Читать онлайн Семейное проклятие, автора - Хупер Кей, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Семейное проклятие - Хупер Кей бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.82 (Голосов: 61)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Семейное проклятие - Хупер Кей - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Семейное проклятие - Хупер Кей - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хупер Кей

Семейное проклятие

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

— Твое зеркало, — говорила Дана Уилкс Лауре в субботу утром, — было сделано в 1800 году по заказу Брэндона Кэша, который подарил его своей супруге Саре на двадцать вторую годовщину свадьбы. Его изготовил знаменитый ювелир из Филадельфии. Узор в виде лабиринта состоит из одной непрерывной замкнутой линии без начала и конца, что должно олицетворять вечность. Когда мастер записывал это зеркало в книгу заказов, он именно так и назвал этот рисунок — «Вечность». Такая гравировка была сделана только для Брэндона Кэша. Больше мастер ее не повторял в своих работах.
— Я просто потрясена, — сказала Лаура.
Довольная похвалой, Дана откинула темные волосы со лба.
— Я молодец, правда?
— Просто замечательно! Как тебе удалось выяснить все это так быстро?
— Мне повезло, — призналась девушка со смехом. — Ювелир очень аккуратно вел свои записи, а поскольку он в конце концов стал популярен, его работы хорошо известны. Он немного работал по бронзе, и обо всем, что он сделал, сохранились подробные записи. Твое зеркало, кстати, сейчас очень дорого стоит.
Лаура покачала головой.
— Меня интересует не его цена, а его история. И история людей, которым оно принадлежало.
— Да, ты говорила, но я подумала, что должна тебе это сказать.
Девушки пили кофе в гостиной Лауры. Дана сделала глоток и снова заглянула в записную книжку, лежащую перед ней.
— Так. Нам снова повезло с этой супружеской парой: семья Кэш была хорошо известна в Филадельфии и ее окрестностях. Мне удалось найти достаточно информации в газетах, письмах и журналах. К счастью, почти все это доступно по библиотечной сети, поэтому ехать в Филадельфию не пришлось.
— Отлично, — сухо заметила Лаура. — Я и тебе-то едва смогу заплатить, не говоря о билетах на самолет.
— И я так рассудила, — улыбнулась ей Дана. — Давай посмотрим, что мы узнали. Вот. Я не знала, насколько подробно тебе все это нужно, поэтому выписала все, что удалось найти. Брэндон Кэш родился в 1760 году и прожил долгую жизнь. Умер он в семьдесят лет в 1830 году. Причину смерти мне не удалось установить, но в это время была эпидемия гриппа, так что скорее всего он тоже от нее пострадал.
— Сара Лангдон родилась в 1762 году и тоже дожила до семидесяти лет. В 1832 году доктор зарегистрировал смерть «от разбитого сердца».
Лаура была поражена.
— Смерть «от разбитого сердца»? Доктор так и написал?
— Да. Он отметил, что после смерти мужа она тихо угасала, и он убежден, что она умерла «от разбитого сердца». Видимо, эти супруги были очень любящей парой. Все умилялись, глядя на них. — Дана снова заглянула в свои заметки. — Брэндон и Сара встретились, когда ей было пятнадцать, а ему — семнадцать. Обе семьи сочли, что дети еще слишком молоды, но они решили пожениться и добились своего — через год.
— Похоже, они прожили спокойную жизнь. Никаких денежных затруднений, нормальное здоровье. Сара родила троих детей безо всяких осложнений. Они росли сильными и здоровыми. И родные, и знакомые, и соседи всегда отмечали преданность супругов друг другу. Никаких безумств, просто один не мог обойтись без другого. Никто из них не вел дневника, но в письме к сестре, отправленном Сарой сразу после смерти мужа, она пишет, что в их супружеской жизни не было ни одной ночи, которую они провели раздельно, и теперь она не может заставить себя лечь в опустевшую постель.
— Тогда, наверное, она действительно умерла от разбитого сердца, — задумчиво сказала Лаура.
— Печально, правда? — Дана покачала головой, но ее оптимистический взгляд на жизнь победил. — С другой стороны, они прожили вместе более пятидесяти счастливых лет.
Лаура кивнула.
— Больше, чем многие другие.
Но ее воображению рисовался образ старой женщины, которая тихо лежит на своей половине супружеской постели, и у нее болит сердце.
— Ну а что насчет зеркала?
Дана, мало обеспокоенная горестями давно умерших людей, энергично продолжила:
— Сара не оставила завещания, но зеркало вошло в опись домашнего имущества, которое перешло к ее дочери Мэри. Это случилось сразу же после смерти Сары в 1832 году. О Мэри не удалось узнать ничего интересного, но в любом случае зеркало было у нее недолго. Думаю, ей срочно понадобились деньги: она продала это зеркало ювелиру, который его сделал.
— А ты узнала, как ювелир поступил с зеркалом?
— Да. Зеркало было у ювелира больше двадцати лет, оно очень нравилось его жене. Потом она умерла, и мастер продал зеркало в 1858 году. Вернее, его сын продал. Молодой леди по имени Фэйс Бродерик. А несколько месяцев спустя сын ювелира Стюарт Кенли и Фэйс Бродерик обвенчались.
