Читать онлайн Верх совершенства, автора - Хейер Джорджетт, Раздел - 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Верх совершенства - Хейер Джорджетт бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.83 (Голосов: 35)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Верх совершенства - Хейер Джорджетт - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Верх совершенства - Хейер Джорджетт - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хейер Джорджетт

Верх совершенства

Читать онлайн

Аннотация

В книгу современной английской писательницы Джоржетт Хейер вошли написанные в жанре “исторического романса” любовно-авантюрные романы о приключениях влюбленных героев в Англии XVIII века.


Следующая страница

1

В его глазах сверкнули насмешливые искорки, пока он внимательно изучал выражения лиц собравшихся родственников, но тон его голоса был до конца серьезен. Создавалось даже такое впечатление, что он за что-то передними извиняется.
– Боюсь, что дело обстоит именно так, мэм, – сказал он, обращаясь у своей тете Софье. – Наследником объявлен ваш покорный слуга.
Поскольку он не задавал леди Линдет никакого вопроса, а лишь констатировал совершившийся факт, то это его признание, выраженное с мужской прямотой, никого не удивило.
Всем им уже было хорошо известно, что свое состояние старый кузен Джозеф Кальвер пожелал оставить Уолдо. Когда леди Линдет попыталась заставить Уолдо дать отчет относительно столь щекотливого предмета, она руководствовалась мимолетным импульсом и вовсе не надеялась на то, что печальные новости будут опровергнуты «виновником торжества». Не было у нее реальной надежды и На то, что Уолдо откажется от наследства в пользу ее единственного ребенка. Скорее всего, это были ее отчаянные, фантастические мечты. В глубине души она, разумеется, полагала, что наиболее достойным претендентом на наследство эксцентричного кузена Джозефа является ее Джулиан. Она сделала все от себя зависящее, чтобы приблизить знатного сироту к богатому старику. Ради этого она даже пошла на все неприятности, которые были связаны с их недельным пребыванием в Хэрроугейте. Несмотря на то, что ее Джулиан был поистине прелестным ребенком, который носил нанковые брючки и украшенные многочисленными оборками сорочки, все попытки его матери получить вместе с ним доступ в Брум Холл оказались тщетными. Трижды она приближалась к этому поместью, таща за собой скучающего, но покорного сына, и трижды ей давали от ворот поворот. Первые два раза швейцар кузена Джозефа передал ей, что хозяин не в настроении принимать гостей, а в последний приход отказ был предельно ясен: хозяин будет ей очень благодарен, если она прекратит свои домогательства, потому что у него нет ни малейшего желания видеть ее, равно как и ее сына, равно как и кого бы то ни было другого.
Импровизированное расследование, проведенное на месте леди Линдет, показало: старый кузен открывает двери своего дома только перед одним человеком – своим врачом.
Общественное мнение разделилось. Добрые, милосердные люди полагали, что скупость владельца Брум Холла – неизбежный, печальный итог многочисленных разочарований, которые Джозефу суждено было претерпеть в юности. Большинство же было уверено в том, что он просто жадина, который трясется над каждой монеткой в четыре пенса, которую приходится на что-либо потратить. Имея полную возможность увидеть и оценить заброшенность и неухоженность поместья кузена и его окрестностей, леди Линдет больше склонялась к тому, чтобы присоединиться к большинству.
В минуту отчаяния ей пришла было мысль о том, что, может быть, старик кузен вовсе не так богат, как о нем говорили… Впрочем, она сразу отогнала эту мысль. Несмотря на то, что по своему убогому стилю и размерам Брум Холл не шел ни в какое сравнение с резиденцией юного лорда Линдета в центральных графствах, все же это был респектабельный особняк, в котором было никак не меньше тридцати спален!… Он не стоял в парке, как это принято у знати, но окружавший его сад был весьма и весьма велик. Кроме того, согласно надежной информации, основная часть окрестностей Брум Холла также принадлежала кузену Джозефу. Она покидала Хэрроугейт, пребывая в полнейшей уверенности, что действительное состояние старика-кузена куда более значительно, чем она предполагала вначале. Нет, она не собиралась строить козни и отнимать у старика то, что принадлежало ему, но плохой же матерью оказалась бы она, если бы не постаралась устроить так, чтобы это роскошное наследство перешло к ее сыну! Поэтому она молча проглотила свое возмущение, возникшее как реакция на скверное обращение с ее персоной в Брум Холле, и терпеливо продолжала из года в год посылать старику-кузену маленькие рождественские подарки.
Регулярно писала ему письма, заботливо справлялась о состоянии его здоровья и бомбардировала его подробными отчетами о достоинствах Джулиана, его красоте и успехах в учебе.
И после всего того, что она приняла на себя, стерпела, стиснув зубы и с улыбкой на лице, он оставил все свое состояние Уолдо! Уолдо, который не имел на это никаких прав, который не был старшим из родственников, который даже не носил фамилии своего благодетеля!..
