Читать онлайн Дорога на райский остров, автора - Холт Виктория, Раздел - ПОЖАР НА КАРИБЕ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дорога на райский остров - Холт Виктория бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.44 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дорога на райский остров - Холт Виктория - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дорога на райский остров - Холт Виктория - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Холт Виктория

Дорога на райский остров

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ПОЖАР НА КАРИБЕ



Все решили, что мы ночевали на плантации Магды. Туман оказался для этого хорошим поводом. Сначала в отеле заволновались, но потом успокоились, и я облегчением обнаружила, что на этот счет не было никаких ненужных пересудов. Может быть, немного больше хихикали исподтишка, но я старалась не обращать на это внимания. Фелисити, казалось, стало немного лучше. Мы вместе позавтракали. Я рассказала о плантации Магды, и Фелисити проявила некоторый интерес, что с ней бывало редко. По-моему, ока уже выходила из состояния безучастности, а это было уже шагом к выздоровлению.
Я любила смотреть, как из Сиднея приходит корабль, и сидя на террасе и ожидания его прибытия. Это всегда сопровождалось суетой и волнением, хотя и было делом обычным. На берегу шуму было больше, чем обычно, и наблюдалось большое скопление тележек с волами и людей, приехавших с товарами на продажу.
Эта сцена уже становилась для меня привычной. Я стала по-настоящему ощущать себя частью острова. Воспоминания о прошедшей ночи, когда я лежала в каноэ вместе с Милтоном были мне дороги, ибо Милтон доказал мне, что по-настоящему меня любит. Ведь он мог бы преодолеть мою щепетильность, однако не стал этого делать.
Затем я стала думать о Реймонде о Магнусе Перренсене. Последний вызывал во мне очень странные чувства. Он казался каким-то отстраненным, даже в его речи было что-то архаичное. Если бы он объявил мне, что он и есть тот самый Магнус, возродившийся к жизни, по-моему, я бы ему поверила.
Корабль бросил якорь. На берег сходили люди Я лениво наблюдала за ними, витая мыслями где-то далеко Вдруг я вздрогнула. Не может быть. Наверное, я сплю Мне это наверняка показалось. Но это было наяву! С одной из маленьких лодочек, перевозивших пассажиров на берег сходил Реймонд… Я смотрела во все глаза. У людей бывают двойники, и я могла ошибиться, особенно, с такого расстояния.
Я вышла из отеля и побежала по направлению к берегу, ожидая, что эта фигура окажется совсем другим человеком.
Но чем ближе я подходила, тем более убеждалась, что не ошиблась.
— Реймонд! — закричала я.
Он поставил на землю сумку, которую держал в руках, и устремил взгляд прямо на меня.
Я подбежала к нему, и он подхватил меня в свои объятия:
— Эннэлис!
— Реймонд! О Реймонд! Это и в самом деле ты!
— Я приехал повидаться с тобой… и Фелисити, — сказал он.
— Ох, Реймонд, какой сюрприз! Но почему ты не сообщил? Мы не ожидали… Вот уже действительно сюрприз.
— Я решил приехать сюда после твоего отъезда, сказал Реймонд. — Надо было просто кое-что устроить. Видишь ли, это была деловая поездка. Мне надо было встретиться кое с кем в Сиднее.
— Но почему ты не сообщил?
— Письма идут так долго. Но, вообще-то, я написал.
— Куда?
— В Австралию.
— Мы уже давно оттуда уехали. Стало быть, ты не знаешь, что произошло. Ты получил мои письма?
— Я получил одно, оно пришло как раз перед моим отъездом. Что-то было неладно. Фелисити была несчастлива. Их брак оказался неудачным. Это ты мне сообщила. Я отправился туда… в это имение. Оно было выставлено на продажу. Я услышал, что вы с Фелисити уехали в Сидней, а в Сиднее узнал, что вы отправились на Карибу.
— Ох, Реймонд, мне так много, надо тебе рассказать. Ты остановишься в этом отеле.
— А где Фелисити?
