Читать онлайн Так мало времени, автора - Хиллард Нерина, Раздел - 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Так мало времени - Хиллард Нерина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.58 (Голосов: 43)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Так мало времени - Хиллард Нерина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Так мало времени - Хиллард Нерина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хиллард Нерина

Так мало времени

Читать онлайн


Предыдущая страница

11

Сознание медленно возвращалось к Моргане. Сквозь тьму, которая по-прежнему ее окружала, до нее медленно дошло, что боли больше нет, и она возвращалась, чтобы это проверить. Первое, что она заметила, придя в себя, это что голова у нее вся перебинтована. Еще более удивительным было то, что за ней наблюдают Карл и Неста.
— Хэлло,— еле выговорила она, удивляясь, что голос у нее такой слабый — еле слышный шепот.
— И тебе хэлло,— нежно отозвалась Неста. Моргана не помнила ничего, кроме первого приступа боли, заставшего ее в вилле Несты, и удивилась, отчего на обоих лицах написано такое удовлетворение. И вообще, Карл казался каким-то другим, хотя было почти невозможно определить, в чем конкретно это выражается. Может, он стал увереннее и спокойнее, как будто какой-то тяжелый груз исчез — и он стал свободен.
— Вы оба кажетесь ужасно довольными жизнью,— сказала она им.
— И не без причины,— ответил Карл, улыбнувшись, когда она непонятно ослабевшей рукой при коснулась к окутанной бинтами голове.— Оставь в покое прическу,— потребовал он, и тут только до нее дошло невероятное.
— Карл! Ты оперировал!
— Да, либхен,— мягко сказал он,— и ты будешь жить. А теперь засыпай и ни о чем не беспокойся.
Моргана хотела бы сказать, что ей ни чуточки не хочется спать, что ей надо задать им тысячу вопросов, но тут почему-то глаза у нее сами собой стали закрываться, и она почти сразу же погрузилась в сон — глубокий, дарящий жизнь сон. Только гораздо позже ей рассказали о беспамятстве, в котором она находилась: она никого не узнавала, и жизнь ее висела на волоске, несмотря на удивительное лекарство, которое боролось за нее, смягчая шок, ставший неизбежным последствием такой операции.
Когда она снова открыла глаза, рядом оказалась худенькая смуглая медсестра, которая успокоительно ей улыбнулась, что-то сказала по-португальски и пошла за Карлом. Но не успели они вернуться, как она уже снова провалилась в сон.
При ее третьем пробуждении рядом опять оказалась Неста. На этот раз Моргана уже не испытывала желания снова заснуть. И еще она с радостью почувствовала, что стала намного крепче.
— Снова проснулась, соня?— приветствовала ее Неста.— Мы уже решили, что у тебя начинается сонная болезнь.
Моргана улыбнулась: так необыкновенно приятно было сознавать, что она будет жить.
— Это было бы чрезвычайно невежливо с моей стороны после всего, что вы все для меня, сделали,— ответила она. Уголком глаза она заметила, что к кровати подходит кто-то еще, и, повернув голову, увидела Карла, казавшегося старше в своем белом халате.
— Как ты себя чувствуешь?— спросил он.
— Намного лучше.— Она взглянула на него, и в глазах ее читалась невыразимая благодарность.— Я еще тебя не поблагодарила, Карл.
— Для меня достаточно того, что ты жива, либхен,— негромко ответил Карл.— Какое-то время мы боялись, что ты от нас улизнешь.
Какое-то время казалось, что это случится. И еще он знал, что ее спасла не медицина, а несгибаемая воля мужчины с посеревшим лицом, который так долго сидел у ее постели и, оставаясь безмолвным и неподвижным, сражался со смертью и победил. Чуть тлевшая искра жизни, готовая вот-вот потухнуть, теперь разгорелась и могла существовать самостоятельно.
— Это похоже на чудо,— прошептала Моргана.
— Это и есть чудо,— сказала Неста,— но не то, о котором ты думаешь.— Она улыбнулась в ответ на вопрошающий взгляд девушки.— Помнишь о том хирурге, которого упомянули в больнице,— единственном человеке, который был в состоянии сделать такую операцию?..
— Тот… который исчез?— Ее изумленный, недоверчивый взгляд обратился к мужчине в белом халате, стоявшем у ее постели.— Карл! Это был ты!
— Да, либхен,— негромко отозвался он,— тот трус, который уполз прятаться, был Карл Кристен. Ты дала мне не меньше, чем я — тебе.— Тут он улыбнулся, и его синие глаза блестели радостью жизни, которой в них не было прежде.— Но это — в прошлом. Нас обоих теперь ждет новая жизнь.
Но тут ошеломляющая радость от мысли о том, что ее ожидает совершенно новая жизнь, была омрачена неожиданно пришедшей ей в голову ужасной мыслью.
— Я бредила?
— Немного.
Карл улыбнулся, а у нее оборвалось сердце. Все ее сознание переполнено любовью к Фелипе — она испугалась, не выдала ли она этот секрет.
— Я не говорила ничего особенно ужасного?— не могла не спросить она, но Неста, почувствовав как она боится ответа, улыбнулась и покачала головой: она догадалась, что так беспокоит Моргану.
— Все вполне прилично, хотя ты довольно резко отзывалась о каком-то враче из больницы Святого Кристофера.
Пряча чувство облегчения, Моргана рассмеялась.
— Это я, наверное, о бедном старом докторе Хенрдиксли. Мы все его не любили.— Она помолчала мгновение, потом спросила:— Что-нибудь интересное происходило, пока я была без сознания?— Ее все-таки немного беспокоило, не выдала ли она чем-нибудь свои чувства к Фелипе.— Кажется, прошла целая вечность. Я наверняка что-нибудь прозевала.
— Ну, ты прозевала уникальное зрелище: Фелипе в роли разъяренного тигра в клетке,— суховато ответила Неста, переведя разговор на ту тему, которую Моргане отчаянно хотелось обойти и которая ее бесконечно интересовала.— Наш хладнокровный хозяин Хуамасы спустился со своей неприступной вершины — да еще как!
Моргана еще слишком хорошо помнила другой случай, когда он спустился со своей вершины, но поспешно отбросила это воспоминание. Ей надо с собой справиться. Пусть случилось чудо, и она будет жить, но их с Фелипе отношения не изменились.
— О Боже,— виновато проговорила она,— похоже, я устроила настоящий переполох.— И только в это мгновение до нее полностью дошло то, что сказала Неста.— Вы говорите, Фелипе вернулся на остров?
При мысли о том, что он рядом, ее сердце залила глупая радость.
— Он вернулся раньше, чем его ожидали,— ответил Карл.— Ты ведь провела здесь всего три дня.
— Фелипе привез тебя в больницу, когда ты потеряла сознание — чуть ли не у его ног,— добавила Неста.
Моргана изумленно посмотрела на обоих:
— Правда?
Она совершенно не помнила, что видела его.
— Ты не помнишь?— сочувствующе улыбнулась ей Неста.— Ты назвала его видением и сказала, что на самом деле он в Португалии.
