Читать онлайн Мой дорогой герцог, автора - Холл Констанс, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мой дорогой герцог - Холл Констанс бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.45 (Голосов: 49)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мой дорогой герцог - Холл Констанс - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мой дорогой герцог - Холл Констанс - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Холл Констанс

Мой дорогой герцог

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Келси уставилась на турецкий ковер с цветочным узором, униженная, не в силах пошевелиться. К счастью, волосы упали ей на лицо и скрыли краску стыда.
Проститутка хрипло расхохоталась. Келси готова была провалиться сквозь землю.
– Это совсем не смешно, – сказал Салфорд. – Немедленно убирайся!
Келси взяла себя в руки, вскочила и, не оглядываясь, выбежала из комнаты.
В своей спальне Эдвард Джеймс Хантингтон, благородный восьмой герцог Салфорд, попытался оттолкнуть Саманту, но она обняла его.
– Да забудь ты об этой глупой девчонке, – сказала она, запуская руку ему под одежду. Ее пальцы сомкнулись, почувствовав его эрекцию. – Она просто любопытная. Нет ничего особенного в том, что юная мисс интересуется мужчинами. Впрочем, могу поспорить, не такая уж она наивная. Ее отец – постоянный клиент моих девочек, ну а ей захотелось самой посмотреть. – Саманта улыбнулась, обнажив крошечную щербинку между зубами.
– Я должен пойти за ней. Она и так считает меня дьяволом во плоти. – Эдвард скатился с кровати.
– Не все ли тебе равно, что подумает эта юная мисс?
– Уж не ревнуешь ли ты? – равнодушно спросил Эдвард, натягивая брюки.
– Мне просто не нравится, что я готова, а мой мужчина выскакивает из постели и бежит преследовать другую женщину. Ведь она совсем ребенок. – Саманта надула губки и отбросила шелковые светлые волосы, выставив напоказ свою роскошную грудь.
– Я скоро вернусь. – Эдвард надел рубашку и поцеловал женщину в ложбинку меж грудей.
– Ладно, иди, – недовольно сказала Саманта, сев на кровати. – Вряд ли эта малявка на что-нибудь способна. Она только взглянет на тебя и сразу упадет в обморок.
Он не отреагировал, продолжая застегивать рубашку.
– Мне знаком такой тип девушек, – продолжала она гнуть свою линию. – Если собираешься приударить за ней, ничего не получится.
– Ты ее не знаешь! – Эдвард вспомнил историю про вскрытие, которую рассказывала ему Келси. Пусть лицо у него изуродовано, Келси это не остановило бы. Она смогла бы посмотреть Циклопу в глаз и рассмеяться.
– О, я знаю. И вовсе не собираюсь тебя тут ждать. И не вернусь, если опять позовешь.
Эдвард посмотрел на нее так, что она сразу умолкла.
– Вернешься, моя сладкая. Я плачу тебе огромные деньги за то, чтобы ты являлась по первому же моему вызову.
Саманта негодующе хмыкнула, когда он взял свои туфли и направился к двери.
Келси бежала не останавливаясь, пока ее не пронзила острая боль. Она задыхалась, в висках стучало, к горлу подступила тошнота.
Отдышавшись, девушка убрала прилипшие ко лбу волосы, вытерла слезы тыльной стороной руки. Вдруг в ноздри ударил запах вспаханной земли. Только сейчас она заметила, что стоит посреди пшеничного поля. Залитые лунным светом шелковистые колосья слегка покачивались. За полем мелькнул знакомый домик с высокой соломенной крышей, широкой дымовой трубой и клумбами маргариток по обеим сторонам. Она провела здесь много времени, греясь у огня, свернувшись калачиком. Келси пробежала почти три мили до дома Гриффина.
Она прошла сквозь ряды пшеницы и направилась к входной двери. Макгрегоры наверняка уже спали. Она не хотела их будить. Она могла бы бросить камешек в окно Гриффина, но он спит мертвым сном и ничего не услышит. Поколебавшись минуту, она постучала в дверь.
Никто не ответил. Она еще раз постучала. Прошло несколько минут, прежде чем дверь открылась. На пороге стоял Элрой Макгрегор, отец Гриффина. Высокий, мускулистый мужчина. Его ночная рубашка высоко задралась, из-за чего он казался еще выше, ночной колпак съехал набок, и из-под него торчали густые рыжие волосы. Он поправил колпак и поднял лампу, чтобы разглядеть ее.
