Читать онлайн Опрометчивость королевы, автора - Холт Виктория, Раздел - Гонения в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Опрометчивость королевы - Холт Виктория бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 10 (Голосов: 2)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Опрометчивость королевы - Холт Виктория - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Опрометчивость королевы - Холт Виктория - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Холт Виктория

Опрометчивость королевы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Гонения

Драматический случай внезапно и неожиданно лишил Каролину одного из самых влиятельных сторонников.
Принц-регент не делал перемен в кабинете министров, хотя его друзья-виги с уверенностью ждали перемен. Когда умер герцог Портлендский, премьер-министром стал сэр Спенсер Персиваль, тогда как многие ожидали, что пальму первенства отдадут Каннингу. Но в течение первых месяцев регентства сэр Персиваль оставался на посту. Регент следил за состоянием здоровья короля, а оно постоянно менялось. Иногда, говорили доктора, Его Величество бывал почти вменяем. У принца не было желания вносить изменения в законы, которые король, придя в себя, несомненно, отменит. Принц был готов немного подождать.
Персиваль не делал секрета из своей уверенности, что с королевой обращаются недостойно. Пока он оставался главой правительства, принц ни на йоту не изменил своего отношения к Каролине. Его это устраивало, она не вмешивалась в его дела.
Но однажды ранним майским утром, когда Персиваль шел в парламент, к нему подошел человек, приставил пистолет к его груди и выстрелил. Персиваль рухнул на землю… замертво.
Это произошло так быстро и казалось таким бессмысленным.
Когда убийцу поймали, им оказался сумасшедший по имени Джон Беллингэм. Он недавно вернулся из России, где его арестовали за какой-то мелкий проступок. Он жаловался английскому послу, но не получил помощи, поэтому во всем винил правительство. И решил отомстить, застрелив премьер-министра.
Примерно через две недели после смерти сэра Персиваля лондонские многотысячные толпы пришли посмотреть, как повесят Беллингэма. Это было жуткое зрелище.
Каролина была безутешна, она знала, что потеряла хорошего друга.
* * *
После убийства Персиваля лорд Уелсли и лорд Мойра пытались сформировать правительство, а когда им не удалось, эрл Ливерпульский стал премьер-министром. Каролина быстро поняла, как изменилась ее судьба.
Для Каролины была большим утешением любовь ее дочери, а еженедельные визиты Шарлотты являлись отрадой жизни. Шарлотте скоро будет шестнадцать, она понимала, что она наследница трона, и ее нелегко было заставить сделать то, чего она не хотела. Она была любимицей народа, и куда бы она ни шла, ее везде приветствовали многолюдные толпы. К регенту было совсем другое отношение! Его встречали угрюмым молчанием, а время от времени освистывали. Люди были на стороне Шарлотты и Каролины, по общему мнению, регент был плохим отцом и жестоким мужем. Они насмехались над его элегантностью, а его тучность обыгрывали во всех карикатурах. Если бы он только сохранил верность Марии Фитцгерберт, к нему бы сохранили хоть долю уважения. Но он постоянно находился в компании леди Гертфорд, а ее холодные манеры приводили к тому, что она была еще менее популярна, чем принц-регент.
Его раздражало, что все время нужно получать доказательства преданности народа, а тот, как назло, предпочитал его жену и дочь; будучи в состоянии раздражения, регент приказал, чтобы Шарлотта и Каролина виделись не раз в неделю, а два раза в месяц.
Каролина была в ярости.
– О, какой злобный человек! Какой вред ему причиняют наши встречи? Моя маленькая Шарлотта будет очень огорчена. И он думает, я буду это терпеть? Я ему покажу.
Шарлотта пребывала в Виндзоре, где жила вместе с королевой и принцессами, поэтому Каролина написала королеве, что намеревается навестить Виндзор и увидеть дочь.
Прохладное письмо от королевы сводилось к тому, что регент желает, чтобы занятиям дочери не было помех, поэтому Каролина не сможет увидеть дочь, если приедет в Виндзор.
Каролина пришла уже совсем в неописуемую ярость.
