Читать онлайн За порогом мечты, автора - Хейер Джорджетт, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - За порогом мечты - Хейер Джорджетт бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.04 (Голосов: 26)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

За порогом мечты - Хейер Джорджетт - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
За порогом мечты - Хейер Джорджетт - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хейер Джорджетт

За порогом мечты

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Мистер Стэси Каверли не появился на той неделе в Бате и так и не написал Фанни. Эбби начала уже питать надежду, что из мухи действительно было сделано небольшое стадо слонов и что молодой человек лишь забавлялся легким флиртом с девочкой, о которой скоро позабыл.
Она так бы и пребывала в самоуспокоенности, ежели бы усилиями леди Виверхэм до ее сведения не было настоятельно доведено, что она, леди Виверхэм, получила любезнейшее письмо от мистера Каверли, в коем он уведомляет о своем намеченном возвращении в Бат на следующей неделе.
Эта новость нанесла сокрушительный удар по оптимизму Эбби. Настроение у нее еще больше испортилось после того, как Селина замогильным голосом объявила, что у нее обострились желудочные колики, отягченные лихорадкой, кашлем, ангиной, приступом ревматизма и мигренью. Селина, по ее словам, всю ночь не смыкала глаз и только молила Бога, чтобы эта загадочная и ужасная болезнь не приковала ее на весь остаток жизни к постели – причем в настоящее время крайне неудобной, поскольку горничные так и не научились как следует взбивать подушку.
Эбби не разделяла этих мрачных предчувствий, однако немедля послала за лучшим в округе врачом, который мог бы всласть потешиться над лихорадкой и коликами Селины. Эбби попросила доктора ни в коем случае не подкреплять подозрения Селины, что она одной ногой уже прочно стоит в могиле. Доктор, под энергичным давлением, дал обещание; однако когда он стал невнятно мямлить Селине про слабую форму инфлюэнцы, его пациентка была просто шокирована подобным отсутствием такта и потребовала у доктора, чтобы он торжественно объявил полный список ее болезней. Доктор, под пристальным оком мисс Эбби Вендовер, был вынужден искать компромиссные пути и завел путаную речь о том, что даже простой грипп, когда поражает столь хрупкое и практически небесное создание, как мисс Селина Вендовер, представляет собой огромную опасность для здоровья. Доктор посоветовал Селине побольше оставаться в постели, обещал тотчас же выслать ей солевой раствор, порекомендовал принимать жженый сахар внутрь от кашля и козью шерсть как наружное средство для предупреждения чахотки. Остальная часть лечебного курса в форме парной баранины, пива и снотворного была провозглашена доктором чуть ли не под диктовку самой больной.
Потом доктор, отчаянно извиняясь, уже наедине с Эбби виновато объяснял ей, что все-таки ни один из элементов прописанного им лечения не способен причинить особого вреда такому могучему организму, каковым обладает мисс Селина. Из беседы с доктором Эбби вынесла стойкое убеждение, что ей не стоит уделять много внимания мнимым болезням Селины, поскольку в этом случае интрижка Фанни с загадочным мистером Каверли ускользнет от ее внимания.
Следует отметить, что старшая мисс Вендовер просто наслаждалась своей болезнью, которая принимала у нее каждый день новые формы: как только чуть стих озноб, усилился кашель, а когда кашель прошел, на авансцену стремительно выступило расстройство кишечника. После легкого покалывания в сердце Селина развила такую бурную рекламную кампанию в пользу своей скорой смерти, что даже легкомысленная Фанни стала посматривать на нее с некоторой опаской и наконец спросила у Эбби, не собирается ли тетя Селина и в самом деле покончить с земными заботами.
– Нет, детка, вовсе нет! – весело отвечала ей Эбби.
– Но тогда… Эбби, милая, иногда мне начинает казаться… Может быть, тете просто нравится болеть?
– Ну конечно же она это просто обожает! У нее, в конце концов, так мало развлечений! А тут она становится центром всеобщего внимания, разве можно ее винить? Милая девочка, печальная истина состоит в том, что дамы ее возраста должны непременно заболеть, чтобы хоть кто-нибудь обратил на них внимание… И это относится не только к старым девам. Приглядись, как почтенные матроны, уже повыдававшие замуж дочерей и которым уже практически не о чем заботиться, просто культивируют в себе самые невероятные сочетания смертельных недугов!
