Читать онлайн Приманка для мужчин, автора - Хоуг Тэми, Раздел - ГЛАВА 22 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Приманка для мужчин - Хоуг Тэми бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.07 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Приманка для мужчин - Хоуг Тэми - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Приманка для мужчин - Хоуг Тэми - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хоуг Тэми

Приманка для мужчин

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 22

— Я вас оставлю, — вставая со стола, сказала Элизабет. — Похоже, вам двоим есть о чем поговорить. Что выражало ее лицо, Дэн разобрать не мог. Недобрый знак, подумал он, инстинктивно насторожившись, и повернулся к дочери. Эми бросила на Элизабет беспокойный взгляд; та остановилась, похлопала ее по плечу.
— Приятно было познакомиться с тобой, детка, проворковала она, сочувственно улыбнувшись. — Мне тоже, миссис Стюарт. — Эми закусила губу, пережидая бешеный стук сердца. У нее тоскливо заныло под ложечкой. — Вам действительно надо идти?
Элизабет ласково погладила каштановые волосы девочки, живо вспоминая, что это такое — пятнадцать лет и первая любовь, пусть даже просто влюбленность. Впрочем, в первый раз, когда бушующие гормоны обостряют все чувства, трудно понять разницу…
— Да, так будет лучше. Тебе надо самой провести этот бой, радость моя. Это часть процесса.
— Какого процесса? — спросил Дэн, когда Элизабет выскользнула из кабинета, прикрыв за собой дверь.
— Взросления, — промямлила Эми, разглядывая свои ногти, аккуратно покрытые ярко-розовым лаком. Сейчас она отдала бы что угодно, лишь бы избежать этого разговора. С отцом после ссоры по вопросу о свиданиях она не сказала и двух десятков слов, и то только по делу. Она упрямо молчала, воодушевленная твердой уверенностью в своей правоте и в том, что ее унизили и обидели. И вот теперь решилась не просто поговорить с ним, а начать разговор с того, что он точно не желает слышать. С того, что заставит ее чувствовать себя скорее виноватой, чем несправедливо угнетаемой.
Дэн занял место Элизабет, присев на край массивного дубового стола.
— Так в чем проблема?
— Трейс был со мной, — выпалила Эми, не поднимая взгляда от ногтей и отчаянно надеясь, что папа отреагирует спокойно, разумно и все поймет, как надо.
Дэн ничего не говорил, и за эти две минуты молчания в голове Эми промелькнуло с полдесятка различных сценариев. Затем она услышала его голос — низкий, напряженный, обманчиво тихий, как отдаленные раскаты грома перед бурей.
Что?
Она подняла голову и повернулась лицом к нему, думая, что теперь знает, что чувствовали агенты французского Сопротивления на допросе в гестапо. Отец смотрел на нее с каменным лицом. В его глазах разгорался гнев.
— Трейс не мог убить того человека, потому что, когда это произошло, он был со мной.
Дэн отлично держал себя в руках, хотя каждая жилка каждый мускул трепетали от напряжения, а нервные окончания болезненно ныли.
— Как он мог быть с тобой? Ты же была дома. Ты спала.
Об этом ему доложила миссис Крэнстон, как только он вошел домой. Он даже поднялся проверить, но обнаружил, что дверь ее спальни, как и вчера, заперта.
Эми сделала глубокий вдох и поведала все с начала до конца. Как познакомилась с Трейсом. Как ждала его во время бейсбольного матча, когда стало известно о драке возле бара. Как встретила Трейса на их обычном месте в лесу и привела к себе, чтобы пообщаться. Как уговорила залезть к ней в окно спальни по стволу дуба.
— Мы только разговаривали, — продолжала она, отчаянно теребя и выкручивая пальцы. — Трейс хороший, он мне очень нравится. Когда я увидела, как ему плохо…
Дэн остановил ее, рубанув ладонью воздух.
— И это после того, как я категорически запретил тебе свидания…
Эми подалась вперед, к нему.
— Но ведь это не было свидание. Мы только…
— Черт возьми, Эми, нечего заговаривать мне зубы! — загремел Дэн. — Ты знаешь, что я хотел сказать.
