Читать онлайн Королева из Прованса, автора - Холт Виктория, Раздел - ИВСХЭМ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Королева из Прованса - Холт Виктория бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Королева из Прованса - Холт Виктория - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Королева из Прованса - Холт Виктория - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Холт Виктория

Королева из Прованса

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ИВСХЭМ

Элеанора находилась при французском дворе, когда пришла ужасная весть: король, его брат Ричард, наследный принц Эдуард – все в плену у Симона де Монфора! Англией правит какой-то невиданный парламент! Представители со всего королевства участвуют в управлении страной! Чудовищно!
– Что же мне делать? – растерянно спросила Элеанора у сестры.
– Молиться, – ответила Маргарита.
– Молиться? Дорогая сестрица, этого мало. Нужно собирать деньги, собирать армию. Я не допущу, чтобы изменник Монфор держал Генриха в плену.
– Я знаю, Элеанора, что вы умны и готовы на все ради мужа и сына, но будьте осторожны. Ситуация крайне опасна.
Элеанора упрямо мотнула головой. Кто Маргарита такая, чтобы учить ее жизни?
– Людовик тоже считает, что лучше выждать и посмотреть, как будут развиваться события, – продолжала сестра.
– Людовик! – презрительно скривилась Элеанора.
Людовик пальцем о палец не ударил, чтобы помочь Генриху. А ведь знал, что бароны собираются идти войной на своего законного государя. Людовик дошел до того, что возлагал вину за междуусобицу на Генриха.
Однако высказывать критические замечания в адрес французского короля Элеанора позволить себе не могла – ведь она находилась у Людовика в гостях. Если поссориться с французским двором, податься будет и вовсе некуда.
Маргарита отличалась нравом кротким и покладистым, но очень болезненно относилась к любым выпадам в адрес своего супруга. В таких случаях нежная Маргарита буквально свирепела.
Элеанора решила, что соберет деньги без помощи сестры. В Англию все время скакали гонцы – Элеанора пыталась наладить отношения с теми, кого считала своими друзьями и союзниками. Можно было не сомневаться, что со временем появятся и деньги, и люди. Английская королева сама возглавит это войско. Она улыбалась, представляя, с каким восхищением будет смотреть на нее Генрих.
Сейчас же король наверняка радуется, что Элеанора в безопасности. Ему было бы больно видеть, как его жену подвергают унижениям. Эта мука была бы для него горше, чем собственные страдания.
Элеанора не жалела сил, и вскоре у нее нашлись единомышленники как во Франции, так и в Англии.
Да, она соберет войско! Но как долго тянутся приготовления… Элеанору поддерживала лишь мысль, что рано или поздно она сумеет освободить своих мужчин из плена, и уж тогда Симон де Монфор за все заплатит сполна.
Маргарита искренне пыталась помочь сестре, понимая, как это ужасно, когда твой муж в руках врагов.
– Терпение, Элеанора, терпение, – повторяла она. – Когда любишь, приходится страдать.
– Да что вы знаете о страдании! – чуть ли не с презрением ответила на это Элеанора.
– Немало, – спокойно произнесла Маргарита.
– Вы такая робкая, такая покладистая. У вас совершенно нет воли!
– Робкие страдают не меньше, чем смелые и решительные.
– Да, но исключительно по собственной вине.
– Вы всегда прислушивались только к своему мнению, – упрекнула ее Маргарита. – И до сих пор вам удавалось жить так, как вам нравится.
– Только потому, что я за это боролась.
– Бывает, что терпение требует большей силы и выдержки, чем активность. Вы не представляете, что я испытала, когда была жива королева-мать. Она была само совершенство, все ее обожали, все ею восхищались. Королева Бланш до самой смерти первенствовала при дворе.
– Вы вели себя как последняя дура. Я бы непременно втолковала Людовику…
– Людовик и так понимал, каково мне приходится. Однажды он сказал, что больше всего ценит во мне мою терпеливость. Я мила ему тем, что не поссорила его с матерью. А ведь сделать это было очень легко. Я не раз еле сдерживалась, но все же брала себя в руки, зная, сколько страданий причиню Людовику… и себе самой. Я ни в чем не прекословила королеве. И со временем она стала относиться ко мне гораздо лучше.
– Еще бы, ведь вы во всем ей потакали! Слишком уж вы безвольны, Маргарита. Вам неведомы глубокие чувства.
– У меня было в жизни немало приключений, Элеанора, – с достоинством ответила Маргарита. – Думаю, я прожила более опасную жизнь, чем вы.
– Да меня в Лондоне чуть не убили! Никогда не забуду перекошенные лица черни! Как пялились они на меня с моста! Еще немного, и они потопили бы мою барку. Это было ужасно! Я до сих пор вижу эту сцену в кошмарных снах… Они кричали: «Утопить ведьму!» Где уж вам понять такое!
