Читать онлайн Хозяйка Фалкохерста, автора - Хорнер Ланс, Раздел - Глава XII в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланс бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.25 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланс - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланс - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хорнер Ланс

Хозяйка Фалкохерста

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава XII

Подготовке к распродаже рабов с плантации Элм Гроув не было видно конца. Миссис Маклин решила сбыть заодно всю обстановку, так как не захотела везти ее в Атланту, а также все поголовье; к последнему относились, естественно, и рабы, потому что они были таким же скотом, как лошади и коровы. Дел было великое множество, и все они оказались взвалены на плечи Лукреции Борджиа. А это все равно что копать самой себе могилу. Миссис Маклин отдавала приказания: «Сделай то-то и то-то», и Лукреция Борджиа подчинялась, зная, что тем самым приближает страшную развязку.
Несколько утешало ее разве лишь то, что Далила была занята, пожалуй, поболее, чем бедная кухарка, хотя мысль, что горничная избежит продажи, не давала Лукреции Борджиа покоя. Сейчас она радовалась, что не свела короткого знакомства со швейной иглой, в противном случае ей пришлось бы помогать Далиле, которой было велено сшить новую одежду для всех рабов. О том, чтобы выставлять их на аукционном помосте в старом тряпье, не могло быть и речи. Новая одежда тоже не отличалась изысканностью, однако каждой женщине предстояло обрядиться в черное ситцевое платье, а мужчине – в черные штаны и белую рубаху. Самой Далиле ни за что не справиться с такой уймой работы, поэтому миссис Маклин прислала ей на подмогу двух рабынь. Даже при этом условии на шитье уходило очень много времени.
Полевые работы нельзя было прерывать, поскольку согласно договоренности с будущим владельцем он приобретал плантацию в полном порядке; однако теперь Лукреции Борджиа не было никакого дела до производительности труда рабов. Раньше плантация была ее родным домом, и у нее имелись веские основания добиваться от работников добросовестности: чем производительнее их труд, тем больше ей доверяли хозяева. Теперь же любые ее усилия оказались бы напрасными. Решение продать ее было окончательным. Она забросила даже молитвы. Ей трудно было представить себе, что Господь способен снизойти до ее тягот. Бог обращал внимание только на белых. Неопровержимым доказательством такой избирательности служило то, что им Он явно благоволил, черных же проклял, и, как видно, навечно. Следовательно, у нее нет оснований возлагать надежды на Его благосклонность.
Как-то раз под вечер, когда уже начали удлиняться тени, Лукреция Борджиа услышала скрип колес и, высунувшись из окна кухни, увидела элегантный экипаж, запряженный двумя лошадьми. Двое белых велели прибежавшему из конюшни Джубо сначала отнести их чемоданы в дом, а уж потом заниматься лошадьми. Далила встретила гостей у дверей и, наспех вколов в платье иглу с длинной нитью, предложила присесть в гостиной и подождать, пока она сбегает за миссис Маклин.
Лукреция Борджиа чуяла, что назревают важные события. Она сделала своим наблюдательным пунктом столовую, откуда все было хорошо слышно. Гости представились: один назвался мистером Перри, другой – секретарем Перри, Синклером. Оба представляли аукционную фирму «Перри энд Аткинсон» в Мобиле.
Рискуя быть замеченной, Лукреция Борджиа спряталась за угол и выглянула оттуда, чтобы получше разглядеть обоих белых и вслушаться в многословное приветствие миссис Маклин. Старший, мистер Перри, был высок, сутул и белобрыс. Лукреция Борджиа сразу прониклась к нему неприязнью. Его гулкий голос, тонкие губы и пронзительные серые глазки подсказали ей, что это именно тот, кто будет ее продавать. Синклер, пониже ростом, имел темную курчавую шевелюру и свежий цвет лица с такими по-мальчишечьи пылающими щеками, что Лукреции Борджиа это не могло не понравиться. Этот не вселял такого ужаса, как Перри. Ей было любопытно, предложит ли миссис Маклин гостям негритянок на ночь. Вероятность этого была невелика, но она решила, что не возражала бы, если бы ей велели развлекать молодого Синклера. Переспать с таким здоровяком всегда в радость, достаточно было взглянуть на его румяную физиономию.
