Читать онлайн За порогом мечты, автора - Хейер Джорджетт, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - За порогом мечты - Хейер Джорджетт бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.04 (Голосов: 26)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

За порогом мечты - Хейер Джорджетт - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
За порогом мечты - Хейер Джорджетт - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хейер Джорджетт

За порогом мечты

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

На мгновение Эбби испугалась, что Каверли может еще что-нибудь брякнуть. Но когда ее затравленный взгляд встретился с его, она поняла, что Каверли просто дразнит ее, забавляется ее испугом – за ее счет! Тут уж опасения сменились в душе Эбби пылающим гневом: да как он смеет! Но этот странный джентльмен тотчас же послал Эбби поверх головы Фанни полуизвинительный-полушутливый взгляд, словно между ними возникло родство причастности к некоей общей тайне…
Фанни, взглянув снизу вверх в его лицо своими чистыми глазами, спросила:
– Как, сэр, вы знали мою мать? Даже я ее не знала, то есть я хочу сказать, я ее совсем не помню… – Она запнулась, а потом добавила: – Вы не дядя ли Стэси Каверли? Он мой друг…
Если что-нибудь и могло убедить мистера Каверли в том, что Фанни – невинная овечка, нуждающаяся в защите от волков, то безыскусность этого замечания была вполне убедительна, подумала Эбби. Однако она не была уверена. Выражение лица мистера Каверли выражало все то, что обычно выражает «лицо усталого воина, слушающего лепет младенца».
– Ну тогда вы, вероятно, будете так любезны познакомить меня с ним? – заметил он.
По огорошенному лицу Фанни немедленно стало ясно, что Стэси не удосужился просветить ее насчет своих отношений с дядей, точнее, отсутствия оных отношений. Впрочем, решила Эбби, молодого шалопая уж никак нельзя винить за такое умолчание – дядя действительно не из первосортных.
– Ах! – воскликнула Фанни, готовая рассмеяться. – Вы ведь шутите со мной, верно? Или это я села в калошу? Вы ведь знаете Стэси, наверно, получше меня!
– Совсем наоборот! – заметил Майлз Каверли. – Я совершенно с ним незнаком и даже не узнал бы его, ежели бы он сейчас вошел в эту комнату. Когда я уехал из Англии, он был еще, должно быть, в пеленках.
– Ага, я понимаю! – сказала Фанни, и морщинки на ее лбу исчезли.
– Со своей стороны могу заметить, – вмешалась леди Виверхэм, – что вы в нем не разочаруетесь, нет! Но сперва вы, конечно, можете принять его за посланца Бонд-стрит, этакого курортного денди, как и я приняла сперва, но он вовсе не таков. И хотя он любит нравиться девушкам, думаю, что он не теряет головы – тогда ведь ему потребовалось бы слишком много голов…
От этой реплики Фанни густо покраснела, а леди Виверхэм как ни в чем не бывало прибавила:
– Конечно, я не имею в виду тебя, милочка, ты у нас птичка особая! Многих стоишь! И я не удивляюсь, что сам он ни на кого другого не обращает никакого внимания…
Короткий хохот сотряс жирное тело леди Виверхэм, и, к вящему замешательству Фанни, она прибавила:
– Много раз говорил мне мой Джошуа, что ты, детка, держишь свои дела в кулачке… Да что там говорить, я и сама это знаю! Все знают !
Тут Оливер завоевал самое горячее (хоть и про себя) одобрение Эбби, сумев увести Фанни подальше от кучки беседующих, под благовидным предлогом показать ей интересный вид из окна. Потом они сели рядышком, к ним вскоре присоединились Лавиния и Софи, и все вчетвером с удовольствием проболтали до того самого момента, как прием был оборван леди Виверхэм, которая подняла свое тело со стула (который издал еле слышный вздох облегчения) и объявила, что им с Софи пора идти, а не то сэр Джошуа вообразит, что с ними что-то случилось. Эбби уже готова была последовать ее примеру, но получила от разгоревшейся Фанни такой недвусмысленный сигнал подмигиванием, что решила немножко повременить. Причина этой, так сказать, глазной шифровки была раскрыта тотчас же по отбытии леди Виверхэм с дочерью.
