Читать онлайн Третий Георг, автора - Холт Виктория, Раздел - КОНФЛИКТ С ВДОВСТВУЮЩЕЙ ПРИНЦЕССОЙ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Третий Георг - Холт Виктория бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 1)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Третий Георг - Холт Виктория - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Третий Георг - Холт Виктория - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Холт Виктория

Третий Георг

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

КОНФЛИКТ С ВДОВСТВУЮЩЕЙ ПРИНЦЕССОЙ

Наступили самые счастливые дни в жизни Шарлотты. Георг нашел, что она очень дружелюбна, всей душой стремилась узнать все новое; Шарлотта могла говорить только по-немецки и по-французски, и это с одной стороны отдаляло ее от общества, а с другой заставляло чаще обращаться к мужу за помощью. За исключением своей внешности, она обладала всеми теми качествами, которые Георг хотел бы видеть у своей жены; а поскольку он был человеком, который мог ладить с самим собой лишь в том случае, когда убеждался в правоте своих действий, то он начал даже испытывать удовольствие от своей женитьбы. Бывали дни, когда он совсем не думал о Саре; и даже, когда на улицах ему попадались на глаза люди в одежде квакеров, он уверял себя, что они с Шарлоттой станут таким примером для всех женатых людей в стране, что его юношеское легкомыслие будет всеми забыто.
Он подавил свои желания, женившись на Шарлотте ради блага страны, и его долг сделать их брак благом и для нее, и для себя.
Физически он был удовлетворен, поскольку не был слишком чувствительным мужчиной, хотя, конечно, его влекло к женщинам, и женские чары всегда глубоко волновали его… Ему доставляло удовольствие размышлять об этом и знать, что в его положении менее порядочный человек поощрял бы в себе эти эмоции. Но только не Георг. Он собирался быть верным мужем и ввести и при дворе, и во всей стране новые нормы благоприличия.
Король целиком отдал свои чувства Шарлотте, которая поздравила себя с тем, что самой счастливой стороной ее супружеской жизни стала решимость мужа дорожить ею и заботиться о ней.
Шарлотта любила музыку и Георг предложил устраивать музыкальные вечера, во время которых она могла бы не только послушать придворных исполнителей, но и демонстрировать свое искусство игры на клавесине. Он не сомневался, что ей понравится опера, и через несколько дней после коронации повел Шарлотту послушать одну из них. Это было торжественным событием. Люди, все еще благорасположенные к своему молодому королю и королеве, встретили их верноподданническими овациями. Позже Георг сказал ей, что как только она освоит английский, они начнут выезжать в театр. Ей понравится английский театр, уверял он Шарлотту и как-то пересказал ей содержание одной из опер. Жизнь лондонских бедняков из рассказа Георга оказалась совсем не такой, как она себе представляла.
– Во времена моего дедушки этот спектакль сочли неблагонадежным, – сообщил он ей.
Шарлотта удивилась, ей было непонятно, каким образом проделки каких-то разбойников и арестантов могут оказать вред короне.
– Под отдельными персонажами в этой пьесе подразумевались некоторые королевские министры, – объяснял ей Георг. – Но сейчас все совсем по-иному. Эти намеки бессмысленны. Теперь нас не тревожит, когда кого-то высмеивают.
Он говорил почти самодовольно, приветствия людей все еще звучали в его ушах, и он верил, что при его правлении все будет совсем иначе.
Вместе с Георгом они иногда прогуливались по окрестностям Лондона. Шарлотта была очарована своей новой страной, столь прекрасной в это время года, когда листва деревьев уже становилась золотисто-оранжевой, а трава все еще зеленела.
– Было бы замечательно, – как-то поделился с ней своими мыслями Георг, – иметь свой дом, где мы могли бы жить вдали от двора… ну, не совсем, конечно, но чтобы это было место, где мы могли бы чувствовать себя свободными от этих бесконечных церемоний. Думаю, не купить ли тебе дом?
– Дом?! Для меня?! – в восторге воскликнула Шарлотта.
– В который ты меня пригласишь, и мы будем жить там вместе, – а помолчав минуту, Георг пустился в воспоминания: – Мне не нравится Хэмптон-Корт, – сказал он ей доверительно. – Мой дедушка однажды ударил меня там, и… я навсегда запомнил это.