— Здесь. Она больна… очень больна.
— Больна? — в смятении переспросил Реймонд.
— По-моему, ей уже немного лучше. Реймонд, я должна тебе все рассказать до того, как ты с ней встретишься. Она не в себе. У нее было что-то вроде срыва. Все из-за того, что ей пришлось выстрадать в Австралии. Ты слышал о смерти ее мужа?
— Дорогая Эннэлис, в чем дело? Я так рад тебя видеть. Я так скучал по тебе.
— И ты с самого начала собирался поехать.
— Я не был в этом уверен. Все зависело от дел. Я не хотел сообщать тебе, что поеду следом, вдруг потом ничего бы не получилось.
— Где твой багаж?
— Его сгружают на берег.
— Я пойду закажу тебе номер в отеле, а ты пока занимайся багажом. И мне действительно надо поговорить с тобой до того, как ты увидишься с Фелисити.
— Что, все так плохо?
— Очень плохо. Но она поправляется. Я отправляюсь немедленно договариваться насчет номера. Скажи, чтобы твой багаж отнесли в отель. Мне надо поговорить с тобой.
— Звучит очень таинственно.
— Реймонд… это такой сюрприз. Я так рада, что ты здесь.
Реймонд взял мою руку и поцеловал. Затем я оставила его и пошла в отель. Роза предоставила Реймонду комнату, она возбужденно хихикала. Приехал мой друг и миссис Грэнвилл. Джентльмен. Розе это показалось очень интересным, и я видела, что она сгорает от нетерпения сообщить эту новость всем.
Когда Реймонд разместился в номере и доставили его багаж, я отвела его на террасу и заказал напитки.
А потом рассказала ему обо всем: о свадьбе, о характере Уильяма Грэнвилла, так быстро проявившемся, об ужасном испытании, через которое пришлось пройти Фелисити.
— Бедная девочка, — сказал Реймонд. — Как она, должно быть, страдала!
— Неудивительно, что она стала несколько… неуравновешенной.
— У нее такая нежная натура… ее всегда так бережно опекали — и, надо же, досталась такому скоту.
— К несчастью. Начнем с того, что ей не следовало вообще за него выходить.
— Полагаю, ей было интересно попутешествовать.
— Думаю, что дело не только в этом, — отозвалась я.
— Когда я могу увидеть ее?
— По-моему, тебе лучше зайти к ней в комнату. Реймонд поспешно поднялся и последовал за мной наверх.
Я попросила его подождать минутку снаружи и вошла в номер. Фелисити сидела у окна.
— Фелисити, — обратилась к ней я. — К тебе пришли.
Фелисити вздрогнула и вскочила. Не знаю, кого она ожидала увидеть. Призрак Уильяма Грэнвилла? Или миссис Мейкен? Наверняка кого-нибудь из прошлого. Я поспешно добавила:
— Это Реймонд Биллингтон.
— Реймонд! Не может быть!
Реймонд вошел в комнату. Фелисити с удивлением посмотрела на него, и отразившаяся на ее лице радость глубоко меня тронула.
— Реймонд! — вскричала она и бросилась к молодому человеку.
Он нежно обнял ее.
— Это не ты. Я сплю! — восклицала Фелисити.
— Это я, я, — ответил Реймонд. — Я приехал, чтобы позаботиться о тебе… о тебе и Эннэлис.
— О, Реймонд! — Фелисити плакала, я не видела ее слез уже долгое время. Она подняла руки и дотронулась до его лица, желая убедиться, что это действительно Реймонд.
Он крепко прижала девушку к себе и качал ее в объятиях:
— Теперь все хорошо, — говорил Реймонд. — Я здесь. Я приехал, чтобы забрать тебя домой.
Фелисити положила ему руку на грудь, по ее щекам катились слезы.
Я закрыла дверь и оставила их вдвоем.
А потом поднялась в свою комнату, размышляя: «Она любит его, и он тоже любит ее. Ох, как же мы все запутали! И что теперь будет?»