– Мама! Нельзя ли оставить Фанни пообедать с нами? – спросила Лавиния. – Я хочу показать ей те потрясные вещички, которые Оливер привез из Индии, и особенно шаль… Нет, то есть я не имею в виду те кашемировые шали, хоть и они выглядят прекраснее всего, нет, другие вещи, всякие эти, как их…
– Очевидно, сари? – подсказал ее брат.
– Ну конечно сари! – обрадовалась Лавиния, освежая свою память. – И твои рисунки, Оливер, которые ты там сделал, всякие люди и места и все такое…
– Ну почему бы нет, малышка, – отвечала ей мать. – Если, конечно, позволит мисс Эбби Вендовер…
– Коли уж тут зашла речь о мисс Вендовер, – сказала Эбби, чуть улыбаясь, – то она считает, что для одного больного на сегодня визитеров достаточно. В другой раз, Фанни.
Фанни кивнула так, словно просовывала голову в петлю виселицы. Однако она встала и произнесла замогильным голосом:
– Да-да, конечно. Я понимаю, это не совсем уместно, наверно…
Это траурное по тональности замечание немедленно вызвало живейшие протесты со стороны Лавинии и Оливера, под прикрытием которых миссис Грейшотт запустила тяжелую артиллерию:
– Нет-нет, я прошу вас позволить ей остаться! Ведь Оливеру от общения с ней становится только лучше. Он ведь был так уныл, утомлен и даже не решился еще рассказать о своих приключениях родному дяде… А сейчас, я смотрю, пока он говорит с Фанни, так он расхохотался уже несколько раз, причем точно так, как он делал это в прежние времена! Нет, он просто ожил! Позвольте Фанни побыть у нас сегодня! Обещаю вам, Марта приведет ее домой еще до сумерек.
– Ну, мэм, если уж вы действительно так хотите… Но вот утруждать вашу Марту совершенно ни к чему! – заметила Эбби. – Я попросту вышлю за Фанни экипаж, и надеюсь, что за эти несколько часов Фанни не станет вам слишком мешать…
Итак, Эбби покинула разгоряченную миссис Грейшотт. То же самое сделал и мистер Каверли, к чему Эбби отнеслась со смешанными чувствами. Он следовал за нею вниз по лестнице, и Эбби пришло в голову, что Каверли, возможно, просто хочет извиниться перед нею за то, что так напугал ее полчаса назад. Однако, поскольку она уже составила весьма нелицеприятное мнение о личности мистера Каверли, ее не особенно удивило, когда он заговорил совсем о другом:
– Скажите мне, бога ради! Кто такой сэр Джошуа?
– Сэр Джошуа, – без выражения ответила Эбби, – это муж леди Виверхэм.
– Ну да, и еще отец Софи! – язвительно воскликнул Каверли. – Не стройте из себя глупышку, это и так ясно!
– Знаете, мистер Каверли, должна вас огорчить, но если вы хотите быть принятым в обществе в Бате, то вам придется пересмотреть свою манеру общаться с людьми! – сказала Эбби.
– Ничего я пересматривать не намерен и не имею ни малейшего желания быть принятым в каком-либо обществе. Если оно, это общество, в Бате состоит из леди Виверхэм и ей подобных, то…
Не желая вступать в долгие пререкания, Эбби холодно заметила:
– Если говорить о Виверхэмах, то это достойные, уважаемые люди, и… хоть они не особенно деликатны, они очень добры в душе.
– Ага, как свиная сосиска, снаружи такие пухленькие, а внутри полны сока! – с понимающей усмешкой воскликнул он. – Интересно, где они раздобыли себе титул? На рождественской распродаже в Сити?
