Читать онлайн Суматоха, автора - Хендрикс Лиза, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Суматоха - Хендрикс Лиза бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.3 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Суматоха - Хендрикс Лиза - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Суматоха - Хендрикс Лиза - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хендрикс Лиза

Суматоха

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12

Рейн бросилась к нему.
– Минутку. – Он вытянул руку с пультом. – Сейчас мы все исправим.
Песня оборвалась на середине фразы, и он швырнул пульт на стул рядом с дверью.
– Джеймс мог бы гордиться, – ответила Рейн.
Они стояли, дожидаясь начала мелодии, и когда вступили саксофоны, Мейсон протянул к ней руки.
– Пожалуйста, Рейн… Ты не подаришь мне этот танец? – «Пожалуйста» звучало совсем не так, как его произнесли бы в воспитанном обществе или в буржуазных домах штата Миннесота, и Рейн почувствовала истинный смысл простого слова, почувствовала собственную тоску, ощутив, как ее легкие мигом лишились воздуха.
Рейн отдала себя в руки Мейсона, словно там и было ее законное место, словно абсолютно нормально и естественно танцевать среди ночи в не застегнутом до конца платье. Не имело значения, хорошо это или плохо, важно или нет, умно или глупо, она все равно не могла бы заставить себя поступить иначе. Она подчинялась желанию, а оно требовало от нее именно этого.
Мейсон вел ее под музыку через террасу, и она закрыла глаза, чувствуя его тело, которое руководило ею. Больше ей ничего не требуется. Они могли оторваться от земли, кружиться в ночном небе, она согласна забыть обо всем, кроме Мейсона и волшебной мелодии.
Рейн казалось, что она сейчас умрет, когда последняя нота повисла в воздухе.
– Нет, – разочарованно выдохнула она.
Мейсон понял. Он тоже не хотел, чтобы все закончилось, и едва Рейн уткнулась лбом ему в грудь, прижал ее к себе. Руки по собственной воле начали гладить нежную спину, пока не нащупали язычок расстегнутой, молнии.
Желание оглушило, словно удар, выбило дыхание. Давно мучившие его сексуальные фантазии, которые он тщательно загонял поглубже, стали такими же реальными, как и прижимавшаяся к нему женщина. Пальцы скользнули по открытой спине к язычку молнии. Он мог потянуть его вверх, как истинный джентльмен, или вниз, как ему хотелось на самом деле, но вниз означало опасность, ночь, продолжение танца.
– Рейн?
Она на секунду подняла глаза, и Мейсон увидел в них удивление, лунный свет и желание.
Потом он целовал ее. Вопросов больше не было, только ответы губ и тел, только подтверждение того, что он пытался целый вечер отрицать. Всю неделю. Он хотел ее. Голую в постели. Сейчас.
Но лучше пока не трогать молнию. Еще нет. Убрать руки от такого искушения. Лучше прикасаться к Рейн через шелк, чтобы ощутить все изгибы ее тела, все округлости и впадины. Мейсон растягивал удовольствие, зная, что может вернуться к той застежке в любой момент.
Как приятно скользит под его пальцами шелк, какая невероятная комбинация мягкости и твердости, которая может быть только на женских бедрах, какие…
О Господи.
Руки быстро вернулись к груди. Лифчика тоже нет, пальцы ощутили только затвердевшие соски, прикрытые лишь тонким слоем шелка. Мейсон не смог устоять, нагнулся к одному пику, сжал его губами, и хотя знал ответ, все равно спросил:
– У тебя есть что-нибудь под платьем? – Рейн покачала головой:
– Я очень спешила.
Очень спешила к нему. Это признание стало разрешением для обоих, их руки были уже повсюду. Он с такой быстротой стянул с нее платье, что искры потрескивали между кожей и тканью, а она лихорадочно расстегивала золотые пуговицы на его рубашке.
Мейсон помог ей, потом сбросил пиджак, спустил подтяжки, Рейн сама выдернула рубашку из брюк, пуговицы золотыми колокольчиками посыпались на пол, когда она сдирала с него мешающую ей преграду.
– Манжеты, – выдохнул он.
Рейн положила ладони ему на грудь, и от их жара он воспламенился еще сильнее. Желание, которое сжигало ее изнутри, требовало ответа: так ли он чувствует себя, как она, так ли она действует на него, как он на нее? Рейн выяснила эго, погладив Мейсона по груди и плечам и обнаружив, что он весь дрожит под ее руками.