Дана на секунду оторвалась от своих записей.
— Дальше я пока особенно не продвинулась. Выяснила только, что Стюарт родился в 1833 году, а Фэйс — в 1836-м. Я смогу продолжить охоту в понедельник.
Лаура смотрела на нее с восхищением.
— Я даже не надеялась, что ты сможешь столько узнать. И так быстро. Как ты считаешь, тебе удастся проследить историю этого зеркала до наших дней?
— Заранее не скажешь. Я удивлена, что нам так везет. Люди редко отмечают, когда такие вещи переходят из рук в руки. Но это зеркало, похоже, что-то значило для каждого владельца, поэтому они записывали, что с ним происходило. Надо скрестить пальцы на счастье, чтобы удача от нас не отвернулась и чтобы следующие хозяева так же аккуратно вели записи.
Дана печатала свои заметки, и Лаура получила копию первых результатов исследования. После ухода студентки она какое-то время изучала записи. Даты, короткие комментарии, не так много информации. Голые факты. Юноша и девушка встретились и полюбили друг друга во время революции. Поженились и родили детей. Они были необыкновенно, трогательно близки, и даже посторонние люди отмечали их особенные отношения. Затем он заказал зеркало — дар своей жене, память об их любви.
Они умерли с разницей в два года, после более пятидесяти лет совместной счастливой жизни.
Затем зеркало начало свой новый путь — обратно к ювелиру, который сделал зеркало, и к его жене, которая очень полюбила эту вещь. Затем, годы спустя, зеркало поместили в витрину, где оно привлекло внимание некой молодой девушки. Девушка купила зеркало, и случилось, очевидно, так, что она влюбилась в молодого человека, сына ювелира, который продал ей это зеркало.
Лаура сама не знала, чего она ждет от этих исследований. Уж не надеется ли она найти огромный плакат, на котором было бы черным по белому написано, почему Питер Килбурн хотел выкупить у нее зеркало. Или, по крайней мере, ей удастся обнаружить намеки, которые приведут ее к разгадке. Но пока в записках Даны ничего такого не обнаруживалось.
Лаура оставила их на столике, перешла в гостиную и остановилась у неоконченного рисунка женской руки, держащей зеркало. Она почти не работала над ним вчера, хотя потратила много времени, разглядывая его. Лаура беспокойно металась по комнате, так же беспокойны были и ее мысли, лихорадочно сменяющие друг друга; здравый смысл и логика спорили с чувствами — смутными и сумбурными.
Я ни за что туда не вернусь.
Я должна вернуться.
Лаура потерла горящий лоб и начала уже искать аспирин, когда неожиданно прозвенел телефонный звонок. Звонки от репортеров прекратились, поэтому она еще вчера вновь включила аппарат, но все-таки очень неохотно взяла трубку.
— Алло.
— Лаура? Это Эмили Килбурн.
Это не успокоило девушку. Наоборот, ей стало еще тревожнее на сердце.
— Добрый день, Эмили.
— Простите мое нетерпение, деточка, но в моем возрасте время приобретает особое значение. Что вы решили, вы принимаете мое предложение?
— Я… Я пока не знаю, Эмили. Простите меня.
— Если вы волнуетесь, как вас примет семья, вы зря переживаете. Они все знают, и никто не возражал.
Лаура подумала, что, возможно, было бы точнее сказать: никто не посмел возразить, но не произнесла этого вслух. Вместо этого она сказала:
— Если бы полиция не подозревала меня, все могло бы быть по-другому…
— Дэниел поговорил с полицейскими, а я — с комиссаром. — Эмили хихикнула, очевидно, довольная тем, что в очередной раз поступила по-своему и пренебрегла желаниями внука. — Они признали, что у них нет никаких улик против вас, Лаура. Они не смогли связать вас с Питером ни в прошлом, ни в последний вечер. Они показали фотографию, которую вы им дали, менеджеру мотеля, он уверен, что видел в автомобиле не вас. Так что теперь в полиции вы больше не являетесь — как они это называют — главным подозреваемым.
Для Лауры это было большим облегчением. Сколько бы она себе ни говорила, что нельзя доказать связь, которой не существовало, однако судебные ошибки существовали всегда, и невинных людей приговаривали к наказанию за преступления, которых они не совершали. Лаура знала, что почувствует себя в полной безопасности только тогда, когда убийца Питера окажется в тюрьме.
— Я очень рада это слышать, Эмили, — сказала она. — Спасибо, что сообщили мне.
— Теперь вам проще будет согласиться на мое предложение, детка?
Уходя от прямого ответа на вопрос, Лаура спросила:
— Эмили, может быть, лучше вам обратиться к какому-нибудь известному художнику, к известному портретисту?
— Вы тоже художник, Лаура. И что плохого, если я помогу вам начать карьеру? Я уверяю, если вы выполните работу так, что она нам понравится, вы получите столько предложений, что вам месяца не хватит только на заключение договоров.
Это была чистая правда. Хотя Эмили Килбурн уже не была лидером в свете, как когда-то, но в Атланте достаточно видных людей, которые последуют ее примеру.
