Читать онлайн Преступный викинг, автора - Хилл Сандра, Раздел - ГЛАВА 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Преступный викинг - Хилл Сандра бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 186)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Преступный викинг - Хилл Сандра - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Преступный викинг - Хилл Сандра - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хилл Сандра

Преступный викинг

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 3

Жадно утолив голод малосъедобной пищей и запив ее холодной водой, Рейн скинула блузку и брюки и быстро ополоснулась. Это было лучшее, что она могла сделать, но она бы все отдала сейчас за дезодорант!
Натянув снова брюки, она с неудовольствием посмотрела на грязную, порванную блузку и вдруг заметила на спине большое — просто огромное — красно-коричневое пятно.
Кровь! Откуда она взялась? Она потрогала свою спину. Ни царапины. И это не могла быть кровь Тайкира. Внезапно ее словно ударило. Она вспомнила, что меч сакса пробил кольчугу Селика. От скачки рана неизбежно должна была открыться, а у глупого викинга не хватило ума пожаловаться.
Спасать Селика оказалось много труднее, чем она думала. Натянув блузку и схватив аптечку, она выскочила наружу и, не обращая внимания на стражу, перешагивая через спящих воинов, направилась прямо к шатру Селика.
Он уже успел снять кольчугу и высокие шнурованные сандалии. Стоя босиком, в тунике до бедер, он жадно пил из большого кубка. Услышав удивленный возглас Рейн, Селик повернул голову и посмотрел на нее через плечо. Его полусонный взгляд остановился на ней с ласковым недоумением, потом он спросил с усмешкой:
— За что мне такая честь? Может, тебя послали ко мне боги?
Рейн с трудом проглотила невесть откуда взявшийся комок в горле под откровенно оценивающим взглядом Селика. Боже, до чего красив этот мужчина! Даже ноги у него красивые — с высоким подъемом и хорошей формы. Хотя туника и прикрывала большую часть его тела, Рейн любовалась узкими щиколотками, тонкой талией, широкими плечами и мощными буграми мускулов.
Она подумала, что стоит быть поосторожнее. Для шестифутовой женщины этот гигант выше шести футов четырех дюймов выглядел очень привлекательным. Тряхнув головой, чтобы отогнать ненужные мысли, она все-таки смутилась, увидев понимающую усмешку на губах обернувшегося к ней Селика.
— Не изменила ли ты свое мнение об интимной близости? — поинтересовался он с ехидной ухмылкой, которая, однако, не отразилась на выражении его глаз.
— Ох! — вздохнула она. Его грубость мгновенно охладила ее взволновавшуюся кровь.
— Нет, похотливый козел. Я пришла из-за крови. Твоей крови. — Она повернулась и показала ему пятно на спине. — Почему ты не сказал мне о ране?
Он пожал плечами.
— Это неважно. Лекарь займется моей царапиной завтра.
— Ну уж нет! — воскликнула Рейн. — Я не потерплю этого мясника около тебя. Снимай свою тунику.
Селик удивленно поднял брови, но приблизился к ней с медленной, чувственной грацией, на ходу снимая через голову тунику. На нем осталась только набедренная повязка.
Рейн прикусила нижнюю губу, чтобы удержать восхищенное восклицание при виде его великолепного тела. Затем она посмотрела на глубокую, длиной в десять дюймов рану, шедшую поперек живота, и язвительно сказала:
— Ты что, совсем себя не любишь? Рана довольно серьезная. Ее надо промыть, продезинфицировать, а потом зашить.
— Даже не думай тыкать своими длинными иглами мне в голову или еще куда-нибудь, — предупредил Селик и попятился. — Я такого не позволю.
Рейн мягко усмехнулась.
— Такой большой храбрый воин и боится маленькой иголки? Не беспокойся. Я получу много удовольствия, глядя, как ты корчишься от боли, даже не очень сильной. Ты или не ты заставил меня сегодня утром бегать по лесу?
Она толкнула его к постели и, когда он лег на спину, встала на колени рядом с ним. Быстро работая, она наложила шов на рану и перевязала ее чистой тряпкой. Он не издал ни звука, только наблюдал за каждым ее движением, словно пытаясь решить какую-то задачу. Он даже отказался от болеутоляющего, сказав, что другим оно нужнее.
Когда она закончила, Селик усмехнулся и одним быстрым движением опрокинул ее на спину рядом с собой.
— Мне кажется, тебе стоит остаться здесь на ночь.
— Забудь об этом. Я уже говорила, что не буду с тобой развлекаться. Кроме того, ты сейчас не в форме.
— Ха! Позволь мне самому решать, когда я в форме и когда нет. И не забудь, твои кости не привлекают меня как мужчину.
— Что?
— Закрой рот, закрой глаза и спи, сладкий снежок.
— Снежок? — возмутилась она. — Меня зовут Рейн. И мне не нравятся твои шутки.
— Я думаю, имя Рейн тебе не подходит. Оно говорит о мягкости, о возрождении весны и… о надежде.
