Читать онлайн Сила любви, автора - Хесс Нора, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сила любви - Хесс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.7 (Голосов: 46)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сила любви - Хесс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сила любви - Хесс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хесс Нора

Сила любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Почти четыре дня и четыре ночи худой, как хлыст, наездник находился в седле, управляя стадом из пятидесяти диких мустангов, ведя их в Эбилену.
Корд Мак Байн привык к длинным переездам на лошадях. Он перегонял стада на расстояния более ста миль. Этот суровый человек был охотником за дикими лошадьми на территории Вайолинга.
Гражданская война окончилась в апреле 1865, и через год Корд оказался в Вайолинге. Он был капитаном, сражался на Севере под предводительством генерала Гранта. Хотя Корд до смерти устал от убийств и увечий, ему очень нравилась сама жизнь в армии: азартные игры, кутежи, распутство в перерывах между сражениями — соответствовали его необузданному нраву.
Его мать умерла, когда он был очень юным, и у него в памяти не сохранилось четкого впечатления о ней. Его отец не женился во второй раз, и поэтому Корд так и не узнал материнской ласки. Однако Корд и его отец были очень большими друзьями и даже вместе уехали на войну. Но в кровавой битве при Шалохе старший Мак Байн погиб.
В конце войны Корд оказался не у дел. Старая ферма в Мичигане не привлекала его, как не привлекала она его и раньше. Через месяц, неугомонный и неспособный уладить свои дела на ферме, Корд отправился на запад.
Он задавал себе вопрос, все ли с ним в порядке, так как не жаждая оседлой жизни, он мотался по воле судьбы с места на место, приобретая репутацию дерзкого игрока, меткого стрелка и бесстрашного человека, которого не так просто обвести вокруг пальца.
Но Корду нравилась его жизнь, полная опасности, скандалов в кабаках, драк. Он не боялся пули и участвовал во всех стычках с индейцами. Корд вел такую жизнь настолько долго, что она казалась ему естественной.
Однажды Корд помог одному старику окружить стадо мустангов, что и определило его будущее.
Ничто так не горячило кровь Корда, как погоня за дикими лошадьми. После того, как он загонял около пятидесяти голов, Корд переправлял их в Эбилен. С карманами, полными денег, он в течение нескольких дней кутил: пил и играл в карты, посещал публичный дом Нелли до тех пор, пока у него хватало денег заплатить за проститутку. Когда кончались деньги, он приобретал оснащение и направлялся на пастбища, чтобы все начать сначала.
Уже опустился холодный весенний вечер, и пронзительный ветер гулял по равнине, когда Корд увидел огни Эбилена. Через десять минут с поднятым воротником, чтобы защититься от вечерней прохлады, он уже гнал своих лошадей по главной улице, приведя свой кольт в такое положение, что его рукоятка всегда была под рукой.
В этом диком месте и говорить не приходилось о законе, а животные, которые скакали за ним, были охвачены паникой. В такой ситуации вполне возможно было то, что какой-нибудь ловкач захочет поживиться лошадью.
Корд слабо улыбнулся. После того, как он сдаст их и получит плату за свой тяжелый труд, мустанги перейдут под ответственность кого-то другого, а сейчас ему нужно перегнать стадо невредимым.
Через час, проехав без всяких приключений, хотя за табуном Корда пристально следили, мустангер уже вел торговые дела с представителем городской власти.
Торговый агент прибыл на запад, чтобы купить лошадей для армии, которая сражалась с индейцами, и пообещал покупать все, чем Корд будет снабжать его в будущем.
После всего этого Корд остановился в бане у китайца, где он провел около часа, смывая с себя въевшуюся грязь и пот, переодеваясь в чистую одежду и бреясь.
— Вы можете постирать это за пару дней? — спросил Корд, указывая на грязное белье.
Получив утвердительный ответ, он легкой походкой вышел на улицу, где публичных домов было больше, чем других учреждений.
— Я надеюсь, что Люси хорошо отдохнула за день, — подумал Корд вслух, — потому что ей предстоит хорошо поработать сегодня вечером.
Через некоторое время мустангер уже вел своего жеребца к конюху и давал ему указания вычистить и накормить коня. Корд похлопал лошадь по спине, поднялся на узкое крыльцо и толкнул дверь. На мгновение он задержался в вычурно обставленной комнате, где дожидалось около десятка мужчин.
«Черт! — с отвращением подумал мустангер. — Я не собираюсь ждать здесь, как кобель ждет своей очереди во время собачьей свадьбы». Корд вышел, проклиная все: и фальшивую игру сильно дребезжащего пианино, и музыканта, пытающегося заглушить своей музыкой грубые ругательства мужчин, и визгливый смех проституток, заманивающих мужчин вверх по лестнице.
В публичном доме Нелли, построенном из некрашенных, грубо распиленных досок, был черный ход для тех, кто хотел посетить девушек тайно.
Проходя мимо спальных комнат, сквозь открытые двери Корд слышал одобрительные возгласы в свой адрес. Здесь мустангера любили. Он никогда не был груб и всегда давал девушкам дополнительные деньги, зная, что Нелли снимала большую часть процентов с их заработка. Но Корд отказывал всем приглашениям со свойственной ему усмешкой и шел дальше, гадая, какая из проституток находится за закрытой дверью. Ему надобно было посетить Люси после трехмесячного воздержания. У этой девушки было столько же жизненной силы, как и у самого мустангера.
Корда передернуло от запаха дешевых, духов, немытых тел и несвежего белья.
«Это то, что я не люблю в публичных домах, — проворчал он себе под нос. — Проклятое зловоние проникает сквозь стены».
Корд был очень привередлив, когда ложился в постель с женщиной. Девушки здесь знали, что прежде, чем растянуться на кровати, он требовал соблюдения двух правил. Настоятельным условием было чистое белье, а также от каждой женщины Корд требовал хорошо вымыться. Проститутка должна была проследить, чтобы не осталось следов другого мужчины.
Корду иногда было любопытно представить себя в постели с девственницей. Ему хотелось быть уверенным в том, что до него не было ни одного мужчины.
Но девственницы были приличными женщинами, и у мустангера не было никаких шансов на встречу с такой девушкой в этом аду.
Корд остановился у комнаты в конце холла. Он дважды резко стукнул, затем толкнул незапертую дверь и вошел.
Люси, раскинувшись, лежала на кровати, она спала, открыв рот. «Не самое красивое зрелище в мире», — Корд скорчил гримасу и нетерпеливо окликнул ее.
— Люси, хватит лениться. Вставай и зарабатывай деньги. Или ты хочешь, чтоб Нелли тебя вышвырнула?
Люси заморгала глазами и визгливо произнесла его имя. Пружины на кровати жалобно скрипнули, когда она подпрыгнула и свесила ноги на пол. Но объятия Люси Корд отстранил и сказал:
— Поспеши принять ванну, женщина, — он принюхался. — В течение нескольких часов, или около этого, тебе придется заниматься только работой.
Люси надула губы:
— Нет горячей воды, а я не получу удовольствия, моясь холодной. Никак не пойму, почему ты такой привередливый. Другим мужчинам нет дела до того, принимала я ванну или нет.
Корд повернулся, чтобы уйти.
— Я не спорю с тобой об этом. Но уверен, что кто-нибудь из девушек с удовольствием прыгнет в холодную воду для меня.
— О Корд, я просто пошутила, — захныкала Люси. — Ты же знаешь. Я вымылась бы и ледяной водой ради тебя.
Ее руки скользнули вниз, чтобы нащупать член, выступающий из джинсов.
— Я клянусь тебе, что простыни чистые. Почему бы тебе не раздеться и не заползти между ними, пока я освежусь и приведу себя в порядок.
Корд с пренебрежением рассматривал Люси, ее грязное и измятое платье, пятна от пота под мышками.
— Интересно, как это может быть, что ты сама грязнуля, а простыни чистые? Что твой последний клиент трахал тебя на полу, или он удовлетворял свою похоть стоя?
Люси не обратила внимания на оскорбления, а только хихикнула:
— Некоторое время он стоял.
Она пожала плечами и, пока снимала свое сатиновое платье, объяснила:
— Он был пьяный и обрыгал всю постель. Вот почему простыни чистые.
Корд нахмурился, подошел к единственному окну и дернул вверх раму. В комнату ворвался свежий воздух, и, пока мустангер снимал ботинки и расстегивал свой ремень для оружия, стало свежо и прохладно.
Сняв всю одежду, Корд лег на кровать и стал наблюдать, как Люси залезла в ванную, вода в которой за день остыла. Он засмеялся, когда она, скрипя зубами, погрузилась в воду.
«Она скоро потолстеет», — думал Корд, наблюдая за ее полным задом, скрывшимся в ванне. Он перевел взгляд на ее большие груди, плавающие на волнах, созданных ее тучной фигурой. «Если бы она не была так хороша в своей профессии, — размышлял Корд, — то я бы подыскал более приятную молодую девушку».
— Используй побольше мыла и поспеши, — подгонял Корд, на минуту забыв о формах тела проститутки. — Я воздерживался три месяца, и теперь мне хочется разрядиться.
Люси сладострастно улыбнулась ему, и через несколько минут, когда она, вся дрожа, пришла в постель, страсть и желание полностью овладели Кордом. Девушка растянулась рядом с ним.
— Вначале я хочу слегка возбудить аппетит, — Корд пододвинул ее голову вниз к животу, затем слегка подтолкнул ее локтем еще ниже. Люси охотно согласилась.
Прошло два часа, а Корд все еще «разряжался», и Люси начала жаловаться:
— Черт возьми, Мак Байн, я хочу, чтобы ты дал немного отдохнуть этой «большой штучке». Я устала от ее вхождения в меня каждые полчаса.
Люси бросила сердитый взгляд на «большую штучку», которая ее так утомила, и фыркнула:
— Ты знаешь, он у тебя висит, как у твоего жеребца.
— Ты так думаешь? — Корд рассмеялся и, опершись на локоть, посмотрел вниз на свой мощный член.
Его глаза дьявольски блеснули:
— Возможно, ты права. Хотя я видел у нескольких жеребцов длиннее, чем у меня.
— Ну, тогда пойди и найди себе кобылу, — огрызнулась проститутка. — Мне надо хоть немного отдохнуть.
— Хорошо, — смягчился Корд. — Ты можешь отдыхать, пока я с помощью виски вымою из своей глотки пыль, накопившуюся за сто миль пути. Пусть внук Мэгги принесет мне бутылочку.
Люси запихнула подушку под голову и обмотала плечи простыней.
— Ты многого не замечаешь, Корд. Мэгги никогда не разрешает ребенку заходить в эту часть дома, — Люси презрительно засмеялась. — Я думаю, Мэгги боится, что ее маменькин сынок слишком много узнает и у него появятся вопросы.
— Черт, мальчишке, должно быть, уже полных шестнадцать лет, — нахмурился Корд. — Я удивляюсь, что Мэгги так думает. Ваши девочки должны уже были его хорошенько обработать к этому времени.
Люси открыла рот, в ее глазах блеснул злобный огонек. Но тут она вспомнила угрозу Нелли и еще раз подумала о тайне, которую собиралась раскрыть.
Помолчав, Люси сказала с презрительным смешком:
— Я однажды попыталась проявить инициативу, но Джонти так ошалел, что дал мне пощечину.
— Возможно, мальчишке нужен кто-то молоденький и свежий, примерно его возраста.
— Ах, я сомневаюсь, что он это посмеет. Ты же знаешь Мэгги, такую строгую и чопорную, — заявила Люси. — Однако старушка совсем больна. Нелли думает, что она умирает.
— Типун тебе на язык! — Корд поднялся. — Я не хочу слышать этого. Однажды Мэгги спасла мне жизнь. Она вынула отравленную стрелу из моего плеча, а потом ухаживала за мной, пока я не выздоровел.
Корд снова лег, забыв о виски, и вспомнил события пятилетней давности.
Мустангер гнал табун по Канзасу, чтобы остановиться в городке Эбилен. Корд слышал, что ни в одном месте не было столько публичных домов, как здесь.
Он был в пути уже двое суток, когда заметил полуголого индейского воина, скользящего между деревьев. Однако Корд не собирался убивать дикаря ради интереса.
Но через час он уже пожалел о том, что дал своим высоким чувствам одержать верх над здравым смыслом.
Корд остановился возле небольшого ручья, чтобы дать коню утолить жажду, и в этот момент индеец вышел из-за дерева, готовый пустить стрелу.
Мустангер бросил поводья и со скоростью звука выхватил смертоносный кольт. Но что-то твердое, как камень, пробило ему плечо, на какую-то долю секунды опередив пулю, сразившую дикаря.
Тело Корда горело, его тошнило от боли, но он собрал все силы и взобрался в седло. Раненый мустангер управлял жеребцом при помощи легких толчков каблуками в бока.
Корд боролся с головокружением, его голова упала на грудь, а рука лежала на выступающем из плеча конце стрелы. Спустя какой-то отрезок времени, показавшийся раненому вечным, жеребец остановился на аллее позади дома. Корд поднял голову и глазами, полными боли, уставился на большое здание. Выступ седла, за который держался Корд, выпал из его рук, и он упал, услышав сквозь затуманенное сознание испуганный визг. На мгновение мустангер пришел в себя и увидел глаза, самые голубые из всех, которые он когда-либо знал. Странное ощущение овладело его телом. И, прежде чем потерять сознание, Корд поднял руку и коснулся жестких коротких кудряшек.
Через четыре дня, слабый как котенок, и бесконечно благодарный Мэгги Рэнд, которая вернула его к жизни, Корд узнал, что молодой парень, сидевший перед ним на корточках, когда он упал, был внук Мэгги, Джонти.
— Ты знаешь, я как-то всегда чувствовал себя стесненно по отношению к этому мальчику Мэгги, — Корд вернулся в настоящее, бормоча больше себе под нос, нежели Люси. — У меня постоянно такое ощущение, что он может заглянуть мне в душу своими глубокими глазами, прочитать любой грех, который я когда-либо совершил.
— Он — странная маленькая плутовка, — Люси встала с постели, чтобы взять ночной горшок, стоящий за ширмой. — Если он не одичает, бегая с индейскими мальчишками, то будет сидеть, уткнувшись в книжку.
Она вернулась в постель.
— Он — незаконнорожденный, ты знаешь? Никто не решается спросить Мэгги об отце. Ходят слухи, что в нем есть индейская кровь.
Корд тоже лег в постель.
— Я собираюсь поспать пару часов, а потом навещу свою старую приятельницу. Обязательно разбуди меня.
Но Люси тоже нужно было выспаться, поэтому Корд проснулся уже поздним утром. Проститутка сопела рядом.