– Тогда он мне тоже не понравится, – заявила Шарлотта.
– Но я никогда не любил его, даже до того инцидента, – продолжал король. – Ландшафт там слишком однообразен. Я просил Кейпебилити Брауна сделать что-нибудь для устройства парка, но он отказал мне, заявив, что там ничего хорошего не получится, и отклонил мое предложение из уважения к себе и к своей профессии.
– Кейпебилити! – повторила она. – Что за странное имя?
– Вообще-то его зовут Ланселот. Но его прозвали «Кейпебилити»,
type="note" l:href="#n_1">[1]
потому что когда ему показывали какой-нибудь парк, и если он соглашается поработать над его благоустройством, то обычно произносит: «Здесь огромные возможности». Он просто деспот, когда речь идет о садах и парках, но гениален. Говорят, что ни один садовод в мире не сравнится с ним. Пожалуй, он и в пустыне сделает райский сад.
– И он отказался заниматься Хэмптоном?
– Да, он отказался заниматься Хэмптоном, – почти с удовлетворением повторил Георг. – Я хотел, чтобы ты посмотрела Уэнстед-хаус недалеко от рынка.
Какую радость доставляли ей эти прогулки с мужем. Он привносил в них особую теплоту и близость. Короля и королеву со стороны вполне можно было принять за простого дворянина и его жену, подбирающих вместе себе жилище.
Уэнстед-хаус показался им обоим очаровательным.
– Один из прекраснейших домов в стране, – заметил Георг. – Если бы ты остановилась здесь по пути к дворцу Сент-Джеймс, то наверняка сочла бы дворец посредственным по сравнению с ним.
– Кажется, он немного дальше от города, чем мы предполагали, – решила Шарлотта. – Я согласна: он действительно великолепен. Но если мы выберем его, то не сможем часто приезжать сюда.
Георг кивнул. Шарлотта проявляла себя как практичная молодая женщина.
– Конечно, он очень далеко от Сент-Джеймса, – добавил он. – Разумеется, ты права. Нам никогда не удалось бы вырываться оттуда без лишнего шума. Давай вернемся обратно и еще раз посмотрим дом сэра Джона Шеффилда. Он просит за него двадцать одну тысячу фунтов стерлингов.
Шарлотта пришла в восторг, увидев Букингемский дворец. Она заявила, что он очень удобно расположен, совсем рядом с Сент-Джеймсом. Молодые супруги решили, что он им подходит, и обошли этот огромный дом, оживленно обсуждая, что им хотелось бы здесь переделать.
Желание приобрести Букингемский дворец король сообщил своим министрам, и, было решено, что если король откажется от Сомерсетского дворца, который будет использован для общественных собраний, то сможет распоряжаться Букингемским дворцом.
По-видимому это было вполне разумным и весьма благоприятным разрешением вопроса, и Шарлотта с Георгом все свое время посвятили приятному занятию перепланировки дома.
Вскоре реконструкция шла уже полным ходом, а само здание стали называть дворцом королевы. Шарлотта, казалось, светилась от счастья. Один из придворных остряков даже заметил: «Расцвет ее уродства постепенно идет на убыль».


Мадам фон Швелленбург с каждым днем становилась все более важной персоной в своих собственных глазах. Просто невообразимо, рассуждала она, чтобы эти англичанки, окружавшие ее госпожу, занимали бы при ней более высокое положение, чем она сама. Она ведь немка, и знала свою госпожу, когда та была всего лишь сестрой герцога, владевшего крошечным герцогством Мекленбург-Стрелиц, и потому она – Швелленбург – должна пользоваться особыми привилегиями.
Конечно, с Шарлоттой приехала не она одна. Но ведь Альберт простой парикмахер – второразрядный слуга, а мадам Хаггердон – женщина бесхарактерная, которой предначертано быть в подчинении таких как мадам фон Швелленбург.
Швелленбург изменила процедуру одевания королевы. Поскольку принимать активное участие в самом процессе показалось ей ниже ее достоинства, она решила руководить им. С помощью жестов и гримас мадам фон Швелленбург попыталась втолковать это англичанкам, но те притворялись что ничего не поняли. Тогда она попросила Шарлотту объяснить дамам, что поскольку она личная фрейлина Ее Величества, то они должны ей подчиняться.