– Я не знаю. Сэр Джошуа действительно занимался какой-то торговлей, пока не ушел от дел, но… но торговля его была самого честного и благородного толка…
– Не надо его защищать, – мягко сказал Каверли. – В конечном счете я сам занимался торговлей, так что не надо припудривать это потное слово эпитетами «честный», «благородный» и прочей ерундой.
– Хм, я бы удивилась, узнав, что вы были замешаны в какое-нибудь благородное дело! – воскликнула Эбби, снова пускаясь в перепалку. Тут она увидела, что они подошли как раз к «Йорк-Хаус», и поспешно добавила: – Ну что ж, сэр, здесь наши пути расходятся!
– Ну нет, это немного преждевременно. Я вас провожу до дому.
– Я вам очень признательна за предложение, но уверяю вас, это совершенно не обязательно. До свидания, мистер Каверли!
– Если вы думаете, что я стану волочиться за вами по пятам до самого Сидни-Плейс, как какой-нибудь лакей, то вы заблуждаетесь, мисс Абигайль Вендовер! – заметил Каверли, беря ее руку и почти насильно продевая в свой согнутый локоть. – Неужели теперь в обществе такая мода – чтобы молодые незамужние девушки из хороших семей шлялись по городу без провожатых? Во всяком случае, когда я покидал Англию, было принято иначе…
– Я не молодая девушка, и вовсе не шляюсь! – взвилась Эбби, выдергивая свою руку, но по инерции продолжая идти рядом с ним. – И вообще, в Англии времена поменялись, пока вы тут не жили, сэр…
– Да, увы, и не в лучшую сторону, – согласился он траурным тоном. – Без меня Англия докатилась бог знает до чего! Мне так жаль вас, что вы вынуждены сносить мои старомодные манеры. Но вы ведь и сами уже преклонного возраста, как я понял, и вам не будет это слишком непривычно? Вспомните далекие, почти забытые годы юности, а?
Она непроизвольно хихикнула:
– Ох, сэр, ради бога, не говорите глупостей! Я, конечно, не преклонного возраста, но уже и не девица, которой нужна опека. Я стараюсь не выпускать Фанни одну, но есть матери, которые не видят здесь особой проблемы. Но это тут, в Бате, а не в Лондоне, конечно… – Она помедлила, потом добавила: – Могу ли я просить вас, сэр, следить за тем, что и как вы говорите Фанни? Если вы посчитали уместным сообщить ей, что прекрасно знавали ее мать, она ведь может теперь заговорить с вами о Селии, а она девушка умненькая и быстро может смекнуть, в чем дело. Я понимаю, что вы это сделали, чтобы ошарашить меня, ну так вы своего добились… Удовольствуйтесь этим, пожалуйста.
Он рассмеялся:
– Ну, не ошарашить, всего только подколоть… Вы на меня так пронзительно взглянули, что я не мог мучить вас далее.
– Ах как благородно! – скривилась Эбби.
– Ничуть. Я ведь предупреждал вас, что этого добра вы во мне не отыщете.
– Зачем тогда вы решили провожать меня до дому?
– Да потому, что мне хотелось вас проводить! Экий, с позволения сказать, невинный вопрос…
Эбби снова с трудом подавила смешок.
– Вы самый неделикатный человек, какого я только встречала! – сообщила она ему.
– Это прекрасно, что вы поняли наконец, – кивнул он. – Теперь наша беседа будет протекать гораздо живее.
– Нет, пока вы не перестанете из себя корчить чудака и повесу. Или, может быть, вы привезли домой несчастного Оливера Грейшотта просто потому, что вам так захотелось?
– Ну да, парень мне понравился. А вам?
– Да, но смею сказать, что…
– Только не подумайте, что я проехался в Англию за его счет! – быстро заверил он ее. – Ничего подобного. Все, что я сделал, – это присматривал за ним во время путешествия. Согласитесь, работенка не тяжелая.
– Ну а потом вы еще взялись везти его до самого дома, в Бат! – недоверчиво протянула Эбби.