Округлив глаза, Фанни прошептала:
– Так что же, теперь тетя пролежит на диване весь остаток жизни?
– О нет! – отвечала Эбби. – Во-первых, диваны имеют свойство продавливаться. И рано или поздно что-нибудь изменит направление ее мыслей, и ты еще удивишься, как мгновенно наступит ее выздоровление.
И это случилось гораздо раньше, чем можно было ожидать. Как-то раз после полудня, зайдя к сестре, Эбби обнаружила ее сидящей скрестив ноги на постели (где всего час назад она мучительно стонала в расчете на приникшую к изголовью служанку) и беспокойно терзающей письмо, только что полученное с дневной почтой.
– И что же ты думаешь? – в возбуждении закричала Селина. – Левенинги собираются приехать на зиму в Бат! Бог мой, да они уже, может, прибыли! Миссис Левенинг пишет, что сперва они намерены остановиться в гостинице «Йорк-Хаус», а потом уж начать подыскивать себе апартаменты, поскольку раньше они в Бате не бывали, как ты знаешь. Я уже перебрала все возможности и думаю, что на Палтини-стрит или Лора-Плейс будет слишком дорого для них, – а что ты скажешь?.. Не то чтобы миссис Левенинг упомянула точную стоимость, на которую они рассчитывают, но я предполагаю, что доходы мистера Левенинга все-таки не выходят за рамки приличного и разумного, – как ты думаешь?
– Милая моя, если бы я имела хоть малейшее представление, кто такие Левенинги, я, возможно, и попыталась бы подобрать какой-нибудь ответ! – отвечала Эбби, смеясь глазами.
Мисс Селина Вендовер была сражена па-повал.
– Эбби! Как ты могла забыть?! Они ведь из Бедфордшира – почти что паши соседи, и очень приятные люди! У мистера Левенинга, правда, бородавка на левой щеке – но в остальном он настоящий джентльмен! Нет, погоди, может, я путаю с мистером Тарвином? Да, пожалуй, бородавка – у мистера Тарвина, но его это делает только лучше, ведь в бородавках тоже есть что-то пикантное, правда?.. Дорогая, я прошу тебя непременно поехать в «Йорк-Хаус» сегодня же! Было бы бессердечным не поприветствовать милых Левенингов сразу же по их прибытии… Передай им мои теплейшие приветы и скажи, что, несмотря на тяжкую болезнь, завтра с утра я попытаюсь встать и спуститься в гостиную, где надеюсь встретить их… Кстати, ежели уж ты будешь в городе, зайди на Милсом-стрит в библиотеку Голдвина и выясни, не получена ли ими та книга, которую мне присоветовала миссис Грейшотт? Книжка называется «Рыцарь чего-то там», уж не помню чего, но что «Рыцарь» – это наверняка. Написана она миссис Поттер. А пока ты съездишь, я займусь составлением списка – кого приглашать… – озабоченно добавила Селина, непроизвольно спуская ноги на пол и вставая.
Эбби так не хотелось расстраивать эти радужные, полные жизнеутверждающего пафоса планы Селины, что она даже не высказала возражений против столь нахального распоряжения ее личным временем, которое она, естественно, собиралась потратить совсем на другие занятия. Фанни в тот момент уже приняла приглашение поехать с группой приятельниц в Клавертон-Даун, так что Эбби осталась наедине со своими двуедиными задачами.
Ни одна из них в конечном счете не была выполнена: в библиотеке Голдвина не обнаружилось последнего литературного шедевра миссис Поттер; и хотя в гостинице «Йорк-Хаус» ожидали приезда мистера и миссис Левенинг, но уж никак не раньше ужина. Эбби отклонила вежливое предложение подождать их прибытия в вестибюле на диванчике, но затем подумала, что Селина станет упрекать ее, и решила оставить записку для Левенингов.
Пройдя в вестибюль, она присела за небольшой столик и принялась писать. В зале было пусто, тихо, но вскоре послышались у входной двери приближающиеся голоса, и Эбби подумала, что это приехали Левенинги. Но в гостиницу вошел лишь один человек, Эбби мельком увидела его сквозь открытую дверь. Эбби не собиралась обращать на новоприбывшего никакого внимания, но уже в следующую секунду подскочила на стуле, потому что швейцар громко приказал мальчишке-коридорному внести багаж мистера Каверли в помер двенадцатый.
