Читать онлайн Сладкое безумие, автора - Хенке Ширл, Раздел - 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сладкое безумие - Хенке Ширл бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.17 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сладкое безумие - Хенке Ширл - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сладкое безумие - Хенке Ширл - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хенке Ширл

Сладкое безумие

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

12

– Белый Волос сказал, что дал клятву и американцев никогда не предаст, – презрительно процедил сквозь зубы Пожиратель Змей и вытер локтем обильные струи пота, стекавшие со лба. На открытой поляне жестоко припекало осеннее солнце, и воздух дрожал от жары перед глазами троих мужчин, усевшихся в кружок.
Стюарт Парди смерил молодого воина безучастным взглядом. Англичанину понадобилось несколько месяцев, чтобы разыскать небольшую группу юношей-индейцев во главе с Пожирателем Змей, недовольных нынешними вождями племени. С этим молодняком и предстояло сейчас поработать, так как не увенчались успехом попытки привлечь на сторону англичан крупные поселения на реке Осагов с помощью спиртного – переправить туда большую партию виски не удалось. И все из-за Шелби, будь проклят агент президента Соединенных Штатов! Он успел добраться до индейцев раньше англичанина, выступил на Большом совете и убедил осагов сохранить верность договору с американцами. Однажды Парди подвернулся случай расправиться с противником, но дело сорвалось. Не беда, все еще впереди, и в следующий раз этому мерзавцу не уйти.
И все же минувшее лето не прошло зря. Парди сопутствовала удача на переговорах с исконными врагами осагов – сау, живущими на востоке. Добившись от них согласия на поддержку британской короны, Парди двинулся на север и склонил к союзу с англичанами сиу и рисов, но эти племена жили слишком далеко, их поддержка не имела большого значения. Сейчас перед ним стояла самая сложная задача – убедить перейти на сторону Британии самое могущественное в бассейне Миссури индейское племя.
Парди повернул голову, и его почти бесцветные глаза, как заточенные пики, легко пронзили броню самоуверенности молодого воина.
– Разве ты боишься старика? – холодно спросил англичанин.
Дух Огня, ближайший помощник главаря группы недовольных, оскорбился и положил руку на рукоятку томагавка, торчавшего из-за пояса, но Пожиратель Змей только зло усмехнулся и презрительно обронил:
– Должно быть, англичанин просто глуп и ничего не смыслит в том, как решаются вопросы на Совете старейшин. У Белого Волоса большая сила. Старейшины его слушаются, и нельзя выступать против него открыто. Вот если англичане одержат решительную победу на Востоке… – Молодой воин многозначительно посмотрел на Парди. – Так как насчет победы?
– Не беспокойся, победа будет. Имеющие уши да услышат. – Парди драматически воздел руки. – Гудит земля от далекого севера до крайнего юга, и знают слово там, где воды Матери Всех Рек впадают в бескрайний океан. Твои братья из великого народа шони, живущие по берегам могучей реки и к востоку от нее, маскоги и семинолы, чероки и чоктау – все внимают Текумсеху, другу нашего отца-короля. Вождь племени шони зовет к созданию великой конфедерации, которая охватит огромные территории от Великих озер на севере до океана на юге. Если все племена пойдут за Текумсехом войной на американцев, неужели осаги останутся в стороне и будут сидеть у костров, как жалкие женщины?
– Смело сказано. А ты сможешь это повторить на Совете старейшин? – ядовито поинтересовался Дух Огня.
– Давай проверим, – парировал Парди, зло прищурившись.
Пожиратель Змей важно молчал, неспешно посасывая длинную глиняную трубку, к которой по очереди прикладывалась вся троица, и мысленно нахваливая табак, подаренный англичанином. Молодому воину не терпелось взобраться на самую вершину и стать вождем племени, но эта должность обычно переходила по наследству, и кандидат получал одобрение Совета старейшин. Пожиратель Змей не происходил из рода вождей, но рассчитывал занять высокий пост, если удастся заручиться поддержкой совета и нанести поражение Похуске, своему злейшему врагу. Для этого требовался могущественный союзник, и, возможно, хитрец-англичанин способен сыграть такую роль.
– Когда великое племя осагов вновь соберется в зимнем лагере у реки, чтобы собрать урожай и подготовиться к зиме, я попрошу Совет старейшин выслушать тебя, если ты не побоишься сказать свое слово и сможешь предложить достаточно подарков. Старейшины должны воочию убедиться в щедрости твоего короля.
– Если ты предоставишь мне такую возможность, о Пожиратель Змей, ты сам увидишь, как далеко простирается щедрость моего короля, – заверил индейца Парди. – Король-отец может одарить так, как его верным слугам и не мечталось.
С этими словами англичанин достал бутылку виски и передал Духу Огня, который незамедлительно приложился к горлышку.
«Дайте мне только шанс, а я уж покажу вам щедрость короля. Надолго запомните», – думал Парди.


