Читать онлайн Хозяйка Фалкохерста, автора - Хорнер Ланс, Раздел - Глава XXIX в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланс бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.25 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланс - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланс - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хорнер Ланс

Хозяйка Фалкохерста

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава XXIX

Лукреция Борджиа проснулась утром с дурным предчувствием. Она не сумела бы объяснить, чем оно вызвано, однако не могла избавиться от мрачного настроения. Первым делом, хватившись Мема, она вспомнила события прошедшей ночи и его, ночевавшего стоя, прикованным к столбу в конюшне. Она не испытывала к Мему сильного сострадания. Едва оказавшись в Фалконхерсте, она влюбилась в него, однако давно уже узнала, какой он лентяй и себялюбец, и былая любовь сменилась безразличием. Ей было совершенно все равно, какая судьба постигнет Мема. Беспокоило ее совсем другое: предчувствие, в котором она еще не успела разобраться, именно оно придавливало ее к полу, грозя расплющить.
Она думала, что успокоится, пока будет возиться с завтраком, но дурное предчувствие не оставляло ее. Максвеллы запаздывали к столу, поэтому она решила приготовить что-нибудь особенное, чтобы унять их злость. В дополнение к привычной яичнице с ветчиной она взялась испечь пирожки и поставила на угли тяжелую чугунную сковороду.
Кофе был готов, близнецы проснулись и вертелись под ногами, тесто ждало, чтобы она приступила к делу. Тут ее внимание привлек шум: Максвеллы спускались в гостиную. Памятуя о ночном недомогании старого хозяина, она опередила их и вытянулась в центре гостиной, чтобы справиться о его здоровье, когда он соизволит к ней обратиться.
Наконец оживленная беседа отца и сына, посвященная Мему, иссякла. Оказалось, что ночной сон не угомонил старика: он злобно покосился на Лукрецию Борджиа.
– Чего ты тут дожидаешься, черт бы тебя побрал, Лукреция Борджиа? А-а, догадываюсь: тебе чего-то надо, иначе ты не стояла бы разинув рот и тараща на меня свои глазищи.
– Ничего мне не надо, масса Уоррен, сэр. Просто хотела спросить, как вы себя чувствуете поутру. Ведь ночью вам нездоровилось.
– Мягко сказано – нездоровилось! А все из-за тебя: это ты накормила меня жирными отбивными. Тут скорее помрешь, чем добьешься, чтобы на тебя обратили внимание. – Максвелл отвечал ей голосом, полным раздражения.
– Бедненький масса Уоррен! – жалостливо проворковала Лукреция Борджиа. – Сегодня у нас на завтрак яичница с ветчиной и горячие пирожки, но если захотите, я могу предложить вам легкие молочные гренки. Это успокоит ваш желудок.
– Гренки? Боже сохрани! Не желаю я инвалидной еды! Ступай на кухню и подавай завтрак. Сегодня у нас полно дел.
– Слушаюсь, сэр, масса Уоррен, сэр. – Она мялась, так как знала, что не имеет права задавать мучающий ее вопрос, однако любопытство взяло верх. – Вы собираетесь выпороть Мема?
– Не будь такой любопытной, не то тебе несдобровать! – гаркнул он, окончательно выйдя из себя. – После завтрака у меня будет для тебя задание.
– Конечно, сэр, масса Уоррен, сэр, – подобострастно отозвалась она. – Жду ваших приказаний.
Она устремилась на кухню и закрутилась там как белка в колесе: в отсутствие Мема ей, ко всему прочему, пришлось самой подавать хозяевам завтрак.
Она надеялась уловить хоть обрывок разговора, на основании которого можно было бы догадаться, что они надумали, однако стоило ей войти – и важный разговор тотчас умолкал, так что у нее не осталось ни малейшей зацепки. Она пыталась подслушивать под дверью, однако хлопоты на кухне и столовой не позволили достаточно долго простаивать без дела. Все выяснилось только во время завтрака, когда Максвелл, как было обещано, вызвал свою кухарку.
– Немедленно ступай в хижину Минти и приведи сюда эту Сафиру, да и саму Минти в придачу. Не смей спрашивать, зачем они мне понадобились, – все равно не скажу.
У нее на кончике языка вертелся как раз этот вопрос. Предупреждение поспело вовремя. Она дождалась конца трапезы и понеслась в невольничий поселок. Дверь в хижину Минти была затворена, но она ворвалась не постучавшись. Минти, статная негритянка лет двадцати двух – двадцати трех, восседала на единственном здесь стуле и вела откровенный разговор с провинившейся Сафирой. Лукреция Борджиа успела к завершению одной из нравоучительных тирад:
– Разве ты не знала, как масса Максвелл печется, чтобы его телки не спаривались с бычками без его ведома?
Лукреция Борджиа осталась у двери, желая услышать ответ Сафиры.
– Но Мем – слуга из Большого дома, он сказал мне, будто сам масса Максвелл хочет, чтобы мы переспали и я родила ему детеныша.
– Мем всегда был бесстыжим вруном, – сообщила от двери Лукреция Борджиа. – Вруном и тупицей. Ничего, сегодня он получит по заслугам. Хозяин так его отделает, что у него не останется ни кусочка мяса на заднице.
– Да, ты права, Лукреция Борджиа, – молвила Минти, поворачиваясь на стуле, чтобы не сидеть спиной к важной посетительнице. – Однажды он попытался и меня окрутить. Только я для него старовата. Ему подавай совсем молоденьких, вот как Сафира.
– Болтовня про Мема меня уже не волнует. Дело в другом: хозяин прислал меня за тобой и Сафирой. Быстрее в Большой дом! Кажется, он собирается с вами побеседовать. Так что не теряйте больше времени, кончайте перемывать кости болвану Мему и скорее за мной. Хозяин рвет и мечет. Сами знаете, какой он, когда ему шлея попадет под хвост.
Она выгнала Минти и Сафиру из хижины и задала бодрый темп. У веранды она велела им остановиться, чтобы хозяева могли на них полюбоваться, а сама поднялась по ступенькам и заняла позицию позади Максвеллов. Она знала, что Минти трясется от страха, Сафира и подавно была перепугана чуть ли не до смерти: ее личико стало пепельным. Рядовые обитатели Фалконхерста редко представали перед всемогущими хозяевами.
Уоррен Максвелл оглядел девушек, поджал губы, пару раз кашлянул и заговорил тоном судьи, зачитывающего приговор преступникам:
– Минти и Сафира, что вы можете наплести в свое оправдание? – Вопрос был совершенно бесполезным, поскольку и он, и они знали, что любые их слова не будут приняты во внимание.
– Уж и не знаю, что вы хотите этим сказать, масса Максвелл, сэр, – ответила Минти за себя и за подопечную как старшая по возрасту.
– А то, что ты отвечаешь за всех девок, живущих в твоей хижине. Я доверил их тебе, а ты? Как получилось, что она среди ночи убежала с Мемом за конюшню и занялась с ним непотребством в кустах?
Минти заломила руки, не сводя с хозяина испуганных глаз, в которых уже появились слезы. Она выглядела беспомощной и безутешной, каковой на самом деле и была сейчас. Наконец, она набралась смелости и выговорила:
– Все женщины в моей хижине улеглись спать. Когда они уснули, я тоже уснула. Я всегда жду, пока они угомонятся, и только после этого ложусь сама. Я знать не знала, что учинила Сафира, пока она не ворвалась в хижину среди ночи, вся в слезах. Тогда она и рассказала мне, как Мем затащил ее в кусты, потому что сослался на ваше приказание. Он будто бы велел ей выбраться из хижины тайком ото всех, когда все заснут. Она думала, что выполняет ваш приказ: ведь Мем – такой же слуга из Большого дома, как Лукреция Борджиа. Вы часто передаете нам поручения через Лукрецию Борджиа или Мема. Вот Сафира и решила, что поступает по всем правилам.
Максвелл смотрел на нее с выражением непреклонной суровости на лице.
– Мы выращиваем у себя в Фалконхерсте ниггеров, и я хочу, чтобы они были лучшими ниггерами на всем Юге. Для этого я и расселил вас по хижинам. Среди них – твоя хижина, Минти. В каждой хижине есть ответственная. Если эти ответственные проявляют нерадивость и позволяют своим девкам шляться по ночам, то это значит, что на плантации начинается кавардак. Раньше мне не приходилось за вас краснеть, и дальше будет так же. Я обязан вбить в каждую тупую башку на плантации, что негры начинают совокупляться только тогда, когда я велю им этим заниматься, и ни минутой раньше. Понятно?
– Понятно, масса Максвелл, сэр. – Минти опустила глаза и вытерла их грубым подолом. – Такого больше никогда не повторится. Пока я остаюсь главной в хижине, у меня никто больше не забалуется.
– Верно, не повторится, – насмешливо подхватил Максвелл. – Но по другой причине: тебе больше здесь не жить, Минти. Я продам тебя первому подвернувшемуся работорговцу, таскающему за собой связку самых пропащих черномазых.
Она завыла и кинулась на веранду, где обхватила руками ноги Максвелла:
– Не продавайте меня, масса Максвелл, сэр! Не надо! Только не работорговцу! Работорговцам вы сбываете самых дурных негров! Вы только взгляните на меня! Я же родила для вас четверых младенцев, и все на загляденье…
– Тем более наступило время от тебя избавиться. – Он отшвырнул ее пинком ноги. – К тому же я больше не могу на тебя положиться. Если я перестаю доверять черномазому, то избавляюсь от него раз и навсегда. Решено: я тебя продам, но сперва прикажу выпороть.
Она стояла перед хозяином с поникшими плечами, охваченная унынием. Она знала, что умолять бессмысленно, ибо хозяин уже вынес ей приговор, однако любой обреченный готов до конца вымаливать прощение, просить сменить гнев на милость, убеждать, что в случившемся нет его вины. Минти не была исключением; она отлично понимала: что бы она ни сделала, что бы ни сказала, как бы ни обещала ревностно служить в будущем, как бы ни объясняла причины случившегося, разжалобить хозяина будет невозможно. Он всесилен, она же для всех – попросту пустое место; однако она предприняла последнюю, отчаянную попытку оправдаться.
– Я не виновата, масса Максвелл, сэр! Это все Мем! Это он пристал к Сафире, он убедил ее, что ей надо с ним переспать по вашему приказанию. Что ей было делать, раз такой была ваша воля? А что было делать мне? Откуда мне было знать, что глухой ночью Сафира убежит из хижины? Это у нее в первый и последний раз, клянусь!
– Мне все равно, знала ты или нет. Раз Сафира убежала, значит, ты проштрафилась. У нас не принято сильно стегать девок, и я не стану украшать тебя шрамами перед продажей, но кнута ты попробуешь, и точка. Получишь пять ударов. Это немного, зато и ты, и весь Фалконхерст будете знать, что ждет того, кто хоть немного оступится. Любой, кто посмеет самостоятельно выбрать себе девку или парня, заработает еще более суровую кару. Ты послужишь полезным примером. Пяток ударов – и на продажу.
Он отвернулся от нее и, не обращая внимания на ее умоляюще протянутые к нему руки, занялся Сафирой.
– Теперь ты. Шкура у тебя нежная, но и по ней придется пройтись кнутом. Совсем сдирать с тебя шкуру я не буду: вдруг Мем тебя обрюхатил? И потом, мне не нужны шрамы у тебя на хребте, потому что я и тебя продам, но только после того, как получу от тебя пару-тройку щенков. Ты заслужила семь ударов, потому что твоя вина гораздо больше вины Минти. – Он повернулся к Хаммонду, который напряженно внимал словам отца: – Отведи эту парочку в конюшню и надень на них кандалы. Они и без кандалов вряд ли сбегут, потому что беглецов в нашем стаде нет, но их все же ожидает наказание кнутом. Мало ли что взбредет им в голову.
Хаммонд повел несчастных в конюшню. Максвелл, сохраняя суровый вид, поднялся, но прежде чем покинуть веранду, подозвал Лукрецию Борджиа:
– Ты пойдешь со мной, Лукреция Борджиа. Это первый случай в Фалконхерсте, когда придется пороть девок, так что тебе и карты в руки. Ты это и сделаешь. Это будет правильнее, чем поручить такое дело негру.
Он спустился с веранды и поплелся в конюшню. Лукреция Борджиа семенила за ним по пятам. По пути она не выдержала и, нарушив неписаный закон, поравнялась с хозяином.
– Я отделаю их от души, – пообещала она.
– Смотри не переусердствуй, – предупредил он ее, не замечая, что рабыня идет с ним бок о бок, а не сзади, как положено. – Не преврати их в калек. Мы пользуемся кнутом, а не бичом: следов не остается, зато боль адская, хуже, чем от бича. Будешь лупить по заднице. От пяти ударов кровь не выступит, зато сидеть эти голубушки не смогут пару дней.
Она опомнилась и приотстала на шаг.
– Так я и сделаю, масса Максвелл, сэр. Они у меня несколько дней будут стоя есть и спать.
Он ответил ей негромким ворчанием и ускорил шаг, чтобы нагнать Хаммонда и приговоренных.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланс



кошмар,столько обнаженных описаний,а в целом сюжет отличный:и у рабов бывает праздник.
Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланслана
11.09.2012, 11.32





Необычный роман .. Описана жизнь рабов на плантации по разведению негров . Все изложено простыми словами ..
Хозяйка Фалкохерста - Хорнер ЛансVita
15.12.2014, 6.59





Есть продолжение Хозяин Фалкохерста.Читала в книжном варианте.Здесь его нет,может на других сайтах.
Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Лансс
13.02.2015, 19.40








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100