Удивленная, Эбби быстро прикинула, имеет ли смысл подходить и завязывать беседу самой или стоит подождать официального знакомства. Второй вариант казался более пристойным. Эбби понимала, что в данном случае она попадает в положение не молодой девицы, а тетки-опекунши, и не следует нарушать светских условностей. Однако сейчас ей представилась, по существу, единственная возможность завязать приватный разговор с Каверли в отсутствие Фанни. Эбби подкрепила себя мыслью о том, что кто не рискует, тот не ест пудинга, и решительно встала из-за столика, обернулась и тоном холодноватой вежливости сказала:
– Мистер Каверли?
Мужчина листал журнал у книжной полки; теперь он поднял голову и встретился с нею взглядом. Его глубоко посаженные светло-серые глаза выражали легкую растерянность.
– Да?
Если он был удивлен, то Эбби просто была сражена наповал. Нельзя сказать, что она загодя составила мысленный портрет Каверли, но из всего того, что ей рассказывали, никак нельзя было нарисовать этого высокого, широкоплечего человека, заметно старше ее, с грубоватыми чертами лица и сероватой, болезненного оттенка кожей. Ничто в этом человеке не говорило о том, что он денди и щеголь. На нем был свободный мятый плащ, на ногах – жеваные лосины и заляпанные сапоги. Галстук был завязан на шее довольно небрежно, а на талии не звякала ни цепочка от часов, ни дорогой брелок; запонки не только были скромны, но и даже слегка облупленны…
Эбби была столь удивлена, что несколько мгновений молча смотрела на него, пытаясь собраться с мыслями. Его описывали как молодого лощеного городского красавчика, а он явно таковым не был. Ее зять, Джордж, говорил о нем «молодчик», что еще хоть как-то было объяснимо, потому что в облике его проскальзывало нечто бесшабашное, размашистое… Однако все это – мелочи; но вот чем он так очаровал Фанни, да еще и Селину вдобавок – вот что было совершенно непонятным!
Тут в уголках его губ заиграла улыбка, и Эбби, непроизвольно улыбаясь в ответ, вдруг похолодела: самое важное, что Селина, даже в приступе тяжелейшей глупости, не могла назвать матерого мужчину лет сорока молодым прекрасно воспитанным человеком ! Эбби ошиблась!
– Ох, простите, я обозналась… Извините… Я хотела просто спросить – не мистер ли вы Каверли…
– Откровенно говоря, у меня самого до сих пор не было особых причин в этом сомневаться! – спокойно заметил тот.
– Так, значит, это вы? Но ведь… – Тут Эбби догадалась наконец остановиться и глубоко вздохнуть. Потом она собралась с мыслями и продолжила: – Дело в том, что я – мисс Вендовер!
Она с удовлетворением заметила, что на Каверли это заявление произвело определенный эффект. Улыбочка с его губ слетела, а брови неожиданно сдвинулись к переносице. Затем он воскликнул в недоумении:
– Мисс кто?
– Мисс Абигайль Вендовер! – повторила она уже более подробно, для его вящего просвещения в этом вопросе.
– Милостивый Боже!
Казалось, он был поражен именем Эбби не меньше, чем она – его видом; внимательно оглядев ее, он вдруг радостно заявил:
– Это прекрасное имя! И очень, поверьте, очень вам идет.
От такого неслыханного нахальства Эбби на мгновение потеряла не только дар речи, но и позабыла о цели своего знакомства, впав в совершенно ненужные препирательства:
– Вот уж спасибо! Ах, как я вам обязана! Конечно, это старомодное имя, которым принято было называть служанок… Впрочем, вам оно пусть нравится, а мне оно противно!.. – Тут Эбби запнулась и торопливо добавила: – Впрочем, сэр, я представилась вам вовсе не для того, чтобы обсуждать собственное имя…
– Ну конечно, – сказал он мягко, с таким издевательским соболезнованием глядя на нее сверху вниз, что ей захотелось его стукнуть. – Тогда скажите мне, пожалуйста, что именно вы хотели бы обсудить. Я со своей стороны постараюсь сделать в этом смысле все возможное, хотя и не совсем ясно себе представляю, отчего вам захотелось что-либо вообще со мной обсуждать. Извините, может быть, я не совсем вежлив, но – мы не могли встречаться раньше?
