Читать онлайн Возвращение в рай, автора - Хенке Ширл, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Возвращение в рай - Хенке Ширл бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.2 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Возвращение в рай - Хенке Ширл - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Возвращение в рай - Хенке Ширл - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хенке Ширл

Возвращение в рай

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

Санто-Доминго
Риго стоял на палубе и смотрел, как в ясном утреннем воздухе возникает земля, где он родился. Никогда в своей жизни не чувствовал он себя более одиноким. Казалось, что во время путешествия Мириам начала относиться к нему с большей теплотой, но скорее всего это была благодарность за то, что он заботился о ней, пока она была больна. Теперь она оправилась от морской болезни и пряталась за стеной холодной вежливости, что бесило его. Должно быть, ему только показалось, что она стала относиться к нему лучше. Он не хотел быть отвергнутым собственной женой. Слишком часто в этой жизни приходилось быть отверженным. Даже его старший брат, Бартоломео де Лас Касас, оставил его, чтобы защищать индейцев, жителей этой варварской страны.
Он разглядывал береговую линию, невольно ища глазами следы пребывания тайно, хоть и знал из писем Бартоломео, что им больше не разрешается жить и ловить рыбу на побережье, что их обращают в рабство и заставляют работать в рудниках и на полях испанцев. Бенджамин рассказывал, что тайно были богатым народом, и сам Риго происходит из знатной семьи. Скоро он узнает правду. Он снова и снова прогонял мысль об Аароне Торресе.
Земля, открывавшаяся его взору, была диковинной и чудесной, совсем непохожей на сухие иберийские степи и ледяные Альпы. Он глубоко вздохнул и почувствовал, как странно пахнет воздух, словно пропитанный женскими духами.
Шкипер заметил его удивление:
— Воздух такой мягкий и ароматный из-за цветов и деревьев, растущих на этой благословенной земле, другого такого места нет во всем мире. Это были слова Первого Адмирала, когда они впервые оказались здесь, на борту «Эспаньолы». Но не только из-за деревьев и цветов. Это плодороднейшая, богатейшая земля.
— Что это за странные птицы? — Риго показал на стайку чудесных розовых птиц с длинными, причудливо изогнутыми шеями и странными ходулями вместо ног. Несмотря на причудливую окраску, они казались уродливой пародией на журавлей.
— Эти огненные птицы — фламинго, водятся повсюду на островах, — объяснил старик, молча пытаясь понять, что чувствует этот индеец в одежде белого, никогда не видевший земли своих предков.
Риго смотрел на птиц, на устье реки, на высокие пальмы и крупные лиственные деревья, которые образовывали такую высокую стену, что солнечные лучи наверняка не проникали сквозь нее. Ползучие растения и огромные цветы прятались под навесом из листьев. Птицы всех цветом радуги, такие же незнакомые для Риго, как и деревья, пронзительно кричали в джунглях. Лес под лазурным небом был всех оттенков зеленого, желтого и огненно-оранжевого. Далеко в глубине чудесного острова в бледно-лиловой и розовой дымке виднелись зубчатые пурпурные горы.
Шкипер сказал, что они приближаются к устью реки Озама, и к ночи будут в столице Санто-Доминго. Только здесь Они могут подойти близко к берегу, откуда можно увидеть красоту и оценить опасность, грозящую этому причудливому раю.
— Как чудесно, — сказала Мириам, тихо подойдя к ним.
— Бенджамин рассказывал тебе об острове? — Он впервые подумал о том, что с ней не стоит говорить о брате.
Ее лицо было почти бесстрастно, ясные серые глаза разглядывали стремительно приближающуюся береговую линию. Корабль повернул к более глубокой воде.
— Бенджамин всегда хотел, чтобы я жила здесь, в этом раю. И он не преувеличивал, говоря, как тут красиво и как непохоже на Европу. — Она замолчала, потом внезапно заговорила о другом. — Мы никого не знаем в Санто-Доминго. Твой отец живет далеко в глубине острова. Как мы известим его?
И снова Риго отметил странную отрешенность в ее голосе.
— Я отыщу доминиканский монастырь, в котором последние три года живет мой старший брат. Он, должно быть, может известить Аарона Торреса.
Она заметила, как подчеркнуто холодно он произнес имя своего отца. Неужели он просто оставит ее в своей иудейской семье, а сам отправится на поиски удачи и золота в Мексику?
— Что ты скажешь ему?
