Читать онлайн Сердцу не прикажешь, автора - Хол Джоан, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сердцу не прикажешь - Хол Джоан бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.68 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сердцу не прикажешь - Хол Джоан - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сердцу не прикажешь - Хол Джоан - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хол Джоан

Сердцу не прикажешь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

— И сколько же тебя не будет?
— Вот уж не знаю. Все зависит от того, сколько мне понадобится времени.
Укладывая в дипломат бумаги, Лукас поднял глаза. Кривая усмешка обозначилась у него на губах при тяжелом вздохе, который испустил его брат.
Майкл Маканна воздержался от ответной улыбки и опять вздохнул.
— А нельзя ли поточнее? Я хочу сказать, — было очевидно, что он недоволен, и нетерпеливый тон лишь подчеркивал это впечатление, — хочу сказать, не мог бы ты хоть примерно прикинуть время?
— А какие, собственно говоря, проблемы? — Лукас продолжал возиться с дипломатом. — Разве ты один не справишься? — Рукой, в которой были зажаты документы, он сделал кругообразный жест, видимо, имея в виду не только этот достаточно строго обставленный офис, но и вообще все дело, включая и сталеплавильный завод.
— Нет, справлюсь, конечно, только вот…
— Что — вот? — Лукас с треском захлопнул дипломат, выпрямился и, сделав недовольное лицо, уставился на своего младшего брата. — Мы ведь, кажется, вчера уже все с тобой обговорили, Майкл. Покуда меня не будет, ты проконтролируешь текущие контракты, срок которых истекает, а также проследишь за работами, которые висят на нас. Не понимаю, какие тут могут быть еще проблемы?
— Ну мало ли… — Майкл неопределенно пожал плечами. — Мне просто кажется, что раньше тебе никогда не приходилось заниматься чем-либо подобным.
— Подобным — чему?
— Ну, я имею в виду, ты раньше никогда не уезжал, предварительно не сообщив, где тебя в случае чего искать, чем именно ты собираешься заниматься и когда тебя ожидать. Все это не похоже на тебя.
Лукас приподнял бровь, почти такую же черную, как и сами его глаза.
— Вот как?
— Именно, — и Майкл для убедительности кивнул. — Ранее бывало так: что бы ты ни задумал, тебе всегда было известно, что именно, когда и каким образом ты намерен сделать.
— Ну, если уж на то пошло, Майкл, то и сейчас я прекрасно знаю, что именно собираюсь делать, — сказал он. — Что касается «когда» и «каким образом», это я определю только лишь после того, как получу всю информацию и смогу определить размеры проблемы. Однако если ситуация окажется уж очень паршивой, а это скорее всего так и есть, точно знаю, что буду делать.
— Ну так и что же это все-таки за ситуация? — поинтересовался Майкл, испытывая явное раздражение. — Может быть, ты все-таки поделишься со мной?
— Пока тебе не обязательно все это знать, тем более что я толком и сам еще не разобрался. — Лукас пожал плечами. — Речь идет о компании хирургических инструментов «Острое лезвие».
— Мы ведь поставляем им сталь, — сказал Майкл, испытывая некоторое замешательство.
— Именно. И, насколько тебе известно, в последнее время нам все сложнее получать с них наши деньги.
— Я в курсе этого, но… — Майкл пожал плечами. — Сколько у нас было клиентов, в отношениях с которыми время от времени возникали проблемы с платежами. И что же ты намерен предпринять?
— Завтра утром у меня встреча с президентом этой компании.
— С Гарольдом Стайером?
— Да.
— Но почему? — Майкл нахмурился. — Слушай, Лукас, раньше ведь ты никогда не наведывался к нашим клиентам, чтобы выбить из них платежи.
— Я встречаюсь с ним вовсе не для того, чтобы выбить платежи.
— Тогда зачем? — поинтересовался Майкл.
— Потому что в последнее время мне доводилось не раз слышать весьма тревожные сплетни относительно Стайера.
— Какие еще сплетни?
— Ну, главным образом о том, что этот миляга Гарольд вовсю доит свою разлюбезную компанию.
У Майкла даже лицо вытянулось.
— Шутишь, должно быть?
— Нисколько.
— Но сплетни… — он вновь нахмурился. — Лукас, сам-то ты уверен, что сплетням вообще можно доверять?
