Читать онлайн Вторая попытка, автора - Хогарт Аурелия, Раздел - 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Вторая попытка - Хогарт Аурелия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Вторая попытка - Хогарт Аурелия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Вторая попытка - Хогарт Аурелия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хогарт Аурелия

Вторая попытка

Читать онлайн


Предыдущая страница

12

В отделе гардин у нее разбежались глаза. Здесь было столько всего, что от открывающихся возможностей захватывало дух.
Минут сорок побродив между рядами выставленных напоказ экземпляров, Эсти приказала себе успокоиться и четко определиться с тем, что ей действительно нужно. Это помогло сосредоточиться. В результате еще минут через десять она приобрела отрезы чудных кружевных гардин двух видов – более нежные и вычурные предназначались для спальни, а те, что построже, – для гостиной.
Пока продавщица заворачивала покупки, Эсти вдруг пришло в голову, что по возвращении домой она не сможет сразу повесить занавески, ведь в настоящий момент те представляли собой всего лишь необработанные куски ткани – неподшитые и без петель. Впрочем, Эсти даже не знала, нужны ли петли вообще, потому что впопыхах, увлеченная идеей, забыла посмотреть, какого типа ползунки находятся на карнизах – с крючками или с зажимами.
Значит, сюрприза для Гейба не получится, удрученно подумала она. Придется отложить развешивание на неопределенный срок. А как хотелось управиться с этим до возвращения Гейба!
– Что-то не так? – спросила продавщица, заметив растерянное выражение на ее лице.
Эсти вкратце рассказала ей о своей проблеме.
– О, не беда! У нас здесь все для вас сделают. Обратитесь вон к той светленькой девушке, она вам поможет.
– Какой длины должны быть шторы? – Это было первое, о чем спросила светленькая девушка.
Эсти прикусила губу. Этого она тоже не знала.
– Ничего страшного, – заверила ее светленькая. – Повесите пока как есть, а нижний край можно подшить позже. Между прочим, сейчас даже модно, чтобы шторы ниспадали на пол. Относительно петель тоже не беспокойтесь: к верхнему краю мы пришьем ленту для штор, в которой уже предусмотрены петли. Если они понадобятся, воспользуетесь ими. Через полчасика все будет готово. Да-да, не удивляйтесь, мы работаем быстро. Скорость – наш девиз. А вы пройдитесь пока по салону, посмотрите на мебель…
Эсти так и поступила – отправилась бродить по огромному соседнему залу, сплошь уставленному мебелью.
Лучше бы она этого не делала. Лучше бы пошла в какой-нибудь другой магазин или прогулялась по находившемуся рядом заснеженному скверику.
Потому что всего минут через десять кружения среди ненужных ей спальных и гостиных гарнитуров она остановилась как вкопанная перед изысканным комплектом мягкой мебели, представлявшим собой традиционный вариант – диван и два кресла. Едва взгляд Эсти упал на эти предметы, как она поняла, что хочет видеть их в своем миленьком коттедже. А именно в гостиной. Кроме круглого стола со стульями, там ничего не было – если не считать пушистого коврового покрытия на полу.
Эсти мысленно поставила диван у стены напротив окон, а кресла по бокам камина, и ее душа запела – до того получилась уютная картина.
Нет-нет, ничего этого мне не нужно, мы ведь просто арендуем наш миленький коттедж. Глупо покупать такую мебель только для того, чтобы с комфортом прожить в доме полгода. А потом что с ней делать? Да и цена у этого комплекта, наверное… Ого! Даже больше, чем я думала. Конечно, средства позволяют мне сделать подобную покупку, но зачем? Только для того, чтобы, вернувшись вечером домой, Гейб ахнул от удивления: «Что это? Откуда такая красота? Белоснежные шторы на окнах, шикарный мягкий диван, кресла у камина… Так и хочется расположиться между ними на ковре и заняться любовью!».
Кашлянув, Эсти бегло взглянула по сторонам, будто кто-то мог прочесть ее нескромные мысли. Желание переместить приглянувшийся комплект из этого салона в гостиную коттеджа нарастало в ней с каждой минутой.
Нет, все-таки это безрассудство – приобретать мягкую мебель на такой короткий срок, увещевала она себя.
А сама уже шарила взглядом по залу в поисках продавца или менеджера…


