Читать онлайн Мое бурное прошлое, автора - Хендерсон Лорен, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мое бурное прошлое - Хендерсон Лорен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.9 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мое бурное прошлое - Хендерсон Лорен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мое бурное прошлое - Хендерсон Лорен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хендерсон Лорен

Мое бурное прошлое

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

В тот же вечер я позвонила Джил, но она где-то шлялась. В последние дни ее невозможно застать дома. Скорее всего, прячется от Джереми в квартирке Филипа. Интересно, догадалась ли Джил сменить замки? Если нет, то ничто не помешает Джереми проделать это самому, хотя поначалу такой исход и казался совершенно нелепым. Однако когда на сцене появятся адвокаты Джереми, события станут развиваться непредсказуемо. Это натасканные и суперхваткие пираньи, которые, пронесясь мимо, оставят от вас одни кости. Возможно, мне стоило предупредить Джил. Как оказалось, от более-менее удачного замужества до полной паранойи один шаг. Грешникам нигде нет покоя.
В воскресенье утром Джил так и не объявилась. Я оставила очередное сообщение на автоответчике.
Материализовалась она вечером – после пылкого и страстного уик-энда у Филипа, заключила я. Судя по голосу, Джил была вымотана. Что ж, ничего другого я и не ожидала. Я тоже была вымотана, но, в отличие от Джил, вовсе не потому, что трахала агента по недвижимости двое суток подряд.
– Ты как? – спросила я.
– Ох, господи, дел невпроворот. Редактор уже кусает за пятки, а у меня по-прежнему конь не валялся.
Ах да. «Начинка: все грани реального».
– Наверное, это тебя жутко достает, – посочувствовала я. – Будь я одной ногой на грани развода, а другой в постели любовника, то вряд ли хотела бы вцепиться в огромный кусман свиного фарша и провозиться с ним весь день.
Мне удалось выжать из Джил смешок.
– Ты знаешь, может, свиной фарш и отвлек бы меня, – ответила она. – А может, и нет, кто знает?
– От Джереми есть новости?
– Прислал письмо. – Она глубоко вздохнула. – Говорит, что не собирается нанимать адвокатов, по крайней мере до поры до времени. Все еще надеется, что мы сможем снова сойтись.
– Джил, умоляю тебя, расскажи ему о Филипе.
– Тебе же понравился Филип, разве не так?
– Ты же знаешь, что да, – проворчала я не очень убедительно.
Мы с Джил уже давно успели обсудить Филипа. Не то чтобы я наврала, но правду изрядно смягчила – дабы не расстраивать Джил. Однако если придется и дальше повторять одни и те же избитые фразы, любые узы дружбы просто лопнут.
Но Джил упорно требовала поддержки. Подсаживаться на такое я бы ей не советовала. Сначала ты думаешь, что у тебя все под контролем, а затем все сильнее и сильнее хочешь, чтобы друзья беспрестанно подбадривали тебя и убеждали, будто ты все делаешь правильно, – и вот ты получаешь полноценную зависимость. Тогда ты начинаешь круглые сутки приставать к друзьям с теми же проклятыми вопросами, на которые они отвечали уже миллион раз. Хуже всего, что кайф от подобных бесед становится все слабее и слабее. Друзья дежурно изрекают какие-то успокаивающие слова, неизменно заканчивая одной и той же мольбой: «Тебе уже лучше? Тогда можно я пойду спать?» – и все это уже не доставляет тебе такого удовлетворения, как в первый раз. Джил молчала.
– Что-то случилось? – спросила я, повинуясь долгу.
– Ничего. А в общем, все.
– Понятно.
Сочувственный тон явно мне изменял, но Джил не обиделась. Она лишь вздохнула.
– Ты же знаешь, что можешь мне звонить. Когда тебе захочется.
– Мне ведь придется рано или поздно увидеться с Джереми, правда? – безнадежно вопросила Джил.
– И рассказать ему о Филипе. Умница. Увильнуть все равно не удастся.
– Я в ужасе, – мрачно сказала она. – Не могу же я рассказать ему обо всем в нашем доме, где мы прожили…
Ее голос осекся.
