Читать онлайн Хозяйка Фалкохерста, автора - Хорнер Ланс, Раздел - Глава III в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланс бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.25 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланс - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланс - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хорнер Ланс

Хозяйка Фалкохерста

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава III

Поцеловав Лукрецию Борджиа и проводив ее взглядом, Большой Джем раздвинул высокие стебли и огляделся, чтобы удостовериться, что за ним никто не подсматривает. Вокруг было тихо. Он покинул заросли и зашагал по той же тропинке, по которой только что пробежала Лукреция Борджиа. Однако, достигнув Большого дома, он в отличие от нее обогнул строение, миновал рощу орешника и, оставив за спиной аллею, оказался на дороге.
Дорога вела к Марисбургу, ближайшему к Элм Гроув селению. Большой Джем не боялся ночных путешествий и не избегал открытых шоссе. В окрестностях не было патрулей, поскольку местные плантаторы не отличались зажиточностью и пока что не могли себе позволить нанимать людей для ночного надзора за дорогами, тем более что бегство рабов было в этих местах редким исключением, поэтому содержание патрулей стало бы пустой тратой денег.
Луна освещала Большому Джему путь, и он бодро шагал вперед. При иных обстоятельствах он бы уступил Лукреции Борджиа, чуть-чуть передохнул и удовлетворил ее честь по чести, но его ждал десятимильный переход, наградой за который должна была стать целая ночь острого наслаждения.
Большой Джем бывал на плантации Раунд Три и раньше; собственно, на двадцать миль вокруг не осталось плантации, на которой он бы не успел побывать и где теперь не было бы как минимум одной негритянки, с нетерпением ждущей его возвращения. Он справедливо упрекал мистера Маклина за то, что тот вынуждает его совершать такие утомительные переходы. Всякий плантатор обязан был предоставить каждому своему негру хотя бы по одной устраивающей его негритянке. Выращивание молодняка было выгодным побочным занятием для любого крупного рабовладельца. Впрочем, Маклина никак нельзя было назвать крупным рабовладельцем. Плантация Элм Гроув больше не являлась богатой, превратилась в маленькую, отнюдь не процветала, захирела, и хозяин не пополнял поголовье рабов с тех самых пор, как вступил во владение ею. В итоге большинство его рабов-мужчин было старше годами его самого, а женщины-рабыни стали слишком старыми, чтобы производить на свет потомство или вызывать вожделение у молодца с выдающимися способностями, каковым по праву считал себя Большой Джем.
У Марисбурга он сошел с дороги и обогнул деревню полем. Позади осталась уже половина пути до Раунд Три, к тому же он намеревался явиться туда уже после полуночи, чтобы его не заметили остальные рабы. Эффи, его теперешняя пассия, и ее мамаша Аманда ждали его именно этой ночью. Он тихонько постучится в дверь, и это послужит сигналом, чтобы женщины бесшумно впустили его в хижину. Он не строил планов, как долго пробудет в гостях, но полагал, что не больше двух дней.
Большой Джем знал, что после возвращения будет подвергнут суровому наказанию, однако ни страх, ни последующая боль не могли остановить его, он был не в состоянии отказаться от удовольствия выйти в большой мир ради того, чтобы развеять монотонность существования в Элм Гроув. Это превратилось у него в стойкую привычку с двадцатилетнего возраста, и Маклин, неизменно гневаясь на него за отлучки, понимал, что имеет дело не с настоящим беглецом, и не помышлял о том, чтобы выжечь у него на щеке клеймо «R»,
type="note" l:href="#n_2">[2]
указывающее на склонность к побегу.
Длинные ноги Большого Джема ступали широко. Луна стояла еще высоко, когда он достиг каменных ворот, за которыми начиналась аллея, ведущая к усадьбе плантации Раунд Три. Все окна в Большом доме и в невольничьих хижинах были погашены. Жители южных плантаций рано отходили ко сну, чтобы, поднявшись ни свет ни заря, выйти на работу в поле.
Двигаясь бесшумно, как кот, Джем оставил в стороне Большой дом и достиг цепочки невольничьих хижин. Он не помнил точно, какая по счету хижина служит целью его посещения, но знал, что она стоит ближе к концу улицы. Сориентировавшись, он на цыпочках подкрался к одному из строений и приник ухом к ставню. Изнутри донесся мужской храп. Поняв, что ошибся, Большой Джем двинулся дальше. В следующей хижине мужчины не оказалось – он расслышал там только женское дыхание.