Недоумение и гнев уступили место удивлению и беспокойству, когда он узнал Келси.
– Черт побери, малышка Келси, что ты тут делаешь среди ночи в одной сорочке?
Только сейчас она вспомнила, что не одета. Элрой обнял ее и втолкнул в дом. Поставил лампу на каминную полку над очагом, оглядел небольшую комнату, служившую и столовой, и гостиной, затем схватил старое шерстяное одеяло с дивана и укутал ее, как маленькую.
– Ну вот, – сказал он дружелюбно. – Присядь, детка.
Она села поближе к огню и уставилась на языки пламени, боясь встретиться с ним взглядом. Элрой Макгрегор был ей как второй отец. Она любила его с самого детства. И все равно не смогла бы ему объяснить, почему оказалась на его пороге посреди ночи, босая, в одной сорочке, и при этом не умерла от стыда и унижения. Но объяснить все-таки необходимо.
– Мне так жаль, что я вас разбудила…
– Не глупи! А к кому бы ты пошла, если не к нам? Ты, можно сказать, член нашей семьи. – Он поднялся. – Пойду разбужу жену, пусть вскипятит чайник.
– О нет, не надо, – взмолилась Келси едва слышно. – Пожалуйста, не будите Эдит. – Ведь если она встанет, то поднимет на ноги всех остальных. Келси не хотелось увидеть сейчас всех семерых младших братьев и сестер Гриффина. – Не надо никого беспокоить, но…
– Я знаю, кто тебе нужен. – В глазах Элроя блеснул огонек понимания. – Ты наверняка хочешь поговорить с моим сыном, вы дружите с самого детства. Но если я сам могу что-то для тебя сделать, только скажи. – Он сжал ее руку.
– Я знаю, спасибо.
Ком подступил к горлу Келси.
От ее жалкого вида мистеру Мак-Грегору стало не по себе, и он произнес деловым тоном:
– Ну что же, тогда я пойду вытрясу Гриффина из кровати. Но тебе придется вылить на него ведро воды, чтобы разбудить окончательно, ты же знаешь, как он спит, стоит ему только коснуться подушки.
Келси кивнула, прислушиваясь к тяжелым шагам мистера Мак-Грегора, поднимавшегося по лестнице в комнату, где спали Гриффин, его братья и сестры. Затем огляделась. Длинный обеденный стол со стульями стоял рядом с камином. Темные пятна от воска говорили о том, что столу уже много лет и за ним едят впопыхах. Напротив каждого стула были выбиты инициалы, указывающие на места, которые по праву занимал каждый из детей. Она улыбнулась, увидев четкие Г. М. как раз напротив стула, стоящего справа от места, где сидел Элрой Мак-Грегор. Почетное место для старшего сына, Гриффина.
Она посмотрела на другую часть комнаты, служившую гостиной. Круглый тряпичный ковер покрывал пол из толстых досок, на нем стояли два стула с жесткими спинками и кресло-качалка напротив дивана, накрытого поношенной камкой. Это кресло мать Гриффина не разрешала никому трогать. Оно было предназначено для гостей. Даже Келси не пользовалась привилегией сидеть на нем, чему была рада, поскольку это делало ее частью семьи. Рядом с креслом-качалкой стоял самодельный столик. На нем – коробочка со швейными принадлежностями, которые поблескивали в свете огня. Небольшая вышитая крестом лента с именами детей и днями их рождения висела над креслом. Остальные стены были украшены подарками Келси, которые она делала детям, и портретом Гриффина. Келси нарисовала его, когда Гриффину исполнилось шестнадцать лет. Комната была простая, без всяких дорогих украшений, что делало ее теплой и уютной. Не то чтобы мать Гриффина не любила украшений, просто Мак-Грегоры, как и другие крестьяне, арендовавшие землю у Салфорда, платили огромную ренту. Это была одна из причин, почему Келси враждебно относилась к герцогу.
При мысли о Салфорде она вздрогнула. Поплотнее завернувшись в одеяло, девушка наслаждалась спокойствием и любовью, царившими в этом доме. Келси приходила сюда, спасаясь от всех своих горестей, будь то бесконечные ссоры родителей, смерть матери, злобное отношение Клариссы – мачеха всегда обижала ее, особенно когда отца не было рядом.
