее убивать?
— Не знаю.
— Кто-нибудь рассказал хоть что-нибудь, дающее зацепку?
— Пока все твердят, что ничего не видели. Мои помощники будут опрашивать всех постояльцев отеля без исключения, но я сомневаюсь, что это что-то даст. Как вы сказали, ночь была штормовая.
— А кто ее нашел? — спросила Джоанна.
— Один из служащих отеля. Он собирался спуститься вниз, чтобы проверить пляж, — как он делает после каждого шторма.
— Так что это тоже ничего не дает.
Гриффин покачал головой.
Джоанна помолчала, глядя на него, и наконец решилась.
— Я не думаю, что это может как-то помочь, но… Помните, я вас спрашивала про человека, который погиб здесь раньше в этом году? Я думала, что это женщина, а вы сказали, что мужчина.
— Помню.
— Так вот, я думала, что это женщина, опять же из-за своего сна. — Она коротко изложила сон, не умея прочитать по непроницаемому лицу Гриффина, поверил он ей или нет, но резонно полагая, что вряд ли. За это время веры в сны у него не прибавилось. — Я считала, что этот сон тоже имеет отношение к Кэролайн. Может быть, она видела, как женщину толкают с обрыва; я даже предполагала, что этот темноволосый мужчина хотел убить ее как раз за то, что она это видела. Потом вы мне сказали, что погиб мужчина, а не женщина, и я уже не знала, что и думать. Но когда снизу подняли тело Амбер и я увидела прядь ее волос, вьющуюся за подъемником, я решила, что, может быть, это ее смерть я видела во сне. Ну, еще до того, как это произошло.
— Вещий сон? — Голос Гриффина выражал явное сомнение.
— Я понимаю, вы в это не верите. Но ведь, в конце концов, описано множество случаев, когда люди, перенесшие серьезную травму, особенно травму головы, обнаруживали впоследствии способность к экстрасенсорному восприятию — в той или иной форме. Может быть, и со мной это случилось? Может быть, удар током приоткрыл дверь в такую область моего мозга, о которой я раньше и не подозревала?
Он мог бы возразить, что на самом деле удар током на некоторое время прервал нормальное функционирование мозга, оставив взамен лишь смутные сны и бессознательные импульсы. Но не стал этого делать, а просто сказал:
— Я в жизни видел слишком много непонятных вещей, чтобы настаивать на том, что это невозможно. Но так или иначе, нам это, кажется, ничем не может помочь. Вы ведь во сне не увидели лица этого мужчины.
Джоанна поняла, что он ей не верит, но хорошо уже то, что хоть не издевается в открытую.
— Нет, не видела. Как только он стал поворачиваться лицом, я проснулась.
— Вы заметили в нем что-нибудь необычное?
Она изобразила улыбку.
— Он не был рыжим. Что снимает подозрения с Кейна.
— Но если шел дождь и вы находились достаточно далеко, то как вам удалось рассмотреть цвет его волос?
Улыбка исчезла с лица Джоанны.
— Дождя не было. То есть небо, конечно, было затянуто тучами, все было серым и мрачным, но дождь не шел и шторма тоже не было.
Гриффин наморщил лоб.
— Вероятно, смерть Амбер произошла за несколько часов до того, как нашли ее тело. Значит — она погибла до рассвета. А этой ночью тьма была кромешная, Джоанна.
Она опять задержала дыхание, набираясь храбрости.
— Ладно. В конце концов, я думаю, что мое видение — это не смерть Амбер. Представьте себе…
— Что?
— Представьте себе, что мне приснилось, как я сама лечу с этого обрыва, — сказала Джоанна, стараясь, чтобы голос звучал ровно и без лишнего драматизма.
Гриффин схватил ее за плечи.
— Нет! Даже если сны совершенно бессмысленны, Джоанна, их почти всегда следует трактовать символически. Что бы вам ни приснилось, это была не ваша собственная смерть.
— Вы говорите так уверенно. Откуда эта уверенность, если вы считаете, что сны вообще ничего не значат? — Она чувствовала, что голос выдает ее волнение.
Он слегка покачал головой.