Я не удивилась, увидев Милтона. Он прослышал о Приезде Реймонда и, не теряя времени, приехал в отель.
Я сидела на террасе с Реймондом и Фелисити, когда увидела, как подъехал Милтон. Он поднялся по ступенькам, и я встала, чтобы встретить его.
Я сообщила:
— Приехал Реймонд Биллингтон.
Вид у Милтона был весьма мрачный.
— Идем, познакомишься с ним, — пригласила я. — Реймонд — это Милтон Хемминг. Я тебе о нем рассказывала. Он так помог нам.
Реймонд протянул руку. Я наблюдала за тем, как Милтон оценивал его. По выражению его лица нельзя было понять, какое мнение он составил.
— Мы сидели здесь и наблюдали за гаванью, — сообщила я.
— Вы выглядите гораздо лучше, Фелисити, — заметил Милтон.
— О, мне действительно лучше, — отозвалась Фелисити.
Милтон уселся рядом с нами.
— Это ведь сюрприз, не так ли? — Милтон обернулся ко мне. — Или вы знали?
— Большой сюрприз, — ответила я.
— Письма идут так долго, — пояснил Реймонд. — И это затрудняет сообщение. Я приехал в Сидней и навел справки. Я затем сел на первый же корабль.
— Вы надолго сюда?
— Нет. Долго я здесь быть не могу. Скоро придется возвращаться. Корабль ведь, кажется ходит раз в неделю.
— Вы хотите сказать, что на следующей неделе уедете?
Реймонд улыбнулся мне.
— Я посмотрю. Ведь я только что приехал. И у нас еще не было времени поговорить. Я был потрясен, узнав, что Фелисити была так тяжело больна.
Фелисити опустила глаза и слегка покраснела.
— Вы должны приехать на плантацию и отобедать со мной, — пригласил Милтон.
— Надеюсь, вы пообедаете сегодня с нами в отеле, — предложила я Милтону.
— Благодарю вас. А теперь я должен идти. Я приеду в семь.
Я отправилась проводить Милтона до конюшни, куда он поставил лошадь, оставив Реймонда с Фелисити.
Милтон спросил:
— Ты собираешься возвращаться вместе с ним?
— Не знаю. Все так неожиданно. Я просто остолбенела, увидев, как он выходит из лодки.
— Значит, ты понятия не имела, что он приедет?
— Ни малейшего.
— Он должен увезти отсюда Фелисити. С его приездом ей стало гораздо лучше. Она кажется совсем другим человеком.
— Да, — согласилась я.
— Благодаря ему, да?
— Наверное.
— Пусть уезжают. А ты оставайся.
— Я не знаю, Милтон. Не могу придумать, что мне делать.
— Я придумаю за тебя.
— Нет. Я должна сама все решать.
Милтон бросил на меня скорбный взгляд:
— Я все спрашиваю, есть ли у меня хоть какая-то надежда — если в соперниках ходят святой и призрак.
— Не думаю, что кто-то из них может тягаться с тобой.
Милтон вдруг повернулся ко мне и прижал меня к себе. Как бы мне хотелось иметь волшебную палочку — махнуть ею и устранить все препятствия на моем пути.
— Увидимся вечером за обедом, — сказала я.
— Я приду и, возможно, сумею поближе познакомиться с этим образцом совершенства, с этим святым, да и насчет призрака тоже кое-что разузнаю. Он странный тип. А потом я приду и потребую то, что мне принадлежит — тебя. Видишь ли, ты останешься здесь. И выйдешь за меня замуж.
Я улыбнулась ему и подумала про себя: «Именно этого я и хочу».


В воздухе витало напряжение. Оно возникло из-за приезда Реймонд. Первые минуту эйфории у Фелисити уже миновали, и теперь она остро ощущала то, какие чувства испытывает ко мне Реймонда. Были моменты, когда я чувствовала, что она меня ненавидит. Фелисити глубоко любила Реймонда. Я это ясно видела. И эту любовь ей никогда не пережить, ибо Реймонд был героем ее детства, за которого она мечтала выйти замуж. Ведь она намекнула, что их семьи считали их брак решенным делом. А потом появилась я. Неудивительно, что Фелисити испытывала ко мне отнюдь не добрые чувства.