Еще Кларисса угрожала ей. Когда отец отлучался из дома, Кларисса приводила мужчин из деревни и занималась с ними любовью, а Келси боялась сказать об этом отцу. Впрочем, он и сам знал, но смотрел на все ее проделки сквозь пальцы.
После смерти Клариссы жизнь Келси превратилась в настоящий ад. Отец беспробудно пил, ходил по шлюхам. Об этом писали все лондонские газеты. А после того как жена герцога Салфорда покончила жизнь самоубийством, разразился настоящий скандал. Отец прятался дома, пытаясь утопить свое горе в роме, а Келси, которой тогда было всего двенадцать, заботилась о нем. За те месяцы она стала старше на несколько лет. Если бы не Гриффин, она, наверное, убежала бы из дома к цыганам, как собиралась в детстве. Ее мать тогда говорила в шутку: «Ладно, детка, только пусть они приведут тебя домой к обеду».
Наконец появился Элрой Мак-Грегор, а за ним и Гриффин. Он был еще выше отца и такой же мускулистый.
Элрой протянул Гриффину лампу и улыбнулся Келси:
– Вам это понадобится. А если ты уговоришь ее остаться, думаю, мать не будет возражать, если она поспит на диване.
Келси улыбнулась в ответ. Элрой вышел в дверь, которая вела в их с Эдит спальню.
Гриффин посмотрел на Келси, затем провел рукой по копне льняных волос, еще больше растрепав их. Келси засмеялась бы, если бы не чувствовала себя виноватой из-за того, что разбудила его.
– Прости, Гриффин, – произнесла она мягко, откинулась на диване и закрыла глаза.
– Не притворяйся, что сожалеешь, я ведь знаю, что это не так, – сказал он своим обычным поддразнивающим тоном.
Не в силах сдержать слезы, она закрыла лицо руками.
– О, Келл, ну прости, в чем дело? – Он сел рядом с ней и обнял.
– Это ужасно, просто ужасно. – Келси разрыдалась у него на плече. – Я никогда не плачу, правда? А сейчас твоя рубашка промокнет от моих слез. – Келси отодвинулась от него и вытерла слезы концом одеяла.
– Скажи наконец, что случилось? – Он скрестил руки за головой и вытянул свои длинные ноги.
Келси посмотрела на его голые ступни. Только сейчас она заметила, что он не застегнул и не заправил рубашку.
– Я только что из Стиллмора.
– Из Стиллмора? – Гриффин сел прямо, глядя на нее во все глаза.
– Да, я не смогла сказать тебе раньше, но папа согласился на реставрацию фресок там, в бальной зале.
– Ну а что ты там делаешь?
– Салфорд захотел, чтобы это делал не папа, а я.
– Ты? – Светлые брови Гриффина взлетели вверх.
– Не надо так удивляться, я пишу не хуже отца.
– Ты же знаешь, я не об этом подумал. Но мне кажется странным, что герцог попросил это делать тебя. После того как они с Клариссой хотели сбежать и после смерти Клариссы в результате несчастного случая, мне кажется, он не смог бы в глаза смотреть твоему отцу, и вообще… – Гриффин сжал челюсти. Он ненавидел Салфорда, об этом красноречиво говорило выражение его лица.
Из-за непомерной арендной платы за землю страдала вся его семья. Келси решила не рассказывать Гриффину о подозрительной трещине в стене и о том, что Салфорд, видимо, сам разрушил ее по какой-то непонятной причине. Она наматывала длинную прядь волос на палец и смотрела на языки пламени. Наступило молчание. Гриффин первым нарушил его:
– Ты чего-то недоговариваешь. Ты всегда наматываешь волосы на палец, когда пытаешься что-то скрыть.
Келси вздохнула и попыталась уклониться от прямого ответа.
– Да нет, правда, ничего особенного. Я, может, и не возражала бы отреставрировать эту стену, если бы отец хотя бы со мной посоветовался, прежде чем соглашаться. А потом… я просто не смогла отказаться, когда узнала, что герцог заплатит три тысячи фунтов…
Он присвистнул и отпустил ее руку.
– Три тысячи фунтов? Чертовски повезло.
– Я знаю и не позволю отцу растратить эти деньги, сохраню все до последнего цента. – Она улыбнулась. – Вот почему я согласилась. Но ты не поверишь, сколько правил я там должна соблюдать.