Риго прищурившись смотрел на дальние горы, словно пытаясь разглядеть за ними долину, где жила его семья.
— Не знаю. Даже если Бенджамин был прав и они желают моего возвращения, их отношение ко мне может перемениться тотчас, как только выяснится, что я отнял тебя у брата.
— Я никогда не хотела становиться между тобой и Бенджамином или разлучать тебя с твоей семьей, — сказала она сдержанно.
В первый раз, с тех пор как она оправилась от болезни, он положил руки ей на плечи и быстро отнял, так что она не успела отреагировать.
— Это не ваша, а моя вина. Но если я прав, это уже ничего не значит. Мой отец с женой могут решить, что им не стоит постоянно иметь перед глазами напоминание о безрассудствах молодости.
— Ты знаешь, что Аарон и Магдалена не сделают этого. Ты — Наваро, и они всегда желали твоего возвращения. Как только мы познакомились с Бенджамином, он говорил о тебе и о том, как твои родители тебя ищут.
— Ну тогда они должны принять меня и мою жену, разве не так? — Он посмотрел на нее ничего не выражающими глазами.
Мириам промолчала.
В гавани толпились суда всех видов. Небольшие каравеллы и бригантины, ходившие вдоль береговой линии, сновали вокруг огромных галеонов, груженных золотом ацтеков, готовых к отплытию в Севилью. С берега Риго разглядывал каменные стены Санто-Доминго.
— Эти укрепления — совсем как кастильские крепости в Андалузии, только в окружении гор и диковинных деревьев.
Новый город, расположившийся на западном берегу реки Озама, представлял собой в основном величественные каменные дома, выстроившиеся вокруг главной площади. Прямо напротив порта возвышалась королевская башня, служившая одновременно пакгаузом и тюрьмой, ее бойницы смотрели холодно и мрачно на сверкающий солнечный день.
Риго быстро разузнал, где находится монастырь доминиканцев, и распорядился погрузить их багаж на запряженную парой волов повозку, служившую основным средством передвижения здесь.
Наконец Пелигро снова стоял на твердой земле. Риго посадил Мириам впереди себя, и они отправились на поиски Бартоломео де Лас Касаса.
Погонщик мулов был, определенно, тоже наполовину индеец и удивленно, хоть и с пониманием, разглядывал Риго. Они ехали за тащившимися еле-еле животными, и Джуан показывал им город, отвечая на вопросы.
На какое-то время Мириам забыла о своих несчастьях. Ощущение твердой земли, ароматы фруктов и цветов целительно действовали на ее душу. Бенджамин был прав, восторгаясь этой землей. Теплые лучи солнца ласкали ее кожу, а сильные руки Риго бережно поддерживали ее.
Город был полон суеты и выглядел богатым и цветущим. Гораздо меньший, чем Марсель, он был очень чистым.
У Мириам потекли слюнки при виде экзотической снеди, которую местные жители продавали с прилавков, тянущихся чере площадь. Джуан выбрал хлеб из маниоки, сладкий картофель, кокосовые орехи, мясо дикого кабана и много разной свежей рыбы для нее.
— Ты голодна? Мы можем остановиться и попробовать чего-нибудь, — предложил Риго.
— Нет, давай сначала найдем твоего доминиканца. — Она почувствовала, как напряглось и тут же расслабилось его тело, когда он тронул поводья.
— Ты думаешь, что Бартоломео — инквизитор? Да он безобиднее ягненка, и скорее даст убить себя, чем принесет вред кому-нибудь. Не забывайте, миледи, на этой земле вы — христианка, — прошептал он, хоть Джуан и не прислушивался к их разговору.
Она ничего не ответила, вместо этого принявшись разглядывать чудесный сад с фонтаном и низко склонившимися к земле цветами и кустарниками. За ними виднелся чудесный дворец с двойной колоннадой и огромными широкими окнами.
— Что это за здание? — спросила она Джуана, тщательно выговаривая по-кастильски, в котором она теперь практиковалась.
— Этот дворец построил Второй Адмирал, дон Диего Колон. Сейчас король Карл призвал его обратно в Испанию, но его жена, блистательная донна Мария, сейчас живет здесь. Она — великая женщина, — важно добавил он.
Риго усмехнулся.
— Она племянница старого короля Фернандо и герцога Альбы. Колон заключил выгодный брак.
— Некоторые ненавидят генуэзскую династию. Другие, которым не угодил королевский казначей Пазамонте, поддерживают дона Диего. Может быть, он вернется, и его власть здесь восстановится. — По тону Джуана нетрудно было догадаться, что ему по душе такая возможность.