— О Боже,— виновато проговорила Моргана.— Я совершенно ничего не помню. Наверное, это таблетка.— Она снова забеспокоилась, не сказала ли она что-нибудь самому Фелипе. Ну не ужасно ли будет, если окажется, что в больнице она безобидно болтала о своей прежней работе, а самому Фелипе выложила то, что должно было оставаться тайной! Ей надо как-то это узнать!— Я не говорила ничего ужасного?— снова спросила она, и Неста, снова угадав, что ее тревожит, с улыбкой покачала головой.
— Ни слова,— сказала она, а потом добавила:— Хотя у тебя хватило нахальства сообщить Фелипе, что у него какой-то странный цвет лица, и спросить, не болен ли он. Это было после того, как ты ему сообщила, что с минуты на минуту умрешь. И к тому же сообщила это так, словно считаешь это великолепной шуткой!
Тут даже Карл рассмеялся:
— Похоже, наш невозмутимый Фелипе был потрясен до глубины души!
Моргана ужасно удивилась.
— Правда?
— Да,— сухо подтвердила Неста.
— Любой человек был бы потрясен, а Фелипе тем более,— с улыбкой поддразнил ее Карл.— Но не тревожьтесь. Он вас простил. Мне дано распоряжение перевести вас в «Паласио», как только здоровье позволит.
Моргана бросила быстрый взгляд на Несту.
— А почему мне нельзя вернуться на виллу?
Неста пожала плечами.
— Почему-то Фелипе хочет, чтобы вы были в «Паласио»,— уклончиво ответила она.— Наверное, у него какая-нибудь глупая идея, вроде того, что я недостаточно здорова, чтобы за вами ухаживать.
— Конечно, недостаточно,— моментально подтвердила Моргана.— О Господи, сколько же я всем хлопот доставляю!— добавила она, скорчив виноватую рожицу.
— Глупости,— чуть ли не фыркнула Неста.— И не начинайте придумывать препятствия и снова с ним ссориться. Я буду там в качестве компаньонки или дуэньи, так что соглашайтесь без сопротивления. Вам это не повредит, особенно после того, как он совершил этот сумасшедший бросок на континент, чтобы достать вам чудодейственное лекарство.
Широко раскрыв глаза, Моргана выслушала подробное повествование о событиях той ночи. Хотя ей хотелось увидеть что-то личное в озабоченности Фелипе, она знала, что им руководили только сочувствие и внимание, которые она прежде принимала за высокомерную тиранию. Тем не менее, узнав о лекарстве, которое упомянул Карл, она забеспокоилась: за него, скорее всего, пришлось заплатить огромные деньги! Она постаралась справиться со все растущим нежеланием переезжать в «Паласио» — пусть даже ее будет преследовать и тревожить воспоминание о последней встрече с Фелипе в садах «Дескани» и отсутствие всяких воспоминаний о той самой последней, когда она, судя по тому, что ей рассказывают, представила забавной шуткой надвигавшуюся смерть. Сейчас ее единственным желанием было сделать то, чего он хочет, не думая о том, что стоит за его пожеланиями.
Тут Карла куда-то вызвали, а Неста тоже встала со словами, что ей надо уходить, пока кто-нибудь из медсестер ее не выгнал.
В последующие дни у Морганы было много посетителей. Первой пришли Марита Акуарас и ее мать, и следом за ними какие-то почти незнакомые люди, в основном те, с кем она встречалась у сеньоры Акуарас,— они навещали ее, заботливо осведомляясь, как идет выздоровление. Казалось, они искренне интересуются ею. Моргана не знала, что жители острова уже успели ее полюбить — даже высокомерная островная аристократия, обычно не спешащая принимать кого-то в число друзей.
Ее не навестил только один человек, и оказалось, что это причиняет ей почти невыносимую боль. Казалось бы, после того, что он сделал в ночь операции, Фелипе должен был хотя бы раз навестить ее, но похоже, он удовлетворялся тем, что издалека справлялся о ее самочувствии и выздоровлении. Когда Моргана узнала, что его неожиданно снова вызвали в Португалию по срочным делам, она обнаружила, что вновь обретенная радость жизни как-то поблекла из-за того, что его больше нет на острове, неподалеку от нее, пусть даже на самом деле он держался в стороне от нее. А когда она услышала, что Селестина тоже вернулась в Португалию, она совершенно определенно почувствовала, что сердце ее стало тяжелым, как кусок свинца. Так легко было представлять себе, что они встречаются на какой-нибудь сверкающей огнями театральной премьере: экзотически-прекрасная и искушенно уверенная в себе Селестина и Фелипе — такой же смуглый и уверенный в своем притягательном ледяном обаянии. Они так подходили друг другу! Моргана терзала себя мыслями о том моменте, когда услышит об их помолвке. Может, даже в эту минуту они сидят близко друг к другу или стоят, переплетя руки, и смотрят на звезды, которые в Португалии, должно быть, не менее яркие, чем здесь, на Хуамасе.
Тут Моргана вздохнула и постаралась не думать о нем, но это было невозможно: ни сердце, ни разум ее не хотели заниматься ничем другим теперь, когда их больше не наполняла чудовищная мысль о близкой смерти. Казалось, они специально сосредоточиваются на том, что ей хотелось бы забыть. Раньше это был несчастный случай, теперь — Фелипе. Она ловила себя на том, что вспоминает прикосновение рук, сжавших ее талию, и насмешливый блеск глаз тогда, на празднике цветов, или сады «Дескани» — хотя это воспоминание было неприятным.
Может быть, он тоже вспомнил об этих эпизодах теперь, когда миновал напряженный кризис, связанный с ее операцией,— и уехал в Португалию? Ведь только обычное человеческое сочувствие заставило его так много сделать в ту ночь, а теперь он вспомнит все то, что стоит между ними: враждебность и ненависть, которые, как она знала, он к ней испытывает. Возможно, он уже пожалел, что распорядился, чтобы она во время выздоровления жила в «Паласио», и на самом деле хотел бы, чтобы она отказалась туда переехать.
Что она предпримет, когда полностью поправится,— об этом Моргана пока не думала. Конечно, можно было бы вернуться в больницу Святого Кристофера, но ей страшно не хочется уезжать с Хуамасы. Остров незаметно покорил ее сердце не только потому, что здесь живет Фелипе, но и потому, что что-то в его красках и теплом солнечном свете, и в заразительно-веселых его жителях всегда будет ее привлекать, каковы бы ни были обстоятельства.
Конечно, можно было бы остаться на острове. Моргана знала без ложного тщеславия, что она — хорошая медсестра, и, возможно, предложение Карла относительно места в его больнице по-прежнему в силе. Но сможет ли она жить на Хуамасе, когда Фелипе женится на Селестине: видеть их вдвоем, знать, что они в «Паласио» — вместе? Пока она отложила решение этого вопроса и сосредоточилась на том, чтобы восстанавливать силы так, чтобы можно было встретить будущее, каким бы оно ни было.