Осень в этом году выдалась на редкость теплой, что обещало мягкую зиму. Следовательно, можно ожидать богатого урожая и хорошей охоты. Жаркое солнце жгло спину Оливии, копавшей картошку на маленьком огороде. Она уже надергала моркови, отобрала лучшие початки кукурузы на ужин, и оставалось только нарвать дикого лука в лесу. Оливия присела на корточки, подставив разгоряченное лицо свежему ветерку, и с удовольствием окинула взглядом красивую долину, ставшую ее домом в последние месяцы.
Микайя построил хижину возле берега Гасконейды, небольшой реки с кристально чистой водой, бравшей истоки у горных отрогов на юге и змеившейся среди лесистых холмов. Дом был сложен из кедра, а щели меж бревнами тщательно замазаны глиной с соломой, так что стены надежно защищали от зимних холодов. Одноэтажное, квадратной формы, предельно простое сооружение венчала плоская крыша, сделанная из толстых жердей, переплетенных гибкими прутьями, и покрытая той же смесью, которой были промазаны стены, – непроницаемой для дождя и снега. Свет проникал в хижину только через дверь и два крохотных оконца, но в теплое время года дверь постоянно стояла открытой и был аккуратно закатан пергамент, обычно затягивающий окна.
Подоконники украшали примитивно сколоченные ящики с цветами, что немало удивило Оливию при первом знакомстве с домом. Она еще больше изумилась, когда Микайя с гордостью продемонстрировал грядки цветов, которые он высадил рядом с кукурузой, картофелем, горохом и прочими овощами. А еще он выращивал полезные травы и специи. Микайя Джонстон оказался человеком редким и удивительным, сочетавшим пугающую внешность с исключительно мягкой душой.
– Только круглые идиоты питаются одним мясом и не употребляют зелени, – не раз говорил Микайя. – Я знавал немало крепких мужиков, погибших от цинги, потому что они ели только мясо. Человеку требуется и мед тоже, и поэтому я отыскиваю пчелиные дупла на деревьях и у меня мед всегда в запасе.
– А зачем тебе всякие специи и цветы? – полюбопытствовала Оливия.
– Специи придают вкус пище. Моя Мария всегда использовала приправы и цветы тоже любила, говорила, что способствуют пищеварению. Любуешься их красотой, и на душе легче. Семена я привез из Каролины. А теперь подхожу к окну – и так хорошо пахнет.
Внимательный и отзывчивый, с хорошим чувством юмора, хозяин хижины все больше нравился Оливии. А однажды достал из своих закромов скрипку и окончательно покорил девушку, сыграв зажигательную песню горцев Каролины.
Негромко мурлыкая полюбившуюся мелодию, Оливия пошла к реке помыть овощи. По дороге нащипала дикого лука, памятуя уроки Микайи. Он научил ее ценить дары природы – дикие фрукты, орехи и ягоды, травы и коренья, придававшие любому блюду неповторимый вкус. Под руководством мудрого великана девушка теперь могла отличить съедобные ягоды и травы от ядовитых и собрать в лесу добрый урожай.
Однако новая жизнь далась нелегко, и многое пришлось постигать с азов, идя тернистым путем проб и ошибок. Первые опыты у громадной печи, сложенной в углу хижины из камня, дали плачевные результаты. Руки покрылись синяками, ссадинами и ожогами, оленье мясо невозможно было прожевать, а кукурузные лепешки подгорали и крошились. Но со временем Оливия овладела искусством готовить мясо в духовке и жарить лепешки на тяжелой чугунной сковородке. Она теперь умела даже приготовить вяленое мясо со специями, душистое и питательное, не имевшее ничего общего с глинистой массой, которой потчевали матросов Мануэля Лисы их жены-индианки.
Девушка, выросшая в городе, могла нынче похвастаться навыками, без которых немыслима жизнь на природе. К примеру, она умела снять шкуру с туши бизона, вычистить железной щеткой, а потом втереть пепел и мозги, чтобы придать шкуре мягкость и эластичность. Когда Оливия впервые погрузила руки в серое месиво из пепла и мозгов и приступила к работе, следуя указаниям Микайи, ей невольно вспомнилась глупая девица, которую стошнило от запаха крови, когда Сэмюэль велел помочь индианкам при разделке туши оленя. С тех пор она дала себе зарок ни при каких обстоятельствах не пугаться вида или запаха крови.
Иногда Микайя брал ее с собой в лес расставлять силки и капканы, показывал, как правильно читать следы зверей. Оливия довольно быстро научилась готовить вкуснейшие блюда из жирных диких кроликов и тучных дроф, но прошло много времени, пока ей далось искусство меткой стрельбы. Зато сейчас она могла поразить мелкую дичь с первого выстрела, хотя для этого нужно было постоянно практиковаться, в том числе на мишенях, которые устанавливал Микайя. Он требовал жалеть зверей и убивать ровно столько, сколько надо для ежедневного пропитания, хотя с приходом осени от этого правила пришлось отказаться – наступал сезон заготовки мяса впрок на зиму. Как раз на будущей неделе Микайя собирался на охоту за крупной дичью, и Оливия с нетерпением ждала того дня.
Она тщательно вымыла овощи в ручье и направилась назад к хижине. Недалеко от входа на железном штыре висела кастрюля над костром, пламя которого почти не было видно в ярких лучах послеполуденного солнца. В теплое время года еду готовили на свежем воздухе, чтобы ночью не было душно спать в доме. Оливия встала на колени у костра, сняла крышку с закопченной чугунной кастрюли и блаженно втянула носом аромат розмарина и оленины, потом размешала тушеное мясо поварешкой, нарезала овощей и забросила в кастрюлю. Пока еда доспеет, на что уйдет не один час, есть время заняться шкурой бизона, из которой должно получиться теплое пальто на зиму.