Дверь оставалась распахнутой. Он вошел и различил на полу две завернутые в одеяла фигуры. Подойдя к ним вплотную, присел на корточки и дотронулся до шеи одной из женщин. Она вздрогнула во сне, и он провел пальцами по ее лицу. Теперь он не сомневался, что нащупал Эффи. Вторая женщина рядом была, видимо, ее матерью. Зажав спящей рот, чтобы заглушить возможный крик, он произнес:
– Эффи!
Женщина проснулась и задрожала от испуга.
– Это Большой Джем, детка, – прошептал он. – Большой Джем пришел к вам на пару дней.
Она послушно обняла его за шею. Ее движения разбудили мать, и та тоже села.
– Это Большой Джем, Аманда, – сказал он. Женщина постарше приветствовала его с не меньшей нежностью.
– Скорее раздевайся, Большой Джем, – поторопила его Аманда. – Уже поздно, а на рассвете нам вставать. Времени у нас в обрез. Эффи уже который день спрашивает, когда же ты объявишься. Ведь ты обещал прийти к нам, как только выдастся случай.
Большой Джем поспешно раздевался.
– Раньше не получилось.
Он залез под одеяло и лег между матерью и дочерью.
Плантация Раунд Три была полной противоположностью Элм Гроув. Рабынь здесь было полным-полно, зато молодые рабы наперечет. Большой Джем был здесь вдвойне желанным гостем, так как женщинам плантации редко удавалось переспать с мужчиной. Его визит становился для них долгожданным праздником. Мать и дочь делали все, чтобы утаить его появление от хозяина и надсмотрщика, хотя те вряд ли стали бы возражать, разве что на том основании, что Большой Джем отлучился со своей плантации, не заручившись дозволением хозяина. Хотя доход от продажи детей и велик, большинство плантаторов не могли себе позволить содержать их на плантации. Чаще всего рабочее поголовье на мелких плантациях бывало представлено рабами, чья молодость совпала еще со временем молодости хозяев, и старели они вместе. Наглядным примером такого положения вещей служила Элм Гроув.
Эффи первая воспользовалась услугами Большого Джема, хотя мать помогала ей привести гостя в надлежащее состояние. Сейчас, добравшись до вожделенной хижины, обнажившись и растянувшись на полу, не принуждаемый к торопливости, как в случае с Лукрецией Борджиа, он гораздо дольше ублажал и Эффи и Аманду.
К тому времени, когда троица наконец угомонилась и погрузилась в сон, луна успела зайти. Дело близилось к рассвету. На заре Аманда собрала для Большого Джема узелок с холодными лепешками, и он покинул хижину, чтобы весь световой день укрываться в сосновой роще неподалеку от Большого дома. Женщины пообещали встретить его вечером сытным ужином.
Большой Джем провел в гостях три дня, после чего счел за благо отправиться назад в Элм Гроув. Беглецом его сочли бы только по истечении недели отсутствия, после чего была бы устроена облава. Пока же Маклин не должен был проявлять беспокойство, зная наклонности Большого Джема, который неизменно возвращался, не желая, чтобы из-за его проделок ищейки прочесывали все близлежащие плантации. С каждым днем он все больше страшился неминуемого наказания и не собирался усугублять свою вину. На третий день, дождавшись наступления темноты, он нехотя простился с гостеприимной семейкой и зашагал обратно по той же дороге.
Достигнув деревни Марисбург, он ускорил шаг, надеясь вернуться в свою хижину незамеченным. Вскоре он увидел на обочине огонек. Подойдя ближе, он различил затухающий костер, телегу с лошадью и фигуры спящих вокруг костра людей. Он хотел прошмыгнуть мимо, не привлекая внимания, так как распознал лагерь странствующего работорговца с товаром – частую картину в этих местах, однако был остановлен окриком. Голос, несомненно, принадлежал белому человеку.
– Ты куда? Что это ты бродишь здесь на ночь глядя, а, ниггер?
Белый встал с земли и направился к нему. Животный страх и необходимость отвечать белому с почтением, впитанные Большим Джемом, как и любым рабом, с молоком матери, принудили его дать правдивый ответ. Раб не должен был лгать, так как белому ничего не стоило поймать его на лжи, после чего неизбежно следовало наказание.
– Я иду домой, – был его ответ, – на свою плантацию Элм Гроув.
– До нее, кажется, еще несколько миль?
– Да, еще далековато, сэр.
– Где же ты прохлаждался так поздно?
– Я гостил на плантации Раунд Три.
– Хозяин разрешил тебе отлучиться?