— Я не уверена, что вам понравится, Эмили…
— Позвольте мне самой судить об этом. В любом случае, как вы можете утверждать, пока не попробовали?
Лаура закрыла глаза. Она пыталась устоять перед напором Эмили, ощущение, что ее втягивают в чужую опасную игру, снова вернулось к ней. Разум говорил — будь осторожна. Этого не следует делать. Предложение Эмили опасно. Но ведь там Дэниел!
Я ни за что туда не вернусь.
Я должна вернуться.
Открыв глаза, Лаура неожиданно сказала:
— Хорошо, Эмили. Я принимаю ваше предложение. Мы можем начать с понедельника. Если вас это устроит.
Мэдлин уронила вилку в тарелку и испуганно посмотрела на свекровь. Ее огромные голубые глаза были заплаканны.
— О, нет, Эмили, нет, — прошептала она.
— Все в порядке, мама, — спокойно сказал Дэниел. — Полиция доказала, что Лаура Сазерленд не имеет никакого отношения к убийству Питера.
— Она придет сюда, Мэдлин, — решительно заявила Эмили. — Она будет здесь в понедельник и продолжит работу до тех пор, пока не напишет мой портрет. Я предложила ей делать все здесь, у нас в доме.
— Значит, она к нам переедет? — вежливо спросил Алекс. — Мне кажется, я слышал, как вы приказали приготовить ей комнату.
— Если потребуется, — ответила Эмили, и губы ее слегка сжались. — Она собиралась каждый вечер возвращаться к себе домой, но я сказала, что для нее будет приготовлена комната. На случай, если она передумает.
Алекс взглянул через стол на Джози, в его глазах стоял иронический вопрос: неужели не понятно, почему любой человек предпочел бы не оставаться здесь на ночь? Уж он-то знал, сколь скучен и неприятен этот дом, а теперь атмосфера сгустилась еще больше. Джози торопливо отвела глаза, но тут же встретилась с испуганным взглядом Мэдлин.
Джози сказала примирительно:
— Ничего страшного, Мэдлин. Я видела эту девушку, она довольно приятная. Я уверена, что она сочувственно отнесется к твоим переживаниям.
— Интересно, будет ли она так же сочувствовать Кэрри, — промурлыкал Алекс.
Джози посмотрела на пустой стул рядом с собой, на котором обычно сидела Кэрри, жена Питера. Сейчас Кэрри проводила выходные у сестры, которая жила в Атланте. Джози сказала:
— Конечно, будет. Я хочу сказать, что мы ведь не знаем, была ли она с Питером.
— Но я поставил бы на эту карту хороший куш, — заметил Алекс.
— Прекратите, — приказала Эмили, выпрямившись в своем кресле, стоявшем во главе стола. — Лаура будет находиться здесь по моему приглашению, и я желаю, чтобы вы вели себя соответственно.
Внучка Эмили, Энн, сидевшая между Мэдлин и Дэниелом, дерзко бросила:
— Хотим мы этого или не хотим.
Эмили посмотрела на нее, нахмурив брови.
— Это пока еще мой дом, и я хочу, чтобы вы все об этом не забывали.
Энн, темноволосая девушка с карими глазами и тонкими чертами лица, напоминавшими черты Эмили, — правда, сейчас ее лицо портило капризное выражение, — пожала плечами.
— Я не забываю. Как можно забыть, если ежедневно об этом напоминают.
— Я бы предпочла, чтобы мне не приходилось напоминать.
— Да, ты бы это предпочла! Ведь все, что делается в этом доме, должно сначала получить твое одобрение. Я не могу даже сама выбрать обои для своей комнаты! Мы все должны есть эту однообразную преснятину, только потому, что тебя она устраивает, хотя никому из нас она не нравится!
Энн резко отодвинула тарелку.
— Но ведь ты не обязана здесь жить, — холодно заметила Эмили.
Прежде чем Энн успела высказать следующий упрек, в разговор вмешалась Джози:
— Мне кажется, что мы все еще не оправились от шока и…
— Нечего за меня заступаться! — зло выкрикнула Энн. Она оттолкнула стул и выскочила из комнаты.
Последовало короткое молчание, Джози вздохнула:
— Что бы я ни сделала или ни сказала, Энн это только раздражает.
— Она ревнует к тебе, — пожала плечами Эмили.
— Ей незачем ревновать. — Джози была очень огорчена. — Я уже поела, вы извините меня.
Получив августейшее разрешение Эмили, она вышла из-за стола. Уже на пороге она уловила жалобную реплику Мэдлин:
— Но, Эмили, эта девушка — здесь!..
Нахмурившись, Джози направилась в библиотеку к своему маленькому письменному столу. На самом деле у нее не было работы, если не считать сортировки писем Эмили. Миссис Килбурн вела широкую переписку, поддерживала связь со старыми друзьями по всей стране и требовала, чтобы копии всех писем — полученных и даже отправленных — хранились в семейном архиве. Последние письма касались, естественно, смерти Питера. Джози была очень занята и не успевала навести в них порядок.
Конечно, Эмили не ожидала от Джози, что она будет работать в воскресный вечер, но в таком нервном состоянии девушка просто нуждалась в работе. Чтобы отвлечься. Во многих отношениях Питер в семье был, пожалуй, «черной овцой», но его смерть нарушила хрупкое равновесие, и в результате обстановка стала очень напряженной. Атмосфера наполнилась взаимными подозрениями.