– Нет! – отвечала Эбби, презрительно улыбаясь. – Но вы вряд ли станете отрицать, что знакомы с другим членом моей семьи!
– Действительно, этого я отрицать так с налету не стану, – согласился он. – Может быть, присядете?
– Так вот, сэр, – продолжала Эбби, не замечая приглашения, – я являюсь тетей Фанни!
– Да неужели? – заметил он. – Вы не выглядите достаточно старой, чтобы быть чьей-нибудь тетей…
Эта бестактность была произнесена вполне ровным безразличным тоном, словно он сделал ей дежурный комплимент. Эбби стала понимать, что повстречалась с весьма странным субъектом, иметь дело с которым может оказаться гораздо сложнее, чем она предполагала. Каверли совершенно явно пытается с ней пикироваться, и чем раньше он поймет, что такая тактика не проходит, тем лучше. Эбби ледяным тоном проронила:
– Вы должны были прекрасно понимать, что я – тетя Фанни.
– Я понимаю это вот уже полминуты, вы ведь только что сами объяснили мне.
– Да нет, вы должны были сообразить сразу же, как только я представилась! – вскипела Эбби, теряя самообладание, но тут же осеклась и продолжила снова спокойно: – Давайте, мистер Каверли, будем откровенны! Вы, я думаю, понимаете, отчего я решила познакомиться с вами. Может, вам показалось излишне приятным общение с моей сестрой, но мне кажется, вы должны познакомиться со всеми родственниками Фанни!
Он смотрел на Эбби как кошка на холодную воду и туповато молвил:
– Разве? Впрочем, если я бы имел знакомство с вашей сестрой, то…
– Если уж говорить о моей сестре, сэр, – взвилась Эбби, – то я просветила ее на ваш счет, и в особенности по поводу вашей репутации!
– Ай-ай-ай, как нехорошо, – покачал он с упреком головой. – Так, значит, теперь я вашей сестре разонравился?
Эбби почувствовала, что ее буквально разрывают два несовместимых желания – впасть в буйную ярость и залиться диким хохотом. Но она с собой совладала:
– Это бесполезно, сэр! Позвольте вам сообщить, что у вас нет ни малейших надежд получить согласие опекуна Фанни на ваш брак, а также что Фанни в соответствии с завещанием вступит в права наследства только в двадцать пять лет! Думаю, об этом вы как-то не подозревали, а?
– Это верно, – учтиво согласился он. – Я как-то все эти годы был занят другими мыслями.
– А до этого срока, – в запале продолжала Эбби, – опекун Фанни ни за что не допустит, чтобы распоряжение ее имуществом перешло в чьи-то руки без его согласия! Думаю, он даже не позволит ей получать часть дохода с ее имущества! Не слишком-то удачная сделка вырисовывается, правда, сэр?
– Это верно, сделка просто дрянь, – бесцветно согласился Каверли. – А кто же, позвольте спросить, опекун вашей Фанни?
– Ну конечно ее дядя! Ведь она наверняка вам рассказывала!
– Боюсь, что нет, – вздохнул Каверли. – Похоже, у нее просто не было возможности поведать мне об этом…
– Как это «не было возможности»?.. Постойте, мистер Каверли, вы что же, решили выгодно жениться, не уточнив перед тем все детали приданого вашей невесты, которые описаны в завещании ее отца?
– А кто был ее отец? – спросил он, неожиданно нахмурившись. – Вы заговорили о каком-то приданом – уж не дочь ли она Роулэнда Вендовера?
– Если уж мне пришлось это сделать, я вас просвещу – да, она его дочь. Фанни – сирота, и ее опекун – мой брат Джеймс!
– Бедная девочка! – Он смотрел на Эбби изучающе. – Значит, и вы – сестра Роулэнда? Трудно поверить, знаете ли.