– Думаю, к понедельнику все будет готово, миссис Маклин, – гудел Перри. Голос его без всякой нужды разносился по всему дому, словно он стремился, чтобы его услышали за версту. – Мы закончили все приготовления в Мобиле. Во всех газетах, выходящих в окрестных городах, помещены объявления, многие владельцы крупных плантаций получили от нас персональные уведомления и, несомненно, прибудут на аукцион. Конечно, на основании описания ваших слуг, предложенного вашим адвокатом, ажиотажа я вам обещать не могу. Сдается мне, у вас маловато сильных молодых мужчин, то есть того товара, на который сейчас особенно падок покупатель. Впрочем, адвокат обмолвился, дескать, у вас найдутся хорошие негритянки, причем многие с потомством. Вот те пойдут на «ура». За мать с ребенком всегда дадут хорошую цену. Миссис Маклин согласно кивала. – Наш лучший негр, Большой Джем, сбежал и был растерзан пумой. Но и помимо него у нас кое-кто найдется.
– Парень, принявший у нас лошадей, очень даже неплох, – сказал Синклер. – Есть у вас другие ему под стать? – поинтересовался он у миссис Маклин.
Та покачала головой.
– Мистер Маклин приобрел этого парня, Джубо, еще малышом и научил обязанностям конюха. Он отлично управляется с лошадьми. Правит экипажем, когда мне надо куда-нибудь съездить, но в поле не бывал. – Тут до нее дошло, что она ведет себя не очень гостеприимно. – Не хотите ли освежиться, господа? У нас еще осталось немного кукурузного виски, изготовленного самим мистером Маклином. Желаете попробовать?
– Позже, позже, мэм, – отозвался Перри несколько тише обычного. – По стаканчику после ужина – вот тогда пойдет нам на пользу.
– До ужина осталось недолго. Надо предупредить кухарку, что вы погостите у нас несколько дней. Чем мы гордимся, господа, так это нашей кухаркой. Лучшей негритянки у меня никогда не было. Как мне горестно с ней расставаться! Познакомитесь с ней – сами увидите. Я рассчитываю получить за нее на аукционе солидный куш.
Она взяла со стола колокольчик и позвонила. Прибежавшей на зов Далиле было велено пригласить Лукрецию Борджиа. Та едва успела удрать со своего наблюдательного пункта и примчаться на кухню, где и замерла у печи. Спустя секунду явилась Далила.
– Миссис Маклин вызывает тебя в гостиную. Ей надо с тобой поговорить.
– Наверное, белые останутся ужинать? – Лукреция Борджиа дипломатично изобразила неведение.
– Об этом она ничего не сказала. Миссис Маклин сама сообщит, что ей от тебя понадобилось. Беги немедленно. Хозяйка ждет.
Лукреция Борджиа порадовалась чистоте своего фартука и лишь на мгновение задержалась, чтобы поправить красный тюрбан, а затем стремглав бросилась в гостиную, где замерла в дверях, почтительно ожидая зова. Вошла она величественной походкой, выпятив грудь и задрав подбородок, поражая всех уже одним своим ростом. Ее будущее находилось в руках гостей; она решила накормить их так, как они не ели никогда в жизни.
– Вот и Лукреция Борджиа, – молвила миссис Маклин. – Она – наша кухарка. Настоящая кудесница!
Лукреция Борджиа чувствовала на себе оценивающие взгляды и помогла мужчинам широкой улыбкой, выставляя напоказ сверкающие белизной зубы, после чего грациозно поклонилась.
– Господа Перри и Синклер пробудут у нас несколько дней. Ночевать они будут в восточном крыле. Надеюсь, ты станешь кормить их на славу. Господа приехали из Мобила и знают, что такое хорошая еда.