– Для девицы, которая в детстве не умела даже нитку продеть в иголку, я справляюсь не так уж плохо, – похвалила себя Оливия, терпеливо протаскивая длинную стальную иглу сквозь толстую бизонью кожу. Уроки Микайи явно не пропали даром.
За работой время бежало быстро, и девушка не заметила, как солнце начало клониться к закату. Она встрепенулась и подняла голову, заслышав звуки голосов и собачий лай, доносившиеся снизу из долины. Оливия радостно улыбнулась и встала в ожидании гостей.
– Вот это да! Пахнет так, что слюнки текут. Ты молодец, Искорка, – весело крикнул издали Микайя, выходя из густых зарослей на склоне холма. Он дал девушке такое прозвище не только по цвету огненно-рыжих волос, но и из-за ее вспыльчивого, огненного характера.
Из-за спины хозяина вперед вырвался громадный кудлатый пес грязно-белого окраса с изуродованным левым ухом и во весь опор помчался к Оливии, вертя лохматым хвостом и подвывая в предвкушении встречи.
– Ну что, псина? Что скажешь, Буян? – нежно приговаривала Оливия, безуспешно пытаясь уклониться от горячего шершавого языка, облизывавшего ее щеки. Пес с наскока едва не сбил девушку с ног и теперь не сводил с хозяйки темных влажных глаз, в которых светилось обожание.
Оливия терпеливо сносила бурные ласки, припоминая, как перепугалась, когда подошла к хижине Микайи впервые. Дорогу к двери перегородило грозно рычавшее лохматое чудовище. Растерявшаяся было девушка быстро сумела найти путь к сердцу зверя, и не прошло и часа, как пес валялся на спине, подставив живот в ожидании, что его почешут. Глядя на это, Микайя божился, что свершилось чудо. Буян не признавал посторонних, и чужакам не рекомендовалось до него даже дотрагиваться. Видимо, в память пса навсегда врезались жестокие обиды раннего детства, когда над ним измывались под пьяную руку прежние хозяева, из рук которых вызволил его Микайя. Он пригрел и откормил Буяна, и пес отвечал ему преданностью, но всех остальных людей на дух не переносил – пока не появилась Оливия. С нею они стали неразлучными друзьями. Девушка скармливала Буяну лучшие куски со стола, а по вечерам они лежали рядышком у огня, Оливия почесывала псу живот и напевала песенки, которые наигрывал на скрипке Микайя.
– У нас сегодня гости, – объявил хозяин хижины, приближаясь к костру. Рядом с ним шел высокий, гибкий индеец из племени осагов.
– Приветствую тебя, Железный Коршун, – сказала Оливия с вежливым поклоном. Одетая в длинные чулки из оленьей кожи и короткую хлопчатобумажную тунику, подобную той, какую носил ее приемный отец, она спокойно стояла перед гостем, не обращая внимания на его крайне необычный вид.
По традиции его народа, голова и лицо индейца были гладко выбриты, брови выщипаны и лишь с макушки на спину свисала длинная черная косичка с искусно вплетенными ракушками и перьями. Обнаженное по пояс мускулистое тело цвета старой бронзы покрывала синяя татуировка, изображавшая подвиги воина в былых баталиях. Мочки ушей растянулись под тяжестью огромных серег из кости и стекла, а шею украшали несколько рядов тяжелых бус. Железный Коршун являл собой образец варварского великолепия. В былые времена Оливия бы упала в обморок при виде столь страшного дикаря, а сейчас отнеслась к гостю без тени смущения. С тех пор как она поселилась в хижине Микайи Джонстона, девушка ко многому привыкла и научилась ладить с индейцами разных племен, особенно с осагами, верховодившими в этих краях. Микайя поддерживал добрые отношения с коренными жителями и вел с ними активную торговлю, обменивая стальные топоры, ножи и прочие предметы домашнего обихода, которые производились в мире белых, на всякие полезные вещи, которые ему приглянулись или которые можно было позднее продать за наличные в белых поселениях, – жилеты из мягкой оленьей кожи с вшитыми иглами дикобраза, мокасины, разукрашенные бусинками, керамическую посуду и водонепроницаемые корзины из тростника.
В ответ на приветствие Железный Коршун важно кивнул и искоса глянул на «сына-дочь» Большого Медведя, как называли Джонстона индейцы. Индеец не понимал, как женщина может жить и охотиться по обычаям Длинных Ножей, так как не женское это дело, но готов был смириться с таким поведением из уважения к Большому Медведю. Изъяснялись они друг с другом на чудовищной смеси английского, испанского и языка осагов.
– Рад тебя снова видеть. Ты подготовила свои ножи к большой осенней охоте? – спросил Железный Коршун, в глазах которого плясали смешинки. Он отлично знал, что сын-дочь пойдет на охоту с Большим Медведем и не станет рассиживаться у костра в ожидании возвращения мужчин с добычей, подобно прочим скво, но уж очень хотелось немного поддразнить девчонку.
Оливия не спешила с ответом, наполнила две жестяные миски густым рагу, вручила одну гостю и с улыбкой сказала:
– Большой Медведь и я возьмем с собой не только ножи… нам понадобится и острый глаз, чтобы выследить бизона.
– Я же тебе говорил, что моя Искорка за словом в карман не лезет, – рассмеялся Микайя, звучно хлопнув рукой по бедру. – Да и отваги ей не занимать. Ты бы посмотрел на нее, когда я впервые дал ей карабин и сказал, что пора научиться стрелять.
Джонстон принял миску с тушеным мясом, присел на корточки в тени большого дерева, растущего возле хижины, и продолжил свой рассказ. Вопреки обычаям осагов, Оливия сразу же наполнила и свою миску и присоединилась к мужчинам. Прислушиваясь к словам Микайи о том, как прошлой весной она впервые в жизни взяла в руки ружье, Оливия вновь переживала те события, и прошлое вставало перед глазами.