– Да, но это лишь потому, что… – Он помедлил и продолжил затем ровным, бесцветным тоном: – Ну, потому, что дядя этого юноши – человек широких и разнообразных интересов, и кто знает, как он сумеет отблагодарить того, что окажет ему любезность…
– Как вы ловко поправились! – насмешливо покачала головой Эбби. – А ведь уже чуть было не проговорились, что приехали в Бат повидаться со своим племянником, верно?
– Ох ты боже мой, я ведь говорил уже вам, что ведать не ведал, где находится мой племянничек! Впрочем… Стэси скоро вернется в Бат, а как следует из слов леди Виверхэм, он представляет собой ангела небесного, и мне любопытно взглянуть хоть на одного члена семейства Каверли, который подходит под это описание.
– Могу вас заверить, что в образе своего племянника вы не найдете ангела.
– Откуда вам знать? Вы ведь ни разу в глаза его не видали.
– Да, но…
– Кроме того, Селине он очень понравился, – продолжал Каверли. – А я, знаете ли, почему-то очень доверяю мнению Селины.
– Ах, неужели?! – вскипела Эбби. – А вы-то видали хоть раз мою Селину?
– Насколько мне помнится, нет, – признал он. – Однако я успел попять, что она ваша старшая сестра, и поскольку я некоторое время не вращался в тутошнем высшем свете, я и не мог ее знать. Но я надеюсь с ней познакомиться.
Они дошли до угла Бридж-стрит, и Эбби неожиданно встала как вкопанная.
– Нет уж! – сказала она со значением. – Вовсе я не хочу вас с ней знакомить. Она ничего не знает о той тайне, которую вы мне вчера раскрыли. И даже не подозревает, что мы с вами вчера встречались. И у меня нет ни малейшего желания…
– Неужели? – хитро прищурился он. – Но разве можете вы быть уверены, что такой блестящей возможностью не воспользуется миссис Грейшотт? Или та же леди Виверхэм? Они, как мне кажется, с удовольствием представят меня хоть самому архангелу Гавриилу – при встрече, конечно.
Эбби закусила губу.
– Ну… Я могла бы… Могла бы вас представить, если вы только ничего не расскажете моей сестре о наших встречах и разговорах… – выдавила она.
– Могу и не рассказать, – согласился он великодушно.
На эту гнусную реплику Эбби просто не нашла ответа и в молчании двинулась дальше.
– Обещаю вам, что постараюсь не проболтаться, – добавил Каверли с ноткой шутливого утешения в голосе.
– Послушайте, мистер Каверли, – медленно начала Эбби. – Будьте же хоть капельку серьезным! Верно вы сказали, я никогда не видела вашего племянника, но ведь вы-то видели мою племянницу! Конечно, вы давно уже не зеленый юнец, вы человек светский, но… ведь вы же любили когда-то ее мать! И не сомневаюсь, что ее облик должен был вам напомнить те ушедшие в прошлое времена…
– Знаете, как ни странно, ничего мне ее облик не напомнил, – вставил он. – А что, она так сильно похожа на свою мать?
– Как две капли воды! – удивленно выдохнула Эбби.
– Нет, неужели? Ах, какие шутки иногда вытворяет с человеком его память! Мне помнилось, у Селии были карие глаза.
– Вы что же, хотите сказать, что забыли ее? – Эбби невольно отпрянула от него.
– Вы должны иметь в виду, что все дело происходило почти двадцать лет назад, – притворно виновато заметил Каверли.
– Значит, вы путаете ее с какой-то другой женщиной?
– Вполне вероятно, – задумчиво протянул Каверли, словно перебирая в уме варианты.
Эбби снова потянуло хихикнуть, но она одернула себя и сказала строгим тоном:
– Как бы то ни было, вы помните о вашей любви и вряд ли захотите, чтобы дочь Селии стала жертвой прохвоста, пусть даже этот прохвост приходится вам племянником!
– Нет. То есть я не хочу, чтобы вообще кто-нибудь на белом свете стал жертвой прохвоста. Но думаю, вы вполне можете и ошибаться в моем легкомысленном племяше, в этом загадочном отродье… Он, может быть, просто влюбился в вашу очаровашку без памяти.