Джози не хотелось думать об этом, но в последнее время она пришла к выводу, что кто-то из семьи был как-то замешан в убийстве Питера. Во-первых, полиция начала больше интересоваться местонахождением членов семьи в тот субботний вечер: полицейские появлялись на этой неделе дважды, они были вежливы, но задавали много вопросов. А во-вторых, она чувствовала, что, на лицах людей, которые ее окружают, надеты маски — все напряжены, раздражены, постоянно начеку.
Даже Алекс…
— Ты, конечно, не собираешься работать сегодня вечером?
Джози посмотрела на входящего в библиотеку Алекса и, слегка поколебавшись, поставила стеклянное пресс-папье на стопку писем Эмили,
— Нет, наверное. Мне просто стало не по себе.
— После этой милой сценки за столом. Ничего удивительного. Мэдлин до сих пор расстроена. Эмили совершенно потеряла с ней терпение и оставила Дэниела приводить ее в чувство.
— Я не могу осуждать Мэдлин в такой ситуации, — сказала Джози. — Привести сейчас в дом чужого человека — это само по себе достаточно неприятно, а ведь Лауру Сазерленд подозревают в убийстве Питера. Что случилось с Эмили? Это внезапное желание заказать портрет, да еще совершенно неизвестной художнице кажется мне…
— Безумным? — спросил Алекс.
Джози встала и машинально придвинула свой стул к столу.
— Скорее эксцентричным.
Алекс посмеялся над удачным выбором слова.
— Ясно одно, она что-то готовит. И Дэниел тоже.
Джози заглянула в его лукавые зеленые глаза и почувствовала неприятный холодок.
— Что ты имеешь в виду?
— Я считаю, что скоро начнется борьба за власть в семье. Очень скоро. Вопрос в том, кто из нас выстоит в этой борьбе, когда все будет позади.
— Ты так говоришь, словно нас ожидает настоящая война.
Алекс пожал плечами.
— Тебе не о чем беспокоиться. И Эмили, и Дэниел к тебе прекрасно относятся. — Он улыбнулся и взял ее за руку. — Давай больше не будем думать обо всем этом. Ты и так нервничаешь, и я сыт по горло этим домом, поедем куда-нибудь?
— Хорошо.
Джози не знала, что у него на уме, но не хотела больше думать об этом. На какое-то время ей захотелось отдохнуть от тревог, а Алекс был самым лучшим лекарством, которое можно найти.
Когда Джози проснулась рядом с Алексом, часы на ночном столике показывали полночь. Ей не хотелось уходить, очень не хотелось, но она никогда не оставалась на ночь в его постели и не собиралась делать это впредь. Что бы ни говорил Алекс, Джози считала, что Эмили не понравится, если ее секретарь и будущий адвокат семьи будут открыто делить постель в ее доме.
— Куда это ты собралась? — пробормотал Алекс сквозь сон, когда она откинула одеяло.
— В мою комнату, естественно.
Алекс обхватил ее за талию, легко опрокинул обратно на постель и прижал ее своим телом.
— А по-моему, ты никуда не пойдешь.
— Алекс…
Он нежно поцеловал ее, его зеленые глаза отражали свет лампы и казались болотными огоньками, затягивающими в неведомую трясину, а губы и язык умело будили уснувшее желание.
Джози чувствовала все его горячее сильное тело. Ничего удивительного, что она не устояла перед ним. Он знал о ней все. Он всегда мог возбудить ее, даже когда она не хотела, когда пыталась протестовать, не поддаваться.
Его глаза сверкнули, и Алекс прошептал, касаясь губами ее губ:
— Ты ведь на самом деле не хочешь уходить, правда? Правда? — повторил он низким голосом, который волновал ее не меньше, чем его ласки.
Джози хотела быть сильной, она хотела доказать — хотя бы себе, — что Алекс ничего не изменил в ней. Но ее тело изменилось и изменило ей, оно научилось отвечать на его ласки, как бы она ни хотела отрицать это,
— Правда, — выдохнула она. — Правда, я не хочу уходить. О Господи, Алекс, что ты…
— И ты останешься на всю ночь?
Джози не хватало дыхания, чтобы ответить. Если бы сейчас он предложил ей пройти по битому стеклу или броситься в огонь, она, кажется, сделала бы это не задумываясь.
— Да, Алекс, да. Алекс, ради Бога!
— А не ради тебя? — прошептал он, поднимая голову и улыбаясь.
— Что ты со мной делаешь?..
Только когда Алекс перекатился на спину, захватив ее с собой, Джози постепенно возвращалась к действительности. Алекс все еще тяжело дышал. Она лежала, прижавшись щекой к его груди, и чувствовала, что живая подушка под ее головой поднимается все реже и реже.
— Это было нечестно, — прошептала она. Алекс обнял ее сильнее. Он не стал притворяться, будто не понял, что она имела в виду.
— Конечно, нечестно. Но ты уже два месяца удираешь из моей постели, как испуганная школьница, я не мог больше этого выносить.
Джози подняла голову и пристально посмотрела на него.
— Но ты никогда мне ничего не говорил.
— А это как-нибудь повлияло на тебя? — Она промолчала в ответ, и Алекс кивнул. — Да, именно так я и думал.
— Эмили… — начала Джози, но Алекс в ответ лишь покачал головой.
— Не обманывай себя, Джози. Ты крадешься по ночам в свою комнату не потому, что боишься Эмили. Ты делаешь это потому, что хочешь думать, будто наши отношения — это обычный секс.
Она нахмурилась.
— Разве это не то, что тебе нужно от меня?
Несколько секунд Алекс внимательно смотрел ей в глаза, иронично улыбаясь. Затем сказал:
— Конечно. Но секс делает нас любовниками, а любовники иногда спят вместе целую ночь в одной постели. И это мне тоже нужно. Но ты не должна беспокоиться. Это не сделает нас супругами. И не заставит любить друг друга. Так что тебе не придется бросать Джереми.
Джози отшатнулась от него и натянула на себя простыню, чтобы прикрыть наготу.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь.
— Нет, ты понимаешь.
Он приподнялся на локте, на его лице блуждало насмешливое выражение.
— Если наши отношения — это безобидный секс, необходимый взрослым людям, это никак не угрожает твоим воспоминаниям о Джереми. Если ты возвращаешься по ночам в свою постель, постель, которую ты воспринимаешь как супружескую, хотя он никогда не спал с тобой в этой постели, то ты вроде бы не изменяешь ему.
— Он мертв, — тихо сказала Джози.
— Да, но ты его не похоронила. Ты продолжаешь жить с ним. — Алекс слабо улыбнулся, как будто его развлекал этот разговор. — Не смотри так испуганно, Джози. Это меня не взволнует. Если ты хочешь носить свой вдовий наряд еще сорок лет, как Эмили, и держать фотографию нестареющего Джереми на своем ночном столике, чтобы улыбаться ему каждый вечер, ложась в постель, то это твое дело. Черт побери, возможно, он и сам хотел бы, чтобы ты прожила так всю свою жизнь. Но поскольку в сложившейся ситуации у него имеются некоторые затруднения при выполнении супружеских обязанностей, то вряд ли он осудит нас, если мы будем заниматься сексом время от времени. Что для него пара часов? Или даже целая ночь? И, в конце концов, кто должен позаботиться о его вдове, если не я? Я ведь его кузен.
Шокированная, Джози вскочила с постели и бросилась собирать разбросанную одежду. Она не смотрела на Алекса, но была уверена, что он наблюдает за ней.
— Ты обещала остаться на всю ночь, — сдержанно напомнил он.
Джози бросила на него возмущенный взгляд и вылетела из комнаты, словно ее преследовало чудовище со страшными зубами и когтями. Держа в руках туфли, она пробиралась по тускло освещенному коридору и заметила, что не дышала все это время, только тогда, когда закрыла за собой дверь своей комнаты.
Джози была потрясена. Алекс никогда прежде не был так жесток с ней. Он никогда не дразнил ее трауром и не говорил таким издевательским тоном, как сейчас. Почему же это произошло сегодня? Зачем он говорил вещи, которые — он прекрасно знал это — сильно огорчат ее. Это было совсем не похоже на Алекса.
Постепенно успокаиваясь, Джози снова разделась и приняла душ. Ее движения были автоматическими, мысли полностью занимал Алекс. Наконец, вытирая волосы, она решила, что он мог сказать все это потому, что она согласилась остаться на ночь в его комнате. Хотя это было очень странно. Алекс много раз просил ее остаться, но никогда не протестовал, когда Джози отказывалась. До сегодняшней ночи. Но когда она сдалась И осталась, он почти сразу же начал ее дразнить.
Почему?
Джози надела ночную рубашку и халат, выбрав их совершенно бессознательно. Когда она взглянула на себя в зеркало, она снова подумала, не превращается лив Эмили? Халат был черным, с закрытым горлом и длинными рукавами. Да, сексуальным его не назовешь. А ночная рубашка — скучного темно-серого цвета. Неужели она носит траур по Джереми даже во сне? Или это какое-то символическое искупление? Извинение перед умершим за то, что она только что вернулась из постели другого мужчины?
Джози посмотрела на фотографию в серебряной рамке. Темноволосый красивый молодой человек, как всегда, улыбался ей. Первый раз в жизни ей захотелось перевернуть фотографию лицом вниз.
— Черт тебя побери, — прошептала Джози.
Ответа, конечно, не последовало, и Джози зашагала по комнате, пытаясь разобраться в запутанном клубке своих эмоций. Наконец она поняла: ей не заснуть, пока она не поговорит с Алексом.
Осторожно открыв дверь спальни и перешагнув через порог, она замерла. В этом крыле дома, кроме комнат ее и Алекса, были спальни Дэниела, Питера и Кэрри — супруги спали отдельно. Когда Джози выглянула в коридор, она заметила Алекса, выходящего из комнаты Питера. Он был полностью одет, нес что-то в правой руке и показался ей немного расстроенным.
Вместо того чтобы вернуться к себе, Алекс прошел до конца коридора и тихо постучал к Дэниелу. Практически сразу же Дэниел открыл дверь. Он тоже был полностью одет, и непохоже, чтобы он спал, несмотря на поздний час.
Они были слишком далеко, поэтому Джози не слышала, что они говорят, но тихий разговор продолжался какое-то время, и Алекс показывал Дэниелу то, что он держал в правой руке. Наконец Дэниел кивнул и вернулся в свою комнату. Когда Алекс начал поворачиваться, чтобы идти к себе, Джози скользнула к себе в комнату и закрыла дверь,
Она слышала, как тихо закрылась дверь Дэниела, затем через несколько секунд закрылась другая дверь, и, когда Джози выглянула снова, коридор был пуст.
Отбросив мысль о разговоре с Алексом, Джози снова вернулась в комнату и присела на кровать. Ее сомнения вернулись и мучили ее с удвоенной силой.