С самого начала их жизни в хижине Микайя настоял на том, чтобы Оливия не выходила из дома без ружья, хотя оно и не было заряжено. «Привыкай, – говорил он. – Руки должны ощущать тяжесть оружия». Под его руководством она училась целиться в камни, деревья, парящих в небе коршунов и прыгающих с ветки на ветку белок, нажимать на курок и «убивать». Наконец Микайя объявил, что Оливия может сама зарядить гладкоствольный кремневый карабин калибра 0,69 дюйма и выстрелить.
Микайя проследил за тем, как она заряжает, одобрительно кивнул и сказал:
– Пока очень медленно, но быстро получится, когда попрактикуешься. Стрелять будешь вон туда. – И ткнул пальцем в старый дуб примерно в семидесяти пяти ярдах, на стволе которого он вытесал топором белую отметину размером чуть больше своего кулака.
Как только Оливия взвела курок, Микайя остановил ее.
– Погоди, Искорка, – сказал он. – Во-первых, запомни, что при возможности надо подыскать опору, положить ствол на камень или на ветку. Либо прислонись плечом к стволу дерева. Во-вторых, обязательно крепко прижми приклад, чтобы не ударило при отдаче. Вот так. Теперь пали!
Оливия повторяла эти движения уже сотни раз в прошлом и сейчас подняла ружье, прижала к плечу приклад, глубоко вздохнула, выдохнула и навела мушку на мишень. Как учил Микайя, все следовало проделать плавно, одним движением, а когда подведешь мушку под мишень, курок не дергать, а нажимать постепенно. Так и поступила. Раздался грохот, из дула вылетело облачко дыма, и девушка непроизвольно выронила оружие. Она не была готова ни к звуку выстрела, ни к сильной отдаче прикладом в плечо. Смутившись, она украдкой посмотрела на учителя.
– Ну что ж, для первого раза все не так плохо, – подвел итог Микайя, задумчиво почесывая бороду. – В мишень не попала, но дерево все же задела. Я видел, как отлетел кусок коры. – Он перевел взгляд на ружье, валявшееся на земле. – Бросать ружье после каждого выстрела не советую. Больше времени уйдет на перезарядку. И механизм можно повредить.
Девушка закусила губу, чтобы не расплакаться от стыда, и потупилась.
– Не горюй, Искорка, – утешил ее Микайя. – Заряжай, а я пойду посмотрю, куда ты попала. – И медленно пошел к дубу.
Когда он вернулся, ружье было вновь заряжено и готово к стрельбе.
– Видно, глаза у меня уже не те, что раньше, – с улыбкой сказал Микайя, запустив в бороду всю пятерню. – Оказывается, ты не просто задела дерево, а угодила, считай, в самый центр мишени. Я знавал охотников, которым это не удавалось ни разу в жизни. Поздравляю. – Оливия зарделась от похвалы. – Давай еще раз попробуем.
Заученным жестом девушка подняла ружье, прицелилась, выстрелила и… не попала даже в дерево. Удивленно посмотрела на учителя, а тот закатился смехом. Глядя на него, Оливия начала улыбаться, а потом тоже рассмеялась.
– Ладно, Искорка, заряжай снова и помни, что ты еще не настоящий охотник. Не слишком-то зазнавайся.
Тут голос Микайи вернул ее к настоящему:
– Слушай, Искорка. Железный Коршун видел стадо бизонов там, где река Осагов впадает в Миссури.
– Так близко? Я-то думала, нам придется углубляться далеко в прерии, где охотятся индейцы кау, – откликнулась Оливия, радостно возбужденная перспективой принять участие в охоте на бизонов.
– Большая охота начнется, как только соберем урожай, – вставил Железный Коршун. – Место сбора у слияния рек. Может статься, охотникам из племени осагов будет чему поучиться у сына-дочери Большого Медведя, Горячего Уголька.
Оливия знала, что индеец предлагал за нее огромный выкуп, но Микайя вежливо и решительно отклонил его предложение, пояснив, что у девушки есть муж, Длинный Нож, попросивший Большого Медведя присмотреть за ней, пока он служит в американской армии. Это навевало тяжелые воспоминания о Сэмюэле, но Оливия не возражала против такой интерпретации. Ведь надо же было как-то оградить девушку от новых покушений на ее свободу.
После большой охоты они вернутся домой и займутся подготовкой к зиме, будут солить и вялить мясо, сушить овощи и фрукты. Хотя зима в этих лесистых районах Миссури была не столь суровой, как в верховьях великих рек, где случались морозы и метели, лучше отнестись с должным уважением к капризам природы и запастись всем необходимым на случай, если выпадет глубокий снег, станет мало дичи или кто-то из них заболеет.
А весной Микайя совершит свое ежегодное путешествие в Сент-Луис, чтобы выменять немногие припасы, которые можно достать только в городе. И возьмет с собой Оливию. Она порой задумывалась над тем, что станет делать, когда вернется туда, где прожила столько лет. Микайя несколько раз упоминал о Сэмюэле, высказывая предположение, что полковник, вероятно, служит в форте Беллефонтейн.
Проницательный горец догадывался, что девушка по-прежнему питает нежные чувства к бросившему ее негодяю. Вполне возможно, Микайя даже был бы не прочь заставить полковника под дулом ружья жениться на Оливии. От одной мысли об этом девушку бросало в дрожь. Когда речь заходила о прошлом и всплывало имя Шелби, она разыгрывала равнодушие и замыкалась в себе и в такие минуты ничем не напоминала заплаканную девчонку, признавшуюся некогда Микайе в своей любви к молодому полковнику. Возвращаться к пережитому не было никакого смысла, как и бесполезно строить планы на будущее. Сейчас нужно жить настоящим и наслаждаться новой жизнью, ощущением свободы и такой уверенности в собственных силах, о какой она не могла и мечтать в своем прежнем городском существовании.
Вот придет весна, и тогда Оливия решит, какой путь выбрать. Но при всех обстоятельствах этот путь пройдет вдали от дорог, по которым ступает полковник Сэмюэль Шеридан Шелби.