Эбби бросила на него быстрый взгляд:
– Она ведь миленькая, правда?
– Спрашиваете! Именно потому я и думаю, что наш общий незнакомый , обалдуй Стэси, действительно потерял от нее голову!
Эбби, хмурясь, помолчала минутку, а потом заключила:
– Все равно никаких последствий не будет. Он неподходящая партия для Фанни. И к тому же она слишком молода. Вы сами должны понимать.
– Нет, увы, не понимаю. Ее матери было семнадцать, когда она вышла за Роулэнда.
– И ее печальная история как раз доказывает, что это слишком рано для замужества!
Каверли одобрительно усмехнулся, но сказал:
– Вы, вероятно, правы, но я не могу с вами согласиться. Ведь я сам пытался жениться на Селии.
– Да, но тогда вы были еще мальчиком. Сейчас-то вы стали мудрее.
– Намного! Ровно настолько, чтобы не вмешиваться не в свое дело.
– Это вас очень даже касается, мистер Каверли!
– А вот и нет, мисс Вендовер!
– Если у вас к нему нет никакого интереса, зачем же вы задержались в Бате? Почему вы ожидаете его приезда?
– Я и не говорил, что он мне интересен. Точнее, я так думал до того, как узнал о его интрижке с вашей племянницей. А это уже весьма и весьма интересное дельце, верно?
– И дурацкое!
– Согласен.
– С вами разговаривать все равно что молоть чепуху с мельницей! – заметила Эбби.
– Мыльницей ? – перепросил он. – С какими скользкими предметами вам приходится общаться – с мокрыми ужами, с мыльницами…
Эбби вспомнила про «мокрых ужей» во вчерашнем разговоре и непроизвольно улыбнулась.
– Прощу вас, сэр, только об одном, – сказала она, отворачиваясь и скрывая улыбку. – Если уж вы не хотите вмешиваться в это дело, то по крайней мере не помогайте Стэси…
– Ну что вы, конечно! Я простой зритель с галерки!
Казалось, Эбби вполне может удовлетвориться этим обещанием, однако она добавила несколько подозрительным тоном:
– Я доверяюсь вашему слову, сэр…
– Можете смело на него полагаться. Я не собираюсь в ближайшее время нарушать его! – добродушно заверил ее Каверли.
Понимая, что эта реплика делает дальнейшую беседу с мистером Каверли совершенно немыслимой, Эбби замолкла, про себя уныло недоумевая, отчего она вообще завязала с ним такие долгие разговоры, и уж тем более – позволила себя провожать. Как-то не подворачивалось на язык подходящих слов, и хотя он казался непробиваемым, она знала, что может легко поддеть его некоторыми известными ей событиями из его жизни, – впрочем, у нее не было на то ни малейшего желания. Эбби сперва пыталась убедить саму себя, будто согласилась на его эскорт только лишь потому, что надеялась склонить его на свою сторону в борьбе с негодником Стэси. Но в глубине души она с ужасом сознавала, что ей попросту приятны и его эскорт, и беседа с ним. Что говорить – более того, ее бы просто убило известие, к примеру, о том, что мистер Каверли-старший намеревается уехать из Бата в ближайшем будущем…
Эбби упорно пыталась себя убедить, что единственное привлекательное качество в этом человеке, которое отличает его от других ее знакомых джентльменов, – это своеобразное чувство юмора. Ведь он был ни миловиден внешне, ни элегантен в одежде. Его манеры были отвратительно небрежны. Мораль в его душе, похоже, и не ночевала. Он явно принадлежал к тем субъектам, которым настоящие леди ни в коей мере не должны выказывать ни малейшего почтения. Одно обескураживало – его светлая улыбка, но Эбби была уже не так молода и не так глупа, чтобы доверяться столь эфемерным вещам, как человеческая улыбка, пусть даже сказочно привлекательная.