– Старая ведьма думает, что сможет разлучить меня с дочерью? Шарлотта ее ненавидит… всегда ненавидела! Я помню, в детстве она сказала: «Две вещи я ненавижу – яблочный пирог и бабушку». Это кое о чем говорит? И она не изменилась, она все еще ненавидит яблочный пирог и бабушку. А эта женщина хочет разлучить меня с дочерью. Я поеду в Виндзор, хочет этого старая ведьма или нет.
Леди Шарлотта с осторожностью спросила, будет ли решение Ее Высочества разумным, учитывая то, что пишет Ее Величество.
– Дорогая леди Шарлотта, меня заботит не благоразумие, а справедливость в этом деле.
Итак, она поехала в Виндзор. Но визит оказался неудачным.
Королева приняла ее холодно.
– Боюсь, – сказала она, – вы не сможете встретиться с Шарлоттой. Мы должны подчиниться воле регента, не так ли?
– Я собираюсь ее увидеть.
Королева удивилась.
– Может, я не ясно выразилась, это приказ регента.
Каролина закричала:
– Я найду ее. Я ее увижу. Вы не сможете разлучить меня с моей собственной дочерью.
Королева была в ужасе. Что можно поделать с женщиной, которая понятия не имеет об уважении и долге перед короной!
– Прошу вас удалиться, – холодно сказала она. – Я надеюсь, вы не хотите, чтобы я приказала помочь вам это сделать.
Что-то в ее нарочито холодном поведении дало Каролине понять, как беспомощна она была. Королева могла позвать слуг или даже стражу, чтобы выдворить ее силой. А она ничего не могла сделать, кроме того, как, пыхтя, вернуться в Блэкхит.
* * *
Вернувшись в Блэкхит, она села и написала письмо:
С большой неохотой я нарушаю покой Вашего Высочества и привлекаю внимание к делам, которые, на первый взгляд, не имеют государственного значения, будучи сугубо личными… Есть граница в терпении невиновной женщины, которую нельзя перейти, не рискуя безопасностью. Если покушаются на ее честь, не остается иного выбора, кроме как защищать свою репутацию. Неважно, нападают ли прямо, открыто, по-мужски или путем тайных наветов, или совершая поступки по отношению к ней, которые могут основываться только на злобных подозрениях…
Я полагаю, сир, разъяснить Вашему королевскому Высочеству, что сей запрет усугубляет наш раздор, становящийся с каждым месяцем все сильнее, матери и дочери наносят равный урон, от чего страдают и моя личность, и ее образование. Я уже не говорю о глубоких ранах, наносимых этим жестоким распоряжением моим чувствам…
Она продолжала писать о последствиях рокового приказа, затем подписалась:
Вашего королевского Высочества самая преданная и любящая супруга, кузина и подданная, Каролина Амелия.
Письмо было вручено премьер-министру, лорду Ливерпульскому, с повелением передать его лично принцу-регенту. Премьер-министр вернул его нераспечатанным на следующий день с запиской, приложенной к нему.
Его королевское Высочество повелел не принимать корреспонденции от Вашего Высочества и не видит причины изменить это решение.
Разозленная Каролина приказала еще раз отослать письмо лорду Ливерпульскому. Она что, была единственной подданной, кто не может подать петицию? Лорд Ливерпульский не имел желания быть замешанным в это дело. Он ответил, что если принцесса соизволит дать ему копию письма, то он доведет его содержание до принца-регента. Каролина сделала это, и лорд Ливерпульский ответил, что Его королевское Высочество не захотел комментировать послание.
– Очень хорошо, – кричала Каролина, – я опубликую его, чтобы читали люди.
Вскоре письмо появилось в «Морнинг Кроникл».
* * *
Все это, естественно, вызвало возмущение в народе против регента и увеличило симпатии к Каролине. Регент игнорировал подобный факт, и Каролина получила письмо от Ливерпуля, в котором ей сообщали, что из-за публикации письма принц-регент распорядился отменить следующую встречу принцессы с Шарлоттой.
Однако настроение народа и вызывающее поведение Каролины заставили регента принять решение. Он созвал комитет, предложив ему единственный вопрос, какими должны быть отношения принцессы Уэльской и ее дочери. Он также попросил вновь изучить все бумаги, собранные в деле Дугласа, в надежде доказать народу Англии, что Каролина – не подходящая компания для наследницы трона.