Что же все это могло значить?
— Сколько эскизов вы собираетесь сделать? — спросила Эмили.
Лаура посмотрела на нее поверх наброска и улыбнулась:
— Столько, сколько понадобится. Я предупреждала вас.
Эмили улыбнулась в ответ:
— Конечно. Не беспокойтесь, деточка. Я готова позировать так долго и так часто, как вам необходимо. Если при этом можно еще и разговаривать — вообще прекрасно. Если нет — тогда могут появиться проблемы.
— Конечно, можно разговаривать, — успокоила ее Лаура. — Это даже поможет мне. Портрет должен передавать характер человека. Одни глаза всего не расскажут.
— Вы понимаете, что делаете, — довольно сказала Эмили. — Я была уверена в этом.
— Давайте не будем судить об этом до тех пор, пока не получим результат, — спокойно ответила Лаура, хотя совсем не была уверена в успехе.
Поздним утром понедельника они с Эмили находились в домашней оранжерее, полной редких цветущих растений. Эмили начала показывать Лауре дом, но, когда они обходили первый этаж и дошли до оранжереи, Лаура предложила остановиться здесь, чтобы сделать несколько эскизов.
У нее для этого было несколько причин. Во-первых, хотя Эмили не казалась слабой, возраст леди Килбурн все же требовал внимания, и короткий отдых не мог повредить. Кроме того, дом был так велик, что Лауру уже переполняли впечатления, ей самой требовалась небольшая передышка. И наконец, свет и яркие краски оранжереи составляли прекрасный контраст с обликом хрупкой леди в черном.
Эмили устроилась в плетеном кресле. Лаура поставила свое кресло под углом, найдя нужный ракурс, и попросила свою модель сесть поудобнее. Но спина Эмили осталась прямой, как натянутая струна, а руки были чинно сложены на коленях.
Лаура решила смириться с позой своей заказчицы и начала рисовать, краем уха прислушиваясь к тому, что говорила Эмили.
— Эта комната подойдет вам и для работы над настоящим портретом, Лаура. Здесь замечательное освещение. Хотя, может быть, как фон…
— Мы выберем фон перед тем, как писать портрет, но эскизы я хочу сделать в разных местах.
— Что ж, это разумно, — решила Эмили. — Кстати, сегодня за обедом вы встретитесь с несколькими членами семьи. Алекс, мой внучатый племянник, конечно же, в конторе; он будет нашим семейным адвокатом и сейчас почти все время находится на работе. А Энн, моя внучка, нынче занимается покупками. Вы познакомитесь с моей невесткой, Мэдлин. И с женой Питера, Кэрри.
Лаура смотрела на приятную улыбку старой леди и размышляла, можно ли перенести на холст этот ровный, почти равнодушный тон, столь неуместный в подобных обстоятельствах. Если это естественное для Эмили поведение, то это странно вдвойне.
— Я хотела бы, чтобы вы чувствовали себя у нас, как дома, Лаура, — продолжала болтать Эмили. — Когда вы не будете заняты портретом, вы сможете побродить везде и познакомиться подробнее с домом и садом. Я живу здесь шестьдесят лет. Этот дом мой. Здесь на всем лежит мой отпечаток: от подвала до чердака. Дом сможет много рассказать вам о моем характер!
— Думаю, что вы правы, — рассеянно пробормотала Лаура, пытаясь передать линию подбородка.
Эмили продолжала говорить о доме, о старых временах, о балах и приемах прошлого, о планировке сада и парка. Она говорила негромко, почти нежно, редко требуя ответа, и Лаура полностью погрузилась в работу. Девушка была поражена, когда Эмили неожиданно сообщила ей, что прошло уже два часа.
— Извините меня, — начала Лаура.
— Все в порядке, деточка, я прекрасно себя чувствую. Но я хотела бы проверить, готов ли обед, если вы меня отпустите.
— Конечно. Я пока останусь здесь и поработаю еще немного.
Эмили грациозно поднялась, будто не просидела в этом кресле в одной и той же позе целых два часа. Сегодня она была без трости.
— Можно мне посмотреть эскизы? — спросила Эмили.
Лаура немного поколебалась:
— Если вы не возражаете, Эмили, давайте подождем, пока я сделаю еще несколько набросков. Дайте мне время, чтобы войти в работу.
Эмили с улыбкой согласилась:
— Конечно, детка. Я вернусь через пару минут.
И она почти выплыла из комнаты. Оставшись одна, Лаура хмуро изучала свои рисунки. Нормально, решила она. Не видно руки гения, но и не так плохо. Она добавила кое-где тень, а в некоторых местах уменьшила ее, поработала с выражением глаз и наконец со вздохом отложила наброски. Эскизы не должны быть идеальными. Они предназначены для другой цели. Это подготовительная работа, чтобы познакомить художника с моделью.
Лаура смотрела на цветущие растения, не видя их. С того момента, как она приехала в этот дом, она пыталась не думать ни о чем, кроме своей работы. Но царящая здесь напряженная атмосфера произвела на нее сильное впечатление.
Дом казался нежилым. В нем не ощущалось человеческого присутствия. Это впечатление усиливалось тем, что Лаура не встретила никого, кроме Эмили. Даже входную дверь открыла ей сама миссис Килбурн. И хотя Эмили говорила о кухарке, которая готовит обед, и о горничных, которые убирают спальни наверху, за все это время до нее не донеслось ни единого постороннего звука.