Рейн изумленно вздохнула, дивясь интуиции Селика. В самом деле, разве не для этого она была послана суровому воину — смягчить его жестокое сердце, напомнить, что даже самая заблудшая душа еще может возродиться, и, самое главное, дать надежду, эту вечную весну всех несчастных, мечтающих о переменах.
Долгое молчание Селика говорило о многом. Рейн знала, что он думает о том же самом, и наконец он заговорил:
— На самом деле, Дождь — лучшее имя для тебя. Снежок серый и мягкий, его можно легко стряхнуть, не то что тебя. А дождь обрушивается быстро, без предупреждения, колотит так, что его нельзя не заметить, и часто производит настоящее опустошение. Да, я, наверно, буду звать тебя Дождь. Или Дождь Со Снегом.
— Ты невозможен!
Рейн преувеличенно активно завозилась, устраиваясь поудобнее, но Селик прижал ее к ложу, положив руку поперек груди и захватив правой ногой ее ноги.
— Дай мне встать.
— Нет, ты сбежишь.
— Сбегу? Куда?
— Твоя слава лекарки, несомненно, распространится с быстротой огня Святого Антония. Саксы назначат цену за твою голову, как за мою, только ты им будешь нужна живая. Хорошие лекари в цене, особенно при дворе короля саксов.
Рейн почувствовала, как ее заливает теплая волна радости. Значит, он все-таки оценил ее способности и умение.
— Хорошо, но если я остаюсь здесь, по крайней мере, убери с меня свои лапы.
Улыбнувшись, Селик убрал руку и ногу. Рейн повернулась к нему спиной и улеглась поудобнее. Вскоре она почувствовала, что с Селиком что-то не так.
— Что еще?
— Да хватает всякого. Так много людей… так много друзей… отправилось в мир иной… и без отпевания в христианской церкви, и без норвежского огненного обряда — начала пути в Валгаллу. Человеку это необходимо для обретения покоя. У меня сегодня плохой день.
— Разве ты не видишь, как бесполезна эта битва для обеих сторон? Во всех войнах жертвы напрасны.
— Война не кончилась… По крайней мере, для меня. Я буду убивать каждого сакса, который встретится на моем пути, пока не удовлетворюсь местью… или не уйду в Валгаллу.
— Ох, Селик, — вздохнула Рейн, сердцем приняв его боль и его бесполезную жажду мести.
Помолчав немного, Селик заговорил снова:
— Ладно, хватит обо мне. Расскажи мне побольше о своих неприятностях, Дождик.
— Что?
— О том, что у тебя не получалось в постели.
— А собственно, и говорить не о чем. Просто я вполне могу обойтись без секса.
Рейн смутилась. Господи Боже! Как она может обсуждать такие интимные вещи с незнакомцем? Впрочем, Селик для нее не незнакомец. Ей казалось, что она знает его всю жизнь. Кроме того, беседуя на эту тему, она надеялась отвлечь Селика от мрачных мыслей.
— Кровь Тора! Ты просто глупая.
— Ты сам меня спросил, — жалобно проговорила она.
— Когда ты в последний раз обнимала мужчину?
— Ты сам спрашиваешь глупости, — усмехнулась Рейн, но, помедлив, ответила: — Два года назад.
— Серьезно? Мне трудно в это поверить. Есть женщины, которых отталкивают такие развлечения, но мне кажется, что у тебя более горячая кровь, чем у них. Возможно, ты не встретила мужчину, который умеет правильно обращаться с женщиной.
— Ой, пожалуйста, избавь меня от мужского эгоизма. Меня не отталкивает секс, и я знаю оргазм, как всякая женщина. Вообще-то, на женском теле есть пятьдесят семь эрогенных зон. Если мужчина не может найти ни одну из них, ему нужно дать свечку и учебник по сексологии.
Господи! Неужели она это говорит? От необычайного путешествия у нее совсем развязался язык, а может, и мозги тоже. Она надеялась, что Селик оценит ее стремление отвлечь его от серьезных мыслей.
А он зашелся в смехе.
— Всего пятьдесят семь? — наконец спросил он. — А у мужчины тоже столько? Или больше?
Рейн знала, что он дразнит ее. Что ж, она ему покажет. И она выдала лучшую в своей жизни лекцию из серии «Сексуальное образование для медицинских школ». Когда она остановилась, грудь Селика тряслась от смеха.
— Что смешного?
— Ты. Ты знаешь все в подробностях о сношении мужчины и женщины. Как поганая книга, а не женщина. Могу поспорить, ты никогда не чувствовала себя как чувствует настоящая женщина в руках настоящего мужчины. Ты, может быть, даже и не знаешь, чего ты хочешь от мужчины.
— Ага! Я скажу тебе одну вещь, мистер Всезнайка. Лучший секс, который я испытала, был не… не… скажем, проникновение…
Осознав, в какой тупик завел ее вконец распустившийся язык, Рейн почти прошептала последнее слово. Но он услышал.
На его приглушенное хихиканье она добавила с фальшивой бравадой:
— Этого объяснения тебе достаточно?
— Я думаю, ты просто дразнишь меня. Тебе вовсе не нравятся те возмутительные вещи, о которых ты говоришь.
— Нет. Я хочу сказать, да.
— Ты возьмешь свои слова назад, женщина?
— Нет! И не думай, будто я не понимаю. Ты просто подзуживаешь меня, чтобы я болтала всякие глупости.
— Ты хочешь сказать, что я заставляю тебя говорить ложь?
Рейн возмутилась:
— Какую ложь?
— Ну, то, что ты говорила насчет… проникновения.
— Ох, — пробормотала Рейн и деланно зевнула. — Устала я от этого разговора. Пожалуй, пора спать.
— Ты поступаешь, как все женщины.