– Ему нет до этого дела. Белый недоверчиво присвистнул:
– Ты хочешь сказать, что бывают хозяева, которым все равно, что их слуги болтаются по дорогам по ночам? Не рассказывай мне басен! Мне лучше знать: ты беглый, вот ты кто! Отвезу-ка я тебя домой и получу вознаграждение за твою поимку.
Работорговец вернулся к костру и подбросил в него несколько сосновых поленьев, отчего огонь разгорелся с новой силой. Треск пламени разбудил рабов, числом то ли семь, то ли восемь душ, лежавших со скованными руками и ногами вокруг костра.
– Хозяин знает, что я обязательно вернусь, – пролепетал не на шутку перепугавшийся Большой Джем. – Он не станет за меня платить.
– Тогда зачем тебе бегать в такую темень?
– Я же говорю, сэр: у меня в Раунд Три есть девка, она любит, когда я прихожу к ней на несколько дней, сэр.
– На несколько дней? – Белый повысил голос. Его тон выдавал удивление и зарождающийся замысел.
Большой Джем кивнул.
– Значит, ты давно отсутствовал?
– Да, сэр, целых три дня, сэр.
– И все это время твой хозяин тебя не разыскивал?
– Нет, сэр, он знает, что я все равно вернусь, сэр.
Белый заговорил другим тоном – вкрадчивым, елейным:
– Как тебя зовут?
– Большой Джем.
– Подходящее имя для такого видного парня – крупного, красивого. Объясни, как же так получается, что хозяин не посылает по твоему следу ищеек?
– Я же говорю: он привык, что я часто пропадаю по нескольку дней. Когда я возвращаюсь, меня бьют, но стоит мне захотеть бабу – и я снова убегаю.
– Что же, у тебя на плантации не хватает негритянок, которыми ты мог бы насытиться?
– Их там всего-то две-три. У моего хозяина сильный недобор по части рабынь. Вот мне и приходится отмахивать столько миль, чтобы взять свое.
– Не дело, Большой Джем, не дело! Куда это годится? Такой здоровяк, как ты, способен обрюхатить целую роту! Тебе небось их только и подавай?
– Это верно, сэр, я негр крепкий.
Белый в задумчивости прикусил губу, а потом дружески положил руку Большому Джему на плечо:
– Жаль, что ты принадлежишь не мне. Я знаю одного человека, хозяина большой плантации у Клаксбурга. Вот у кого от девок бараки ломятся! А негра ни одного! То есть такого, который мог бы брюхатить девок. Не рожают они там у него, хоть плачь. Вот он и просит меня, чтобы я нашел для него могучего негра, который день и ночь только бы и делал, что покрывал его девок. Уж больно этому плантатору нужен молодняк. Представляешь?
Большой Джем восхищенно закатил глаза. Ему было трудно поверить, что на свете существуют такие волшебные местечки.
Белый заговорил еще доверительнее, его слова текли, как упоительный мед:
– От такого негра он не стал бы требовать никакой работы в поле. Ему нужен просто племенной негр. Девок у него то ли тридцать, то ли сорок штук, и всех давным-давно пора покрывать. Вот бы тебе туда! Там бы у тебя не осталось ни одной свободной минутки.
– Да уж, хорошо бы! Оттуда мне не пришлось бы убегать. И никто бы меня больше не лупцевал.
– Вот именно! – Белый подвел Большого Джема к костру. – Для тебя это самое подходящее местечко. Давай поступим вот как: я захвачу тебя с собой и отдам тому плантатору. Он предложит за тебя хорошую цену, а я вернусь и отсчитаю деньги твоему хозяину. Как, говоришь, звать твоего хозяина?
– Масса Маклин, плантация Элм Гроув, сэр.
– Так и поступим! – Работорговец дружески похлопал Большого Джема по плечу. – Ты поедешь со мной. Я напишу мистеру Маклину письмецо, в котором все объясню честь по чести: ты, мол, не беглец, я тебя продал и отсылаю ему деньги. Ну как, идет?
– Не годится мне так поступать, не переговорив сперва с массой Маклином. То есть я хочу сказать, что сперва вам надо бы с ним договориться, сэр.
– Как ты это себе представляешь? Я мчусь туда, поднимаю его среди ночи и расписываю, что за славное местечко для тебя нашел? Ничего, он все равно получит письмо. Вот увидишь, он ничего не возразит против такого твоего поступка. Да он будет просто счастлив! Ведь он выручит за тебя около тысячи долларов!
Большой Джем стоял смирно, обдумывая предложение. Слово белого человека было для него законом; если белый говорил ему поступить так-то и так-то, то ему полагалось одно: безоговорочно подчиниться. На самом деле предложение незнакомца казалось ему сомнительным, но раз белый считает, что дело верное, значит, так тому и быть. К тому же он страшился бича, которого ни за что не избежал бы, если бы вернулся в Элм Гроув. Он не сомневался, что на сей раз масса Маклин прикажет Джубо взгреть его в полную силу.
