Читать онлайн Мое бурное прошлое, автора - Хендерсон Лорен, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мое бурное прошлое - Хендерсон Лорен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.9 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мое бурное прошлое - Хендерсон Лорен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мое бурное прошлое - Хендерсон Лорен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хендерсон Лорен

Мое бурное прошлое

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

Оценив ситуацию на трезвую голову, я сообразила, что, дав Йохану свой телефон, теперь стану томиться в ожидании уже двух звонков и, следовательно, дергаться вдвое сильнее. Но имелся и повод для радости. Помнится, я как-то поделилась с Джил своим не слишком остроумным наблюдением, сказав, что мужиков можно наклеивать и отклеивать как пластырь и что каждый последующий снимает естественное волнение и беспокойство по поводу предыдущего.
Заботливые подруги любят повторять, что в море полно рыбы, в свою очередь неуместно сравнивая мужиков с рыбой, но они и представить себе не могут, каково это, когда гигантских размеров лосось сам прыгает к тебе в руки, игриво подергивая хвостом. Такое не может не окрылять, даже если вы предпочитаете морского окуня.
Пару лет назад, разрабатывая с подругами в баре (где же еще?) Теорию Свиданий, я пришла к выводу, что как только вы познакомитесь с кем-то, кто вам действительно нравится (объект А), – вы обменялись телефонами, и некое подобие свидания уже маячит на горизонте – вам срочно нужно начать забалтывать кого-нибудь еще (объект Б). Даже если афера с объектом Б никуда не приведет, то все равно она весьма удачно отвлечет от надуманного волнения по поводу объекта А и наверняка избавит вас от необходимости выстраивать в голове уравнения телефонных звонков. Уверенность в звонке объекта Б убережет вас от исступления по поводу томительной медлительности объекта А, способного иначе обернуться патологической одержимостью.
Впрочем, для меня все складывалось замечательно. Йохан был не просто отвлекающим маневром. Мне он нравился ничуть не меньше, чем Алекс. Поразмыслив, я решила, что даже больше. С Йоханом у нас моментально возникла взаимная симпатия. Что до Алекса, то он темной лошадкой вырвался вперед с той стороны, где я меньше всего ожидала, и мне до сих пор не удалось его раскусить. Упорство, с которым я дожидалась его звонка, подкреплялось в равной мере и желанием его увидеть, и гордыней.
Восхитительная перспектива – оба мужика, на которых я положила глаз, могли одновременно начать охоту на меня – породила в моем мозгу сумбур. От меня требовалось усидеть одной задницей на двух стульях, постаравшись не довести ее до габаритов зада Генри. Не так-то это просто. Я полистала один из глянцевых журналов, которые мы всегда держим в офисе, в надежде, что предсказание на грядущую неделю обещает мне салют, выпущенный залпом из всех орудий. «Осмысляя коренные изменения, происходящие со всем, что важно для вас – от вашего дохода до вашего субъективного мироощущения, – начинался прогноз, – вы поймете, что ожидали от них большего».
Чушь собачья! Свернув журнал в трубочку, я ловким броском отправила его в мусорную корзину.
– Безнадежно устарел? – поинтересовался Льюис, как только журнал нашел приют среди прочего хлама.
– Нет, просто ненавижу абсурдные гороскопы. Он сочувственно щелкнул языком, не отрываясь от компьютера.
– Как однажды сказал мой друг Гордон на какой-то вечеринке, – продолжала я, – какое отношение это имеет к нейронным связям в моем мозгу?
– Всего лишь модное суеверие, не так ли? – заметил Льюис. – Как, например, стучать по дереву.
– Или не трахаться на первом свидании. Льюис наконец оторвал глаза от экрана и впился в меня немигающим взглядом. Он выглядел настолько ошарашенно, будто я только что заявила, что вчера переродилась, и вопрошала, не созрел ли он морально, чтобы открыть душу перед Господом. Его испуг был вполне объясним. Если бы девицы отказались прыгать к нему в койку на первом же свидании, то его путь через их постели удлинился бы по меньшей мере вдвое. Льюис онемел.