Маргарита рассмеялась:
– Я кое-что расскажу вам, сестрица. Похоже, вы забыли, что я сопровождала мужа в крестовый поход. Страх, который вы испытали однажды ночью, преследовал меня много месяцев подряд. Я была женщиной среди мужчин в дикой, варварской стране. Со всех сторон на нас нападали сарацины. Знаете ли вы, как поступают неверные с женщинами, которые попадают к ним в плен? Иногда подвергают истязаниям, иногда просто отсекают голову, но чаще всего продают в какой-нибудь гарем. Вам снится по ночам Лондонский мост? Дорогая сестрица, мне снится лагерь крестоносцев, где я, беременная, ночь за ночью дрожала от страха, ожидая гибели. Король часто покидал меня, оставив всего одного рыцаря, такого старого, что у него не было сил присоединиться к остальным. Я заставила рыцаря поклясться: если сарацины ворвутся в мой шатер, он должен отсечь мне голову мечом.
Элеанора притихла. Лишь теперь до нее дошло, что ее собственные радости и печали меркнут рядом с переживаниями, выпавшими на долю сестры.
Представить только – несчастная, беременная Маргарита ночью, в пустыне…
– Но ваши беды в прошлом, – перешла в новую атаку Элеанора. – А я несчастна сегодня.
– Все несчастья рано или поздно кончаются, – уверила ее Маргарита. – То же будет и с вашими бедами.
– Что же, я должна сидеть сложа руки и ждать, пока все устроится само собой?
– Нет, вы не станете сидеть сложа руки, вы всегда будете сражаться за свою семью. Но наберитесь терпения, сестра моя. И тогда все образуется.
Однако не в характере Элеаноры было сидеть и ждать чуда. Она занялась приготовлениями к походу с удвоенным усердием.
Однажды в Париж прибыл Эдуард де Кароль, диакон Уэльский. Он привез письмо от короля, и Элеанора с нетерпением развернула свиток.
Но, дочитав послание, Элеанора упала духом. Король просил ее прекратить всякие приготовления к вторжению в Англию. Ее действия слишком бросаются в глаза. До добра это не доведет.
Королева и без диакона поняла, что письмо продиктовано Симоном де Монфором, но это ничего не меняло.
Элеанора вспомнила увещевания Маргариты и написала Генриху ответ, в котором сообщала, что покоряется воле мужа. Однако после отъезда диакона Элеанора вновь взялась за работу. Она хотела побыстрее собрать войско.
Ко французскому двору прибывали посланцы из Англии, привозя новости о царственных пленниках. Однажды пришло сообщение, что королевскую семью перевезли в Дувр, порт, находившийся в непосредственной близости от французских берегов. У Элеаноры сразу же возник отчаянный проект: не высадиться ли на английском берегу, чтобы взять крепость штурмом, захватить пленников и перевезти их во Францию? Тогда Генрих сам сможет возглавить войско, подготовленное Элеанорой. Корона вернется законному государю.
Пока Элеанора готовилась к осуществлению этого плана, прибыли новые гонцы.
Оказывается, мятежные бароны решили, что содержать короля в Дувре слишком опасно, и перевели пленников в Уоллингфорд.
Королева чуть не разрыдалась от ярости, однако в отчаянии она пребывала недолго.
Неутомимые усилия и самоотверженность Элеаноры понемногу завоевывали ей всеобщее уважение. Английский народ был растроган такой преданностью мужу и сыну. Многие из тех, кто прежде ненавидел королеву, стали относиться к ней с приязнью. Доброхоты регулярно извещали Элеанору о событиях в Британии. Например, стало известно, что в Уоллингфорде пленников охраняют гораздо хуже, чем в Дувре. Один рыцарь, близкий друг Эдуарда, сообщил королеве, что готов пожертвовать жизнью ради победы законных государей.
Этого молодого человека, отличавшегося отчаянной храбростью, звали сэр Уоррен де Бэзингборн. Он часто участвовал в турнирах с принцем Эдуардом, и Элеанора знала, что молодой человек беззаветно предан наследнику.
«Соберите как можно больше людей, – написала она рыцарю. – Отправляйтесь в Уоллингфорд. Осадите замок – мне известно, что охрана его немногочисленна. Спасите лорда Эдуарда. Доставьте его ко мне, и он возглавит армию, которую я собрала».
Отправив письмо, Элеанора с нетерпением ждала вестей из Англии.
* * *
Эдуард неустанно корил себя за горячность и глупость, приведших к поражению. Тщетно Генрих пытался утешить сына. Эдуард все повторял: не кинься он в погоню за лондонцами, победа непременно досталась бы королю.