— Я вовсе не утверждаю, что ваши сны ничего не значат. Может быть, и наоборот — откуда мне знать? В чем-то я сомневаюсь, это естественно. Но как бы то ни было, я абсолютно убежден, что никто не может увидеть во сне собственную смерть.
Ей хотелось спросить, почему он в этом так убежден, но момент для философской дискуссии был явно неподходящий. Проще и удобнее было согласиться.
— О'кей. Тогда как же трактовать этот сон?
— Вам действительно снилось, что девушку толкнули с обрыва?
— Нет. Сначала я видела только ее. Она наклонилась над пропастью, словно собираясь взлететь. Но потом на том месте, где только что была она, я увидела его, и, когда он стал поворачиваться ко мне, я почувствовала такой ужас…
— И подумали — во сне, — что он ее толкнул?
Джоанна кивнула.
— Да, именно так. — Она слабо улыбнулась. — Но потом я решила, что вижу все это глазами Кэролайн. Ну то есть она видела все происходящее, все то, что мне приснилось.
Гриффин чуть сжал ее плечи, потом отпустил.
— Не знаю даже, во что легче поверить — в то, что вы видели сцену из прошлого глазами Кэролайн, или в то, что вам каким-то образом заранее приснилась смерть Амбер.
Постарайся поверить! На самом деле Джоанна не могла с чистой совестью на этом настаивать: она и сама пребывала в тяжких сомнениях. Но ей вдруг стало казаться, что расстояние между ними куда больше двух футов, которые их действительно разделяли.
— Может быть, — задумчиво произнесла она, — этот сон объясняется вот как: мне казалось, что за смертью Кэролайн скрывается что-то зловещее, я чувствовала, что от обрыва исходит смертельная опасность, и все эти страхи целыми ночами держали мой мозг в напряжении. Возможно, эта блондинка и была я — так же, как и наблюдатель тоже была я. А темноволосый мужчина на верху обрыва — возможно, это… это подсознательное проявление моего беспокойства. Это я почерпнула в «Психологии 101». — Она подавила нервный смешок.
Он серьезно посмотрел на нее.
— Вы стараетесь убедить меня — или себя?
— Может быть, обоих? — пожала плечами она. — Я твердо уверена только в том, что уже говорила вам раньше. В этом городе что-то не так, что-то не в порядке — и это связано с Кэролайн и ее гибелью. Я это знаю. Я это чувствую! Гриффин, вы должны согласиться, что если три человека падают с обрыва в течение нескольких месяцев…
— Три человека, по всей видимости, никак не связанные друг с другом, — перебил он. — И нет абсолютно никаких признаков того, что первые две смерти произошли не в результате несчастного случая.
— По видимости не связанные… — нахмурилась Джоанна. — Но если на самом деле связь существует и мы ее просто пока не нашли?
— Мы? Джоанна…
Не дав ему договорить, она стала выкладывать мысли, что с некоторых пор постоянно прокручивались у нее в голове.
— Что может быть общего у этих троих? Кроме того, что все они оказались в Клиффсайде. Мужчина, приезжий, лет тридцати, женщина, здешняя уроженка, двадцати девяти лет, и девушка восемнадцати лет, тоже не из Клиффсайда. Двое жили в гостинице, принадлежащей мужу третьей, — но гостиница-то в городе одна, так что это ничего не значит. Один погиб в начале июня, другая — первого июля, третья — в начале октября. Все трое упали с обрыва. Места здесь и вправду опасные. Двое сорвались вниз в двух сотнях ярдов друг от друга, вторая — за несколько миль отсюда.
Гриффин уже не спорил. Он методически продолжал:
— Кэролайн сидела в машине, когда погибла, а другие двое просто гуляли в горах. Один погиб около полудня, другая в половине первого дня, а третья ночью. — Он многозначительно помолчал. — Я пока не вижу связи.
— Ну, если бы связь была столь очевидна, вы бы увидели ее уже давно.
— Большое спасибо.
— Нет, вы понимаете, что я имею в виду.
Он вздохнул.
— Да. Послушайте, я просмотрел еще раз дело о первой смерти — я думаю, вы тоже этим делом интересовались. — Он не задал вопроса, но Джоанна кивнула. — Что ж, я не ошибся. Так вот, я не нашел там ничего необычного.