Но как только Эбби дошла до этой невероятно глубокой и мудрой мысли, Каверли снова заговорил, и она осознала, что несколько переоценивала и свой возраст, и свой ум… Она снова смеялась ему в ответ. Словно между ними возник тоненький, шаткий мостик, который поддерживался улыбкой… Его лицо было грубым, но улыбка преображала его. Тут его глаза теряли ледяную холодность и теплились непередаваемым смыслом понимания – понимания одного человека другим человеком… Он мог насмехаться – но беззлобно. И даже когда он пересмеивал ее, в глазах его, помимо веселья, было и приглашение разделить с ним этот смех, это понимание… «И самое страшное, – беспомощно подумала Эбби, – что я действительно разделяю – и смех, и понимание…»
Она отвлеклась.
– Да, сэр? Что вы сказали?
Сразу же уловив нотки смятения в ее голосе, Каверли отвечал смешливо:
– Ничего такого особенного, уверяю вас, что стоило бы вашего драгоценного внимания! Всего лишь я просил вас рассказать мне. Рассказать… Но тут вы повернули ко мне свое прелестное личико и так чудно взглянули, что остальная часть моей фразы тут же вылетела у меня из головы. Как это вам удалось, вообще говоря, избежать уз Гименея за столь долгие годы жизни?
У нее чуть екнуло сердце, но она отвечала в лоб:
– Я вполне довольна своим одиночеством, сэр.
Но ей было неприятно, если он решит, будто ей никогда не делали даже предложения, ведь скорее всего ему это покажется странным, если не подозрительным. И потому Эбби добавила:
– Но не подумайте, что мне не поступало множество самых заманчивых предложений!
Он усмехнулся:
– Я и не думаю!
Она слегка покраснела, но постаралась придать голосу побольше достоинства:
– Ну, если вы хотели спросить меня только об этом, то…
– Нет-нет! – прервал ее Каверли. – Я знал об этом. Только вы вовсе не похожи на сварливую старую ханжу, берегущую свою девственность!
– Ой! – подавилась Эбби от неожиданности. – Да, насчет ханжи вы, пожалуй, правы – нет во мне этого… Но хватит меня подкалывать вашими булавками! Что вы мне хотели сказать на самом деле?
– О, я просто намеревался получить у вас немножко информации. Я даже не припомню своих поездок в Бат в годы юности, и теперь я целиком полагаюсь на вас. Не могли бы вы объяснить мне правила нынешнего здешнего этикета, поскольку я желаю войти в общество…
– Вы? – удивленно протянула она.
– Ну конечно! Иначе как я смогу поддерживать свое знакомство с… – Он запнулся, глаза его странно блеснули, а затем он продолжил невозмутимо: – С леди Виверхэм, конечно, и ее милой дочерью!
– Нет, конечно! Я ведь совсем забыла! У леди Виверхэм имеется несколько премиленьких дочерей!
– И у всех у них лицо напоминает отварную тыковку?
– Э… Ну, немножко, – признала она. – Вы могли бы оценить их сами, если бы собрались посещать балы в нашем Новом Городском Собрании. Но насколько мне известно, ни балов, ни концертов не будет до самого ноября. Но вам там понравится. Кроме того, думаю, там будут и публичные лекции. А концерты даются каждую среду по вечерам. И еще проходят пения в Уайтхаузе, сейчас, во время сезона…
– Позвольте мне самому определить день моего первого появления в обществе. А пока этих сведений, моя милая невежда, мне вполне достаточно!
Эбби сперва решила дать ему гневную отповедь за столь бесцеремонное обращение к ней, но потом раздумала – лучше вовсе не заметить этой дурацкой фамильярности. Она лишь сказала с ехидцей:
– Чувствуется, вы не особенно сильны в музыке, сэр? Ну да зато у вас, вероятно, тонкий вкус к карточным играм, верно? В Городском Собрании есть залы и для этого. Одна из них очень красивая, восьмиугольная, но я должна предупредить вас, что на деньги играть нельзя, не разрешаются и всякие незаконные игры… А по воскресеньям карточная игра вообще запрещена.