Какое безрассудство! Как дорого пришлось заплатить за горячность и отсутствие опыта!
Но Эдуард был из породы людей, которые быстро учатся на своих ошибках.
Он часто вспоминал свою юную жену, которую искренне любил. Брак оказался счастливым. Вначале юная Элеанора, еще совсем дитя, смотрела на своего мужа как бы снизу вверх. Им пришлось на несколько лет разлучиться: Элеанора подрастала, училась, готовилась стать женой. Когда же они стали жить вместе, Эдуард понял, что выбор оказался верным.
И вот юная Элеанора забеременела.
Бедняжка, она вынашивает плод в разлуке с мужем и тревожится за своего Эдуарда.
Слава Богу, кузен Генрих был рядом. Хотя, конечно, он принес бы куда больше пользы на свободе, действуя в интересах королевского дома.
Двоюродные братья коротали время за игрой в шахматы. Им дозволялось ездить верхом, но лишь в пределах замковых стен, да и то в окружении охраны. Симон де Монфор обращался с принцами почтительно. Он не уставал повторять, что не желает им зла, а всего лишь хочет, чтобы в королевстве царствовала справедливость.
Однажды, когда Генрих и Эдуард играли в шахматы, в комнату вбежал взволнованный слуга.
– Милорд, к замку движется какой-то отряд!
– Наконец-то! – воскликнул Эдуард. – Страна поднялась против Монфора.
Братья бросились к окну и увидели всадников, мчавшихся по направлению к замку.
Кто-то сказал:
– Это люди сэра Уоррена Бэзингборна.
– Значит, они спешат нам на выручку, – заявил Эдуард. – Уоррен мне друг и не станет замышлять против меня дурного.
В замке началась суета, солдаты бросились к бойницам, трубач затрубил тревогу.
– К оружию! Замок в осаде!
Пленников бесило то, что они не могут принять участие в схватке. Приходилось довольствоваться ролью свидетелей. Принцы слышали крики и стоны, тяжелый лязг метательных машин.
Внезапно Эдуард услышал, как во дворе звучит его имя.
– Эдуарда! Ведите сюда Эдуарда!
Глаза принца вспыхнули огнем:
– А вот и наши друзья! Я знал, что наш плен рано или поздно кончится.
– Сначала им еще нужно захватить замок, – рассудительно заметил Генрих. – С Божьей помощью захватят. Гарнизон слаб и немногочислен.
В этот момент в комнату вбежали несколько солдат и направились к Эдуарду.
– Что вам от меня нужно?
– Мы выполняем приказ, милорд.
– Что за приказ?
– Ваши друзья требуют, чтобы мы вас выпустили из замка.
– Что, испугались? Будете сдаваться?
– Мы не испугались, милорд, и сдаваться не будем. Но раз они хотят, чтобы мы вас выпустили, мы вас выпустим. Свяжем по рукам и ногам и выпустим в качестве метательного снаряда из катапульты.
Эдуард изменился в лице, представив себе, какая страшная участь ему уготована. Смерть казалась неизбежной.
– Неужто вы в самом деле отважитесь на такое?
– Придется, милорд, если ваши друзья не уберутся восвояси.
– Я буду говорить с ними.
Солдаты переглянулись, и один из них отправился за инструкциями.
Вернувшись, он сказал:
– Нам приказано связать вам руки за спиной, милорд. Потом вы подниметесь на стену и обратитесь к своим друзьям. Если они уйдут, ваша жизнь будет спасена.
– Хорошо, я сделаю это.
У Эдуарда не было выхода: иначе ему угрожала смерть.
Ему связали руки, он поднялся на парапет и крикнул Уоррену, чтобы тот отступил от замка. Иначе защитники выстрелят из катапульты своим пленником.
Сэр Уоррен поспешно ретировался. А когда весть о неудачном нападении дошла до Элеаноры, та разрыдалась от ярости.
* * *
Симон де Монфор поспешно явился в Уоллингфорд. Он был потрясен известием о попытке освободить пленников. Бэзингборн чуть было не достиг успеха. Слава Богу, защитникам пришла в голову блестящая идея припугнуть Эдуарда катапультой. Во всяком случае, ясно было одно: под такой слабой охраной содержать короля и принцев нельзя.
Пленников привели в зал, и Монфор сказал:
– Милорды, мне очень жаль, что солдаты обошлись с вами столь непочтительно. Уверяю вас, такое больше не повторится.
– Что-то не очень верится, – буркнул Эдуард.
– Мне жаль, если вам в это не верится, – спокойно ответил Монфор. – Свобода ваших передвижений ограничена, однако, я надеюсь, вы не испытываете ни в чем недостатка.
– Изменник! – процедил Эдуард.