— Не уверен. Но с того самого момента, как мне довелось впервые услышать про Гарольда, у меня в душе поселилось сомнение, потому как в последний год или около того этот Гарольд очень неровно рассчитывался с нами за поставки стали. И я намерен выяснить наконец истинное положение дел.
Майкл нахмурил лоб и опустил глаза на дипломат.
— Стало быть, все эти бумаги, что ты засунул в дипломат, имеют отношение к компании «Острое лезвие»?
— Именно.
— И все-таки, боюсь, многое для меня не ясно, — сказал Майкл, в голосе его появился оттенок смущения, чего не было ранее. — Ведь даже если ты выяснишь, что сплетни соответствуют действительности, что ты сможешь предпринять? Я имею в виду, что еще, кроме отказа поставлять им впредь нашу сталь?
Появившаяся на губах Лукаса улыбочка придала его лицу хищное выражение, как у настоящего мародера.
— Что еще, говоришь? А яйца отрежу у свиньи, вот что я сделаю.
— Боже! — выдохнул Майкл, слова брата явно произвели на него сильное впечатление. — Уж не помню, когда я видел такое лицо.
— Какое еще «такое лицо»?
— Вот-вот, именно такое. — Майкл помешкал, как бы пытаясь найти слово. — Когда ты так вот прищуриваешься — ну прямо кот на охоте. Это всегда означает, что ты опять что-то задумал. — Он нервно поежился. — Давненько, Лукас, давненько не видел я у тебя такого выражения.
Лукас рассмеялся низким гортанным смехом, как смеются изумленные люди.
— Ты хочешь сказать, что я сделался старым, вальяжным, устал от былых успехов, так, да?
— Именно так, — сухо признался Майкл. — Должно быть, напрасно я так думал, а?
— Пожалуй, хотя если уж на то пошло, жизнь способна опровергнуть какое угодно предположение. — В глазах Лукаса полыхнул озорной свет. — Ты ведь и сам знаешь, что иногда говорят про такие умозаключения?
— Понятия не имею, — признался Майкл и отрицательно покрутил головой. — Что именно? Ну-ка.
Взяв свой дипломат, Лукас направился к двери, ухватился за дверную ручку, затем обернулся и одарил брата широченной улыбкой.
— Всякое умозаключение приводит к тому, что тот, кто говорит, остается в дураках, и тот, про кого говорят, также оказывается в тех же самых дураках. — И, смеясь, Лукас шагнул за дверь.
Майкл оторопело смотрел ему вслед.


Однако уже каких-нибудь два часа спустя Лукасу было не до смеха: он тихо матерился, отчаянно поливая всех и вся. В салоне автомобиля от густого мата было даже тяжело дышать.
Двигаясь на восток по объездной дороге №422, которая огибала Поттстаун, он угодил в весеннюю грозу, какой давно уже не видел: сверху лило и грохотало будь здоров как. Стоило только Лукасу покинуть свой загородный дом в Ридинге, тут как тут появилась гроза, которая двигалась с той же скоростью, что и сам Лукас. Сейчас он приблизился к автомобильной развязке, откуда можно было попасть на дорогу № 202, минуя Вэлли Фордж, а с нее уже без всякого труда можно было свернуть на автостраду, ведущую прямиком до Филадельфии. Из разрывов в темно-зеленых облаках то и дело вырывались зигзагообразные молнии. Гром ударял с такой силищей, что даже земля вздрагивала. Ливень висел сплошной непроницаемой завесой, которую автомобиль разрезал как пароход. Видимость на трассе приближалась к нулевой.
— Сукин сын, — выругался Лукас, заметив, что спортивный, с низкой посадкой автомобиль обогнал его машину и покатил впереди, обдавая фонтанами воды машину Лукаса. Это происходило неподалеку от Вэлли Фордж. У Лукаса кровь закипела от злости.
— Совсем оборзел, свинья. Для таких вот и придуман ад, только они до поры этого не знают…
Сам Лукас отлично знал о существовании ада, не только того ада, куда можно угодить после смерти, но и ада, который существует на земле. Лукас прошел через такой ад, прошел и сумел выжить: его личный ад продолжался много лет, начавшись, когда Лукасу было под двадцать, и протянувшись до тех самых пор, покуда дело не приблизилось к тридцати годам.