– А это уже не суеверие, – наконец выдавил он, – это… это…
– Ханжество?
– Нет, сущее средневековье.


* * *


Все как обычно. Весь день я ждала, что кто-то из двоих мне позвонит. Позвонил некто третий – домой. Догадайтесь кто. Конечно, мой братец. У Криса случился психоз, потому что он боялся сообщить маме о компьютерных курсах.
– Она опять начнет гнать пургу, – простонал он. – Я ее знаю.
Такой поворот я не предвидела, но, поразмыслив, поняла, что Крис прав. Мама слишком много вложила в творческое будущее брата – денег, труда и болтовни. Для Криса же, судя по всему, курсы означали отнюдь не шесть нудных недель, которые придется вычеркнуть из жизни, прежде чем вернуться к жалкому существованию на пособие и заупокойным песенкам о разбитых сердцах (это в двадцать первом-то веке!). Нет, похоже, мой брат решился с головой окунуться в новую веру. Иначе он не задумываясь давно бы все рассказал маме.
– Ага, – уныло согласилась я, – она взбесится, это точно.
– Придешь завтра на обед, а? Поддержишь меня. Джулс, пожалуйста. Один я боюсь.
В моем согласии он не сомневался. Мы с Крисом с детства привыкли вместе держать оборону перед маминым гневом. И хотя мы давно выросли, мало что изменилось. Я и не подумала увещевать его: мол, мамочка ни черта не сможет ему сделать. Очень даже сможет. Она загонит его в угол и примется биться в истерике. Конечно, если бы Крис получил приличную работу и продержался на ней хотя бы больше пары дней, то он вполне освободился бы от финансовой зависимости. Но мама не оставит его в покое, будет швыряться горькими упреками, пока Крис не сделает так, как она хочет, лишь бы от нее отделаться.
– Ну хорошо, я приеду, – мрачно изрекла я. Как я могла сказать «нет»? Мама умеет вызывать в нас чувство вины, а Крис, хоть он и младше, превосходно умеет надавить на меня. Как это несправедливо! Нужно завести кошку, просто чтобы было на кого прикрикнуть время от времени. Так я хоть над кем-то буду иметь власть.
Снова зазвонил телефон. Небось мама. Неужто Крис уже успел ей сообщить, что я тоже завалюсь на обед? А может, она заподозрила что-то неладное и решила позвонить мне, чтобы устроить допрос? Запросто. Я сглотнула и сняла трубку так осторожно, будто она была сделана из тончайшего китайского фарфора.
– Алло? – пролепетала я.
– Джульет? Привет, это Алекс.
– Привет. – Я была так удивлена, что чуть не выпалила: «Как? Ты же должен был позвонить мне завтра днем!»
– Не ожидала, что я позвоню? – спросил он. Я попыталась взять себя в руки.
– Я не знала, что у тебя есть мой домашний телефон.
– Нашел в справочнике. Надеюсь, ты не против?
– Н-нет… Нет, нет, не против.
Отлично, теперь Джульет еще и заикается. Нет более верного способа поразить мужика в самое сердце.
– Как провела выходные? – спросил Алекс.
Его голос звучал без напряжения, но вместе с тем не так, словно он собирался протрепаться до рассвета. Обзавидоваться. Я в лепешку готова расшибиться, добиваясь такого тона, а он с ходу освоил его. Впрочем, он ведь тоже мог тренироваться – и сколько влезет.
– Неплохо, – ответила я как можно беззаботнее. – Без суеты. Перелопатила кучу дел.
– На днях видел в «Плевке» Генри, – сообщил Алекс. – О тебе говорили.
– И все это – сущая правда, – ответила я беззаботнее прежнего.
Так я обычно и отвечаю, когда кто-то сообщает, что перемывал мне косточки.
– Ну и хорошо, – почему-то обрадовался Алекс. – Я надеялся, что так оно и есть.
Короткая пауза возвестила, что запас дежурных любезностей исчерпан и настало время подобраться ближе к делу. Если продолжать дальше в том же духе, можно дойти до маразма.