Потом она проверила снова, уже медленно, ртом. Ведомая его реакцией, она продолжала целовать покрытую волосами грудь, пока не замерла на монетке плоского соска. С изящной задумчивостью обвела языком контуры одного. Мейсон застонал. Через секунду перебралась к другому. У Мейсона вырвался утробный стон.
Тем временем его руки двигались по телу Рейн, проверяя каждый изгиб, пытаясь отвлечь, но та была настроена решительно, и ему пришлось наконец прижать ее к себе. Теперь она не могла дразнить его, не могла лишить остатков самообладания. Язычок молнии жег ему руку. Всею одно движение.
Не сейчас.
Он поцеловал ее, сосредоточившись на чувствительном соске, потом, желая помучить себя, отодвинул шелк на несколько дюймов и ощутил восхитительную агонию ее сосков, уткнувшихся ему в грудь.
Это уже слишком, он не выдержит. Мейсон отстранился и тут же услышал тихий разочарованный стон.
– Нет, все в порядке, я только отложил кое-что на потом. Не двигайся.
Мейсон встал у нее за спиной, его губы заскользили по ее плечам, дыхание шевелило волоски на шее, поцелуи следовали за поцелуями. Рейн едва сдерживалась, чтобы не повернуться к нему лицом, даже впилась ногтями в ладони.
Мейсон расстегивал молнию по миллиметрам, наслаждаясь каждой секундой. У нее красивая спина, мускулистая от плавания и физической работы, но с неповторимым женским изгибом, последние восемь дюймов которого заставили кровь толчками биться в паху.
Задержав дыхание, он спустился ниже, платье не мешало руке проникнуть внутрь, скользнуть до самого низа и нащупать вход. Там было горячо, влажно, от Рейн исходил запах чего-то неповторимо женского, он глубоко вздохнул и окончательно погиб.
Вырвавшийся у него животный стон вызвал не менее безумный ответ Рейн. Она развернулась, притянула к себе его голову, осыпая поцелуями и впиваясь ногтями ему в плечи. Мейсону пришлось сжать ее запястья, ибо она схватилась за его брючный ремень.
Каким-то образом до спальни они дошли прежде, чем растеряли всю свою одежду. Мейсон оказался сверху, всей тяжестью придавил ее к кровати, губами и руками заставляя поверить, что его кровать именно то место, где она и должна быть, несмотря на возражения здравого смысла. Она любила его, она хотела его – это была единственная мысль, которую Рейн могла удержать в голове, потому что ощущала запах его тела, наслаждалась его голосом, бормочущим что-то несусветное от дикого желания.
Мейсон все-таки сумел вспомнить, что ему нужен презерватив. Вскочив, он начал рыться в ящике и едва не свихнулся or нетерпения, а Рейн усугубляла положение, ее руки требовали поспешить. Наконец он надел резинку и вернулся в ее объятия. Еще брезжила слабая мысль, что не следует торопиться, надо доставить удовольствие игрой, но она скользнула, исчезла под давлением желания.
У Рейн вырвался крик боли и удовольствия. Девственница, мелькнуло в голове Мейсона, однако прежде, чем он мог осознать это, она ударила его пятками по бедрам, заставив войти еще глубже.
Оргазм потряс ее внезапно, без какого-либо предупреждения. Секунду назад она пыталась свести с ума Мейсона, а в следующую уже сама пала его жертвой. Весь мир для нее сосредоточился на волне, накрывшей ее с головой, она различала только его восхищенный хриплый возглас. Когда дрожь прошла, Рейн ощутила в Мейсоне перемену, ритм стал бешеным, тело напряглось, по нему прокатилась судорога, и он упал, выкрикнув ее имя.
– О, дорогая моя. Дорогая моя, прекрасная Рейн.
Он целовал ей щеки, глаза, шею, потом, не выпуская из объятий, лег рядом. Поцелуи и нежные слова медленно усыпляли ее, пока Рейн в конце концов не закрыла глаза, успев подумать, как она любит этого человека, и какую непростительную ошибку только что совершила.
Плотники стучат с надоедливым упорством, думала Тиш, стараясь проснуться. Открыв наконец глаза, она вспомнила, что никакого ремонта в доме нет, и, значит, кто-то стучит в ее дверь.
– Кто там?
– Лоренс, мадам. Звонят мистеру Александру, но я не могу будить его и подумал, что, возможно, это сделаете вы.
Тиш еще не совсем пришла в себя, поэтому на мгновение задумалась. Ах да, он имеет в виду Мейсона.
– Одну минуту.
Халат, как всегда, лежал на стуле возле туалетного столика. Она быстро оделась, провела щеткой по волосам и открыла дверь.
– Доброе утро, Лоренс. Почему ты не можешь разбудить Мейсона?
– Я пытался несколько раз. Никакого ответа. Звонит миссис Латроп, по поводу Саманты.
– Спасибо, я займусь этим сама. А который час?