На губах его проступила мрачная ухмылка. Теперь он намеревался познакомить Гарольда Стайера с тем, каков этот самый ад на земле. Конечно же, если подтвердится информация, которую Лукасу сообщили об этом человеке. И если окажется, что Стайер и вправду крутил, как своими собственными, деньгами компании.
Лукас печенкой чуял, что сплетни про Стайера — правда. Спорадические задержки с платежами могли означать все что угодно, но вот своей интуиции Лукас обыкновенно склонен был доверять. Это чувство жгло его изнутри наподобие кислоты, подтачивая и без того не безграничное терпение. Если и были в этом мире вещи, которые неизменно бесили Лукаса, то в их числе оказывались случаи, когда превращались в дерьмо добропорядочные в прошлом и весьма уважаемые фирмы.
— О, черт бы побрал этого урода! — рявкнул он, сильно щурясь, чтобы различать хотя бы контур асфальтового полотна, мутно проступавшего по ту сторону ветрового стекла. Ездить по этой автостраде, как считали многие водители, даже в хорошую погоду было не слишком-то приятно. Но если погода заметно ухудшалась, тогда езда обращалась в настоящую проблему. Свое раздражение, равно как и свой гнев, Лукас адресовал сейчас тому козлу, что мчался перед ним.
Лукас невзлюбил Гарольда Стайера с того самого дня, как впервые познакомился с ним. Манеры Стайера, его обаяние, то есть все то, что так хорошо действовало на других людей, Лукаса не просто оставляло равнодушным, но вызывало неприязнь. Гарольд не обладал теми чертами характера, которые Лукас особенно ценил в мужчинах: не было у Стайера крепкой мужской основы, да и деловой хваткой он не отличался.
А в тех делах, к которым был причастен Лукас, одним только обаянием и манерами ничего не добиться. И уж вовсе не могла Лукасу понравиться склонность Стайера казаться вечно добродушным, веселым, нарочито беззаботным — как бы со всеми своим парнем.
Впрочем, Лукас отдавал себе отчет, что он предъявляет, возможно, повышенные требования к людям подобного типа и зачастую судит их слишком строго.
Самому Лукасу ничего не доставалось легко в этой жизни. Едва достигнув восьми лет, то есть возраста, когда можно было рассчитывать на получение хоть какой-нибудь случайной работы, — так вот, с тех самых пор за все Лукасу приходилось сражаться, его жизнь состояла из сплошной череды баталий.
Лукас был старшим из троих детей, родившихся у совсем еще молодых тогда родителей, которые из кожи вон лезли, чтобы как-то прокормить семью. И отец, и мать представляли собой американцев в первом поколении: их собственные родители прибыли в Америку вместе с мощной волной иммигрантов перед началом второй мировой войны. Бабушка и дедушка со стороны матери убрались из своей Германии, едва только закончилась первая мировая. И приблизительно в то же самое время родители отца Лукаса, тогда только-только поженившись, покинули родную Шотландию. Те и другие осели в Пенсильвании, получив к северу от Ридинга землю для занятия фермерством. Участки обоих семейств оказались рядом. Земля тогда была чрезвычайно дешевой, потому как для фермеров она мало подходила.
С обеих сторон, по отцовской и материнской линии, деды и бабки Лукаса были простыми людьми, весьма скромными и непритязательными, каковыми их сделала тяжелая жизнь на родине. Та и другая семьи держались особняком, намеренно не сближаясь с соседями. Так что, по мнению Лукаса, практически неизбежным было то, что и последовало: сын одного семейства женился на дочери другого.
Понятное дело, что добротного образования молодые люди получить просто не смогли и возможности их были весьма ограничены, а общество в это время уже двинулось по пути технологического прогресса. Они за ним не поспевали.
Первые детские воспоминания Лукаса, как целые дни напропалую отец горбатился в поле, чтобы семья могла хоть как-то свести концы с концами: весь день в поле, а в третью смену, с 11 вечера до 7 утра, — на трикотажную фабрику, до которой от дома было миль десять, не меньше. И мать выбивалась из сил, в одиночку делая все по дому, стараясь, чтобы дети были сыты и более или менее пристойно одеты. Кроме того, мать еще выходила с отцом в поле, а время от времени помогала по хозяйству в одном из ближайших домов.
