Читать онлайн Месть королевы, автора - Холт Виктория, Раздел - 4. КОРОЛЕВА ПРОДОЛЖАЕТ ДЕЙСТВОВАТЬ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Месть королевы - Холт Виктория бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.67 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Месть королевы - Холт Виктория - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Месть королевы - Холт Виктория - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Холт Виктория

Месть королевы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

4. КОРОЛЕВА ПРОДОЛЖАЕТ ДЕЙСТВОВАТЬ

Король Эдуард находился в Ланкашире, когда из Лондона прибыл посланный с известием о побеге Роджера Мортимера из Тауэра.
Король впал в ярость, на дне которой таился страх. О, как он был неразумен, что не расправился с Мортимером раз и навсегда! Как можно было оставить такого человека в живых? Не лишить его головы?!
Все потому, наверное, что не было с ним в то время его дорогого Хью. Тот бы непременно дал правильный совет, как он всегда умеет делать. Со своей милой, манящей улыбкой… И вот теперь Мортимер на свободе. Зверь вырвался из клетки!
Хью Диспенсер, узнав неприятную новость, постарался скрыть охватившее его беспокойство и с напускной небрежностю произнес:
– Ничего страшного, дорогой господин, не нам его бояться. Мы выступим против него и всех приграничных баронов и как следует проучим их!
– Конечно, мой милый Хью, конечно. Но подумать только: сумел удрать из Тауэра! Как ему удалось?
– Что тут необычного? Был праздник, не так ли? А вы знаете этих людей: дайте им только повод покутить, они забудут обо всем на свете, и в первую очередь о своих обязанностях.
– Кто-то должен ответить за это!
– Они ответят, дорогой господин, не сомневайтесь в этом! Я позабочусь.
Когда стали известны подробности побега, король расстроился еще больше.
– Тут не обошлось без помощи снаружи, – сказал он.
– И снаружи, и внутри, – уточнил Хью.
– Неужели у меня столько врагов?! – воскликнул Эдуард. – Подумать только! После победы над Ланкастером, над Мортимерами…
Хью Диспенсер печально улыбнулся: король лишь сейчас понял, что у него они есть. Да ведь он окружен ими! Он в их кольце! Неужели так трудно сообразить?
Но каков бы ни был король – слабый, вздорный, не очень смышленый, – он преданный друг Диспенсеров, и нет ничего на свете, что бы он не сделал для своего любимого Хью, с которым проводит дни и ночи… Ночи!.. И они с отцом стали уже одними из самых богатых людей в Англии – а это, черт возьми, не сбросишь со счетов!
– Ручаюсь, он уже у себя на границе с Уэльсом, – сказал король.
– Наверняка подался туда, где у него больше друзей, – согласился Хью.
– Мы совершим еще один поход с войском и добудем его, Хью. На этот раз он никуда не убежит.
– Он красивый мужчина, – с улыбкой заметил Хью, – но посмотрим, так ли он будет красив без головы…
В это самое время Роджер Мортимер, благополучно добравшись до Нормандии, находился уже на пути в Париж.
* * *
К счастью для Изабеллы, король никак не связал с ее пребыванием в Тауэре бегство оттуда Мортимера. Хотя были, разумеется, люди, кто видел, как она встречалась там с узником и прогуливалась в присутствии коменданта Олспея по саду. То, что Олспей оказался пособником бежавшего, стало вскоре ясно, и он был объявлен изменником. Епископа Орлтона тоже, по некоторым признакам, заподозрили если не в соучастии, то в чрезмерной симпатии к преступнику. Что же до королевы, то никому и в голову не приходило, что она может иметь какое-то отношение к побегу, и ее присутствие в Тауэре в это время все считали простым совпадением.
Отношения Изабеллы с королем несколько изменились. Она не только не проявляла ни малейшего желания вступать с ним в интимные отношения, но и отвергала любые его разговоры на эту тему. Собственно, он, как и раньше, не делал сам никаких поползновений, но ее полный отказ несколько его удивлял, хотя нисколько не огорчал, а, напротив, радовал и облегчал жизнь. В самом деле, к чему продолжать тягостные для него действия? У них уже есть дети, из них двое – мальчики, одному почти тринадцать, – что еще нужно? Он выполнил свой долг и может теперь не чувствовать никаких обязанностей перед ней.