Молчание прервал Алекс:
– Итак, ты сможешь поужинать со мной в один из этих вечеров?
Ха! Попался наконец. «Один из этих вечеров» – странноватая формулировочка. Надеюсь, он тоже на взводе.
– Что ж, – я постаралась, чтобы мой голос звучал удивленно, но не слишком, – хорошо. Почему бы и нет?
– Твой энтузиазм хлещет через край, – заметил он.
Эх, должно быть, перебрала с крутизной. Впрочем, даже неплохо, что он поставил меня на место.
– Когда ты сможешь? – спросил он.
– Хм… Сейчас посмотрю в блокноте. Пожалуй, в пятницу.
Если вам звонят в понедельник, назначать свидание полагается не раньше пятницы. К тому же не придется вставать спозаранку на следующее утро с гудящей головой.
– Договорились. Позвоню тебе в пятницу на работу, и мы выберем место. Где-то в нашей округе, ладно?
– Да. Прекрасно.
Вышло, по-моему, чересчур слащаво. Поэтому я заключила вполне деловым тоном:
– Ну, до пятницы.
– Отлично, буду ждать.
Положив трубку, я тотчас принялась анализировать разговор. В целом все прошло совсем неплохо. Алекс пригласил меня на ужин, а не ограничился боязливой репликой, что хорошо бы нам как-нибудь встретиться. В этом случае нам пришлось бы выписывать круги не меньше десяти минут. Правда, я бы предпочла сразу договориться о времени и месте – так я чувствовала бы себя в большей безопасности. Теперь буду изводиться до самой пятницы. Здравый смысл подсказывал, что Алекс в пятницу перезвонит. Подсознание, наоборот, страшилось всего, что не было намертво закреплено в сознании. Я виню в этом нашу маму. Она любит присочинить какую-нибудь историю, чтобы выставить себя в выгодном свете. Поэтому я с детства привыкла верить только тому, что вижу собственными глазами и чему существует неопровержимое вещественное доказательство.
Наверное, следует обязать кандидатов присылать по факсу заверенное нотариусом подтверждение о дате и месте предполагаемого свидания. Не перезвонить ли Алексу с этой целью? Я громко расхохоталась. К счастью, хоть чувство юмора мама из меня выжечь не сумела.


* * *


Нет, слишком рано я обрадовалась. Если бы мое чувство юмора было в рабочем состоянии, то я по достоинству оценила бы комизм (или хотя бы изощренную иронию) ситуации, которая разворачивалась у меня на глазах следующим вечером. Посудите, сколько ценного материала для пера ироничного драматурга: мать делает все, чтобы сын отказался от приличной работы во имя нелепого музицирования. До этого дня я и не представляла, как для мамы важно, чтобы Крис продолжал изображать музыканта. Ей было наплевать на то, добился он успеха или нет. Ибо до тех пор, пока Крис зависел от нее в материальном плане, она могла сюсюкаться и нянькаться с ним, как с младенцем.
– По крайней мере один ребенок в семье занимался творческой работой! – гремела мама. – Я связывала надежды с тобой, Джульет, когда ты училась на журналистике. Я мечтала, что ты устроишься на телевидение. Конечно, когда ты подалась в рекламу, – резко добавила она, – все надежды испарились.
Слово «реклама» мама произнесла таким тоном, как будто эта сфера деятельности позорнее, чем производство биологического оружия.
– Отлично, мам. Я рада, что ты больше не питаешь иллюзий на мой счет. – Я глотнула пива и прислушалась к писку своего сердца, сожалевшего, что я не стала художницей или училкой словесности в какой-нибудь дыре.
За ужином с близкими родственниками сожаление приходится заливать спиртным.
– Джу просто молодчина, – влез Крис. – Она теперь партнер в своем агентстве.