Ругаясь про себя, он встал и, налив из кувшина в чашку воду, смыл запах Люси со своей груди. Затем, пробежав расческой по волосам, он поспешил отсюда вниз по лестнице.
Корд смотрел на морщинистое изможденное лицо Мэгги. Усталые глаза говорили ему о том, что смерть недалеко. Он бросил взгляд на стройную фигуру, державшую руку старухи, заметив бледное и напряженное лицо, голубые глаза, потемневшие от боли и страха.
«Что же станет с этим странным, похожим на девочку, парнем после того, как Мэгги сдастся смерти?» — подумал он.
Джонти, почувствовав взгляд и покраснев от смущения, отпустила руку бабушки и встала. Корд отрывисто кивнул, затем занял освободившееся место на краю постели.
Он догадался, что Джонти уходит.
— Что я вижу? Ты себя неважно чувствуешь, друг мой? — мягко спросил Корд Мэгги.
Старуха, сжав его руку и наклонившись, скрипучим низким голосом сказала:
— Я боялась, что ты не успеешь вовремя, Корд.
— Вовремя к чему? — осторожно спросил Корд и весь сжался от сожаления, что теряет дорогого друга.
— Ты хочешь, чтобы я взял тебя на ближайшие танцы?
Он знал, что Мэгги ничего не хотела, и она не ответила в своей обычной манере, остроумно говоря: «Я уже начистила свои танцевальные туфли и жду». На этот раз она пронзительно и серьезно взглянула на него и, облизав сухие губы, сказала:
— Я умираю, Корд, и ты это знаешь.
— Ну, Мэгги…— начал было мягко бранить ее Корд.
— Помолчи сейчас, — перебила Мэгги. — Мы слишком хорошо знаем друг друга, чтобы лгать.
Старуха помолчала, как бы набираясь сил, и добавила:
— Я хочу сказать тебе что-то очень важное, у меня есть просьба, и я хочу, чтобы ты ее выполнил, — на последней фразе голос Мэгги задрожал.
Корд поспешил ее успокоить:
— Конечно, я выслушаю тебя, и ты можешь просить меня обо всем, ты это знаешь.
Мэгги с любопытством изучала склонившееся над ней загорелое лицо.
— Надеюсь, что ты исполнишь свое обещание. Когда я уйду, я хочу, чтобы ты взял Джонти, создал для него дом и помог ему.
Оглушительная тишина повисла в комнате в ответ на просьбу Мэгги.
Пока Корд в недоумении, широко открыв глаза, смотрел на старуху, Джонти, чистящая картошку на кухне, онемела от шока. Что в конце концов надумала бабушка? Конечно, не то, что Джонти уедет с этим мужчиной, который недружелюбно смотрел на нее, и чьи губы всегда презрительно усмехались, когда он разговаривал с ней.
Девушка напряженно прислушивалась, держа в одной руке картошку, а в другой — нож, забыв и о том и о другом, ожидая ответа этого человека с грубым лицом, молясь, чтобы он отказал необычной просьбе.
Джонти бросила взгляд через плечо, немного вдохнув воздуха. Похоже было на то, что Корд откажется, так как его лицо выражало такое же недоумение, как и ее собственное, и он полушутя, полусерьезно сказал:
— Ну, ты ведь шутишь, Мэгги. Я не смогу дать ребенку дом. Черт, у меня у самого его нет, и ты это знаешь. Я все время ночую на колесах.
— Так не должно быть, Корд, — Мэгги попыталась встать, но он осторожно уложил ее обратно. Она немного полежала, часто и тяжело дыша, собирая силы, истощившиеся во время беседы.
Потом в напряженном молчании женщина начала указывать путь, по которому она хотела, чтобы мустангер и ее любимая внучка последовали.
— У меня отложено немного денег, которые я собрала в течение тринадцати лет, — Мэгги замолчала, с неохотой вспоминая, что это были деньги из рук Ла Тора. Она поджала губы. Не время сейчас думать об этом. — Это довольно значительная сумма, Корд, — продолжала старуха, — достаточная для того, чтобы обзавестись своим ранчо.
— Но, Мэгги, …
— Тише, Корд, — в словах, произнесенных полушепотом, послышалась решимость. — Пора прекратить жизнь индейца: спать на земле и питаться в сухомятку. Время как раз остановиться на одном месте и начать строить свое будущее, — ее усталые глаза взглянули на Корда. — И возьми с собой Джонти, научи его необходимым манерам.
Чем больше она говорила, тем сильнее паника охватывала Корда. Мэгги загоняла его в угол, и у него не было выхода. Он мог только попытаться объяснить причину отказа и надеяться, что это поможет.
— Послушай, Мэгги, — мягко сказал он. — Так не годится. Я не знаю даже элементарных вещей о воспитании ребенка. Кроме того, я неправильный человек, — Корд умоляюще улыбнулся. — Вспомни, сколько раз ты обзывала меня плутом, говорила, что когда-нибудь я буду повешен за свои проделки?
Мэгги помахала слабой рукой, как бы отгоняя от себя неприятные мысли.
— Ты же знаешь, что все это говорилось в шутку. Внутри ты — благородный человек, Корд Мак Байн. Единственный, которому я доверила бы своего Джонти. Однако он уже не ребенок, — добавила она, немного помолчав. — На следующей неделе ему исполнится восемнадцать лет.
— В самом деле? — Корд с удивлением взглянул на застывшую фигурку, стоящую у мойки на кухне.
«Черт, в восемнадцать лет Джонти уже должен быть мужчиной по всем показателям. Ему не нужна будет опека». И Корд понял по онемевшему мальчишке, что тому, как и Корду, совсем не нравилась идея совместного пути.
Мустангер повернулся к Мэгги и бесцеремонно сказал:
— Извини, Мэгги, но я думаю…
— Ты мне обязан, Корд! — выкрикнула Мэгги, чтобы прервать отказ, который ей пришлось бы выслушать. С волнением в голосе она продолжила. — Я ни о чем до сих пор тебя не просила, — ее пальцы слабо вцепились в его ладонь. — Сейчас я умоляю тебя, Корд. Пожалуйста, сделай это для меня.
Джонти заметила, что красивое лицо Корда смягчилось, и, уронив нож и картошку, она выбежала из кухни и упала на колени возле кровати.
— Бабушка, я могу поехать к дяде Джиму. Он будет очень рад. Я помогу ему обзавестись ранчо, и он даст мне кров.
Надежда промелькнула в глазах Корда:
— Мэгги, ведь есть дядя, к которому может поехать Джонти.
Лицо старухи скривилось, и слова, полные негодования, сорвались с потрескавшихся губ:
— Ребенок говорит о Джиме Ла Торе. Он приехал сюда тринадцать лет назад, и они с Джонти привязались друг к другу. Иногда он заезжает сюда.
— Ты, надеюсь, не имеешь в виду преступника Ла Тора? — Корд недоверчиво посмотрел на Мэгги.
Она устало кивнула, и он обратил презрительный взгляд на Джонти.
— Итак, ты, тщедушный коротышка, предпочел преступника и его шайку вместо меня, не так ли? Ты стремишься стать паразитом, как он, живущим за счет труда других людей!
Джонти глянула в глаза, прострелившие ее презрением.
Подавив тяжелый вздох, она холодно и резко оборвала его:
— Нет, я не собираюсь стать преступником. Просто, в отличии от вас, дядя Джим будет рад мне.
Неожиданно для всех Корд принял необъяснимое решение во что бы то ни стало, помешать планам этого изнеженного мальчишки.
Рот Корда скривился в неприязненной усмешке, и он раздраженно и твердо сказал:
— Я, возможно, и не рад тебе, мальчишка, но, как только я соберусь покинуть Эбилен, ты уедешь со мной. Я не позволю никоим образом внуку Мэгги Рэнд вырасти по ту сторону закона.
Его взгляд пробуравил глаза Джонти.
И, пока взволнованная девушка смотрела на Корда, Мэгги удовлетворенно вздохнула и закрыла глаза. Она взяла опущенную руку Корда и поднесла ее к своей щеке:
— Теперь я могу уйти с миром, Корд, — прошептала старуха.