– Так вы говорите, что на этой новой плантации мне придется не работать, а просто брюхатить негритянок?
– И притом хорошеньких! На той плантации полным-полно светлокожих девчонок. Не знаю только, нравятся ли они тебе…
– Мне всякие нравятся, – с усмешкой ответил Большой Джем.
– Тогда поедем вместе. Называй меня масса Бакстер. Меня тут всякий знает. Я – честный работорговец. Спроси любого, и он расскажет тебе о «честном Томе Бакстере». Ты узнаешь, что я – человек мягкий и справедливый. – Он подошел к дремлющим невольникам и пинками разбудил их. – Вставайте, пора в путь! Нас ждет дальняя дорога.
Бакстер повернулся к Большому Джему, полный дружеского расположения.
– Ты, поди, здорово притомился после такой прогулки? Полезай ко мне в телегу! Остальные пускай бредут пешком.
– А вы уверены, что мы не подводим массу Маклина? – спросил Большой Джем, которого все еще точил червь сомнения. Ведь раньше он никогда ничего не предпринимал, не считая традиционных отлучек, без хозяйской санкции. И вот теперь к нему обращался другой белый и предлагал совершить поступок, который, по его словам, доставит мистеру Маклину бездну удовольствия. Большому Джему трудно было усомниться в его правдивости. Белые всегда правы.
– Положись на мое слово, слово «честного Тома Бакстера»! Будь мистер Маклин здесь, он бы сам поторопился загнать тебя за этакую кучу денег.
– Недавно один работорговец предлагал ему за меня восемьсот долларов, – припомнил Большой Джем. В тот раз он до смерти перепугался, что его сбудут с рук.
– Восемьсот? Экая безделица! Благодаря мне мистер Маклин заработает на тебе добрую тысячу. Ты только представь – тысяча долларом!
– Что ж, наверное, мне и впрямь лучше ехать с вами.
– А то как же! Вот увидишь, тебе так понравится на новом месте, что ты будешь благодарить меня по гроб жизни.
В телегу впрягли пару лошадей, невольничий караван, в котором оказалась дюжина скованных попарно чернокожих разных возрастов, от четырнадцати до сорока лет, выстроился сзади. Большой Джем уселся на облучок рядом с новым хозяином.
С каждой минутой расстояние между Большим Джемом и его родной плантацией все больше увеличивалось. Бакстер надеялся, что за сутки отъедет от Элм Гроув миль на двадцать. Этого будет достаточно, чтобы ни Маклин, ни кто-либо еще не сумел разыскать Большого Джема. На таком расстоянии ищейки не возьмут след. Работорговец поздравлял себя с дармовым приобретением.
Стоило лошадям тронуться, как Большой Джем испытал соблазн спрыгнуть с телеги и устремиться назад, к Элм Гроув. Разве не там его дом? Однако пересилила боязнь наказания и неспособность ослушаться сидящего рядом белого. Слово белого господина было для него законом – к этому его приучил сам Маклин. Тем более что по здравом размышлении роль племенного жеребца казалась куда заманчивее роли беглеца, подвергаемого жестокой экзекуции. У Большого Джема заранее текли слюнки. Откуда ему было знать, что путь его лежит в зловещее место – к пользующейся дурной славой развилке вблизи Нашвилла, где он будет продан на луизианскую сахарную плантацию? Там его заставят трудиться не поднимая головы, и на закате он будет валиться на солому без задних ног, уже не помышляя о блуде.
Не зная, какая судьба ему уготована, он предвкушал исполнение обещаний «честного Тома Бакстера», белого добряка с елейным голосом. Уверенности прибавляло и то, что его в отличие от остальных невольников в караване не заковали в цепи. Он подпрыгивал на жестких козлах и усмехался собственным мыслям. Мистер Маклин крепко удивится, когда ему привалят такие деньжищи. Раньше Джему не приходило в голову, что он стоит целого состояния.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланс



кошмар,столько обнаженных описаний,а в целом сюжет отличный:и у рабов бывает праздник.
Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланслана
11.09.2012, 11.32





Необычный роман .. Описана жизнь рабов на плантации по разведению негров . Все изложено простыми словами ..
Хозяйка Фалкохерста - Хорнер ЛансVita
15.12.2014, 6.59





Есть продолжение Хозяин Фалкохерста.Читала в книжном варианте.Здесь его нет,может на других сайтах.
Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Лансс
13.02.2015, 19.40








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100