— И я не нашла, — согласилась Джоанна. — Но мне были доступны только газетные отчеты. Его вещи осмотрели?
— Фактически да; можно сказать, да. Его смерть не вызывала подозрений, и мы не делали обыск, но просто нужно было очистить номер. А почему вы спросили?
— Были там какие-либо доказательства того, что он действительно приехал отдыхать? Какие-нибудь удочки?
— Нет. Но пока вы скоропалительно не объявили этот факт подозрительным, позвольте вам напомнить, что некоторые в отпуске хотят просто отдохнуть, — я помню, его сестра сказала, что он отправился сюда после того, как закончил какую-то изнурительную деловую операцию.
Джоанна разочарованно вздохнула.
— Значит, его смерть была просто несчастным случаем. А Кэролайн слишком быстро ехала по скользкой дороге. А Амбер… а что Амбер? Если она не упала и не бросилась в пропасть, то…
— То, может быть — может быть! — подчеркнул Гриффин, — ее кто-то столкнул. Может быть, доктор Бекет обнаружит при вскрытии доказательства того, что она была убита. Может быть, нам удастся найти свидетеля. А может быть, и нет.
Он говорил устало, и Джоанна тоже вдруг устала спорить. Он действительно твердолобый реалист, и без свидетелей и вещественных доказательств его не убедишь, что несчастный случай тут ни при чем.
Гриффин слегка помассировал затылок.
— Я бы выпил кофе. А вы?
— Охотно.
Она оставила наконец в покое перила и пошла вслед за ним по газону к веранде. Они молча устроились за маленьким столиком под крышей и стали ждать своего кофе. Было прохладно, но вдалеке от обрыва и сильного ветра с океана казалось все же значительно уютнее.
— И что дальше? — спросила Джоанна, с наслаждением делая глоток горячего кофе. Гриффин тоже отпил из своей чашки.
— Все то же: бесконечные опросы, результаты вскрытия. Словом, все, что нужно, чтобы как можно подробнее восстановить картину того, что случилось с Амбер.
Джоанна, и не спрашивая, знала, что он сосредоточит свое расследование вокруг фигуры жертвы. Для большинства полицейских в смерти, даже в убийстве, нет ничего сложного. Чаще всего и на самом деле так. Запланированное убийство случается редко, гораздо чаще — убийство в состоянии аффекта, внезапное, под наплывом чувств. Гриффин предположил, что Амбер довела кого-то до состояния ярости, и теперь будет искать этому подтверждения. А отнюдь не проверять, связано ли это дело с гибелью Кэролайн и того мужчины — шериф не считает эти смерти взаимосвязанными.
Джоанна не формулировала этого раньше, но у нее было такое чувство — возможно, бессознательное, — что эти три смерти чем-то объединены. Амбер погибла, потому что погибла Кэролайн, а Кэролайн — потому что погиб мужчина по имени Роберт Батлер. Это звенья единого замысла, которого она пока не понимала. И если узнать, в чем настоящая причина хотя бы одной из этих смертей, то получишь ключ к остальным.
А еще у нее было чувство, что лучше держать все это при себе, по крайней мере пока. Гриффин ей не верит — его не убедишь «чувствами» и снами, даже если они предсказывают убийство. Ему нужно нечто более материальное, нечто такое, что он мог бы взять в руки и сказать: «Да, это факт».
— Джоанна?
Она чуть вздрогнула и посмотрела на него.
— Где вы витаете?
— О, просто задумалась. — Она невольно вспомнила привычку Амбер к месту и не к месту говорить «О» и вдруг устыдилась, поймав себя на том, что смотрит на губы Гриффина. Она немедленно уставилась в свою чашку. Что это с ней творится? Даже если бы она искала себе любовника — а у нее, безусловно, другие цели и задачи, — он последний человек в этом мире, которого она бы выбрала. Не говоря о том, что он ей не доверяет, у нее своя жизнь и работа за три тысячи миль отсюда. Через неделю-другую она вернется домой. Одна.
И потом, Кэролайн. То есть призрак Кэролайн.