— То есть?
— Убегаешь. Прячешься. Стараешься скрыть свою ложь, когда падаешь в вырытую тобой же яму.
— Слушай, не делай из мухи слона. Я сказала правду. Многие женщины могли бы сказать тебе, что лучший секс был у них, когда они молоденькими девушками могли часами целоваться взасос со своими дружками.
— Взасос?
Рейн вздохнула, поняв, что попала в ловушку, которую сама и соорудила.
— Это просто поцелуи, но каждый — невинный, глубокий, влажный, с языком… Знаешь, это сильно действует. Можно сравнить с петтингом, который включает прикосновения, обычно в одетом виде, но никаких половых сношений.
— С языком? — выдохнул Селик.
— Да, французский поцелуй.
— Французский? Ха! Эти проклятые французы отваживаются врать, что изобрели глубокие поцелуи? Норвежцы целовались с языком задолго до них.
Рейн усмехнулась про себя. Все мужчины всех национальностей и во все времена не умирали от скромности.
Селик неодобрительно фыркнул.
— И эти поцелуи нравятся тебе больше, чем настоящий секс?
— Возможно. В идеале, секс — это завершение. Но, как я уже говорила, спроси любую женщину, что она предпочтет — наслаждаться часами поцелуями или принять участие во встрече по принципу «трах-бам-спасибо-мадам»?
Селик не ответил, и Рейн сообразила, что говорит сумбурно. Может, она надоела ему до смерти. Или шокировала до онемения.
— Ты спишь?
После долгого молчания он ответил:
— Нет.
— А что ты делаешь? Он гортанно усмехнулся.
— Облегчаюсь.
Рейн чуть не задохнулась от его вульгарности и, повернувшись, чтобы пристыдить его, увидела в тусклом свете факела, что он лежит на спине, закинув руки за голову. Его губы скривились в усмешке, он хитро подмигнул ей.
Мерзкий насмешник! Она обиженно повернулась к нему спиной.
— Рейн!
— Ну?
— А что такое орга-азм?
Рейн почувствовала, что краснеет в замешательстве, и не стала ничего говорить. Наверно, он сам знает и просто продолжает изводить ее.
Селик привстал, погасил факел и улегся, накрыв их обоих шкурой.
— Спи, милая.
Милая! Сердце Рейн запело от нежности. Он, вероятно, имел в виду Дождик. Как хорошо. Уже полусонная, она тихо позвала:
— Селик!
— Х-м-м?
— Я счастлива, что Бог послал меня спасти тебя.
Ей показалось, что он чертыхнулся и сказал что-то вроде «у твоего Бога, должно быть, странное чувство юмора», но она слишком устала, чтобы переспрашивать.
Рейн проснулась поздно, совершенно отдохнувшая — и одна. Она лениво вытянулась под теплыми шкурами, недоумевая, куда делся Селик.
Внезапно она поняла, что крепко проспала всю ночь. Никаких видений. Никаких кошмаров. Она улыбнулась.
А чего же можно ожидать, сказала она себе печально. Она ведь живет внутри своих видений.
Тайкир. Память неожиданно напомнила Рейн о нем, и она вскочила, сгорая от желания увидеть своего пациента. Найдя маленький ковшик с водой, она умыла лицо и прополоскала рот. Без зеркала она могла только переплести косу.
Ее единокровный брат лежал там, где она оставила его вечером. Молодой воин, который охранял его, ответил на ее вопросы. Рейн, дотронувшись до лба Тайкира, поняла, что жара нет, и облегченно вздохнула. Слава Богу, обошлось без лихорадки. Пульс был слабым, но ровным — а что может быть лучше после операции — и сердцебиение отчетливо прослушивалось.
Когда она снимала повязку, Тайкир проснулся.
— Я жив? Или умер? Ты посланница богов?
Рейн тихо рассмеялась.
— Ты абсолютно живой, милый юноша, и, я надеюсь, таким и останешься. Хотя Селик принял меня за ангела, я такая же смертная, как ты.
Тайкир попытался улыбнуться побелевшими от боли губами.
— Возьми, — сказала Рейн, доставая пузырек с дарвоном. — У меня их только шесть, поэтому постарайся их растянуть. Это облегчит боль.
— Нет, мне не нужны магические шарики от боли.
— Выпей, — строго сказала Рейн.
Она положила таблетку ему в рот, потом осторожно приподняла ему голову и дала напиться из деревянной чаши.
— Ты волшебница? Я помню, ты колола мою рану вчера, и я не чувствовал боли.
— Нет, я лекарь. Хирург, — ответила Рейн, рассматривая рану и меняя повязку.
— Правда? Я никогда не слышал, чтобы женщины этим занимались. А иглы? Нет, это волшебные инструменты.
— Даже в древности акупунктура была обычной практикой у врачей. Должна признаться, что это не моя специальность, но у меня не было выбора.
Тайкир нахмурил брови.
— Ты говорила вчера, что ты моя сестра, или мне почудилось?
Рейн закончила перевязку и с улыбкой повернулась к симпатичному юноше.
— Я твоя единокровная сестра, Торейн Джордан. Вообще-то, меня зовут Рейн.
Тайкир покачал в недоумении головой.
— Как это может быть?
— У нас был один отец, — объяснила она, скрестив пальцы при этих полуправдивых словах. — Моя мать — Руби Джордан. Ты помнишь ее?
Рейн сама удивлялась, почему после того как тридцать лет не верила матери, сейчас охотно приняла ее историю. В самом деле, а какое еще может быть объяснение? Только путешествие во времени или чертовски яркая галлюцинация.
— Нет, невозможно!
