Читать онлайн Ночь в гостинице, автора - Хейер Джорджетт, Раздел - 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ночь в гостинице - Хейер Джорджетт бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.7 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ночь в гостинице - Хейер Джорджетт - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ночь в гостинице - Хейер Джорджетт - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хейер Джорджетт

Ночь в гостинице

Читать онлайн


Предыдущая страница

2



Мистер Вагглсвик так и не вернулся в столовую. В баре «Пе­ликана» собрались местные жители, поэтому мистер Крэнбрук и мисс Гейтсхед остались в столовой одни. Они уютно устрои­лись у огня и приятно беседовали. Мисс Гейтсхед с интересом слушала рассказ Крэнбрука о Португалии. Джон, как и большинство молодых путешественников, заполнил альбом зарисовками незнакомой страны, и девушке понадобилось совсем немного времени, чтобы убедить его сходить в свою комнату за этим сокровищем.
Хозяин «Пеликана» помогал бармену, миссис Фитон тоже уда-то исчезла. Поэтому Джон отправился наверх один, ре­шив положиться на указания супруги мистера Фитона.
Лестницу слабо освещала масляная лампа, которая отбра­сывала тусклый свет на начало коридора на втором этаже. Но за пределами освещенной зоны царила темнота. Какое-то мгновение юноша колебался, решая, стоит ли идти дальше. Он уже было собрался вернуться за свечой, но постепенно его гла­за привыкли к полумраку, и он подумал, что сумеет наощупь пройти весь коридор и найти свою комнату. Он действительно попал в свою спальню, хотя и не без приключений. Джон за­был о предупреждении миссис Фитон о ступеньках и споткнул­ся об одну незамеченную ступеньку, когда нужно было спу­ститься, и о две, которые вели наверх. При этом мистер Крэн­брук слегка подвернул ногу и сердито выругался. Однако в конце концов ему удалось добраться до конца коридора и най­ти дверь. Он открыл ее, заглянул внутрь и увидел при свете ог­ня в камине свои саквояжи, стоящие посреди комнаты. Джон подошел к ним, опустился на колени и, дернув пряжку того, что был побольше, окинул спальню беглым взглядом. Комната имела вполне приличный вид и могла похвалиться огромной кроватью, прикрытой странными занавесями. На кровати ле­жало такое толстое стеганое одеяло, что оно больше смахивало на пуховую перину. Остальная мебель была ничем не приме­чательной и старомодной. Она состояла из нескольких стуль­ев, столика с зеркалом, умывальника, огромного гардероба из красного дерева, стола около кровати и стенного шкафа у той же стены, где находился и камин. Из-за пыльных штор видне­лись потрескавшиеся ставни на окнах. Кто-то, вероятно мис­сис Фитон, попытался придать комнате более жилой вид, по­ставив на каминную полку несколько совершенно безвкусных фарфоровых статуэток и повесив на стену над камином какую-то гравюру на религиозную тему. Мистер Крэнбрук понадеял­ся, что комната мисс Гейтсхед была менее мрачной, поскольку самого его мало беспокоили подобные мелочи. Но он мог хоро­шо представить, как юная впечатлительная леди, войдя в та­кую комнату, вздрагивает от страха.
Джон легко нашел альбом с зарисовками и вышел в коридор, закрыв за собой дверь. Теперь он помнил о предательских ступеньках и шел осторожно. В том месте, где, по его мнению, Должны были находиться ступеньки, он вытянул руку, собираясь опереться на стену, однако она коснулась не холодной стены, а чего-то теплого и ворсистого.
Юноша отдернул руку и напряг глаза, стараясь хоть что-то разглядеть в темноте. В груди бешено застучало сердце. Он понял, что дотронулся до чего-то живого, молчаливого и совершенно неподвижного.
– Кто здесь? – быстро проговорил мистер Крэнбрук, сердце его сжал страх.
Последовала короткая пауза, как будто кто-то колебался отвечать или промолчать, потом мужской голос проворчал:
– Вы не могли бы ходить осторожнее, молодой человек?
Мистер Крэнбрук узнал голос… он слышал, как тот разго­варивал с хозяином гостиницы… и понял, что дотронулся до молескинового жилета.