Я хотела сообщить Реймонду, что не смогу выйти за него замуж. Я хотела, чтобы он увез Фелисити домой и оставил меня здесь. Однако у меня не было возможности поговорить с Реймондом, поскольку Фелисити постоянно была с нами.
Я хотела сказать Реймонду, что не смогу поехать домой. Возможно, я и не найду своего брата. Может быть, в подсознании я уже примирилась с тем, что он навеки потерян, и предположение о том, что он утонул, было верным. Мне ведь так и не удалось ничего о нем узнать. Зато я узнала кое-что о себе, а именно: что в себе я уверена не была. Ясно было только, что я любила Милтона. Хемминга совсем не так, как Реймонда, и, уехав с Реймондом, я не буду знать ни минуты настоящего счастья, ибо мое сердце останется на Карибе. Только, если я останусь здесь, я смогу погрузиться в состояние блаженного забытья и жить лишь сегодняшним днем.
Я хотела объяснить все это, однако надо было дождаться подходящего случая.
Накануне Милтон обедал с нами в отеле, как мы и договорились. Обед был не очень приятным. Милтон был настроен агрессивно, все время толковал о плантации и об острове и держал нить беседы в своих руках. Реймонд, разумеется, уступил, как и следовало ожидать.
Я была рада, когда обед закончился и Милтон уехал. — Очень интересный человек, — заметил Реймонд. Я полагаю, Милтон отозвался бы о Реймонде не столь любезно, но это как раз и свидетельствовало о разнице в их характерах.
Я не могла заснуть. Еще раз принялась искать карту. Перерыла все мои вещи, но ничего не нашла. Мне пришла в голову мысль, что кто-то украл карту. Но зачем? Кому она нужна? Какая от нее польза?
Все это было очень странно. Разыскивая карту, я наткнулась на пилюли Фелисити. Она уже некоторое время в них не нуждалась, и я почти позабыла об этих таблетках. Фелисити поправилась. Однако я оставила себе несколько штук на случай, если они понадобятся Фелисити. Во флаконе было десять штук. И я надеялась, что они больше не потребуются.


Во второй половине дня, когда Фелисити отдыхала, мне все же удалось поговорить с Реймондом. Мы сидели во дворе под большим тентом. Солнце палило немилосердно. Отчаянно стрекотали цикады, и время от времени раздавался крик птицы клинг-клинг. Реймонд спросил:
— Стало быть, тебе почти ничего не удалось узнать об исчезновении брата?
Я тяжело вздохнула.
— Некоторые люди помнят его. Он приезжал сюда и останавливался здесь. Потом уехал. Вот и все, что удалось выяснить.
— Проделать такой долгий путь ради такого мизерного результата. Ты так и не приблизилась к тому, чего искала. Я покачала головой.
— Ты изменилась. И Фелисити тоже, раз уж на то пошло. Как ты думаешь, она когда-нибудь станет прежней?
— Думаю, что это возможно при определенных обстоятельствах.
— Ты хочешь сказать, если она вернется домой.
— Я хочу сказать, если у нее будет человек, которому она будет небезразлична… человек, любящий и нежный… способный показать ей, что брак — это не то, что ей пришлось пережить с тем человеком.
— Я так рад, что ты рядом с ней. Фелисити сказала, что не знает, как бы все пережила без тебя.
— Это было ужасно для нас обеих. — Да. И тебя это тоже изменило. Ты тоже стремишься вернуться домой?
Я колебалась.
— Нет, — заключил Реймонд, — ты этого не хочешь. В каком-то смысле здешняя жизнь тебя завораживает. По-моему, я могу это понять.
— Реймонд, ты самый понимающий человек на свете.
— А ты думала о нас?
— Очень много.
— И ты по-прежнему не уверена? Я снова промолчала.