Эмили ничего не сказала о Дэниеле. Дома ли он? Должен ли человек, в руках которого управление финансами такой состоятельной семьи, находиться в рабочие дни в своей конторе? Или для него приготовлен большой письменный стол в библиотеке? Он постоянно жил здесь, как поняла Лаура, хотя часто уезжал из Атланты по делам и иногда отсутствовал несколько недель или месяцев.
А сейчас он здесь?
Конечно, все, что знала Лаура, исчерпывалось сплетнями Кэссиди, в достоверности которых можно было сомневаться. Он не женат, это, по крайней мере, известно точно, и нет никаких сведений о том, есть ли у него любовница. Ему тридцать два года, хотя он выглядит старше. Его называют финансовым гением. И говорят, что у него решительный сильный характер.
Он здесь?
— Уже за работой?
Его низкий голос раздался так неожиданно, что Лаура вздрогнула. Дэниел стоял совсем близко, на расстоянии вытянутой руки; он подошел к ней тихо, по-кошачьи — Лаура не услышала его шагов. Он был одет менее официально, чем в прошлую встречу: в черные слаксы и белую рубашку с закатанными рукавами и распахнутую на груди.
Он волновал ее еще больше, чем тогда, хотя это казалось невозможным. Глядя на него, она почувствовала легкое головокружение, как бывает, если слишком быстро вскочить на ноги. Это чувство было и знакомым и странным, как эхо далеких впечатлений.
Сообразив наконец, что он ожидает ответа, она вернулась к действительности.
— Конечно. Ведь Эмили торопится получить свой портрет.
Он сунул руки в карманы и кивнул.
— Она всегда торопится. А вы хотите выяснить, можете ли вы стать настоящим художником. И каков приговор?
— Пока еще рано что-либо говорить. Я сделала несколько набросков.
Как Лаура ни пыталась, она не могла понять, что скрывает его взгляд. Непроницаемое выражение лица не выдавало ни мыслей, ни чувств. Думает ли он по-прежнему, что она была любовницей его брата?
— Вас все еще донимают репортеры? — спросил он.
Лаура пожала плечами:
— Пожалуй, нет. И полицейские тоже перестали беспокоить. Как они ни пытались, им не удалось доказать, что я встречала вашего брата до дня его смерти.
Дэниел улыбнулся:
— Все еще доказываете мне свою невиновность, Лаура?
Она прижала к груди эскизы, превратив их в щит.
— Мне неприятно думать, что вы мне не верите. Особенно теперь, когда я буду проводить столько времени под вашей крышей…
— Под крышей Эмили, — перебил ее Дэниел. — Пока она жива, этот дом принадлежит Эмили. Так почему же вам так важно мое мнение?
Она смотрела на него, потрясенная своими ощущениями. Ее тянуло к нему, как железо к магниту. Но она чувствовала стеснение, не страх, что-то другое, рожденное его внутренней напряженностью. Если он так непроницаем, почему она так хорошо знает, что скрывается за его внешним спокойствием?
— Лаура? Почему вам так важно мое мнение? — спросил он очень мягко.
— Потому, что важно, — прошептала она.
— Почему? Почему вас волнует, что я думаю?
Лаура слышала, как бьется ее сердце. Это биение отзывалось в каждой частице ее существа. Она могла бы поклясться, что удары ее сердца раздаются в комнате, как колокольный звон.
Выражение его глаз изменилось. Теперь в них была теплота, желание. Нет, больше, чем желание. В них была та же страсть, та же непреодолимая тяга, которая была в ней.
Лаура не представляла, что могло бы произойти между ними, если бы именно в эту минуту в оранжерею не вернулась Эмили. Но она вернулась, и ее высокий голос нарушил эту напряженную тишину:
— Тебя просят к телефону, Дэниел. Лаура, обед готов.
Лаура смотрела на нее, будто только что очнулась от глубокого сна. Затем она взглянула на Дэниела и заметила, что на его лице опять появилась бесстрастная вежливая маска.
Может быть, я все это вообразила? Увидела то, что хотела увидеть?
— Спасибо, Эмили, — спокойно сказал он. — Можно мне присоединиться к вам за обедом?
— Конечно, — Эмили была сама корректность.
— Тогда скоро увидимся.
Он покинул оранжерею, двигаясь очень легко и грациозно для такого крупного мужчины.
Лаура не сводила с него глаз, пока он не исчез за дверью.
— Пойдемте обедать, — предложила Эмили.
Все еще прижимая рисунки к груди, Лаура медленно встала. Все ее тело болело, но не из-за того, что она слишком долго сидела. Она пошла с Эмили, вроде бы не замечая присутствия старой леди, и опомнилась только тогда, когда тонкие пальцы впились в ее руку.
— Лаура, я должна предупредить вас.
Девушка остановилась и посмотрела в беспокойные темные глаза Эмили.
— Предупредить? О чем?
Эмили нервно оглянулась, затем, понизив голос до едва слышного шепота, сказала:
— Остерегайтесь Дэниела. Он опасный человек, Лаура. Он очень опасный человек.
Эмили отпустила руку девушки и торопливо направилась к выходу, будто опасность наступала ей на пятки.
Лаура замерла, глядя ей вслед.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Семейное проклятие - Хупер Кей