Она потянулась за рукой Джонти и, взяв тонкую, длинную кисть в свою, мягко сказала:
— Все будет хорошо, мой любимый, вот увидишь.
«Не будет, бабушка, — подумала Джонти, возвращаясь на кухню, чтобы дочистить картошку. — Ты не знаешь, как он не любит меня. Он считает, что раз я не охочусь за самками, как он, значит, я странный и ненормальный.
Джонти добавила картошку к кипящему на медленном огне мясу и, машинально помешивая его, думала о том времени, когда небрежная привязанность к ней Корда сменится презрительным равнодушием.
Девушкам Нелли очень нравилось в отсутствие Мэгги наряжать Джонти в свои платья, красить ей лицо, превращая ее в красивую девушку, которой она была на самом деле.
Потом, хихикая и смеясь, они мельком показывали ее посетителям и уводили.
Все мужчины умоляли их о посещении новой девушки. Когда же, сбитая с толку, Нелли отвечала им, что никакой новой девицы нет, они сердито обвиняли ее в том, что она скрывает девушку для богатых клиентов, подъезжающих с черного входа.
Однажды вечером, переодевшись снова в мужскую одежду, Джонти выскочила из комнаты, которая находилась напротив номера Люси. Дверь была приоткрыта, и, когда Джонти проходила мимо, она застыла от ужаса. Совсем голый, раскинувшись на кровати, лежал Корд, человек, к которому были устремлены все ее фантазии.
Ни о чем не думая, Джонти воскликнула:
— Корд! — в ее глазах и голосе прозвучал упрек. — Ты что здесь делаешь?
Когда пораженный Корд ничего не ответил, из-за ширмы послышался насмешливый голос:
— А как ты думаешь, что он здесь делает, Джонти? Он получает удовольствие с Люси.
Пышнотелая проститутка, тоже голая, влетела в комнату, ее большие груди раскачивались, огромные ноги громко шлепали по полу, когда она шла к кровати.
— Люси знает, как удовлетворить твои желания, не так ли, молодой человек? — она провела рукой по плоскому животу Корда, потом ниже, по клочку кудрявых волос, и погладила его длинный член.
И пока Джонти смотрела, широко открыв глаза, пальцы проститутки ласкали увеличивающийся член. Быстрый взгляд на Корда завершил разочарование Джонти. Он лениво усмехался, наблюдая, как, похожие на обрубки, пальцы Люси медленно и умело возбуждали его. Бессознательно у Джонти вырвался звук отвращения.
Пара на кровати смотрела на девушку. И хотя Люси нахмурилась от досады, она бесстыдно продолжала возбуждать мустангера. Он, однако, покраснел и отбросил руку Люси, натягивая простынь, чтобы скрыть свою наготу.
Взволнованный, Корд попытался пошутить:
— Убери это ошеломленное выражение лица и принеси мне бутылку виски. Я чувствую себя так, как будто у меня в глотке застряла половина всей пыли Канзаса.
Джонти не пошевелилась, чтобы выполнить его просьбу. Проститутка послала ей злобный взгляд и свесила ноги на пол. Взяв свой халат, она проворчала:
— Я принесу виски.
Свободно затянув пояс вокруг толстой талии, она повернулась к Джонти, приказывая:
— А ты, маленький ублюдок, убирайся отсюда к черту вместе со своими ханжескими мыслями.
Джонти посмотрела на Корда, она была уверена в том, что он вычитает Люси за то, что проститутка так грубо с ней разговаривает.
Но в лице Корда резко произошла перемена. Улыбка исчезла, и ее сменила сердитая недовольная гримаса. К нему вернулось самообладание, и теперь он пришел в ярость от того, что на мгновение потерял его. Джонти повернулась и побежала к двери, а ей вдогонку летели обидные слова:
— Да пошел ты прочь, маменькин сынок, пока я не взял Люси у тебя на глазах и не показал тебе, что эта штука у тебя между ног не только для того, чтобы писать.
Джонти сбежала вниз, преследуемая смехом. С того дня Корд почти не разговаривал с ней, ведя себя прилично только в присутствии бабушки.
Девушка испуганно вздрогнула и чуть не выронила ложку, когда Корд заговорил из дверного проема:
— Я был бы тебе признателен, если бы ты дал мне чего-нибудь перекусить. Я не ел со вчерашнего дня.
Джонти кивнула и, накрыв крышкой кипящую кастрюлю, поставила на горящий огонь сковородку. Через пятнадцать минут на столе Корда ждало большое блюдо с яичницей и мясом. Поспешив к кровати бабушки, Джонти тихо сказала:
— Можете пойти поесть.
Она не ожидала слов благодарности и не услышала их, когда Корд встал и прошел на кухню. Джонти заняла его место возле Мэгги и взяла худую изможденную руку старухи.
Пробили часы. Все та же вчерашняя пчела продолжала кружиться над вазой с полевыми цветами, начавшими увядать.
Вскоре Корд вернулся и, когда Джонти попыталась встать, жестом остановил ее и сел в кресло с другой стороны кровати.
Тянулось время, а они ни слова не сказали друг другу. Спустились сумерки. Джонти встала и зажгла керосиновую лампу на столике возле постели.
«Как она умиротворенно спит, — думала Джонти, уменьшая пламя до тех пор, пока остались лишь слабые желтые отблески. — Бабушка выглядит намного моложе, когда спокойна, а ее болезненные морщины разгладились».
И только через несколько минут до Джонти дошло, что ее бабушка ушла навсегда. Причитая и не веря в случившееся, Джонти обхватила безжизненное тело и зарыдала, уткнувшись в худую плоскую грудь.
Корд встал и отошел к окну, которое выходило на улицу, взволнованный всхлипываниями, которые походили на женские. И хотя он видел, как взошла луна, видел, как она залила улицу бледным светом, ничто не произвело на него впечатления. Все его мысли были обращены к Мэгги. Ему будет очень не хватать этой старухи: ее теплоты, доброты, даже ее острого языка, когда она ругалась по поводу того, как он прожигает жизнь. Мэгги для него была семьей и домом. И из-за того, что он любил эту добрую женщину, он обещал создать дом для ее внука. Корд презрительно скривил губы. Чертов слабак! Из-за этого непонятного мальчика ему придется бросить работу. Его уже неправильно воспитали. «Я скоро положу этому конец», — пробормотал Корд себе под нос, потом погрузился в раздумье, беспокоясь о других последствиях, которые повлечет за собой присмотр за мальчиком.
Например, его старый образ жизни, который так нравился Корду. Мог ли он от этого отказаться? Мог ли он осесть на одном месте? Корд оглянулся на кровать, на неподвижное тело, лежащее на ней и знал, что он должен попытаться сделать это.
Глаза Корда задержались на Джонти. Мустангер знал, как тяжело потерять человека, которого ты любил, который вырастил и любил тебя, но, черт побери, мальчишка ведет себя как девчонка.
Корд подошел к кровати и положил руки на узкие, сотрясающиеся от рыданий плечи.
— Пойдем, мальчик, — сказал он грубовато. — Ты горюешь о себе, а не о бабушке. Она сейчас отдыхает от боли, избавившись от трудностей, которые знала всю свою жизнь.
Джонти вздрогнула от боли, когда Корд без всяких эмоций констатировал факты, и она резко сбросила с плеч его руки. Корд Мак Байн был самым бесчувственным и беззаботным человеком из всех, кого она знала. Джонти сердито сжала кулаки на коленях и открыла рот, собираясь что-то сказать, но Корд не дал ей возможности выругаться и высказать все, что она о нем думала.
— А сейчас вытри слезы, — приказал Корд, осторожно накрыв простынею лицо Мэгги. — Я пойду поручу Нелли найти кого-нибудь для выноса тела, а сам поищу человека, чтобы сделать гроб.