– Что вы здесь делаете? – потребовал ответа молодой джентльмен. Он облегченно вздохнул, но в его голосе слыша­лось легкое подозрение.
– А вам-то какое дело? – грубо ответил вопросом на воп­рос мистер Вагглсвик. – Надеюсь… я могу отправиться к себе в комнату, не спросив у вас разрешения.
– Я не хотел… Но почему вы шпионили за мной?
– Шпионил за вами? Эк вы загнули, молодой человек! – насмешливо проговорил мистер Вагглсвик. – С какой стати мне шпионить за вами?
Джон не мог придумать ни одного разумного ответа на этот вопрос и поэтому замолчал. Он услышал мягкий шорох и дога­дался, что мистер Вагглсвик уходит. Через несколько секунд дальше по коридору открылась дверь, и на краткое мгновение на фоне горящего в камине огня промелькнул силуэт Вагглсвика. Тот вошел в комнату и прикрыл за собой дверь.
Джон Крэнбрук в сомнении замер. Он никак не мог решить: вернуться и запереть дверь в собственную спальню или идти вниз. Вспомнив, что все деньги находятся при нем, а в саквоя­же нет ничего ценного, он пожал плечами и двинулся дальше по коридору.
Мисс Гейтсхед сидела там же, где он оставил ее. Она привет­ствовала юношу радостной улыбкой и призналась, что терпеть не могла туманных ночей.
– В доме не так уж много тумана, – пошутил Джон.
– Вы правы, но туман поглощает все звуки и заставляет думать, что снаружи ничего нет! – объяснила Мэри. Поняв, что до собеседника не дошел смысл ее слов, она слегка покрас­нела. – Конечно, это только моя глупая фантазия! Просто, на­верное, все дело в том, что мне явно не по душе этот дом. В углу за панелями зашуршала крыса, а несколько минут назад я услышала скрип ступенек и подумала, что это вы. Вы верите в привидения?
– Нет, конечно, нет! – твердо ответил Джон, решив не рассказывать о своей встрече с мистером Вагглсвиком.
– Мне казалось, будто я тоже не верю, – призналась мисс Гейтсхед, – но меня ни на минуту не отпускает ужасное чув­ство, будто кто-то прячется у меня за спиной.
Мистер Крэнбрук и сам чувствовал себя довольно неловко в «Пеликане», но решил, что должен всячески стараться успоко­ить девушку. Поэтому он заметил бодрым голосом, что она, скорее всего, просто устала после путешествия и ее нервы взвинчены. Мисс Гейтсхед покорно согласилась с логичным объяснением, подошла к столу и села так, чтобы можно было яснее видеть зарисовки Португалии в альбоме.
В самом начале одиннадцатого в комнату вошла жена хозя­ина «Пеликана» с двумя сальными свечами в оловянных под­свечниках. Она предложила мисс Гейтсхед проводить ее в спальню, а Джон, подумав, что, может, лучше подняться к се­бе и лечь в постель, чем сидеть одному на скамье у огня, зая­вил, будто тоже пойдет наверх. К этому времени они с мисс Гейтсхед достигли прекрасного взаимопонимания и мистер Крэнбрук решил во что бы то ни стало продолжить это случай­ное знакомство. Джон не заявил об этом вслух, но его намере­ние было очевидным. Да и мисс Гейтсхед не предприняла ни единой попытки ослабить его решимость. Теперь она уже ду­мала, что в его горячих словах, будто ей совсем не подходит жизнь гувернантки, было много смысла.
Они взяли свечи и последовали наверх за супругой владель­ца «Пеликана». Шум в баре к тому времени стих, и миссис Фитон объяснила, что в их краях местные жители рано ложатся спать. К тому же завсегдатаи бара хотят добраться до своих до­мов до того, как опустится сплошной туман. Свет свечи в ее ру­ке отбрасывал на стены дрожащие гротесковые тени, и мистер Крэнбрук увидел на втором этаже два коридора, которые рас­ходились под прямым углом друг к другу.
– Вы знаете свою дорогу, сэр, – сказала миссис Фитон и кивком головы попрощалась с Джоном. – Пойдемте, мисс!