Остальные молчали. Монфор пожал плечами и обратился к королю:
– Милорд, все это произошло не по моей воле. Однако в стране существует закон, и его нужно соблюдать. Этим и занимается наш парламент согласно нашей с вами договоренности.
– Я ни о чем с вами не договаривался, милорд, – твердо ответил Генрих.
– Тогда не будем терять времени попусту, перехожу к делу. Мы увозим вас из Уоллингфорда.
– Где же будет наша следующая тюрьма? – поинтересовался Эдуард.
– В Кенилворте.
– В Кенилворте?!
– Да, в моем собственном замке. Там вы будете гостить у моей супруги и вашей ближайшей родственницы. Полагаю, вам будет приятнее находиться в кругу семьи.
Пленники молчали, обдумывая столь неожиданную перспективу. Хозяйкой Кенилворта была родная сестра короля. Конечно же, она радушно встретит своих родственников. Однако на ее поддержку рассчитывать не приходится, ведь Элеанора де Монфор – верная супруга своего мужа.
В тот же день узники отправились в путь, и в Кенилворте их тепло и сердечно приветствовала графиня Лестер.
– По крайней мере, не похоже, что нас здесь будут содержать в неволе, – заметил Эдуард.
А Генрих, увидев сестру, даже прослезился.
Она обняла брата и сказала:
– Ах, Генрих, как скверно все получилось! Ричард, Эдуард, я была бы счастлива, если бы вы приехали ко мне в гости при иных обстоятельствах.
– Мы в этих обстоятельствах не виноваты, – отрезал Эдуард.
Король предостерегающе поднял руку. Элеанора всецело предана своему мужу, и ссориться с ней было бы неразумно.
Все собрались в большом зале. Все это очень походило бы на семейный визит, если бы не многочисленная охрана. Гарнизон Кенилворта был гораздо сильнее, чем в Уоллингфорде.
Дни тянулись медленно. Графиня изо всех сил старалась сделать пребывание родственников в Кенилворте удобным и уютным. Единственное, чего она не позволяла, – высказывать критические замечания в адрес Симона. Тут Элеанора была непреклонна: она готова была оказывать гостеприимство братьям и их сыновьям, но сразу дала понять, что твердо верит в правоту своего мужа.
– Элеанора всегда отличалась твердым характером, – сказал король императору. – Если уж она что-то вбила себе в голову, ее с места не сдвинешь… Все равно она поступит по-своему.
В голосе Генриха звучало восхищение. Пожалуй, одна Элеанора во многом походила на другую. Сестра решила, что выйдет замуж за Симона де Монфора, когда тот считался безвестным искателем приключений. Однако принцесса сумела разглядеть в молодом человеке задатки величия. Даже Генрих вынужден был признать, что дворянин, сумевший отобрать власть у законного государя, является персоной незаурядной, несмотря на всю предосудительность своих действий.
Элеанора выполняла роль хозяйки с достоинством и благородством, умудряясь сочетать радушие с преданностью интересам мужа.
Наступило Рождество. Графиня устроила в замке пышный праздник. Приглашенные веселились, насколько позволяли обстоятельства, однако стража была неподалеку и бдительно присматривала за знатными пленниками.
Эдуард взирал на все это веселье с тоской и отчаянием. Неужели не удастся отсюда вырваться? А Симон де Монфор и его парламент тем временем безраздельно владычествовали в королевстве.
* * *
Удар подстерегал Монфора с неожиданной стороны. Одним из его давних сторонников был Джилберт де Клэр, граф Глостер, внук той самой Изабеллы, которая была первой женой Ричарда, нынешнего римского императора. Джилберт, которого из-за рыжих волос прозвали Красным, унаследовал земли отца, когда ему было немногим больше двадцати. С тех пор он стал одним из самых могущественных лордов королевства. К Монфору он относился с глубоким уважением, и они подружились. По знатности и личным качествам де Клэр был вторым человеком в баронской партии после графа Лестера. Именно Джилберту выпала честь взять в плен короля при Льюисе. Активное участие принимал де Клэр и в переговорах между королем и баронами, происходивших после сражения. В результате король был вынужден подтвердить Оксфордское соглашение. В этом документе содержалась специальная статья, гарантировавшая, что Симон де Монфор и Глостер не будут подвергаться преследованиям в будущем, как бы ни развивались события.
Глостер был молод и непостоянен, он легко заводил друзей и столь же легко делал из друзей врагов. Симон де Монфор не сразу распознал в союзнике это губительное качество.
Многие приверженцы короля после битвы при Льюисе бежали на запад, к границе Уэльса, где находились так называемые уэльсские болота. Тамошних лордов так и называли – «болотные бароны». Порубежье было неспокойным и издавна враждовало с англичанами. Глостер, которому было поручено расправиться с беглецами, подозрительно медлил и, кажется, даже вел какие-то переговоры с «болотными лордами».
