Читать онлайн Взрывоопасные сестрички, автора - Хеллер Джейн, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Взрывоопасные сестрички - Хеллер Джейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.17 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Взрывоопасные сестрички - Хеллер Джейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Взрывоопасные сестрички - Хеллер Джейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хеллер Джейн

Взрывоопасные сестрички

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Вуди Дейвенпорт был легендой дневных телевизионных программ, колоссом, чье фантастическое чувство драмы совершенно очевидно проявлялось не только в его работе, но и во внешности. Ростом шесть футов шесть дюймов, он буквально возвышался над нами, как башня; иссиня-черная шевелюра, взбитая в огромный кок, добавляла ему еще пару-тройку дюймов. Вуди носил кричащие галстуки, выпивал уйму алкоголя и укладывал в койку баб всех возрастов. Персона в индустрии персонажей, Вуди, что самое главное, был из тех, кто всегда выживает. За семнадцать лет съемок сериала «Отныне и впредь» пришло и ушло огромное количество исполнительных продюсеров, а Вуди оставался. Никто уже и представить себе не мог этот сериал без него. Во всяком случае, я точно не могла, как и еще четыре сценариста, собравшихся в гостиной Вуди – огромном, отделанном в древнегреческом стиле помещении с высоченными потолками. (Меня забавляла его тяга к колоннам, аркам и лепнине, постольку вырос он па ферме Канзаса, а вовсе не в Парфеноне.)
Совещание протекало как обычно, стандартная понедельничная рутина, вплоть до ленча. Хелен Минсер, ядовитая тетка лет пятидесяти с чем-то, присоединившаяся к нашей команде после работы в сериалах «Храбрец и Красотка», «Молодые и дерзкие» и «Главный госпиталь», подошла ко мне в буфете и сказала, что слышала, будто я встречаюсь с Филиппом. Поскольку Хелен – невероятная сплетница, я ничуть не удивилась, что ей известно о нас с Филиппом. Однако меня буквально сразило наповал то, что последовало за этим.
– Держись подальше от этого малого, – предупредила Хелен. – Он клеится к сценаристам, чтобы проникнуть в их кабинет и просмотреть позпизодники. Филипп считает, что если ознакомится с ними заранее, то ему удастся лучше контролировать развитие своего персонажа и захапать больше экранного времени.
У меня вспыхнули щеки. Мне туг же вспомнился вчерашний вечер, когда я застукала Филиппа в моем кабинете за чтением поэпизодников.
– Я слышала об этом от трех сценаристов «Главного госпиталя», – подлила Хелен масла в огонь. – Твой бойфренд провернул такую штуку с ними всеми.
Я была сражена, но не желала верить Хелен. Во всяком случае, сразу.
– Если Филипп «клеится к сценаристам», как ты изволишь выражаться, то почему он не клеился к Нэнси, Кики или Фэйт? – осведомилась я, имея в виду трех других сценаристов-эпизодников.
– Потому что Нэнси замужем, Кики – девушка Вуди, а Фэйт – лесбиянка.
– Фэйт лесбиянка?!
– Боже! Да ты и впрямь в облаках витаешь! Похоже на то.
– А ты сама, Хелен? Почему Филипп не взял в оборот тебя, чтобы добраться до твоих поэпизодников?
– Он знает, что мне о нем все известно, и не посмеет попытаться провернуть это дерьмо со мной.
– Но пытается со мной, ты это хочешь сказать?
– Ведь он тебя охмуряет, – пожала плечами Хелен.
Подложенная Хелен бомба выбила меня из колеи, я никак не могла решить, кому верить: ей или Филиппу. Но, сидя на следующий день за компьютером и тщетно силясь выполнить недельную норму, я поняла: мне необходимо встряхнуться и выяснить, что же такое Филипп Уайли на самом деле – ценный приз или сволочь.