Для того чтобы занять время, которое тянулось ужасно медленно, Моргана решила учить португальский язык. Теперь он определенно ей понадобится, если она решит остаться на острове. Карл предложил помочь ей, но со смехом заметил, что Фелипе, наверное, придет в ярость, если она заговорит на его языке со странным немецким акцентом.
Моргана невесело засмеялась.
— Он, наверное, будет достаточно резко высказываться и по поводу английского акцента. Страшно подумать, что он скажет, если я приобрету еще и чужой акцент. Он очень горд тем, что он португалец.
— У него есть основания для гордости.
— Карл,— неожиданно спросила она,— что я буду делать, когда выйду из больницы?
— Конечно, поедешь в «Паласио».
Моргана покачала головой.
— Я имею в виду — после этого. Я не могу там оставаться очень долго. Вообще никак не могу понять, почему Фелипе захотел, чтобы я там жила.
— Правда?— Он как-то странно на нее посмотрел, потом с улыбкой добавил:— Наверное, для того, чтобы проследить, чтобы ты выполняла предписание не переутомляться.
— Он меньше всего подходит для этой роли.— Уголки ее губ приподнялись в заразительной улыбке.— Я, наверное, из принципа не стану его слушаться.
Тут Карл открыто расхохотался, наблюдая за ней с удовлетворением, которое даже не пытался скрыть. Она выздоравливает с просто поразительной скоростью, и после первого тревожного периода не было даже и намеков на осложнения.
— Карл, ты когда-то предложил мне работу здесь, в больнице,— продолжала Моргана, решив выяснить то, что не давало ей покоя.— Оно остается в силе — я имею в виду, когда настолько поправлюсь, чтобы начать работать? Мисс Брутон я уже больше не понадоблюсь.
Карл в ответ так ухмыльнулся, что она не поняла, о чем он думает.
— Не отложить ли нам этот разговор до тех пор, когда ты уедешь из «Паласио»?— предложил он.— Может, ты решишь, что вместо этого хочешь чего-то совсем другого.
— А что еще может быть? Или я остаюсь на Хуамасе, или возвращаюсь в Англию, в больницу Святого Кристофера. Если я останусь здесь, я могу только работать медсестрой.
— Конечно,— невозмутимо согласился Карл и перевел разговор на другое, оставив Моргану в совершеннейшем недоумении. В конце концов она решила, что он, видимо, имел в виду, что она может предпочесть частную практику.
Одной из пациенток больницы, юной португалке, немного владевшей английским, было поручено помогать Моргане учить язык. И когда Марита в следующий раз пришла навестить Моргану, та смогла приветствовать гостью на ее родном португальском. Марита тут же разразилась потоком взволнованных португальских фраз, заставив ее признаться, что ее обучение пока только начинается. Однако сеньора Акуарас, которая на этот раз опять сопровождала дочь, выразила явное, хотя и молчаливое, одобрение достигнутыми ею успехами.
В следующий раз, когда Марита навестила ее — на этот раз в одиночку,— Моргана обнаружила, что попытки говорить по-португальски проходят успешнее. Поскольку больше делать ей было нечего, она сосредоточила все свое внимание на занятиях и, наверное, училась бы целые дни напролет, если бы Карл силком не останавливал ее.
— Вы делаете большие успехи,— сказала Марита во время очередного посещения.— И у вас хороший выговор. Фелипе будет доволен.
Моргана больше не хмурилась, слыша, как все происходящее на острове откровенно оценивается с точки зрения того, будет ли этим доволен Фелипе но мысленно посмеялась над собой из-за того, что признается в этом без раздражения.
— Кажется, он все еще в Португалии?— осторожно спросила она.
Марита кивнула.
— Но он скоро возвращается,— сказала она с хладнокровием, которое, как надеялась Моргана, ей тоже удается изобразить при разговоре о нем.
— А ваша кузина Селестина? Она тоже скоро вернется?
— Нет. Уже объявлено о ее помолвке, и она скоро выйдет замуж.
После почти незаметной паузы Моргана поспешно сказала:
— Но ведь она вернется на остров, когда выйдет замуж, правда?
Это было неизбежно с самого начала, сказала себе Моргана. Она всегда об этом знала, но до чего же мучительно больно было слышать, что об их помолвке уже объявлено. Темные глаза Селестины будут торжествующе смеяться, губы уверенно улыбаться: ведь она наконец завоевала то, что хотела: любовь Фелипе.
— К чему ей возвращаться на Хуамасу?
Вопрос Мариты прервал ее гнетущие мысли, и она вздрогнула — не столько от неожиданности, сколько от того, что Селестина забирает Фелипе с Хуамасы. Это кажется просто преступным. Фелипе так любит этот остров! Он вошел в его плоть и кровь, пусть даже у него есть поместья в Португалии и по всему свету. Невозможно думать о Хуамасе, не думая о Фелипе, и наоборот. Хуамаса и Фелипе неразрывно связаны. Будет ли он по-настоящему счастлив вдали от Хуамасы? Но, может быть, Селестина заставит его забыть об острове, который он так любит.
Тут Моргана заметила, что Марита с любопытством за ней наблюдает, и постаралась беззаботно пожать плечами.
— Я просто полюбопытствовала, только и всего.
Я думала, что когда она выйдет замуж за Фелипе, они будут жить здесь.
— Фелипе!— Казалось, Марита необъяснимо изумилась.— Она не собирается выходить замуж за Фелипе.
Пораженная Моргана неподвижно застыла. Фелипе не женится на Селестине! А Марита так смотрит на нее, словно она, Моргана, должна была всегда знать, что ничего подобного не будет, что довольно неприятно, поскольку ничто на острове не казалось столь очевидным, как то, что все действительно ожидали их женитьбы.
— Но я думала… Я хочу сказать, что, казалось, все ожидали, что они поженятся.
Марита беззаботно махнула рукой.
— В какой-то момент это действительно было так, но очень скоро стало очевидно, что он хочет жениться на ком-то другом, а Фелипе всегда поступает так, как хочет.
А вот это несомненно правда, подумала Моргана. Какая девушка сможет перед ним устоять, если он действительно вознамерится ее завоевать? Ей было стыдно, что она ревнует к какой-то незнакомке.
— Фелипе глубоко влюблен,— продолжала Марита,— и весь остров улыбается. Он слишком долго презирал любовь.
— Поэтому все рады его поражению?— не удержалась от улыбки Моргана. Похоже, то, что он не влюблялся, смотрелось очень «не по-португальски», и его друзья и врачи одинаково рады, что ему оказались не чужды человеческие слабости.
— А девушка, с которой он помолвлен,— в Португалии?
Теперь ее снедало любопытство по поводу этой незнакомой соперницы. Может быть, она сможет подарить ему такую любовь, на которую, она это знала, неглубокая натура Селестины была неспособна.
— Он еще не помолвлен,— поправила ее Марита.— Она скоро приедет в «Паласио».
— Значит, я с ней встречусь,— проговорила Моргана, делая вид, что ее это не слишком занимает.
— Возможно,— согласилась Марита, невинно глядя на подругу широко раскрытыми глазами, и Моргана поспешно переменила тему разговора.