Наконец грузчики расставили все по местам, после чего сели в мебельный фургон и укатили.
Эсти прошлась по преобразившейся гостиной, осознавая, что сияющая на ее физиономии улыбка со стороны может показаться довольно глупой.
Ну и пусть! – подумала она, присаживаясь на диван и проводя ладонью по его бархатистой поверхности.
Ей все представлялось изумление Гейба. Она так и видела, как у него сам собой откроется рот, а глаза заискрятся веселым удивлением. Ради подобного момента не жаль было выложить сумму вдесятеро большую, чем та, которую Эсти заплатила за гарнитур.
С дивана она пересела на стоящее у камина кресло. Немного погодя переместилась на другое, расположенное симметрично первому. А спустя еще некоторое время раскинулась на ковре между обоими креслами. В ее мыслях компанию ей составил Гейб, голову наводнили соблазнительные образы…
Из грез Эсти выплыла, заметив, что день за окнами будто посерел.
Боже мой, скоро вечер, а я еще гардины не повесила! – спохватилась она. Пора съездить за ними, наверное, они уже готовы.
Минутку подумав, Эсти измерила расстояние от карнизов до пола – так, на всякий случай. Затем накинула пальто и поспешила обратно в мебельный салон.
Там ее измерения пригодились, но вновь пришлось ждать – на этот раз пока подошьют занавески. В соседний зал Эсти больше не пошла, опасаясь, что понравится еще что-нибудь. Соблазнов там было много.
Все перечисленное заняло немало времени. Достаточно сказать, что гардины Эсти вешала уже при электрическом свете.
Она любовалась получившейся картиной, когда хлопнула входная дверь.
Гейб! – радостно вспыхнуло в мозгу Эсти. Наконец-то! Ужинать усажу его в обновленной гостиной.
И тут она в одно мгновение вернулась с небес на землю. Даже правильнее было бы сказать – шлепнулась на земную твердь, похолодев от ужаса.
Ужин! Эсти совсем забыла про него в радостной суматохе нынешнего дня. Пока думала об уюте временного жилища, у нее напрочь вылетело из головы, чем она станет кормить Гейба. Тем самым она поставила себя в глупейшее положение. Мало того что на завтрак был испеченный Хенни торт, так на ужин вообще ничего нет.
Впрочем, кусок торта еще остался, но предлагать его Гейбу вместо задуманной Эсти с утра сочной отбивной было бы слишком…
Словом, встреча получилась совсем не такой, как Эсти надеялась. Перешагнув порог гостиной, Гейб потянул носом воздух, явно ожидая ощутить доносящиеся из кухни ароматы вкусной еды… которых не оказалось.
Его лицо удивленно вытянулось, однако поводом для этого явилось вовсе не то, на что рассчитывала Эсти. В следующую минуту он обвел недоуменным взглядом преобразившуюся гостиную.
– Здравствуй, дорогая… Что это здесь происходит?
– Милый, я… хотела сделать тебе сюрприз, – растерянно пробормотала Эсти. – Вот, приобрела кое-что для нас. И… и… знаешь что? Давай отметим покупку. Я приглашаю тебя в ресторан!
Это была чистая импровизация. Самым паршивым было то, что Гейб понял: ужина она не готовила. Разочарование его было так велико, что он не сумел скрыть своих чувств.
Повисла пауза, посреди которой раздался дверной звонок. Оба вздрогнули.
– Кто это может быть? – пробормотала Эсти.
– Может, кто-нибудь из моих ребят, – так же растерянно откликнулся Гейб.
Посетителем оказалась… Хенни!
– У вас калитка открыта. Простите, что без предупреждения, я на минутку, – сказала она, вразвалочку входя в холл, слегка отдуваясь и протягивая Эсти наполненный чем-то пластиковый пакет. – Тут найдете кое-что перекусить. Так, ничего особенного: запеченный в тесте окорок и салат из отварных овощей с майонезом. Когда ты сказала, что отправляешься за гардинами, я подумала, что у тебя не останется времени на приготовление еды. А так как я все равно стряпала… Словом, угощайтесь, пожалуйста, а мне пора. – Она взглянула на часы. – Через полчаса Джон приедет с совещания, нужно его накормить.
С этими словами, улыбнувшись глядевшему на нее сияющими глазами Гейбу, Хенни помахала ручкой и словно растаяла во мраке. Через минуту снаружи донесся звук отъезжающего автомобиля.
Ничего не говоря, совершенно посрамленная Эсти принялась накрывать на стол. Хенни здорово выручила их сегодня, но то, как Гейб смотрел на нее… О, такое долго не забудешь!


Этот случай словно что-то перевернул в душе Эсти. Она резко изменилась: накупила кулинарных книг, целыми днями возилась на кухне, все готовила, готовила… С того дня стол у них всегда ломился от еды и их существование стало очень походить на жизнь Джона и Хенни.
Постепенно Эсти научилась хорошо стирать – Хенни немало помогла ей советами, – сама убирала комнаты и занималась прочими подобными вещами. Домашние дела забирали у нее столько времени, что она постоянно откладывала Обустройство своей мастерской. Подрамники с холстами так до сих пор и стояли в холле, как их поставили. Время от времени Гейб удивленно поглядывал в ту сторону, и в конце концов Эсти унесла неоконченные картины наверх, в маленькую спальню, при этом дав себе слово, что завтра же начнет работать над своим главным произведением.
Но… на следующий день все началось сначала: завтрак, обед, ужин, прибрать, постирать, погладить… Порой Эсти за день уставала так, что ночью не имела сил приласкать Гейба. Это угнетало ее, однако способа изменить установившийся распорядок она не видела. Ведь Гейб тоже много работал, порой целыми днями разъезжал, хотя бы вечером его должен был ждать домашний уют и вкусная еда.
Через два месяца он осторожно напомнил, что настал черед Эсти платить за квартиру, как они и уговаривались.
Это явилось для нее своего рода потрясением. Разумеется, она помнила про уговор, к тому же идея арендовать коттедж принадлежала ей. Но она считала, что и без того тратит немало денег. Например, купила мягкую мебель, гардины, да и продукты тоже стоят недешево. Правда, для них Гейб давал часть средств. Но когда Эсти хотелось приготовить что-то выдающееся или даже экзотическое, она тратила свои деньги, не требуя от Гейба дополнительных взносов в совместную казну. Исходя из всех этих соображений, по мнению Эсти, он мог бы выплатить арендную сумму сам.
Однако Гейб придерживался в этом вопросе иных, весьма прагматических взглядов, суть которых можно было выразить просто: уговор дороже денег. В итоге Эсти все-таки пришлось выписать чек явившейся за очередным взносом миссис Кресс. Дальше так и повелось: каждый платил через месяц.
Хенни и Джон часто приглашали их к себе, не забывая также и Доррис. Благодаря этим визитам Эсти постепенно стала привыкать к странноватым манерам Хенни. С Доррис же вообще она очень быстро нашла общий язык. Правда, виделась Эсти с Доррис реже, потому что та часто была занята на работе или уезжала в командировки к месту проведения спортивных мероприятий.
В марте Хенни родила сынишку. Эсти трудно было поверить, но роды действительно проходили в наполненной теплой водой ванне, в присутствии Джона, без помощи которого Хенни не могла обойтись. Мало того, Джон снимал весь процесс на цифровую видеокамеру, и впоследствии супруги устроили просмотр для членов своеобразного клуба под названием «Натура» – таких же приверженцев естественного отношения к жизни, как Хенни. Гейба и Эсти тоже приглашали, однако те под благовидным предлогом отговорились от визита. Эсти не чувствовала в себе моральной готовности к подобного рода зрелищам.