И у меня родился план. Когда Филипп позвонил, чтобы договориться о свидании на пятницу, я предложила поужинать у меня дома. Я собиралась написать липовый сценарий, в котором его персонаж Холден Холей вылетает из сериала, и оставить в папке на столе, чтобы Филипп непременно увидел его, если вдруг забредет в мой кабинет, пока я буду занята готовкой.
Так или иначе, но я получу ответ на интересующий меня вопрос, поклялась я себе.
Увы, ответ оказался совсем не тот, какого мне хотелось. В пятницу вечером я заправляла маслом винегрет, пока Филипп предположительно ждал в гостиной. Внезапно он ворвался на кухню, размахивая липовым сценарием. Его красивая мордашка исказилась от ярости.
– Вуди выбросил меня из шоу! – заорал он. – Он таки выкинул меня! Но это ему так просто с рук не сойдет, слышишь?! Слышишь?!
– Да тебя во всем доме слышат, Филипп.
Значит, он попался на крючок, подумала я, похолодев. Этот мужик и вправду просочился в мой кабинет, не успела я отвернуться, и прочел сценарий, скотина эдакая.
Пока Филипп рвал и метал, поминая свой контракт, своего агента и поклонников, я осознала, что разочарована, но не сломлена. Возможно, потому что Хелен подготовила меня к такому исходу. Или из-за того, что у меня с Филиппом было лишь одно настоящее свидание, и я не вложила много сил и времени в наши отношения. Или потому что мои романы с удручающим постоянством кончаются плохо – значит, в этом нет ничего нового. Однако я терпеть не могу, когда из меня делают дуру.
– Тебя вовсе не выкинули из сериала, Филипп, – сообщила я, спуская, винегрет в мусорное ведро вместе с приготовленным мной тушеным мясом. – Сценарий, что ты прочел, – липовый. Я специально оставила его на столе, дабы выяснить, действительно ли ты такая крыса, как утверждает Хелен Минсер. Если бы ты прочел настоящий сценарий, тот, который я отдала нынче утром, то знал бы, что тебя ожидает лакомый кусочек. Холден станет героем, а ты, Филипп, – звездой.
– Звездой? – вытаращился он на меня.
– Яркой звездой.
– Яркой звездой. – Его глаза расширились, и на лицо вернулась обаятельная ухмылка Холдена Холси. А потом Филипп рассмеялся. Ха-ха-ха-ха-ха. Словно его гнусное поведение в отношении меня – всего лишь шуточка этакая. И тут я поняла, что из всех мерзавцев, попадавшихся мне на жизненном пути на протяжении многих лет, Филипп Уайли – самый омерзительный.
Вытолкнув его за дверь, я заперла замок.
Я уже было вознамерилась бежать в гостиную, чтобы рухнуть на софу и от души нарыдаться, как вдруг зазвонил телефон. Звонила Хелен.
– Ты была права насчет Филиппа, если ты за этим звонишь, – сообщила я ей.
– Вовсе не за этим. Вуди уволили. Телеканал сообщит об этом завтра.
Я обалдела. Вуди выперли? Самого Вуди Дейвенпорта? После почти двадцати лет работы в «Отныне и впредь»? Да как же сериал без него выживет? Как я без него выживу? Почему телеканал решил от него избавиться?
Хелен растолковала: его выгнали потому, что наш рейтинг падает. И потому что Вуди пятьдесят семь лет.
– Они набирают команду главных сценаристов взамен Вуди, им всем около тридцати, – сказала Хелен. – Их цель – привлечь молодежную аудиторию.
– О, просто класс! Теперь нам придется писать для подростков.
– Если мы еще в игре.
– Ты ведь не думаешь?..
– Ты отлично знаешь, как бывает, когда случается перетряска. Никто из сотрудников не застрахован от увольнения. Я уже закинула удочку одному приятелю – продюсеру, работающему в «Ином мире». Если хочешь, Дебора, я и за тебя замолвлю словечко.
Я поблагодарила Хелен, но в данный момент мысль о создании сценариев для «мыльной оперы» вызывала у меня отвращение.