Джонти рукавом вытирала слезы и смотрела, как Корд выходил из комнаты.
— О, как я его ненавижу, — прошептала она, когда он закрыл за собой входную дверь.
Джонти посмотрела на покрытую простыней фигуру. «Бабушка, ты поставила меня в безвыходное положение».
От комнаты, которая была домом для Джонти, веяло молчанием и одиночеством. Она вытерла слезы, вновь навернувшиеся на глаза, и окинула взглядом удобную комнату, стараясь не смотреть на кровать в углу.
Бабушкино кресло-качалка, на котором цветная набивная ткань выцвела и вытерлась; возле него — маленький столик, керосиновая лампа. Джонти ужаснулась, когда заметила, что дымоход в стеклянной колбе был таким закопченным. Она забыла почистить его, так как заботилась о бабушке.
Джонти перевела взгляд на низенький книжный шкаф, каждая полка которого была битком набита книгами; некоторые из них были просто для чтения, по другим бабушка учила ее грамоте. Джонти обратила внимание на квадратный столик, заваленный личными вещами: тоненький томик стихов — подарок дяди Джима, игрушечное деревянное ружье, куча наконечников от стрел и обломок томагавка от ее друзей — индейцев.
Она ходила по комнате. «Я не могу все это оставить, — ее шепот выразил все отчаяние, всю боль. — Мне все равно, понравится или нет этому самоуверенному дьяволу, но вещи бабушки я возьму с собой, в том числе корову и цыплят. Они умрут с голоду, если я их здесь оставлю».
На вершине тихого протеста пришло полное осознание того, что будет означать для Джонти обещание Корда Мак Байна, данное бабушке. Ей придется жить с мужчиной, быть под его влиянием в течение месяцев, может быть, даже лет. Это было такое неприятное напоминание, что на Джонти напала тоска. Она не знала, сможет ли она вынести жизнь с человеком, во взгляде которого постоянно были презрение и нескрываемая ненависть к ней. Девушка подошла к окну, ее плечи вздрогнули от глубокого вздоха.
Теперь, когда бабушки больше нет, от него не дождешься ни ласкового слова, ни жеста. Джонти застучала кулаками по подоконнику. Должен же быть какой-то выход, но как его найти? Конечно, можно было бы поехать к дяде Джиму. Но все дело было в том, что она не могла найти этого друга. Только Бог и он сам знали, где искать Джима Ла Тора.
«Я, пожалуй, останусь здесь, — прошептала Джонти своему отражению в оконном стекле. — Использую шанс, чтобы не узнали мой пол».
Боль и покалывание в туго стянутой груди вывели девушку из этого состояния.
Все больше и больше ее тело принимало мягкие женские очертания, и скоро она не сможет скрыть свою женственность.
Бабушка была права: здесь нельзя оставаться.
Одновременно Джонти в изумлении подумала о том, что через некоторое время Корд Мак Байн тоже обнаружит, что руководит девчонкой. Какова же будет его реакция? Ее губы горестно поджались. Корду не понравится, что из него делают дурака, и это будет еще одним укором в ее сторону.
Возможно, он выдаст ее замуж за первого встречного, кто этого захочет.
В подавленном настроении Джонти стояла, уставившись в окно, ничего не замечая. В данный момент у нее не было другого выхода, как поехать с человеком, который явно не хотел этого, и молиться, чтобы дядя Джим услышал рано или поздно о смерти бабушки и поехал искать ее внучку.
Она онемела от испуга, когда кто-то осторожно положил ей на плечо руку. Джонти обернулась и увидела доброе крупное лицо Нелли.
— Здравствуй, Нелли.
Добросердечная женщина положила свои полные руки на хрупкие напряженные плечи и мягко произнесла:
— Мне так жаль Мэгги. Она была необыкновенной женщиной. Я буду ужасно скучать по ней. Она была так добра ко мне и к моим девочкам.
Джонти смахнула слезы, которые нахлынули от добрых слов, и выдавила из себя:
— Бабушка тоже обожала вас и девушек.
Нелли еще раз сжала плечи Джонти, потом отошла от нее и сказала:
— Я пришла подготовить Мэгги. Где она хранила свою лучшую одежду?
Джонти указала на разбитый сундук, стоявший возле кровати. В нем Мэгги хранила одежду, в которой ходила в церковь.
Джонти вспомнила лучшую одежду бабушки и не смогла сдержать слез. Как мало имела Мэгги в своей жизни!
Не в силах взглянуть на неподвижную фигуру, девушка продолжала стоять, уставившись в окно. Но через несколько минут она осознала, что делала Нелли. До Джонти донесся плеск воды в железной ванне и запах нафталина. Она напряглась и сцепила руки, так как услыхала, как открылась входная дверь, и в зеркальной поверхности оконного стекла она увидела Корда и еще какого-то мужчину, вносящих грубо сколоченный сосновый ящик в комнату. Джонти услышала скрип двух стульев, когда их потащили по полу, и глухой удар гроба, который поставили на них.
Острая боль пронзила грудь, она закрыла глаза, когда Нелли сказала:
— Заверните ее в эту вязанную накидку прежде, чем положить в гроб, Клод.
Джонти так явно представила бабушку, ее спицы, рябеющие от цветной пряжи по вечерам, и как она, улыбаясь от удовольствия, вслух читала Джонти стихи. У бабушки не получалось так же хорошо, как у дяди Джима, но ей нравились стихи из книги, которую он подарил ее внучке.
Девушки Нелли заходили в комнату, разговаривали полушепотом, выражая в последний раз свое уважение к старухе, которая проводила бесконечные часы у горячей плиты, готовя им обед. Джонти заметила, что все девушки, за исключением Люси, смахивали со щек слезы. А эта не будет плакать даже на поминках собственной матери. Джонти была уверена, что эта женщина не пришла бы сюда, если бы Нелли не настояла.
Девушки окружили Джонти, выражая свои соболезнования, они говорили, что им будет очень не хватать Мэгги. Люси, конечно, среди них не было.
Наконец, девушки начали уходить, и Джонти обрадовалась этому. Она больше не могла сдерживать слез. Девушка чувствовала на себе холодный взгляд Корда, как будто специально ожидающего, когда она снова проявит слабость.
Нелли осталась и, сидя за кухонным столом, пила кофе с Кордом. Джонти не замечала их, пока не услышала свое имя. Тогда она стала внимательно прислушиваться.
— Джонти — хороший парень, Корд, — сказала Нелли, — хотя все отмечают, что он отличается от обычных юношей его возраста. Как ты сам видишь, он нежный и хрупкий, и я думаю, что поэтому-то Мэгги его избаловала и изнежила.
Девушка облегченно вздохнула. Нелли не выдала ее тайну. В действительности, как поняла из разговора Джонти, мадам, кажется, старалась облегчить ей предстоящий путь.
— Итак, ты должен помнить об этом, Корд, — продолжала Нелли. Постарайся обращаться с ним полегче, пока он привыкнет к мужскому полу. Ведь всю свою жизнь он был окружен женщинами.
Что бы там ни думал Корд о совете Нелли, вслух он ничего не сказал.
— Кто-нибудь знает об отце ребенка? — спросил он, меняя тему разговора.
Нелли покачала головой.
— Насколько мне известно, эта тайна умерла вместе с Мэгги. Она никогда об этом не говорила, — Нелли поднялась со стула. — Пойду-ка я соберу своих девушек на ужин, — ее большие груди всколыхнулись от тяжелого вздоха.