– Слушаюсь, мэм, миссис Маклин, мэм. Уж я позабочусь, чтобы господа не жаловались на нашу кормежку. Я собиралась приготовить на ужин цыплят. Если, конечно, – она повернулась к мужчинам, – господа не возражают.
Они заверили ее, что питают особое пристрастие к этому блюду, после чего миссис Маклин позволила ей уйти. Возвратившись на кухню, она крикнула:
– Эмми! Ступай найди трех жирненьких цыплят. Старых кур мне не надо. Свернешь им шеи, ощиплешь и принесешь мне. Сегодня мы закатим такой ужин, какого в Элм Гроув еще никогда не пробовали. У меня дел невпроворот, так что гляди мне, чтобы одна нога здесь, другая там! На этот раз я не дам тебе спуску. Мы должны побаловать этих двоих. Знаешь, кто это?
Эмми не знала.
– Они из аукционной фирмы, из самого Мобила! Скоро всех нас распродадут. Миссис Маклин начнет распродажу со слуг, а потом перейдет к вещам в доме. И заниматься этим будут двое наших гостей. Чем сильнее ты постараешься, тем больше за тебя заплатят и тем в более приличное место ты попадешь. Так что шевелись, девка, тащи цыплят, не то я тебя вздую!
Угощение, которое в тот вечер выставила перед гостями Лукреция Борджиа, действительно было чем-то бесподобным. Они набросились на еду с такой жадностью, словно несколько дней жили впроголодь. Цыплята снаружи были покрыты хрустящей корочкой, внутри же оказались такими нежными, что мясо само отделялось от костей. Сладкий картофель истекал соком, бисквиты получились такими легкими, что грозили взмыть в воздух, консервированные арбузные дольки таяли во рту. Гости стонали от восторга. Когда же Лукреция Борджиа внесла пирог с начинкой из ореха пекана, они хором сказали миссис Маклин, что наелись до отвала, но ничего не могут с собой поделать и просто обязаны отведать также и это чудо кулинарного искусства. Лукреция Борджиа стояла в сторонке, наблюдая, как Далила обносит гостей, но оказалась тут как тут, стоило Перри велеть Далиле позвать кухарку, чтобы он мог поблагодарить ее за угощение. Она выросла в двери, гордая, но потупившаяся.
– Ничего лучшего я в жизни не едал! Как, вы говорите, зовут эту негритянку? – обратился Перри к миссис Маклин.
– Лукреция Борджиа.
– Так вот, Лукреция Борджиа, – пробасил он, обращаясь к ней, – могу обещать тебе одно. Когда в понедельник ты поднимешься на аукционный помост, я лично дам тебе самую блестящую рекомендацию и с полным основанием заверю покупателей, что ты – одна из лучших кухарок по всей стране!
Она ответила на его похвалу исполненным достоинства поклоном и повернулась к миссис Маклин:
– Могу я задать господам один вопрос, миссис Маклин, мэм?
– И манеры у нее безупречные, – присоединился к похвалам Синклер.
– Любопытна ко всему прочему, – заметила миссис Маклин, – но в остальном – самая способная негритянка, какая мне когда-либо попадалась. После смерти мистера Маклина, да и раньше, когда он только захворал, она самостоятельно управляла плантацией и справлялась с этим лучше, чем любой белый надсмотрщик. Лукреции Борджиа все по плечу. Очень сообразительна. – Тут она вспомнила о вопросе Лукреции Борджии и добавила: – Так что тебе понадобилось выяснить?
– Если позволите, я хотела спросить, не возражают ли господа против яичницы с ветчиной на завтрак, и если да, то какую яичницу они предпочитают.
– Желтками вверх, глазунью, – ответил Перри за обоих.
Лукреция Борджиа еще раз поклонилась и вышла. Похвалы несколько успокоили ее, и она принялась строить планы насчет дальнейших блюд, которым полагалось затмить даже сегодняшний удавшийся ужин.