В отличие от Оливии, Шелби не мог похвалиться, что провел лето и осень приятно, с заметной пользой. Расставшись с Мануэлем Лисой, несколько недель он переходил от одного небольшого лагеря осагов к другому и выкурил не одну традиционную трубку мира со старейшинами, ведя долгие беседы о надвигающейся войне между американцами и англичанами, которые намереваются приплыть из-за океана.
Сэмюэль успел добраться до селения, где жил вождь осагов Белый Волос, раньше английского агента, но во многих других случаях англичанин оказывался на шаг впереди и продолжал сеять смуту, раздавая индейцам виски и оружие. На переговорах со старейшинами Шелби неизменно подчеркивал, что английский король живет далеко за океаном, не питает к осагам большого интереса и не способен обеспечить им защиту от врагов, в то время как американский президент всегда будет рядом и кровно заинтересован в поддержании порядка на берегах Миссури. Американцы в любом случае выиграют войну, поскольку будут воевать на своей территории, убеждал полковник индейцев. Именно поэтому необходимо хранить верность договору, который заключен между осагами и американским правительством, и во всем положиться на мудрость президента Мэдисона, Отца Бледнолицых из Вашингтона.
Оставалось надеяться, что его слова упали на благодатную почву, хотя полной уверенности не было. Шелби так и не научился читать мысли индейцев, слушавших его речи с непроницаемыми лицами, молча. Не помогли и несколько летних сезонов, проведенных Сэмюэлем с Лизой и Сантьяго среди апачей. Иногда полковник сожалел, что не вырос и не жил среди краснокожих, как Сантьяго, легко находивший общий язык с индейцами, но ведь в этом случае, утешал себя полковник, он не был бы эмиссаром Джемми Мэдисона.
К концу лета, идя по следу неуловимого английского агента, Шелби пересек Миссисипи и попал на территорию Индианы, где вскоре обнаружил, что племена сау и шони твердо встали на сторону англичан. После короткой беседы с губернатором и командующим местными войсками Уильямом Генри Гаррисоном, грубым молодым солдафоном, который произвел на него тягостное впечатление, Сэмюэль понял – открытая и кровавая война между американскими поселенцами и индейскими племенами предрешена и неизбежна, причем ее жаждут обе стороны.
В прошлом месяце Шелби вернулся в Луизиану в надежде хоть здесь добиться успеха. Для этого нужно было по крайней мере выступить на Большом совете племени осагов. Заодно, возможно, найдется человек, который выведет на след английского агента. Если удастся сохранить мир на землях к западу от Миссисипи, остается надеяться, что губернатор Гаррисон сумеет справиться с ситуацией в Индиане, хотя Сэмюэль именно в этом сомневался. Под командой Гаррисона находилось хорошо вооруженное и подготовленное ополчение, но за самонадеянность губернатора придется дорого заплатить. По глубокому убеждению Сэмюэля, победа над проанглийскими силами Текумсеха возможна только ценой большой крови.
«Сантьяго абсолютно прав. Наше правительство повело себя совершенно неправильно в вопросе о конфедерации шони, – горько размышлял полковник, сидя у костра и ожидая, когда закипит кофейник. – Поселенцам разрешали захватывать земли племени, а правительство потом узаконивало эти захваты, оттесняя индейцев все дальше на запад. Если мы теперь претендуем на весь регион в верховьях Миссури вплоть до Тихого океана, куда деваться индейцам?» Над этим вопросом невольно задумался Шелби, небольшими глотками прихлебывая горьковатый густой напиток.
Аромат кофе напомнил, как однажды Сэмюэль чуть не захлебнулся, отведав жуткое варево, приготовленное Оливией. Интересно, где она теперь? Наверняка давно вернулась в город. Причем маловероятно, что живет смирно в домике на Плам-стрит и поджидает возвращения Шелби. Полковник хотел было прогнать воспоминания, но тут же перед глазами возникли огненно-рыжие волосы, разбросанные по белой простыне, и защемило сердце.
Расставаясь с командой Мануэля Лисы, Шелби рассчитывал справиться со своей задачей в течение двух месяцев и вернуться в Сент-Луис к моменту прихода туда лодки. Однако обстоятельства сложились иначе, и теперь можно было только гадать, куда занесло прекрасную мадемуазель и в какой кровати она проводит ночи, в то время как полковник вынужден скитаться по этой глуши. Скорее всего девушка даже не заходила в дом на Плам-стрит. По прибытии в Сент-Луис наверняка сразу же пустила в ход кредитное письмо, купила билет на пароход в Новый Орлеан и отправилась к своему «дядюшке», который, по всей вероятности, приходится ей на самом деле любовником.
Шелби живо себе представил, как пожилой француз ласкает Оливию, сжал кулаки и крепко выругался, выплеснул остатки кофе в огонь и вскочил на ноги. «Надо забыть о ней раз и навсегда, будь она трижды проклята!» – убеждал себя полковник без особого успеха. В глубине души упрямо шевелилась надежда, что, приехав в Сент-Луис, он найдет девушку в доме на Плам-стрит.
Неожиданно испуганно всхрапнул чалый жеребец, которого Шелби приобрел в селении Похуски, и рука полковника легла на рукоятку пистолета за поясом. Он давно уже покинул места, населенные враждебными племенами, но и здесь бродили шайки мятежных осагов, готовых ослушаться приказа старейшин и снять скальп с белого человека. Сэмюэль чертыхнулся и затоптал костер, который позволил себе развести впервые за многие дни. Кто-то, видимо, скрывался в зарослях и не спешил показаться, что само по себе внушало тревогу.
Шелби подобрал ружье, прислоненное к поваленному дереву, на котором он сидел, и осторожно пошел к лошади, поглядывая в сторону зарослей. Неожиданно на опушке показалась фигура индейца. Он не был вооружен и вроде бы держался дружелюбно, но что-то в его поведении насторожило Сэмюэля. Полковник узнал в индейце Пожирателя Змей, молодого воина из большого поселения осагов. Он был известен буйным и непокорным нравом. Короче, один из тех, встречи с кем больше всего опасался полковник. Сэмюэль положил ствол ружья на сгиб руки и стал ждать, когда непрошеный гость прояснит свои намерения.