Самым старшим по возрасту из всех трех кузенов, собравшихся в тот день в гостиной у леди Линдет, был Джордж Уингхэм, являвшийся сыном старшей сестры ее милости леди Линдет. Это был очень достойный, хотя и до мозга костей прозаичный человек. Нельзя сказать, чтобы леди Линдет особенно его любила, но все же если бы старик назначил своим наследником Джорджа, это леди Линдет перенесла бы значительно легче, потому что понимала, что старшинство Джорджа среди родственников наделяет его весомыми правами на наследство. Определенными правами обладал и Лоуренс Кальвер, самый младший из племянников леди Линдет. Его она презирала и никогда не любила, но считала, что самообладание не изменило бы ей, если бы она узнала о том, что наследником стал Лоуренс. Это, конечно, был бы очень неудачный выбор старика-кузена. Леди Линдет нисколько не сомневалась в том, что Лоуренсу хватило бы, пожалуй, одной недели на то, чтобы промотать все наследство до последнего пенса.
Но мысль о том, что кузен Джозеф, наплевав на неоспоримые права Джорджа, Лоуренса и ее любимого Джулиана, объявил своим единственным и главным наследником Уолдо Хокриджа, была настолько невыносима, что она едва не упала в обморок и была удивлена, как это ее не разбил паралич, когда она впервые услышала эту страшную новость. Первую минуту она не могла произнести ни звука, не могла пошевелить ни рукой, ни ногой… Затем, задыхаясь, пробормотала:
– Уолдо?!..
В ее голосе было столько неприкрытой ненависти, что Джулиан, который, собственно, и принес новость, был потрясен.
– Но, мама!.. – воскликнул он изумленно-испуганно. – Ты же всегда говорила, что тебе нравится Уолдо!
Это была истинная правда, которая, однако, в настоящий момент была до неприличия неуместна, как она тут же раздраженно пояснила своему сыну. Да, она действительно была очень привязана к Уолдо, но ни эта приязнь к нему, ни благодарность за ту неиссякаемую доброту, с какой он относился к Джулиану, не мешали ей чувствовать себя дурно при одной только мысли о его теперешнем богатстве. Осознание же того, что теперь к и так уже неприлично большому его состоянию добавится наследство, оставленное кузеном Джозефом, за несколько минут обратило всю ее привязанность к нему почти в открытую ненависть.
Видя широко раскрытые глаза сына, она раздраженно сказала, что у Уолдо не было никаких прав на это наследство и что воля кузена Джозефа – это плевок в лицо им всем.
С того момента прошло уже много времени, но леди Линдет все не могла успокоиться и сейчас, глядя Уолдо прямо в глаза, едко проговорила:
– Не могу постичь, что же все-таки подвигло этого мрачного старика на то, чтобы объявить тебя своим наследником?
– Боюсь, этому нет рационального объяснения, – сочувственным тоном ответил сэр Уолдо.
– Насколько мне известно, ты никогда даже не утруждался тем, чтобы приехать проведать его, а?
– Совершенно верно, я его никогда в лицо не видел.
– М-да… – проговорил Джордж. – Должен признаться, что со стороны старикашки это был довольно странный поступок. Можно подумать даже, что… Впрочем, никто из нас не являлся опекуном Джозефа, и он имел полное право распорядиться своими денежками именно так, как он ими распорядился. Но мы не можем критиковать его. Это не наше дело.
После этих слов старшего кузена Лоуренс Кальвер, который в продолжение всего разговора развалясь сидел на диване, молчал и с мрачным выражением на лице играл своим красивым моноклем на цепочке, теперь вдруг вскочил на ноги и с яростью в голосе выкрикнул:
– Не твое дело, согласен! То же самое можно сказать и про Уолдо, и про Линдета, но я… Кальвер! Проклятье, я Кальвер!
– Вполне возможно! – гневно ответила молодому человеку его тетушка. – Но будь так любезен не браниться площадными словами в моем присутствии… Если тебе не трудно!
Лоуренс залился краской и пробурчал себе под нос извинения, но этот упрек со стороны тетушки Софьи не добавил ему хорошего настроения и не заставил его замолчать. Стремительно теряя над собой контроль, он пустился в длинную и неуместную речь, в которой более или менее связно объяснял причины своего срыва и того, что он не смог удержаться от ругательства. Перепало в этом монологе всем без исключения, особенно было отмечено злорадство и недоброжелательное отношение к нему со стороны Джозефа Кальвера и двуличие Уолдо Хокриджа.
Лоуренса слушали в напряженном молчании до тех пор, пока, наконец, не вмешался Джордж Уингхэм. Что касается юного лорда Линдета, то непочтительные отзывы Лоуренса о чертах характера сэра Уолдо заставили его возмущенно зардеться. Однако мальчик молчал, плотно сжав губы, которые побелели от напряжения. Он испепелял Лоуренса взглядом, но пока молчал.
Лоуренс всегда завидовал сэру Уолдо, всем это было отлично известно. Лоуренс не сдавался и вел упорную борьбу, но его попытки затмить собой кузена были просто смехотворны. Во-первых, он был на несколько лет моложе сэра Уолдо, а во-вторых – и это главное – Лоуренс не обладал ни в малейшей степени и частью тех качеств, которыми так щедро природа одарила «Совершенного». Потерпев сокрушительную неудачу в своих отчаянных попытках преуспеть в делах и спорте, победам в которых сэр Уолдо был обязан своим титулом «Совершенного», Лоуренс, наконец, плюнул и ударился в щегольство. Он напрочь отказался от строгих спортивных костюмов и предпочел им отныне экстравагантную моду, очень популярную в среде молодых денди.