* * *
Каролина была не без друзей. Теперь, когда она потеряла Персиваля, у нее появились два новых надежных сторонника – барон Брогэм и барон Во, выдающийся законник и политик, а также Сэмюэль Витбред, член парламента от Бедфорда, сделавший состояние на пивном деле. Витбред, честный идеалист, даже видел в Каролине преследуемую героиню. Брогэм был, в общем-то, оппортунистом, в деле Каролины он видел возможность прославиться.
Они навестили ее порознь и выразили восхищение силой духа, проявляемой ею в обрушившихся на нее несчастьях, затем предложили свою помощь.
В избытке чувств, как обычно, она приняла их предложение.
Надо сказать, вовремя она обрела поддержку этих людей, потому что сторонники принца требовали, чтобы Дугласы вновь выдвинули против нее обвинения.
Витбред, зная об этом, упредил врагов принцессы, послав запрос в Палату Общин об отдаче под суд леди Дуглас за клевету.
* * *
Взаимоотношения регента с женой обсуждали повсюду. Не было сомнения, на чьей стороне простые люди.
Однажды по дороге на Конститьюшн-хилл карета Каролины поравнялась с каретой Шарлотты. Молодая принцесса приказала кучеру развернуться и догнать экипаж матери.
Когда кареты были рядом, принцессы обнялись и стали оживленно переговариваться через окна экипажей.
Собралась толпа.
– Да здравствует принцесса Шарлотта! – кричала толпа. – Да здравствует принцесса Уэльская!
Обе дамы ласково улыбались людям и махали рукой в знак приветствия.
Из толпы неслись возгласы одобрения и ворчание:
– Что это толстый Георг встревает между матерью и дочерью? Мы что ж, будем терпеть и позволим свершиться несправедливости?
Мать с дочерью пожелали одна другой доброго пути, а когда их кареты разъехались, они долго смотрели вслед друг другу и махали руками.
На глазах людей были слезы, многие негодовали.
– Этого нельзя допускать, – говорили в толпе. – Кто-нибудь должен положить этому конец.
* * *
Никто не знал общественного мнения лучше, чем Брогэм, поэтому он со всей страстью был на стороне Каролины.
В это время Дугласы встревожились из-за возможности наказания за дачу ложных показаний. Сэр Джон написал письмо в Палату Общин, от имени своей жены он объяснял, что показания, данные ими под присягой, были сделаны в Комиссии лордов, а не в суде, что могло бы привести к преследованию по закону за дачу ложных показаний. Но они так уверены в своих показаниях, что могут их повторить снова перед трибуналом и даже поклясться. Однако речь о присяге может идти лишь в том случае, если дело будет рассматриваться не в суде.
Услышав все это, Брогэм громко расхохотался.
– А, – кричал он Каролине, – вы же понимаете, они блефуют! Они знают, чем это пахнет. Они согласны присягнуть только в открытом суде, где должен будет появиться принц-регент.
– Они рискуют, – предположила Каролина.
– Да, они рискуют… но немногим. Они делают ставку на невозможность открытого суда, на котором обязан появиться принц-регент и где он будет выглядеть не в лучшем свете. Кроме того, их шпионы готовы присягать перед Комиссией лордов. А сделают ли они это в суде? Учтите, что наказание за лжесвидетельство весьма строгое, мадам! Нет, это хорошо, суда не будет. Они не обманут людей, разбирающихся в деле.
Он оказался прав. Пришла новость, что герцог Сассекский отправил сэра Дугласа в отставку. Это было воспринято как месть Каролины. На улицах жгли костры, сжигали чучела сэра Джона и леди Дуглас.
* * *
В это время скончалась герцогиня Брунсвикская. Каролина была опечалена, хотя поведение матушки любви не внушало. Принц, получив регентство, предложил ей апартаменты в Карлтон-хаузе. Каролина полагала, что сделал он это, чтобы досадить ей. Старая леди была рада приглашению и приняла бы его, если бы не противодействие ее сына. Она отклонила предложение и продолжала давать приемы в темном мрачном доме на Нью-стрит в Спринг-гарденз. Ей доставляли удовольствие унижения, сыпавшиеся на ее дочь, и она не упускала возможности заявить, что ее дорогой племянник, принц-регент, с ней всегда бывает очарователен.