— Да, знаю! — крикнула она в ответ. — Ты хотел сказать, что я еще маленькая. Но, папа, это не так! — Она вскочила с кресла, дрожа от страха и гнева. Длинные волосы разметались по плечам, как фата. — Мне уже пятнадцать. Я уже не ребенок. Мама это понимает, и Майк тоже, только ты…
При упоминании человека, занявшего его место в жизни его дочери, Дэн сорвался.
— Мне плевать, что там понимает Майк Манетти, — процедил он. — Я твой родной отец.
— Отец, а не надзиратель! — выкрикнула Эми, решив идти до конца и не отступать. — Ты не можешь заставить меня остаться ребенком. Это единственное, чем ты, папочка, не способен распоряжаться по своему усмотрению. Я стану взрослой, нравится это тебе или нет.
— То есть, когда ты просишь парня залезть к тебе в спальню, то становишься взрослой? — иронически подняв бровь, осведомился Дэн. — По-моему, это и значит, что
Ты еще маленькая.
— Нет, это значит, что я пытаюсь жить моей собственной жизнью, хотя отец и не разрешает.
— А Майк Великолепный, выходит, разрешает? — осклабился Дэн. Старые обиды проснулись все враз, и старые раны будто жгло огнем. — Что, интересно, он еще разрешает делать моей дочери? Устраивать дома групповуху, пока он в отъезде?
Эми закатила глаза.
— Господи, это я-то ребенок? — укоризненно качая головой, спросила она, поставила руки на узкие бедра, бессознательно принимая ту же позу, что и отец, набрала полную грудь воздуха, чтобы справиться с бурлящими эмоциями и проглотить распирающий горло ком слез. — Майк видит, какая я, и доверяет мне. А ты вообще меня не знаешь. Видишь только то, что хочешь видеть. Хочешь, чтобы я до конца жизни была твоим приятелем, твоим «котенком», потому что такое место ты отвел мне в своей жизни, и боже сохрани что-то поменять, о чем-то договориться или чтобы получилось не по-твоему.
Дэн прищурился:
— Что все это значит?
— То, что, например, ты не хотел жить в Лос-Анджелесе и потому уехал. Неважно, чего хотела мама, о чем пыталась договориться с тобой. Неважно, что я оставалась одна…
— Эми, ты была совсем крохотная! — воскликнул он, удивляясь, как разговор свернул на эту тему, и не зная, как прекратить его, пока не полезли на свет божий воспоминания и эмоции, которые он столько лет держал взаперти. — Ты же ничего не знаешь о том, как мы с твоей мамой жили.
Эми смотрела на него обиженными, полными слез глазами.
— Я знаю, что ты уехал.
— Твоя мама могла поехать со мной. Я не хотел тебя терять. Я боролся, чтобы тебя оставили со мной!
— Боролся, — повторила Эми. На нее нахлынула та же беспомощность, те же отчаяние и боль, что и тогда, во время развода родителей. Она помнила минуту, когда поняла, что папа и мама перестали друг друга любить, и свой детский страх: а не перестанут ли они теперь любить и ее? Из глаз закапали слезы, и она вытерла их тыльной стороной кисти. — Боролся, как будто я твоя игрушка, — горько пробормотала она. — Твоя награда. Так вот, я не награда и не игрушка, я — человек, я расту, меняюсь и общаюсь с другими людьми, и если ты, папа, отказываешься с этим мириться, то, может быть, лучше мне уехать домой сегодня же!
Всхлипнув, она схватила со стула сумку и, хлопнув дверью, пулей вылетела из кабинета.
Дэн стоял не шевелясь, как изваяние. Весь его гнев прошел, и он чувствовал себя старым и слабым. Он тяжело вздохнул, обеими руками провел по волосам от лба к затылку. И почему жизнь такая сложная штука, почему все в ней должно быть переплетено и перепутано, общий результат неясен, перспективы темны? Чем хорош футбол — там все просто, потому что есть порядок. Вот поле с абсолютно четкими границами, вот правила без единого исключения, вот противник — он в форме другого цвета. Знай забивай голы и защищай свои ворота. Почему в жизни так нельзя?
Это желание вовсе не казалось Дэну неразумным. Он ведь не хотел ничего особенного только чтобы дочь была рядом, работа шла как положено и чтобы во всем был порядок.