Впрочем, что до Джулиана, то Лоуренс казался ему смешным в любом одеянии. Он всегда противопоставлял в своем сознании образы Лоуренса и сэра Уолдо. Вот и сейчас юный лорд Линдет обратил свой взгляд на глаза Уолдо. Они согрели его своим теплом, как согревали всегда. Сэр Уолдо являлся для Джулиана верхом совершенства, образцом джентльмена. Быть в его обществе означало большую честь для Джулиана. Старший кузен научил его сидеть в седле, управлять упряжкой, стрелять, ловить рыбу, а также боксировать. Это был вечный источник мудрости. И верное убежище в минуты стресса. Он научил его даже своему собственному способу завязывать накрахмаленные концы шейного платка. Нет, в этом способе не было ничего от витиеватости так называемых «математического» и «восточного» галстуков. Это был собственный элегантный стиль сэра Уолдо, ненавязчивый и вместе с тем утонченный.
Джулиан вспоминал о безуспешных попытках Лоуренса подражать Уолдо в одежде. Он все делал так же, как Уолдо, но эффект был противоположным. Бедняга никак не мог понять, что простые, облегающие тело костюмы, которые были так к лицу Уолдо, могут хорошо смотреться только на атлетически развитом мужчине. В конце концов Лоуренс бросил свои попытки и избрал напыщенный стиль, на который и был обречен: с подушечками, скрывавшими покатость плеч, и со всевозможными приспособлениями, скрывавшими узкую грудь.
Джулиан еще раз взглянул на Лоуренса. Он плотно сжимал губы и молчал, потому что знал, что Уолдо не одобрит, если он сейчас набросится на Лоуренса с возражениями. А Лоуренс тем временем от нытья по поводу несправедливостей судьбы по отношению к его персоне с каждой минутой становился в своих жалобах все более конкретным. Слушая его, можно было подумать, что Уолдо богат только за его счет, с раздражением думал Джулиан, что Уолдо всегда подло и низко обращался с ним.
Наконец терпение у юного лорда Линдета лопнуло. Он решил вступиться. Неважно, понравится это Уолдо или нет. Он просто не мог больше терпеть оскорблений в адрес своего кумира.
Однако, не успел он еще и рта раскрыть, как в речь Лоуренса вмешался Джордж. Лицо у него потемнело, в голосе слышалось суровое предупреждение:
– Поосторожнее! Если кто из нас и должен быть по гроб жизни благодарным Уолдо, так это именно ты, подлый негодяй!
– О, не надо, Джордж! – взмолился сэр Уолдо. Старший кузен не обратил на эту реплику ни малейшего внимания. Он продолжал жечь взглядом Лоуренса.
– Кто оплатил все твои оксфордские долги? – рявкнул Джордж. – Кто вытаскивал тебя из притонов и долговых ям?! Месяц назад ты вляпался в дьявольскую историю – кто тебя спас?! Я-то знаю, под чью дудку ты танцевал в игорном притоне в Пэлл Мэлл! Только не надо вызывающе смотреть на Уолдо, это не он мне поведал, запомни! Ты был на короткой ноге со всякими проходимцами и жульем, не так ли?! Хороша компания! И не смей сваливать свои неудачи на Уолдо! Ты всегда был и будешь нытиком!
– Хватит! – прервал его Уолдо.
– Да, пожалуй, хватит того, что я перечислил! – вызывающе ответил Джордж.
– Скажи мне, Лоури, – обратился Уолдо к Лоуренсу, не обратив внимания на импровизацию Джорджа, – тебе очень хочется получить дом в Йоркшире?
– Нет, но… тебе-то он зачем?! Почему он достается именно тебе? С какой стати?! У тебя уже есть Манифолд! У тебя есть городской особняк! У тебя есть имение в Лестершире! И при всем при том… И при всем при том ты даже не Кальвер!
– А при чем тут это, черт тебя возьми?! – заорал Джордж. – Какое Кальверы имеют отношение к Манифолду, хотел бы я знать?! Или к дому на Чарльз Стрит?! Или к…
– Джордж, если ты сейчас же не прекратишь, мы с тобой поссоримся.
– Отлично! О, великолепно! – прорычал Джордж. – Я замолчу, но замолчит ли этот паршивый шулер?! Ведь, похоже, он возомнил, что имеет какое-то право на Манифолд, а ведь это поместье принадлежало стольким поколениям твоей семьи, что об этом известно только одному богу!
– Нет, я уверен, что он не претендует на Манифолд. Просто ему кажется, что ему следовало отдать Брум Холл. Но скажи, Лоури, что бы ты делал с ним, если бы стал его владельцем по завещанию кузена Джозефа?! Я еще не был там и не видел самого дома, но, насколько мне известно, это весьма небольшое имение, к тому же запущенное сверх меры и существующее только на ренту от нескольких ферм и сельскохозяйственных владений. Неужели ты бросил бы нынешний образ жизни и заделался бы землепашцем?
– Разумеется, нет! – зло выкрикнул Лоуренс. – Если бы этот старый мерзавец оставил бы имение мне, я бы на следующий же день его продал. Только не говори мне, что ты не сделаешь то же самое! Хотя ты и так уже купаешься в золоте!..
– Да, совершенно верно. Ты бы продал имение, а деньги промотал бы максимум за полгода. Полагаю, мне удастся найти лучшее применение этому поместью. – Улыбка показалась в уголках его губ, но он сдержал ее и утешительным тоном проговорил: – Надеюсь, тебе приятно будет услышать, что владение этим имением не увеличит моего состояния. Совсем даже наоборот.
Господин Уингхэм бросил на Уолдо острый взгляд, в котором сквозило подозрение в неискренности. Но тут заговорила леди Линдет. Слова Уолдо поразили ее в самое сердце. Она не верила своим ушам. Поэтому тут же спросила взволнованно:
– Что?! Ты хочешь сказать, что старик был вовсе не так богат, как это расписывали?
– Какое там богат! Просто нищий! Весь в долгах! Не так ли, дражайший Уолдо?! – с ядовитой ухмылочкой воскликнул Лоуренс.
– В настоящий момент я еще не могу с уверенностью судить о размерах его состояния, мэм, – ответил Уолдо, не обратив внимания на едкую реплику Лоуренса. – Однако у меня есть основания полагать, что наследником кузен Джозеф назначил именно меня, поскольку считал, что мне удастся вывести из кризиса его поместье и состояние. Ведь вы же сами с Джорджем не раз рассказывали мне о том, в какой запущенности находится имение. Задача привести там все в порядок, боюсь, не из легких. И на ее реализацию не хватит того жалкого дохода, который приносят фермы. Придется черпать средства и из других, более серьезных источников. Словом, получая это имение в наследство, я должен быть готовым не к тому, чтобы набить собственный карман, а наоборот, освобождать его.