– Может быть, но тем не менее это так. Однако я не вижу, как это относится к теме…
– Да никак, конечно! – Он обезоруживающе улыбнулся. – Впрочем, теперь я понимаю, что у Роулэнда было несколько сестер. Вы, вероятно, самая младшая, верно? Он был постарше меня, а вы – просто ребенок… А кстати, когда он умер?
Вопрос был задан таким спокойно-любопытным тоном, что Эбби на мгновение подумалось, уж не пьян ли он в дым. На первый взгляд никаких признаков не было, но ведь Эбби не имела большого опыта в пьянстве… Если же он не пьян, почему он ведет себя таким идиотским образом, причем совершенно спокоен? Она просто не могла понять, что он надеялся выиграть, ведя себя как последний кретин…
Пристально глядя ему в глаза, Эбби отчеканила:
– Мой брат умер двенадцать лет назад. Я и вправду его самая младшая сестра, да только давно уже не ребенок, как вы изволили выразиться. Возможно, это вы бы хотели видеть меня ребенком!
– Да нет, с чего это вдруг? – слегка удивился он.
– Тогда вам легче было бы обвести меня вокруг пальца!
– Но я вовсе не собирался этого делать!
– Ну конечно! – язвительно бросила она. – Вам бы этого и не удалось! Если желаете знать, мне уже двадцать восемь лет!
– Ну что ж, вы для меня все одно ребенок.
Она слегка запнулась. Беседовать с мистером Каверли было ужасно.
– М-да, говорить с вами – все равно что хватать мокрого ужа!
– Но почему? Я не пытался ни разу увильнуть от ваших вопросов! Впрочем, вы, быть может, обладаете более богатым опытом ухватывания предварительно обмоченных ужей…
Тут уж Эбби не удержалась от хихиканья, которое лезло изнутри помимо ее воли.
– Вот так получше, – подбодрил он. Она стерла с лица улыбку.
– Позвольте вам задать один вопрос, сэр! Если уж даже я вам кажусь ребенком, как же вы относитесь к семнадцатилетней девушке?
– Господи спаси! Ну, например, как к несмышленому младенцу в люльке!
Этот пренебрежительный ответ окончательно убил Эбби. Широко раскрыв глаза, она переспросила:
– А как вы думаете, сколько лет моей племяннице Фанни?
– Мне трудно сказать наверняка, ведь я ее в глаза не видел, – хладнокровно ответствовал Каверли.
– Как… Но ведь сперва вы сказали, что… Если вы ее не знаете, то вы – не мистер Каверли!
– Нет, я – Каверли. Однако скажите, нет ли в Бате моих родственников? Племянника, например?
– Племянника ? О!.. Мистера Стэси Каверли?
– Ну да. Я его дядя Майлз.
– Ой! – сказала Эбби в полном конфузе, но с живейшим любопытством. – Так это вы, вы были вынуждены уехать в Индию?
Он засмеялся:
– Ну да, я оказался белой вороной или паршивой овечкой в нашем семействе, уж как угодно…
Она покраснела.
– Ох, извините, я не хотела говорить этого…
– А почему? Не хотели задеть мои тонкие чувства?
– Нет, просто мне не хотелось быть невежливой… И уж если говорить о белых воронах…
– Да, моя семья из знатных, – заметил он. – Мы пришли в Англию с Вильгельмом Завоевателем. Думаю, мои дальние родственнички были головорезами в его обозе.
Тут Эбби снова тоненько прыснула в кулачок:
– Да неужели? Вот уж никогда не слыхивала, чтобы кто-нибудь называл своих предков головорезами…
– Ну конечно, вы таких не встречали. А я, напротив, среди своей родни не знаю человека, который бы не придерживался гордой версии о происхождении нашего рода от норманнского барона, а как известно, все норманнские бароны были отъявленными головорезами. Скорее всего, мой предок был тоже порядочным хулиганом… Может быть, вы все-таки присядете?
Тут Эбби поняла, что самым вежливым и разумным было бы немедленно раскланяться с мистером Майлзом Каверли и удалиться. Она села, утешая себя лишь смутной надеждой, что мистер Майлз сможет оказать ей какую-нибудь помощь в ее устройстве сердечных дел Фанни. А сам мистер Каверли довольно небрежно развалился в кресле напротив, закинув ногу на ногу, засунув одну руку в карман, а другую положив на столик перед собой. Похоже, он не придавал большого значения светскому этикету.