обалденно не могла оторватся
Семейное проклятие - Хупер Кеймария
13.01.2011, 1.14





захватывающий сюжет. очень понравился!
Семейное проклятие - Хупер Кеймарианна
30.10.2011, 13.52





Хорошая книга.Только мне кажется много смертей.
Семейное проклятие - Хупер КейНаташа К
5.02.2012, 11.16





здесь все, отличный сюжет, интрига, нет любовных соплей,зато есть любовь, все ненавязчиво главное ни за что не догадаетесь кто убийца
Семейное проклятие - Хупер Кейарина
11.03.2012, 8.04





Ne kajdamu dano dojdatsya svoey polovinki , i ne razmenivatsya v puti... Nastoyashaya lyubov , ona vse je est , ne vsegda viglyadit romantichno, no deystvitelno dve polovinki eto chuvstvuyut .... Deystvitelno otlichniy syujet . I chitaetsya legko
Семейное проклятие - Хупер Кейlyudmila
12.03.2012, 12.53





Замечательный роман с детективным сюжетом.Очень радует,что попадаются такие вещи между ширпотребом.Очень не плохо,мне понравилось.9/10
Семейное проклятие - Хупер КейNikitoska
25.04.2012, 12.28





Немного не понятны предыдущие восторженные комментарии. Мне все таки больше нравится когда сюжет развивается более динамично, а тут первая глава вроде бы ничего заинтересовала, а потом все в основном было посвящено внутри семейным отношениям и скандалам и никакого напряжения, опасности и попыток покушения на главных героев и так до 3 последних глав,а потом вроде опять стало интересно, но должна признать что финал действительно неожиданный, красочный и пожалуй это самое интересное за все события в романе. В принципе 8 поставить можно.
Семейное проклятие - Хупер КейМари
5.09.2012, 2.04





Увлекательный роман.
Семейное проклятие - Хупер Кейren
30.08.2014, 20.23





Читать можно конечно,но меня он немного утомил.Автор через чур затянул с концовкой
Семейное проклятие - Хупер Кейesperanza
31.08.2014, 1.00





Очень понравился роман! интригующий сюжет, загадочные герои и события, хотелось скорее дочитать до конца, чтобы узнать развязку!семейные тайны и кто за всем этим стоит! Не могла оторваться до самого конца!
Семейное проклятие - Хупер КейАнна
31.08.2014, 11.17





Очень понравился роман! интригующий сюжет, загадочные герои и события, хотелось скорее дочитать до конца, чтобы узнать развязку!семейные тайны и кто за всем этим стоит! Не могла оторваться до самого конца!
Семейное проклятие - Хупер КейАнна
31.08.2014, 11.17





Мне показался немного затянутым в некоторых местах, перемалывается одно и тоже. Сюжет необычный, даже мистический. Я думаю это роман для молодых романтических девушек. 7 из 10
Семейное проклятие - Хупер КейВасилиса
6.12.2014, 23.58





Прочитала несколько книг этого автора. Эта немного слабовата на мой вкус. Но прочитать можно.
Семейное проклятие - Хупер Кеймарго
23.08.2015, 23.14





Понравился роман. Сюжет интересный. 10 баллов.
Семейное проклятие - Хупер КейЮля
13.02.2016, 16.39








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100