На протяжении нескольких дней она разрывалась между двумя обязанностями. Во-первых, принимала участие в приготовлении еды, предназначавшейся для господской столовой, во-вторых, исполняла роль управляющей, знакомя Перри и Синклера с рабами.
На открытом воздухе под высоким ореховым деревом был выставлен небольшой столик. Синклер водрузил на него здоровенный гроссбух, чернильницу и груду перьев, которые он время от времени затачивал.
Задача Лукреции Борджиа заключалась в том, чтобы подводить людей по одному и представлять их белым. Одна она знала негров по именам и могла выложить всю их подноготную. Миссис Маклин для этого совершенно не годилась, так как ничего не знала о своих невольниках; если бы не Лукреция Борджиа, составление списка выставляемых на продажу негров превратилось бы в неразрешимую проблему.
– Это Бенджи, – говорила Лукреция Борджиа, подводя к столу очередного смущенного чернокожего. – Ростом маловат, зато трудяга справный. Не так молод, как раньше, но отлично может работать десятником. Всегда был у нас одним из лучших по этой части и знает, как заставить негров работать. Да и прожил в Элм Гроув всю жизнь.
Все эти сведения заносились Синклером в гроссбух. Затем Перри приказывал рабу раздеться и тщательно осматривал его телосложение. С видом знатока скользил по негру руками, не пропуская ни одного изъяна в анатомии, о которых тут же подробно сообщал Синклеру. Затем, усевшись, Перри велел Лукреции Борджиа вести следующего.
– Пенси. – Лукреция Борджиа решительно вытолкнула из толпы перепуганную девушку. – Миловидна, куплена мистером Маклином совсем недавно, была покрыта белым мужчиной, после чего принесла светлокожего младенца. Мальчика.
Она принудила Пенси развернуть сверток, который та не выпускала из рук, чтобы белые увидели, насколько светлая у малыша кожа. Перри осмотрел мать и дитя, Синклер застрочил в гроссбухе.
– Мей-Энн. – На сей раз голос Лукреции Борджиа прозвучал не так уверенно. – Вы видите у нее на руках двух светлокожих младенцев. Один заранее обещан мистеру Ренсому Лайтфуту, производителю, – вот эта девочка. Она не продается. Миссис Маклин уже послала мистеру Лайтфуту записку, и он скоро за ней приедет. Мы надеемся, что он успеет сюда до начала торгов, – не можем же мы бросить дитя одного. – Она любовно посмотрела на девочку. – Она моя дочь, но я не могу оставить ее при себе. Я рожаю без задержки, легко беременею. Это мой второй ребенок. При хорошем мужчине я бы что ни год приносила хозяину по младенцу.
Перри осмотрел детей, поданных ему Мей-Энн. Потом он поступил с ней, как до того с Пенси: заставил раздеться и ощупал с видом знатока.
– Девка хорошая, ладная. Вместе с сосунком мужского пола может принести хорошую прибыль, тем более что сосунок совсем светлый. – Синклер усердно скрипел пером. – Судя по внешности, в девке течет некоторая доля человеческой крови, а значит, учитывая слова Лукреции Борджиа, ее ребенок должен быть квартероном. В пояснениях Лукреции Борджиа я не сомневаюсь. Она производит впечатление правдивой особы.
– Я всегда говорю правду, – поддакнула Лукреция Борджиа. Это соответствовало действительности, во всяком случае, отчасти: когда Лукреция Борджиа чувствовала, что искажение истины доставит белому удовольствие, она без колебаний проявляла нечестность. Она по опыту знала, насколько выгодно говорить белым приятное.
Так она продемонстрировала белым оценщикам всех до одного невольников из Элм Гроув. Большинство мужчин были людьми среднего возраста, многие даже в преклонных летах, поэтому, подводя их к столику, Лукреция Борджиа проявляла беспристрастность. Однако, когда дело дошло наконец до Джубо, она загорелась неподдельным энтузиазмом.