Он взял со стола фотографию в рамке. Его малышка, его дочка, остановившиеся одиннадцать лет, счастливая улыбка, плакатик с корявой надписью: Папочка, я тебя
Люблю.
Пальцы стиснули рамку. В общем, именно этого он и хотел — чтобы дочка любила его. У него украли детство Эми, украли ее ежедневное присутствие; ему только и осталось, что фотографии и краткие редкие встречи. Разве так уж нелепо его желание растянуть время?
Эми, конечно, кажется, что она растет медленно.Онарвется все попробовать, все испытать, стать взрослой.Нодля него этот отрезок времени пройдет почти незаметно. Несколько встреч с дочкой. Короткая вереница дней. Затем она вернется в свою постоянную жизнь, к своей новой семье, а он останется рыться в прошлом, перебирать воспоминания… плюс мир, покой, дом, работа…
Работа. Дэн с благодарностью уцепился за это слово, торопясь прочь из пучины эмоций. Ему надо работать. Он сделал глубокий вдох, поморгал, чтобы прояснилось в глазах, поставил фотографию на место и вышел из кабинета.
— Вы были вместе, — отчетливо, почти по слогам произнес Дэн. — До которого часа?
Трейс беспокойно заерзал на стуле, с трудом сглотнул, отчего кадык прыгнул вверх-вниз.
— Примерно до половины третьего.
У шерифа Янсена заиграли желваки на скулах и окаменел подбородок. Все, подумал Трейс, жизнь кончена. Вот тебе расплата за то, что путался с дочерью шерифа. Вид у Янсена был такой, будто он сейчас достанет свой верный «кольт» и влепит ему девять грамм прямо промеж глаз. Он предупреждал Эми, что у них будут неприятности, но она так просила его остаться хоть ненадолго, — а как может мужчина смотреть в эти большие голубые глаза и хоть в чем-то отказать? Он не хотел отказывать ей. Он влюбился по уши. Это было и чудесно, и ужасно, только вот теперь ему за это отдуваться.
— Мы ничего не делали, шериф, — начал он, торопясь развеять худшие отцовские опасения. — Честное слово, ничего. То есть… ну, да, я ее поцеловал… — У Янсена раздувались ноздри. Трейс проглотил еще один ком страха. — Но больше ничего не было. Богом клянусь, — заверил он,
Поднимая правую руку, будто приносил присягу. — Вообще мы просто разговаривали.
Он говорил правду. Дэн устало откинулся на спинку кресла, потер лоб, чтобы ослабить давящий его обруч напряжения. В одном с Трейсом легко: можно точно знать врет он или нет. Сейчас Трейс буквально лучился честностью, глазами умоляя Дэна поверить ему. Дэн побарабанил пальцами по столу, взглянул на Элизабет, стоявшую чуть поодаль со скрещенными на груди руками. За все время допроса она не сказала почти ни слова. Ему — ни слова. Для него у нее не осталось ни гнева, ни жалости — ничего.
— Трейс, почему ты раньше молчал?
Тот качнулся на стуле, поправил разбитые очки.
— Не хотел подводить Эми. Она говорила, что вы просто тиран… — Тут он прикусил язык, мысленно проклиная себя за глупость, покраснел, как рак, и поспешил оговориться:
— То есть что вы считаете ее еще слишком маленькой и все такое.
— Трейс, тебе грозило обвинение в убийстве!
— Но я же не убивал! — воскликнул он. — Я думал: все равно вы ведь поймаете того, кто виноват, и дело с концом. Тогда меня выпустят, и Эми от вас не влетит. А мы просто разговаривали… почти все время.
Дэн поднял руку, пресекая дальнейшие излияния. По его шкале плохих дней, сегодняшний шел в сравнение разве что с решающим матчем рейдеров против сборной Сиэтла в 1979 году, матчем, который мог обеспечить им выход в финальную часть. Тогда-то, не взяв простейший мяч, он и повредил колено. Они продули Сиэтлу 29:24, а он еще полгода торчал в реабилитационном центре.
— Прошу вас, не надо очень сердиться на Эми, шериф, — серьезно сказал Трейс, у которого сердце ныло при мысли, что его милой Эми придется выдержать бурю гнева, на которую ее отец, безусловно, способен. — Я один во всем виноват, потому что я старше, мне и надо было думать, а я…