Тайкир очень разволновался и даже попытался сесть, но она вместе со стражником уложила его обратно.
— Нельзя так обманывать. Это жестоко, — нерешительно заявил Тайкир.
— О нет, я не могу говорить неправду о таких вещах.
Слезы навернулись на глаза ее брата.
— Я любил Руби, но она покинула нас прежде, чем я сказал ей об этом. Мне было только восемь лет. Почему она нас оставила?
— У нее не было выбора. Ей пришлось вернуться в свой мир после того, как Торк… наш отец… умер. Но она, знала, Тайкир, что ты любил ее. Она часто говорила о тебе.
— Но Руби и мой отец поженились всего двенадцать лет назад. Как у них мог быть ребенок твоего возраста?
— Я сама этого не понимаю, но, должно быть, в будущем время движется быстрее.
У Рейн не было другого объяснения, почему тридцать лет в будущем равны здешним двенадцати годам.
— Ты должна рассказать мне побольше… но позднее… не сейчас, — чуть слышно пробормотал Тайкир. — Твои шарики действительно волшебные. Я чувствую себя великолепно, как…
Он тихо засопел, и Рейн, улыбнувшись, заботливо убрала с его лица волосы цвета темного золота.
Выйдя из палатки, она заметила, что за ночь народу стало много больше. Около пяти сотен воинов построились на лугу, и они принадлежали разным кланам. Полудюжина вождей выкрикивала команды. Каждый был одет по-своему, представляя свой народ и культуру. Рейн была слишком далеко, чтобы слышать их, и направилась к кострам, на которых женщины торопливо готовили завтрак.
Она приблизилась к тому костру, на котором в огромном котле разогревалась какая-то еда, распространявшая в холодном утреннем воздухе аппетитный запах.
— Что происходит? — спросила Рейн у одной из женщин средних лет со светлыми волосами, заплетенными в косу и закрученными вокруг головы.
Ее туника, похожая на передник и надетая поверх нижней рубашки в складку, была скреплена на плечах двумя медными брошками. Женщина выглядела на удивление опрятной и чистой, несмотря на окружающие условия.
Она отпрыгнула от неожиданности, и, уронив ковшик, обменялась быстрым, осторожным взглядом с соседкой, молодой женщиной, одетой почти так же, разве что на талии у нее был повязан красно-белый шнурок.
Кто они? Просто женщины, следующие за лагерем? Или жены воинов?
— Меня зовут Рейн Джордан.
— Я — Сигрид, жена Кнута, — смущенно сказала старшая женщина, приложив руку к груди. Потом показала на молодую женщину. — А это моя дочь Ганвор.
— Я голодная, — сказала Рейн. — Можно мне немного похлебки?
Старшая женщина протянула ей деревянный ковш с густым бульоном, в котором плавали куски мяса вперемешку с луком и морковью. Рейн попробовала его грубой деревянной ложкой, и закрыла глаза от наслаждения. Она больше суток почти ничего не ела, и даже помои показались бы ей сейчас райской пищей.
Ганвор уставилась на нее, открыв рот.
— Ты, правда, спала вчера с Изгоем?
Она заметно содрогнулась от отвращения.
— Как?
Рейн думала, что они так смотрят на нее из-за роста, хотя она не особо выделялась среди этих рослых женщин, или из-за ее странной одежды, или, может быть, из-за ее необычных медицинских познаний. Но нет, их пугала ее связь с Селиком. Она с трудом вспомнила, что Селик тоже называл себя Изгоем.
Покраснев, Рейн вернула пустой ковш Сигрид. Подошли другие женщины, заинтересовавшись разговором.
— Да, я спала рядом с ним, — подтвердила Рейн, не желая больше ничего объяснять.
— Как ты выносишь прикосновения этого зверя? — воскликнула Ганвор. — Говорят, он ведет себя в постели как берсерк в битве.
— Берсерк?
— Сходит с ума от похоти.
От удивления Рейн наморщила лоб. Он определенно не пылал страстью к ней.
— От одного его имени меня выворачивает наизнанку, — добавила другая женщина. — Как ты можешь смотреть на него? Он же безобразен.
— Селик? Безобразен? — недоверчиво переспросила Рейн. — Мы, должно быть, говорим о разных людях. Селик жестокий, и он слишком привык к войне и убийствам, но безобразный? Ни в коем случае! Честно говоря, он, наверное, самый привлекательный мужчина, какого я встречала в жизни-Женщины отпрянули от нее, словно она сошла с ума.
— Шрамы, сломанный нос, жестокость в глазах. Говорят, он не выносит детей и разгоняет их, как паразитов. Разве это не отталкивает тебя? — недоуменно спросила Ганвор.
Рейн постаралась припомнить Селика. Да, у него было много шрамов, кривой нос, но это не портило ни его лица с правильными чертами, ни его хорошо развитого мускулистого тела. И жестокость в его глазах — да, это так, но разве эти женщины не видят, какая за ней страшная боль? Конечно, она никогда не полюбит такого, как Селик. Он слишком вульгарен, слишком упрям, слишком любит воевать, но она не могла не признать, что он красив собой.
Рейн начала было объяснять все это глупым женщинам, но тут неожиданно возник Селик, бормоча ругательства, и женщины разбежались, как испуганные мыши.
— Зачем ты так?