Крэнбруку очень хотелось проводить мисс Гейтсхед хотя бы до двери. Ему показалось, что она напугана, и он подумал, что, пожалуй, впервые в жизни бедной девушке пришлось заноче­вать одной в незнакомой гостинице. Однако миссис Фитон про­изводила впечатление доброй женщины, которой можно дове­рить испуганную молодую леди. Поэтому молодой человек только попрощался, но оставался у лестницы до тех пор, пока не увидел, какая дверь вела в комнату мисс Гейтсхед. Спальня Мэри тоже находилась в самом конце коридора. Между ними расположился мистер Вагглсвик, и это обстоятельство не в звало у Джона особой радости, хотя он и не предполагал, какие плохие намерения могли быть у делового мужчины средних лет, остановившегося в пустынной гостинице. Джон отправился к себе. Он вошел в комнату и оставил дверь приоткрытой. Саквояжи по-прежнему стояли посреди комнаты, и он решил достать вещи, которые понадобятся для ночи, пока жена хозя­ина находилась в спальне мисс Гейтсхед. Когда же он услы­шал, как миссис Фитон отправилась вниз и ее шаги стихли вда­ли, то взял свечу, вышел из комнаты и тихо двинулся по кори­дору. Подойдя к двери мисс Гейтсхед, он тихо постучал.
– Кто там?
Услышав испуг в голосе Мэри, он успокаивающе ответил:
– Это я… Крэнбрук. Я хотел только убедиться, что вы удобно устроились и что у вас все в порядке. Я не буду входить.
Очевидно, мисс Гейтсхед прониклась расположением к сво­ему новому знакомому и не боялась только его одного. Послы­шались легкие шаги, дверь открылась, и девушка показалась на пороге.
– Я так рада, что вы пришли, – прошептала она. – Ока­зывается, в замке нет ключа. Теперь я всю ночь не смогу и глаз сомкнуть! Вы видели этого ужасного типа, когда мы поднима­лись наверх?
– Вагглсвика? – резко спросил он и посмотрел в кори­дор. – Нет. Где он был?
– В коридоре, который ведет к задней лестнице. Я едва ус­пела заметить его, прежде чем он исчез. Я ведь вам говорила, что этот человек шпионит за нами!
– Но это какая-то бессмыслица, – негромко возразил ми­стер Крэнбрук. – С какой стати ему шпионить за нами?.. Хо­тите, я схожу к миссис Фитон за ключом?
– Я убеждена, что от этого не будет никакого толку. На­верняка ключ давным-давно потерян… Мне еще никогда не доводилось бывать в таком древнем и ветхом заведении! Пред­ставляете, я обнаружила под кроватью пыль!.. О, какая жа­лость, что миссис Стокстон не прислала за мной двуколку се­годня же!
– Мне тоже жалко… хотя нет, почему я должен сокру­шаться об этом? Ведь если бы она забрала вас сегодня, то мы с вами не встретились бы, – честно признался Джон. – Но для вас создалась весьма неудобная ситуация, и мне это не нравит­ся! Правда, я очень сомневаюсь, что Вагглсвик замышляет ка­кое-то зло. Десять против одного, что он просто страдает от чрезмерного любопытства! Если боитесь, на всякий случай придвиньте к двери стул.
Мэри Гейтсхед с благодарностью выслушала совет и удивилась, что сама не додумалась до такого простого решения. Она благодарила Джона Крэнбрука и еще раз пожелала ему доб­рой ночи.
Джон пошел к себе, но задержался на мгновение в начале коридора, который вел к задней лестнице, и посмотрел в темно­ту. Как и следовало ожидать, он ничего не увидел, а единствен­ные звуки, которые были слышны, раздавались снизу, из бара.
В саквояже у мистера Крэнбрука лежала книга, которую он собирался почитать, сидя у камина, но так как огонь к тому времени превратился в тлеющие уголья и он не нашел совка, чтобы подбросить свежего угля, от этой затеи пришлось отка­заться. Он подумал, что из-за такой мелочи не стоит звать хо­зяев, поэтому разделся и лег в постель, поставив на столик око­ло кровати свечу и сунув часы и бумажник под подушку. Пе­рина оказалась пуховой и, хотя она так и пышела жаром, все же была довольно удобной. Джон Крэнбрук открыл книгу и на­чал читать, время от времени поднимая голову и внимательно прислушиваясь. Его комната была расположена слишком да­леко от бара, чтобы он мог услышать звуки оттуда. Он не слы­шал ничего, даже шороха мышей.