Они проехали по хорошо знакомой дороге от Лорензито, миновали поворот на виллу «Франческа» и, наконец, остановились у высоких причудливых колонн со столь хорошо знакомым Моргане гербом Альвиро Риальта. А ведь она только второй раз проезжает через эти искусно сработанные ворота!
Слуга в зеленой ливрее снова отворил ворота с улыбкой, поклонившись мисс Брутон и Моргане, и машина снова быстро поехала по гладкой аллее, которая вела к «Паласио». Гордо выпрямленная спина Хулио говорила, что он сознает всю важность происходящего. Он доставит двух сеньорит в «Паласио», где они будут гостями сеньора, который только сегодня вернулся из Португалии, а потом вернется на виллу «Франческа», чтобы там все было готово к возвращению сеньорит.
Моргана глубоко вздохнула, когда показался дворец в дивном обрамлении тропических садов. Он по-прежнему напоминал образ из арабских сказок, но на этот раз что-то в нем покорило ее сердце.
Машина остановилась на вымощенном дворике с широкими пологими ступенями, которые вели на террасу. Почти сразу же они увидели Фелипе, спускавшегося по второй, широкой мозаичной лестнице от парадного входа с его лепными колоннами и гербом Риальта.
Он любезно приветствовал их и провел в комнату, где Моргана уже побывала,— с полом из крошечных хрупких синих плиток и высокими окнами, выходящими на мраморную террасу, с которой вела лестница в сад. Моргана гадала, помнит ли он, как в первый раз привез ее сюда, иронично-насмешливо отчитав за ее отношение к любви и за то, что она так часто надевает свою медицинскую форму. А потом — его холодную отчужденность, когда она уклонилась от одного из его вопросов. И как он принимал ее восхищение по поводу его библиотеки, когда одолжил, ей бесценную старинную книгу с легендами о короле Артуре.
Когда Фелипе подошел к знакомому буфету и налил в хрустальные рюмки сверкающую янтарную жидкость, это тоже напомнило ту, предыдущую встречу, но теперь она лучше его знала: она его любит. И ее не преследовала неотвязная мысль о том, что ее время вот-вот кончится. На этот раз она любила его и была счастлива просто находиться рядом с ним. Она отказывалась смотреть вперед, в то время, когда ей придется встретиться с девушкой, на которой он собирается жениться.
Фелипе задавал общепринятые вопросы о ее болезни, и Моргана отвечала в том же духе, не зная, как ей поблагодарить его за то, что он сделал. Эту тему было неловко затрагивать, особенно в присутствии Несты. Почти сразу же он настоял, чтобы Моргана поднялась наверх, в приготовленную для нее комнату, и отдохнула.
Моргана очень покорно повиновалась и прошла за горничной в большой холл, а оттуда по парадной лестнице наверх, в спальню, при виде которой она остановилась, восхищенно ахнув.
Пол комнаты был из бледного прохладного мрамора, а на небольшом возвышении стояла огромная резная кровать, так что надо было подняться на несколько ступенек, чтобы в нее забраться. Остальная обстановка также поражала изяществом и выдавала превосходный вкус хозяина. Высокие окна выходили на небольшой балкон, с которого был виден сад. Далеко внизу она заметила блеск воды: он исходил от расположенного в низине плавательного бассейна, вокруг которого шла широкая терраса с обязательной стеной с куполами, по которой карабкалось радостное многоцветье тропических цветов.
Моргана отвернулась от окна и обнаружила, что горничная дожидается, чтобы узнать, не потребуется ли ей что-нибудь. Моргана отпустила ее и снова вернулась к окну. Радостные цвета этого удивительного благоуханного сада делали отдых в комнате непривлекательной перспективой. Моргану наполнило чувство, которое, наверное, испытывает непослушное дитя, собирающееся поступить наперекор взрослым.
Она не останется в комнате. Пусть это означает, что она ослушается приказания Фелипе идти отдыхать, но она просто должна выйти в сад, который так настойчиво зовет ее.
Выскользнув из комнаты, она легко отыскала лестницу, виновато спустилась по ней на цыпочках, надеясь, что Фелипе не возникнет внезапно из какой-нибудь двери. Ей повезло, и она смогла незаметно проскользнуть в огромную арку парадных дверей к солнечному свету и ароматам сада.
Невольно она направилась в сторону бассейна, но тут ее внимание привлек какой-то тихий звук, и, обернувшись, она увидела крошечного белоснежного персидского котенка. Зверек явно только что открыл глазки и теперь лениво потягивался. На солнышке он разнежился и, видимо, никак не мог как следует проснуться. Моргана, которой всегда нравились кошки, улыбнулась и ласково позвала его.
Ее мягкий голос привлек внимание котенка, но он не спешил сделать над собой усилие и подойти к ней, и она ласково засмеялась.
— Наверное, ты понимаешь только португальский язык!
Она продолжала его улещивать уже на своем неуверенном португальском. Неизвестно, на самом ли деле котенок на этот раз ее понял или просто выбрал именно этот момент, но он подошел к ней на своих нежных лапках и начал тереться о ноги. Нагнувшись, Моргана подхватила его на руки и прижала пушистое тельце к себе. Ее вознаградило все усиливающееся крещендо мурлыканья, удивительно громкое для такого крошечного зверька. Она продолжала разговаривать с ним по-португальски и, только повернувшись, все еще улыбаясь довольному котеночку, обнаружила, что она уже не одна.
— Фелипе!
— Так вот как вы отдыхаете.