Не могу с этим не согласиться. У меня правило: щекотливые темы – например, избавление от любовника – обсуждать на нейтральной территории. Для этого куда лучше сгодится милый уютный паб, откуда можно всегда сбежать и где твой бывший (как он только что узнал) не станет, сбивая все на своем пути, бросаться грудью на дверь и рыдать, умоляя не покидать его. Однако мой опыт не годится для Джил. Заманить Джереми в паб и объявить ему там, что она променяла десять лет счастливого брака на похотливую связь с другим мужчиной, – такое может посоветовать лишь законченная язва и сволочь.
– Может, стоит повидаться у него? – предложила я. – Кстати, где он поселился?
– Снял квартиру в Барбикане [
l:href="#FbAutId_13" type="note">13
].
Никогда не могла понять прелести Барбикана. Какая радость жить в жутковатых высотках, пусть даже подъезды там со двора? Как-то одна девица, которая живет в Барбикане, похвасталась, что ее башня соседствует с самым большим в Европе супермаркетом «Маркс и Спенсер». Что ж, по крайней мере, бедный Джереми не голодает.
– Близко к его конторе, – отметила я единственное, на мой взгляд, достоинство Барбикана.
– Он говорит, что там есть несколько неплохих баров. Но туда ходят в основном одиночки из Сити, и среди них бедняжка чувствует себя не в своей тарелке.
Нежность, проскользнувшая в голосе Джил, возродила надежду в моем сердце. А что, если эти нескончаемые попытки Джил вытянуть из меня признание в любви к Филипу объясняются ее собственным сомнением в его кандидатуре? Коли так, то лучшего момента для реабилитации Джереми не найти.
– Ты должна с ним повидаться! – заявила я.
Возможно, если она увидит бедолагу в аскетично-холостяцкой обстановке квартирки, что находится на верхотуре антигуманной высотки, бросит взгляд на пол кухни, загаженный пустыми коробками из «Маркса и Спенсера», то ее сердце дрогнет. Уж попытаться, без сомнения, стоит.
– Боюсь, мне придется это сделать, – страдальчески сказала она. – Как все ужасно, правда?
– Ты должна это сделать, хотя бы из жалости к Джереми, который остался совсем один, – подтвердила я, внедряясь ей в душу с безукоризненным мастерством нейрохирурга мирового класса.
– О-о…
Из горла Джил вырвался булькающий звук. Я самодовольно ухмыльнулась про себя.
– И чем скорее, тем лучше, – нанесла я последний удар. – Если что, звони сразу мне, ладно?
– Спасибо, Джулс, – сказала Джил с чувством. – Ты настоящий друг.
Ага, подумала я. Для Джереми.


* * *


Алекс так и не позвонил – ни на неделе (это было бы слишком поспешно), ни в выходные (на визитке был указан только мой рабочий телефон). Таким образом, последние несколько дней я провела в относительном спокойствии. Однако понедельник принес волнения. Снова проявилась одна из моих ужаснейших черт: как только я даю кому-то свой номер телефона, то тут же начинаю панически бояться, что человек мне не позвонит. Когда же он все-таки звонит, силы вновь возвращаются ко мне. И я пребываю в эйфории до тех пор, пока не приходится звонить ему самой. Это напоминает бесконечную эстафету, в которой, дотянув до финиша, ты можешь обнаружить, что твой напарник за время изнурительной гонки бесследно испарился.
Мне никогда не удается точно дозировать промежутки между звонками. Если он не звонит тебе в течение целой недели, означает ли это, что в списке его приоритетных дел ты находишься где-то между походом в прачечную за чистым бельем и починкой текущего на кухне крана? Уж я-то знаю, что на самом деле объяснений может быть куда как больше. Например, он умышленно строит из себя крутого или же безнадежно зашивается на работе. А если он звонит тебе, скажем, через пару дней, то стоит ли перезвонить, скажем, через неделю, продемонстрировав свое превосходство? Мои приятели из Нью-Йорка в таких делах фанатично бескомпромиссны: у них есть целый свод правил, устанавливающих, в какой срок положено сделать ответный звонок. Однако я перестала доверять им, когда поняла, что отношения между мужчинами и женщинами по ту сторону океана пребывают в не менее запущенном состоянии, чем по эту.