Реймонд продолжал:
— По-моему, я понимаю. Этот человек влюблен в тебя, не так ли?
— Ну, да… он так утверждает.
— А ты?
И я ответила:
— Не знаю. Ты так добр ко мне. Я так рада, что мы познакомились с тобой, ты так поддерживал нас, когда мы были в отчаянии из-за Филипа. И потом… ты все для меня устроил… чтобы я могла поступить так, как хочу. Никто не мог быть добрее.
— Понимаю.
— Ты действительно понимаешь, Реймонд?
Он кивнул:
— Давай пока оставим это, хорошо? Подождем немного. Мой приезд был таким неожиданным. Жаль, что я не предупредил тебя, что еду.
— Жизнь так странно складывается. Я так волновалась за Фелисити. Твой приезд совершенно изменил ее.
— Я ведь знаю ее с детства.
— Она мне рассказала. Фелисити сейчас почти прежняя. Это чудо… такое преображение.
— Она поправится. Я позабочусь об этом.
— Когда ты возвращаешься?
— Очень скоро.
Я рассказала Реймонду о встрече с Магнусом Перренсеном.
— Помнишь человека, о котором шла речь в дневнике? Так это его правнук.
— Какое невероятное совпадение.
— Если подумать, то не так уж все необыкновенно. Их семье была известна история Энн Элис. Тот, первый Магнус, приехал сюда на поиски острова, затем обосновался в Австралии и занялся золотым промыслом, причем, по-видимому, очень успешно. А потом они приобрели этот остров. Он был ближайшим к тому, который они искали. Так что, видишь, все вполне логично, — если подходить с этой точки зрения.
— Странно, что ты с ним встретилась.
— Да, это, конечно, было случайностью. Но можешь ребе представить, как я была озадачена всем этим… и до сих пор не могу прийти в себя.
— Ты с тех пор с ним больше не встречалась?
— Прошло слишком мало времени. Он сказал, что пригласит меня еще раз или сам приедет сюда. Думаю, что приедет.
— Понятно. Эннэлис, давай подождем пару дней. Возможно, к тому времени, когда придет корабль, ты уже разберешься в собственных чувствах.
— Через неделю?
— Возможно, я смогу подождать еще неделю. Но, видимо, это уже будет предел. У меня есть дела в Сиднее. Предполагалось, что в этом и состоит цель моей поездки.
— Предполагалось?
— Ну, я, естественно, хотел посмотреть, как вы тут. Получив письмо, я сильно забеспокоился о Фелисити. Мне с самого начала казалось, что она не очень уверена в этом своем замужестве.
— Да. Она решилась на него слишком поспешно.
— Не понимаю, что на нее нашло.
— На самом деле она любила другого человека, — сообщила я.
Реймонд нахмурился и не ответил. Возможно ли, чтобы он, так хорошо понимавший других, совершенно не разбирался в том, что касалось его самого?
Последовало довольно долгое молчание. Затем Реймонд произнес:
— Ладно, все, что нам остается, — это подождать. Через несколько дней… возможно…
Я не нашлась, что ответить.
— Ну и шум поднимают эти цикады! — почему-то сказала я.
Теперь я задумалась над чувствами Реймонда. Окунувшись в атмосферу пылких чувств Милтона, я теперь находила Реймонда холодным и практичным. Его поцелуй был быстрым и ласковым. Реймонд знал, что Милтон влюблен в меня, и понимал, что он был не тем человеком, чтобы позволять себе особенно сдерживаться. А что он понял о моих чувствах по отношению к Милтону? Насколько они были очевидны? И что бы значило для Реймонда мое мнение выйти за Милтона и остаться на Карибе? Его спокойствие, безмятежность, в которой я черпала такое утешение, могли означать, что чувства Реймонда не столь глубоки, как у других людей — у Милтона, например. Я не знала.
Как странно, что я не была уверена даже в Реймонде. Иногда мне начинало казаться, уж не приснился ли мне тот визит на Львиный остров. Больше я ничего не слышала о Магнусе Перренсене. Я думала, что он приедет на Карибу. Прошло всего несколько дней, но мне казалось, что больше.