Вдруг сзади на голову полковника обрушился страшный удар, глаза обожгло будто молнией, и все заволокло чернотой. Подогнулись колени, и он рухнул на землю лицом вперед.
Пожиратель Змей самодовольно ухмыльнулся, а тем временем на поляну высыпали Дух Огня и еще с десяток его приверженцев. Все они сгрудились вокруг и во все глаза пялились на Длинного Ножа, лежавшего головой в небольшой лужице крови. Брошенная с большого расстояния боевая дубина не раскроила ему череп, а лишь оглушила. Никто не проронил и слова. Пожиратель Змей пнул ногой полковника в бок и перевернул на спину.
– Тот самый, о ком говорил Парди. Этот человек охотится за англичанином, – сказал предводитель банды.
– Давайте снимем с него скальп и отдадим англичанину. Он нам наверняка хорошо заплатит, – предложил один из воинов.
– Мысль хорошая, – одобрил идею Дух Огня. – Жаль только, что волосы у него темные, а не светлые, и скальп ничем не будет отличаться от других. Со скальпом успеется. Давайте сначале позабавимся. А ну, разбудите его.
Пожиратель Змей согласно кивнул, и двое воинов подхватили Шелби под мышки, поставили на ноги и опорожнили ему на голову весь его запас воды. Сэмюэль открыл глаза и сразу почувствовал, как от боли раскалывается череп, ощутил на губах солоноватый вкус крови, смешанной с затхлой водой, тряхнул головой и тут же пожалел об этом, когда в висках оглушительно застучало и острая боль отдалась во всем теле.
Осознание происходящего приходило с трудом. Судя по тому, что руки едва не выворачивались из плеч, его крепко держали с двух сторон. Он вспомнил одинокого индейца, показавшегося у края опушки, и понял – это была ловушка. Его оглушили ударом сзади и потом облили водой. Но, по крайней мере, он был еще жив.
Шелби медленно поднял голову и расправил плечи, сбросив чужие руки, гордо выпрямился и оглядел своих противников. Хорошо бы восстановить четкость зрения, чтобы не сбиться со счета, но даже если в глазах двоится, все равно краснокожих вокруг слишком много.
– Меня зовут Шелби, и меня прислал великий Отец Бледнолицых из Вашингтона, – сказал полковник по-испански, зная, что из всех европейских этот язык пользуется наибольшей популярностью среди осагов. – Я путешествую под покровительством Белого Волоса, вождя осагов. Мы встречались в селении великого вождя, и вы знаете, что я говорю правду.
– Ты наш пленник, и Белого Волоса здесь нет, – скривился в ответ Дух Огня.
– Ваш вождь дал мне слово, и вам надлежит его держать. Это дело чести. Вы обязаны предоставить мне свободу, – настаивал Сэмюэль, стараясь выиграть время и пытаясь понять, чего они добиваются.
– Наша честь останется при нас, – важно произнес Пожиратель Змей. – Бледнолицым не дано понять, что такое честь воина. Твоя судьба в моих руках, и никто за меня не может решить, как с тобой поступить.
– Неправда, – мягко возразил Шелби. – На самом деле моей судьбой распорядился другой человек… бледнолицый. Вы его знаете как «англичанина». Ведь это он велел меня разыскать? Хочет решить мою судьбу чужими руками. Выходит, он трус, если боится сам со мной драться. Если мы с ним сойдемся лицом к лицу, тогда и будет видно, кто сильнее – его король или мой президент.
– Нам наплевать на королей и президентов, любого вождя бледнолицых. Мы осаги, и нам принадлежит эта земля, – напыщенно заявил Дух Огня.
– Ага, значит, Длинный Нож готов сражаться, – вмешался в спор Пожиратель Змей, выступив вперед. Хотя в Шелби было больше шести футов роста, молодой воин возвышался над ним почти на два дюйма и упивался своим превосходством, выпятив грудь. – Мы дадим тебе возможность спасти жизнь… если у тебя хватит мужества воспользоваться своим шансом.
– О каком шансе идет речь? – небрежно, с показной самоуверенностью спросил Шелби. Он знал, что демонстрировать страх или нерешительность – значит лишь ускорить свой конец.
– Ты умеешь быстро бегать, Длинный Нож? – поинтересовался Дух Огня и злобно ухмыльнулся.
Краснокожие моментально стащили с полковника рубашку и сапоги, оставив только кожаные брюки, и выстроились в две шеренги на расстоянии пять футов. Больше десяти индейцев воинственно потрясали копьями, дубинками и палками, Шелби предстояло пробежать сквозь строй, а с двух сторон на него посыплются удары. А что будет потом, если он останется в живых?
Будто прочитав его мысли, Пожиратель Змей пояснил:
– Если пройдешь до конца живым, это первое испытание. Тогда беги. Но если мы тебя перегоним, это будет второе, и последнее, испытание. Посмотрим, достаточно ли у тебя мужества.
Шелби многозначительно посмотрел на свои босые ноги, перевел взгляд на мокасины индейца и процедил сквозь зубы:
– За меня не беспокойся, лучше подумай о себе. Видно, это у тебя не хватает мужества, если ты отобрал у меня сапоги.
Полковник затеял опасную игру. Дикарь мог либо просто пристрелить его на месте, либо принять вызов. Нет, убивать не станет, слишком молод и самоуверен. Может, его даже заденет, что пленник поставлен в неравные условия.
Холодная маска не позволяла угадать, что творится в душе краснокожего. Он обдумал слова бледнолицего и вынес вердикт:
– Если ни разу не упадешь от удара и дойдешь до конца, беги до того старого дуба. – И он указал на огромное дерево примерно в трехстах ярдах от края двух шеренг. – Как только с ним поравняешься, мы начнем погоню.
«Они мне дают фору, и это хорошо, но кардинально не меняет ситуацию, – думал Сэмюэль. – Если еще раз ударят по затылку, мне несдобровать. Придется как-то изворачиваться». Его взгляд упал на амулет, висевший на шее Пожирателя Змей, и в голову пришла идея, способная спасти жизнь. Не зря провел несколько месяцев в индейских поселениях и кое-чему выучился.
– Вот у тебя есть средство от злых духов, – показал Шелби пальцем на амулет.
– Ну и что? – ответил индеец с презрением. – Бледнолицые не верят в магию.