– Правил? – озадаченно спросил он. Она закатила глаза:
– Тысяча правил! Знаешь, он живет как отшельник после тех событий. Наверное, слухи о том, как он искалечен, – сущая правда. Он прячет свое лицо. Для того и придумал все эти правила, чтобы мы с ним случайно не встретились. Боится, что я упаду в обморок, увидев его, и вот… – Она осеклась и покраснела, подумав о том, что натворила.
– Ну и что ты сделала? Наверняка какую-нибудь глупость. Келл, ты не способна жить по правилам. – Улыбка тронула уголки его губ.
– Я совершила такую глупость, Гриффин, так унизилась, что мне даже рассказывать стыдно. При одной мысли об этом меня тошнит.
– Ну давай, рассказывай. Наверняка не так уж все плохо.
– Достаточно плохо. – Она помолчала и стала рассказывать. Закончила и вопросительно посмотрела на Гриффина.
Молчание затянулось. Он придвинулся к ней, лицо его исказила гримаса, и вдруг разразился хохотом.
Келси стукнула его по руке.
– А еще называешься лучшим другом, Мак-Грегор! Смеешься над моей бедой.
– Не смог удержаться, – сказал он, пытаясь успокоиться, – когда представил, как ты ввалилась в комнату. Это еще забавней, чем смотреть, как старая сумасшедшая Аджи из деревни выгуливает свинью на поводке.
Келси в ярости сдернула с себя одеяло и встала.
– Давай, давай, смейся надо мной, – произнесла она шепотом. – А я лучше уйду, пока ты не поднял на ноги весь дом. Не хватает только твоих братьев и сестер, чтобы тоже посмеялись надо мной.
Гриффин схватил ее за руку, снова усадил на диван и вытер ей слезы.
– О, Келл, с каких пор ты стала такой чувствительной? Ведь я шучу.
– Я должна вернуться. – Келси нахмурилась, подумав об этом. Лучше бы ей встретиться с самим дьяволом, чем с Салфордом.
– Ты не обязана возвращаться. – Он перестал смеяться и задумался.
– Я должна. Три тысячи фунтов – слишком большая сумма, чтобы упустить ее. Не знаю, правда, захочет ли он, чтобы я продолжала работу после того, что случилось.
– Тебе не нужны деньги, Келл, ты можешь остаться здесь.
– Я уверена, что твои родители с радостью примут еще один голодный рот. А где я буду спать, в коровнике? – Келси улыбнулась, несмотря на страх перед Салфордом. Все равно она должна будет вернуться. После того как Гриффин над ней посмеялся, она сможет встретиться с Салфордом. Сможет.
Он сжал ее руку, но не так, как обычно, и в его глазах Келси заметила странный блеск. Ей стало не по себе, и она попыталась высвободить руку, но Гриффин не выпустил ее.
– Ты могла бы спать со мной, Келл.
Келси раскрыла от изумления рот. Ничего подобного она от своего лучшего друга не ожидала.
– Можешь закрыть рот, Келл. Я не предлагаю тебе ничего плохого, – сказал он, краснея, и, поколебавшись с минуту, с трудом выдавил из себя: – Я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Келси посмотрела на него в недоумении, затем улыбнулась:
– Это очередная шутка, да?
Его голубые глаза померкли, на лице появилось выражение боли.
Келси перестала улыбаться.
– Ты что, серьезно?
– Серьезней не бывает.
Она хотела что-то сказать, но он жестом ее остановил.
– Позволь я объясню. Я всего лишь сын простолюдина, а ты благородной крови, но только по материнской линии, и никогда не придавала этому значения. Могут сказать, что я выскочка, но это не так – мы с тобой оба бедны как церковные мыши. Родители всегда надеялись, что мы поженимся. Я построю дом, и ты сможешь рисовать сколько твоей душе угодно. Мы будем счастливы, Келл, и тебе не надо будет возвращаться к Салфорду.
– Но мы ведь не так любим друг друга. – Келси вздохнула.
– Но мы сможем полюбить. – Гриффин подпер рукой подбородок. Он смотрел на нее с надеждой.
– Ты не знаешь, о чем говоришь. А как насчет Лоры? Ты говорил, что влюблен в нее, неделю назад. И Вероники, и Шерон?
– Все это несерьезно.
– Почему?