Монфора это тревожило все больше и больше.
Со временем Глостер начал выдвигать против своего друга и союзника серьезные обвинения. Мол, Монфор забрал себе слишком много королевских замков. Граф Лестер говорил жене, что этот раздор внушает ему серьезные опасения. Что будет с Симоном и его сыновьями, если король вернет себе власть? Монфор напомнил жене о статье соглашения, в которой ему гарантировалась неприкосновенность, но Элеанора скептически покачала головой:
– Грош цена этому договору. В случае поражения нам, должно быть, придется бежать из страны, и чем скорее, тем лучше. Месть короля будет ужасна. А если Генрих проявит милосердие, то от Эдуарда мы этого не дождемся.
– Дорогая, нам нельзя думать о поражении.
– Думать можно и даже нужно. Всегда следует быть готовым к худшему.
– Я должен немедленно объясниться с Глостером, понять, чем вызвано его поведение.
– Отправляйтесь в путь, я пригляжу за пленниками.
– Я знаю, что Генрих и его брат никуда не денутся, но Эдуард меня тревожит. Уверен, он готовит побег. Принц не похож на отца. У него есть задатки великого короля, но пока он еще слишком молод и опрометчив. Эдуард наверняка попытается совершить побег. Я возьму принца с собой – так мне будет спокойнее.
– А остальных оставите здесь?
– Да, это наилучшее решение.
Когда Эдуард узнал, что его увозят из Кенилворта, принц обрадовался. Жизнь в замке наскучила ему до предела.
* * *
Путешествие оказалось еще более волнующим, чем ожидал принц. Вскоре выяснилось, что среди приближенных Монфора есть предатели. Человек, подобный графу Лестеру, который всего добился сам и достиг вершин власти, у многих вызывал зависть. Помимо ревностных сторонников, которые готовы были пожертвовать жизнью ради своего предводителя, нашлось немало и таких людей, кто проникся к нему лютой ненавистью.
Эти дворяне и вступили в переговоры с Эдуардом.
Одним из них был Томас Клэр, младший брат графа Глостера. Однажды, пришпорив коня, он поравнялся с принцем и прошептал:
– Милорд, знайте, что здесь есть ваши друзья.
– Приятно слышать, – осторожно ответил Эдуард.
– Ваша мать собрала армию, которая готова выступить в поход.
– Мне это известно.
– Если бы вы возглавили эту армию… В сопровождении ваших преданных друзей…
Тут разговор прервался, но Эдуард слышал достаточно, и воспрял духом. Кажется, грядут перемены к лучшему. Томиться в плену остается недолго.
Вновь улучив момент, Томас де Клэр продолжил беседу:
– У нас есть план, милорд. Нам поможет Роджер Мортимер.
– Мортимер! Этот изменник?
– Он раскаялся, милорд. Прежде Мортимер действительно поддерживал Монфора, но сейчас он готов перейти на вашу сторону.
– Можно ли доверять человеку, склонному к предательству?
– Мортимер не считает себя предателем. Он служит Англии и поддержал Лестера, потому что верил в этого человека. Теперь Мортимер считает иначе… И мой брат тоже. Монфор слишком честолюбив. Он забрал себе все королевские замки. Многие в стране разочаровались в графе Лестере. Теперь вы можете доверять Мортимеру. Не забывайте к тому же, что его супруга всегда была ревностной сторонницей королевы и короля. Она долго убеждала мужа и в конце концов своего добилась.
– И все же я не люблю людей, которые так легко переходят из лагеря в лагерь.
– Милорд, достаточно того, что этот человек готов вам служить. Вы ведь хотите, чтобы люди Лестера переходили на вашу сторону?
– Вы правы, Томас. Что же придумал Мортимер?
– План очень прост, милорд. Когда мы прибудем на место, у вас будет больше свободы передвижения. Граф Лестер не хочет, чтобы его обвинили в неуважении к наследнику престола. Вам дозволят гулять в пределах крепостных стен. Все знают, как вы любите лошадей. Вызовите своих охранников на состязание – чьи кони выносливей. Охранников четверо. Продолжайте скачку до тех пор, пока все кони, включая вашего, не выбьются из сил. Потом охранники отстанут. Они не будут обеспокоены, видя, что ваша лошадь утомлена. А в зарослях будет ждать лорд Мортимер со свежим конем. Вместе вы ускачете от погони. А ваша усталая лошадь вернется в замок… одна.
– План действительно прост. Сработает ли он?
– Все будет зависеть от вас, милорд.
– Что ж, я не подведу! – вскричал принц.
* * *
И план действительно сработал. Предложение устроить состязания никого не насторожило. Все знали, что принц обожает лошадей.