– Ошибаешься. Все, кто сражается под флагом великого Отца Бледнолицых из Вашингтона, верят в магию, а наши амулеты – это военная форма. – Полковник указал на свой мундир, который индейцы вытащили из дорожной сумки и швырнули на землю. Они разворошили все его пожитки и разбросали вокруг, с интересом разглядывая бритвенные принадлежности и прочие личные вещи. – Ведь ты не снимаешь свой амулет, – продолжал полковник, с вызовом глядя на предводителя банды, – так позволь и мне взять свой. Или боишься?
– Бери, – разрешил индеец со зловещей усмешкой. – Посмотрим, чья магия сильнее.
Сэмюэль поднял с земли плотный китель с погонами и медалями. Полковник прихватил его в дорогу для особо торжественных случаев – для выступлений на Совете старейшин и встреч с вождями племен. Кажется, сейчас представился шанс использовать мундир не только ради того, чтобы произвести впечатление на дикарей.
Полковник подошел к краю двух шеренг краснокожих, расставил ноги, перекинул китель через руку и кивнул Пожирателю Змей. Он знал, что если удастся пройти через строй и вынести жестокие удары, позднее придется иметь дело с этим самым высоким и длинноногим индейцем, который в беге должен обойти всех своих товарищей.
Пожиратель Змей вскинул руку и резко бросил вниз. По этому сигналу Сэмюэль рванулся вперед, обмотав китель вокруг руки, чтобы использовать как щит, и это ему удалось. Он бежал сквозь строй, парируя сыпавшиеся с двух сторон удары, приходившиеся на погоны и двойную шерстяную ткань. Некоторые краснокожие старались попасть ему по ногам, и тогда Шелби прикрывался рукавами мундира.
Все же тяжелая палка крепко зацепила правое плечо, он получил несколько ударов по груди и голове, но Сэмюэль будто не чувствовал боли и продолжал бежать, видя перед собой только дальний край строя и надежду на спасение. Он был уже почти у цели, когда по левому боку сильно полоснул острый нож. Шелби взмахнул кителем, попав индейцу по лицу, сцепил зубы и отчаянным рывком вырвался на открытое пространство.
Глаза застилала красная пелена, в голове шумело, и ноги могли отказать в любую секунду, но он заставил себя перейти на шаг, чтобы немного отдышаться, и двинулся вверх по склону холма к высокому дубу. Цепкие колючки впивались в ступни ног, нещадно резала жесткая трава, но Шелби как бы отключил сознание и почти не чувствовал боли.
Полковник знал, что главное испытание впереди. Среди осагов немало отличных бегунов, чем племя очень гордится, а высокий и сильный Пожиратель Змей наверняка бежит со скоростью оленя и способен покрыть не одну милю. Значит, надо выдержать хорошую дистанцию, чтобы отстали другие воины, и тогда остановиться и встретить врага один на один. К счастью, впереди лес, и, когда Шелби скроется из виду за деревьями, краснокожие будут вынуждены разделиться и рассыпаться в цепь, чтобы не потерять противника. Остаться в живых можно лишь одним путем – сохранить выдержку и пустить в ход хитрость.
До самого дуба Сэмюэль прошел шагом, но как только поравнялся с деревом, не оглядываясь помчался вперед. Позади послышались воинственные возгласы, и краснокожие ринулись в погоню. Началась охота. Впервые в жизни Сэмюэль Шелби мог стать добычей. Бежать пришлось по местности, не только усыпанной колючками, но и изрытой норами сусликов, в любой момент можно было споткнуться и сломать лодыжку. Однако он не позволял себе смотреть под ноги. Нужно было вложить все силы в достижение одной цели – как можно быстрее добраться до леса.
Длинноногий, с мощной грудной клеткой, полковник всегда был отличным бегуном, но сейчас, впервые в жизни, от скорости бега зависела его судьба. К тому моменту, когда он достиг кромки леса, в боку нестерпимо кололо, острая боль пронизывала мускулы ног, и разрывались легкие. Каждый вдох и выдох давался с огромным трудом, но полковник не снижал темпа. Как только мимо замелькали деревья, он побежал зигзагами, стараясь сбить с толку преследователей. Забравшись в чащу, Сэмюэль замедлил бег и резко повернул налево, к излучине реки Ньянгуа. Там можно утолить жажду и бежать дальше по воде, чтобы не оставить следов.
Лес вскоре кончился, и снова пришлось прибавить скорости, спускаясь по склону холма. За спиной слышались крики и треск сухих веток под ногами индейцев. Ощутив влагу на груди, Шелби обнаружил, что из носа течет кровь, залившая все до пояса. Кровоточил и глубокий порез в боку, голова чуть кружилась. Спасала манящая прохлада близкой реки, и Шелби упорно продвигался вперед. Шум погони несколько поутих, видимо, часть краснокожих безнадежно отстала, но времени оглянуться и подсчитать оставшихся врагов не было.
Вот и берег. Сэмюэль с ходу нырнул. От ледяной воды перехватило дыхание, и он едва не потерял сознание, но зато притупилась боль во всем теле. Полковник наглотался воды, вынырнул и осмотрелся. Мимо проплывала небольшая сосна, смытая в реку во время недавней грозы. Шелби ухватился за ствол, подтянулся и постарался укрыться среди ветвей. Если удастся продержаться незамеченным еще какое-то время, дерево вынесет в реку Осагов. Издали донесся голос Пожирателя Змей, отдававшего приказы воинам, а потом наступила тишина.
Через какое-то время течение стало не таким быстрым, как раньше, и сосна поплыла значительно медленнее. Сэмюэль понял, что он уже в реке Осагов, осторожно высвободился из цепких ветвей и поплыл к берегу. Почувствовав дно под ногами, встал и огляделся. В голове у него шумело, в глазах двоилось, требовалось время, чтобы решить, куда держать путь дальше. Из колебаний его вывел громкий торжествующий вопль. На вершине косогора стоял Пожиратель Змей. Он тяжело дышал, но нисколько не утратил боевого пыла и уже приготовился броситься вниз с ножом в руке.
Полковник не дрогнул и не сдвинулся с места. Израненный, истекающий кровью, безоружный, он ждал врага.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Сладкое безумие - Хенке Ширл