Изабелла стала еще больше внимания уделять юному Эдуарду, на остальных детей почти совсем не тратила времени. Они здоровы – и хорошо. Эдуарда же не отпускала от себя.
Но главной ее мечтой, главной заботой было сейчас попасть вместе с сыном во Францию, увидеться там с Мортимером, начать осуществление задуманного – свергнуть с трона собственного мужа.
Она оправдывала себя тем, что имела все основания: в стране дела идут все хуже и хуже – Англия летит в тартарары. К этому прикладывают руку отец и сынок Диспенсеры, а также греют эти самые руки, пользуясь безволием и попустительством короля. А потому и он, и его мерзкие фавориты должны поскорее уйти, освободить место для более достойных. Каким, без сомнения, сможет стать ее сын Эдуард, которым будет руководить она сама с помощью Роджера Мортимера.
Изабелла принялась собирать вокруг себя людей, явно противостоящих королю, осуждающих его за безнравственность – так они называли любовь к себе подобным, за полное подчинение фаворитам, за неразумность и непредвиденность поведения. У всех этих людей было общее с королевой желание – избавиться от Диспенсеров… Прежде всего. Дальше они не осмеливались строить планы, а Изабелла скрывала свои конечные цели.
Все чаще в стране начали вспоминать казненного Томаса Ланкастера, сожалеть, что все так получилось, приписывать ему заслуги, которых тот не имел, и добрые дела, которых тот не совершал. Некоторые доходили до того, что называли его святым, говорили, что у его гробницы происходят таинственные и странные вещи, какие и должны происходить на могиле невинно убиенного.
Брат Томаса, Генри, ставший теперь графом Ланкастером, пришел к королеве и предложил свои услуги для избавления страны от надоевших всем фаворитов. Хотя он не был по характеру ни борцом, ни человеком, способным повести за собой других, для Изабеллы его поддержка, пускай только на словах, была весьма полезна и приятна.
Сыновья второй супруги покойного короля, братья короля нынешнего по отцу, Томас Норфолк и Эдмунд Кент, тоже нанесли визит Изабелле, прослышав о ее более энергичных действиях, и заверили в своей поддержке в борьбе против Диспенсеров, которые им тоже опостылели.
– Но это нелегкое дело, – сказала она обоим братьям, – заставить короля избавиться от них. Уже были примеры в прошлом.
– Однако это необходимо сделать, – сказал Кент с ударением на предпоследнем слове.
– Король будет стоять за них до последнего вздоха, – заметила Изабелла.
– Тем не менее это должно быть сделано, – сказал Норфолк с интонацией, тоже показавшейся Изабелле несколько странной и загадочной.
Как бы то ни было, она все явственней видела, что вокруг Эдуарда собираются тучи, а среди недовольных – люди самого высокого происхождения, готовые, судя по их словам, идти на многое, если не на все, чтобы изменить существующее положение в стране.
Но все же больше всего она думала сейчас о том, чтобы под любым предлогом уехать во Францию, где ждет человек, принесший ей первые, истинные радости любви.
Однако как это сделать? Ведь король, какой ни есть, остается хозяином страны и хозяином ее, королевы, без разрешения которого она не может ступить шагу.
* * *
Со стороны могло показаться, что Диспенсеры совершают глупость за глупостью, безумство за безумством, совершенно не отдавая себе отчета в том, что делается вокруг них, и этим бездумно повторяя просчеты Гавестона. Но это было не совсем так. И отец и сын были достаточно проницательны и хитры, а не прямолинейны и в какой-то степени простодушны, как Гавестон. От них не укрылась даже перемена в отношении королевы к своему супругу. Знали они, разумеется, и о настроениях при дворе и на улицах Лондона. Знали, но не придавали особого значения, понимая, насколько переменчивы эти настроения.