Я дала Алексу свой телефон в четверг и надеялась услышать звонок во вторник днем. Я все тщательно подсчитала: позвонив в понедельник или во вторник утром, он рискует показаться чересчур нетерпеливым. Правда, звонок во вторник днем означает, что человек вполне держит себя в руках. В среду будет поздновато: почти неделя. У меня есть убеждение, что если ты кому-то нравишься, он уж точно должен позвонить в течение пяти дней. В крайнем случае, через неделю. Конечно, это все в моей личной калькуляции. Алекс же, возможно, считал не так (или вообще ничего не считал).
Итак, составив уравнение (степень его интереса + количество работы x дни, минувшие с прошлого четверга), на выходе я получила «вторник в течение дня», что означало: весь понедельник я смогу беспечно заниматься работой и не подпрыгивать каждый раз, когда звонит телефон. К сожалению, это был далеко не единственный просчет в моей жизни. В понедельник утром я примчалась в офис раньше Льюиса и проверила свой автоответчик, а также автоответчик помощника – на случай, если какие-то звонки случайно попали к нему. Знаю, знаю: это граничило с маразмом. Ни один идиот обычно не звонит в понедельник без четверти десять утра, чтобы пригласить на свидание, за исключением совсем уже законченных асоциальных типов, которым и номер-то дать страшно.
К счастью, судьба уготовила для меня куда более занятное развлечение. Через каких-нибудь полчаса в проеме двери возникла лысая голова Ричарда. Когда я говорю «возникла», я не подразумеваю никаких переносных значений. Его голова так далеко отстоит от сутулых плеч, что появляется ощущение, будто она плавает в воздухе, как ухмыляющаяся морда Чеширского кота.
– Джульет, – ласково сказала голова Ричарда. – Чудно выглядишь, душечка. Чудно! Встречаешься сегодня с кем-нибудь из клиентов?
– Вроде бы нет.
– Чудно! Как ты одета? Так себе. Чудно! Ладно, возьми плащ. Я еду на конференцию по рекламной кампании водки «Айс» и беру тебя с собой. Ты так чудно с ними спелась в прошлый раз, я прав, дорогая?
– Буду через десять минут.
– Они могут ужаться до пяти?
– Я могла бы сказать «да», но в этом случае я бы соврала.
Ричард понимающе кивнул. Голова, висящая в воздухе, не самое здоровое зрелище. По крайней мере, это не то, что я могу переварить до обеда. К счастью, голова исчезла так же быстро, как и возникла. До меня донеслось:
– Чудно! Чудно!
Я взяла косметичку и направилась в туалет. Приглашение Ричарда не удивило меня. Он просто помешан на том, чтобы сорвать кого-нибудь из сотрудников с насиженного места, в последнюю секунду сообщив о намечающейся встрече. Хотя такое поведение и выглядело слегка взбалмошным, на самом деле являлось точно рассчитанным тактическим ходом. Так он мог лично оценить сотрудников в условиях, приближенных к боевым, и проверить, насколько твердо они стоят на ногах, – в приложении к интересам компании. А так как Ричард почти никогда не работал сидя, то можно было сделать вывод, что ему нравилось и других заставлять носиться туда-сюда.
Я забрала волосы в узел (по офису еще можно ходить патлатой, но на деловой встрече это слишком отвлекает) и подправила макияж. На мне был кашемировый свитерок, кардиган в тон и моя любимая темно-зеленая юбка длиной до колена, с боковым разрезом. Оглядев себя в зеркало, я удовлетворенно кивнула: прическа элегантная, шикарная губная помада и ожерелье из бисера, которое я таскаю на всякий пожарный в косметичке. Компетентная, но модная, сексуальная, но сдержанная. И к тому же великолепный цвет волос. Мой парикмахер как в воду глядел, когда говорил, что мне пойдет сочный рыжеватый багрянец. И, как она правильно заметила, я смогу с ног до головы замуроваться в черное и не буду при этом выглядеть траурно.
– Джульет, душечка! Ты просто очаровательна! – воскликнул Ричард, когда я спустилась в фойе ровно через десять минут.