Мириам молча слушала их разговор, думая о невезучей вирайне
type="note" l:href="#FbAutId_2">[2]
, оставшейся в одиночестве с детьми в Эспаньоле, в то время как ее муж пытался осуществить свою мечту, заискивая перед королевским судом.
Джуан остановил повозку перед низким каменным зданием строгого и аскетичного вида.
— Это монастырь доминиканцев.
Риго соскочил с Пелигро и бережно поставил Мириам на землю. Попросив Джуана присмотреть за их вещами, он подвел ее к маленькой деревянной двери.
— Разве монахи, позволяют женщинам находиться на территории монастыря? — с сомнением в голосе спросила она. Риго улыбнулся.
— Им нельзя оставаться на ночь, если у них есть знакомые в городе, но Бартоломео лучше знает, где нам остановиться.
На их стук вышел старый монах, выслушал Риго и проводил их во внутренний дворик, предложив подождать в тени двух причудливо изогнутых пиний. Беспокойный молодой послушник побежал доложить отцу Бартоломео.
— Риго, неужели это действительно ты? — Маленький худой человек, одетый в простой белый балахон и черный плащ, отличительный знак ордена, протянув навстречу руки, спешил к ним по посыпанной гравием дорожке. Через мгновение Риго уже обнимал его. Бартоломео де Лас Касасу шел пятьдесят первый год. Резкие, жесткие черты его лица говорили больше о его характере, чем хрупкая фигура.
— Да, Бартоломео, это действительно Риго. Я изменился, заработал новые шрамы, а ты, я вижу, лишился своей шевелюры, — улыбаясь, сказал Риго, глядя на лысую голову брата, загоревшую от работы под горячим карибским солнцем.
— Невелика потеря, все равно мне выбрили бы тонзуру. — Прищурив карие глаза, он перевел взгляд с элегантно одетого Риго на женщину, которая спокойно стояла позади него. — Думаю, ты изменился больше, брат, чем тебе самому кажется. Но прежде всего — твоя леди, разве она не устала после долгого путешествия? — Он повернулся к Мириам и вежливо поклонился.
Представляя жену старшему брату, Риго изменился в лице и впервые был рад тому, что кожа его темна.
Бартоломео заметил странную напряженность между Риго и его женой, но решил, что ему будет проще понять причину этого, не спрашивая напрямую, а наблюдая. Он сам проводил их в комнату для гостей, приказав монаху принести немного еды.
— Вы оба оказались далеко от дома, Риго. Ты всегда клялся, что твоя нога не ступит на землю матери. Твои убеждения на этот счет изменились?
Риго был в смятении, усаживая Мириам и встретив изучающий взгляд Бартоломео. Он никогда не мог обманывать его.
— Нет, о твоих индейцах я думаю то же, что и раньше, — мрачно начал он; — Но во время осады Марселя я был тяжело ранен. Меня спас от смерти молодой доктор, который оказался моим братом. — Риго коротко рассказал о том, что произошло за Последние несколько месяцев, опустив только два момента: расторгнутую помолвку Бенджамина и Мириам и что его француженка-жена — иудейка.
Когда он закончил, Бартоломео де Лас Касас удивленно потирал подбородок.
— Пропавший сын Аарона Торреса, — задумчиво повторил он.
— Ты что-нибудь слышал об этом ребенке? — в голосе Риго послышалась враждебность и недоверчивость.
— Только когда я в первый раз встретился в 1502 году в Санто-Доминго с губернатором Овандо. Я никогда не был знаком с командующим флотом Первого Адмирала, живущим в отдалении от всех, но о нем и его сыне от женщины таино ходило много фантастических слухов. Неужели этот ребенок и тот младенец, которого мой отец привез из Кагуары, — один и тот же человек! — На его лице отразились тревога и недоумение.
— В отличие от своего брата я не верю, что Аарон Торрес хочет моего возвращения в семью. А что думаешь об этом ты, Бартоломео?
— Я слышал об этом не так много, потому что вскоре отправился на Кубу, а потом — в Рим, и сейчас помню только, что он искал тебя и предлагал большую награду тому, кто тебя вернет.
— Скоро я узнаю правду. Если все так уверены в моих правах, я оставлю Мириам здесь, чтобы она жила в большей безопасности и с большим комфортом, чем жена простого наемника. — Он подцепил на кончик ножа кусочек странного фрукта, похожего на дыню, и выжидающе посмотрел на Бартоломео.