«Интересно, сколько времени мне потребуется, чтобы найти другую экономку. Конечно же, никто не сможет заменить Мэгги Рэнд», — подумала мадам.
Джонти услышала, как они пошли к двери. Немного спустя, Корд сказал:
— Может быть, ребенок тоже голоден. Я сомневаюсь, что он ел что-нибудь в течение дня.
«Ха! — Джонти фыркнула, прищурив глаза. — Очень бы он заботился, даже если бы я совсем не ела. Он просто говорит это для Нелли».
— О да, он пойдет с нами, — ответила Нелли. — Иди и скажи ему, чтобы был готов к отъезду.
Джонти напряглась, наблюдая за приближавшимся Кордом. Он остановился в нескольких шагах от нее. Девушка чувствовала его враждебность, как будто это было что-то живое, проникающее в нее сквозь спину. Она упорно не показывала вида, что знает о его присутствии. Корд хмуро смотрел, насупив брови. Между ними будет постоянно идти борьба за то, чтобы взять верх друг над другом. Но на этот раз у него не было времени выжидать.
Корд еще больше нахмурился и, откашлявшись, холодно произнес:
— Сейчас за тобой придет Нелли, чтобы ты поужинал вместе с ней.
Джонти вскипела от негодования, услышав, каким властным тоном он это сказал. Она сейчас же даст знать, что не позволит собой командовать. Отрицательно покачав головой, она резко сказала:
— Я не голоден.
— Голоден ты или нет, а надо поесть, — Корд окинул насмешливым взглядом ее хрупкое тело. — Ты похож на скелет.
От такого сарказма лицо Джонти сжалось.
— Послушайте, — враждебно сказала она, — не разыгрывайте со мной этих фальшивых заботливых сцен. Мы оба знаем, что вам нет никакого дела до того, ел я или нет. На самом деле вы оба были бы рады, если бы я умер от голода. Тогда бы я вас не обременял.
Джонти была уверена, что после этих слов он уйдет, но она ошиблась. Корд грубо схватил ее за локоть и резко повернул от окна. Пока она в недоумении смотрела на него, толчок сбил ее с ног, и Джонти упала на стул, пролетев через всю комнату.
— Я знаю о тебе все, Джонти Рэнд, — Корд гордо подошел к ней. — Поэтому не стоит проделывать со мной свои штучки.
Паника охватила Джонти, она ухватилась за сиденье стула, на лбу неожиданно появилась испарина.
«Что было известно ему? Что она — женщина? Кто сказал ему об этом? Люси?»
Корд с любопытством посмотрел на нее.
— Почему у тебя такой испуганный вид? Я не собираюсь бить тебя за твои девчоночьи выходки. Это не твоя вина, что Мэгги воспитывала тебя больше как девчонку, чем как мальчика, — Корд угрожающе прищурился. — Этого не будет, если ты изменишь свое поведение. Но если ты не сдашься и не начнешь вести себя как мужчина, я буду применять палку.
Джонти с трудом удалось скрыть свою радость. Корд ничего не знал о том, что она — женщина. Негодование сменило страх. Бить ее палкой! Она окинула его презрительным взглядом:
— Можете начинать бить меня сейчас, потому что я буду вести себя так, как мне вздумается. И вам также следует знать, что я удеру от вас при первом же удобном случае.
С минуту Корд в раздумье смотрел на Джонти, потом, решив, что маленький ублюдок не убежит, пока не похоронят Мэгги, безразлично пожал плечами. Мустангер пошел к двери, ругаясь и не обращая внимания на Джонти:
— Ты, тощая кляча, можешь подыхать с голоду, меня это не волнует.
— Идиот! — крикнула Джонти ему вдогонку и уставилась на дверь, которая все еще раскачивалась после того, как Корд с силой ею хлопнул.
Но выпаленные залпом слова обидели Джонти, и она за это рассердилась на себя. Какое ей дело до того, что думает этот похотливый кот о ее взглядах? Да он ничего из себя не представляет — мерзкий блудник, удовлетворяющий свою похоть с этой развратной Люси. Да пусть он только попробует ее ударить, она прострелит его гнилое сердце!
Но Джонти знала, что это были лишь пустые угрозы, она поднялась и вернулась к окну. Она никогда никого не сможет убить. В комнате наступила полная тишина, Джонти стояла, уставившись в темноту. Ей казалось, что рядом присутствуют духи и вот-вот дотронутся до нее холодными руками. Ощущение было таким сильным, что, когда в кухонную дверь постучали, она судорожно дернулась и вскрикнула. Даже если бы это был Корд, вернувшийся для того, чтобы изводить ее снова, то она была бы рада и ему, только бы не оставаться одной в этой мрачной тишине.
Джонти толкнула дверь и облегченно вздохнула.
— Привет, дорогая моя, — сказал Ла Тор своим мягким голосом, так не соответствующим его грубому морщинистому лицу.
— О дядя Джим! — Джонти бросилась к нему в объятья.
Потом, истерически рыдая, она воскликнула. — Бабушка умерла!
— Я знаю, Джонти, — Ла Тор прижал ее к себе, разглаживая взъерошенные кудри. — Один из моих людей сообщил мне об этом, — он отстранил ее от себя и внимательно посмотрел на маленькое бледное личико. — С тобой все в порядке? Как так случилось, что ты одна? Разве Нелли и ее девицы не приходили узнать, как у тебя дела?
Джонти вытерла мокрые от слез глаза:
— Они все приходили и были очень добры ко мне. Нелли подготовила бабушку к выносу. Сейчас они ушли ужинать.
Через открытую дверь Ла Тор заметил сосновый гроб, стоявший на двух стульях:
— А кто принес гроб?
На лице Джонти появилось угрюмое выражение.
— Корд Мак Байн, — она отстранилась от Ла Тора и села к столу.
— Этот самонадеянный ублюдок будет воспитывать меня, — Джонти посмотрела на высокого, симпатичного человека, стоявшего перед ней и в отчаянии закричала. — Бабушка передала ему меня, чтобы он обо мне заботился. Дядя Джим, мне противна даже мысль об этом.
Ла Тор устало присел и достал из нагрудного кармана табачный кисет и бумагу.
— Ну, дорогая, — начал он, насыпая табак на квадратик тонкой бумаги. — Насколько я знаю, это приличный человек, даже если он и груб с тобой, — Ла Тор подбадривающе улыбнулся Джонти. — Он проследит, чтобы ты не голодала.
Джонти подозрительно посмотрела на загорелое лицо, озаряемое отблесками пламени, от которого он прикурил сигарету. Такой ответ не успокоил ее, так как не похоже было, что дядя Джим хочет забрать ее с собой.
— Я бы лучше ходила голодной, — взмолилась она. — Мне не нравится этот человек.
— Это неубедительная причина, — Ла Тор улыбнулся, глядя в упрямое лицо. — Мне не нравится никто из моих людей, но мне приходится считаться с ними, потому что они мне необходимы.
Он втянул в легкие ароматный дым сигареты, затем спокойно посмотрел на Джонти:
— Не всегда можно получить то, что тебе хочется.
— Но я постоянно нервничаю с ним. Он выставляет меня глупой, почти все время глумится и насмехается, — Джонти помолчала, потом смущенно добавила. — Он заставляет меня как-то странно себя чувствовать: у меня внутри все волнуется и трепещет.
Удивление, быстро сменившееся веселым понятливым взглядом, промелькнуло в глазах Ла Тора. Его юная дочь, сама не зная того, чувствовала первую привязанность к мужчине.
Он нежно взъерошил мальчишеские кудряшки Джонти:
— Если мне не изменяет память, было время, когда ты считала, что солнце встает лишь для того, чтобы светить этому мустангеру. Я, бывало, завидовал ему.
— О дядя Джим, — Джонти бросила суровый взгляд на улыбающегося Ла Тора. — Нет никого, кто хоть когда-нибудь смог бы занять твое место. Что касается обожествления мною этого человека, то это было, когда я была еще несмышленым ребенком. Все это изменилось, когда я…