– Вы меня напугали. А что это за незаконные игры такие?
– Честно вам сказать, я и не знаю. Но так сказано в Правилах.
– Ну что ж, – мрачно проронил он. – И как же я могу попасть в это строгое заведение?
– Ну, вам нужно вписать свое имя в книгу регистрации мистера Кинга, если хотите приходить туда. Книга хранится в Зале Источников. Балы бывают по понедельникам, карточные собрания – по вторникам, а маскарады – по четвергам. Начинаются танцы сразу после семи часов, а заканчиваются ровно в одиннадцать. На простых балах допускаются только национальные танцы, но на маскарадах обычно добавляют пару котильонов. Ну и еще вы платите два шестипенсовика на чай, при входе…
– А еще говорят, что Бат – скучное местечко! Тут, я погляжу, тьма всяких радостей жизни! А скажите, что случится, если одиннадцать часов пробьет ровно посредине какого-нибудь глубоко народного, национального танца?
Эбби рассмеялась:
– Тогда, увы, музыка останавливается. Это тоже указано в Правилах.
К этому моменту они уже подошли к Сидни-Плейс, Эбби остановилась и протянула ему руку:
– Тут я и живу, так что должна с вами попрощаться, мистер Каверли! Очень вам благодарна, что вы меня проводили. Надеюсь, вы не станете скучать в Бате.
– Да, если меня не свалит с ног вихрь развлечений, которые вы мне здесь расписали… – Каверли взял ее ладошку в обе руки и слегка задержал ее. Глядя на Эбби сверху вниз, он улыбнулся: – И еще, мне не хочется прощаться с вами. До свидания, о'ревуар, мисс Вендовер!
Она испугалась было, что Майлз Каверли попытается напроситься в гости, чтобы познакомиться с Селиной, но, к счастью, он не проявил таких поползновений, а только подождал, пока Миттон отворил дверь перед Эбби, и напоследок лишь помахал ей рукой.
Поднявшись в дом, Эбби обнаружила, что Селина передислоцировалась на диванчик в гостиной, где наслаждается обществом навестившей ее миссис Левеиинг. Та просто лопалась от переполнявших ее бедфордширских сплетен, и прошло немало времени, прежде чем у Эбби образовалась возможность сообщить о возвращении сына миссис Грейшотт. Было невероятно трудно избежать при этом упоминания о том, что привез Оливера сюда в Бат мистер Майлз Каверли; и когда после перекрестного допроса Эбби все-таки раскрыла свой секрет, голосок ее неуверенно подрагивал.
Селина была особенно взбудоражена этим известием.
– Как? – взвизгнула она. – Это дядя бедного Стэси?! Это тот самый?! Которого выслали из Англии?! Какой ужас! Неужели это он довез Оливера домой?! Я думала, мистер Балкинг сам должен был сделать это, верно?! Какой ужас, что он…
– Думаю, он заботился об Оливере во время всего их путешествия, – заметила Эбби.
– Царица Небесная! Ну что ж… – Селина на минутку задумалась. – Возможно, он исправился после всех мытарств. Да и Стэси, надо полагать, вовсе не так плох, как о нем думают некоторые. Интересно, зачем это он приехал… Впрочем, вероятно, мистер Каверли как раз решил повидаться с племянником, – а это показывает его человеком глубоких и очень благонамеренных чувств…
– Вовсе нет! – с некоторым злорадством парировала Эбби. – Он даже знать не знал, что его племянник находится в Бате, а что касается родственных чувств, то их у него нет и в помине!
– Помилуй боже… Дорогая, ты что же, хочешь сказать, что сама видела его?!
– Он появился в доме у миссис Грейшотт, когда я там сидела. А потом вызвался проводить меня до дому. Прямо как в готическом романе!
– Не вижу здесь никакой готики, – помотала головой Селина. – Это просто знак его превосходных манер. Таких же, как и у его племянника!