– И ты действительно собираешься пойти на это? – с любопытством спросил Джулиан. – Привести там все в порядок?
– Возможно. Я не могу сказать ничего определенно до тех пор, пока не увижу имения своими глазами.
– Э… – проговорил Джулиан. – Интересно, Уолдо, для какой цели ты все это… Хотя постой! Я, кажется, понял! – Он вскочил со стула и весело засмеялся. Затем, хитро оглядевшись по сторонам, проговорил: – Клянусь, я знаю, но никому не скажу! Ни Джорджу, ни Лоуренсу!
– Можешь не говорить! – презрительно усмехнувшись, отозвался Джордж. – Не знаю, с чего это ты вдруг стал принимать меня за дурака, маленький хитрюга! Разумеется, Уолдо задумал превратить имение в новый сиротский приют!
– В сиротский приют?! – взвился Лоуренс. Он обратил на сэра Уолдо острый взгляд прищуренных глаз. – Прелестно!
Нет, вы только посмотрите на него! То, что должно было принадлежать мне, теперь будет разорено и растащено по кусочкам малолетними ворюгами! Это называется: ни себе, ни людям! Самому тебе это имение не нужно, но ты лучше отдашь его уличным попрошайкам, чем своим же собственным родственникам! Прелестно!
– Боюсь, из всех моих родственников ты печешься только об одном, Лоури. О самом себе, – спокойно ответил на этот выпад кузена сэр Уолдо. – Что же касается сиротского приюта, то… вы угадали. Я намереваюсь превратить имение именно в сиротский приют.
– Ты… Ты!.. Господи, мне сейчас станет дурно! – дрожа от ярости и задыхаясь от гнева, провозгласил Лоуренс, падая на диван.
– Так, ну хватит! А ну, убирайся отсюда! – зловеще сверкая глазами, проговорил хмурый Джулиан. Если гнев заставил Лоуренса смертельно побледнеть, то у юного лорда Линдета это же чувство вызвало обратный эффект. Он покраснел до корней волос. – Ты пришел сюда только для того, чтобы что-то дополнительно вынюхать и отлично справился с поставленной задачей! Но если ты думаешь, что имеешь право грязно оскорблять Уолдо под крышей моего дома, то должен тебя предупредить, что ты ошибся в выборе места.
– Успокойся, подхалим! – усмехнувшись, зло проговорил Лоуренс. – Я ухожу. И можешь не провожать меня. Я был бы тебе очень признателен, если бы ты не утруждал себя. – Он повернулся к леди Линдет. – Ваш покорный слуга, мэм, позвольте откланяться! Я приятно провел здесь время, нечего сказать!
– Комедиант паршивый! – заметил Джордж, когда за Лоуренсом захлопнулась дверь. – Обиженный денди! А ты молодец, парень! – прибавил он с улыбкой, оглянувшись на Джулиана. Улыбка осветила его лицо и сделала его более мягким. – Это ж надо! «Под крышей моего дома!» Только попробуй сказать мне то же самое, маленький хитрюга! Только попробуй, и я покажу тебе, где раки зимуют!
Джулиан расслабился и рассмеялся.
– Я ведь тоже пришел сюда вынюхивать.
– Да, Джордж, только это совсем другое. Ты же не упрекаешь Уолдо за то, что кузен Джозеф оставил ему свое наследство. Как и я.
– Да, я не упрекаю его за это, но, сказать честно, мне не очень-то по душе вся эта затея с уличными попрошайками. Тут я почти согласен с нашим рассерженным денди, – откровенно сказал Джордж.
Сам он считался состоятельным человеком, был главой большой семьи «с перспективой на увеличение». И хотя он с негодованием отверг бы любое предположение о том, что ему трудновато прокормить и воспитать всех своих многочисленных детей, но на протяжении многих лет, когда Джордж задумывался о своем кузене, о размерах состояния которого ходило много слухов, он полагал, что оно послужило бы полезным довеском к его собственному состоянию. Джорджа нельзя было назвать скупым человеком, который не способен на щедрость. Наоборот, он уважал идею благотворительности и вносил в нее конкретный вклад, однако это не мешало ему считать, что проекты Уолдо в этом направлении заходят слишком далеко. В связи с этим ему пришел на память его покойный отец сэр Торстен Хокридж. Вот уж был меценат так меценат! Чего только не делал! Порой благотворительность его доходила даже до абсурда, однако Джордж не мог припомнить, чтобы старик Хокридж когда-либо позволял себе даже думать о чем-либо подобном: вырастить и дать образование черт знает какой прорве беспризорников, которыми буквально кишит каждый город!
Он поднял глаза на Уолдо и увидел, что тот внимательно смотрит на него. В глазах младшего кузена он прочел вопрос. Джордж покраснел и, отмахнувшись рукой, проговорил:
– Нет, не думай, я не положил глаз на Брум Холл, как Лоуренс. И я, пожалуй, даже не стану терять время отговорить тебя от того, чтобы ты ухнул все наследство на шайку бездомных нищих, которые, будь в этом абсолютно уверен, даже не поблагодарят тебя за это и не станут добропорядочными гражданами, как бы тебе этого ни хотелось! Попомни мои слова. Но я должен признаться, что и мне до жути интересно, почему старый негодник решил оставить свое состояние именно тебе.
Сэр Уолдо, пожалуй, мог бы просветить Джорджа на сей счет, но посчитал более тактичным воздержаться от цитирования завещания эксцентричного старика, в котором он, Уолдо, характеризовался как «единственный член моей семьи, который обращал на меня столь же мало внимания, как и я на него, и не лез ко мне как прилипала».