Каролину, естественно, беспокоила судьба преданной компаньонки ее матери, леди Финлэйтер, которая после смерти герцогини осталась в стесненных обстоятельствах и была бы рада получать пенсион, фунтов пятьсот в год.
Каролина видела, что регент становится слишком могущественным. У нее всегда будут неприятности, а так как он почти король, у нее не было шансов одолеть его.
Шарлотта должна была быть помолвлена с принцем Оранским. К этому союзу Шарлотта относилась с отвращением, и Каролина хотела быть рядом с ней, посочувствовать ей, отговорить от вступления в несчастный брак, подобный ее собственному.
Но Шарлотта обладала силой воли, и отец немного опасался ее из-за любви, которую к ней питали люди. Чем больше ее любили, тем больше он понимал, что ссора между ними могла стать катастрофой для его популярности в народе.
Он стонал и проклинал свою дочь и жену. Не было человека, кто бы больше него любил женщин, и не было другого такого отца и мужа, который бы больше страдал от них.
Он винил во всем Каролину, он ее ненавидел, ему противна сама мысль о ней. Ее манеры вызывали у него отвращение. Она была вульгарна, у нее совершенно отсутствовало чувство приличия. Она была иной, нежели он. Думать о том, что она мать наследницы трона, было для него необычайно тягостно.
Когда Англию посетил русский царь, Георг был полон решимости держать Каролину подальше от него. Ему была невыносима мысль, что царь увидит ее, узнает, что она его жена.
Когда Каролина узнала, что предстоит визит королевских гостей в оперу, она намеренно решила нарушить планы принца.
– Меня могут не пускать в гостиную, но уж в оперу мне нельзя помешать поехать, – объявила она с триумфом.
И пока ее одевали, она ворчливо говорила леди Шарлотте и другим дамам, каким образом ее лишили доступа в гостиную королевы. «Регент сказал, что не желает вас видеть, а могу ли я отказать регенту бывать в моей гостиной? – передразнивала она королеву. – Боюсь, в данных обстоятельствах я не смогу больше приглашать вас». Старая ведьма! У нас в Монтэгю-хаузе за пять минут можно получить больше удовольствия, чем за целый год у нее, в ее обшарпанной гостиной».
Она задорно рассмеялась и посмотрела с удовольствием на свое отражение в зеркале, а леди Шарлотта внутренне содрогнулась. Разве можно в таком виде ехать в оперу? Она была одета в черный бархат, на голове тщательно завитый парик, резко контрастировавший с ее набеленным и нарумяненным сверх меры лицом.
– Давайте же, – кричала она, – мажьте! Я хочу, чтобы меня заметили сегодня вечером.
Ее полная грудь выставлена напоказ, она позвала Уилликина, чтобы тот оценил, как она выглядит. Он бросился обнимать ее, а она несколько раз аппетитно поцеловала его. Было видно, что она замышляет взять его с собой.
«О Боже, – взмолилась леди Шарлотта, – не позволяй ей быть такой дурой».
К счастью, она вовремя изменила свое намерение.
В опере играли национальный гимн, когда она появилась.
Принц-регент стоял навытяжку в своей ложе, с одной стороны от него находился русский царь, с другой – прусский король.
Гимн кончился, зрители рассаживались, и тут кто-то в партере заметил ее.
«Принцесса Уэльская», – пронеслось по рядам, и люди стали приветствовать ее. Возникла ситуация, о которой в опере и не мечтали. Принц и принцесса встретились там.
Царь наблюдал с интересом.
– Какой красивый мужчина, – возбужденно прошептала принцесса.
– Мадам, – сказала леди Шарлотта, – люди ожидают, что вы встанете и ответите на приветствия.
– О нет, – ответила принцесса, так что многие услышали, – когда толстяк в свете, его жена никто, не буду же я вынимать кусок изо рта моего мужа.
Аплодисменты не смолкали.
И тогда принц-регент со свойственной ему элегантностью и мужской грацией, которые всегда были недоступны пониманию принцессы, встал, повернулся к ней лицом и поклонился ей и залу тем неподражаемым поклоном, который вызывал восхищение буквально у всех.
Вечер обернулся триумфом для Каролины и необыкновенным унижением для принца. Когда опера закончилась, она направилась к карете, где ее ждала толпа.