Эбби заговорила:
– Могу ли я быть с вами откровенной, сэр? Насчет вашего племянника. Не хочу вас задеть, но мне сдается, что как овечка он еще паршивее вас, извините за выражение!
– Вовсе нет! Напротив, я бы считал, что он весьма благородно поступает, обихаживая девушку, которая еще целых восемь лет будет сидеть без приданого!
– Но это далеко не первая богатая девушка, которую он, по вашему выражению, обихаживает!
– Но если ему нужна богатая жена, то ваша девушка, похоже, пока таковой не является, верно?
Ручки Эбби сжали набалдашник зонтика.
– Знаете, сэр, я еще не видела вашего племянника. Он появился в Бате, когда я была в отъезде. Я была в Лондоне у своей сестры, по всяким делам… Но я, одним словом, надеялась, что ваш племянник понял, как безнадежны его шансы, и решил просто уехать. Но теперь, видя вас тут, я осознаю, что вы приехали сюда в расчете увидеться со Стэси, а значит, он еще вернется в Бат?!
– Какая странная мысль! – Он пожал плечами. – Откуда вы взяли, что я собирался с ним встречаться?
– Ну… – Она смущенно заморгала. – Я… я подумала, что это ваш единственный оставшийся в живых родственник, и…
– Ну и что же? Вся эта возня вокруг родственных связей – какой-то абсурд и чушь полная. Я видел Стэси давным-давно, когда он еще ходил не только под стол, но и под себя, и не испытывал наслаждения от этого зрелища. В дом своего брата я был не вхож. Так чего ради я стану видеться со своим племянничком теперь?
Эбби не знала, что и сказать. Ей подумалось, что, будучи выслан своим семейством в Индию, он затаил злобу на родственников. Но следующие слова мистера Каверли ничего не прояснили в ее сомнениях:
– Раз вы так печетесь о моих родственных чувствах, нельзя ли узнать о ваших? Насколько сильно вы сами любите своих родичей?
Раньше Эбби как-то не задумывалась над этой проблемой специально. А теперь, когда этот грубоватый, странный человек задал ей такой лобовой вопрос, перед нею незримо прошли все они – родители, братья, сестры… И Эбби неожиданно сказала:
– Мою мать и двух моих сестер я очень любила и люблю…
– Так-так. А вот у меня не было сестер, а мать умерла, когда я еще учился в начальной школе.
– Пожалуй, вас можно пожалеть, – заметила Эбби.
– Напротив, – мягко улыбнулся он. – Я страшно не люблю всяческих обязательств, в том числе и семейных. И, как вы знаете, моя семья лишилась удовольствия общаться со мной добрых двадцать лет назад.
– Да, я слыхала об этом… – На лице Эбби мелькнула смущенная улыбка. – Наверно, тогда произошло что-то ужасное, и именно поэтому вы не желаете видеться со своим племянником?
Он громко рассмеялся:
– Вот еще! Откуда вы берете свои мысли? Такое ощущение, что вы достаете их из своей шляпки, как факир – кролика…
– Я просто подумала, что раз его отец…
– Ерунда! – хмыкнул он. – Да, я не любил своего братца Хэмфри, да и папашу тоже, но я вовсе не виню их за то, что они отправили меня малой скоростью в Индию. Как показала жизнь, это было лучшее, что они для меня сделали в жизни, и мне это отлично подошло.
– Похоже, на вас нет смысла растрачивать сочувствие, – едко заметила она.
– Конечно. Кроме того, вы мне правитесь, но только до тех пор, пока не приметесь меня жалеть.
– Мне это вообще-то все равно, – поспешила вставить Эбби.
– Ну ладно! – Он поднял ладонь. – Лучше расскажите мне про мать вашей влюбчивой племянницы. Она, выходит, умерла?
– Она скончалась, когда девочке было всего два года, сэр.
На лице Каверли возникло на мгновение причудливое, неуловимое выражение, словно он пытался разглядеть нечто далекое за ее спиной. Потом лицо разгладилось, и он сказал резковато:
– Так Роулэнд на ней женился? Ее ведь звали Селия Морвал?
– Ну да… А вы что, были с ней знакомы?