Гриффин знал ее долгие годы, и в последний день своей жизни она хотела с ним встретиться. Зачем? Может быть, она хотела доверить ему свои опасения, а может быть, встреча задумывалась скорее личная, а то и интимного свойства?
Вздрогнув, Джоанна напомнила себе, что об этом она знает только со слов Гриффина. Это он сказал, что Кэролайн просила его о встрече; он сказал, что был занят и не пошел на рандеву; он сказал, что у них не было романа; он сказал, что не любил чужую жену.
И это его рапорт удостоверял, что ее смерть — несчастный случай.
Гриффин подался к ней. Его низкий голос обрел вдруг прямо-таки полицейскую непререкаемость.
— Послушайте. Вы не занимаетесь этим расследованием.
— Разве я говорю вслух? — Она подняла глаза и поняла, что проговорилась; лицо его было так же сурово, как и голос. Она снова вздрогнула, и снова — отнюдь не от холода. Ей не хотелось так думать, не хотелось, но все же что, если Гриффин предостерегает ее, потому что не хочет, чтобы открылась правда?
— Вы можете не говорить, у вас и так все на лице написано. — Его голос опять посуровел. — Джоанна, мы предположили, что совершено убийство. А это значит, что где-то в городе находится очень опасный преступник, и я не хочу, чтобы вы его искали.
Джоанна медлила с ответом, но, как только глаза его сузились, с готовностью кивнула.
— Я понимаю. — Он продолжал смотреть строго. — Послушайте, я же не дура и вовсе не одержима стремлением к скорой смерти. Поверьте, у меня нет никакого желания столкнуться с убийцей, — добавила Джоанна для большей убедительности.
Гриффин с облегчением вздохнул. Теперь он был доволен.
— Вот и хорошо.
— Но я надеюсь, вы будете держать меня в курсе всего, что происходит, пока ведется расследование, — с надеждой сказала она.
Он криво улыбнулся.
— Это маленький городок, вы не забыли? Все будут знать, что происходит в ходе расследования.
— Но ведь не все будут знать, что происходит у вас в голове. — Она старалась, чтобы голос звучал нейтрально. — А мне кажется, что все самые важные события будут происходить именно там.
Ты встретился с ней в тот день, Гриффин? Не от тебя ли она пыталась убежать, когда ее машина рухнула с обрыва?
Он слегка приподнял чашку кофе в знак того, что понял сказанное Джоанной.
— Что там может случиться важного, если только я не сойду с ума? — отшутился он, допил кофе и встал. — До свидания, Джоанна.
— До свидания.
Она смотрела ему вслед, пока он не скрылся в гостинице, потом повернулась к морю. Нет, она, безусловно, не одержима тягой к смерти, она уже побывала на ее пороге. И даже несколько задержалась там. Больше ее туда не тянет. Но она не может спокойно сидеть и ждать, пока кто-то другой разгадает загадку, из-за которой она оказалась здесь. Особенно если у нее есть некоторые сомнения относительно шерифа Клиффсайда.
Но в то же время у нее нет намерения попусту сердить Гриффина, вмешиваясь в ход его расследования смерти Амбер. Она останется в стороне от этого дела, по крайней мере пока. Она сделает все возможное, чтобы ему не мешать. Но и не будет сидеть без дела. Она сконцентрирует усилия на тех двух «несчастных случаях», на двух делах, которые Гриффин закрыл: на смерти Роберта Батлера и на смерти Кэролайн Маккенна.
«Расследовать смерть Батлера будет, пожалуй, труднее, — думала она, — потому что он не отсюда, и вся информация о нем и его возможных связях со Скоттом, к примеру, отыщется скорее всего в Сан-Франциско, то есть там, где он жил».
Джоанна еще не готова была ехать в Сан-Франциско и не собиралась получить интересующие ее сведения по телефону.
Остается Кэролайн.
Джоанна не уставала удивляться. Что бы ни случилось, все время казалось, что так или иначе, но все дороги ведут к Кэролайн. Или у меня в голове умещается только одна мысль, или… Или что? Указующий перст судьбы?
Судьбы… или самой Кэролайн.