Жизнь у Эсти и Гейба постепенно наладилась, они притерлись друг к другу, научились понимать и прощать мелкие слабости. И хотя порой Эсти мысленно подтрунивала над собой, осознавая, что затея по-своему перекроить взгляды Гейба на семейную жизнь провалилась – скорее, все произошло с точностью до наоборот, – но в общем жизнь в Чарлстоне ей нравилась. Единственное, что беспокоило, это застой в творчестве.
Давно прошла весна, лето почти в разгаре, а я до сих пор не только не закончила работу над картиной, но даже не оборудовала себе мастерскую, как-то раз подумала Эсти хмурым дождливым днем. Хорошо, что Гейб не заглядывает в ту комнату, иначе я просто не знала бы, что сказать.
Впрочем, он периодически справлялся, как продвигается работа над картиной, и даже просил показать ее. Тогда Эсти приходилось выкручиваться. Она отвечала, что дело хоть и медленно, но идет вперед. Показать же картину – которая не была даже распакована! – отказывалась наотрез, мотивируя это якобы присущим всем художникам суеверным страхом, что представленная на суд зрителя незавершенная картина в конечном итоге не получится. К счастью, Гейб ни на чем не настаивал и на этом очередной неприятный для Эсти разговор завершался.
Однако, как Эсти ни старалась делать перед собой вид, что все у нее в порядке, досада по поводу того, что домашние дела отнимают слишком много времени, продолжала нарастать. А вместе с ней – ощущение какой-то неуместности происходящего. Ведь с самого начала Эсти планировала для себя в Чарлстоне совсем другую жизнь. А тот образ существования, который она вела сейчас, будто был навязан ей… хотя никто нарочно этого не делал, участь прилежной домохозяйки она выбрала сама. Просто ей очень хотелось, чтобы Гейбу было хорошо!
Но дело в том, что он как будто тоже начал тяготиться тем, что происходило между ними в стенах миленького коттеджа. Нет, Эсти не могла пожаловаться на то, что Гейб стал невнимателен к ней – ничего этого не было и в помине. Напротив, он всячески старался доставить ей радость: делал приятные вещи, говорил правильные слова. Однако все это оставляло на сердце непонятный осадок. Ощущения приподнятости, так часто гостившего в душе Эсти в начале знакомства с Гейбом, сейчас не возникало. Вместо него появлялось беспричинное беспокойство.
Эсти старалась убедить себя, что причин для волнения нет. В глубине же души она осознавала их присутствие. И порой даже ловила себя на том, что завидует Доррис. Ей отношения с каким-нибудь очередным спортсменом не мешают вести образ жизни, который нравится, к которому она привыкла и в котором чувствует себя комфортно. Доррис в глазах Эсти была свободным человеком, и именно это и составляло особый предмет ее зависти.
А ведь я была такой, с горечью вспоминала Эсти. Боже мой, ведь еще не так давно я тоже была свободной, независимой, интересной женщиной! Куда все это подевалось? Ау, где ты, прежняя Эсти Дагоберт?
Но даже думая так, она старалась успокоить себя соображением, что Гейб получает все, что, по его мнению, должна давать женщина.
Тем болезненнее оказался удар, непроизвольно нанесенный ей Гейбом. Случилось это в десятых числах сентября, того самого месяца, в котором она должна была окончательно решить, возвращаться ей на работу – в объятия Лесли Кнолла, как насмешливо уточнял ее внутренний голос, – или окончательно оставить бюро компьютерного дизайна «Виртуал арт вижн» под предлогом замужества. Впрочем, может, и не под предлогом, а действительно выйти замуж за Гейба, расставив таким образом точки над «i» и доведя дело до логического конца.
И вот как-то, когда Эсти размышляла над этим вопросом, Гейб вернулся домой и сказал, что, пожалуй, не будет ужинать – случай доселе небывалый.
– Как? Почему? – всполошилась Эсти. – Дорогой, ты не заболел?
– Нет, просто примерно полтора часа назад мы с моим ближайшим помощником перекусили в кафе. Так что я просто не хочу есть. И вообще… – Он помедлил, но потом все-таки произнес с некоторым смущением: – Ты не хочешь немного пересмотреть свои привычки?
– Какие? – удивленно спросила она.
– Я подразумеваю питание.
Эсти изумилась еще больше. Прилагая столько усилий к приготовлению пищи, она никак не ожидала нареканий.
– Тебе не нравится моя стряпня? Усмехнувшись, Гейб обнял ее и чмокнул в нос.
– Очень нравится! Как и сама стряпуха.
– Так в чем же дело? – спросила Эсти, немного успокоившись. – Ты мог бы предупредить меня по телефону. Ведь я уже накрыла на стол и…
– Где, в гостиной? – Она кивнула, и Гейб продолжил: – Ну идем посмотрим. – Через минуту, перешагнув порог гостиной, он вздохнул. – Вот видишь, именно то, о чем я пытаюсь тебе сказать. Стол ломится от еды! И так каждый вечер.
Эсти снова нахмурилась.
– Не понимаю… Тебе ведь любишь поесть. И потом, ты с самого начала ставил мне в пример Хенни, которая очень вкусно готовит!
– Дорогая, все хорошо в меру. Я обнаружил, что мне трудно наклоняться, чтобы завязать шнурки на туфлях. И пояс брюк едва застегивается. Поэтому прошу: пожалуйста, умерь пыл! Давай научимся обходиться без кулинарных излишеств.
Тем вечером Эсти ужинала в одиночестве, потому что, извинившись и сославшись на накопившуюся за последние дни усталость, Гейб почти сразу же отправился спать.
Мрачно сидя над порцией картофельной запеканки с мясом и грибами, она размышляла над тем, что сказал Гейб. Первая ее реакция была ужасной, она едва сдержала слезы. Да и любая на ее месте расстроилась бы.
Действительно, Эсти жертвовала ради домашних дел своим временем, деньгами, махнула рукой на творческие планы, и вдруг выясняется, что ее усердие никому не нужно.
Спрашивается, зачем я день-деньской верчусь как белка в колесе? – думала она, жуя и через силу глотая кусочки запеканки. А еще стараюсь быть милой, приветливой, не расстраивать и уж тем более не сердить Гейба. Наоборот, из кожи вон лезу, чтобы окружить его заботой. Поднимаюсь ни свет ни заря, чтобы приготовить горячий завтрак, потом полдня чищу, драю и мою, наводя в доме лоск. Затем готовлю ужин, при этом стараясь не повторяться и каждый раз придумывая что-то новенькое. И все только для того, чтобы угодить Гейбу. Чтобы он гордился нашим союзом, тем, как хорошо мы устроили свою жизнь в Чарлстоне. Эсти положила вилку и закрыла ладонью глаза. Подумать только, ради этого я пожертвовала своими творческими планами! Забыла про свои интересы, только бы Гейбу было хорошо. Да что там, я просто переступила через себя, стараясь угодить ему. Можно сказать, вытерла ноги о свое самолюбие, характер, женское естество, наконец. В результате мы даже сексом сейчас занимаемся не так, как прежде!
Тот вечер стал очередным поворотным пунктом в жизни Эсти. Она вдруг почувствовала себя абсолютно раздавленной. В какой-то момент ей даже почудилось, что у нее началось раздвоение личности – что настоящая она осталась в своей квартире, в Колумбусе, а она же, но другая, не похожая на себя, поселилась в этом коттедже.
Каких трудов мне стоило в угоду Гейбу переделать себя, а он даже не оценил этого, потому что все воспринимает как должное. Я прилежно старалась сделаться такой, как женщины, которые всегда раздражали меня, а Гейб остался прежним. С другой стороны, зачем ему меняться, если эту роль добровольно взяла на себя я? Теперь понятно, почему Гейб порой так смотрел на меня, словно видел перед собой незнакомую женщину. Он-то полюбил в Колумбусе другую! Ту, которая после переезда в Чарлстон перестала быть самой собой. Превратилась в подобие прислуги. Внезапно она похолодела. Получается, руководствуясь наилучшими побуждениями, я предала и себя, и Гейба.
Эсти прерывисто вздохнула, взволнованная этой мыслью. Ей вдруг стало совершенно ясно, что пора что-то срочно предпринимать. Собственно, тут и думать особо было не над чем, потому что ее долгий отпуск приближался к концу. Дальше она или должна была уволиться, или выйти на работу в новом качестве – главы отдела.
Прислушавшись к себе, Эсти поняла, что не жалеет о жизни в Чарлстоне, но… настала пора вернуться в Колумбус. Не исключено, что все дело было в том, что они с Гейбом начали совместную жизнь в непривычной обстановке, в чужом городе. Хотя для него-то он был родным! А вот Эсти никого и ничего здесь не знала. Так что ей поневоле пришлось общаться с Хенни и Доррис. С Хенни больше – наверное, поэтому та и оказала на Эсти сильное влияние. Да еще ей помогал Гейб, который сейчас жалуется на то, что растолстел.