— Аарон Торрес, судя по всему, богатый человек. Он и его семья живут в высокогорной плодородной долине далеко отсюда, на севере; Там они разводят коров и превосходных лошадей. Его корабли перевозят кожу и жир. а также золото отсюда в Севилью. Те же люди, которые управляют имениями Диего Колона, являются представителями Торреса в Санто-Доминго. Торресы и Колоны всегда были друзьями. Дон Аарон поставляет продовольствие и лошадей экспедициям направляющимся в Мексику и на Жемчужный Берег. Я думаю, у него есть что предложить тебе.
— Почему? Он женат на кастильской дворянке и в хороших отношениях с аристократами. Ты хорошо знаешь, как такие люди относятся к индейцам. — Риго пригубил вино в ожидании ответа Бартоломео.
— Торресы в дружественных отношениях с народом тайно.
Риго недоверчиво усмехнулся:
— Да, деля ложе с их женщинами. Бартоломео быстро взглянул на Мириам, сидящую с грустным выражением лица.
— Риго всегда гневается, когда ему плохо. И довольно часто задевает окружающих, вовсе не желая их обидеть, — мягко сказал он, обращаясь к ней, потом строго обратился к помрачневшему Риго: — На ранчо Торресов царит атмосфера равенства: там живет несколько сотен тайно. Их вождь — Гуаканагари — только помогает Торресам управлять ранчо, не являясь сборщиков податей с проживающих на ней индейцев.
: — Гуаканагари — брат моей матери. Бенджамин его очень хвалил.
— Но ты не поверишь ничему, не увидев все собственными глазами. Поэтому поезжай и убедись.
— Сколько времени займет дорога до ранчо Торресов? — спросила Мириам.
Заметив, что она бледна после долгого путешествия, Бартоломео встревожился. Понять, что жена Риго ждет ребенка, было нетрудно. Хотя Риго совершенно ничего не сказал ему по этому поводу.
— Туда несколько дней пути на лошадях, только верхом, потому что нет дороги, по которым могла бы проехать повозка. Я пошлю известие к вирайне, думаю, она будет рада оказать гостеприимство сыну Аарона Торреса и его жене. Пока вы будете отдыхать, слуги сообщат Аарону о вашем прибытии. «Почему всего несколько месяцев назад обо всем этом не было и речи? Почему Бенджамин Торрес не возвращается домой вместе с вами? Странное совпадение».
Мириам понимала, что святой отец удивлен и тронут приездом Риго с женой. Нервно облизнув губы и набравшись смелости, она сказала:
— Вы достаточно слышали о любимом офицере Первого Адмирала и его подвигах. А что вам известно о семье Аарона Торреса?
Бартоломео сел в плетеное кресло рядом с Мириам, взяв ее за руку. Добрая улыбка озарила лицб монаха, преобразив его.
— Я слышал, что он новообращенный христианин. Его родители погибли на костре инквизиции. Знаменитый дядя, Исаак Торрес, был советником старого короля Фернандо, а потом предпочел бежать во Францию, но не принял христианства. — Он почувствовал, как напряглась ее рука, и успокаивающе пожал ее. — Разве он не в Марселе? Не бойся, дитя мое. У доминиканцев в Эспаньоле слишком много дел по защите индейцев, несчастных тайно, чтобы они могли тратить время на поиски иудеев.
Риго улыбнулся.
— Я же говорил тебе, что он не инквизитор. Мириам, смутившись, посмотрела в глаза мудрого старого человека.
— Я была иудейкой в Марселе, но здесь, в Новом Свете, я христианка. Мы обвенчаны по христианскому обряду.
— И это означает, что у тебя теперь нет другой семьи, кроме Торресов, — понимающе заметил Бартоломео. — Они хорошо примут тебя, Мириам, не бойся.
Она одарила его сияющей благодарной улыбкой.
Вскоре Бартоломео вызвал послушника, приказав проводить гостей во дворец Второго Адмирала.
Роскошный дворец вице-короля поразительно контрастировал с аскетической строгостью монастыря. Низкая широкая колоннада, где их встретил слуга, вела в просторную приемную.
— Я не ожидала, что в Новом Свете встречу такую красоту и таких цивилизованных людей. Бенджамин говорил что их ранчо устроено очень удобно, но это… — Мириам любовалась генуэзскими гобеленами, покрывавшими стены и кожаными испанскими ширмами. Шкафы орехового дерева и кресла, украшенные искусной резьбой, делали комнату еще более элегантной. В центре возвышался массивный ореховый стол, инкрустированный золотом.