Да и разве далеко ходить за примерами? Взять хотя бы теперешнее отношение людей к Томасу Ланкастеру. Как честили они его еще совсем недавно, когда он был жив, обвиняя во всех своих бедах! А что сейчас? Сейчас сделали его чуть ли не святым, о чем объявили на табличке с перечислением всевозможных добрых дел, которых он никогда не совершал, но которые ему приписали, и поместили это описание прямо на стене собора святого Павла. Когда же король приказал табличку снять, какое поднялось возмущение среди жителей Лондона!
Куда больше Диспенсеров беспокоила Изабелла.
– Ее слишком радостно приветствуют, где бы она ни появилась, – жаловался молодой Хью королю.
– Люди всегда были о ней высокого мнения, – подтвердил Эдуард.
– Да, но за ваш счет, милорд! Мне это совсем не нравится.
– Дорогой Хью, ты чересчур заботлив и ревнив по отношению ко мне. Не вижу ничего плохого в том, что народ любит супругу короля.
– Но это может привести к тому, что она станет неправильно понимать свою роль в стране, мой дорогой господин.
– Милый племянник, этого не случилось за прошедшие пятнадцать лет и, надеюсь, не случится вообще.
С некоторых пор королю понравилось называть молодого Хью «племянником». В этом было нечто игривое и отчасти нескромное, что еще больше возбуждало его. А те, кто ничего не знает, пускай думают, что юноша и в самом деле его племянник. Впрочем, отчасти так оно и было: юная жена Хью приходилась дочерью графа Глостера и принцессы Джоанны, родной сестры Эдуарда, а потому настоящей его племянницей.
– Королева ревнует меня все сильнее, – продолжал Хью. – И жалуется все большему количеству людей, собирая их вокруг себя.
– Она и раньше так поступала, – беспечно сказал король, и взор его ненадолго омрачился, ибо он вспомнил своего незабвенного Перро, кому, однако, появилась сейчас вполне достойная замена.
– Это может стать опасным для вас, милорд, – продолжал настаивать Хью, думая больше об опасности для самого себя.
– Еще раз спасибо за твою заботу, милый… Что же ты предлагаешь делать?
– Она пишет письма своему брату, королю Франции. В которых жалуется на вас.
– Ты и об этом знаешь?
– Мне сообщают… – ответил Хью, делая вид, что он случайно проговорился и очень смущен этим обстоятельством.
Эдуард пожал плечами.
– Она все годы делала это. Не думаю, что у ее брата большое желание и достаточно времени, чтобы разбираться в различных слухах и сплетнях. Тем более женских.
– У королей Франции всегда было время прислушиваться ко всему плохому, что сообщали им об Англии и ее королях.
– Но она не пишет ни о чем плохом. Я тоже, мой милый, кое-что знаю… Всего лишь жалуется, что я провожу больше часов с тобой, мой мальчик, чем с ней. Но в этом, заверяю тебя, она не добьется никаких перемен!
– Я знаю, Эдуард! Знаю и благодарю, благодарю тебя!.. Не уверен, – задумчиво сказал он после некоторого молчания, – согласится ли папа римский на это… Но было бы разумно, мне кажется…
– О чем ты, мой дорогой?
– Об отмене некоторых прав королевы.
– Об аннуляции?! Но она ведь сестра французского короля.
– Да, это будет трудно. Папа боится Францию. Но стоило бы попробовать, Эдуард.
– Что ты имеешь в виду?
– О, не так уж много. Кое-какие земли королевы. У нее их так много.
– Но зачем их отнимать, племянник?
– Это напомнило бы ей лишний раз, кто истинный хозяин страны.
Эдуард кивнул.
– Что ж, мы можем это сделать.
Тем же раздумчивым тоном Хью продолжал:
– Кроме того, не очень разумно, что у королевы столько французских слуг. Даже, я бы сказал, опасно. Все они могут шпионить в пользу Франции.
– Ну и что ты предлагаешь, мой самый умный друг?
– Отправить их на родину, а расходы королевы сократить до двадцати шиллингов в день. Этого вполне достаточно. Большие деньги могут толкнуть на то, что обернется для нас большими неприятностями… Опять же эти письма во Францию и мало ли что еще… Не знаю…
– Говори, дорогой. Ты все обдумал, я же вижу!