Сам виноват, нечего было моделировать наши отношения по типу тех, что существуют между Хенни и Джоном! – не без злорадства подумала Эсти. Послушался бы меня, остался бы стройным. С другой стороны, человек не может понять, нужно ли ему что-то, пока не попробует этого лично. Вот я попробовала и теперь вижу, что пора возвращаться к своей настоящей жизни.
Как ни странно, в этой мысли ее укрепила Хенни.
Через три дня после памятного вечера, когда Гейб отказался от ужина, она пригласила Эсти к себе на ланч, пообещав угостить умопомрачительным морковным пирогом.
– Приезжай, не пожалеешь, – сказала она по телефону. – Я сама привезла бы тебе кусок этого лакомства, но днем малютка Никки должен спать.
К этому времени родившемуся в марте Никки уже исполнилось шесть с половиной месяцев.
– Не понимаю, что такого особенного может быть в морковном пироге? – усмехнулась Эсти.
– А! Он с сюрпризом: внутри у него банановая начинка. Я поделюсь с тобой рецептом.
– Банановая, говоришь? Как интересно! Хорошо, приеду.
Разумеется, можно было бы попросить Хенни продиктовать рецепт по телефону, но Эсти решила навестить ее, подумав о том, что скоро покинет Чарлстон и кто знает, когда они с Хенни увидятся в следующий раз.
Как и следовало ожидать, морковный пирог был у Хенни на сладкое, сначала же она угостила Эсти заливным из тунца.
– Вообще-то мне не мешало бы сесть на диету, – заметила Эсти. – Но от тунца отказаться не могу. Кстати, вижу, себе ты положила совсем крошечный кусочек.
Хенни улыбнулась, как показалось Эсти, грустно.
– Я должна поддерживать фигуру в нормальном состоянии. Часто рожающая женщина обязана постоянно помнить о своей внешности, иначе она быстро скатится на обочину. А ее мужчину завлечет какая-нибудь юная вертихвостка.
Последняя фраза была произнесена почти шепотом, и это обстоятельство заставило Эсти пристально взглянуть на Хенни. Она казалась спокойной, как обычно, но вместе с тем в ней ощущалась едва уловимая напряженность. Да еще легкие тени залегли вокруг небесно-голубых глаз, из-за чего те казались огромными.
– Что-то случилось? – спросила Эсти.
Изобразив улыбку, Хенни качнула головой, но в следующую минуту уголки ее губ опустились и она провела ладонью по лицу.
– Джон начал задерживаться после работы.
– Ну и что? – беззаботно произнесла было Эсти, однако потом вникла в суть сказанного и замерла. – Ты полагаешь, что Джон…
Хенни печально вздохнула.
– Это у нас не впервые. Примерно через полгода после нашей свадьбы он стал поздно возвращаться домой, все рассказывал о каких-то деловых ужинах, на которых ему якобы обязательно нужно было присутствовать. А потом я обнаружила следы губной помады у него на рубашке.
– Не может быть… – протянула Эсти. В ее сознании не укладывалось, что такой примерный семьянин, как Джон, способен иметь связи на стороне.
К сожалению, мне пришлось убедиться в обратном, – уныло произнесла Хенни. – Окольными путями я выведала, что Джон встречается с сотрудницей той же фирмы, где работает сам.
– И как ты поступила? – спросила Эсти, не в силах скрыть интереса.
С губ Хенни слетел новый вздох.
– Для меня наступил тяжелый период, но я не стала устраивать скандалов, предъявлять претензии, выяснять отношения. Зачем? Что это изменило бы? Нужно было найти более радикальное средство. Я долго ломала голову над его поисками, а потом сделала то, что напрашивалось само.
– Что? – с любопытством взглянула на нее Эсти.
Губы Хенни изогнулись в тихой улыбке.
– Постаралась забеременеть. Известие о том, что у нас будет ребенок, подействовало на Джона отрезвляюще.
– Он прекратил связь с той женщиной?
Хенни кивнула.
– Очень скоро после того, как я сообщила о беременности. А потом у нас родился Джонни-младший, и мы зажили счастливо. – Она мечтательно улыбнулась. – Джон оказался хорошим отцом. Больше двух лет я жила как в раю. А потом… У Джона вновь начались долгие совещания после работы. Во всяком случае, так он говорил. Однако я была научена горьким опытом и не верила ни единому его слову. Да и не нужно было слушать, что говорит Джон, достаточно было посмотреть в его глаза. Он ведь по натуре честный человек, ничего не может скрыть. – Хенни взглянула на Эсти, и ее собственные глаза отразили внутреннюю муку. – В конце концов я прибегла к испытанному средству.
Брови Эсти удивленно взлетели.
– Снова забеременела?
– Да. А что мне оставалось делать? Не разводиться же с Джоном. Я его люблю, у нас растет сын… Джон меня тоже любит, ты не думай, – вдруг горячо произнесла Хенни. – А его увлечения – это так…
– Значит, Мэри-Энн тоже обязана появлением на свет любовной интрижке Джона?
– Да, зато какая она симпатичная получилась!
– Верно, – согласилась Эсти, – Мэри-Энн у вас просто красавица. – Несколько мгновений она о чем-то усиленно размышляла, затем обескураженно взглянула на Хенни. – Постой, может, я ошибаюсь, но после твоего рассказа напрашивается вывод, что Никки тоже…
Хенни опустила глаза.
– К сожалению, ты угадала. Никки тоже. История его рождения как две капли воды повторяет обе предыдущие.
Несколько мгновений Эсти смотрела на Хенни, забыв о еде, хотя порция тунца на стоявшей перед ней тарелке выглядела весьма аппетитно.
Боже мой! – вертелось в ее голове. Выходит, всех троих детей Хенни родила только ради того, чтобы удержать возле себя Джона? Но это же кошмар! И ее энтузиазм по поводу семейной жизни, эти вечные кулинарные рецепты, ужины, стирка, украшение дома – все это лишь внешняя мишура, прикрывающая страх остаться ни с чем. Вот почему меня все время не покидало ощущение, будто Хенни старательно убеждает не только окружающих, но и себя саму, что их с Джоном брак великолепен и подобному союзу можно лишь позавидовать. Теперь понятно, в чем кроется причина стремления Хенни при всех беременностях и родах во что бы то ни стало сохранить стройность фигуры – ей приходится выдерживать постоянную конкуренцию со всеми действительными и потенциальными пассиями супруга. Оттого-то она почти ничего не ест по сравнению с тем, каким количеством еды потчует гостей и домашних. И косметикой, наверное, не пользуется по той же причине – чтобы угодить Джону. Вероятно, он относится к типу мужчин, которых раздражает помада на губах женщины. Но не ошибка ли это – подобное отношение к своему браку вообще и мужу в частности? По сути, Хенни прячет проблему вглубь, вместо того чтобы попытаться решить ее. В конце концов, существуют семейные психологи и, говорят, некоторым они помогают.
Наверное, в мозгу Хенни вертелись подобные же мысли, потому что она вдруг всхлипнула.
– Я так старалась создать хорошую семью! Ну почему, почему он такой? Чего ему не хватает дома? Что дают ему все эти женщины, чего не могу дать я? Мне и так приходится выполнять в постели любую его прихоть, только бы он не искал удовольствий на стороне. – Хенни утерла скатившуюся по щеке слезинку. – И после всех своих усилий я обнаруживаю, что ситуация двинулась по очередному кругу.
Эсти с сочувствием и даже жалостью смотрела на нее, не представляя, какой совет можно дать.
– А может… – начала она и остановилась, не зная, стоит ли продолжать.
– Да? – с надеждой взглянула на нее Хенни.
– Ну, я подумала, может, тебе как-то обсудить с Джоном эту проблему. Вдруг он согласится сделать над собой усилие – или пожертвовать ради семьи своими привычками, если угодно, – и перестанет заглядываться на юбки?
Вспыхнувший было взгляд Хенни потух. Она медленно покачала головой.
– Нет, я не могу завести подобный разговор.
– Но почему? – воскликнула Эсти. – Сколько ты еще будешь мучиться?
Хенни вздохнула.
– Видишь ли, Джон не знает, что мне известно о его похождениях. Если я заговорю об этом, мне придется открыть карты. И что тогда будет, одному Богу известно… Пусть уж лучше все идет своим чередом.
Эсти осталось лишь сокрушенно покачать головой. Она поняла, что Хенни намерена и дальше являть собой образец терпения и стойкости. По-прежнему будет делать вид, будто ничего особенного в ее семье не происходит. А потом сообщит Джону о новой беременности, четвертой по счету.
Это похоже на анекдот, подумала Эсти. Только почему-то не смешно…