Когда Лукасу исполнилось тринадцать лет, он был уже достаточно высоким, крепким от постоянной физической работы юношей. После школы он занимался поденной работой у более состоятельных соседей: красил, чинил, таскал воду. Платили ему сущие крохи, но в семье считали каждый доллар.
Незадолго до того, как Лукас должен был окончить среднюю школу, умерли его родители, с разницей в полгода. Отец скончался от обширного инфаркта прямо в поле, когда собирал урожай; мать угасла в конце зимы. К тому моменту Лукасу только-только исполнилось восемнадцать лет. Официальной причиной смерти матери была названа инфлюэнца. Впрочем, Лукас знал лучше: мать умерла потому, что у нее больше не было сил жить.
Лукас не намеревался опускать руки, и его бойцовское настроение оказалось чрезвычайно кстати, потому как самые главные в его жизни сражения только начинались.
Во-первых, нужно было нормально закончить школу, завершить образование. Он понимал, что без образования — никуда. Экзамены он сдал хорошо и даже получил стипендию для продолжения обучения в университете «Фрэнклин и Маршал». Но у него были братья — Майкл, одиннадцати лет, и Роберт, которому и девяти еще не исполнилось. Если бы Лукас отдал братьев в приют, жизнь его оказалась бы гораздо более легкой, да и местные власти подыскали бы мальчикам приемных родителей.
Однако не по годам мудрый и взрослый, Лукас решил иначе.
Дед и бабка жили неподалеку, они вполне могли брать мальчиков, давая таким образом Лукасу возможность посещать университет. Однако старики были уже в очень преклонном возрасте, да и здоровье у них оставляло желать лучшего, и потому Лукасу приходилось на стареньком «шевроле» каждый день ездить на занятия в университет и каждый день возвращаться. Кроме того, вечерами и в выходные дни он подрабатывал в Ридинге на сталеплавильном заводе, чтобы хоть немного помогать старикам деньгами.
Лукас оказался крепким орешком — благодаря своему упорству и университет сумел закончить, и обоих братьев вырастить крепкими и смышлеными.
Нет, ничего в жизни Лукасу не давалось без труда. Да и в последовавшие за окончанием университета годы приходилось работать так, что от усталости задница чудом не отваливалась. Но, борясь за место под солнцем, он многое узнал о жизни, приобрел опыт, сумел обзавестись несколькими друзьями (и несколькими врагами, если на то пошло). Его сегодняшнее положение в обществе зиждилось на серьезных жизненных испытаниях. Но теперь он наслаждался успехом, так сказать, пожинал плоды.
Впрочем, слово «наслаждаться» имело для него особый смысл. Когда приходилось работать до потери чувств, он наслаждался каждой минутой работы, которая давала возможность существовать его братьям. Теперь же он вполне наслаждался теми результатами, которые принесли годы тяжелейшей борьбы. Да, теперь у него было изрядное состояние, но только он знал, какой ценой достался каждый доллар. Вовсе не случайно Лукаса уважали как друзья, так и недруги. Пусть не всякую свою битву он сумел выиграть, но он выиграл большинство сражений.
В мире бизнеса Лукас Маканна представлял собой такую фигуру, не считаться с которой было теперь нельзя и уж вовсе нельзя было вытирать об него ноги, — хотя Лукасу не исполнилось еще и сорока. Многие его просто боялись. Впрочем, на то имелись свои основания. Дураков в этой жизни Лукас терпеть не мог, даже не считал их достойными внимания, это — раз. А кроме того, он ненавидел расточать время попусту, общаясь с праздными бездельниками. Но если, не дай Бог, на его пути оказывался какой-нибудь урод, по чьей уродской глупости у Лукаса возникали неприятности, — этого он не выносил совершенно.
И вот нынче глупость и легкомыслие Стайера привели к тому, что у Лукаса появились серьезные проблемы в сталелитейном бизнесе.