– Если верить тому, что ты мне рассказывала о Стэси, то его дядя совершенно не похож на него! – Эбби ухмыльнулась. – Ни элегантности, ни хороших манер!
– Дорогая моя, ты находишься во власти предубеждений! – заявила Селина. – Собственно, и Роулэнд всегда говорил, что это твой главный недостаток в характере. Это было понятно, пока ты была еще юной девушкой, но теперь, когда ты поста… то есть ты поумнела, и теперь… Одним словом, в нашем семействе ханжей никогда не водилось!
Расхохотавшись в ответ на это замечание, Эбби упорхнула, думая про себя, как позабавился бы вместе с нею мистер Майлз Каверли, кабы присутствовал при этой сцене…
За ужином Селина продолжала разглагольствовать в своем восторженном духе о таинственной личности и характере Каверли и о том, какие таинственные силы заставили его вернуться в Англию. Однако к чаю вернулась Фанни, и тут разговор поменял направленность. Фанни была переполнена впечатлениями о разнообразных вещах, привезенных Оливером Грейшоттом из Индии, и хотя к резной слоновой кости или бенаресской бронзе интерес Селины был более чем умеренным, первое же упоминание о кашмирских шалях и целых рулонах тонкого индийского муслина разожгло ее самые низменные потребительские инстинкты. Когда Фанни описала своими словами индийское сари, Селина выразила энергичное недоумение, что этакая штука может продержаться на плечах дольше пяти минут. Она настаивала, чтобы Фанни убедила Лавинию не надевать сари, пока его не увидит и не одобрит сама Селина. «Это все потому, милая девочка, что у бедной миссис Грейшотт просто нет никакого вкуса…»
Фанни чудесно провела день у Грейшоттов, в Эдгар-Билдингс, и собиралась – если только ее тетушки не станут возражать! – повторить свой визит. Ее подружка Лавиния объяснила ей, как подавлен и угнетен бедный Оливер и что присутствие Фанни – с которой он много шутил и играл в шарады – необыкновенно поднимает его настроение.
– Вот я и подумала: наверно, это мой долг? – заметила в заключение Фанни, задумчиво морща лобик. – Дело тут, конечно, не во мне, а просто от молодых гостей Оливеру становится лучше и веселее… Я просто из вежливости обязана прийти туда, ведь мой визит явно принесет ему бездну пользы!
О Майлзе Каверли Фанни почти не упоминала. Ясно было, что ее интересы целиком фокусируются на отношениях со Стэси. Единственное, о чем обмолвилась Фанни, – что мистер Каверли, оказывается, хорошо знал ее маму.
К облегчению Эбби, Селина оставила эту мысль без внимания, посчитав ее лишь дополнительным аргументом в пользу Каверли, – не так страшен черт, как его малюют, человек имел хорошие знакомства… Слава богу, Селина не стала вдаваться в долгие и нудные расспросы, каким это образом и при каких обстоятельствах странный мистер Каверли мог быть знаком с молодой девушкой, которая через пару месяцев после того вышла замуж за Роулэнда и поселилась в бедфордширском имении.
Эбби отправилась спать, лелея несколько грустную надежду, что мистер Каверли покинет Бат еще до того, как Селина решит свои болезни законченными и снова станет появляться в свете.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману За порогом мечты - Хейер Джорджетт



Замечательный роман в британско-салонном стиле. Несмотря на некоторую затянуть в середине, читается очень легко. Присутствует легкий юмор. Понравился ГГ: наконец-то какое-то разнообразие от шаблонных британских красавцев. Любителям постельных сцен роман может не понравиться, так как их здесь нет ни одной:)
За порогом мечты - Хейер ДжорджеттВирджиния
11.03.2015, 23.26





роман понравился своим юмором.
За порогом мечты - Хейер Джорджеттраиса
3.06.2015, 14.32





Великолепный роман
За порогом мечты - Хейер Джорджеттнина падвлова
20.07.2015, 5.39








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100