– Они для меня ничего не значат, и предложения им я не делал.
– Но ты собирался сделать предложение Веронике.
– Я много чего собирался сделать. – Улыбка осветила его лицо, и глаза сверкнули давно знакомым ей хищным огоньком.
Келси никак не отреагировала на его слова. Она выудила у него все детали год назад, когда все произошло. Вероника была дочерью священника, но отец, видимо, недостаточно строго следил за ней. Ее репутация была такой же, как у Клариссы.
– Хорошо, что священник нашел того моряка, а то бы он тебя к ней кандалами приковал.
– Не я был отцом ребенка.
– Верно. Но все равно ты женился бы на ней. Я хорошо тебя знаю.
– Я не настолько глуп, Келл.
– Нет? – Ее губы растянулись в улыбке. – Почему тогда ты решил, что влюблен в Лору, когда у нее умерла мать, а когда брат малыша Вероники умер, стал ухаживать за ней, а потом за Шерон, когда у нее умерла собака.
– Что ты такое говоришь?
Келси дотронулась до его руки, чувствуя, как он напрягся.
– Когда дело касается женщины, ты становишься необычайно чувствительным. Вот почему я не выйду за тебя. Ведь ты сделал мне предложение из жалости. Мы друзья, настоящие друзья, ими и останемся. Все равно мы никогда не полюбим друг друга, как мужчина и женщина, и добром это не кончится.
Гриффин внимательно смотрел на нее пару мгновений, затем в глазах его зажглась улыбка и он сказал, поддразнивая ее:
– Что, боишься потерять из-за меня покой? Келси тряхнула головой, откинув волосы на спину.
– Если бы это могло случиться, то это случилось бы уже давным-давно. И я не была бы твоим лучшим другом все эти годы. Потому что дружба и любовь несовместимы.
– Ну, настоящей-то любви между нами никогда и не было.
– Ты совершенно прав. Помнишь, как мы первый раз встретились? Я красила забор, ты бросил в меня яблоко, а я в тебя – кисточку и попала прямо в лицо. – Келси гордо взглянула на него.
Гриффин захихикал, легонько хлопнув ее по щеке.
– Зато я вылил на тебя ведро скипидара и победил.
– От меня потом воняло скипидаром несколько недель. Мама едва оттерла мне голову, я думала, выдерет все волосы. Никогда тебе этого не прощу!
– Но ты мне отомстила.
Келси вспомнила, какую взбучку она ему задала. Он тогда неважно выглядел.
– У меня даже кусок зуба отвалился. – Гриффин засмеялся и показал отколотый передний зуб.
Келси вдруг посерьезнела.
– Спасибо, Гриффин, ты меня развеселил. Сразу стало легче на душе. Что бы я без тебя делала? – Келси чмокнула его в щеку.
Гриффин покраснел, самодовольная улыбка заиграла на его лице.
Шум снаружи заставил ее отпрянуть от Гриффина.
Кто-то постучал в дверь.
– Кого, интересно, принесло в такой час? – Гриффин пошел открывать.
За его широкими плечами Келси не могла рассмотреть, кто пришел.
– Я заметил, что горит свет, – раздался мужской голос. – Вы не видели где-нибудь здесь юную мисс по имени Келси Уолларил?
Келси вздрогнула при упоминании своего имени.
– А почему вы спрашиваете? – Гриффин навис над пришедшим.
– Мой хозяин прочесывает все вокруг, чтобы найти ее.
– Так скажи ему, что она в безопасности и я сам приведу ее, как только она пожелает.
– Не могу, приятель. Давай-ка ее сюда, и я прослежу, чтобы она добралась в целости и сохранности.
– Не выйдет…
Гриффин схватился за край двери, его мускулы напряглись под рубашкой, и он набросился на мужчину. Девушка вскочила и подбежала к двери.
– Впусти его, Гриффин, я пойду с ним, – сказала Келси, плотнее закутавшись в одеяло, чтобы скрыть дрожь в руках.
Эдвард ждал на дорожке, которая вела к дому. Он сидел на своем вороном жеребце, Кинжале, постукивая рукояткой хлыста по ладони. Конь чувствовал его нетерпение и рыл землю, помахивая головой.
Эдвард похлопывал сильную шею животного, ощущая, как перекатываются под его пальцами мышцы. Поднялся ветер, луна скрылась за облаками, и все вокруг окутала тьма. Капля дождя упала ему на плечо, он повернулся и еще раз взглянул в сторону дома.