Разумеется, уже много месяцев назад Лукас предпринял некоторые шаги, чтобы в случае необходимости можно было выправить ситуацию без посторонней помощи. А именно: он распорядился, чтобы его брокер покупал все акции компании Стайера, какие только всплывут на бирже. И ничего удивительного не было в том, что за какой-нибудь год с небольшим брокеру удалось приобрести сорок пять процентов акций, которые были пущены в продажу. Это количество, дополненное голосами тех владельцев акций, кто соглашался поддерживать Лукаса, плюс голоса членов правления компании «Острое лезвие», с которыми удалось договориться, давало Лукасу огромные полномочия в компании. В случае если подтвердятся слухи относительно Стайера, решающее слово будет за ним.
Что ж, очень скоро он все уже будет знать наверняка, в этом Лукас не сомневался. Как не сомневался, что, не поворачивая головы, может определить то место, где расположена территория компании хирургических инструментов «Острое лезвие». Фирма размещалась в пригороде Филадельфии, на берегу реки Шилкилл, неподалеку от железнодорожных путей, заставленных грузовыми вагонами. Такими же вагонами, как и те, в которых Лукас отправлял свою сталь.
Лукас ослабил руки, прежде крепко сжимавшие руль, и облегченно вздохнул, едва только машина съехала с автострады и оказалась на Сити-авеню, которое вело прямиком до порога отеля «Адамз Марк».
Несколько месяцев тому назад Лукас сумел внедрить своего человека, бухгалтерскую крысу, в финансовый отдел «Острого лезвия». Сегодня в ресторане отеля этот человек встретится с Лукасом за ужином.
Словом, теперь это лишь вопрос времени.
Гроза растратила основную часть своей ярости и теперь заметно притихла, уходя в восточном направлении, к Джерсийскому побережью. Хлеставшие струи дождя превратились в легкий душ. Тонкие губы Лукаса растянулись в улыбку, когда он наконец затормозил возле входа в отель.
Суеверный человек, без сомнения, подумал бы на его месте, что сопровождавшая всю дорогу гроза была знаком свыше и что знак этот следует рассматривать как указание на грядущие неприятности.
Но Лукас не был суеверен. Равно как его не страшила схватка с другим бизнесменом. Впрочем, что бы там ни говорили о нем, а большого пристрастия к сражениям он вообще не испытывал.
Он занимался бизнесом очень давно, и это стоило ему огромных усилий, огромных жертв. Прежде чем достигнуть своего нынешнего положения, Лукасу часто приходилось идти на разного рода компромиссы.
Его считали крутым бизнесменом, и он сам знал это. Но если уж на то пошло, вся жизнь — весьма крутая штука. Лукас принимал ее правила игры, не прося ни у кого снисхождения. Однако никому никакой форы также не давал, за крайне редкими исключениями.
Он готов на все, чтобы сохранить свою компанию, которая вплоть до последнего времени пользовалась превосходной репутацией в деловых кругах.
Ничего, осталось ждать совсем недолго, думал Лукас. Выйдя из машины, он протянул ключи швейцару. Скоро станет ясно, что угрожает этой самой репутации.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сердцу не прикажешь - Хол Джоан



Вполне читабельно, несмотря на затянувшуюся "непонятку"(31глава все-таки) между героями; взрослые люди с интеллектом должны разговаривать, а не искать черную кошку и т.д. Понравилось, что автор не влезает в то, в чем не смыслит, в бизнес, то бишь. Ну и Гавайи описывались даже не с рекламного проспекта. Оценку поставлю завышенную, т.к.эта с 6, 5 получше многих 9-ти б-ных будет.
Сердцу не прикажешь - Хол ДжоанЮнна
27.02.2014, 20.12





ЗАМЕЧАТЕЛБНЫЙ РОМАН! ЧИТАЙТЕ, НАСЛАЖДАЙТЕСЬ.
Сердцу не прикажешь - Хол ДжоанВалентина
29.09.2014, 1.10





Перевод просто ужас. Слова "сме...уечки" и "кондрашка" меня просто добили. Читать далее просто не стала. Роман бесконечно скучный, диалоги нудные. Не советую
Сердцу не прикажешь - Хол ДжоанАнна
29.09.2014, 13.06





мне понравилось,несколько затянуто, где-то претенциозно, но в сравнении с другими романами однозначно - читать!
Сердцу не прикажешь - Хол Джоанлора
4.11.2014, 21.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100