– Думаете, мне идет это пальто? – с надеждой спросила я, застегивая пуговицы.
Пальто было из ангоры фиолетового цвета. В уединении моего жилища, не говоря уже о примерочной, оно мне вполне нравилось, но выводить его в свет я немного опасалась. Сменив привычные черный и коричневый цвета на оттенок спелой сливы, я рисковала эпатировать публику не меньше, чем зеленое пойло, которое глушат французы.
– Я купила его на распродаже. Умоляю, скажите, не смотрится ли оно как ворсистое одеяло.
Детский лепет какой-то. При воспоминании о сумме, которую я выложила за пальтишко (это несмотря на распродажу), у меня до сих пор случались приступы аритмии. И все-таки интересно узнать мнение Ричарда – у него безупречный вкус. Он внимательно оглядел меня:
– Отнюдь, очень миленько. Прекрасно гармонирует с твоими новыми волосами.
Я с облегчением вздохнула. Как же здорово, когда твой босс – махровый гей!


* * *


– Чудно! Чудно! Рад вас всех снова видеть! Чудно!
Ричард сиял (насколько термин «сиять» применим к индивиду, напоминающему грифа-падальщика). В жизни компании бывают такие восхитительные моменты, когда клиент и агентство практически сливаются в блаженном экстазе. Агентство воплощает все фантазии заказчика, доводя их до такого уровня совершенства, о каком клиент даже мечтать не смел, а клиент в свою очередь щедро раздает похвалы, вдохновляя агентство на еще более великие достижения. Мы называем эту стадию деловых отношений медовым месяцем, поскольку она начинается (или не начинается) в аккурат когда на наш счет начинают поступать денежки. В настоящий момент медовый месяц был в самом разгаре. «Айс-Водка» и «Сайкс Коллинз Ассошиэйтс», говоря метафорически, бродили рука об руку по берегу моря, солнце играло в их волосах, а волны омывали их ступни. Они шептали друг другу на ушко милые глупости и беспрестанно падали на песок, чтобы еще раз доказать свою любовь.
Собравшиеся вытекали из зала гуськом – разбившись на группки по отделам. Ричард каждому пожал руку – официоз у него получался не хуже, чем у королевы на приеме в Букингемском дворце.
Кроме меня в зале были еще только две девицы – маркетинг и реклама, – и, разумеется, они с завистью пялились на мой разрез и ожерелье. Атмосфера, царившая в компании «Айс-Водка», была более сдержанной, чем можно ожидать от производителей спиртного. Все не просто были одеты строго, а закупорены в серые костюмы, накрахмаленные рубашки и обязательные галстуки, напоминая копии, сделанные на ксероксе, усредненного менеджера по продажам. Я стояла рядом с Ричардом и оценивающе обозревала публику, сцепив руки за спиной, – типичный принц Чарльз. Йохан, без сомнения, был самой удачной из всех копий.
Во время собрания я старательно разглядывала его и в конце концов заключила – да, он мне нравится. Решающим доводом явилось его телосложение. Я предпочитаю мужчин, которым не стыдно показаться рядом со статуями дискометателей в Британском музее. В общем, чтобы на них было побольше мяса. Плевать я хотела на худосочных мальчиков-моделей с дистрофичными задницами. Эти сопляки напоминают веревки, которые приняли вертикальное положение благодаря искусству индийского факира. Как будто они всю жизнь только и думали о том, как бы им вырасти вверх, ни капли не заботясь о том, чтобы раздаться хоть чуточку вширь.
Каждый раз, проходя мимо Пимлико, я стараюсь заскочить в галерею «Тейт», чтобы взглянуть на бессмертное творение сэра Фредерика Лейтона: гигантского бронзового мужика, сдавившего в объятиях питона. Боюсь, что сама по себе статуя лишена какой-либо художественной ценности: атлет уныл, да и питон вяловат. Оба явно позировали в течение долгого дня и умирали от желания хлебнуть чайку и проглотить мышку-другую – кому что. Тем не менее физическое совершенство модели неизменно вызывает во мне дрожь. Сэр Лейтон потрудился на славу. Глядя на статую, можно поклясться, что тренажеры для голени существовали уже в 1877-м. Культуристки Викторианской эпохи, должно быть, заполонили всю улицу, чтобы поглазеть на статую, когда она выставлялась впервые.