Ждали и принца-регента. «Где жена, Георг?» – неслись насмешливые возгласы. Они особенно злили, потому что он был вместе с иноземными государями.
А Каролине кричали: «Да здравствует принцесса! Боже, благослови невиновную».
Люди толпились вокруг кареты, все хотели пожать ей руку.
Не гнушаясь людьми, она открыла дверцу и пожимала всем руки со свойственной ей приветливостью и дружелюбием. Приветствия не смолкали. Она была героиней дня.
Кто-то крикнул:
– Может, сжечь Карлтон-хауз? Скажи только слово.
– Нет-нет, – закричала она. – Просто разрешите поехать домой и мирно лечь спать. И, Боже, благослови вас.
– Благослови вас Бог, – кричали они в ответ. Конечно, это был настоящий триумф.
* * *
Но скоро она осознала никчемность таких триумфов. Царь был в восхищении, он был потрясен вечером в опере и прислал Каролине записку, прося разрешения навестить ее.
Как очаровательно она все устроит! «Мы должны дать бал. Клянусь честью, мы утрем принцу нос. Мы устроим такой спектакль, какого никогда не было в Карлтон-хаузе».
Это, конечно, было большим преувеличением, но как приятно думать, что, несмотря на происки родственников, она будет принимать у себя королевскую особу.
Она загоняла поваров, долгими часами сидела со своими дамами, колдуя над туалетом. И настояла, чтобы белил и румян не жалели.
– Вот что ему понравилось в прошлый раз. Так не пожалеем их для него.
Она была готова. Но прождала тщетно. Царь не появился.
Без сомнения, его советники дали понять, что не следует в чужой стране навещать принцессу, отвергнутую мужем, к тому же принцем-регентом.
Каролина сняла парик и подбросила его вверх.
– Ну, вот и все, мои ангелы. Она впала в меланхолию.
– Не знаю, почему я остаюсь в этой стране, где со мной так обращаются. Что не дает мне уехать отсюда? По крайней мере, ничто не мешает.
– На материке идет война, – вмешалась леди Шарлотта.
– Пусть идет. Но если бы ее не было, я думаю, я бы уехала. Так было бы лучше для всех, включая меня. Я бы взяла с собой Вилли и кое-кого из друзей.
– А как же принцесса Шарлотта?
– О, моя Шарлотта! Но вы же знаете, она постоянно ссорится с отцом, и большая часть ее невзгод проистекает из-за лояльности ко мне. Может быть, для нее тоже будет лучше.
Принцесса вздохнула. Она находилась в одной из своих очередных глубочайших депрессий.
* * *
Она покинула свой дом на Коннот-Плэйс и уехала в Блэкхит. Там, по ее словам, она будет размышлять о своих бедах, потому что у нее росла уверенность, что она должна что-то предпринять, но не знала что.
Монтэгю-хауз был ей приятен. Там она провела много счастливых минут. Она решила послать за семьей Сапиос, чтобы те порадовали ее своей музыкой. Она принесет покой принцессе и, может быть, вдохновение, в котором она так нуждалась.
Леди Шарлотта торопливо вышагивала с отрешенным видом.
– Ваше Высочество, карета у дверей. Вас умоляют срочно приехать в Коннот-хауз.
– Это уж слишком, я отказываюсь…
– Мадам, там принцесса Шарлотта. Она убежала… к вам.
– Принесите мне капор, – закричала Каролина, и через несколько минут она уже мчалась в Коннот-хауз.
* * *
Там она застала Брогэма, дам из свиты Шарлотты, архиепископа Кентерберийского, лорда-канцлера Элдона, герцогов Йоркского и Сассекского. И в центре этого собрания стояла Шарлотта с вызывающим видом. Увидев мать, она бросилась к ней в объятия.
– Бесполезно, – сказала она. – Я не вернусь. Я буду жить с мамой. Я сделала выбор.
Мужчины выглядели беспомощно. Речь держал Брогэм:
– Ваше Высочество должны подумать, что это может значить.
– Я все обдумала, – величественно произнесла Шарлотта. – Я решила. Устала быть пленницей моего отца. Хочу свободы. Я буду жить с моей мамой. Этого я хочу, этого хотят люди.
Каролина попросила:
– Расскажи мне, что случилось.