В своем счастливом расположении духа Шарлотта хотела угодить всем, поэтому сказала англичанкам по-французски, что впредь мадам фон Швелленбург будет старшей над ними. Элизабет Чадлей выслушала это с внешней благопристойностью, однако как только фрейлины покинули королевские апартаменты, выплеснула все свое возмущение.
– Надеюсь, вы прекрасно понимаете, что может из всего этого получиться, – заявила она. – Все здесь станет немецким. С этими немцами всегда так. Они стремятся всем вокруг навязать свою тупость и скуку. Скоро я стану похожа на «хаус-фрау» да и вы тоже, и не будет никаких развлечений, только музыка… музыка… музыка. А еще хуже, что никто не сможет приблизиться к королеве иначе как через Швелленбург.
– Королева, по-видимому, намерена предоставить этой несносной твари особое место в своем окружении. Но в наших ли силах воспрепятствовать этому? – спросила герцогиня Анкастер.
– И даже очень, – возразила ей мисс Чадлей и приступила к действиям.
Под ее хитроумным и умелым руководством вскоре до ушей вдовствующей принцессы дошла весть, что мадам фон Швелленбург имеет огромное влияние на королеву, что она распоряжается всем в покоях королевы и что английские фрейлины бунтуют против такого положения вещей.
Мисс Чадлей вызвали в покои принцессы, и там она высказала свое мнение о мадам фон Швелленбург, которую все считают весьма честолюбивой особой, и она – Чадлей – уверена, что эта дама на своем гнусном немецком, на котором она без умолку болтает, строит разного рода планы, чтобы управлять английским двором по своему, немецкому, разумению.
В способности мисс Чадлей чуять беду не приходилось сомневаться, даже если на нее нельзя было положиться во всем остальном. Вдовствующая принцесса любезно поблагодарила, намекнув, что и самой мисс Чадлей было бы на благо служить преданно, поскольку ее положение при дворе весьма шатко из-за ее довольно сомнительных отношений с герцогом Кингстоном. На последнее замечание мисс Чадлей недвусмысленно заявила, что ей известны некоторые подробности, касающиеся короля и некой квакерши, так как именно она помогала в этой любовной истории. Попади эти подробности в руки стихоплетов или памфлетистов, то это не просто позабавит, а непременно шокирует большинство англичан. Но она – Чадлей – будет молчать, потому что стремится сохранить уважение вдовствующей принцессы и уверена, вдовствующая принцесса намерена почтить ее своим благоденствием.
Вдовствующая принцесса склонила голову в знак признания деликатности ситуации. Отныне Элизабет Чадлей обеспечено надежное место при дворе, как бы сомнительно она себя не вела; хотя мисс Чадлей поступит правильно, если постарается не забывать, что существуют какие-то пределы, за которые принцесса никогда не выйдет, даже ради того, чтобы не допустить какого-нибудь гнусного скандала, связанного с именем ее сына.
Соотношение сил между ними было выявлено, и как всегда в моменты сомнений принцесса послала за лордом Бьютом.
Он тотчас же явился. Она с тревогой посмотрела на него, задавая себе вопрос, не изменился ли ее любимый мужчина? Так ли беззаветно он предан ей? Не проводит ли он больше времени с королем, чем с ней? Естественно, ему приходится не спускать глаз с Георга ради их общего блага, но не угасло ли при этом его внимание к ней? И не наступили ли эти перемены после того, как Георг взошел на трон?
Когда лорд Бьют склонился и поцеловал ее, она удивилась, как только могли прийти ей в голову подобные мысли. Вдовствующую принцессу нельзя было назвать неразборчивой женщиной; она не стремилась иметь толпу любовников, связь между нею и лордом Бьютом казалась ей ни чем иным, как браком, в котором присутствовало все, кроме освящения его духовным лицом. Она могла доверять ему, а он ей. У них была общая цель, и они вместе шли к ней.
– Тревожные новости, дорогой, от этой Чадлей.
– Веришь в то, что она чует беду?
– И от нее может быть польза… если только ей можно доверять.
– О, если бы ей можно было доверять! Ну, так что же за беда приключилась на этот раз?
– Швелленбург. Она заносится, вступает в конфликты с другими фрейлинами, и, по сути дела, ставит себя так, словно она – маленькая королева. Ты прекрасно знаешь, чем это чревато. Очень скоро она начнет раздавать почести, сделает Шарлотту центром в среде влиятельных в государстве лиц. Тебе известны все приметы.