На одной из стен она заметила зеркало из полированного металла и остановилась, чтобы поправить выбившийся локон.
— Тысячу извинений, что заставила вас ждать, но мой младший сын требовал еду. Ему всего лишь год отроду, но он уже страшный тиран. — Донна Мария Колон решительной походкой вошла в зал, ее пышные розовые юбки изящно качнулись, когда она подняла руку в ответ на поклон Риго.
В ее черных волосах, поднятых в высокую прическу и стянутых на затылке янтарными гребнями, поблескивала седина. Тонкий, правильной формы нос и высокие скулы подчеркивали изящные черты лица, шоколадного цвета глаза светились весельем и проницательностью. Это была сильная женщина, привлекательна, но не красивая в привычном смысле слова. В любом бальном зале она привлекла бы внимание всех мужчин, без исключения.
— Итак, вы сын любимого героя моего мужа, великого Аарона Торреса. — Она удивленно разглядывала его лицо. — Какое поразительное сходство. Добро пожаловать, Наваро. Она повернулась к Мириам с приветствием. — Надеюсь, мы станем друзьями.
— Благодарю, ваше высочество, — ответила Мириам. — Зовите меня Марией. Губернаторство висит камнем у меня на шее.
— Донна Мария, могу я просить вас называть меня Родриго? Это имя, которое дали мне приемные родители.
— Вирайна изучающе посмотрела на него. — Конечно, Родриго, если вы забудете официальное «миледи» и будете называть меня Марией.
Через несколько минут великодушная хозяйка уже показывала предназначенные им покои, советуя отдохнуть перед вечерней трапезой. К услугам гостей была ванна с горячей водой и все, что они только пожелают.
Их комната была с видом на оживленный порт. Как только они остались одни Риго обратился к Мириам:
— Почему бы тебе не отдохнуть? Наверное, ты устала после такого длинного и ужасного путешествия. Я не хочу, чтобы ты переутомлялась, — обратился Риго к Мириам.
— Я беременна, но не больна, Риго. Пожалуйста, не обращайся со мной, как с инвалидом.
Он приблизился к ней и коснулся рукой шнуровки на груди, которую она ослабила, чтобы дать отдохнуть пополневшей груди и животу.
— Ты ведь у нас доктор. Если ты так хорошо себя чувствуешь, может быть, сегодня ночью ты примешь меня на этой великолепной постели?
Посреди огромной комнаты стояла широкая кровать с балдахином. Когда они вошли, Мириам старалась не смотреть на нее.
— Ты мой муж и имеешь право быть со мной в любое время, — тихо ответила она.
— Я, не хочу, чтобы ты страдала, исполняя свой долг. Если тебе позволяет самочувствие, откуда же такая холодность в последние несколько недель? «Зачем я заговорил на эту опасную тему?»
— Я становлюсь бесформенной. Уверена, ты не захочешь…
— Я уже говорил тебе, что твое тело не может быть неприятным для меня — имеет значение только твое отношение ко мне!
— Как и всегда, — возразила она, отстраняя его руки.
— Как подсказывает мне память, мы не понравились друг другу в первую же встречу. Но это никогда не мешало вспыхивающей между нами время от времени страсти… до сегодняшнего дня. — Он развернулся на каблуках и вышел из комнаты, хлопнув дверью.
Оставив Мириам, Риго оседлал Пелигро и отправился посмотреть город. И человек, и лошадь были рады выплеснуть бьющую через край энергию. Он поехал в сторону огромного собора, который начали возводить два года назад. Уже был заложен каменный фундамент, хотя было видно, что пройдут годы, прежде чем этот грандиозный проект будет завершен.
Проезжая по узкий улочкам, он рассматривал цветущий город, дома, выстроенные в основном из камня. Старые постройки над рекой снес невероятный ураган, о котором рассказывал ему Бенджамин.
Добравшись до площади, Риго остановился у небольшого прилавка, за которым индеанка продавала безделушки. Это были недорогие, но очень симпатичные ожерелья и браслеты, собранные из перламутровых осколков. Его внимание привлекло одно хрупкое на вид ожерелье розового цвета; он представил себе, как хорошо оно будет смотреться на Мириам.