– Со своей стороны я могу сказать только одно, – проговорила после долгого молчания леди Линдет. – Во-первых, твое намерение распорядиться наследством для организации сиротского приюта кажется мне совершенно неудовлетворительным. Во-вторых, я уверена, что бедняга Джозеф ждал от тебя совсем другого.
– Ты в самом деле решил сделать с имением то, о чем я догадался, Уолдо? – спросил все еще заинтересованный Джулиан.
– Да, в самом деле. Если место покажется мне вполне подходящим для этой затеи. Возможно, мои планы придется изменить после первого же осмотра. Во всяком случае я не хочу, чтобы об этом имении затевали пустую болтовню, так что попридержи свой язык, юноша!
– Господи, вот она несправедливость-то! Я вообще молчал все это время, а языком молол Джордж! По мне, так я со всем согласен, что ты предложишь, Уолдо. Кстати, ты возьмешь меня с собой, когда соберешься на север?
– Пожалуйста, ради бога, если ты действительно хочешь. Но я должен тебя сразу предупредить, что ты там умрешь от скуки. Мне надо будет вести долгие переговоры с душеприказчиком кузена Джозефа, из-за чего я должен буду много времени провести в Лидсе. И прежде чем начать реализацию моего предварительного плана относительно Брум Холла, мне нужно будет вникнуть во все детали, провести большую подготовительную работу. На все это уйдет масса времени. Ты пожалеешь о том, что поехал. Да еще в самом разгаре светского сезона! Так что подумай сначала.
– Плевать! Вот как раз светский сезон и представляется мне смертной скукой. Эти ужасные, тоскливые вечера и приемы!.. Как подумаю о них, дрожь пробирает. Таскаться из салона в салон, раскланиваться с людьми, которые тебе совершенно безразличны, улыбаться дамочкам, которых больше никогда не увидишь…
– Ты слишком избалован, Джулиан! – строго прервал его Джордж.
– Вовсе нет. Просто мне никогда не нравилось посещать салоны и никогда уже не понравится. Я люблю жить на природе. Кстати, Уолдо, интересно, какая там рыбалка? Я имею ввиду – в окрестностях Брум Холла? – Он увидел, что сэр Уолдо выжидающе смотрит на леди Линдет, и тоже повернулся к ней. – Только не надо возражать, мама! Хорошо?
– Хорошо, – ответила она. – Делай, как хочешь. Хотя мне, конечно, очень жаль, что ты уедешь из города в такое время. Скоро будет маскарад у Эйбери и потом… Впрочем, если ты уже решил, что поедешь вместе с Уолдо в Йоркшир, я не скажу ни слова против.
В голосе ее слышался достаточно ясный намек на недовольство, который распознал и оценил по крайней мере один из присутствующих. Она была любящей, но не забывающей о чувстве меры матерью. И хотя с одной стороны ей очень хотелось вывести единственного и любимого сына на многочисленные «модные» вечера, для которых сейчас было самое время, а если возможно, то и присмотреть ему выгодную, богатую и порядочную невесту из хорошей семьи, с другой стороны ей хватало мудрости и жизненного опыта не тащить Джулиана туда против его желания или пытаться мешать его взаимоотношениям с Уолдо. Надо отдать ей должное: едва овдовев, она твердо решила, что не станет ограничивать свободу Джулиана и не станет привязывать его к своей юбке. С той минуты она твердо придерживалась взятого курса, хотя порой и терзалась этим, полагая, что давая Джулиану неограниченную свободу, устраняется тем самым от его воспитания. Это был умный и красивый мальчик. Про таких говорят, что родился «обут, одет и сыт». Мать его очень боялась, что кто-то воспользуется его доверчивостью, добьется его расположения, и в конце концов Джулиана окружит та же сомнительная компания, которая окружила сейчас Лоуренса. Все это попахивало крупными неприятностями, если не настоящей бедой. В обществе же Уолдо Джулиан был не только в безопасности, он был счастлив. Уолдо ввел его в свой круг знакомых, где были в основном люди высокого социального статуса. А то, что эти джентльмены практиковали опасные для здоровья и жизни, – а на вид, так просто недостойные, – забавы, как-то не особенно волновало леди Линдет. Ей было непонятно, зачем мужчина добровольно подвергает себя риску сломать шею на охотничьем гоне или на гонках парных двухколесных экипажах. Ей было непонятно, какое удовольствие можно было получить, «поставив фонарь под глазом» своему знакомому во время совершенно неприличной драки, которые регулярно проходили при большом стечении публики в Джексоновском Боксерском Салоне. Но она отпускала сына на все эти забавы, успокаивая себя тем, что женщинам не дано судить хладнокровно и объективно о подобных вещах. Она не хотела, чтобы ее сын участвовал в жестоких видах спорта, но все же он находился при этом в обществе приличных людей, что отличало его от его родственника Лоуренса. Она ревновала сына к Уолдо, и на это у нее были основания. Порой все ее уговоры и попытки склонить Джулиана к какому-нибудь поступку не имели ровным счетом никакого результата. А Уолдо достаточно было только бровью шевельнуть, и Джулиан тут же бросался делать то, что хочет его кумир. И все же она понимала, что должна быть благодарна Уолдо. Его мировоззрение могло не совпадать с ее мировоззрением, она могла не одобрять слепое поклонение ему со стороны Джулиана, но при всем при этом понимала, что пока Джулиан находится в обществе Уолдо, ей как матери можно не волноваться за сына.
Она встретилась глазами с Уолдо и увидела, что он читает ее мысли. Он улыбнулся и проговорил:
– Я знаю, мэм… Можете не беспокоиться, я позабочусь о нем.