– Мне кажется… Прости, Эдуард, но мне кажется, для твоей же безопасности нужно, чтобы за королевой был присмотр… надежного человека. Даже знаю, кто мог бы…
– Кто?
– Думаю, моя жена могла бы стать ее… как бы это назвать… домоправительницей, что ли. Она бы сообщала нам обо всем, что там происходит.
– Ты полагаешь, королева согласится?
– Если вы велите ей, милорд.
– В том, что ты предлагаешь, есть много смысла, дорогой. Я начинаю тебя любить еще больше, если только это возможно… Иди же ко мне, племянник…
* * *
Негодованию Изабеллы не было предела. Гордость ее была уязвлена, злость и ожесточение рвались наружу. Но она не выпускала их, носила в себе, лелеяла, предаваясь мечтам о будущем отмщении. За все… за все сразу!.. Скоро, скоро уже она будет из тех, кто заказывает музыку, кто дергает за веревочки… Ждать осталось недолго…
Люди вокруг нее удивлялись, как сдержанно отнеслась она к унизительным мерам, которые предпринял король по отношению к ней. Не сам, конечно. Сам бы он ни за что не додумался. Всем было понятно, кто стоит за этими решениями.
Итак, глупенькую племянницу короля определили в церберы, в стражи королевы! Жалкое создание, живущее в постоянном страхе перед своим мужем, мерзкой подстилкой короля! Хью Диспенсер! Жеманный женоподобный тип, на которого противно смотреть нормальной женщине!.. О Роджер, Роджер Мортимер! Где ты?!
Девчонка воображает, что ей удастся шпионить за самой королевой! Да неужели Изабелла настолько глупа, что позволит ей это?! Неужели у нее не найдутся верные друзья, которые передадут все, что она захочет написать, тем, кому это предназначается?
В первую очередь Карлу, последнему из трех ее братьев, ныне королю Франции. Его называют Красивый, так же, как называли их отца, Филиппа Четвертого, чью привлекательную внешность он унаследовал. Во Франции считают, что он тоже наверняка приговорен к ранней смерти, как его предшественники и родичи из рода Капетингов – его отец и его братья, Людовик Сварливый и Филипп Длинный.
Но пока что он жив, храни его Бог, хотя Изабелла не удивится, если узнает, что и с ним случилось какое-нибудь несчастье…
Ее последние письма к брату дышали яростью и предназначались только для него одного. Как он может терпеть, писала она, чтобы с ней, французской принцессой, поступали подобным образом?! Она уж не говорит о том, о чем знает весь белый свет, – что ее муж променял супружескую постель на кушетку своего фаворита! Но к тому же он скупец, скряга – ограбил ее, отнял многие земли, имущество! Велит выдавать жалкую денежную подачку! Лишил не только прав королевы, но и просто денег и собственности! И что самое омерзительное – приставил к ней женщину-соглядатая, назвав ее домоправительницей. Кто такая? Несчастная жена Эдуардова любовника! На которой тот женился из-за ее богатства… Неужели брат и король потерпит, чтобы с его сестрой так обращались, забывая, кто она?!
Король Филипп посчитал разумным не вести разговоры с мужем своей сестры через море, а пригласить во Францию, где во владении у англичан оставалось целое герцогство – Аквитания, которое Эдуард еще ни разу не посетил.
Хью Диспенсер, узнав об этом, сказал королю:
– Боюсь, милорд, королева еще причинит вам немало хлопот. По всему видно, у нее есть способ отправлять послания во Францию, минуя наших людей. И вот вам первый результат.
– Что ты предлагаешь, племянник?
– Предлагаю, мой дорогой господин, ни в коем случае не ехать вам самому. Много чести, если вы отправитесь туда по жалобе своей супруги. А, несомненно, вас приглашают туда в связи с этим. Пусть поедет во Францию ваш двоюродный брат Эдмунд Ланкастер. Это, надеюсь, не слишком обидит короля Карла. Вы же сообщите ему, что никак не можете увидеться с ним из-за обилия государственных дел.