Новыми главными сценаристами оказались три женщины. Они не только никогда не работали над дневными телепрограммами, но и отродясь их не видели. Одна заявилась в наше шоу прямиком из редакционного отдела «Романы Арлекина». Другая была продюсером и режиссером одной серии «Береговой охраны». А третья писала сценарий тех рекламных телевизионных роликов, где мужчина и женщина влюбляются друг в друга, обнаружив, что обожают одну и туже марку кофе. Нет, и о чем все же думает дирекция канала, хотелось бы мне знать?
Не то, что я плохой солдат. Я аккуратно приходила на еженедельные совещания к новым боссам; никогда не упоминала Вуди, если только они сами первыми не вспоминали о нем; никогда не выказывала неодобрения но поводу того, что у них нет опыта; и даже не закатывала глаза, когда одна из них (гений рекламы) предложила нам составить мониторинговые группы, дабы выяснить, интересует ли наше шоу молодежь. Я честно играла по правилам, отдавала сценарии, относила чеки в банк. Я сохраняла полное спокойствие в кипящем вокруг меня океане страстей, интриг, ударов в спину и доносов. Я и глазом не моргнула, когда Хелен проинформировала меня, что экс – редактриса «Арлекина» встречается с Филиппом.
Я была счастлива, что у меня есть работа – хорошо оплачиваемая работа, кстати говоря, – но при этом чувствовала себя совершенно несчастной. Я тосковала по минувшим дням, когда меня окрыляла мысль о том, что работаю с актерами и актрисами. Тогда я любила работу, меня радовало, что написанные мной серии смотрят миллионы телезрителей, мне даже нравились жесткие сроки, устанавливаемые на совещаниях. И не имело ровно никакого значения, что я пишу не для «Театра мастеров», что у моих персонажей регулярно возникает амнезия, что они восстают из мертвых и сбегают с какими-то таинственными монархами неких крошечных иностранных государств. Я балдела от мелодрамы, составляющей суть «мыльных опер», от умопомрачительных интриг, душераздирающих любовных сцен. Но времена меняются. Я уже не наивная инженю с широко распахнутыми глазами, пораженная тем, что мне некогда казалось блеском шоу-бизнеса. Я устала, выдохлась, и мне все надоело. Я – сценарист-эпи-зодник, чей эпизод подходит к концу.
Разумеется, доконала меня в конечном счете вовсе не работа или тоска по Вуди, и даже не то, что роман с Филиппом не состоялся. Доконала кража со взломом.
Это случилось в первый понедельник февраля, на той неделе, когда мне предстояло лететь во Флориду на день рождения матери. Придя домой примерно в восемь вечера после окончания рутинного совещания сценаристов, я вставила ключ в замок собственной двери и обнаружила, что дверь уже открыта. Подумав, что попросту забыла запереть ее, я вошла в квартиру, ожидая найти все в том же виде, как утром. Я ошиблась.
Думается мне, до этого момента я была весьма наивна в вопросах преступности. Да, я прожила на Манхэттене уже лет двадцать и отлично знала, что в Большом Яблоке есть положенная толика Гнилых Яблок. Но я никогда не становилась жертвой преступления, у меня никогда не вырывали сумочку, поэтому и пребывала в святой уверенности, что плохие вещи случаются с другими людьми.
И тут, войдя в собственную квартиру, я вижу, что все в ней перевернуто вверх дном. Посуда побита. Компьютер исчез. Телевизор исчез. А также испарились мои драгоценности, включая золотые запонки моего отца, значившие для меня куда больше, чем все остальное. Пропало и мое ощущение безопасности.
– Смахивает на работу психа, – изрек полицейский, заслуженный ветеран, судя по морщинистой физиономии и выражению обреченности. – Кто-то из жильцов дома. Один из портье, быть может.
– Мне следует поговорить об этом с комендантом? – поинтересовалась я.