Фраза повисла в воздухе, и Ла Тор подхватил ее:
— Это было, когда он свалился с пьедестала, на который ты его поставила. Когда ты открыла для себя, что он такой же мужчина, как и все, время от времени нуждающийся в женщине.
— Но не в грязной развратнице Люси, — с отвращением сказала Джонти. — Она отвратительна. Бабушка как-то говорила, что у этой женщины нет никаких принципов.
Ла Тор едва удержался от смеха:
— Джонти, Люси — это тот тип женщин, которых хотят мужчины, чтобы расслабиться, удовлетворить свои низменные потребности. Но к ним они не чувствуют ни привязанности, ни уважения.
Ла Тор откинулся на спинку стула, его взгляд смягчился, когда он вспомнил свое прошлое:
— Все лучшее проявляется в мужчине, когда он влюбляется в какую-нибудь особенную девушку.
— Ха! — фыркнула Джонти и уверенно заявила. — В жизни этого дьявола никогда не будет особой женщины. К тому же, ни одна порядочная девушка не станет иметь с ним дело.
Ла Тор понимающе улыбнулся.
— Ты не права, моя милая. Когда-нибудь, Мак Байн встретит эту самую женщину и станет безумно любить ее. Так всегда случается с дьяволами, — он легким щелчком отправил окурок сигареты за окно. — Довольно о Корде Мак Байне. Давай посмотрим на бабушку, а потом ты покормишь меня своим рагу, оно так вкусно пахнет. Я целый день ничего не ел.
Избегая взгляда Ла Тора, Джонти сказала:
— Ты иди смотри, дядя Джим. А я накрою стол для ужина.
Ла Тор помедлил, затем встал и испытывающе посмотрел на напряженное лицо Джонти. Взяв ее за подбородок, он заставил ее посмотреть ему в глаза.
— Ты ведь еще не видела ее, да, милая?
Джонти проглотила ком, застрявший в горле, и молча покачала головой.
— Ты должна, Джонти, — Ла Тор заставил ее встать. — Ты будешь лучше себя чувствовать.
Когда Джонти робко покачала головой и не двинулась с места, он мягко сказал:
— Джонти, если ты не попрощаешься, твоей печали не будет конца.
Лицо девушки помрачнело:
— Я знаю.
Действительно, посмотрев на худое, любимое лицо, навсегда успокоившееся, Джонти стало гораздо легче. Этот ненавистный Мак Байн был прав. Бабушка больше не страдала, и, когда он обвинил ее в том, что она плакала из жалости к себе, он тоже был прав.
Но, когда Ла Тор снова привел ее на кухню, у Джонти опять накатились слезы, и ему пришлось обнять ее, чтобы успокоить.
— Выплачься как следует, Джонти, — шептал он, касаясь ее волос губами.
Никто из них не слышал, как открылась дверь. Они все еще стояли обнявшись, не подозревая о присутствии третьего, когда услышали язвительную насмешку в свой адрес.
— Ну, не объяснение ли это?
Ла Тор и Джонти обернулись на звук. По направлению к входной двери, скрестив руки на груди, стоял Корд Мак Байн и наблюдал за ними. Джонти закрыла глаза, не в силах вынести презрительного взгляда.
— Вы питаете большую симпатию друг к другу, — с явным злорадством сказал Корд. — Чета мужчин-любовников.
Он презрительно окинул Джонти взглядом и, не замечая ее смущения, набросился на нее со словами, больно ранившими ее душу:
— Не удивительно, что у тебя нет времени на женщин. Оказывается, ты страстно желаешь мужчин, — он подошел к Джонти и сквозь зубы процедил: — Я скоро выбью из тебя все эти противоестественные наклонности.
Ла Тор встал перед Джонти, защищая ее, его лицо исказилось от ярости. Но он весьма холодно и спокойно произнес:
— Я, действительно, люблю мальчика, но не в том смысле, как способен понимать твой слабый разум. И если ты когда-нибудь приложишь к нему руку, то будешь иметь дело со мной.
В глазах Корда появилось выражение ликующего дикаря, когда он подошел к Джонти, рыча:
— Ну, останови меня, ты, подонок…
— Сейчас я это сделаю.
Они стремительно набросились друг на друга. Ла Тор и Корд дрались молча: в комнате слышалось лишь тяжелое дыхание и царапание ног об пол. Джонти стояла, прижав ко рту кулак, широко раскрыв глаза и наблюдая, как Корд дважды загнал Ла Тора в угол и молотил кулаками плоский, вогнутый живот своего врага.
Глаза преступника стекленели все больше от сильных ударов. Но тут он увидел испуганное лицо своей дочери и вспомнил, что этот человек угрожал ей. Ла Тор пришел в себя и почувствовал прилив сил, только от одной лишь мысли, что Корд может приложить свои грубые руки к ее нежному, беспомощному телу. Всю оставшуюся силу Ла Тор вложил в удар кулака, настигшего ухо противника. Корд бесформенной массой шлепнулся на пол.
У Джонти появилось желание подойти к Корду и обнять его разбитую голову. Но, вспомнив всё его обидные слова и поступки, она поджала губы, и вся ненависть к нему снова ожила в ней. Вместо этого она повернулась к Ла Тору, который часто дышал, помогла ему сесть на стул и села рядом с ним.
— Я надеялась, — сказала она, — что можно было бы подождать бабушкиных похорон. Но после всего случившегося, мне кажется, нам надо уйти отсюда как можно скорее — до того, как он придет в себя, — Джонти посмотрела на неподвижное тело Корда.
Ла Тор бросил осматривать ушибленный палец и в недоумении посмотрел на Джонти:
— Бежать? Ты имеешь в виду, нам вместе?
Когда Джонти согласно кивнула, он любовно потрепал ее по щеке и мягко сказал:
— Я не могу взять тебя с собой, моя милая.
Джонти изумленно вскинула брови.
— Но, дядя Джим, — воскликнула она. — Ты должен взять меня с собой, когда поедешь. Я просто не смогу теперь жить с ним, когда он будет думать о нас так ужасно. Он сделает мою жизнь невыносимой.
В ней возродилась надежда, заметив, что Ла Тор обдумывает ее настоятельную просьбу. Но она замерла в шоке, когда он с явным сожалением сказал:
— Извини, дорогая, но сейчас об этом и речи быть не может. Завтра я вместе со своими людьми уезжаю на другую территорию. И если бы не прощание с твоей бабушкой, мы бы уже отъехали.
С губ Джонти сорвался горестный крик, и он поспешно добавил:
— Но, как только я где-нибудь осяду, я дам тебе знать.
— Дядя Джим, — не успокаивалась Джонти.
В этот момент пошевелился и застонал Корд. Он почувствовал боль в челюсти и встал на ноги. Мельком Корд посмотрел на Джонти, потом перевел туманный взгляд на Ла Тора.
— Мэгги Рэнд встала бы из гроба, если бы узнала, во что ты превратил ее внука.
— Смотри, Мак Байн, — Ла Тор угрожающе шагнул к Корду. — Если ты будешь продолжать в том же духе, я приколочу твои дурные мысли к затылку, — и, не дав ответить разгневанному Корду, он добавил: — И тебе также следует знать, что я сегодня буду ночевать с Джонти. Я уверен, что ты будешь слишком занят, валяясь со своей проституткой, чтобы самому присматривать за ним.
Корд покраснел, почувствовав свою вину. Он как раз собирался провести ночь с Люси. Ему даже не пришло в голову то, что ребенок останется здесь наедине с бабушкой, ведь проститутки будут заняты со своими клиентами. Он постоял немного, сжимая и разжимая кулаки. Потом, не сказав ни слова, повернулся и ушел из дома. Однако он не пошел наверх к Люси. Вместо этого он пошел на конюшню и там лег в стог сена.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сила любви - Хесс Нора