– Ты, как всегда, прав, мой милый! – воскликнул король, которому до смерти не хотелось ехать во Францию.
Он последовал совету своего наперсника и отправил в Париж Эдмунда, которого французский король принял со всевозможными почестями, устроив в честь гостя праздник с разнообразными развлечениями, перед тем как тот отправился в герцогство Аквитанское.
Но почему-то так совпало, что, когда Эдмунд Ланкастер прибыл туда, дядя французского короля, Карл Валуа, тоже оказался в Аквитании, да не один, а с целым войском, которое быстро и успешно завоевало почти всю территорию герцогства, и Эдмунду пришлось поспешно согласиться на замирение и на то, что большая часть Аквитании снова стала принадлежать Франции.
Изабелла внимательно следила за развитием событий, полагая, что они увеличивают ее собственные шансы на осуществление задуманного.
Смиренно послала она просьбу королю, испрашивая разрешения увидеться с ним. Удивленный ее кротостью, восхищаясь тем, какие мудрые советы подал ему его дорогой Хью в отношении Изабеллы, Эдуард ответил почти немедленным согласием.
Они встретились после весьма длительного перерыва. Изабелла не стала ни в чем упрекать его, но сразу сказала, как ее огорчает недоразумение между ее братом, королем Франции, и Эдуардом по поводу Аквитании. Добавила, что совершенно не понимает, почему ее дядя Карл решился на военные действия, и не одобряет его.
– Французы всегда хотели захватить герцогство, – отвечал Эдуард, продолжая удивляться ее смирению. – Боюсь, мой кузен Эдмунд не проявил нужных качеств государственного мужа.
– Бедный Эдмунд! – воскликнула Изабелла. – Он сделал все, что мог.
– Но мог он очень немного, – сказал король.
Изабелла чуть не рассмеялась ему в лицо. «А сам ты? Что можешь ты и что ты сделал для благополучия своей страны?.. Ты, ничтожество, любитель мужских ласк!..» Вот какие слова хотелось ей крикнуть ему… «Неспособность Эдмунда вершить государственные дела – пустяк по сравнению с твоим неумением вести войны и управлять страной…» Но она не произнесла всего этого, а продолжала так:
– Мои братья всегда любили меня, и я думаю… надеюсь, что брат Карл, если я поговорю с ним откровенно, поймет, что наш дядя поступил необдуманно, и велит ему пересмотреть договор, подписанный с Эдмундом Ланкастером. Но для этого мне нужно поехать во Францию.
– Ты хочешь говорить с ними? Это бесполезно. Они не станут тебя слушать.
– Меня всегда любили и уважали в семье, – повторила она с холодной надменностью, – и не думаю, чтобы не прислушались к моим словам сейчас.
Эдуард задумчиво посмотрел на нее: кто знает, в самом деле? Жители Лондона, все до одного, уважают и даже боготворят ее. Так считает Хью. Говорит, что она очень заботится о том, чтобы поддерживать такое отношение. И умеет это делать.
– Я подумаю о твоих словах, – сказал он.
«Конечно, – безмолвно воскликнула она, – тебе нужно спросить разрешения у хозяина твоей постели! Разрешит ли Хью своей королеве навестить ее собственного брата».
Да, Хью, это не Гавестон, он умнее и проницательней. К счастью, он никак не связывает побег Мортимера с Изабеллой, хотя она была не совсем осторожна, когда жила в Тауэре. Как это он еще не додумался посоветовать королю допросить ее? Правда, после побега Роджера она стала куда осмотрительней: никакого упоминания о нем в письмах, не говоря уже о том, чтобы написать ему самому, чего ей так неодолимо хотелось. Нет, и еще раз нет – она дождется часа, когда они увидят друг друга, и тогда скажет ему все, о чем не написала в посланиях!..
А сейчас нужно ожидать решения, которое примет дорогой Хью. Ей же остается только молиться, чтобы решение было в ее пользу. Все же лучше, чем пытаться самой совершить побег. Он бы, возможно, и удался, но ничего хорошего из этого не получилось бы, потому что еще не время – еще мало что подготовлено к открытому противостоянию королю.