– Четверть седьмого, мадам.
Тиш направилась к телефону в холле, поскольку отказывалась держать эту утомительную вещь в спальне, в чем убедила и мужа. Но у Мейсона аппарат в комнате, он установил его, когда вернулся, да еще провел одну линию на компьютер.
– Здравствуй, Элизабет, – сказала она, беря трубку. – Саманта в порядке?
– О, Тиш. Привет. Я ожидала услышать голос Мейсона. Думала, никогда не дождусь.
– Кажется, он вышел. Наверное, в бассейне. А что ты хочешь сказать про Саманту? Как она?
– С ней все прекрасно, скоро убедишься сама.
– Ты о чем?
– Выяснилось, что мне надо срочно ехать на аукцион в Милан. Пробуду там пару недель. Я решила позвонить Мейсону, чтобы он забрал ее раньше срока, и посадила ее сегодня утром в самолет.
– Но сейчас такая рань. – Тиш посмотрела на небо за окном. Только-только светало. – Ты отправила ребенка, не поговорив ни с кем из нас? А если бы никого не было дома?
– Я лишь вчера вечером узнала. К тому же вы далеко не уезжаете в это время. Лоренс. Пол или кто-нибудь еще встретил бы ее и подержал до вашего возвращения. Тиш, меня ждет куратор, я должна бежать. Записывай. – Она продиктовала номер рейса и время прибытия.
– Но, Элизабет, ведь остался час до ее прилета!
– Знаю. Прости. Мне необходимо получить кое-какие документы по дороге из аэропорта, я не хотела будить вас еще раньше. Все нормально. Я пришлю факс моего отеля и номер рейса, Сэм знает мой адрес электронной почты.
На линии повисла тишина.
– Проклятая стерва, – выругалась Тиш, кладя трубку.
Бедную девочку отправили, как ненужного котенка. Элизабет не просто дрянь. Она так же обращалась с Мейсоном, заводила любовников и развелась, когда он стал помехой для ее бизнеса. И если уж речь зашла о Мейсоне, то где он?
– Лоренс!
Тот появился моментально, и Тиш поняла, что он наверняка слушал ее разговор с Элизабет.
– Да, мадам.
– Проверь, нет ли Мейсона в бассейне или на корте. Потом распорядись, чтобы приготовили комнату для Саманты. В этом году она приедет раньше обычного.
– Я сам займусь этим. – Лоренс казался довольным. Тиш знала, что и сама обрадуется, когда уляжется злость па Элизабет и найдется Мейсон.
– Что тут происходит? – спросила заспанная Миранда. Тиш кратко передала ей разговор с Элизабет, и дочь тут же направилась к комнате для гостей.
– Его там нет, я позаботилась, чтобы они спали отдельно.
– Сейчас посмотрим. – Миранда дважды постучала, затем толкнула дверь. – Я войду.
Комната и ванная были пусты, ночная рубашка мисс Хобарт валялась на полу,
– Во всяком случае, по кровати видно, что в ней спали. Наверно, отправились прогуляться с утра пораньше. Лоренс их отыщет, – сказала Тиш.
– С его расторопностью на это уйдет все утро. Я сейчас приведу себя в порядок и быстренько пробегусь по саду.
– Хорошо, дорогая, пойду одеваться. Если мы не найдем Мейсона в течение десяти минут, за Самантой поеду я. Скажи Полу…
– Сегодня воскресенье, он не работает. Если я не найду Мейсона, то возьму «эксплорер» и мы поедем вместе. – Миранда поцеловала мать. – Пока, увидимся на террасе через десять минут.
Она умчалась, а Тиш направилась в свою комнату, чтобы первым делом налить воды в чайник. Потом быстро навела красоту, надела удобную тонкую юбку и тунику малинового оттенка, которая придала свежий оттенок лицу. Учитывая расстояние, которое нужно прошагать в аэропорту, Тиш выбрала пару сандалий. Через восемь минут она вышла на террасу с чашкой в руке, наслаждаясь последними минутами покоя до того, как налетит шторм по имени Саманта. Если ребенок не изменился за время, прошедшее с Пасхи, то и думать нечего о спокойном чаепитии на террасе или где-нибудь еще, пока внучка не уедет. Но иногда этот старый дом казался миссис Александр слишком тихим.
Внизу прогрохотал товарный поезд. Шум поездов долетал сюда, когда ветер дул в их сторону, напоминая ей поездку с детьми через Швейцарские Альпы. Она подошла к краю террасы и сразу обратила внимание на полоску яркого света, падавшего из открытой двери спальни Мейсона.
Заинтересовавшись, Тиш напрягла зрение. Так, его рубашка. Под ней его черный пиджак. Галстук в нескольких футах.
Ее буквально потянуло к комнате сына. На ковре валялась куча одежды: брюки, платье, нижнее белье, не разберешь чье.
А на кровати… Мейсон и мисс Хобарт.
Они лежали, крепко обнявшись, будто остались в живых после катастрофы.