– О, я слишком хорошо их знаю. Когда у нас еще не стерся с памяти ярчайший пример Сары Черчилль, мы должны с подозрением относиться ко всем амбициозным особам в окружении королевы. Но с этой следует поступить просто.
– Что ты имеешь в виду?
– Приказать ей упаковывать свои вещи.
Вдовствующая принцесса улыбнулась.
– Полагаю, что ты нашел решение. Почему я не подумала об этом?
– Потому что ты хотела доставить мне удовольствие, позволив самому высказать его.
Она одарила его нежным взглядом.
– Нам следует пойти и обсудить этот вопрос с Георгом, и намекнуть ему, что будет лучше, если Швелленбург вернется домой.
– Мы попросим его прийти сюда.
– Дорогая, порой мне кажется, что ты забываешь, ведь он – король.
Лорд Бьют повернулся к ней, и в его взгляде она отметила жесткость, которая хоть и слегка встревожила, но и восхитила ее.
– Он все еще мой сын. Ничто не может изменить этого. Мы попросим его прийти ко мне.
Ее дорогой друг становится все самоувереннее с тех пор, как король взошел на престол, размышляла вдовствующая принцесса, пока лорд Бьют приказывал пажу просить короля заглянуть в покои его матери.


– Я думаю, – сказал Георг, выслушав претензии своей матери, – что Шарлотта не пожелает отказаться от этой женщины. Она приехала с ней из Германии. Естественно, что моя жена захочет оставить ее при себе.
– С подобной ситуацией приходится сталкиваться всем принцессам, – заметила его мать. – Мы приезжаем с нашими фрейлинами, а через некоторое время мы вынуждены обходиться без них. А Швелленбург, к тому же диктует порядки другим фрейлинам.
– Лучше, чтобы в покоях королевы царила спокойная атмосфера, – мягко вставил Бьют. – Это нужно, прежде всего, самой королеве.
– Да, я полагаю, что это так, – вздохнул Георг. – Но у меня нет желания просить Шарлотту отказаться от своей фрейлины.
– Вашему Величеству вовсе нет необходимости беспокоиться по этому поводу, – быстро ответил Бьют. – Для чего же у вас подданные, если не для того, чтобы выполнять поручения, неприятные Вашему Величеству?
Он улыбнулся вдовствующей принцессе, словно говоря: «Вот видишь, как легко мы выигрываем наши сражения?»
Мадам фон Швелленбург была в ярости.
– Но, мадам, это же чудовищно! Такого не может быть! Они меня отсылают. А кто же будет заботиться о вас?.. Я… Только я… знаю, как это делать! Я ведь приехала с вами из вашего родного дома…
– Какая чепуха! Кто вам велел уезжать? – недоумевала Шарлотта.
– Это распоряжение. А распоряжения исходят от короля. Я должна уехать, покинуть дворец в ближайшие дни. Мне даже предоставят транспорт. До самого Мекленбурга, как они говорят. О Боже, но это просто невозможно!
Шарлотта была ошеломлена. Не столько из-за перспективы лишиться Швелленбург, заносчивые манеры которой часто и ей самой стало трудно выносить, но скорее Шарлотту возмутило то, что ее фрейлину возвращают домой без согласования с ней.
Она направилась к королю и спросила, что все это значит и каково положение королевы в этой стране, если она не может сама решать, кому быть ее личными слугами.
Георг выглядел смущенным.
– Таков обычай, – объяснил он, – все иностранные слуги рано или поздно должны возвращаться домой. Видишь ли, они приехали с тобой, чтобы помочь тебе устроиться. Ну, а теперь ты здесь уже вполне обосновалась, разве не так?
– Я этого не понимаю. Я не хочу, чтобы Швелленбург уезжала… до тех пор, пока я сама не решу отказаться от нее. Прошу тебя, ответь мне, это твоя матушка просила тебя так распорядиться?
Георг признался, что так оно и было.
– Тогда, будь любезен, попроси вдовствующую принцессу прийти сюда, чтобы я из ее уст услышала мотивы, которыми она руководствовалась.
– Шарлотта, ты придаешь всему этому слишком большое значение. У тебя будут другие фрейлины… женщины, которые знают наши порядки и обычаи.