На это он не ответил, а продолжал свое:
– Так мой племянник увивается вокруг дочери Селии?
– Тут дело посерьезнее, сэр. Похоже, ваш племянник обладает недюжинным даром внушения, во всяком случае, ему удалось внушить Фанни, будто она влюблена в него без ума. Вы, возможно, скажете, что у молодой девицы это происходит по семь раз на дню, по, увы. Фанни у нас девушка с необычайно твердым, если не сказать – непробиваемым характером. Мы с сестрой опекали девочку с самого детства, и я не позволю, чтобы ее судьба пошла наперекосяк… Может быть, я, помня, как пас тиранил папа, давала Фанни слишком много свободы. И теперь я бы не хотела принуждать ее к чему бы то ни было, понимаете? Я не желаю, чтобы она начала поступать наперекор мне из принципа… А ведь она, когда вобьет себе в голову что-нибудь, ни за что не дает себя переубедить. Нельзя сказать, чтобы она была особенно податливой девочкой… В ней мне это именно и правится, но, увы, не в данных обстоятельствах!
– Что ж, если она просто увлечена, я думаю, это быстро пройдет, – произнес Каверли с легким оттенком скуки в голосе.
– Естественно! Вопрос только в том – как скоро! Поверьте, мистер Каверли, если бы ваш племянник был даже самым завидным женихом во всей округе, я и тогда была бы против этого брака. Фанни еще слишком молода, чтобы думать о замужестве. А тем более, как вы уже поняли, жених он вовсе не самый завидный… У него не просто подмоченная, а мокрая насквозь репутация, и боюсь, что он просто охотится за богатым приданым!
– Все может быть, – кивнул он. Этот холодный ответ немного раззадорил Эбби, и она добавила:
– Имейте в виду, что мой брат Джеймс, распорядитель наследства, тоже против!
Это заявление, похоже, пробудило в нем некий интерес. Он пошире открыл глаза.
– Как? А он знает?
– Да, сэр, и ничто, уверяю вас, не сможет изменить его крайне отрицательного мнения об этом деле! Не подумайте, что я преувеличиваю но он был просто в шоке, я никогда не видел его в такой ярости! Нет, ничто не сможет заставить его согласиться на брак Фанни с вашим племянником, сэр!
– Охотно верю! – странно усмехнулся Каверли. – Более того, я дал бы полмира и бутылку виски в придачу, чтобы взглянуть на вашего Джеймса! Господи, как забавно все!
– Это вовсе не забавно! И кроме того…
– Послушайте, – сказал Каверли. – Чего вы боитесь? Раз ваш Джеймс не даст приданого Фанни, а мой племянник интересуется именно приданым, то, значит, ничего и не получится, верно? Где же ваша логика?
– Да, это так… – Эбби слегка запнулась. – Но… я опасаюсь, что он может соблазнить Фанни! Стэси может решить, что Джеймс, видя, что ничего уже не исправить, смягчится и даст согласие на приданое… – Она осеклась и продолжила уже совершенно ледяным голосом: – Вам это может показаться странным, сэр, но…
– Конечно, мне это кажется не просто странным, а в высшей степени удивительным! Какой фарс! Чтобы вся история повторилась заново!
Эбби переспросила в изумлении:
– Что вы имеете в виду, сэр?
– Моя милая глупышка, – с нежной и грустноватой насмешкой протянул он. – Неужели никто никогда не говорил вам, что я – тот самый человек, с которым когда-то сбежала мать вашей милой Фанни?



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману За порогом мечты - Хейер Джорджетт



Замечательный роман в британско-салонном стиле. Несмотря на некоторую затянуть в середине, читается очень легко. Присутствует легкий юмор. Понравился ГГ: наконец-то какое-то разнообразие от шаблонных британских красавцев. Любителям постельных сцен роман может не понравиться, так как их здесь нет ни одной:)
За порогом мечты - Хейер ДжорджеттВирджиния
11.03.2015, 23.26





роман понравился своим юмором.
За порогом мечты - Хейер Джорджеттраиса
3.06.2015, 14.32





Великолепный роман
За порогом мечты - Хейер Джорджеттнина падвлова
20.07.2015, 5.39








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100