Шарлотта рассмеялась.
– Я отказалась выйти замуж за герцога Оранского. – Она передернула плечами. – Мой отказ окончателен, так я ему и сказала. Выйти за него замуж – значит, жить в Голландии, а это мне не подходит. Почему я должна? В один прекрасный день я буду королевой Англии. Вот в Англии я и буду жить.
– А отец знает об этом? – спросила Каролина. Шарлотта подняла глаза к небу.
– Скандал! Вы бы слышали. Я отдаю ему должное, он прекрасно владеет языком. Но вы знаете, как он собирается наказать меня? Он собирается распустить мою свиту, меня будут охранять… тюремщики. Я этого не допущу. Мы будем вместе, хорошо? Мы будем парой изгоев.
Брогэм сказал:
– Ваше Высочество, соизвольте объяснить принцессе, как невыполним этот план.
Каролина кивнула.
– Они не допустят, чтобы мы были вместе, мой ангел. Не в моей власти сделать тебя счастливой… хотя я очень хочу этого.
– О мама, какие они жестокие!
– Да, моя дорогая, но мы ничего не можем изменить.
Лорд Элдон разглядывал Шарлотту с неодобрением. Ему хотелось сурово наказать эту буйную и хвастливую девчонку. Если бы она была его дочерью, говорил он регенту, он бы ее держал взаперти.
Брогэм тактично объяснил, что с законом необходимо считаться, так же как с отцом. Она очень юная, она находится на попечении государства. Этого не следовало забывать.
– Вам следует помнить, что я наследница трона. Однажды я буду вашей королевой.
– Мы это знаем, Ваше Высочество, и по этой причине вы должны соблюдать законы.
Шарлотта жалобно посмотрела на мать, Каролина покачала головой.
– Боюсь, моя дорогая, что он прав. Вы должны вернуться. Может быть, когда отец увидит, как сильно ваше чувство, он будет снисходительнее.
Брогэм подошел к окну, драматическим жестом раздвинул занавеси. Было темно, время далеко за полночь.
Его голос звучал устало:
– Сейчас там тихо, Ваше Высочество, но с рассветом соберутся люди. Если они узнают, что вы убежали, бросив вызов вашему отцу, могут начаться волнения… или хуже того. Кто знает? А когда начинаются волнения, никто не знает, чем они завершатся. Вы же не захотите начать гражданскую войну, которая обернется морем крови для тысяч невинных людей.
Шарлотта слушала с широко открытыми глазами.
– Это правда, – сказал он. – Все здесь могут подтвердить.
Она обвела всех собравшихся в этот поздний час в покоях матери внимательным взглядом.
И никто не опроверг того, что он сказал.
Брогэм знал, что он предотвратил взрыв народного возмущения. Принцесса Шарлотта вернется и будет послушна воле отца.
* * *
Союзные армии, сражавшиеся с Наполеоном, вошли в Париж. Наполеон был вынужден отречься от престола и отбыл в изгнание на Эльбу. Французские эмигранты, которые старалась жить вместе в Эйлсбери, с большой торжественностью отбыли в Версаль.
Каролина задумалась. Материк вновь стал безопасен для путешествия.
Почему бы ей не выполнить план, давно вынашиваемый ею?
Почему она должна подвергаться унижениям в Англии? Почему бы не поехать и не постранствовать по свету? Ей всегда этого хотелось. Путешествия всегда влекли ее.
Только один человек держал ее здесь, ведь Уилликина она могла взять с собой, этим человеком была Шарлотта. Но какая польза от нее Шарлотте? Теперь, когда Шарлотту отослали в Крэнборнлэйн, что в Виндзорском лесу, она сомневалась, разрешат ли им видеться.
Именно она была причиной многих размолвок Шарлотты с отцом.
Ей лучше уйти с дороги дочери.
Одно она знала твердо. Регент не станет мешать ей уехать.
Она была права. Он не мешал. И Каролина занялась сборами, она готовилась покинуть Англию.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Опрометчивость королевы - Холт Виктория



Читаю эту серию на одном дыхании. Хочется знать что же будет дальше. 10 баллов.
Опрометчивость королевы - Холт ВикторияНаталья
3.06.2013, 19.37








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100