Эдуард сказал охранникам, что предлагает пари, и те согласились устроить соревнование за крепостными стенами. Все пятеро сделали несколько кругов вокруг замка. Принц был неутомим и требовал, чтобы охрана не жалела лошадей.
Стражники были рады развлечению. К вечеру все лошади выбились из сил, но первым все же пришел Эдуард. Его конь едва держался на ногах, весь покрытый мылом.
– Бедняга, – сказал Эдуард, похлопывая коня по шее. – Я вижу, ты устал. Ничего, скоро ты отдохнешь.
Охранники уже возвращались в конюшню.
Эдуард немного отстал, потом вдруг развернул коня и медленно поскакал рысью прочь от замка.
Сердце принца бешено колотилось. Как и было уговорено, в кустах ждал Роджер Мортимер со свежими лошадьми.
– Слава Богу! – воскликнул Эдуард и сменил коня. – Куда едем?
– Следуйте за мной, милорд.
И двое всадников во весь опор помчались прочь от замка.
* * *
Граф Глостер ждал беглеца в Ладлоу. Принца он принял с подчеркнутой почтительностью, поздравил с благополучным избавлением из плена.
– Милорд, многие бароны готовы служить вам. Они не доверяют королю, но, если вы дадите определенные гарантии, знать встанет под ваши знамена.
– Вы полагаете, что я могу выступить против собственного отца?
– Вы неправильно меня поняли, милорд. Бароны всего лишь хотят, чтобы вы убедили короля отказаться от определенных действий, которые и привели к междуусобной войне. Народ желает благого правления и соблюдения древних законов. Нужно положить конец бесчинствам, истощающим королевство. Пусть из государственного совета, да и вообще с нашей земли изгонят чужестранцев. Они должны вернуть все замки и владения, которыми наделил их король. Иностранцы не смеют принимать участие в управлении Англией. Мы хотим, милорд, чтобы Англией правили англичане. Обещаете ли вы, разгромив Монфора, выполнить наши условия? Если вы даете клятву, я склоню на вашу сторону могущественнейших баронов.
– Клянусь!
– Тогда давайте соберем тех, кто готов вас поддержать.
– Сделайте это немедленно!
В Ладлоу прибыли Хью Биго и граф Уоррен.
Эдуард летал как на крыльях. Наконец-то он свободен, победа близка. Принц извлек немало уроков из своих прежних ошибок и поражений. Он был уверен, что впредь не допустит столь грубых просчетов.
Под знамена Эдуарда со всех сторон стекались бароны со своими людьми. Эдуард захватил всю территорию в долине реки Северн и разрушил мосты, дабы отрезать войско Монфора. Сын Монфора, молодой Симон, собирал в Лондоне армию, чтобы идти на помощь отцу. Эдуард построил свою стратегию на том, чтобы не дать Монфору-старшему и Монфору-младшему соединиться.
Стало известно, что Монфор-младший выступил в поход и уже достиг Кенилворта. Такая стремительность нарушила все планы Эдуарда – теперь он оказался зажат между двумя вражескими армиями, и положение его стало незавидным.
Одновременно пришла и обнадеживающая весть. Неутомимая королева Элеанора привела свое войско на берег Ла-Манша и ждала попутного ветра, чтобы переправиться через пролив. В это время года погода на море всегда была ненастной и надеяться на скорую подмогу не приходилось, но все же известие было отрадным.
Принц устроил у себя в шатре военный совет, в котором приняли участие Томас де Клэр, Мортимер и Уоррен. Они обсуждали, как быть в создавшейся ситуации. Эдуард, памятуя о своих былых ошибках, призывал к осторожности. В этот момент ему сообщили, что в лагерь проникла какая-то женщина, желающая во что бы то ни стало встретиться с принцем.
Эдуард удивился – с чего бы какой-то бродяжке вздумалось искать с ним встречи?
Он велел привести женщину. Она была высокого роста, лица под низко надвинутым капюшоном не разглядеть. Времени болтать с бабами у принца не было. Он любил свою жену и давно отказался от любовных похождений, а теперь у него и вовсе имелись дела поважнее.
– Кто такая эта женщина? Зачем вы ее ко мне привели?
– Она сказала, милорд, что ее зовут Марго и что ей необходимо с вами переговорить, – ответил стражник.
– Зачем? – нетерпеливо пожал плечами Эдуард и хотел уже отвернуться, но вовремя вспомнил о вреде поспешных решений.
– Ладно, выйди, – приказал он стражнику, а женщине сказал: – Переходи к делу.
Марго сбросила капюшон, и присутствующие увидели, что это мужчина.
– Милорд, выслушайте меня. Я хочу оказать услугу королю и вашему высочеству. Я прибыл из Кенилворта.
– Так-так, – насторожился Эдуард. – Продолжай.