Может, Крис и злобствовал по поводу напитков за счет компании, но перед мамой мы были заодно. Я кинула на него благодарный взгляд. Внезапно меня осенило, что и Криса неплохо бы пригласить на презентацию. Там ведь будут Мэл и Джил, которых он отлично знает. Отчего не позвать и его? То, что рядом будут люди, которые меня действительно любят, наверняка прибавит мне уверенности. Скажу Крису при случае, а затем попрошу Льюиса отправить ему официальное приглашение. Брат обрадуется.
– Я знаю, сын мой. Не надо повторять одно и то же, – свирепо парировала мама.
– Но ты ведь на самом деле гордишься Джульет. Я слышал, как ты впаривала миссис Холмс, как хорошо, дескать, что Джульет стала партнером в таком молодом возрасте.
Наступил мамин черед кинуть на Криса взгляд, в котором благодарности было отведено куда меньше места. Торжествующую улыбку я прикрыла бутылкой пива. Только в случаях крайней необходимости мы могли позволить себе возразить маме или ткнуть ее носом в улики, расходившиеся с официальной версией.
Хотя правонарушение было не самым тяжким, атмосфера мигом накалилась. Требовалось срочно снять напряжение. Крис, знакомый не хуже меня с хитростями работы маминого мозга, срочно принял меры:
– Нет, это просто смешно. Наша Джулс – старая калоша. Ей же тридцать три. До пенсии рукой подать!
– Эй, ты! Смотри у меня! – вскинулась я. – Между прочим, я в свое время покуролесила на славу. Посмотрим, сможешь ли ты сказать про себя то же самое.
Своего мы добились – напряжение чуть спало. Мы с Крисом перевели дух. Официант, будто почувствовав, что атмосфера разрядилась, подошел к нашему столику и принялся собирать тарелки. Мама с готовностью накинулась на беднягу, заявив, что бхаджи с луком было холодным, – таким образом она выпускала пар, который иначе ошпарил бы не одного из нас. Хорошо, что на свете есть козлы отпущения.
Мы выбрали индийский ресторанчик, находившийся по соседству с домом Криса, проигнорировав кафе, в котором брат получил от ворот поворот. Вопреки жалобам мамы, что индийская пища плохо усваивается ее желудком, она уплетала ее за обе щеки. Если потом у нее случится несварение, она немедленно поставит меня в известность. А если я в ответ укажу, что она умяла тонны жратвы, мама объявит, что не хотела портить всем вечер, тоскливо возя еду по тарелке! С мамой всегда так сложно. Возможно, еще и потому, что я знаю все ее реплики еще до того, как они слетят с ее языка. Предупрежден – значит, вооружен. Но что толку? От этой своей проницательности я лишь заработала паранойю.
– Два пива «Тайгер», пожалуйста, – обратилась я к официанту, который после общения с матерью весь зажался, и улыбнулась парню.
– Я в сортир, – оповестил Крис несколько громче, чем требовалось.
Уходя, он многозначительно посмотрел на меня, как бы говоря, что именно сейчас я должна сообщить маме новости. И с чего он только взял, что у меня получится? Я перед ней так же беззащитна, как и бедолага официант. Ладно, раз уж взялась…
Я осмотрительно продвинула пешку на две клетки вперед:
– Крис, похоже, заинтересовался курсами.
Не очень удачное начало. Наши интересы мама всегда воспринимала в штыки.
– Заинтересовался? – презрительно процедила она. – Он начал сдавать позиции, Джульет, вот и все.
Теперь остается или упереться, или пасть.
– Ну, не знаю, – осторожно продолжила я. – Мне показалось, он даже воодушевлен.
– Тебе-то откуда знать? – фыркнула она.
– Мы с ним много общаемся. Он даже пригласил меня к себе, чтобы рассказать о курсах поподробнее.
– Надеюсь, тебе хватило ума его отговорить.
– Вполне достаточно, что его отговаривает Сисси. Ей эта затея с курсами очень не по душе.