После того разговора с Хенни она и приняла решение съездить в Колумбус. Ей нужно было развеяться. Ее душа требовала перемен. И, кроме того, нужно было определиться с тем, намерена она возобновлять работу в бюро или нет. А Гейб… Что ж, некоторое время он побудет без привычного обхождения. В конце концов, ничего страшного в этом нет.
И вот намеченный час выхода из дома давно настал, а Эсти все еще сидела в спальне своего миленького коттеджа, злясь на себя за то, что растолстела и не влезает ни в одно платье.
И как только бедняжка Хенни переносит свои беременности! – промелькнуло в ее голове. Я просто пополнела, и то тяжко…
В этот момент Эсти вдруг осенило. Она вспомнила, что впервые увидела Хенни в трикотажном платье, в котором та, по-видимому, чувствовала себя комфортно.
А ведь у меня тоже есть нечто наподобие, радостно подумала она. Правда, платье темное, но это даже лучше – замаскирует мою полноту.
Через пятнадцать минут Эсти закрыла калитку и взглянула на коттедж с таким чувством, будто покидает его навсегда. Она знала, что это не так, но ничего не могла с собой поделать.


В бюро ее сразу окружили спешившие поздороваться сотрудники.
– Как ты похорошела! – доносилось с разных сторон. Как расцвела!
– Скажите лучше, растолстела, – смеясь отмахивалась Эсти.
Пропустите же меня наконец! – раздалось сзади, и в следующую минуту Эсти оказалась в объятиях Дейзи. – Безумно рада тебя видеть, – сказала та после поцелуев. – Кстати, очень хорошо, что ты зашла. У меня тут возникла проблема, с которой только ты можешь справиться…
– Эсти! Здравствуй, дорогая. Решила завершить отпуск раньше срока?
Обернувшись, Эсти увидела улыбающегося Сирила.
– Почти, – сказала она, чувствуя, как радостно сжимается ее сердце: наконец-то она очутилась в родной обстановке. Прочь сомнения, ее место здесь, и только здесь!
– А я уже собираю чемоданы, – заметил Сирил. – Займешь мое место или как?
Она кивнула.
– Да. Решение окончательное. Можешь сообщить о нем Лесли Кноллу.
– Его сейчас нет, но я передам твои слова, – пообещал Сирил.
Вдоволь наговорившись с Дейзи и попутно решив возникшие у той рабочие проблемы, Эсти отправилась к себе домой.
Как чудесно было войти в квартиру, где все знакомо, каждая мелочь находится на своем месте и даже запах долго не проветривавшихся помещений кажется приятным! Эсти прошлась по комнатам, открывая форточки, а затем и балконную дверь.
Дома! Она снова здесь, у себя. В эту минуту находившийся в тихом районе Чарлстона миленький коттедж казался ей нереальным образом из сновидения. Тут она оставила настоящую жизнь, а та, прежняя, была словно участием в чужом, навязанном ей спектакле.
Вечером, ругая себя за малодушие, Эсти позвонила Гейбу в Чарлстон. Конечно, подобный разговор следовало провести глядя друг другу в глаза, но… она не ощущала в себе для этого сил.
– Значит, ты решила вернуться на работу, – тускло произнес Гейб, выслушав ее. – Что ж, у тебя ведь с самого начала было подобное намерение. Хотя, признаться, я думал, что мы… Впрочем, ладно, не будем об этом. Я понимаю, что твои помыслы сейчас сосредоточены на другом.
Конечно, Эсти поняла, что Гейб подразумевает женитьбу, но сейчас ей меньше всего хотелось обсуждать этот вопрос.
– Да, дорогой, – просто сказала она.
– То есть ты приедешь за вещами, – констатировал Гейб.
Эсти натужно рассмеялась.
– Зачем же так мрачно?! Ведь твои дела в Чарлстоне тоже скоро завершатся и ты вернешься сюда.
– Да, конечно, – отозвался он без всякого энтузиазма. Потом вдруг спросил: – Постой, а когда ты намерена вернуться в Чарлстон?
Эсти задумалась.
– Завтра у меня ланч с Дейзи, мы еще не наговорились за сегодня. Пожалуй, послезавтра приеду. А на следующее утро уеду вновь.
– Но ведь до окончания твоего отпуска еще неделя, – напомнил ей Гейб.
Чуть замявшись, Эсти пояснила:
– Мне хочется перед выходом на работу привести себя в порядок. Посидеть несколько дней на диете, пройти хотя бы короткий курс массажа, посетить парикмахерский салон…
Гейб немного помолчал, прежде чем произнести:
– Значит, мы не увидимся.
– Почему? Говорю же тебе, весь вечер и ночь до утра я пробуду в…
– Завтра я уезжаю, чтобы проинспектировать деятельность своих работников в избирательном округе. Это займет дня три, не меньше. Так что если мы и сможем пообщаться, то только по телефону.
Эсти прикусила губу.
– Ну… тогда увидимся, когда кончится твоя командировка и ты вернешься в Колумбус.
Разговор получился невеселым. Положив трубку, Эсти немножко поплакала, но потом заставила себя успокоиться. Отныне никто – даже Гейб – не будет влиять на ее жизнь. И точка!