— Бесхарактерные полудуры, — проворчал он. Наклонившись над котлом, он принюхался, потом налил себе полный ковш похлебки и, усевшись рядом с ней на большой валун, начал жадно есть, не обращая на нее внимания.
Рейн стало его жалко. Он был все в той же легкой тунике, но Рейн заметила, что он причесался и побрился. Его светлые волосы, блестевшие как серебро, падали на плечи. Рассматривая его внимательнее после резких слов женщин, Рейн заметила много старых и не очень старых шрамов. Самым ужасным был один, от правого глаза к подбородку, который особенно выделялся на загорелом лице. И еще белый шрам на предплечье, который складывался в слово «месть». Рейн вздрогнула при мысли о том, какой ужасный случай побудил Селика вырезать буквы на собственном теле. Она, видимо, злоупотребила своим пристальным вниманием к его шрамам.
— Хватит меня разглядывать, Дождик.
— Что? — дернулась Рейн, смущенная тем, что он поймал ее за изучением его лица. — Я восхищена твоими боевыми шрамами.
— Лгунья. — Он окинул ее презрительным взглядом, потом с отвращением отвернулся. — У меня неподходящее настроение сегодня для шуток. Уйди и оставь меня одного.
Он устало потер глаза.
Резкость Селика обидела Рейн, и она продолжала, понимая, как это глупо, упорствовать.
— Откуда у тебя шрам на лице? Ты получил его в каком-нибудь дурацком сражении, где рубил людей направо и налево? Или муж одной из женщин, с которыми ты развлекался, пришел не вовремя? Нет, дай мне подумать. Наверно, ты бежал, споткнулся и…
— Ты не угадала.
Ледяные серые глаза Селика испугали Рейн, и она внезапно поняла, что в них прячется тот кошмар, о котором она не хотела ничего знать. Она встала, собираясь уйти, но Селик грубо толкнул ее обратно на валун.
— Ты спросила, глупая. Теперь оставайся и слушай. Твой отец Торк и я были рыцарями в Йомсвикинге. Когда Торк был ребенком, его брат Эрик — его называли Кровавый Топор — беспощадно преследовал его. Он даже отрубил ему мизинец на правой руке, когда Торку было всего пять лет. В конце концов Торк ушел в рыцари Йомсвикинга. Это был единственный способ скрыться от его безжалостного честолюбивого брата.
— Селик, прекрати. Извини меня. Я не хотела напоминать тебе об этих печальных временах.
Но Селик продолжал свой ужасный рассказ:
— В конце битвы в Йомсвикинге, перед смертью твоего отца, наш враг Айвар — Айвар Безжалостный — отрубил ему оставшиеся Пальцы на руке и смертельно ранил мечом в бок. И это было после того, моя миролюбица, как Айвар срубил головы дюжине наших друзей.
Слезы покатились по щекам Рейн. Она не хотела знать этих кошмарных подробностей из жизни ее отца и Селика. Она не хотела соглашаться, что есть оправдание насилию в их жизни. Нет оправдания битвам и войнам. Она всегда в это верила. И все еще продолжала верить.
Губы Селика цинично искривились, хотя он должен был заметить, как изменилось ее лицо.
— В тот день мне повезло больше других. Айвар хотел вырвать мне глаза, но оставил на память только это. — Он прикоснулся к длинному шраму.
Рейн протянула руку, чтобы погладить его, но он оттолкнул ее.
— Побереги свою жалость для других.
— Я только стараюсь понять тебя и то странное время, где я оказалась, Селик. Я знаю, что все время, вроде, обвиняю, но…
— Избавь меня от объяснений, женщина. Меня не волнует, что думаешь ты или кто-нибудь еще. Моя голова лежала на плахе в тот день, и с тех пор я никогда не боялся глядеть в лицо смерти. Я приветствую ее.
— Твоя голова лежала на плахе? — задохнулась Рейн.
— Да. — Жесткая усмешка скривила его губы. — Ты хочешь послушать об этом?
Рейн в ужасе смотрела на него, а он беспощадно продолжал:
— Я был чертовски красив в те дни, твоя мать так говорила, и тщеславен, как петух. Когда пришла моя очередь, я смеялся над Айваром, прося, чтобы мне подняли мои красивые волосы во время казни и не запачкали их кровью.
Вспоминая, он провел рукой по своим длинным волосам.
— Селик, я не хочу больше ничего слушать. Остановись.
Он не обратил внимания на ее мольбу.
— Толпе, которая наблюдала за казнью известных рыцарей Йомсвикинга, понравилась моя дерзость, и они уговорили Айвара удовлетворить мое желание. Он вызвал вперед воина из дворян, одного из своих самых храбрых рыцарей, и приказал ему встать впереди и держать мои сплетенные волосы, освобождая шею для палача. В последний момент я вполне обдуманно рванулся назад, и меч отрубил рыцарю руки.
У Рейн перехватило дыхание, и она в ужасе закрыла рот ладонью. Ее вскрик, как эхо, повторили те женщины, которые подошли поближе послушать рассказ Селика. Селик, казалось, не замечал никого, погрузившись в страшные воспоминания.
— Несмотря на злость, народ приветствовал мою храбрость и потребовал от Айвара сохранить жизнь мне и остававшимся в живых рыцарям, в том числе и твоему отцу. — Вернувшись в настоящее, Селик гордо задрал голову, и голос у него звучал язвительно. — Теперь ты знаешь историю моего шрама. Ты счастлива, Дождик, что твои ехидные вопросы разбудили мою кровавую память?