Эта абсолютная тишина постепенно начала действовать мо­лодому джентльмену на нервы. Было еще не так уж и поздно, и звуки в гостинице оказались бы вполне естественным явле­нием в такой час. В подобных местах не может царить абсолют­ная тишина, обязательно должны быть слышны голоса посто­яльцев, шаги, стук закрываемых дверей, звон посуды на кухне или скрип колес во дворе. «Пеликан», конечно, не имел двора и, несомненно, не мог похвастаться множеством постояльцев, но Джону Крэнбруку с самого начала показалось странным, что во всей гостинице он не видел слуг, за исключением барме­на. «Пеликан» все же являлся гостиницей, пусть и дешевой, и вполне логично было бы ожидать найти в нем хотя бы лакея со служанкой. Подумав об этом, Джон задался вопросом, кто по­чистит сапоги, которые он выставил за дверь и, принесет ли ему кто-нибудь утром воду для бритья?
Тишина в гостинице была такой гробовой, что когда через каминную решетку провалился уголек, этот едва слышный шорох заставил его вздрогнуть от испуга. Мистер Крэнбрук не относил себя к числу нервных молодых джентльменов и с не­которым раздражением подумал, что это тревожное состояние, очевидно, передалось ему от мисс Гейтсхед. Он не раз опускал чигу и оглядывал комнату, а тихое поскрипывание старой мебели заставило юношу резко сесть в кровати и убедиться кроме него, в комнате никого нет.
Вскоре свеча в подсвечнике стала совсем маленькой, а мистер Крэнбрук начал клевать носом. Обнаружив, что слова книге сливаются друг с другом, он закрыл ее и задул свечу. Слабый свет показал ему, что огонь в камине погас еще не окончательно. Джон перевернулся на бок на пуховой перине и не прошло и десяти минут, как он уже спал.
Через какое-то время мистер Крэнбрук проснулся. Он не знал, сколько времени прошло, но что-то явно разбудило его. Джон внимательно прислушался. Его первой мыслью было, что мисс Гейтсхед позвала его, но он быстро прогнал эту мысль, поскольку не мог ничего услышать. Огонь в камине по­тух окончательно, и в комнате было темно, хоть глаз выколи
Джон Крэнбрук приподнялся на локте. Он замер в таком по­ложении, пристально вглядываясь в темноту и напряженно прислушиваясь. Ощущение того, что он не один, стало таким сильным, что Джон покрылся холодным потом. Юноша вытя­нул руку и осторожно пошарил по столу в поисках трутницы. Рука с тихим звуком задела подсвечник, и в это мгновение Джону показалось, что в комнате кто-то двинулся.
– Кто здесь? – воскликнул он задыхающимся голосом. Наконец пальцы мистера Крэнбрука нашли трутницу. Он резко сел в постели и почувствовал, как кровать покачнулась от того, что кто-то врезался в нее. Когда Джон протянул руки, чтобы схватить невидимого гостя, кто-то грубо толкнул его на подушки, закрыл рот и схватил за горло. Юноша начал яростно бороться, пытаясь освободиться. Его руки коснулись чего-то теплого и ворсистого, и знакомый голос прошептал:
– Закрой свою варежку!
Мистер Крэнбрук изо всех сил дернул руки, не дающие ему шевельнуться, весь выгнулся, пытаясь освободить ноги от оде­яла и простыней. Кровать заскрипела от яростных усилий. Ру­ка противника еще сильнее сжала горло. В ушах юноши зашу­мела кровь, и он почувствовал, что вот-вот потеряет сознание.
– Спокойно! Спокойно! – прошипел мистер Вагглсвик. – Еще один крик, и я тебя угощу такой оплеухой, что ты не оч­нешься до самого утра! Я с Боу-стрит
l:href="#note_3" type="note">[3]
, бестолочь!.. Боу-стрит, понимаешь!