– Изменник Монфор велел своему сыну нанести удар вам в тыл. Они хотят раздавить вас между двумя армиями.
– Это мне известно.
– Милорд, войско в Кенилворте хуже обучено, чем армия Монфора-старшего. Там не ждут нападения. Монфор-младший уверен, что ему ничто не угрожает. По сигналу отца он должен напасть на вас с тыла. Ночью в замке почти не выставляют дозор. Лошади и арсеналы почти без присмотра. Было бы совсем нетрудно подобраться к ним в темноте и перебить всех до последнего человека.
Эдуард оглянулся на своих соратников.
– В его словах есть резон. Но можно ли ему верить?
– Милорд, я явился сюда, рискуя жизнью. Если вы мне не верите, оставьте мой совет без внимания. А еще – лучше поместите меня под стражу и убедитесь, правду ли я говорю.
Эдуард хотел было наградить этого человека и отпустить его, но вновь укорил себя за поспешность.
– Так и сделаем, – объявил он. – Ты остаешься в лагере. И если твои слова правдивы, ты получишь щедрую награду.
* * *
Стояла темная ночь. В замке Кенилворт все спали, лишь кое-где на стенах горели факелы. Эдуард с небольшим отрядом отборных воинов бесшумно подобрался к самым укреплениям. Чуть поодаль расположились основные силы его армии, готовые к штурму.
«Марго» не солгал. Враг был застигнут врасплох. Понадобилось не более получаса, чтобы сломить сопротивление немногочисленных постов, а остальные солдаты армии Монфора-младшего даже не успели взяться за оружие.
Многие были перебиты прямо в постелях, кое-кому удалось убежать, в том числе, к немалому огорчению Эдуарда, и самому Симону.
Проклиная все на свете, Монфор-младший с горсткой людей прорвался к конюшням и был таков.
Эдуард торжествовал победу, которая была почти столь же сокрушительной, как победы Монфора при Льюисе. Теперь вместо двух вражеских армий перед принцем стояла только одна.
Эдуард вызвал к себе «Марго» и предложил ему любую награду. Тот просто ответил, что хотел бы служить под знаменами лорда Эдуарда, а больше ему ничего не нужно.
Эдуард крепко пожал своему спасителю руку:
– Отныне я твой друг, и останусь таковым, пока жив.
Теперь медлить было нельзя. Эдуард должен был напасть на Монфора-старшего, пока тот не узнал о разгроме союзной армии.
Залог успеха – внезапность.
– Вперед, на Ивсхэм! – объявил Эдуард.
* * *
Тем временем Симон де Монфор, ставка которого находилась в замке Ивсхэм, не сомневался в скорой победе. По его расчетам, сын должен был уже зайти в тыл Эдуарду. Симон-младший – хороший полководец. Он сумеет выбрать правильный момент для атаки.
Последние недели выдались тревожными. С того самого дня, когда Монфор узнал о бегстве Эдуарда, он лишился сна и покоя. Короля Монфор не боялся, зная, что этот заядлый семьянин ему не опасен. Генриха в жизни интересовало только одно – как угодить королеве. Любовь к жене настолько ослепила его, что он забыл о благе страны. Быть хорошим семьянином похвально, думал Монфор, но всему есть пределы.
Страной должен править король при участии парламента. Наконец-то Монфору удалось осуществить свою давнюю мечту. В парламенте, представлявшем все города и графства страны, заседали государственные мужи. Можно ли придумать более совершенную форму правления. Монфор гордился своим изобретением. Все шло хорошо до того дня, пока болваны-охранники не позволили Эдуарду сбежать.
С башни затрубил рог – на замок Ивсхэм двигалось какое-то войско. Монфор поднялся на башню, взяв с собой своего цирюльника Николаса. Дело в том, что цирюльник отличался необычайной дальнозоркостью и прекрасно разбирался в гербах и штандартах.
– Что ты видишь, Николас?
– Я вижу знамя Монфора, милорд. Оно реет над передовым отрядом.
– Хвала Господу! Это мой сын! Я знал, что он вот-вот появится.
Граф ликовал. Одно из двух: или сын сумел обойти армию Эдуарда, или, еще лучше, разгромил ее в одиночку. Так или иначе, мятежу Эдуарда конец. Мир и справедливость вновь восторжествовали.
Соратники графа могут успокоиться. Войны не будет, ибо объединенная армия Монфоров настолько сильна, что у Эдуарда не остается ни одного шанса.
Тут к Монфору бросился побелевший Николас и дрожащим голосом воскликнул:
– Милорд, я вижу и другие штандарты! Там не только знамена Монфора!
– А какие еще? Говори быстрей!
– Милорд, я вижу трех львов Эдуарда, а также герб Роджера Мортимера.