После того, как Джон Эвертон привез меня назад на Карибу, я его больше не видела. Мне было интересно, уехал он или нет. Но я считала, что после того, как мы познакомились, он наверняка зашел бы попрощаться.
И тут на следующее утро я его увидела. Эвертон сидел на террасе и беседовал с Марией, горничной. Мария готова была болтать с кем попало, лишь бы подвернулся случай. Она была еще болтливее, чем остальные служащие.
Итак, Джон Эвертон не уехал.
Я поразмыслила, не стоит ли попросить его отвезти меня на Львиный остров. Однако ехать туда без приглашения я не могла. Я с нетерпением ждала этого случая.
Милтон в тот вечер не пришел обедать в отель и не пригласил нас на плантацию. Я решила, что это из-за Реймонда.
Мне не хватало Милтона. Я не могла найти себе места. Скоро мне придется принимать решение. До этого я купалась в приятной эйфории и не хотела смотреть в лицо фактам. Просто хотела продолжать наслаждаться своими отношениями с Милтоном и откладывала решение на потом.
Теперь мне надо было выбирать. Уезжать мне с Реймондом и Фелисити или оставаться с Милтоном?
Я знала, чего мне хочется. Мои чувства к Реймонду изменились — из-за Фелисити. Если бы я не вошла в их жизнь, ничего этого не произошло бы. Может быть, если бы не я, Реймонд женился бы на Фелисити, и она была бы счастлива. А он? Я уже убедила себя, что его чувства не так глубоки, как у некоторых людей, именно поэтому он мог столь безмятежно взирать на мир.
Скоро должно было зайти солнце и окрасить все вокруг ярко-алым светом. Море станет бледно-розовым, а небо — кроваво-красным. Я никак не могла привыкнуть к этому закату и вечно ждала минуты, когда огромный красный шар упадет за горизонт. Это было потрясающее зрелище, которое каждый раз происходило по-разному.
Я не находила себе места и решила прогуляться по берегу.
Прогуливаясь и восхищаясь небом и морем, я заметила в глубине острова дым.
Дым спиралью поднимался вверх. Затем я увидела огромный язык пламени. Мое сердце тревожно забилось, ибо дым шел с той стороны, где находилась плантация.
Там пожар!
Меня охватил нестерпимый ужас. Там Милтон. Я не могла думать ни о чем другом, только о том, чтобы найти его. Я должна была убедиться, что он цел и невредим.
Я помчалась в конюшню, вскочила в своем нарядном платье на лошадь и без седла поскакала на плантацию.
Я оказалась права. Плантация была в огне. Я слышала крики мужчин. Такого зрелища мне никогда не приходилось видеть. Это было похоже на гигантскую башню из огня, по стеблям тростника взвивались языки пламени. Мужчины стояли по краям с ведрами воды, из горящей массы выскакивали крысы и мангусты. Я попыталась прорваться к дому.
— Держитесь подальше! — крикнул один из мужчин.
— Мистер Хемминг! — закричала я. — Где он? Мне надо отыскать его! Где он?..
И тут я увидела Милтона. Он шел ко мне. Я бросилась к нему, а он подхватил меня в свои объятия и крепко прижал к себе.
Я с облегчением воскликнула:
— Ты жив! Слава Богу. Я подумала… я была в ужасе. Я бы не перенесла, если бы…
— А это так важно? — спросил Милтон.
— Ты же сам знаешь.
Милтон крепко прижал меня к себе:
— Знаешь, а ведь ты только что подписала себе приговор. Ты себя выдала.
Он торжествующе смеялся. Я изумленно смотрела на него.
— Твоя плантация горит… а ты стоишь тут…
— Это самые счастливые минуты в моей жизни. Посмотри на себя. Ты расстроена. Вся в слезах. В панике — и все это только из-за того, что ты боялась потерять меня. Пусть это послужит тебе уроком.
— Как ты можешь… сейчас… в такое время…
— На самом деле это очень забавно. Замечательная шутка. Лучшая из всех, какие мне доводилось слышать.