Мистер Крэнбрук прекратил бороться. Его ошеломили по­следние слова Вагглсвика, да и дышать ему было нечем. Зага­дочный Вагглсвик ослабил хватку на горле. Джон со всхлипы­ванием глубоко вздохнул и ясно услышал скрип пола. Кто-то приближался украдкой. Казалось, шаги раздаются из стенного шкафа, который находился рядом с камином.
– О Господи! Лежи тихо! – прошептал мистер Вагглсвик, обжигая дыханием ему лицо.
Джон Крэнбрук почувствовал, что его горло отпустили. Послышался шорох прикроватных занавесей, и он подумал, что Вагглсвик ушел. Молодой джентльмен лежал абсолютно неподвижно и весь в поту. Если Вагглсвик на самом деле был сотрудником уголовной полиции с Боу-стрит, ему, несомненно, следует повиноваться его распоряжениям. Если же он не пови­нуется, то казалось, что сей таинственный джентльмен без осо­бого труда сумеет успокоить его, доставив несколько очень не­приятных минут. Джон лежал так напряженно, что темнота, казалось, давила ему на глаза. Ему по-прежнему было трудно дышать, но все его чувства обострились. Он услышал тихий скрип ключа, который медленно и осторожно поворачивался в замке. Этот звук, несомненно, раздавался из стенного шкафа. Его дверца бесшумно открылась, и Джон увидел на ее месте какие-то проблески света и на их фоне огромную тень. Потом дверца закрылась, и в комнате вновь воцарилась абсолютная темнота.
Скрипнула половая доска. Джон непроизвольно сжал кула­ки, но откуда-то из-за занавесей возникла рука и сжала ему плечо, чтобы он продолжал лежать неподвижно.
Кто-то медленно приближался к кровати, дюйм за дюймом. Этот человек знал расположение мебели в комнате, поэтому двигался почти бесшумно. Мистер Крэнбрук почувствовал, как ему на лицо набросили одеяло, закрывая рот и нос. Руки юноши инстинктивно взметнулись вверх, пытаясь схватить нового противника. Однако прежде чем его руки могли пой­мать запястья невидимого нападающего, одеяло слетело с его лица, и он неожиданно услышал звуки драки. Кто-то испуган­но выругался, по полу быстро пробежал человек в носках.
Джон сбросил с себя одеяло и нащупал трутницу, которую обронил на кровать.
– Свеча! Зажгите свечу! – задыхающимся голосом про­шептал Вагглсвик.
На пол с грохотом опрокинулся стул. Двое человек, сцепив­шись, как пара неразлучных друзей, кружили по комнате. Они задели что-то на столике у кровати, и вновь раздался грохот. Наконец мистер Крэнбрук нашел трутницу и дрожащими пальцами высек огонь. В то самое мгновение, когда он зажег свечу, тяжелый глухой звук потряс комнату.
По полу молча катались хозяин гостиницы, мистер Фитон, и Вагглсвик. Они яростно боролись.
Джон Крэнбрук спрыгнул с кровати и бросился на помощь полицейскому. Обращение, которому он подвергся в течение нескольких последних минут, оказалось для него сильным потрясением. У него кружилась голова, да и сильный удар ногой, которой яростно размахивал Фитон, не улучшил его состояния. Владелец «Пеликана» оказался необычайно сильным малым, и несколько минут Вагглсвику с Крэнбруком никак удавалось одолеть его. Наконец Джону удалось схватить одну руку хозяина гостиницы, когда тот пытался выдавить глаз мистеру Вагглсвику, и он изо всех сил вывернул ее. Вагглсвик который в этот момент находился наверху, сумел нанести противнику сильный удар в челюсть. Оглушенный Фитон на миг опустил руки, и полицейский принялся энергично колотить его головой об пол. На несколько минут владелец «Пеликана» потерял сознание, и к тому времени, когда он пришел в себя и мог продолжить борьбу, на руках у него уже были наручники.