Он пожал плечами и уставился на свои пальцы, не в силах выразить словами то, что чувствовал, когда был с Эми. Она такая милая и светлая, и с нею можно говорить о всем, о чем он не говорил никогда и ни с кем: о том, например, что он хочет стать конструктором космических кораблей, или о том, как было обидно, когда Брок Стюарт от него отказался. За те несколько дней, что он знал Эми, она стала его лучшим другом, — кроме мамы, но мама — особый случай и потому в счет не идет. Он хотел, чтобы и Янсен это понял, но не особенно верил, что это возможно, ведь Янсен — отец Эми…
— Я хотел просто побыть с нею, — пробормотал он, глядя на шерифа сквозь треснувшее стекло очков, задвинув подальше свою гордость и вложив в эти слова все головокружительное, пугающее чувство первой любви. — Если вы не захотите, чтобы я работал у вас, я вас пойму.
Дэн подавил вздох. Как он мог сердиться на парня, готового сесть в тюрьму, защищая честь его дочери? Нет, его разочаровал не Трейс, а Эми, и, может быть, не столько Эми, сколько судьба, та судьба, что оторвала его от дочери и внушила Трисси потребность в том, чего он не мог ей дать. Все это неподъемной глыбой давило ему на плечи, заставляя чувствовать себя слишком беззащитным, слишком смертным. Но вины Трейса Стюарта в том нет.
— Я не захочу, чтобы ты тайком лазал ко мне в дом, — проворчал он, — но ты не уволен. А вот Эми, похоже, придется посидеть под домашним арестом…
— Но, шериф…
Дэн оборвал его одним взглядом.
— Трейс, не буди лихо.
— Да, сэр. Благодарю вас, сэр.
Дэн оттолкнул кресло и тяжело поднялся, чувствуя себя постаревшим на тридцать лет и очень усталым. Плечи сутулились, будто невидимый груз тянул их к земле. На нем висели два нераскрытых убийства, от личной жизни осталось не больше, чем от подхваченного ветром карточного домика.
— Можешь идти.
Он оглянулся на Элизабет, все еще смотревшуюнанего бесстрастным, ничего не выражающим взглядом.
— Мне бы надо сказать твоей маме пару слов наедине.
Элизабет отошла от стены и шагнула к столу, кивнув Трейсу:
— Подожди меня в машине, я сейчас.
— Да, мэм.
Трейс встал и следом за Кауфманом вышел из комнаты. Дверь закрылась, и на минуту в воздухе повисло молчание, густое, как туман, влажный и удушливый. Наконец Дэн пожал плечами:
— Извини.
Элизабет вяло улыбнулась, качнула головой:
— Ты не виноват, что твоя дочь растет, становясь все милее и краше. Я вообще не вижу, что бы ты мог с этим поделать, особенно с тем, как она мила.
— Я не о том.
— Я знаю, о чем ты. — Она повесила сумку на плечо, шагнула к двери. В ее памяти была еще слишком свежа их последняя встреча в этой комнате. Тогда она едва не сказала Дэну, что влюблена… Надоедать ему дальше, забыв о собственном достоинстве, было бы по меньшей мере неумно. — Мне пора, — сказала она, глядя мимо него. — Надо выпускать газету.
Лучше бы ему отпустить ее с миром. Умный человек так и поступил бы.
— Прости, что с Трейсом так вышло. Если б я мог что-то сделать, тебе не пришлось бы через все это проходить.
— Ты просто делал свою работу.
Дэн подумал, что в ее устах этот довод вовсе не кажется ему достаточным. Все смешалось в его жизни, все ниточки перепутались: работа, отцовство, дружба, секс… Почти всю свою сознательную жизнь он тщательно избегал подобного беспорядка — и будет избегать впредь, как только опять расставит все по местам.
— Мне жаль, если у тебя возникло неверное представление… о наишх отношениях.
Элизабет собралась с силами, храбро улыбнулась. — Никаких отношений у нас с тобой нет. У нас только секс. Разницу чувствуешь? — спросила она, на один краткий, мучительный миг встретившись с ним глазами. — Ты меня все-таки научил поступать по-твоему. Разрезать жизнь на аккуратные кусочки. Пожалуй, осталось только перейти к полностью раздельному питанию, чтобы куски пищи на тарелке не соприкасались.
Она подошла к двери, бросив нанего обворожительный взгляд через плечо.
— До скорой встречи, ковбой. Лови плохих парней. Может, в газету попадешь.