Тиш глядела на них, не зная, как поступить, и, наверное, смотрела долго, потому что Мейсон открыл глаза.
Увидев мать, он натянул простыню на спящую рядом женщину.
– Мама, у тебя нет привычки стучать в дверь, прежде чем войти? – Он говорил почти шепотом, но в голосе звучал упрек.
Рейн сонно заворочалась.
– Дверь была открыта. Я думала, всех приглашают взглянуть. Господи, Мейсон, ты подумал, что будешь делать с Каролиной?
– Мои отношения с Каролиной или с кем-то еще не предмет для обсуждения. Что ты хочешь?
– Звонила Элизабет. Она должна ехать в Европу и по своей обычной логике решила отправить Саманту пораньше без всякого предупреждения. Ее самолет приземлится… – Тиш взглянула на часы, – через пятьдесят три минуты. Я полагала, что девочку встретит ее отец, но раз ты не в состоянии, этим займемся мы с Мирандой.
– Она моя дочь, я сам поеду. – Мейсон сел. – Если ты не хочешь увидеть то, чего не видела с тех пор, как я достиг половой зрелости, ты могла бы выйти. Скажи Полу…
– Он сегодня выходной. Миранда подгонит свою машину, ты можешь поехать на ней. – Миссис Александр вышла, прикрыв за собой французские двери.
– Ох, – простонала Рейн, натянув простыню на голову.
– Ты все слышала.
– О да. Не пойти ли тебе в душ? Ты же не хочешь в аэропорту пахнуть мной?
– Я совсем не так представлял себе утро, – ответил Мейсон и поцеловал ее в лоб.
– Знаю.
Он направился в ванную.
Дура. Дура. Дура.
Рейн села и выругалась. О чем она только думала? Как позволила втянуть себя в подобную авантюру? Почему купилась на предложение Мейсона?
Секс в пять тысяч долларов не входил. Обед с танцами, нужный компакт-диск, и она устроила представление для его мамочки. Он своего добился.
Никаких иллюзий насчет своей роли она не строила, она была только устрашением для Тиш. Странно, что он не устроил ничего подобного и для Миранды. Конечно, с такой демонстрацией результатов он навсегда отвадит их от колдовства.
Теперь как бы ей самой найти способ избавиться от него.
Шум воды стих, и через секунду появился Мейсон.
– Душ как у моряков, – сказал он, вытирая полотенцем голову. – Шестьдесят секунд. Правда, они все стриженые. – Он бросил полотенце в угол, потом сбросил второе с талии и пустил следом за первым.
Она украдкой следила, как Мейсон одевается. Да, он великолепен. На миг ей захотелось, чтобы все было по-другому, чтобы он не был козлом, использовавшим ее для устрашения своей матери.
Но Мейсон был им, а она настоящая дура, клюнувшая на приманку. Наивная фантазерка! Сейчас-то все совершенно ясно, но прошлой ночью, когда он целовал ее и страстно шептал ей разные слова, это не казалось фантазией. Мейсон заставил ее поверить в сказку, хотя она не маленькая и должна бы уже знать, что мужчины готовы на все, чтобы залезть девушке в трусы. Почему Мейсон должен быть иным?
Одевшись, он присел на кровать рядом с ней, погладил ее по плечу. Рука была теплой, а не обжигающей, как ночью. Мейсон наклонился и быстро поцеловал ее в щеку.
– Жаль, что я не могу провести утро с тобой, но есть одиннадцатилетняя девочка, которая будет горько плакать, если никого не увидит в аэропорту.
– Поезжай. Обо мне не волнуйся. – Он снова поцеловал ее.
– Ты молодец, Рейн. Спи, я быстро вернусь, и мы все уладим.
Она молча кивнула, но едва закрылась дверь, накинула его халат и проскользнула по лестнице в комнату для гостей. Ей понадобилось меньше десяти минут, чтобы принять душ, запихнуть немногие вещи в сумку и выбежать из дома.
Гараж был пуст, но Рейн нажала кнопку, и очень скоро появился шофер.
– Мисс Хобарт, – удивленно сказал Пол. – Могу я вам помочь?
– Да. Я знаю, у вас сегодня выходной и крайне неловко просить вас, но мне надо срочно вернуться домой. Вы не поможете мне? – Рейн надеялась, что в ее голосе не заметно дрожи, которая сотрясала все тело.
Пол долго смотрел на нее, словно хотел понять, что ее так беспокоит, потом закрыл книгу и сказал:
– Конечно, мисс. Только возьму права и ключи. – Оказавшись в безопасном уединении «роллс-ройса», она дала волю слезам.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Суматоха - Хендрикс Лиза



ршнгекккне4в
Суматоха - Хендрикс ЛизаАндрей
12.05.2012, 16.21





я не лох
Суматоха - Хендрикс Лизаилья
3.11.2012, 7.10





я люблю суматоху
Суматоха - Хендрикс Лизаанюточука
29.01.2014, 16.06








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100