Разделы:
12345678910111213141516171819202122232425262728Эпилог

Ваши комментарии
к роману Сладкое безумие - Хенке Ширл



Эта книга не имеет никакого отношения к индейцам.
Сладкое безумие - Хенке ШирлМарина
5.02.2013, 17.04





Очень понравился этот захватывающий роман!его стоит прочесть тем, кому нравятся Дикий Запад,приключения, погони, индейцы, противостояние главных героев.
Сладкое безумие - Хенке ШирлJane
29.01.2015, 11.11





Прочла с большим удовольствием.Для тех, кто любит романы про Дикий Запад!
Сладкое безумие - Хенке ШирлНаталья 67
18.07.2015, 22.36





Мне роман понравился, несмотря на то, что автора частенько "заносило" из-за буйной фантазии. Много страсти, приключений, интриг... 8 баллов.
Сладкое безумие - Хенке ШирлНюша
22.07.2015, 23.18





Мне роман понравился, несмотря на то, что автора частенько "заносило" из-за буйной фантазии. Много страсти, приключений, интриг... 8 баллов.
Сладкое безумие - Хенке ШирлНюша
22.07.2015, 23.18





Роман отличный, интересно разворачиваются события, правда иногла их слишком уж много, этих событий. А так - ну прям как сериал посмотрела , вот промится на экран эта книга. 9 баллов.
Сладкое безумие - Хенке ШирлКудесса
25.07.2015, 21.21





Не в восторге, но один раз прочесть можно.
Сладкое безумие - Хенке ШирлЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
31.10.2016, 13.37








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100