Больше всего ее раздражало в нем то, что он отлично догадывался об одной вещи, о которой она, однако, ни разу ему не говорила и не намекала. Речь шла о ее стремлении видеть Джулиана на вершине социального успеха, чего он, по ее мнению, вполне заслуживал и своим происхождением, и внешностью, и состоянием.
Подумав об этом сейчас, она ответила несколько резковато:
– Он уже взрослый, самостоятельный юноша и, я думаю, вполне сможет позаботиться о себе сам. У тебя странное представление обо мне, дорогой Уолдо, если ты полагаешь, что по каждому поводу Джулиан обязан спрашивать у меня разрешения.
Улыбка коснулась его губ, и он сказал:
– Ты ошибаешься, тетушка. У меня о тебе одно-единственное представление, которое заключается в том, что ты на редкость здравомыслящая женщина.
Внимание Джулиана во время этого коротенького диалога было отвлечено вопросом, заданным ему господином Уингхэмом. Повернувшись затем к Уолдо, он весело спросил:
– Секретничаешь с матушкой? Когда ты собираешься в Йоркшир?
– Пока я еще не определил конкретную дату, но, думаю, что где-нибудь на следующей неделе. Понятно, что я отправлюсь почтовым дилижансом.
Выражение разочарования на лице Джулиана было настолько комичным, что от улыбки не удержалась даже его мать, которая вообще-то была сейчас не в состоянии улыбаться. Он порывисто воскликнул:
– О, нет! Только не это! Неужели ты позволишь запереть себя в душном фаэтоне?! Я не верю своим ушам! Или… Ты что, разыгрываешь меня, что ли? Да? Знаешь, кто ты после этого, Уолдо?!.. Знаешь?!..
– Негодяй, – широко улыбнувшись, проговорил Уолдо. Джулиан, весело подмигнув, кивнул.
– И вдобавок еще плут-неудачник! Так что, Уолдо? Душный почтовый фаэтон или все-таки парный двухколесный экипаж?
– Не знаю, как мы доедем на спортивном экипаже… Ведь у меня не припасено лошадей вдоль всей Большой Северной дороги, – возразил Уолдо.
Но Джулиана дважды обхитрить было трудно. Он тут же сказал, что если уж его кузен такой скряга, что жалеет расходов на то, чтобы послать несколько лошадей вперед, они смогут нанять рабочих лошадок или будут ехать с остановками, чтобы на всю дорогу хватило одной упряжки.
– Мне нравится молодой Линдет, – сказал Джордж, когда они вдвоем с кузеном покинули салон леди Линдет и неспешно направились в сторону Бонд Стрит. – Неплохой парень, без гнильцы по крайней мере. Что же до Лоуренса, то тут… Клянусь честью, Уолдо, не пойму, почему ты с ним так цацкаешься? Я раньше склонен был думать о нем как несдержанном на язык, но не больше. Но после того, что он нам всем устроил сегодня… Клянусь, никогда еще не видел подобного дурака! К тому же упрямого и уверенного в своей правоте! Нет ничего хуже дурака, уверенного в своей правоте. Это ж надо! Ведь он должен, по идее, на руках тебя носить, пылинки с тебя сдувать, а он что делает? Где бы он сейчас был, если б ты бросил его на произвол судьбы? Я уверен, что он один стоил тебе целого состояния. Я не простачок и умею считать. Не могу понять, как ты не сорвался и не сказал ему, что он обязан тебе всем, что имел и имеет в жизни, что каждая монета, которая лежит у него в кармане – твоя монета?!
– Поймешь, – спокойно ответил Уолдо. – Я не сорвался хотя бы потому, что все, что я, на твой взгляд, должен был сказать ему, уже сказано.
Джорджа эта фраза так изумила, что он даже остановился.
– Сказано? Уолдо, ты что, шутишь?
– Возможно. Но, судя по той сцене, которую он перед нами сегодня разыграл, он все понимает. Так что у меня не было нужды срываться. Джордж, что с тобой? Тебя как будто мешком по голове ударили. Вернись на землю!
Господин Уингхэм сдвинулся с места, зашагал вновь рядом со своим высоким кузеном и вновь горячо заговорил:
– Если он это, наконец, понял, я рад! Я никогда еще не был так рад в своей жизни! Пусть четко уяснит себе свое место в этой жизни. Честно говоря, меня больше бы устроило, если бы тратил деньги на банду бродячих мальчишек, чем на этого… Будь я проклят, если так не думаю!
– О, Джордж, что ты! – возразил сэр Уолдо. – Нельзя же так…
– Нет, можно! Можно! – порывисто отозвался Джордж, рубанув рукой воздух. – Только подумать, что он тебе сегодня устроил! Он по гроб жизни должен был благодарить тебя.
– Он мне ничем не обязан.
– Что?! – вскричал Джордж и вновь выразил намерение застыть на месте.
Кузен схватил его за руку и не дал остановиться.
– Джордж, так мы и до ночи не уйдем отсюда! – строго проговорил сэр Уолдо. – Я плохо поступаю с Лоури. Очень плохо. И если ты этого не знаешь, то с меня хватит того, что об этом знаю я.
– Нет, я не знаю! – громогласно объявил Джордж. – Начиная с того дня, когда он появился в Хэрроугейте, ты просто осыпаешь его деньгами! Даже для Джулиана ты этого никогда не делал!
– О, что касается Джулиана, то ему я гинею если даю, то под расписку! Особенно когда он был школьником! – со смехом воскликнул Уолдо.
– Так я и знал! Ты, конечно, можешь считать, что ему и своих хватает, но…
– Нет, ни о чем подобном я и не думал. Просто мне не следует быть его опекуном ни при каких обстоятельствах. К тому времени, когда он приехал в Хэрроугейт, я уже был совсем не тот, каким был во время детства Лоури. – Он сделал паузу, чуть нахмурился, потом резко проговорил: – Знаешь, Джордж, когда у меня умер отец, я был еще слишком молод для того, чтобы становиться наследником.
– Во всяком случае, признаюсь, мы все придерживались именно такого мнения. Думали, что ты покидаешь все отцовские денежки в реку, как плоские камни, чтобы посмотреть, сколько будет отскоков. Но ты этого не сделал и…
– Да, я этого не сделал. Вместо этого я стал портить Лоури.