Чувствуя себя не в своей тарелке, он спросил о цене. Ожерелье оказалось не очень дорогим. Осторожно спрятав свое сокровище в седельную сумку, Риго поехал дальше, недоумевая, зачем он купил женщине, привыкшей к дорогим украшениям, простые перламутровые бусы.
Путешествуя по оживленным улицам и останавливаясь, чтобы сделать покупки, он все время чувствовал преследование, но сколько ни оглядывался, не замечал ничего подозрительного. Хорошо помня, что случилось на корабле, вполне можно было допустить, что в Санто-Доминго некто мог предпринять попытку убить его.
За последние годы Родриго нажил немало врагов. При его занятиях это было неизбежно: «Но кто мог последовать за мной в Новый Свет?» Риго перебирал длинный список брошенных любовниц, обманутых мужей, даже молодых солдат, дорогу которым он, может быть, перешел, продвигаясь по службе. Наконец он решил бросить это занятие и продолжал разглядывать цветущий город.
Между прилавками, ломящимися от фруктов и изделий ремесленников, сновали чернокожие рабы. В городе он заметил совсем немного индейцев, которых было нетрудно узнать по длинным черным волосам, черным глазам и безыскусной крестьянской одежде.
Как и африканцы, они были рабами, хоть это было запрещено. Здесь работали и каннибалы с южных Карибских островов. Риго смотрел на этих бедняг, трудившихся под жарким солнцем, и пытался представить их воинственными, поедающими людей дикарями, Риго манила буйная растительность за городскими стенами. «Может, это зов крови?» Пустив коня мелкой рысью, он направился в сторону открытого берега реки.
Риго решил посмотреть на поля, возделанные на границе джунглей. Он подъехал ближе, и ему вдруг показалось, что какая-то сила затягивает его в темную чащу, словно желая поглотить. Прогоняя фантастическое видение, он потряс головой и принялся разглядывать ростки. Сахарный тростник и рис выращивали на экспорт на островах к западу от Санто-Доминго, а на этих полях росли маниока и маис. Бенджамин рассказывал ему о .местных хлебных культурах. У него мелькнула идея стать плантатором и солидным человеком. На мгновение Риго представил себе реакцию тайно на то, что человек их же крови будет управлять ими.
«Я, кажется, забегаю вперед. Скорее всего я окончу дни в Мексике, сбывая то, что нашел».
Он повернул Пелигро в чудесную темноту джунглей и вдруг почувствовал, что конь испуган. Потрепав его по холке и бормоча что-то успокаивающее, он поехал дальше, разглядывая с близкого расстояния первозданную красоту.
— Все это напоминает собор в праздничный день. Впереди показался еще один расчищенный участок, на котором он заметил небольшую группу индейцев, рыхлящих мотыгами мягкую красноватую почву. Небольшой ручей омывал корни огромного корявого дерева.
Держа Пелигро под узцы, Риго спешился и повел коня к ручью. Тайно на ближайшем поле прекратили работать и принялись перешептываться друг с другом, показывая на него. С холодной улыбкой Риго направился в их сторону, подняв руку ладонью вверх, что, как он надеялся, будет воспринято, как мирное приветствие.
— Вы говорите по кастильски? — спросил он. Один из парней вышел вперед и поклонился. Его чер-нильно-черные прямые волосы были грубее, чем у Риго, и спускались ниже плеч. Отбросив их за спину, юноша ответил:
— Да. Меня зовут Гаона. Чем могу служить вашей светлости? — Старшие закивали, в то время как младшие удивленно разглядывали дорогой костюм Риго и испуганно косились на Пелигро.
— Я просто хочу напиться и напоить лошадь. Один из старших тут же взял калебас и опустил в ручей чтобы набрать воды для Риго. Напившись, Риго обратился к индейцам:
— Меня зовут Родриго де Лас Касас, хотя, думаю, здесь в Эспаньоле, лучше знают имя моего отца, Торреса. Я — Наваро Торрес, — и да, вы правы, хоть и молчите, — я наполовину тайно.
Индейцы обменялись недоуменными взглядами и начали говорить между собой на странном, очень мягко звучащем языке. Потом одновременно грохнулись на землю в немом почтении, словно он был мавританский император!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Возвращение в рай - Хенке Ширл



Замечательная история любви двух братьев к замечательным сильным женщинам, наполненная приключениями, опасностями и сдобренная легким юмором. Несколько скомканные диалоги объяснений, не портят всей картины. Твердая 9 из 10.
Возвращение в рай - Хенке ШирлЛида
17.01.2016, 6.25








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100