— Ты сошел с ума.
— От радости. Моя любовь меня любит. Посмотри-ка. Она бросает все даже самого святого — и мчится ко мне, ибо считает, что в опасности. Идем в дом. Я хочу сказать тебе кое-что.
— Но ведь твоя плантация сгорит дотла.
— Я хочу сказать тебе, как сильно люблю тебя.
— Я тебя не понимаю. Тебе что, все равно? Ведь ты все теряешь!
— Какое это имеет значение, если я обрел свою любовь — а я ее обрел. Тебе теперь не отвертеться. Ты выдала себя. Ты открыла свои чувства. Признайся же в этом..
— Милтон…
— Вот что я тебе скажу. Плантация вовсе не сгорит дотла. Завтра из-за огня будет легче срезать тростник. Мы зовем это полевым обжигом.
— Ты хочешь сказать, что поджег ее намеренно?
Милтон кивнул:
— Мы периодически делаем это. Когда приходит время, мы поджигаем зеленые стебли. Они обгорают, и на следующий день легче срезать тростник.
— Значит, все это запланировано.
— И планировать надо очень тщательно. Надо дождаться, когда ветер подует в нужном направлении. Все время следить, не давать пламени вырваться за пределы поля. Постоянно приходится нести вахту. Если пожар выйдет из-под контроля, последствия могут быть катастрофические. Огонь может даже уничтожить весь остров.
Я испытывала такое облегчение, что только рассмеялась.
— И ты примчалась сюда спасать меня — вот просто так. Ох, Эннэлис, любимая моя Эннэлис, это действительно самое счастливое мгновение в моей жизни.
— Ты это уже говорил.
— Что ж, это стоит повторить. День, когда она пришла ко мне… Ты бы видела, какой ужас был написан у тебя на лице — и все из-за меня.
Я прижалась к нему.
— Я так испугалась, — призналась я.
Милтон поцеловал меня:
— Зато теперь у тебя нет сомнений.
Я кивнула.
— И ты останешься со мной. И скажешь ему об этом.
— По-моему, он уже все знает.
— А теперь я принесу тебе что-нибудь выпить и отвезу назад в отель.
— Там будут волноваться, что со мной случилось. Я вернусь одна. Ты должен оставаться здесь и следить за тем, чтобы пожар не распространился.
— Здесь есть кому об этом позаботиться. И они знают, что надо делать. — Милтон выглянул в окно. — Почти все окончено. Обуглившиеся стебли завтра будет нетрудно срезать. Операция прошла успешно — успешно, как никогда. Поехали. Я отвезу тебя в экипаже. А лошадь пришлю завтра. Ты же не можешь ехать в таком виде, без седла. Как неприлично. И все из-за меня. Я так счастлив сегодня. Ну-ка, расскажи, как ты за меня испугалась.
— Ты же сам все знаешь.
— Я прочитал это на твоем лице. Но так было и в тот раз, помнишь, когда я нырял за жемчугом?
— Помню прекрасно.
— Тебе ведь не понравилось, что я отправился на дно морское?
— Я думала об акулах.
— Обещаю, что не стану больше нырять, когда мы поженимся.
Я погладила его по щеке.
— Ты очень сильный человек, — произнесла я.
— Положим, и ты не кроткая Гризельда. В конце концов, ты ведь влюбилась в меня, а я — в тебя. Вот просто так — бац и все, как говорится. И я не хочу менять в тебе не единой черточки, это святая истина.
— Я тоже, — отозвалась я.
— Вот, выпей. Тебе это пойдет на пользу. Ты, знаешь ли, очень взбудоражена.
— Да, я знаю.
— Так мчаться в темноте…
Я потягивала напиток, а Милтон сидел рядом и обнимал меня. Неожиданно я ощутила прилив счастья. В этот вечер все решилось.
Милтон отвез меня назад в экипаже. В отеле уже волновались, что со мной стряслось. Милтон объяснил, что они периодически обжигают тростник, чтобы было легче срезать его.