Он услышал голоса, принесенные ветром, дверь открылась, и луч света упал на порог. Грейсон, один из его конюхов, вышел первым, следом за ним какой-то мужчина. Кто бы это мог быть? После случившегося с ним несчастья он ни разу не приезжал к своим крестьянам, поручив это Мореллу, своему управляющему. Но он знал, что Мак-Грегор с семьей все еще живет в этом доме. Возможно, этот парень – один из сыновей Мак-Грегора. Эдвард решил при первой же встрече спросить об этом у управляющего.
Сын Мак-Грегора шагнул в сторону, и появилась Келси. При взгляде на нее у него перехватило дыхание. Тощая маленькая девчонка, которую он помнил, сильно изменилась. Огромные зеленые глаза, завораживающий взгляд, проникающий в самую душу. Да она стала настоящей красавицей.
Темные волнистые волосы рассыпались по спине. Ночная сорочка была лишь частично прикрыта одеялом, свисавшим с бедер. Луч света падал на ее стройные ножки.
Она повернулась к молодому Мак-Грегору, что-то сказала ему, и они рука об руку направились к лошади.
Эдвард рассматривал парня, пока тот помогал Келси взобраться на лошадь. Он был красив, прямо-таки белокурый Дионис.
Мак-Грегор дотронулся до подбородка Келси, игриво шлепнул ее – такое мог себе позволить только любовник. Эдвард ругнулся и ударил рукояткой хлыста по голенищу сапога, с трудом поборов желание соскочить с лошади и преподать этому наглецу урок, который он надолго запомнит.
Мак-Грегор, словно прочитав его мысли, вернулся к дому и закрыл дверь. Грейсон тронул свою лошадь с места, и Эдвард быстро надвинул капюшон на лицо. Сжимая поводья, он с нетерпением ждал конюха и девушку. Он видел, что Грейсон обнял Келси за талию, а край ее ночной сорочки касается его штанов. Эдвард дернул поводья. Кинжал тряхнул головой и фыркнул от неожиданного рывка. Когда Грейсон подъехал к нему, Эдвард спрыгнул на землю.
– Она поедет со мной.
Грейсон вздрогнул, услышав, каким тоном он это произнес.
– Да, конечно, ваша светлость. – Он кивнул и обратился к Келси: – Сейчас, мисс, я помогу вам пересесть.
– Я лучше поеду с тобой.
Эдвард потерял терпение и рванул поводья. Кинжал взвился на дыбы. Келси вскрикнула, когда герцог схватил ее и посадил впереди себя. Кинжал едва не задел копытами лошадь Грейсона. Кобыла шарахнулась в сторону.
– Езжай вперед, мы найдем дорогу, – сказал Эдвард конюху.
С жалостью взглянув на Келси, Грейсон пришпорил лошадь и, не оглядываясь, поскакал в направлении замка.
– Сумасшедший, – процедила Келси сквозь зубы, – вы его чуть не убили!
– Его жизнь не была в опасности, – сказал Эдвард, едва сдерживая ярость. – Но не ручаюсь за твою, если попытаешься сражаться со мной.
Келси хотела повернуться и посмотреть на его лицо, но он пустил коня галопом. Она откинулась и прижалась спиной к его груди.
– Отвезите меня домой! – прокричала она сквозь стук копыт жеребца. – Я не буду расписывать вашу проклятую стену.
Он склонился к пей так, что его губы почти касались ее уха.
– У нас договор. – Он почувствовал, как дрожь прошла по ее телу, прежде чем она отдернула голову подальше от его губ. Он безжалостно улыбнулся. – У меня есть контракт, подписанный твоим отцом. Ты возвращаешься со мной или предпочитаешь, чтобы твой отец посидел немного в тюрьме, как следует из статьи контракта?
– Я вас ненавижу!
– Меня это не волнует! – Он засмеялся.
– Зачем вы приехали за мной? Оставались бы со своей шлюхой!
– Если бы ты следовала правилам, ничего бы не произошло.
Она промолчала.
– Так вот, я, – продолжал он, – как наниматель, отвечаю за тебя. Знай я, что ты убежала к своему любовнику, не стал бы искать тебя по всей округе.