– Да ладно тебе, Уолдо… – запротестовал Джордж и прибавил после минутного раздумья: – Ты хочешь сказать, что внушил ему мысль о том, что он всегда может положиться на тебя? Да, если в этом смысле… я с тобой, пожалуй, соглашусь. Но вот зачем ты это сделал, не пойму? Насколько мне известно, ты всегда недолюбливал его, не так ли, а?
– Да, это верно. Но когда я… Как он назвал это? Когда я «купался в золоте», а у моего дяди едва хватало на то, чтобы быть независимым, – при том, что он был скрягой еще похлеще кузена Джозефа и держал Лоури в черном теле, – мне казалось просто недостойным не прийти парню на помощь.
– А, понимаю! – медленно проговорил Джордж. – И однажды начав, ты уже не мог остановиться.
– Я мог бы, пожалуй, остановиться, но не сделал этого, тут ты прав. Что это, в конце концов, значило для меня? К тому времени, когда я понял, что это значит для него, было уже поздно.
– О! – Джордж покатал эту фразу в своем сознании, словно смакуя ее. – В самом деле! Но если ты полагаешь, что виноват тут ты, то что делать? Оставить его одного: пусть или плывет или тонет? Боюсь, ты этого не сделаешь!
– Раньше я тоже так думал, – проговорил сэр Уолдо.
– Не знаю… Мне кажется, что беда еще поправима. Во всяком случае, надеюсь на это.
Джордж скептически расхохотался.
– Недели не пройдет, как он увязнет в каком-нибудь очередном игровом притоне, попомни мое слово! И только не говори мне, что ты перестал помогать ему. Он не дурачок и прекрасно знает, что в конце концов все штрафы оплатишь ты!
– Вот и нет. Я оплачиваю его карточный долг только в обмен на его обещание больше не играть.
– Его обещание? Боже мой, Уолдо, никак ты с луны свалился? Неужели ты можешь полагаться на его обещание?
– Да, именно так. Лоури дал такое обещание и он не свернет в сторону. Вспомни его сегодняшний гнев. Я связал его словом. В сущности он бесновался сегодня не из-за Брум Холла, а из-за того, что вынужден держать данное слово.
– Если стал игроком – это уже навечно. До гробовой доски, уж ты поверь мне.
– Мой дорогой Джордж! Да будет тебе известно, что Лоури такой же игрок, как и я! – улыбнувшись ответил сэр Уолдо. – Все, чего он хочет, это выделиться в этом мире. Все! Больше за ним нет никаких грехов! Поверь мне, что я знаю его гораздо лучше, чем ты, так что поскорее убери это выражение нахмуренности со своего лица! – Он взял кузена за руку и легонько сжал ее. – Лучше скажи мне вот что, дружище! Охота тебе заполучить тебе Брум Холл? Потому что если тебе охота, я надеюсь, ты понимаешь, что…
– Мне не нужен Брум Холл! – с преувеличенной резкостью прервал его Джордж. Я просто выразил свое удивление по поводу решения старика Джозефа, в результате чего все его состояние отошло к тебе. Не нужно делать из этого далеко идущих выводов. Кстати, нашей тетушке это также пришлось не очень-то по душе, если ты заметил.
– Как раз ее-то реакция мне понятна. Но я уверен, что самому Линдету Брум Холл даром не нужен.
– Между прочим так же, как и твоему покорному слуге!.. Наивное дитя! У него и мысли не возникло по поводу этого имения, можешь не сомневаться в этом! И вообще, знаешь, Уолдо… Мне кажется, этот юноша под конец разобьет все надежды своей энергичной матушки. С того самого времени, как он приехал из Оксфорда, она неустанно пытается наставить его на путь истинный. Делает все, чтобы он вышел в свет и поскорее нашел себе богатую и приличную невесту. Она добилась того, что теперь нет ни одного светского вечера, куда бы его не приглашали. А чем он отвечает на ее заботы? Просит забрать его с собой в дикие дебри Йоркшира! Каково? Знаешь, я чуть не расхохотался во все горло, когда увидел выражение на ее лице, которое появилось, когда Джулиан назвал светский сезон смертной тоской! Будь спокоен: она постарается помешать его отъезду с тобой!
– Как раз напротив. Она не станет этого делать. Тетушка Софья слишком любит своего единственного сына, чтобы толкать его на какую-либо жизненную дорогу против его воли. К тому же в ней действительно присутствует достаточно здравого смысла. Бедная тетушка Линдет! Мне искренне жаль ее! После многолетних трудов ей пришлось отказаться от мысли ввести в свет своего мужа, для которого не было в жизни ничего более достойного презрения, чем общество. И теперь она узнает, что ее Джулиан, у которого есть все для того, чтобы стать настоящей звездой общества и законодателем мод, относится ко всему этому еще более отрицательно, чем его отец.
– Я думаю, тем лучше для него, – задумчиво проговорил Джордж. – Сказать тебе по правде, я всегда желал, чтобы он пошел в жизни по твоим следам! Ладно… Если она позволит ему поехать с тобой на следующей неделе, постарайся оградить юношу от возможных неприятностей. Иначе ты можешь заранее распрощаться со своими глазами: тебе их выцарапают.
– О, нет! Неужели ты думаешь, что он проникнется любовной привязанностью к какой-нибудь доярке? Или поссорится со всем сельским населением? Ты просто пугаешь меня, старина Джордж!
– Поссорится со всем сельским населением? – переспросил кузен хохоча. – Смотри, как бы ты сам этого не сделал! Я точно не знаю, как насчет ссоры, но уже сейчас могу предсказать ту панику, которая возникнет там вместе с известием о том, что к ним едет Совершенный!
– О, ради бога, Джордж! – взмолился сэр Уолдо, резко освобождая свою руку из-под руки кузена. – Не болтай чепухи! Если бы я был азартным человеком, то тут же побился бы с тобой об заклад, что обо мне никто и никогда и не слышал в Оверсетте.