— Эннэлис так беспокоилась за меня. Она решила, что я нахожусь на горящей плантации, и примчалась туда… на лошади. По-моему, она собиралась спасти меня.
— Не знаю, что я собиралась делать, — призналась я. — Я думала, что там пожар.
— Вы останетесь с нами обедать? — спросил Реймонд.
— Нет, спасибо. Я должен возвращаться и присмотреть, чтобы все было в порядке. Вообще-то там все под контролем, но кто его знает. Могут быть разные фокусы.
— Понимаю.
— На твоем месте я бы лег пораньше, — обратился ко мне Милтон. — Выпей перед сном немного кокосового молока. Оно очень успокаивает. Я велю Марии принести тебе в комнату.
Милтон уже позволял себе собственнический тон. Интересно, заметили ли это остальные. Мне было все равно, заметили или нет. Я была-в каком-то экстазе. Завтра поговорю с Реймондом. Объясню ему все, и, уверена, он поймет.
Милтон уехал.
— Увидимся завтра вечером. Даю тебе день на то, чтобы все утрясти, были его прощальные слова.
Разумеется, он имел в виду разговор с Реймондом.
Я сама хотела поговорить с ним. И даже хотела сделать это тем же вечером. Однако в присутствии Фелисити это было непросто. Теперь, когда Реймонд приехал, она уже не уходила в свою комнату рано, как прежде. Она постоянно хотела быть рядом с ним.
Я была рада этому. Мне казалось, что в конце концов все разрешится очень спокойно. Реймонд вернется домой и заберет с собой Фелисити. И со временем — может быть, даже довольно скоро — они поженятся. Я видела, насколько они подходят друг другу. Реймонду нужен был кто-то, кто бы на него опирался, кто-то, о ком он мог заботиться, а Фелисити нуждалась в нем, ибо Реймонд был единственным человеком, способным стереть у нее воспоминания о несчастном замужестве.
По-моему, в ту ночь я была счастлива как никогда. За обедом я была рассеянна и рано ушла спать. Первое, что я увидела, открыв дверь, был стакан молока на моем столике.
Я улыбнулась. Милтон, стало быть, поговорил с Марией. Молока мне не хотелось, но таково было желание Милтон а, и поэтому я его выпью.
Я посмотрела на себя в зеркало, на корсете у меня было пятно от сажи. Никто ничего не сказал о нем. Волосы у меня тоже слегка растрепались. Зато глаза сияли. Вид у меня был несколько разобранный, но очень счастливый. Я разделась, думая о завтрашнем дне. Я должна поговорить с Реймондом, как только останусь с ним наедине. И я заставлю его понять, что все случившееся было неизбежно. Реймонд поймет, а Фелисити будет ждать, чтобы утешить его. Он ведь был так расстроен из-за нее, с такой готовностью хотел за ней ухаживать.
Да, все в конечном итоге складывалось очень благополучно.
Я разделась и расчесала волосы. Взглянув на стакан с молоком на столике, я вспомнила лицо Милтона, глаза, сиявшие на загорелом лице, его торжество и радость, когда я выдала свои истинные чувства.
Я взяла стакан и сделала глоток.
Иногда у кокосового молока бывал какой-то тошнотворный привкус. Я поставила стакан. Мне что-то не хотелось пить.
Некоторое время я сидела в постели, думая о пожаре и о той минуте, когда Милтон подошел ко мне.
Затем выпила еще молока. Мне показалось, что у него странный вкус. Я снова поставила стакан и при этом пролила молоко на стол. Я выбралась из постели, чтобы отыскать тряпку, и, вернувшись к столику, обнаружила в пролитом молоке какой-то осадок.
Прежде я его никогда не замечала.
Я вытерла стол. Меня одолевал сон. Я забралась в постель. Комната ускользала от меня. Я легла и почти тут же провалилась в глубокий сон.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Дорога на райский остров - Холт Виктория


Комментарии к роману "Дорога на райский остров - Холт Виктория" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100