– Все равно я желаю поговорить с вдовствующей принцессой в твоем присутствии.
Георг почувствовал себя неловко. Он надеялся, что Шарлотта не превратится в мегеру; ведь он так радовался, что ему досталась милая, послушная жена.
Но ему хотелось угодить Шарлотте, и в глубине души он вполне понимал ее. В конце концов, как королеве ей безусловно должно быть позволено выбирать себе слуг.
Вдовствующая принцесса явилась вместе с лордом Бьютом по просьбе короля, и когда они увидели взволнованную Шарлотту, то поняли, о чем пойдет разговор.
– Ее Величество обеспокоена тем, – объяснил король, – что с ней не посоветовались по поводу отставки мадам фон Швелленбург.
– Я очень хорошо понимаю вас, моя дорогая, – сказала вдовствующая принцесса, устремив свой холодный взгляд на королеву. – И я точно также страдала, когда впервые прибыла в эту страну. Но я, конечно, быстро начала понимать, что те, кто прожил здесь дольше, чем я, знают лучше…
– Я не могу понять, какой вред причиняет здесь мадам фон Швелленбург.
Принцесса, казалось, была уязвлена. Боже мой, королева не умеет себя вести; она, фактически, прервала ее. Несомненно эта маленькая выскочка страдает тщеславием. Откуда она явилась? Из какого-то Богом забытого герцогства о существовании которого мало кто знал! Когда стало известно, что английские послы направились туда, этот остряк Хорас Уолпол заметил: «Будем надеяться, что им удастся его найти!» Ну, конечно, люди такого сорта держатся весьма высокомерно. Принцесса Августа не так требовательна была к своему собственному происхождению, но, по крайней мере, она оставалась абсолютно покорной всю свою супружескую жизнь. Если эта маленькая мадам – королева, то она – мать короля; и если бы не смерть ее мужа, то она сама была бы королевой. Нет, малышку Шарлотту следует быстро поставить на место, дав ей понять, что независимо от того, что она является королевой, не стоит перечить ни в чем матери короля.
– Тогда, моя дорогая, вы должны попытаться понять. Эта женщина слишком заносчива. Она досаждает вашим фрейлинам. Это довольно тривиальная ситуация… и она должна уехать.
Молодая женщина, осмелившаяся написать письмо Фридриху Великому, после такого ультиматума пришла в себя. Швелленбург ей самой не так уж по нраву, чтобы огорчаться из-за ее отъезда. А кому вообще могла нравиться Швелленбург! Придется еще кого-то подыскать на ее место. Ведь должен же остаться рядом кто-то, с кем можно было бы общаться на родном языке. Нет, она не собирается так легко отдать Швелленбург, хотя бы потому, чтобы показать свекрови: с королевой нельзя обходиться подобным недостойным образом.
– Я не желаю, чтобы она уезжала. Она мне нужна. Пока я не освоила английский, у меня должен быть кто-то, с кем бы я могла говорить по-немецки. Вы не представляете, как трудно мне будет.
– Я не могу себе представить?! – вскричала вдовствующая принцесса. – Моя дорогая Шарлотта, я сама столкнулась с такой проблемой, но у меня хватило здравого смысла признать это естественным ходом событий.
Этот разговор происходил на немецком, который Георг понимал лучше, чем лорд Бьют; но последнему стало ясно, что раздражение обеих дам быстро нарастает.
Шарлотта подошла к королю и, умоляюще подняв на него глаза, произнесла:
– Прошу вашего благоволения. Позвольте мне оставить мадам фон Швелленбург.
Перед Георгом стояла дилемма: с одной стороны ему не хотелось огорчать свою мать, но в то же время он не понимал, как можно отказать в такой пустячной просьбе своей молодой жене. По существу, он был на ее стороне. Георг не мог понять, почему бы не предупредить эту несносную Швелленбург, чтобы та изменила свое поведение… и тогда одной проблемой будет меньше.
Это – решение. Он обрадованно улыбнулся, предназначая свою улыбку и лорду Бьюту, который с его мужской проницательностью, как был уверен Георг, примет его сторону. Поссорились две женщины, и Георг понимал, что как муж должен поддержать свою жену, хотя это означало бы пойти против матери.
Он немного заколебался, и вдовствующая принцесса уже готова была заговорить, когда он произнес:
– Мадам фон Швелленбург останется, и я уверен, что королева сделает ей соответствующее внушение.