– А вот Джубо! – провозгласила она, подталкивая его поближе к Перри. – По-моему, ему года двадцать два. Умелый конюх, надежен. За все время, что он провел в Элм Гроув, ни разу не попробовал кнута, а только сам наказывал кнутом наших рабов, потому что очень силен. Он был моим мужчиной с тех пор, как не стало Большого Джема, а это тоже что-то да значит. Он, конечно, ниггер ниггером и дикарь с виду, потому что малышом привезен из самой Африки, зато знает, как сделать приятное женщине. Верно, Джубо?
Джубо, не имея привычки общаться с чужими, стоял повесив голову и что-то чертил в пыли большим пальцем босой ноги. Перри поманил его ближе.
– Самый видный самец из всех, кого мы пока что видели. Вы согласны, Синклер? – Он уже отзывался об этих рабах с видом собственника.
Согласно кивая, Синклер занес в гроссбух данные Джубо.
– На мой взгляд, он – чистокровный круманти. Вам так не кажется, Синклер?
Синклер зажмурил один глаз, уставился на Джубо, а потом согласился.
– На нем можно заработать. Настоящая африканская кровь в наши дни редкость. Круманти пользуются большим спросом.
Подчиняясь Перри, Джубо снял рубаху и расстегнул штаны, представая перед белыми мужчинами и Лукрецией Борджиа обнаженным. Зная о безупречности своего телосложения, Джубо, привстав на цыпочки, напряг мышцы и осклабился. Ему нечего было стыдиться.
Лукреция Борджиа, тесно сотрудничая с белыми оценщиками, полагала, что ей дозволено говорить вещи, на которые обыкновенная служанка не имела бы права.
– Вот я и говорю, джентльмены: лицом он ниггер ниггером, губищи что канаты, но у него есть кое-что, что все перевешивает. Видите, какая у него здоровенная штуковина? – И она подкрепила свои слова жестом гордой собственницы.
Перри улыбнулся ей в ответ. Он молчаливо соглашался с правом Лукреции Борджиа разглагольствовать без особого дозволения. Приобняв Джубо за талию левой рукой, он привлек его к себе и взвесил на ладони предмет, к которому привлекла его внимание Лукреция Борджиа. Отодвинув крайнюю плоть, он обнажил головку цвета спелой сливы. Джубо, ощущавший на себе пристальный взгляд Лукреции Борджиа, отреагировал на такое обращение могучей эрекцией. Его самого это нисколько не смутило, зато присутствующие переглянулись.
– Раз – и готово! – Синклер расплылся в улыбке. – В журнал такого, конечно, не запишешь, но у него пушка здоровенного калибра, даже для негра. Я слышал, что круманти этим отличаются, хотя с мандинго им все равно не сравниться. Из него выйдет хороший производитель. Стоит только скрестить его с миловидной самкой – и отпрыски получатся совсем не уродливыми.
Перри продолжил осмотр Джубо. На его лице появилось озадаченное выражение. Оглянувшись на Лукрецию Борджиа, он осведомился:
– Так ты говоришь, что этот Джубо сожительствовал с тобой?
– Было дело.
– Как долго?
Она попыталась вспомнить поточнее.
– Достаточно долго. Как только Большой Джем погиб, так мы и начали. Мне не хотелось никого, кроме Джубо. Он не так хорош в этом деле, как Большой Джем, – говоря это, она указала на череп, водруженный на шест, – но я к нему привыкла и была довольна.
Синклер оглядел обоих.
– Я что-то не пойму… Ты говоришь, что рожаешь без задержки, так ведь, Лукреция Борджиа?
Она горделиво кивнула:
– Этот белый, Ренсом Лайтфут, проспал со мной всего две ночи, и я понесла. У меня это запросто!
– Тогда как же объяснить, – не унимался Перри, – что ты ни разу не понесла от Джубо? Любопытно!