– Не спускайте с него глаз, – задыхающимся голосом велел мистер Вагглсвик. Несмотря на то, что ему изрядно доста­лось от Фитона, он оставался на удивление проворным. – Де­ржите мою пушку и смотрите в оба! – С этими словами он сунул в руку Джона пистолет, а сам устремился в стенной шкаф, бросив через плечо: – Если он будет дергаться, врежь­те ему рукояткой по башке! Этот отъявленный негодяй нужен мне живым!
Ото всего происшедшего колени у Джона Крэнбрука задро­жали. Он сел и велел мистеру Фитону, который старался встать, оставаться в прежнем положении. Не успел Джон от­дышаться, как следует, когда в стенном шкафу вновь появился свет. Он становился все ярче и ярче, и наконец в комнату во­шел мистер Вагглсвик с лампой в руке.
– Все закончилось, – объяснил он и забрал у Джона писто­лет. – Обоих сцапали на месте преступления! Она ничем не отличается от него, даже еще хуже! Вставай, висельник!
Полицейский подкрепил свои слова пинком ноги, и хозяин «Пеликана» поднялся с пола. На его лице застыла ненависть. Фитон молчал, но когда Джон встретился с ним взглядом, то увидел в его глазах такую злобу и ярость, что с трудом мог по­верить, будто перед ним тот самый улыбающийся и приветли­вый человек, который несколько часов назад приютил его.
Джон отвернулся и, поборов дрожь, принялся надевать бриджи. Когда он натянул их поверх ночной рубашки и сунул ноги в башмаки, мистер Вагглсвик пригласил юношу спустить­ся в прачечную, которая располагалась прямо под этой комна­той, и посмотреть, что его ждало.
– Мы с Джемом запрем эту парочку до утра в подвале, сказал полицейский. – Много же времени мне понадобилось, чтобы сцапать тебя, приятель, да? Ничего, ты за все заплатишь сполна. Давай шевели своими копытами и не забывай, что моя маленькая пушка запросто может продырявить тебя.
Взмахом руки он велел хозяину гостиницы идти перед собой в стенной шкаф и усмехнулся Джону, на лице которого был на­писан ужас.
– Наверное, даже не подозреваете, что скрывается за эти­ки дверцами? – поинтересовался он.
– Я и не пытался открыть их. Неужели там лестница?
– Да, лестница. Вниз, в баню. Мне пришлось трижды оста­навливаться в «Пеликане», чтобы во всем разобраться! И если бы меня здесь не было в эту ночь, вас бы спустили по ней нога­ми вперед, мистер, как несколько других парней перед вами! Я здесь уже в четвертый раз, но ни разу дело не доходило до та­кого. Они бы не тронули вас, если бы карманы у вас не были набиты деньгами и если бы вы не сказали, будто никто не знает о вашем возвращении в Англию! Прошу прощения, но вы са­мый настоящий олух, сэр, вы не находите?
Мистер Крэнбрук покорно согласился со столь нелестной характеристикой и примкнул в конец маленькой процессии. Они спустились по потайной лестнице в баню, пол которой был вымощен каменными плитами. В одном углу в огромном мед­ном котле кипела вода. Посреди комнаты на стуле сидела мис­сис Фитон и громко возмущалась, а возле нее стоял бармен.
– Мой помощник… сообразительный малый! – буркнул мистер Вагглсвик, показывая на бармена. – Ладно, Джем, да­вай-ка запрем их в подвале!
Бледный, как мел, мистер Крэнбрук с отвращением смотрел на огромный нож для разделки мяса, который лежал на боль­шом столе. Пока Фитонов отводили в подвал, юноша был пре­доставлен своим невеселым мыслям. Вернувшись, мистер Ваг­глсвик увидел растерявшегося молодого джентльмена и счел нужным объяснить, что Фитоны разрубали тела жертв и броса­ли в кипящий котел.
– Правда, я не знаю, как они поступали с головами, – за­думчиво добавил доблестный полицейский.
Джон слышал подобные страшные рассказы, но всегда ду­мал, что такое могло происходить только в стародавние вре­мена.
– О нет, сэр! – снисходительно возразил Вагглсвик. – И сегодня полным-полно злодеев, которые занимаются таким промыслом. Я уже давно забыл, сколько времени мы наблюда­ем за этой берлогой! Этот Фитон оказался хитрой бестией!