Он говорил по-португальски, отметив тем самым, что она овладела его родным языком, и Моргана осторожно поставила котенка на землю, чувствуя, что краснеет. Но в конце концов ей пришлось поднять голову, и она судорожно сжала за спиной руки: ведь они впервые оказались вдвоем после того эпизода в «Дескани».
— Мне не хотелось отдыхать,— кротко проговорила она по-английски.— Вы не возражаете, чтобы я сюда ходила?
— Ничуть,— ровным голосом ответил он.— Но не надо стоять на самом солнцепеке.
Его заботливость была очень трогательна, и Моргана поспешила напомнить себе, что она абсолютно ничего не значит: он просто внимателен к человеку, который так недавно был очень серьезно болен.
Он провел ее к маленькой беседке в форме пагоды и усадил на мягкие подушки сиденья. Моргане хотелось бы, чтобы он тоже сел: конечно, его близость все равно будет ее тревожить, но когда он вот так стоит над нею, глядя на нее сверху вниз с совершенно непонятным выражением лица, она чувствует себя ужасно неспокойно.
Его молчание лишило, ее равновесия, и она поспешно сказала первое, что пришло ей в голову. Замечание оказалось довольно плоским:
— Вы ведь, кажется, только сегодня вернулись из Португалии?
Наконец он пошевелился, прислонясь к одной из высоких рифленых колонн, поддерживавших крышу.
— Да. Это было неприятно, но я не имел возможности вернуться раньше. У меня оставались неоконченные дела, которыми необходимо было заняться. Я не планировал так рано окончить свою первую поездку туда, но оказалось, что меня тянет обратно на остров.
Моргана молчала, глядя на сцепленные на коленях руки. Она растерялась и не могла понять его странного поведения: казалось, оно призвано что-то скрывать и само было достаточно непонятным.
— Вы не собираетесь спросить меня, почему я вернулся?— добавил он, когда стало очевидным, что она не намерена прерывать свое молчание. Его акцент почему-то стал гораздо заметнее, чем обычно.
Теперь Моргана вынуждена была поднять голову и обнаружила, что он как-то странно на нее смотрит.
— Я сомневаюсь, чтобы вам понравилось, если бы я начала расспрашивать вас о ваших личных делах,— осторожно ответила она: ей было непонятно, не собирается ли над ее недоумевающей головой какая-то буря.
— Да… А возможно, вам просто нет до этого дела? Вы не огорчились бы, если бы больше никогда не увидели человека, который так вас раздражает.
Голос его звучал саркастически и в то же время с непонятной горечью.
А потом внезапно маска упала. Под его смуглой кожей разлилась бледность, во взгляде появилась тень незабытого страха. Стремительно протянувшись, его руки впились в ее плечи с такой силой, что она невольно сморщилась. Железными руками он заставил ее встать.
— Почему ты мне не сказала?
Все еще не понимая, что происходит,— ее мысли беспорядочно мелькали, так что она не могла понять, что именно отразилось в его взгляде,— Моргана хотела ответить уклончиво. И в то же время, когда она заметила его боль и усталость, и глубокие тени, которые легли у него под глазами, ей пришлось изо всех сил бороться с безумным желанием притянуть к себе его голову и нежными пальцами разгладить густые темные волосы.
— Я хотела, чтобы об этом никто не знал, повторила она уже привычное объяснение, снова вспомнив взгляды, которые все время так жадно следили за ней в больнице Святого Кристофера. — Я потому и уехала из Англии. Только Неста…
Она снова замолчала: выражение его лица окончательно сбило ее с толку.
— А я, конечно, не имел права знать,— обвинил ее горький голос, а жестокие пальцы сильнее сжали ее плечи.— Ты позволила бы мне уехать с Хуамасы — тебе было все равно, что я узнал бы, когда вернулся.
— Но… я не думала… Я…
Моргана замолчала. Как объяснить, что она предполагала, что это лишь мимолетно затронет его, поскольку она ничего для него не значит?
— Да — ты не думала!— Голос его был хриплым и яростным.— Тебе было совершенно все равно, что я вернусь на Хуамасу и обнаружу, что девушка, которую я люблю, умерла, пока меня не было!
Последние слова прозвучали безжизненно, но Моргана почти не обратила внимания на его тон.
— Но… не может быть…— прошептала она.
— Нет?— Его пальцы по-прежнему сжимали ей плечи, сверкающий взгляд зеленых глаз был почти невыносим.— Забавно, правда? Не желавший признавать любовь — и так попался: беспомощно лежит у ног той, которой нет до него дела. С Карлом ты готова была смеяться, но я видел в тебе только враждебность. И еще этот Филипп… То ты предпочитала Карла, то я снова был уверен, что ты по-прежнему любишь того человека, с которым была помолвлена. Я с ума сходил от мучительных сомнений, кого из них ты выберешь, а ко мне ты относилась только с неприязнью. Я должен был уехать…
Он все еще не отпускал ее. Моргана не находила слов для ответа — она была уверена, что это не может быть правдой. Это просто ее воображение наконец вышло из-под контроля и смешало мечты с действительностью. Но нет! Быстрый, страстный голос продолжал звучать в ее ушах.
— Я не мог оставаться вдали. Я должен был вернуться — и тогда…
Его голос снова прервался: у него перехватило горло при воспоминании о возвращении на Хуамасу и об одурманенном голоске, пролепетавшем ту ужасную и неожиданную новость. При виде посеревшего, искаженного страданием лица, ставшего совершенно безжизненным, Моргана не выдержала. Изумленное оцепенение, державшее ее в плену, рассеялось.