Прекрасный роман, прочла на одном дыхании.
Сила любви - Хесс НораИрина
10.10.2011, 21.47





+ Хороший роман. читать можно.
Сила любви - Хесс НораЛика
15.10.2011, 11.03





Роман интересный. Сюжет динамичен, не затянут! Временами только бесил главный герой Корд, а так очень даже! Советую!
Сила любви - Хесс НораЛика
6.01.2012, 22.03





Купила книгу серии Алая Роза и не могла оторваться от нее.Очень интересно и занимательно с первой страницы.
Сила любви - Хесс НораНатали
5.12.2012, 21.55





до середины интересно потом просто муть
Сила любви - Хесс Нораженя
8.04.2013, 21.44





до середины интересно потом просто муть
Сила любви - Хесс Нораженя
8.04.2013, 21.44





неплохой роман! но..... на 8 б.
Сила любви - Хесс Норавэл
16.06.2013, 14.35





Первая половина книги очень увлекательна, невозможно оторваться, но потом сильно растянуто и уже ждешь не дождешься конца. Герой конечно супер мужик, властный мустангер, но при этом тугодум и туповат. В целом, при таком начале, я ожидала большего.
Сила любви - Хесс НораКаприз
16.06.2013, 17.12





Действительно , хороший роман , но был бы намного лучше , если б главный герой - Корд , не был так жесток ...ну и чуточку покороче , а то почти всю жизнь описали , а главных слов любви не сказали , да и нежности мало ...
Сила любви - Хесс НораВикушка
8.07.2013, 21.55





Роман чрезвычайно интересен и захватывающ. Но главный герой живет по мужскому принципу: кого люблю - того тираню. Здоровый взрослый мужик 33-х лет не может утихомирить наглую девчонку стерву-мексиканку Тину. Только к концу романа догадался обратиться к ее родителям, и сразу она стихла. Да! Согласна, что ГГ туповат, а ГГ занудлива.
Сила любви - Хесс НораВ.З.,65л.
15.10.2013, 10.06





идея неплохая, но гг-й тупой как валенок, а гг-ня тоже от него не отстает, можно роман сократить глав эдак на 10, а то ростянуто... 7 баллов
Сила любви - Хесс НораМери
7.11.2013, 16.52





Прочитала с удовольствием. Посоветуйте пожайлуста похожие.
Сила любви - Хесс Норасвет лана
20.08.2014, 10.13





Очень интересный сюжет!
Сила любви - Хесс НораЮлия...
24.08.2014, 22.58





Роман хороший очень,но на затянутость нужно настроиться
Сила любви - Хесс Нораелена
11.01.2016, 22.43





Очень, очень, очень-очень преочень затянуто.. До середины было интересно и читалось легко, после, стало невыносимо нудно и я кое как дочитала до концовки. ГГой местами просто непроходимый глупец, а ГГня, занудлива,глупа как пробка и наивна, ко всему, некоторые, ее,поступки, просто не поддаются никакой логике. Оценка 5 из 10 за идею. Вначале и правда было интересно.
Сила любви - Хесс НораG
8.05.2016, 17.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100