Первого октября, приведя себя в порядок, она захватила из холодильника собственноручно испеченный морковный пирог с банановой начинкой и отправилась на работу. И первым же, кто повстречался ей в коридоре компьютерного бюро, оказался Лесли Кнолл.
– О, золотце, ты уже здесь? – воскликнул он, молниеносно оглядев Эсти с головы до ног. При виде ее округлившейся фигуры глаза его вспыхнули. – Правду сказали, что ты похорошела. Ну, идем ко мне. Приказ о твоем назначении на место главы отдела готов, сейчас подпишу его и приступай к новым обязанностям. – Открыв дверь своего кабинета, он вошел первым, прямиком двинулся к столу, придвинул к себе лист бумаги с отпечатанным текстом и застыл над ним с ручкой в руке. – Надеюсь, сегодня мы наконец сможем поужинать? Эсти подготовилась к подобному вопросу.
– Мистер Кнолл, должна предупредить вас, что не вижу причин переводить наши служебные отношения в иную плоскость. Ужинать мне с вами незачем.
Тот усмехнулся.
– Хорошо, можем обойтись и без ужина. Собственно, меня ведь интересует другое, сама понимаешь. – И он игриво подмигнул Эсти.
– Должна вас разочаровать, – произнесла она, втайне удивляясь своему спокойствию. – Ничего другого между нами не будет. Если же вам вздумается настаивать, я подам на вас в суд за сексуальные домогательства. И мне абсолютно безразлично, подпишете вы приказ или нет, – добавила Эсти, предвосхищая выпад Кнолла. – Если не подпишете, вам придется долго искать мне достойную замену, параллельно объясняя владельцу бюро, по какой причине место главы отдела до сих пор пустует. И учтите, любой ваш аргумент окажется неубедительным.
Прищурившись, Кнолл с минуту рассматривал Эсти, на его лице отражалась напряженная работа мысли. По-видимому, он взвешивал про себя, стоит ли рассматривать угрозу всерьез. Затем пробормотал что-то невразумительное и… подписал приказ.
– Ступай, умница. Работай!
Эсти так и сделала.
Октябрь пролетел незаметно, начался ноябрь, зачастили дожди, и Эсти все чаще стала вспоминать, как бывало они с Гейбом замечательно проводили время в ее гостиной, сидя в обнимку на диване, слушая музыку или беседуя об искусстве. Сейчас они периодически беседовали по телефону, но, конечно, это не могло заменить живого общения. А до завершения командировки Гейба оставалось еще не меньше месяца.
Но однажды вечером раздался звонок домофона. Эсти никого не ждала и решила, что кто-то ошибся квартирой. Однако из динамика устройства донеслось:
– Дорогая, это я. Впусти меня, пожалуйста!
– Гейб!
Через минуту он перешагнул порог квартиры, держа в руках охапку лиловых хризантем.
– Солнышко…
Одной рукой притянув Эсти к себе, он с жадностью припал к ее губам. Хризантемы оказались между ними, и поцелуй получился пропитанным чудесным осенним ароматом, слегка терпким и тревожным.
– Ты нужна мне… – прошептал Гейб, касаясь губами мочки уха Эсти. – Я безумно соскучился по тебе…
Она уже трепетала от внезапно вспыхнувшего желания.
– Идем!
Забрав у Гейба хризантемы и роняя их на пол, она повела его в спальню. Мимоходом свалила цветы на туалетный столик, увлекая Гейба дальше, на кровать. Там они сплелись в объятиях и слились в новом поцелуе.
– Я люблю тебя, – слетел с губ Эсти лихорадочный шепот, после чего она принялась порывисто раздевать Гейба, который в свою очередь то же самое делал с ней.
Затем, уже полностью обнаженные, они вновь сплелись в объятиях. Их любовь была наполнена неистовой страстью и одновременно пронизана нежностью.
И посреди бешеного взрыва эмоций Гейб внезапно почувствовал, что с ним та, прежняя Эсти, в которую он влюбился с первого взгляда и с которой ему было так хорошо, как ни с одной другой женщиной. Только с такой Эсти он остро ощущал себя мужчиной. И сейчас, утопая в сладостном чувственном мареве, уголком сознания отметил, что, кажется, вновь обретает душевное равновесие, которого был лишен несколько последних месяцев.