– Вас не касается, к кому я хожу и что делаю. – Она почувствовала, как его пальцы впиваются в ее кожу, и хлопнула его по руке. – Не стоит так крепко меня держать!
Он отпустил руку. Она судорожно вдохнула воздух и тут же потеряла равновесие. Он схватил ее, чтобы не дать упасть с лошади, и она буквально впечаталась спиной ему в грудь. И вся напряглась, пытаясь отодвинуться от него. Но тут небо прорезала молния, и она замерла. Грянул гром. Хлынул ливень.
Эдвард почувствовал, как она прижалась к его груди. Одеяло сползло с одного плеча. Он натянул его и поплотнее закутал ее. Келси расслабилась. Эдвард вымок до нитки, но не обращал на это внимания. Его мысли были заняты Келси. Он ощущал ее теплые податливые бедра, мягкость ее волос, развевающихся от ветра. Его тело реагировало на ее женственность, и он ничего не мог с этим поделать.
Когда они подъехали к конюшням Стиллмора, гроза закончилась и опустился туман. Но страсть в душе Эдварда не утихала. У него было так туго в паху, что, спускаясь с коня, он почувствовал боль. Он бросил поводья Грейсону.
– Проследи, чтобы Кинжал был в тепле, – резко сказал Эдвард.
– Непременно, ваша светлость.
В обычной ситуации Эдвард остановился бы и поговорил с конюхом. Ему нравился этот юноша, но сейчас он даже не дождался ответа Грейсона. Он снял Келси с коня, не обращая внимания на ее удивленный возглас, и направился к входу для слуг.
– Я не могу идти, – сердито сказала Келси.
– Можешь, только у тебя нет обуви и ноги в грязи. Она не ответила, скрестила руки на груди и отвернулась. Она хотела, чтобы он отнес ее в дом на руках.
Она была легкой как пушинка. Сквозь тонкую, влажную сорочку он ощущал тепло ее тела.
– Спасибо, можете опустить меня, – вежливо, даже мягко, сказала Келси.
– Конечно, – ответил он, и только сейчас обнаружил, что стоит в бальной зале перед ее дверью.
Опуская ее на пол, он не удержался и позволил ее влажному телу скользнуть по его телу. Это было опасно, но он не думал, что настолько опасно, пока ее бедро не скользнуло вдоль его живота вниз. Ее пальцы коснулись его спины, бедра двинулись еще ниже, прижавшись к его напряженному естеству, и скользнули вдоль всей его длины. Он тихо застонал.
– Извините, я сделала вам больно? – Голос ее дрогнул. Он усмехнулся и, прикоснувшись губами к ее лбу, прошептал:
– Да, если удовольствие может причинить боль. – Он опустил ее на пол, но еще держал за талию.
– Удовольствие? Что вы имеете в виду? – Она попыталась высвободиться, но он сильнее сжал руки вокруг ее талии, такой тонкой, что он, наверное, смог бы обхватить ее пальцами.
Он привлек ее к себе.
– Ты говоришь, как девственница.
– Девственница я или нет, тебя не касается, – сказала она, чуть дыша.
Тонкая полоска света проникала в бальную залу через окно. Под покровом темноты он чувствовал себя смелее. Он склонился ниже, чтобы почувствовать ее дыхание на своих губах.
– Келси, ты хочешь меня так же, как я тебя, я чувствую, как ты дрожишь в моих объятиях.
Он провел пальцами по ее пухлым губам, и она вздрогнула.
– Ты не можешь отрицать, что это приятно нам обоим. Не заставляй нас страдать.
Он сардонически улыбнулся в сторону, позволив одеялу упасть с ее плеч.
Она судорожно вздохнула.
– А ты не можешь отрицать, что в страдании есть достоинство.
Он засмеялся, снял плащ и бросил на пол.
– Возможно, па поле битвы, но не между мужчиной и женщиной.
Она хотела что-то сказать, но он зарылся пальцами в ее густые влажные волосы и приблизил ее лицо к своему. Когда их губы встретились, она вся напряглась в его объятиях. Он не чувствовал, что ее руки пытаются оттолкнуть его. Не прерывая поцелуя, он двигал ее к двери, пока она не уперлась в нее спиной.
Он прижал ее запястья к двери над ее головой, думая, не затеяла ли она игру, в которую любила поиграть с молодым Мак-Грегором. Он не хотел заниматься с ней любовью, пока считал девственницей. Теперь возможность обладать ею, посмотреть, как долго она сможет испытывать свою собственную страсть и его, до предела возбудила Эдварда.