Когда Джоанна закончила завтрак, погода уже значительно улучшилась: светило солнце, и столбик термометра медленно, но неуклонно полз вверх. Чего нельзя было сказать о ее настроении. Смерть Амбер еще усилила всегдашнее напряжение — Джоанну уже непрестанно мучило чувство, что нужно что-то делать и нельзя ждать ни минуты.
Тик-так. Тик-так. Тик-так.
Это тиканье, звучащее у нее в ушах, гнало ее прочь из отеля, заставляя спешить, спешить, спешить… Она с трудом удерживалась от того, чтобы не пуститься к своей машине бегом. И только лишь преследующее ее воспоминание о том, что может случиться с машиной, едущей на большой скорости по серпантину прибрежного шоссе, заставляло ее сбрасывать газ, когда она выехала с территории «Гостиницы».
Я должна понять, что здесь происходит! Я должна это понять, иначе я сойду с ума!
Она собралась осмотреть старую конюшню у прибрежного шоссе, где Кэролайн хотела встретиться с Гриффином — за несколько минут до того, как ее машина упала с обрыва. Джоанну вели туда сомнения относительно шерифа и его отношений с Кэролайн и удивление, почему для встречи с ним было выбрано такое странное место. Старая конюшня. Как-то не вязалось это с ее представлением о Кэролайн — рассматривать заброшенную придорожную конюшню как место, пригодное для чего бы то ни было. Особенно для встречи с мужчиной.
Это вносило некий диссонанс в облик, сложившийся в сознании Джоанны, и Джоанна, следуя своей интуиции, решила продолжать выяснять обстоятельства жизни Кэролайн, обстоятельства странные и вызывающие недоумение.
Джоанна ни у кого не стала спрашивать дорогу — она просто поехала по прибрежному шоссе к Портленду, внимательно глядя вокруг, рассчитывая легко найти старую конюшню; так и вышло. Не больше чем в миле от места гибели Кэролайн, совсем рядом с шоссе, она увидела разваливающееся, явно неиспользуемое здание.
Джоанна свернула с дороги, остановила машину у конюшни и несколько минут прислушивалась и оглядывалась, изучая местность. Похоже, место было пустынным, кроме того, здесь царила непривычная уху горожанина тишина — если не считать шума прибоя. «В этом месте едва ли встретишь случайного прохожего», — первое, что подумала Джоанна. Обойдя конюшню вокруг, она обнаружила у задней стены идеальное место для парковки машины или даже двух, при этом совершенно не видно с шоссе. Может быть, это излюбленное место свиданий влюбленных подростков?
Может быть. С тех пор, как она была подростком, все так изменилось.
Покосившаяся дверь открылась легко. Джоанна вошла. Конюшня использовалась как сенной сарай: стойла были доверху забиты сеном, и лишь в середине было небольшое относительно свободное пространство. В воздухе стоял густой сладкий запах сена, и было сухо.
Вспомнив, как в детстве в сенных сараях они любили устраивать в сене маленькие комнатки, Джоанна решила осмотреться получше. И нашла! Вход был замаскирован, и стойло было выбрано явно не случайно: короткий «коридор» привел ее в задний угол конюшни, там и находилась маленькая квадратная «комнатка», которая служила местом не одного тайного свидания.
Здесь было сумрачно, почти темно, слабый свет проникал только сквозь щели ветхих досок наружной стены. На полу — толстый слой мягкого сена. Оно отлично заменяло более привычное в таких ситуациях ложе; на высокой полке Джоанна увидела аккуратно сложенный роскошный плед. Рядом стояла коробка из-под туфель с большим пакетом увлажняющих салфеток и коллекцией разнообразных презервативов.
— Все новейшие достижения налицо, — негромко пробормотала она. Не то чтоб безумно романтично, зато — удобство и здоровый практицизм.
На первый взгляд это действительно был тайный приют любви подростков, но дорогой плед как-то не вписывался в общую картину, вселив в душу Джоанны некоторые сомнения. Она попыталась представить себе, как какой-нибудь мальчик или девочка взяли его из дома, — но это не такая вещь, пропажи которой могут не заметить в домах среднего достатка, и зачем вызывать подозрения? Проще купить какое-нибудь дешевое одеяло.
«Всякое бывает, — шептал ей внутренний голос, — но все-таки маловероятно, чтобы какая-нибудь шестнадцатилетняя Сьюзи полезла в мамину кладовку за этим шикарным пледом, потому что сено слишком колючее для ее нежной попочки».
Маловероятно.
Зато изнеженная и хрупкая женщина постарше, типа Кэролайн, уж конечно, позаботилась о своем комфорте, если бы это было ее место для свиданий. А также о минимальной гигиене, о защитных средствах и о том, чтобы нашлось, чем стереть доказательства пылкой страсти, оставленные любовником. Чтобы муж ничего не заподозрил.
И она вполне могла в тот теплый июльский день назначить здесь этому любовнику свидание. Свидание, которое почему-то не заладилось…
Такая возможность показалась Джоанне более чем ужасной; все внутри ее застыло от боли. Она, конечно, не знала точно, с кем встречалась здесь Кэролайн, но Гриффин сам сказал, что она просила его встретиться с ним здесь в тот день, когда погибла; Джоанне казалось, что женщина вряд ли станет приглашать мужчину в свое тайное пристанище, если это место ему не знакомо. Скорее всего, он бывал здесь раньше.
Она оставила плед и коробку на своих местах и еще разок огляделась. На душе было тягостно, но что-то мешало ей немедленно уйти из этой маленькой неприятной комнатки. Она стояла и зачем-то смотрела под ноги, на толстую подстилку из сена. Что заставило ее начать разбрасывать сено носком туфли? Через некоторое время она поняла, что, сама того не желая, сосредоточенно ищет… Что?..
Не успела она как следует осознать свои действия, как под ногами у нее блеснуло что-то металлическое. Джоанна опустилась на колени — это было ожерелье: изящная золотая цепочка с маленькой подвеской в форме сердца. Она подняла ожерелье с земли, в полумраке стараясь прочесть, что выгравировано на сердечке. Луч света упал на ожерелье, и в глаза Джоанне прыгнули слова: «Я люблю тебя». Она перевернула сердечко. Всего два слова — в качестве подписи.
«С любовью, Риген».