– Мне нужно кое-что сказать тебе, дорогой, – прошептала Эсти, уютно устроившаяся в объятиях Гейба в полумраке спальни. Вспышка страсти завершилась, и оба успели немного успокоиться. – Кажется, я созрела для брака.
Гейб замер, не произнося ни слова, будто опасаясь голосом спугнуть важный момент.
– Только ты должен учесть: если мы поженимся, наша жизнь ничем не будет напоминать ту, что была в Чарлстоне. Видишь ли…
Быстро приподнявшись на локте, Гейб нежно прижал пальцы к ее губам.
– Знаю, – взволнованно шепнул он. – Не нужно ничего объяснять. Роль домохозяйки не для тебя, ты… другая. И не должна себя насиловать. Кроме того, больше всего я люблю тебя такой, какая ты сейчас.
– Правда? – Эсти как будто боялась поверить, что все оборачивается так просто. – Ты… не обманываешь меня, чтобы утешить?
Гейб порывисто сгреб ее в охапку.
– Глупенькая! Мне без тебя жизни нет…
Они слились в долгом поцелуе, а когда он завершился, Эсти вдруг усмехнулась.
– Сколько же я наделала бессмысленных вещей! К примеру, что теперь делать с диваном и креслами, которые остались в коттедже?
– Они уже здесь, у меня дома, ждут твоего решения.
– Как?! – изумилась Эсти. – Когда же ты перевез их?
– Сегодня, на трейлере. И сразу отправился к тебе. Так что решай проблему, дорогая.
Ее губы сами собой изогнулись в довольной улыбке.
– Ну разве это проблема! Главное, мы снова вместе. И теперь уже навсегда.