Это было гениально и к тому же сущая правда! Сисси и Крис лаются с тех пор, как он решился пойти на курсы. Пока Крис бренчал на гитаре, Сисси легко мирилась с тем, что он жил на пособие. Она считала, что ее бойфренду куда больше подходит роль музыканта, чем программиста, пусть даже с тугим кошельком. И теперь, если мама решит упереться, то окажется в одной команде с Сисси. А мама презирала Сисси всей душой. Вряд ли ей вообще угодил бы кто-то из ныне живущих, но Сисси была воплощением порока.
Последовала долгая пауза. Я наслаждалась каждой секундой. Сравнение с партией в шахматы было не очень удачным. Наша беседа куда больше напоминала бойцовский поединок. Я только что заработала очки, а мама, пошатываясь, отошла в свой угол.
В новом раунде мама избрала весьма остроумную тактику: упоминать о Сисси как можно меньше. Это было частью ее долгосрочного стратегического плана не упоминать о ней вообще и ни при каких обстоятельствах.
– Ну, раз уж ты так много общаешься с Крисом, – начала она, – и он к тебе прислушивается…
Какое снисхождение!
– … то почему бы тебе не раскрыть ему глаза? Мама устремила на меня мрачный взгляд, и я тут же увяла.
– Ты сделаешь это лучше любого! – продолжала она. – Ты ведь наверняка знаешь массу успешных музыкантов, которые долгие, очень долгие годы карабкались к славе! Где это видано, чтобы успех пришел в одночасье? Убеди Криса, что если он будет настойчив, то непременно добьется своего.
Отлично. Крис с одной стороны, мама – с другой, а я шавкой прыгаю посередке и тявкаю, словно мы играем в собачки. Джулс, а скажи маме, что я разбил окно… Джульет, пусть брат положит эту штуку и подойдет ко мне… Сколько себя помню, я всегда служила посредником. Барт, похоже, прекрасно разобрался в ситуации.
Тем временем принесли главное блюдо, и я набросилась на паратху [
l:href="#FbAutId_14" type="note">14
], опять же, как шавка, только на сей раз страшно голодная. В тот вечер мне как никогда нужно было чем-нибудь заглушить уныние, и тарелка с калорийным блюдом оказалась наипервейшим из доступных средств. Мама не скрывала своего осуждения. Когда дело касается меня, она превращается в ярую сторонницу диеты.
– Но это займет каких-то шесть недель, мам, – заговорила я, прикончив последний кусок слоеного теста и вытирая жирные руки о салфетку. – Крис сможет выиграть время и отвязаться от этих зануд из социальной помощи. Пусть себе учится.
Мне показалось, что этот прием – указать на незначительность события – должен сработать. Будем загружать ее потихоньку.
– Неизвестно, куда заведет его этот путь, – неопределенно ответила она, уминая куриные окорочка по-бомбейски.
– Господи! – внезапно выкрикнула я. От психологического напряжения у меня в голове что-то щелкнуло, и я перестала себя контролировать. Нет ошибки страшнее и преступления более тяжкого, чем брякнуть маме, что ты думаешь. – И почему все так носятся с Крисом? Почему все думают, что он обязательно станет программистом, как только закончит эти чертовы курсы? Почему все, что с ним происходит, имеет просто вселенское значение? Почему обо мне никто и вполовину так не беспокоится?
– А с чего я должна была за тебя беспокоиться? – обрубила мама. – Я знала, что ты сама всего добьешься.
– Прекрасно. Спасибо за поддержку.
Наши глаза метали друг в друга молнии, когда брат догадался вернуться из сортира. Он так долго там торчал, что, должно быть, успел выкурить всю пачку сигарет. Плюхнувшись на стул, он жизнерадостно осведомился: «Ну, как вы тут?» – еще не успев сообразить, что буря уже бушует вовсю. Когда датчики Криса среагировали на грозовой фронт, он пробормотал, что ужасно голоден, и накинулся на ближайшую тарелку, даже не взглянув, что в ней. Мы все сосредоточенно жевали. Вернее, это мы с Крисом усиленно работали челюстями, уставившись в тарелки, – точно ожидали маминого одобрения, если все съедим. Мама испускала один тяжкий вздох за другим и крутила в пальцах вилку, старательно демонстрируя свое недовольство. Когда она попросила у официанта очередной стакан воды, Крис воспользовался этим и украдкой послал мне полный упрека взгляд. Да, я его подвела. Этот обед просто катастрофа! И виноватой в том я считала себя – наперекор всякой логике.