— Нет, Селик не счастлива. Иногда я говорю не подумав, — устало сказала она, но не удержалась и коснулась слова «месть» на его мускулистом предплечье. — А когда ты сделал себе этот шрам?
Глубокое рычание, похожее на рев разъяренного медведя, родилось в груди Селика, прокатилось по гортани и вырвалось яростным криком. Он прыгнул вперед, схватил Рейн за плечи, оторвал от земли и поднял так, что ее глаза оказались на уровне его глаз. Она почувствовала его дыхание, когда он яростно прорычал:
— Никогда, никогда не спрашивай меня об этом. Если тебе дорога жизнь, презренное отродье Локи, не пытайся об этом узнать, или, клянусь, я сверну тебе шею, как жалкому цыпленку. — Он встряхнул ее так, что, казалось, все мозги должны были вылететь у нее из головы. — Ты поняла, женщина?
Рейн не могла выдавить ни звука сквозь сжатые зубы, но все-таки нашла в себе силы кивнуть.
— Хозяин, хозяин!
Селик замер, когда резкий окрик проник в его затуманенное яростью сознание.
— Проклятый, вонючий ад! — выругался он, осторожно опуская Рейн на землю и поворачиваясь к человечку, похожему на гнома, который спешил к нему на кривых ножках. Его скрюченные руки и сутулые плечи совершенно определенно говорили Рейн о том, что у него артрит. Ему было лет сорок, не большее, несмотря на такой внешний вид.
— Слава Богу, наконец-то я догнал тебя, хозяин, — проговорил человечек, с трудом переводя дух.
— Убби, какого черта ты здесь делаешь? Разве я не приказал тебе оставаться в Йорвике?
— Ю-би, Ю-би. Рейн тихонько покатала языком странное имя.
— Но, хозяин, я услышал о битве и подумал, что могу понадобиться тебе.
— Я не твой хозяин, Убби. Сколько раз тебе говорить.
— Да, хозяин, то есть, да, мой лорд. О, ты знаешь мое мнение, — запинаясь, пробормотал Убби.
Селик застонал и устало поднял глаза к небу.
— Мне не хватало только слуги, которого я не хотел и не звал, и ангела-хранителя.
Убби в первый раз посмотрел на Рейн, и его глаза широко открылись в изумлении.
— Хозяин, это и есть твой ангел-хранитель? Глаза Селика, уже не бешеные, а блестевшие усталостью, встретились с глазами Рейн.
— Да, она говорит, что послана христианским богом спасти меня.
Убби перевел взгляд с Рейн на Селика, потом обратно на Рейн.
— От чего? — удивленно спросил он, ясно понимая, что женщина не очень-то поможет Селику в битве.
— От самого себя, — вяло ответил Селик.
Тут Убби удивил их обоих, важно заметив:
— Давно пора.
Селик воздел руки к небу, словно капитулируя перед этой парочкой. Потом он повернулся к Рейн.
— Покажи ему мой шатер.
— А куда мне девать Яростного? — робко спросил Убби.
— Яростного? Ты привел его сюда?
— Да. Я подумал, что, может быть, тебе понадобится твой конь.
— Яростный! Это на тебя похоже. Только ты мог дать своему коню такое имя, — заметила Рейн.
Селик презрительно махнул рукой, окинув ее негодующим взглядом.
— Иди и втыкай свои иголки в чьи-нибудь другие глаза — лучше бы в глаза саксов.
— Я не втыкала Тайкиру иглы в глаза, — сказала она, защищаясь, — но я с удовольствием воткнула бы одну тебе в глаз. И еще кое-куда. Ты что-нибудь слышал о вазэктомии? — спросила она невинно.
В ответ на его ошарашенный взгляд Рейн объяснила, к чему ведет вазэктомия. Она с удовольствием отметила, как побледнело лицо Селика при мысли об иглах, втыкающихся в него.
— Иголки? Глаза? — прошептал Убби, вертя головой то в одну, то в другую сторону.
— Ты воткнула их всюду, кроме глаз, — обвинил ее Селик.
— Он ведь жив, не так ли?
— Гм! Ты, несомненно, махала над ними своими проклятыми ангельскими крыльями.
— Ты просто не хочешь признать, что обыкновенная женщина может быть лекарем.
— Не будь смешной.
— Смешной? Ха! Я скажу тебе, кто смешон. Ты и другие воины темных веков, — крикнула она, махнув рукой в сторону огромного поля, заваленного убитыми. — Ты думаешь, что война и убийства решат твои проблемы? Вот это действительно смешно.
Убби, Сигрид, Ганвор и остальные зрители, толпившиеся вокруг, в ужасе уставились на нее — как она может кричать на жестокого рыцаря-изгоя, но хуже всего было то, что у Селика подозрительно подрагивали уголки губ. Кошмар! Она опять угодила в одну из его ловушек. Рейн молча обругала себя.
— О, я сдаюсь, — сказала она, в изнеможении опуская руки.
Потом она повернулась лицом к шатру Селика и позвала его слугу:
— Ладно, не стой, как статуя, Убби. Ты идешь?
— Я? — проскрипел Убби, весь дрожа от страха.
Селик широко улыбнулся.
— Да, ты, — рявкнула Рейн, схватив его за руку так, что чуть не оторвала его маленькое тело от земли. — Поговорим о смешных именах. Кто хоть раз слышал имя Убби?
— А что плохого в моем имени? — чуть слышно спросил Убби, стараясь успеть за ее широкими шагами.
— Звучит как дурацкая детская песенка. У-би, дy-би, ду.
Убби весело захихикал, прислушиваясь к мягкому пению Рейн.
— О хозяйка, слава Богу, что он послал вас спасти моего хозяина. Моему лорду необходимо, чтобы кто-то осветил его жестокую жизнь.