– Но… – начала принцесса.
– Я предупрежу ее, – быстро вставила Шарлотта.
– Да-да, – продолжал король, – ты должна сказать ей, что в случае, если она будет вести себя… э-э… неподобающим образом, ей придется уехать из этой страны.
– Так дело не пойдет, – возмутилась вдовствующая принцесса, но лорд Бьют мгновенно подал ей предостерегающий знак.
– Но Ваше Высочество должны понять, что раз я сказал, то так оно и будет, – с достоинством произнес Георг и посмотрел на часы. – А сейчас, я полагаю, наши слуги ждут нас, чтобы помочь переодеться.
Это был знак, чтобы удалиться. Даже вдовствующая принцесса вынуждена была подчиниться ему. Лорд Бьют, поняв приказ короля, подал руку вдовствующей принцессе, и им не оставалось ничего иного, как уйти.
– Я не могу поверить! – вскричала принцесса, когда они остались одни в ее покоях. – Что случилось с нашим Георгом?!
– Дорогая, но ты же всегда говорила ему, что он должен быть королем. Наконец-то он принял к сердцу твои увещевания и стал им.
– Ты имеешь в виду, что он собирается действовать, не считаясь с нами?
– Сегодня я заметил это по выражению его лица; он явно хочет, чтобы мы впредь знали, что в случае расхождений между нами во взгляде на какую-либо проблему, последнее слово будет за ним.
– Это вызывает у меня большую тревогу.
– Конечно, он переменился, и нам следует быть начеку. Тем не менее мы должны позаботиться о том, чтобы между нами не возникало разногласий.
– Но если он собирается вообразить себе, что он действительно король и его слово закон…
– Его дед тоже верил в это, и все же я слышал, будто в действительности страной правила королева Каролина.
– Да, это правда.
– Если Георг Второй думал, что он правил, то к чему же лишать Георга Третьего столь приятного обмана?
– Ты так мудр.
– Мы должны вести себя по-умному, дорогая, и не допустить повторения случая, подобного тому, что произошел со Швелленбург.
– Но я решила, что эта женщина уедет.
– Ваше Высочество должны забыть о своем решении. Эта женщина не играет никакой роли.
– Но ведь она намерена наставлять Шарлотту…
– Дорогая, мы должны позаботиться о том, чтобы и Шарлотта не имела никакого значения.
– Но она же королева!
– Да, она – королева. Ее доставили сюда, чтобы она заполняла детьми королевские ясли. И когда она приступит к исполнению своих непосредственных обязанностей, то у нее не останется времени ни на что другое. Король не потерпит вмешательства женщины в свои дела. Он достаточно часто говорил мне об этом. Мы будем поощрять его в этом убеждении и тем временем не спускать глаз с Шарлотты.
Принцесса кивнула.
– Ты не спускай глаз с короля, мой дорогой, ну, а Шарлотту я беру на себя.
Вдовствующая принцесса представила королеве несколько новых фрейлин.
– Поскольку, моя дорогая Шарлотта, вы придаете такое большое значение тому, чтобы вас окружали соотечественники, я направляю вам мисс Паскаль. Она тоже из Германии и беззаветно служила мне. Я отдаю ее вам.
Шарлотта, довольная своей победой в отношение Швелленбург, любезно приняла этот дар. Затем были представлены мисс Лэврок и мисс Вернон.
– Они превосходные фрейлины, – заявила вдовствующая принцесса. Она была уверена, что эти дамы и мисс Чад-лей будут достойно нести свою службу при дворе королевы… но, конечно, и для нее – вдовствующей принцессы, – поскольку главная обязанность этих фрейлин состояла в том, чтобы шпионить за королевой для принцессы и докладывать ей о каждом шаге Шарлотты.
Лорд Бьют, как всегда, оказался прав. С королем больше не должно быть никаких разногласий. И если принцесса и лорд Бьют будут достоверно знать, что происходит в личных покоях королевы, то им будет гораздо легче выработать свою политику, и своевременно принять меры к тому, чтобы эта маленькая выскочка – Шарлотта – не играла никакой роли, кроме роли матери новой королевской семьи.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Третий Георг - Холт Виктория


Комментарии к роману "Третий Георг - Холт Виктория" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100