Она вышла из участка с высоко поднятой головой, глядя строго вперед, не обращая ни малейшего внимания ни на поворачивающиеся к ней головы мужчин, ни на осуждающий взор вечной труженицы, миссис Уорт. У подъезда на нее накинулась толпа репортеров, градом посыпались вопросы, но Элизабет надела темные очки, чтобы не видеть цепких, алчных глаз, и прошествовала мимо.
Трейс ждал в «Кадиллаке». Он поднял верх машины, закрыл все окна и запер дверцы, чтобы оградить себя от прессы. Элизабет села за руль, включила зажигание и кондиционер, без единого слова выжала сцепление и вырулила со стоянки. Ни она, ни Трейс не говорили ни слова. Выехав за город, Элизабет почти сразу свернула на боковую дорогу и остановилась.
Трейс выжидательно смотрел на нее, готовясь к худшему.
— Ты, наверно, очень на меня сердишься, да?
— Не могу сказать, что горжусь твоим враньем, — ответила Элизабет, снимая солнечные очки и поворачиваясь к нему лицом. В ее глазах не было ни осуждения, ни упрека, только любовь. — Но, пожалуй, я горжусь тем, почему ты врал. Это было неумно, зато теперь я знаю, что сердце у тебя там, где надо.
Брови Трейса медленно поползли вверх.
— Так ты не сердишься?
— Прямо сейчас я не хочу сердиться, — прошептала она, ласково ероша его короткие темные волосы. — Сейчас я хочу только радоваться тому, что ты сидишь рядом со мной, а не в какой-то клетке. Хочу еще сказать тебе, что, несмотря на все ошибки, и мои, и твои, я рада, что у меня такой сын.
Слезы блеснули у нее в глазах, сдавили горло, мешая говорить. Она ощупью нашла руку сына, крепко сжала, будто хотела в этом пожатии передать все, что чувствует.
— Не смей думать, что ты сломал мне жизнь, Трейс. Не смей думать, что я не хотела тебя. Бог свидетель, мне выпала не самая лучшая на свете жизнь, но ты — мой свет в окошке. Родной мой, ты — лучшее, что когда-либо у меня было, и я тебя ни на что и ни на кого не променяю.
Трейсу вдруг стало трудно дышать, в груди вырос тугой комок, и он подумал, что сейчас обязательно сморозит какую-нибудь глупость или разревется, как маленький. Собрав последние силы, он криво улыбнулся.
— Даже на миллион долларов и новый «Феррари»? Элизабет покачала головой, смеясь и плача, быстро смахивая слезы свободной рукой.
— Даже на это.
Она положила голову Трейсу на плечо, с изумлением заметив, насколько шире и сильнее оно стало. Сын вырос, теперь у нее взрослый сын. Он уже начал утверждать себя как мужчина, уже понял, что делать, чтобы выйти на верный путь. В эту минуту Элизабет острее, чем когда-либо, стало жаль, что она выбрала для Трейса такую жизнь, что не смогла дать ему ни домашнего тепла, ни отца, который любил бы его и помог бы сделать первые шаги по той крутизне, что сейчас поднималась перед ним. Ничего она не смогла. Придется жить дальше так, как выбрала тогда, жить с сознанием, что Трейс скоро совсем повзрослеет и оставит ее, сделав собственный выбор.
— Мамочка, не надо плакать, — негромко сказал Трейс. В его голосе слышалась неловкость, но и любовь тоже, и забота. Он всегда расстраивался, когда она плакала, всегда пытался чем-то отвлечь. При мысли о тех временах, о тех слезах Элизабет грустно улыбнулась, подняла голову и посмотрела в глаза сыну сквозь разбитые стекла очков.
— Я всегда буду твоей мамой, и никто никогда не запретит мне плакать из-за тебя, даже когда мне будет сто лет, а ты будешь на ночь класть зубы в стакан с водой, — сообщила она, отчаянно моргая, чтобы остановить ручьи слез. — Прошу помнить об этом, мистер.
Он усмехнулся, в точности как она сама, и отвел взгляд, потому что у него тоже подозрительно блестели глаза.
— Да, мэм.
Элизабет шмыгнула носом, включила мотор и, уже не отвлекаясь, аккуратно вырулила на шоссе в сторону дома.
— Я завезу тебя домой, — сказала она, чувствуя, что постепенно успокаивается. — В качестве наказания наведешь порядок у себя в комнате. И не забудь про пепельницу под кроватью.
У Трейс послушно склонил голову, незаметно улыбаясь. — Слушаюсь, мэм.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Приманка для мужчин - Хоуг Тэми