– Хотите совет? – ответил коп. – Переезжайте. Раз эти типы выяснили, что ваша квартира легкодоступна, они подождут, пока вы замените все исчезнувшее, а потом вломятся и снова вас обчистят.
– Не обчистят, если вы их поймаете. – Полицейский пожал плечами. – Значит, есть шанс, что вы не найдете их?
– Как я уже сказал, на вашем месте я бы переехал.
Остаток недели прошел как в тумане. Пришлось привести в порядок то, что осталось от моей квартиры, сменить замки, несколько раз позвонить в страховую компанию и попросить побыстрее выплатить страховку. Пришлось смотаться в контору и позаимствовать один из компьютеров. При этом я часами сидела над сценариями, чтобы все закончить к пятнице. Я также собирала вещи, поскольку мой рейс на Флориду вылетал из Ла-Гуардиа в пять часов вечера пятницы.
Впрочем, я со всем справилась, и в семь тридцать вечера пятницы самолет приземлился в международном аэропорту Палм-Бич, где меня встречала мама.
– Ау! Я здесь, Дебора! – окликнула она, заметив меня на выходе из терминала. Мама помахала сумочкой, чтобы привлечь мое внимание, и нечаянно стукнула по голове контролера.
Я помахала в ответ, стараясь никого не задеть, и неожиданно для себя самой вдруг кинулась маме в объятия, как получивший ссадину шестилетний ребенок.
– Дебора, – ласково пробормотала мама, гладя меня по спине. – Девочка моя маленькая.
Но маленькой была она, как с изумлением обнаружила я. За последние несколько лет мама заметно усохла, но в этот раз она показалась мне особенно хрупкой, почти прозрачной. Но при всем том Ленора Пельц осталась привлекательной женщиной и выглядит куда моложе своих семидесяти пяти, подумала я. У мамы стройная фигура, волнистые серебристые волосы и бездна обаяния, из-за которого люди тянутся к ней. Но сражали всех наповал ее глаза. «Голубой от Тиффани», – как назвала их моя сестрица-барахольщица. На эти потрясающие, огромные глаза люди сразу обращали внимание при знакомстве с мамой. Плохо одно – ни я, ни Шэрон не унаследовали их.
– Я так рада, что приехала на твой день рождения, мам, – сказала я, все еще цепляясь за нее. – Мне и впрямь до зарезу нужно передохнуть.
– Работа тебя доконала, солнышко? – Мама погладила меня по щеке так, как способна погладить только мать.
– Помимо всего прочего, – буркнула я. – Я все объясню дома, ладно?.
Она пристально посмотрела на меня:
– Это не связано с Шэрон? Пожалуйста, скажи, что нет.
– Нет, ма. Это не имеет никакого отношения к Шэрон.
Мама с облегчением вздохнула:
– Ну, тогда вдвоем мы сообразим, что с этим делать, как поступали всегда, когда ты была ребенком.
Я улыбнулась. Моя мама – посредник. Мама – устранитель всех проблем. Золотая мама. Ну как такая милая, уравновешенная женщина могла породить столь вздорных отпрысков? И тут я напомнила себе, что родителей у меня двое.
От аэропорта мы направились на север по шоссе, минуя повороты на Ривьера-Бич, Палм-Бич-Гарденс, Юпитер и Хоб-Саунд, и добрались до Стюарта. Вся поездка заняла чуть больше часа. Мы доехали бы быстрее, но маме пришлось завернуть на заправку. Ей всегда нужна заправка. Ее «Олдсмобиль-Дельта 88», размером с морской лайнер, сжирает за десять миль галлон бензина. А вторая проблема с этой машиной та, что маменьку едва видно из-за руля, если она не подкладывает себе под зад телефонный справочник. Я долго недоумевала, почему мама не сменит эту колымагу на более современную машину размером поменьше, но потом сообразила, что большинство ее сверстников во Флориде тоже ездят на здоровенных старых рыдванах. Вероятно, это свойственно всему их поколению.
Около половины десятого мы наконец миновали мост Эванс-Крери над рекой Святой Люсии и оказались на полуострове Сьюел-Пойнт.