Он продолжал целовать ее, пока не почувствовал, что ее губы смягчились, а тело стало податливым. Он провел языком по ее губам, они приоткрылись, и он нырнул в глубину ее рта, пробуя сладкую теплоту на вкус.
Он медленно провел руками по внутренней части ее рук, ощутив мягкую бархатистость ее кожи. Когда он достиг ладоней, то соединил свои пальцы с ее, раздвинул ее бедра коленом, прижавшись к ней всем телом. Он потер своим возбужденным естеством о ее мягкую плоть, желая войти в нее, но решил не спешить.
Он поцеловал ее подбородок, затем шею, ощутив, как бьется жилка.
– Ты вся зажалась, Келси, – прошептал он. – Отдайся мне! Я хочу всю тебя.
– Нет… – простонала она, запрокинув голову.
– Да… – Он провел языком по ее нежной шее. Ее кожа была такой горячей, сладкой. Спускаясь языком ниже, он задел подбородком высокий тугой воротник ее сорочки. Он лизнул ямку на ее шее и почувствовал, что она вся дрожит. Он наклонился и взял губами ее сосок, покусывая его. Келси выгнулась, застонала, расслабилась, сжала его руку.
Наконец-то! Она сдалась! Такого возбуждения Эдвард еще не испытывал. Ведь она сопротивлялась не только телом, но и душой. Никогда еще он так не желал женщину.
– Боже, как ты красива! – выдохнул он, глядя на ее грудь.
Он снова нашел ее губы, проник в рот. Его язык двигался в такт движениям его бедер. Он попытался стащить с нее сорочку, но тут она дала ему пощечину.
– Я не позволю использовать себя, как ты использовал Клариссу и ту твою шлюху! Ты похотливый, подлый дьявол.
– Вы достаточно сказали, мадам. Я думал, ты этого хотела так же, как я. Мы оба ошиблись. – Он отшатнулся от нее, будто обжегшись. – Не беспокойся! Я больше близко к тебе не подойду! Делай свою проклятую работу и соблюдай правила. – Он подобрал с пола свой плащ и вышел из бальной залы.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мой дорогой герцог - Холл Констанс



боже, даже дочитать не смогла. одни уроды в книге. хоть бы КТО-ТО нормальный был. это переводчик постарался? то дерутся, то целуются. крестьяне с аристократами на "ты". набор случайного бреда, а не книга.
Мой дорогой герцог - Холл Констансаня
13.12.2011, 11.02





ужасеая книга, как в супе всё намешано, но не проварено. не советую!
Мой дорогой герцог - Холл Констанссвета
11.10.2012, 0.19





Ну, должна сказать, что все не так плохо, как пишут предыдущие комментаторы. Конечно, все намешано, но мне было приятно читать, в общем романчик для легкого чтения.
Мой дорогой герцог - Холл КонстансКрасотка
2.04.2013, 18.40





Сам сюжет не плохой. но слишком автор зацикливает внимание на образе Гг.в общем пятерочку поставлю заслуженную.
Мой дорогой герцог - Холл КонстансDiamond
7.12.2013, 15.56





Приятный роман.
Мой дорогой герцог - Холл КонстансТаня Д
4.05.2014, 22.39





А мне понравилось. Интересный роман, легкий. Читала с удовольствием.
Мой дорогой герцог - Холл КонстансЕлена
4.02.2015, 1.21





Отличный роман !
Мой дорогой герцог - Холл КонстансНАТАЛИЯ
16.05.2015, 2.58





Не все так жахливо. Враховуючи ті роки і те століття, книга написана досить добре. зЗвісно, багато сторінок нудно читати,але загалом книга чудова.
Мой дорогой герцог - Холл КонстансНаталя
22.05.2015, 12.27





Автору не мешало бы посетить библиотеку и почитать историю - не общались так люди в 19 веке, даже на плохой перевод списать столько ляпов невозможно. Завязка тоже сильно надумана, роман затянут, еле дочитала: 4/10.
Мой дорогой герцог - Холл КонстансЯзвочка
24.05.2015, 2.01








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100