– Да! – с важным видом кивнул Джем.
– Могли бы и предупредить меня, – обиженно сказал Джон Крэнбрук.
– Конечно, мог, – почесывая подбородок, согласился мистер Вагглсвик. – Но вас нам сам Бог послал в «Пеликан», сэр. К тому же я очень сомневался, что вы станете спокойно лежать в своей постели и ждать, когда Фитон явится убивать вас.
В этот миг в голову мистеру Крэнбруку пришла ужасная мысль.
– Мисс Гейтсхед!..
– С ней все в порядке, не беспокойтесь! Миссис Стокстон знала о том, что она заночует в «Пеликане», а Фитон никогда не рискует без надобности!
– К тому же она не «золотой мешок»! – вмешался в разго­вор Джем, очевидно, желая пояснить Крэнбруку положение вещей. Однако Джон ничего не понял.
Мистер Вагглсвик строго указал своему помощнику:
– Не говори на таком языке с людьми, которые не понима­ют его, болван!.. Он хотел сказать, сэр, что у нее нет туго наби­того кошелька, как у вас. Поэтому он и не собирался убивать ее.
Джон посмотрел на него.
– Мисс Гейтсхед не должна знать об этом! Это какой-то кошмар!
Вагглсвик вновь задумчиво поскреб подбородок.
– Не знаю, может, вы и правы. Свидетельница из нее ни­кудышная… в отличие от вас, сэр!
– Да, конечно, я понимаю это и с радостью выступлю в су­де свидетелем. Многих путешественников эти чудовища от­правили на тот свет таким ужасным способом?
– Трудно сказать, – пожал плечами Вагглсвик. – Мы уз­нали как минимум о двух или трех исчезнувших людях, преж­де чем выяснилось, что в «Пеликане» творятся темные дела.
– Выходит, жертв, возможно, значительно больше?.. Ка­кой ужас!
– Да, – согласился Джем, – никто не знает, сколько чело­век исчезли в этом котле до нашего появления!
С этой мрачной мыслью мистер Крэнбрук вновь вернулся к своему прерванному отдыху. Пусть ему и не удалось больше уснуть, но он все же извлек пользу из ночного бодрствования и хорошенько поразмыслил над тем, какую правдоподобную ис­торию рассказать утром мисс Гейтсхед.


Они встретились утром в общей столовой. Окна были по-прежнему закрыты ставнями, комнату никто не проветрил. Мисс Гейтсхед как раз открывала ставни на окнах, когда в ком­нату вошел Джон Крэнбрук. Мэри язвительно прокомменти­ровала то, как плохо Фитоны следят за гостиницей.
– Я дергала и дергала звонок, и кто бы вы думали, в конце концов принес мне кувшин с горячей водой? – весело спроси­ла девушка. – Бармен!
– Это очень плохо! Но все дело в том, что ночью произошло неприятное событие – заболела жена хозяина, – ловко объяснил Джон. – Так что надевайте шляпку и пойдемте завтракать в другую гостиницу.
– Хорошо! – быстро согласилась Мэри Гейтсхед. – Мне, конечно, очень жаль жену хозяина, но, честно говоря, она заслуживает того, чтобы заболеть. Вы только посмотрите, как плохо она следит за домом и в каком ужасном состоянии содер­жит его! – Она замолчала, слегка покраснела и смущенно договорила: – Боюсь, вчера вечером я показалась вам такой глупой! Не могу сейчас даже представить, что заставило меня нести такую чушь! Никогда в жизни еще так хорошо не спала, как сегодня! Надо же, какие странные мысли могут прийти в голову человеку, когда он сильно устает!
– Очень странные, – согласился мистер Крэнбрук и с тру­дом подавил дрожь.


Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Ночь в гостинице - Хейер Джорджетт

Разделы:
12

Ваши комментарии
к роману Ночь в гостинице - Хейер Джорджетт



Это, наверное, детективный рассказ, а не любовный: гостинница, как берлога, для грабителей и убийц... Скучновато
Ночь в гостинице - Хейер ДжорджеттItis
18.11.2013, 23.56








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100