После того как Убби позаботился о Яростном, великолепном вороном коне с нравом, равным нраву его хозяина, они вошли в шатер Селика. Там Убби спрятал жалкий узелок со своим имуществом.
Потом он бросил озорной взгляд на постель.
— Миледи, для вашей нежной кожи эти шкуры были достаточно мягкими?
Рейн усмехнулась в ответ на прозрачный намек о прошедшей ночи.
— Нет, Убби. Прошлой ночью мы не занимались любовью.
Убби приложил корявую руку к груди в притворном испуге.
— О хозяйка, тысяча извинений. Я знаю, что вы не спали вместе.
— Ты знаешь?
— Да, настроение моего хозяина было бы намного лучше, если бы он провел эту ночь с тобой, — дерзко сказал Убби, и его тусклые глаза лукаво блеснули.
Рейн рассмеялась и покачала головой. Ей нравился этот хитрый парень.
Они вышли из палатки. Толпы людей поспешно собирали свое оружие, готовясь уходить. Скоро должны были подойти саксы.
— Куда они уходят?
Убби пожал плечами. Он кивнул на заросшего полосами гиганта, одетого в кусок клетчатой ткани, перекинутой через плечо.
— Константин со своими скоттами уйдет обратно на север вместе с племянником Евгением и его равнинными валлийцами.
Два крепких воина во всем примитивном великолепии строили в ряды своих людей. Глаза Константина покраснели, в них стояло отчаяние. Убби сказал, что он во вчерашней битве потерял сына, принца Геллаха.
Затем Убби показал ей Анлафа Гутфитсона, короля викингов в Дублине, командира всех северян в Бруненбургской битве. Охваченная волнением, Рейн никак не могла поверить, что она находится среди таких исторических личностей.
Обернувшись, она увидела Селика, который яростно спорил с Анлафом. Убби проследил за ее взглядом и заметил:
— Как со всеми благородными трусами, с ним трудно разговаривать. Может быть, он вернется в Йорвик и попытается восстановить свою нортумбрийскую империю, но, скорее всего, он, поджав хвост, убежит в Дублин. — Убби сплюнул, показывая свое презрение, но на этом не остановился. — Говорят, что у Анлафа сотни кораблей, которые стоят на якорях в Хамбере в ожидании его поспешного отступления. Но у него нет теперь воинов, чтобы заполнить длинную вереницу кораблей.
Рейн пристально посмотрела на человека с опрятно причесанными светлыми волосами. Жестокость была словно высечена на его мрачном лице, и Рейн вздрогнула от отвращения, согласившись со столь презрительной оценкой короля Анлафа.
— А куда денемся мы?
— Мы? — спросил Убби, подняв брови.
— Ты, я, Селик, люди Селика, которые остались в живых. Есть такие?
Убби горестно покачал головой.
— Нет, все его преданные воины ушли в Великой битве, но будут другие. Такие всегда находятся. Это те, кто знает о его честности, кто достаточно храбр, чтобы не бояться гнева короля Ательстана. Но их пока будет немного.
Маленький человечек тяжело вздохнул.
— А куда мы отправимся? В Шотландию? Или в Уэльс?
Убби недоверчиво покачал головой.
— Нет, Константин и Евгений были рады видеть могучие руки хозяина в битве, но теперь они не обрадуются его появлению в их землях. Они вернутся домой защищать свои тылы.
— И что ты думаешь?
— Короли Уэльса и Шотландии будут теперь давать лживые клятвы верности саксам, так как проиграли Великую битву. Во всяком случае, первое время. А Селик слишком заметен, чтобы идти на риск.
— А король викингов? — спросила Рейн, взглянув на Анлафа, который все еще ссорился с Селиком. — Он пригласит его?
Губы Убби сложились в саркастическую ухмылку.
— Пригласит, как же. Но прогнать его он тоже не может. Поэтому они сейчас и ссорятся. Он, наверное, уговаривает Селика взять себе один из кораблей и навсегда покинуть берега Нортумбрии.
Анлаф наконец отвернулся от Селика с покрасневшим от гнева лицом и сердито позвал своих людей следовать за ним.
Селик окинул взглядом все вокруг, выпрямил спину, вызывающе поднял упрямый подбородок. Он, несомненно, знал, что толпа следит за ним, за изгоем даже среди своих. Его стальные глаза нашли глаза Рейн и послали ей немой призыв.
Ожидал ли он, что она тоже его покинет, как все остальные? Тогда она тоже гордо задрала нос, повторяя его жест и надеясь, что он поймет ее. Она будет поддерживать его во всем, что он задумает.
Убби протянул слабую руку и тихонько пожал руку Рейн.
— Ох, хозяйка, — сказал он тихо.
Не прерывая немой разговор с ней, Селик наконец торжественно кивнул, показывая, что оценил ее тихое признание в верности. Несколько воинов перешли на его сторону. Затуманившиеся глаза Рейн ласкали Селика, ее сердце стремительно билось в груди от невыразимого желания облегчить боль этого одинокого человека.
Рейн надеялась, что ей удастся растопить лед в глазах Селика, и почему-то знала, что он позволит ей войти в его духовный ад и она поможет ему выбраться оттуда. Но что ждет ее впереди? Сможет ли она вернуться в свое время? И какие шрамы уготованы ей самой?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Преступный викинг - Хилл Сандра