* * *
Разговор короля с Хью состоялся вскоре после визита Изабеллы.
– Итак, она желает повидать своего брата?
– Так она говорит, дорогой. Обещает содействовать, чтобы наши отношения улучшились. Чтобы договор об Аквитании был пересмотрен в нашу пользу.
Хью молчал, и Эдуард продолжил:
– Ее ум не лишен остроты, она умеет понять и оценить то, что происходит вокруг. И я верю, что брат считается с ее мнением.
– Но французский король хочет видеть тебя, – сказал Хью. – Хочет, чтобы ты сам принес ему присягу верности в отношении земель Аквитании.
– Я не поеду!
– Это может вызвать новые осложнения, нежелательные для нас.
– Но это унизительно! – воскликнул Эдуард.
– Тогда, пожалуй, имеет смысл, чтобы поехала королева, – сказал Хью. – Мне кажется, она изменилась за последнее время. Стала более терпима по отношению к тебе, мой дорогой господин. Уже не похожа на львицу, готовую к прыжку.
– Это потому, что у нее дети. Она много времени уделяет Эдуарду-младшему.
Хью кивнул.
– Значит, пускай поедет. Думаю, хуже от этого, во всяком случае, не будет.
– Да, пускай едет, – как эхо отозвался король.
Изабелла едва поверила своему счастью, когда услыхала об этом.
Не откладывая в долгий ящик, она начала сборы.
* * *
Стараясь умерить волнение, охватившее ее, она давала распоряжения о подготовке к отъезду.
Как верно она вела себя все эти годы, сдерживая чувства, не давая волю возмущению и злости! Какую правильную тактику избрала! И вот теперь посеянные ею зерна начинают давать всходы. Долготерпение вознаграждается! Все ближе становится развязка…
«О милый мой Мортимер! Скоро я буду рядом с тобой – в делах… в постели… в твоих объятиях… Теперь все пойдет, как надо. Мы не будем делать ошибок и промахов. Близится час победы – юный Эдуард на троне, я и Мортимер – его наставники, временные правители!..»
Какой дивный месяц – май! Все цветет, птицы ошалели от радости, все чувства раскрыты! Настоящая весна ее жизни – хотя ей уже двадцать девять, но это ведь не так уж много. Всего лишь зрелость – а зрелость необходима человеку, задумавшему большие дела… И все будет хорошо, все будет прекрасно – она уверена в этом!
Помимо слуг, ее сопровождали только лорд Джон Кромвелл и четыре рыцаря. На море дул попутный ветер, путешествие было легким и скорым. Ступив на землю Франции, она не могла сдержать слез радости. Лорд Кромвелл заметил при этом, что любовь к родине никогда не проходит у человека, а Изабелла не стала объяснять ему, что не только это было причиной ее радости и что мысли ее давно уже связаны не с Францией, но с Англией, только не с той, где правит слабосильный король со своим манерным любовником.
Еще немного, совсем немного времени – и она увидит Мортимера! Ее любимого Мортимера…
Это произошло даже раньше, чем она могла ожидать. Он узнал о ее прибытии и поспешил навстречу.
Мортимер низко поклонился королеве. Он не мог позволить себе никакого проявления чувств перед сопровождавшими Изабеллу придворными, но глаза сказали за него все, что хотела она услышать.
– Наконец я здесь, – негромко произнесла она.
Вслух Мортимер сказал, что прибыл для сопровождения королевы в Париж, к ее брату, и что эту ночь она проведет во дворце, который предоставил ей кузен Робер д'Артуа.
Когда они ехали туда и кони их были рядом, Мортимер рассказал Изабелле о том, что произошло с ним после благополучного прибытия во Францию. Король отнесся к нему благосклонно, что неудивительно, ведь во все времена враги английской короны находили приют и понимание в этой стране. Мортимер сообщил королю о влиянии, которое заимел новый фаворит Эдуарда, и Карла это в большей степени обрадовало, нежели огорчило.