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Вещие сны - Хупер Кей



Женский детектив с элементами страсти и любви
Вещие сны - Хупер КейАнна
5.10.2011, 16.20





мистика, любовь без пошлостей,отличный роман как и все этого автора
Вещие сны - Хупер Кейарина
15.03.2012, 22.09





Интересный роман и читается легко. 10 из 10.
Вещие сны - Хупер КейМари
9.09.2012, 3.45





отличный роман.Интересно читать,без глупости и пошлости.10/10
Вещие сны - Хупер КейЛеля
20.04.2013, 23.34





отличный роман! и детективная часть отлично написана, и любовная. очень достоверные чувства, очень убедительная мотивация, хороший перевод. 10 баллов из 10. очень рекомендую!
Вещие сны - Хупер КейГалина
30.03.2014, 13.43





Очень даже хороший детектив.И любовь так сказать симпатишная))10/10
Вещие сны - Хупер Кейнастя
23.01.2015, 18.53





Прекрасно .читала на одном дыхании
Вещие сны - Хупер КейКсю
25.01.2015, 13.49





10/10
Вещие сны - Хупер КейОльга
12.06.2015, 22.04





Определённо понравился этот роман, сюжет интереснейший, развитие романа и события удерживают внимание до конца. Чуть затянуто в середине, но это интрига. А еще немного прослезилась.
Вещие сны - Хупер КейАнна
26.06.2015, 9.40








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100