– Спаси нас, Боже! – вскричал Монфор. – Нас обманули! Что это значит? Откуда у них штандарт моего сына?
Но времени предаваться догадкам не было. Враг и так уже подобрался слишком близко.
Монфор был незаурядным полководцем, но в этой ситуации он мало что мог сделать. Наскоро протрубили сбор, собрали воинов, но многие из них по-прежнему считали, что приближается союзная армия.
Монфор прекрасно понимал, в каком невыгодном положении оказывается войско, не успевшее подготовиться к битве.
Меня обманули, думал он. Что с моим сыном? Эдуард слишком быстро стал мужчиной, а я все еще считал его безрассудным мальчишкой.
Что ж, на всякое коварство найдется коварство еще более хитрое. Надо воспользоваться тем, что в замке находится король. Пусть Генриха выставят перед армией – интересно, осмелится ли сынок напасть на собственного отца.
Кое-как выстроив войска, Симон поднял штандарт на холме.
– Клянусь десницей святого Иакова! – воскликнул он. – Эдуард многому научился. Смотрите, как искусно он наступает. Теперь он уже не совершит такой глупости, как при Льюисе. Воюя со мной, Эдуард стал настоящим полководцем.
Был третий час пополудни, жаркое августовское солнце нещадно палило. Обе армии сошлись в схватке.
* * *
«Какой позор! Выставить законного короля, вопреки его воле, посреди поля сражения! И это сделал Монфор, близкий родственник, муж сестры! Неужто мне суждено погибнуть от руки собственного сына», – думал Генрих.
Он вспомнил свою обожаемую Элеанору, томившуюся по ту сторону пролива. Вспомнил и своего любимого сына. Как будет горевать Эдуард, узнав, что его солдаты по ошибке убили собственного короля!
Будь ты проклят, Монфор! Как я мог допустить, чтоб ты вкрался ко мне в доверие?
Однако, несмотря на смятение чувств, Генрих с гордостью взирал на действия сына. Эдуард очень ловко использовал фактор неожиданности. Тем самым еще до начала сражения он обеспечил себе победу. Жаль только, мальчика ждет страшный удар, когда среди мертвых тел он обнаружит собственного отца…
Накал боя возрастал, воины Эдуарда теснили врага со всех сторон. Удар копья ранил Генриха в спину. Король обернулся и увидел налитые кровью глаза солдата, размахнувшегося, чтобы нанести новый удар.
– Стой! – крикнул король. – Я Генрих Винчестерский. Меня поставил сюда изменник Монфор! Если ты меня тронешь, будешь отвечать перед лордом Эдуардом!
Солдат заколебался. Было мгновение, когда казалось, что он пренебрежет предостережением и все же расправится с Генрихом. Но, к счастью, неподалеку оказался один из баронов, Роджер из Лейберна.
Он схватил короля за руку и вывел в безопасное место.
В глазах Генриха стояли слезы.
– Сын мой, – шептал Генрих. – Как я тобой горжусь!
* * *
Битва закончилась, когда уже стемнело. Войско Эдуарда одержало сокрушительную победу. Бой закончился кровавой резней. Погибли и Симон де Монфор, и его сын Генрих. Победители не ведали пощады. Сто шестьдесят рыцарей из армии Монфора и бессчетное число простых солдат сложили голову в этот день. Но роялистам и этого было мало. Они разыскали среди трупов тела Монфора и его сына, содрали с них доспехи и, со свистом и улюлюканьем, изрубили убитых на мелкие куски. Так закончил свой земной путь великий граф Симон де Монфор.
* * *
Симон де Монфор-младший, которому удалось скрыться из Кенилворта, собрал остатки своей рассеянной армии и двинулся по направлению к Ивсхэму.
Неподалеку от замка он увидел вдали какую-то беснующуюся толпу. Громко горланя, солдаты размахивали каким-то предметом, водруженным на пику.
Приглядевшись, Симон понял, что это голова его отца. Это страшное зрелище он не забыл до конца своих дней.
– Лучше б я умер! – воскликнул Симон, развернул коня и вместе со своими немногочисленными воинами вернулся в Кенилворт.
Он горько плакал по убитому отцу, а со временем в его сердце разгорелся огонь лютой ненависти. Симон поклялся отомстить мерзавцам, посмевшим надругаться над телом великого человека.
А армия победителей тем временем двигалась вперед, неся вместо знамени свой устрашающий трофей.
Граф Мортимер преподнес голову убитого Монфора своей супруге, ревностной стороннице королевской партии.
Графиня как раз молилась у себя в часовне. Увидев, сколь драгоценный дар привез ей супруг, она возликовала и вознесла хвалебную молитву Господу.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Королева из Прованса - Холт Виктория


Комментарии к роману "Королева из Прованса - Холт Виктория" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100