Настал черед изумиться самой Лукреции Борджиа. Раньше она не удосуживалась об этом поразмыслить, но сейчас смекнула, что они давно делят с Джубо тюфяк на кухонном полу, и все без толку.
– Наверное, в нем маловато соку? – подсказал Перри.
– Наоборот, этого добра в нем через край! – хихикнула она. – Так и пузырится! Он просто ненасытный. Уж как я стараюсь его ублажить, мистер Перри, уж как стараюсь…
– Значит, сок не тот. Ты уже дважды рожала от других, а от него – ни разу. Выходит, твоей вины в этом нет. Вот он – виновник! Видать, он бесплоден. Нам иногда попадаются бесплодные самцы. Обычно это видные парни, прямо как он, – здоровые, сильные, а вот по части плодовитости у них промашка. Наверное, и Джубо из таких. – Перри поднял палец, привлекая внимание Синклера. – Об этом не пишите. Он – лучший самец на плантации. Жаль, что он бесплоден, но это мнение – результат беглого осмотра. Давайте умолчим об этом на торгах, иначе собьем цену.
Лукреция Борджиа смотрела, как Джубо одевается. От одного вида его наготы у нее разгорелось желание, и ее печалила мысль, что им осталось провести вместе совсем немного ночей. Она поверила словам Перри, которые вполне доходчиво объясняли, почему она так и не понесла от Джубо. Ей было жаль, что у Джубо обнаружился дефект. Несмотря на его уродливость, она успела его полюбить. Джубо был умелым любовником, с ней он был добр и ласков, он любил ее.
Когда наступила ночь и они улеглись на свой тюфяк, Лукреция Борджиа обняла Джубо.
– Знаешь, какой сегодня день, Джубо? – спросила она.
– Кажется, суббота, – ответил он, замирая от ее ласки.
– Значит, завтра воскресенье, а потом и понедельник. В понедельник нас распродадут. Кто знает, суждено ли нам еще увидеться? Меня отправят в одну сторону, тебя в другую, и с нашей любовью будет покончено.
Он принялся всхлипывать, устроившись на ее просторной груди.
– Ах, Лукреция Борджиа, мне кажется, что я не вынесу разлуки! Прямо не могу от тебя оторваться!
Его слезы закапали ей на живот. Ее ласки стали настойчивее, и слезы быстро иссякли.
– Что сказал обо мне тот человек?
– Что ты бесплоден. Значит, у тебя не может быть детей.
– Я не виноват, Лукреция Борджиа. Раньше я об этом не думал, а теперь вижу, что он прав: вон сколько мы спим вместе, а ты все не беременеешь.
Она ласково погладила его по голове:
– Конечно, не виноват, Джубо. Но мне жаль, что я не понесла от тебя. Было бы хорошо родить от тебя при новом хозяине. Тебя бы уже не было рядом, зато остался бы твой ребенок, и он напоминал бы мне о тебе. Жаль!
– Как ты думаешь, если мы очень постараемся в эту ночь и в следующую, у нас получится?
Она покачала головой в темноте:
– Вряд ли. Но попытка не пытка…
– Тогда давай. – Он перестал всхлипывать, убрал голову с ее груди и потянулся ртом к ее рту.
– Давай. – Она ответила на его поцелуй, но мысли ее были уже далеко: где-то они окажутся через неделю?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланс



кошмар,столько обнаженных описаний,а в целом сюжет отличный:и у рабов бывает праздник.
Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Ланслана
11.09.2012, 11.32





Необычный роман .. Описана жизнь рабов на плантации по разведению негров . Все изложено простыми словами ..
Хозяйка Фалкохерста - Хорнер ЛансVita
15.12.2014, 6.59





Есть продолжение Хозяин Фалкохерста.Читала в книжном варианте.Здесь его нет,может на других сайтах.
Хозяйка Фалкохерста - Хорнер Лансс
13.02.2015, 19.40








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100