очень понравилась!!!
Преступный викинг - Хилл СандраОЛЬГА
17.03.2011, 7.43





по- моему немного примитивно. "Ветер с севера" намного сильней и правдивей
Преступный викинг - Хилл СандраНВН
3.05.2011, 13.59





Я читала много историй о путешествиях в прошлое. Кому хочется сильнее и правдивее - Чужеземец и продолжения... Оч сильно. До слез. Но мне очень импонирует ОПТИМИЗМ этой книги. Много, даже трудно подобрать нужное слово, событий, привычных и, может даже, нормальных в том времени, но абсолютно жутких для нашего времени. И все таки ВЕРА, все таки НАДЕЖДА и, конечно, ЛЮБОВЬ... Ради нее на все... Как здорово!
Преступный викинг - Хилл СандраТатьяна
17.02.2012, 2.56





мне очень понравилось. в книге есть все, что надо для захватывающего романа. читало с удовольствием, не могла оторваться...
Преступный викинг - Хилл СандраАлексея
28.04.2012, 18.29





Потрясающий роман!!!!Много читала про викингов,но этот мне понравился больше всех!Такие живые и страстные эмоции.Читайте- не пожалеете!
Преступный викинг - Хилл СандраАнна
19.05.2012, 13.59





Бомба!!!!!!!!!ОЧЕНЬ классный роман...Советую прочитать, не пожалеете....класс!!!!!!!!!!!!!!огромное спасибо Хилл Сандре за такие чудесные романы!!!!
Преступный викинг - Хилл СандраАленк@
22.05.2012, 13.33





Еле дочитала,пропускала,мне было неинтересно
Преступный викинг - Хилл СандраИрина
24.07.2012, 14.14





Ответ Ирине и ее вышеразмещенному - есть ускоренный способ читать - по диагонали, и суперскорый - азбука. Чувствовать и думать - лишнее!!! ;)
Преступный викинг - Хилл СандраKotyana
2.08.2012, 18.02





ЕРУНДА
Преступный викинг - Хилл Сандраоксана
2.08.2012, 20.14





Книга так себе, а фраза "Селик, я не умею читать на средневековом английском" вообще убила, как будто герои знают, что живут в Средневековье, да и про брачный контракт герои вряд ли в то время слышали. Такое ощущение, что книга написана про нашу современну жизнь
Преступный викинг - Хилл Сандранатали
3.08.2012, 14.00





прочитала с удовольствием.! читайте не пожалеете!
Преступный викинг - Хилл Сандралия
21.09.2012, 15.35





Так себе. Не захватывает. Нет напряга. Еле дочитала.
Преступный викинг - Хилл СандраТатьяна
14.04.2013, 7.27





вау. роман очень мне понравился. хоть я не люблю перемещение во времени но этот роман великолепен. я не понимаю отзывов которые писали поэтому читайте и вы будите приятно удивлены.
Преступный викинг - Хилл СандраТатьяна
6.05.2013, 19.52





По-моему, так же отвратительно, как и первая книга. Автор, наверно, жирная феминистка-лесбиянка. Все герои поступают так, как будто им все мозги выдуло. Просто ни одного нормального слова или поступка за всю книгу. Это надо талант иметь, чтобы такой тупизм писать.
Преступный викинг - Хилл Сандрааня
31.05.2013, 22.06





Не читайте. Сплошная война и жестокость.
Преступный викинг - Хилл СандраКэт
16.05.2014, 9.53





Не, класс. Мне нравится. Эмоционально, оптимистично, захватило!
Преступный викинг - Хилл СандраНаташа
25.05.2014, 19.08





очень понравилась книга!!советую всем.
Преступный викинг - Хилл Сандраинесс
10.11.2014, 12.38





Очень странная книга. ГГ оба создают ощущение дибилов. Ну и ладно еще викинг (хотя скакать нагишом по военному лагерю со своей женщиной в руках это как то странно). Но 30-летняя женщина врач, которая рассказывает викингам про пацифизм это просто идиотизм какой то. И оба ГГ очень не последовательны. ГГ то любит жену, то любит ее, то никого не любит. ГГя то же, то ненавидит, то хочет с ним переспать, то любит, то не любит...
Преступный викинг - Хилл Сандраdeasiderea
11.12.2014, 1.41





Мне понравился роман)))Не айс,но прочитала)))8 из 10)))
Преступный викинг - Хилл Сандражасмин
22.12.2014, 7.03





Прочла 5 глав и все... больше не могу. ничего интересного, не буду тратить свое время( просто фигня какая то... чушь...
Преступный викинг - Хилл Сандраberegusebya
3.02.2015, 23.57





Прочла 5 глав и все... больше не могу. ничего интересного, не буду тратить свое время( просто фигня какая то... чушь...
Преступный викинг - Хилл Сандраberegusebya
3.02.2015, 23.57








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100