Они поженились перед Рождеством, пригласив на свадьбу всех друзей, коллег и родственников с обеих сторон. На торжестве отсутствовала только Хенни, которая плохо себя чувствовала в этот период из-за начала новой беременности…


Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Вторая попытка - Хогарт Аурелия

Разделы:
123456789101112

Ваши комментарии
к роману Вторая попытка - Хогарт Аурелия



Не очень.Трудно это назвать ЛР
Вторая попытка - Хогарт АурелияПоли
23.09.2011, 9.01





Хочу извиниться перед всеми романами, которые я когда либо назвала затянутыми. Ох не читала я тогда вот этого! Абсолютно не преувеличивая перечислю события романа: надо ехать, а она сидит; разговор с подругой о повышение; как завязался роман; поездка к его родне; выбор гардин; она толстая и с этим надо что то делать и она вернулась к работе. Всё!!!! Весь роман...и может было бы ещё ничего, если бы это не растянули на 76 страниц!!! Как, ну как можно так растянуть роман? Диалоги ни о чём по 2-3 страницы, жесть... Минус 100 из 10
Вторая попытка - Хогарт АурелияКсения
7.04.2015, 8.39





А мне роман понравился! Особенно тот момент, когда жена его брата, у которого они были в гостях, наготовила кучу вкусностей и... испортила всем аппетит, заведя за столом разговор о детском говне! Вот это действительно жесть!
Вторая попытка - Хогарт АурелияКошечка Джози
7.03.2016, 7.00








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100