– Но ко мне, – заключил Мортимер, – ваш брат король проявил только дружеские чувства, за что я благодарен ему. – Слегка склонившись с седла, он прошептал: – Сегодня ночью.
Она, тоже шепотом, ответила:
– Сегодня ночью…
У себя во дворце Робер д'Артуа оказал Изабелле поистине королевский прием. Ни на минуту не забывал он подчеркивать, как восхищен ее неувядаемой красотой, и она чувствовала себя на вершине блаженства – прекрасной и желанной.
Лорд Кромвелл испытывал некоторую неловкость от присутствия Мортимера, от того, что тот почти не отходил от королевы.
– Миледи, – сказал он, – ведь он же беглый преступник, приговоренный королем к заключению. Сейчас он здесь в изгнании, даже принят при дворе вашего брата, но в Англии его ожидает смертная казнь. И я не вполне понимаю, как вы…
Изабелла прервала его.
– Вы совершенно правы, милорд, – сказала она. – Ситуация не из легких. – Она сделала вид, что глубоко задумалась. – Но дело в том, что моя миссия тоже достаточно трудна и щекотлива. Мне предстоит, как вы знаете, наладить добрые отношения между супругом и моим родным братом, а Мортимер, насколько мы видим, облечен полномочиями от лица французского короля. Разумно ли будет, если мы враждебно отнесемся к нему, милорд?
Кромвелл вынужден был согласиться с ней, но добавил:
– И все же на вашем месте я не слишком доверял бы ему, миледи, если вы простите мне, что осмеливаюсь давать вам советы.
– Я прощаю вас, лорд Джон, потому что знаю: вы всечасно преданы мне и королю…
Ночью, отдыхая от неумеренных ласк, она со смехом передала Мортимеру свой разговор с осторожным придворным.
До рассвета они не спали, а потом Мортимер покинул ее: никто не должен был знать об их отношениях, время еще не наступило.
– Я не возвращусь обратно без тебя, любимый, – сказала она ему, прощаясь.
– Мы вернемся с войском. И мы победим.
– Да, победим. Ты и я, и Эдуард. Мой маленький Эдуард… Необходимо его вывезти сюда! Без этого я ничего не смогу…
– Как он относится к отцу? – спросил Мортимер.
– Он смущен, сбит с толку. До конца многого не понимает. Ведь он, в сущности, еще ребенок. Но умный ребенок и делает свои выводы. Он слышит разговоры о Хью Диспенсере… Они его беспокоят…
– О, как я благодарен королю, – воскликнул Мортимер, – за то, что он послал меня в Тауэр! Иначе я не встретил бы тебя, любимая!
– В тот день в саду, – отвечала она, – я поняла, что ждала тебя всю жизнь.
– Никто так не любил, как мы!
– И никто не лелеял такие грандиозные планы, блаженствуя на ложе любви, – в тон ему сказала она.
– Уже светает, мне пора уходить.
– Будущее будет нашим, моя любовь.
– Да, оно будет нашим.
– Наступит день, – сказала она, – когда тебе не придется крадучись уходить из моей спальни…
У него мелькнула мысль, не означают ли эти слова, что она намеревается выйти за него замуж. Может ли английская королева взять его в мужья? Помимо всего, у него есть жена, у нее – муж… Впрочем, такие препятствия вполне преодолимы.
Любовь. Амбиции. Претворение в жизнь планов… Прекрасно, когда они шествуют рука об руку! Отдаваться друг другу… Отдаваться делу… Что может быть лучше в жизни?.. Все-таки она хороша – жизнь! Хороша, потому что в ней возможны такие всплески, такие вспышки света, как сейчас!..
– Если бы так могло быть всегда, – произнес он.
– Это еще только весна нашей любви, мой милый, – сказала Изабелла. – Впереди прекрасное лето.
– И осень, и зима.
– Осень должна принести плоды наших трудов. И тогда зимой мы будем знать, как согреть себя… Но разве разговорами можно насытить любовь? Хватит слов, мой дорогой. Ты согласен?
Мортимер был согласен.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Месть королевы - Холт Виктория


Комментарии к роману "Месть королевы - Холт Виктория" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100