— Не надо, Фелипе! Не надо так смотреть! Крик вырвался из глубины ее сердца — и в следующую секунду он почти жестоко прильнул к ее губам. Его руки обхватили ее стальным обручем, но она была безмерно счастлива даже от самой этой боли. Он держал ее так, словно никогда больше не отпустит, как будто изголодался по ней. Даже когда он, наконец поднял голову, его руки не разжались. Моргана нисколько не сомневалась, что она ушла из реальности и бредит, как это уже было в больнице.
Неужели это — Фелипе де Альвиро Риальта? Неужели этот человек, который быстрым, страстным голосом шепчет ей едва понятные признания,— это бесстрастно-ледяной хозяин Хуамасы?
— Не может быть, чтобы ты меня любил!— проговорила она, наконец чуть слышным, изумленным голосом, несмотря на то, что его поцелуй сказал ей совершенно противоположное.
Фелипе рассмеялся — негромко, но с глубоким торжеством, потому что губы Морганы выдали ее.
— Так в это очень трудно поверить?
И словно для того, чтобы доказать ей, что это правда, он снова поцеловал ее. Сначала он долго едва касался ее губ, потом его губы скользнули к нежной ямочке у шеи. Встретившись со взглядом Фелипе, Моргана почувствовала словно легкий удар тока — так много сказал ей этот взгляд. Глаза Фелипе окутали ее теплой властью, так что она вынуждена была потупиться, и на ее щеках выступила яркая краска смущения. И все же она чувствовала необходимость снова и снова глядеть на него: никогда прежде она не видела его таким — открытым и почти по-мальчишески радостным.
Фелипе чуть отстранил ее, улыбаясь навстречу ее взгляду.
— Ну, теперь ты убедилась? По-моему, это началось с той минуты, как ты стояла в своей белой форме, такая чопорная и вежливая, и отказывалась провести меня к мисс Брутон.
— С того времени! — Моргана недоверчиво посмотрела на него. Как это могло начаться в ту минуту, когда они безмолвно признали возникшую между ними неприязнь, когда карие глаза столкнулись с зелеными и выразили взаимное раздражение?
Фелипе снова притянул ее к себе, словно для него было невыносимо отпустить ее, и его пальцы нежно прикоснулись к золотисто-коричневым завиткам, которые снова пришлось остричь накоротко.
— Помнишь, что я сказал тебе: любовь приходит быстро, при первой же встрече. Ты мне тогда даже не понравилась, но я не мог тебя забыть. Даже в ту первую ночь ты нарушила мой сон, а сколько раз я с тех пор лежал без сна всю ночь — я потерял этому счет! Но я не знал, что со мной происходит, пока Марита не предложила тебе встретиться с Карлом. Ты не знаешь, как жестоко ревность терзает сердце.— Голос его вдруг зазвучал с тревожной настойчивостью:— Ты не любила его, дорогая?
Моргана покачала головой.
— Никогда. Мы с Карлом оба признались друг другу, что наша дружба именно потому такая непринужденная, что мы нисколько друг в друга не влюблены. И не влюбимся.
— А этот Филипп — ты не жалеешь о неудавшейся помолвке?
Ей казалось диким, что он может быть настолько неуверен и обеспокоен тем, как она ответит на такой вопрос. Как он может не знать, что он всегда будет на первом месте в сердце любой женщины? Она начала забывать Филиппа с момента встречи с Фелипе, и ее антагонизм был всего лишь испуганной реакцией женщины, оказавшейся перед лицом судьбы. В ее сердце никому не было места с тех пор, как она встретилась враждебным взглядом с этими изумрудными глазами, пусть она даже не признавалась себе в этом до того вечера в садах «Дескани».
Она улыбнулась, прикасаясь к жестким черным волосам, чего ей всегда так хотелось. Их мужественная упругость была наслаждением. Фелипе поймал ее руку и поднес ее пальцы к губам. Его взгляд стал необыкновенно теплым.
— Я еще до праздника цветов знала, что больше не люблю Филиппа. Да это вообще и не было настоящей любовью — всего лишь увлечением.
— Но все равно ты в это время меня совсем не любила.
Он говорил очень сухо. В глазах Морганы запрыгали озорные искры.
— В тот день я готова была тебя придушить, — откровенно призналась она, — Ты вел себя просто отвратительно.
— У меня на то была причина,— парировал Фелипе.— Разве ты не знаешь, что такое ревность? Сначала я застаю тебя с Карлом — и ты разговариваешь по-немецки, тогда как все время отказывалась учить португальский! На какую-то минуту, во время соревнований лодок, мне показалось, что твоя нелюбовь ко мне немного приуменьшилась. Сердце цепляется даже за самые мелочи, и мне было так приятно, когда Карл объединил наши морские державы. А потом, как только он ушел, ты снова стала напряженной и враждебной.
На этих словах его голос зазвучал мрачно, и темные брови хмуро сдвинулись. Моргана прикоснулась к его лбу пальцами, нежно его разгладив.
— Я подумала, что тебе хочется поскорее от меня избавиться,— виновато пробормотала она.— Я приняла решение, что тебе не придется долго меня терпеть.
Она неудачно выбрала слова — они слишком определенно напомнили ему о том случае, когда она сказала практически то же самое. Лицо его исказилось, руки больно обхватили ее плечи.
— Никогда больше такого не говори. Когда я вспоминаю, как чуть не потерял тебя — безвозвратно…
— Я думала, что больше никогда не увижу тебя после того столкновения в «Дескани».— Она уткнулась ему в плечо, так что голос ее стал еле слышен.— Тогда мне было все равно, что со мной будет.
Надо было объясниться еще по одному поводу, и она чуть высвободилась из его рук, чтобы смотреть ему в лицо.
— Я ведь и правда встречалась в тот день с Филиппом не по доброй воле. Пожалуйста, поверь мне, Фелипе. Я не могу тебе больше ничего сказать, потому что это касается не только меня.
Фелипе вдруг улыбнулся:
— Тут не обошлось без маленькой Мариты?
Это последнее свидетельство его сверхъестественной проницательности заставило Моргану широко раскрыть глаза. Потом, поняв, что ее лицо все равно ее выдало, она кивнула.
— Как ты узнал?
— Я не знал, но я как-то предупредил Мариту, что ей не разрешается встречаться с Лейландом.
Зная, что он никому не расскажет, так что секрету Мариты ничего не грозит, Моргана подробно рассказала все, что произошло. Глядя в его суровое лицо, она чувствовала некоторые опасения.
— Он тебя больше не побеспокоит,— сказал Фелипе, когда она замолчала.— Он уже уехал с острова.
В этот момент ей на память пришли слова Мариты, и она вдруг почувствовала холод сомнений. Она отстранилась от него, хотя твердо знала одно — ей никогда не хотелось бы покидать кольцо его рук.
— Фелипе… Марита сказала, что весь остров знает о том, что есть кто-то, на ком ты хочешь жениться… Она говорила, что я увижу ее в «Паласио».
Фелипе засмеялся.
— Не сомневаюсь, что сейчас уже все это знают,— поддразнил он ее.
Моргана попыталась спрятать холодное сомнение, сжавшее ей сердце. Наверное, есть еще какое-то объяснение возможному смыслу замечания Мараты — не то, которое она, Моргана, сочла единственно возможным. Кроме того, Фелипе казался совершенно другим: он смотрел на нее почти со злорадством.
— Марита — маленькая лисичка,— сказал он, мягко засмеявшись.— Пройдем обратно в дом. Я хочу познакомить тебя кое с кем.
Он взял ее за руку и быстро провел по саду, по лестнице, ведущей на террасу, и оттуда через стеклянные двери — в комнату, которой она прежде не видела. По меркам «Паласио» она была небольшой, а стены ее целиком состояли из зеркал, в которых они отразились бессчетное количество раз.
— Вот девушка, на которой я хочу жениться,— объяснил Фелипе, указав на множащиеся отражения,— когда она сердится… или непокорна… но больше всего — когда она меня любит,— мягко договорил он.
— Я не могу поверить, что это действительно так.— Имея столь многое, как он может хотеть сделать ее своей женой?— Почему ты хочешь на мне жениться?— вслух спросила она.— Я такая обычная. И откуда тебе знать: может, я выхожу за тебя из-за твоих денег или титула?
В его взгляде снова появилась привычная насмешливость.
— А ты из-за этого за меня выходишь?
Она невольно возмущенно приподняла голову:
— Если ты так думаешь…
Рассмеявшись, Фелипе снова обнял ее и начал целовать, пока она не задохнулась. Протестуя и смеясь, она снова оказалась целиком во власти мрачного очарования, с которым так долго боролась.
Когда Фелипе наконец, отпустил ее и всмотрелся в ее лицо, приподняв бровь с привычной ироничной насмешкой, в его взгляде была нежность.
— По-моему, ты так не сопротивлялась бы, если бы я не был маркизом де Альвиро Риальта,— заметил он несколько раздражающим тоном. — Я прав?
— Вы совершенно правы!
Голос Несты заставил их обоих обернуться: она стояла в дверях, ужасно довольная, и снисходительно-насмешливо им улыбалась.
— Я постучала,— виновато объяснила она,— но вы, очевидно, меня не услышали.— Неста переводила взгляд с Фелипе на Моргану, и улыбка ее становилась все шире.— Она ведь специально надевала свою сестринскую форму, чтобы вам досадить,— добавила она, бесстыдно выдав Моргану. Фелипе посмотрел на девушку, стоявшую рядом с ним и улыбавшуюся ему озорно и без тени раскаяния.
— Вот как?— Его голос звучал с прежней светской любезностью, а взгляд был одновременно насмешливым и ласковым.— Никогда бы этому не поверил,— добавил он, ясно показывая, что нисколько в этом не сомневался.
Моргана была совершенно уверена, что на ее лице воцарилась широкая идиотская улыбка, но она ничего не могла с собой поделать. Как бы то ни было, пусть даже Неста и смеялась над ней, но ее симпатия и понимание были очевидны.
— Теперь, когда все наконец уладилось, остров станет намного счастливее,— заметила пожилая женщина, бросая взгляд на девушку, которая приехала сюда умирать, а вместо этого нашла на острове жизнь и любовь.
— Вы хотите сказать, что это обо мне говорил весь остров?— поразилась внезапной догадке Моргана.
— После своего стремительного броска на континент он выдал себя с головой. Остров был в восторге. Единственное, чего недоставало,— это официального известия о вашей помолвке.— Неста попятилась к двери, так что они не успели ее остановить. А теперь… я сюда пришла из-за какого-то пустяка, который не имеет абсолютно никакого значения. Это может подождать.
Она быстро выскользнула из комнаты, закрыв за собой дверь.
— Дорогой…— начала Моргана, и замолчала, взглянув в теплые изумрудные глаза, наблюдавшие за ней. Она собиралась сделать какое-то пустяковое замечание, которое уже начало исчезать у нее из памяти.— Дорогой, я тебя так сильно люблю!— сказала она вместо этого.
Фелипе, который явно не мог оставаться равнодушным к таким словам, снова притянул ее к себе.
Его пальцы прикоснулись к серебряному ожерелью с кружочками, надписи на которых просили о тревожной и опасной любви, любви, которая столько потребует — и так много даст взамен.
— Вот так между нами и будет,— нежно-настойчиво проговорил он.— Ты не боишься выйти замуж за португальца, любимая?
— Как я могу бояться, когда я тебя люблю?— тихо ответила Моргана: она говорила по-португальски, чтобы показать ему, что действительно все понимает, знает, что их отношения никогда не разрушатся, они — на все время.
Времени вовсе не мало. У них теперь куча времени. Целая жизнь, целая вечность.






Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Так мало времени - Хиллард Нерина

Разделы:

1234567891011


Ваши комментарии
к роману Так мало времени - Хиллард Нерина



otlichniy roman!!!!!!!!!!!!!!
Так мало времени - Хиллард НеринаEva
25.06.2011, 20.16





Отличный роман. Приятные герои, интересный сюжет. Нет пошлоси и грубости. Всем советую прочитать!
Так мало времени - Хиллард НеринаКати.
16.02.2012, 22.04





замечательная сказка
Так мало времени - Хиллард Неринаольга
22.08.2012, 17.25





Отличный роман!И сюжет прекрасен и не растянут и про красивую любовь.
Так мало времени - Хиллард НеринаАнна
3.11.2013, 18.11





бред. А изложение? С ума сойти. Жаль потраченого времени.
Так мало времени - Хиллард Неринатаня
3.01.2014, 22.41





Ляля
Так мало времени - Хиллард НеринаЭто просто чудо книга:)советую:)перечитываю уже 10й раз:)
9.07.2014, 14.14





Ляля
Так мало времени - Хиллард НеринаЭто просто чудо книга:)советую:)перечитываю уже 10й раз:)
9.07.2014, 14.14





Сопли и слёзы! Бредятина! Жаль затраченного времени!
Так мало времени - Хиллард НеринаЁлка
26.03.2015, 13.24





Мало времени чтобы жить, но чтобы компассировать мозги друг другу времени предостаточно.Слишком затянутый сюжет, почитать можно, но только один раз.
Так мало времени - Хиллард НеринаЮлия
14.08.2015, 20.50





А мне очень нравится этот роман, он конечно не идеален и, тем не менее, прочла с удовольствием)
Так мало времени - Хиллард НеринаОльга
19.02.2016, 0.50








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100