С юго-западного направления уверенной и твердой поступью ко мне двигался Йохан. Они с Клаусом представляли собой остатки разбежавшейся славной армии «айсов». Клаус сразу же вступил с Ричардом в полную энтузиазма беседу, рисуя восьмерки в воздухе при помощи своего галстука, – все это выражало его восторг по поводу прекрасной раскрутки и резкого увеличения продаж. Нам с Йоханом это развязало руки. Хотя я не прочь была послушать воркование Ричарда и Клауса, мои сексуальные инстинкты возобладали. К тому же ничто не мешает расспросить босса обо всем на обратном пути.
Я отвернулась от голубков, дав Йохану понять, что он может включиться в беседу – либо со мной, либо с ними. Он выбрал меня.
– Рад вас видать! – улыбнулся он мне с высоты своего роста. – Когда Ричард говорить, что приходить не один, я мечтай, чтобы это быть вы.
– Это потому что мы уже встречались. Вы ведь все равно никого больше не знаете из нашего агентства, – с напускной скромностью ответила я. – Ричарду показалось, что мы отлично сошлись.
– Ричард очень… – он щелкнул пальцами, как бы призывая на помощь джинна, – хорошо понимать.
Я не сдержала улыбку. Под пиджаком Йохана, как я все больше догадывалась, скрывались накачанные мускулы. Походка и движения свидетельствовали о том, что он не чужд самоистязаний в тренажерном зале.
– Итак, можем ли мы рассчитывать видать вас снова?
– Это зависит от Ричарда, – ответила я, состроив милую гримаску. Хотя это была чистая правда. – Я бы совсем не против, но вообще-то это его проект. – Испугавшись, что Йохан решит, будто имеет дело с обычной курицей, я быстро добавила: – Кроме того, у меня сейчас полно собственных проектов.
Йохан скрестил руки на монументальной груди и устремил на меня тяжелый взгляд, который врезался мне в память еще в прошлый раз.
– Слишком заняты, чтобы обедать со мной как-нибудь на неделя? – вопросил он.
Я мигнула, не ожидая такого напора. Мне-то мнилось, что мы потратим не меньше пяти минут на вокруг да около, прежде чем перейти к делу. Тем не менее я была в восторге от его натиска и… от его плеч.
– Спасибо за приглашение, – проблеяла я, побивая все рекорды по части застенчивости. Согласно правилам игры, с лету назначать время и место встречи категорически запрещается. – Однако сначала мне нужно свериться с моим графиком. Не могли бы вы позвонить мне на днях? Тогда и договоримся.
Я выудила из сумочки визитку и протянула ему.
– Я давай вам одна тоже, – сказал он. – На всякий случай.
Вот на это я и рассчитывала с первой минуты, как только голова Ричарда просунулась ко мне в кабинет этим утром: встретиться с Йоханом и, так сказать, смерив его взглядом, убедиться, что он не просто забавлялся в прошлый раз, заигрывая со мной, а действительно разработал план дальнейших действий. Итак, нам удалось уладить все вопросы. И вообще, «заигрывать» – глупое и нелепое слово, которое не передает и мизерной доли того возбуждения, которое испытываешь, когда его взгляд вот-вот просверлит тебе башку насквозь. Я уже ощущала его разрушительное действие где-то внутри грудной клетки. Боже, обожаю такие моменты. Ради них я, собственно, и живу.
Греясь в лучах сиюминутного удовлетворения, точно кошка на солнце, я оглянулась на Ричарда. Он слился с Клаусом в дружеском рукопожатии. «Айс-мен» вцепился в его руку обеими лапами, и вместе они напоминали нефтяную вышку, лихо выкачивающую содержимое скважины.
Я оглядела их с чувством глубочайшего удовлетворения. Похоже, встреча прошла сногсшибательно для всех нас.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мое бурное прошлое - Хендерсон Лорен


Комментарии к роману "Мое бурное прошлое - Хендерсон Лорен" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100