Героиня вполне живой человек, а не ходульный персонаж, дурища и потенциальная жертва. Можно читать, правда тут не только про розовенькую лубофф, тут детектив еще, диалоги получше, с юмором
Приманка для мужчин - Хоуг ТэмиКатя
9.12.2012, 17.26





Хорошо продумана детективная линия, но и любовная не слабая.rnОдни словесные баталии героев чего стоят.rnКто любит детектив с любовной линией- это самое то, не пожалеете потраченного времени.
Приманка для мужчин - Хоуг ТэмиМарина
3.02.2013, 13.46





отличный роман, читайте
Приманка для мужчин - Хоуг Тэмиadais
28.05.2013, 17.03





отличный роман, читайте
Приманка для мужчин - Хоуг Тэмиadais
28.05.2013, 17.03





"— Тарелка бабушки Шумахер!" Очень классный роман, есть в нем какая-то душевность и атмосферность, герои замечательные, диалоги суперские, любовь страстная. Просто 10/10.
Приманка для мужчин - Хоуг ТэмиАрчибальда
28.05.2013, 18.54





роман понравился. просто супер. особенно понравилась главная героиня)) читайте
Приманка для мужчин - Хоуг Тэмикатрин самира
3.01.2014, 11.08





роман понравился. просто супер. особенно понравилась главная героиня)) читайте
Приманка для мужчин - Хоуг Тэмикатрин самира
3.01.2014, 11.08





Полностью согласна с выше написаным! Детектив-роман на 9 с плюсом! Гл.героиня чем то напомнила мне Шугар Бет из "Ну разве она не милашка?".
Приманка для мужчин - Хоуг ТэмиАлександра Ха 27
7.03.2016, 17.19








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100