* * *


И разумеется, мне пришлось заплатить за всех. Впрочем, как всегда. Мать приняла это как должное, а Крис торопливо пробурчал подобие благодарности. Возможно, будь он программистом, то и заплатил бы за нас – для разнообразия. И взял на себя ответственность за настроение матери. И я попросила бы его похлопотать за меня перед мамочкой, а сама шмыгнула в туалет и покуривала бы там, пока он вкручивал маме мозги. А затем с упреком посматривала на него, когда он, увы, провалил бы задание. Однако даже такая картинка не смогла меня позабавить. Все бремя земных страданий лежало у меня на плечах. Вернее, бремя родственных уз. Мне казалось, что я тащу их обоих на плечах, и даже после того, как мы расползлись по своим углам, плечи ломило и пригибало к земле. Крис перевалил на меня свои проблемы, а мама винила меня за выкрутасы собственного взбалмошного характера. Так было всегда, сколько я себя помню, и успело мне осточертеть. У меня даже спина ныла, а в животе бурлило от всего, что я в него напихала в попытке занять чем-нибудь рот, чтобы не брякнуть лишнего.
Я помассировала плечи. Ни хрена не помогло. И вдруг откуда ни возьмись всплыла острая тоска по Барту. Будь он сегодня с нами, обязательно нашел бы, как отвлечь маму от мрачных мыслей. Барту удавалось не воспринимать ее всерьез, но самое поразительное – мама ему была за это благодарна, тогда как нас за такое отношение в одну секунду размазала бы по стенке. А потом я могла бы попросить его помассировать мне плечи. И мы могли бы заняться сексом, хотя в тот момент мне не хватало скорее нежности.
Слезы были тут как тут.
Сосредоточившись на том, чтобы не разразиться истеричными рыданиями прямо в такси, я подумала, не зарулить ли в «Плевок», но это не лезло ни в какие ворота. Моя изощренная система правил запрещала мне видеться с Алексом до пятницы, иначе он возомнит, будто мне не терпится кинуться ему на шею. Или что моя светская жизнь настолько скудна, что остается лишь искать утешения в странноватых пабах. Да и потом, еще только десять, Алекс наверняка на работе. Он, помнится, сказал, что торчит там допоздна.
На лестнице на меня волком накинулось одиночество. Гремучая смесь из Криса и мамочки для меня почти смертельна. Если с каждым по отдельности я еще как-то могу общаться, то вместе они тяжеленной скалой придавливают меня к земле. Какая ирония! Из-за собственной семьи я чувствовала себя так, будто во всем мире нет человека более одинокого, чем я. Бродяжка, возвращающаяся в унылый дом с согбенной от тяжкого бремени спиной. И никто не помассирует ей плечи! Лишь гулкое эхо дверного хлопка отзовется в пустоте квартиры, лишь одно пальто сиротливо повиснет на вешалке, и ни одна живая душа не крикнет из гостиной приветственные слова… Я напомнила себе, что Барт мог в это время запросто спускать в карты наши деньги на отпуск, но в данный момент я бы проглотила даже это.
С каждой минутой мне становилось все хуже. Нужно срочно что-то предпринять, чтобы отвлечься. Я открыла банку бобов, и, стоя возле кухонной стойки, без намека на аппетит и удовольствие сожрала их прямо из банки, не обращая внимания на мерзкую пену, стекавшую по краям. После вечера в обществе мамы я всегда превращаюсь в самое жалкое существо на свете. Я была выжата, обессилена, как будто кто-то выпил из меня все соки. Их нужно было срочно чем-то восстановить. Бобы в данном случае срабатывали быстрее всего остального.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мое бурное прошлое - Хендерсон Лорен


Комментарии к роману "Мое бурное прошлое - Хендерсон Лорен" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100