Следующая страница

Читать онлайн любовный роман - Верх совершенства - Хейер Джорджетт

Разделы:
1234567891011121314151617181920

Ваши комментарии
к роману Верх совершенства - Хейер Джорджетт



в маленький городок приезжает светский лев вместе с титулованным кузеном, чем вызывает фурор в местном обществе. есть ли шансы и у кого - скромной дочери священника, благовоспитанной гувернантке или юной наследнице огромного состояния - завоевать кого-то из них, а прежде всего - мистера Совершенство.. ? я бы так написала аннотацию... читайте, мне понравилось, очень в духе остин и эпохи вообще.
Верх совершенства - Хейер Джорджеттюля
3.05.2014, 20.18





Получила удовольствие и от самого чтения и от персонажей, их характеров. Тем кто любит читать.
Верх совершенства - Хейер Джорджеттиришка
7.05.2014, 22.35





Напоминает пьесу Чехова: тонкий сарказм, много действующих лиц, быт и устои. На 3 главе я решила, что "м-р совершенство выберет себе гувернантку,а юному кузену достанется красивая наследница, хочется проверить права ли я?
Верх совершенства - Хейер ДжорджеттНюта
6.12.2014, 19.45





ну что-же я ошиблась ровно на половину. Мне показалось это пьеса затянутой и нудной, дочитала лишь из спортивного интереса.
Верх совершенства - Хейер ДжорджеттНюта
9.12.2014, 10.51





А как по мне, то юная красавица сразу отпала. Думала, что возможно позже появится кто-то, кто ее очарует, но чем дальше читаешь, тем меньше эта вероятность))) rnМне нравятся все романы Дж. Хейер, которые я успела прочитать
Верх совершенства - Хейер ДжорджеттТатьяна
21.05.2015, 16.10








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100