Мама за эти годы обновила дом – перекрасила степы, положила новый ковер, обзавелась современной кухонной техникой – но он по-прежнему оставался загородным домом образца 1970-х, каким я его помнила. Обожаемое моим отцом убежище в тропиках. Здание, расположенное среди похожих на джунгли зарослей и возведенное на сваях, возвышалось над рекой Святой Люсии и над особняками, стоящими на бульваре Святой Люсии в Стюарте.
Чтобы попасть в дом, нужно подняться по двум лестничным пролетам и еще по одной лестнице внутри. Поднимаясь, я размышляла, долго ли еще мама сможет карабкаться по этим ступенькам. Нет, в свои семьдесят пять она вовсе не стала инвалидом, но я знала, что придет день, когда подъем по этим многочисленным ступенькам будет для нее серьезным испытанием, если и не вовсе невозможным делом.
Бросив вещи в одной из двух гостевых спален, я направилась к маме на кухню. С аппетитом уплетая заранее запеченного ею цыпленка, я поведала ей о своих несчастьях.
– Может, пора уехать из города, – сказала она, когда я закончила печальную сагу.
– Именно это посоветовал мне и тот коп. Но куда же деваться?
– Почему бы не сюда? Мы здесь вполне разместимся. Ты всегда любила этот дом.
– Да, но в сорок три года как-то неприлично свалиться на голову матери.
– А потом подыщешь себе собственное жилье где-нибудь поблизости, обустроишься там, встретишь хорошего мужчину.
– Не хочу никого обидеть, мам, но все мужчины в окрестностях – твоих лет.
– Да, а женщины, которые их интересуют, – твоих.
– В данный момент мужчины – не самое главное, – рассмеялась я. – Я переосмысливаю весь свой образ жизни. Мне хочется поменьше стрессов, побольше самодостаточности.
– Повторяю, солнышко, переезжай в Стюарт. И забудь мой выпад насчет стариков. Ты удивишься, сколько тут теперь живет молодых.
– Вообще-то ничуть не удивлюсь. Читала я статьи о людях моего возраста, сбегающих из больших городов в маленькие местечки типа Стюарта. Они бросают высокие посты, чтобы стать там шеф-поварами, управлять пансионатами и учиться рисовать.
– Ты ведь тоже рисовала, когда училась в колледже, солнышко. Автопортреты, верно?
– Нет. Это Шэрон писала автопортреты, хотя все они куда больше смахивали на Натали Вуд, чем на нее. (Причем единственная общая черта у Шэрон с Натали Вуд – это страсть к Роберту Вагнеру.) Я же рисовала вазы с фруктами, вазы с цветами и все такое прочее.
– Ну, так ты вполне можешь снова этим заняться, верно? Найди работу и рисуй в свободное время.
– Возможно. Но какую работу я тут найду? Стюарт не то, что большой индустриальный центр.
– Нет, но я только что вспомнила, что Мелинда Карр, директор Исторического общества, на днях упомянула за ленчем, что у нее есть вакансии. Помнишь, я когда-то подвизалась там на добровольных началах? Когда работала в музее Эллиота на Хатчинсон-Айленде.
Я кивнула. Хатчинсон-Айленд – остров барьерного рифа, известный своими пляжами. Связанный с Сьюел-Пойнтом мостом через реку, он представляет собой местный аналог Майами-Бич. Построенные там стена к стене кондоминиумы возвышаются над Атлантическим океаном, а в зимние месяцы численность населения, составляющая пять тысяч человек, увеличивается вдвое. Учась в колледже, я провела там много праздничных каникул, шляясь по берегу, собирая ракушки и размышляя, кем я стану, когда вырасту. Мне и в голову не приходило, что буду размышлять об этом же в сорок три года.
– Так или иначе, – продолжила мама, – Мелинда сказала, что им нужен смотритель.
– Всем нужен.
– Это она так называет должность, Дебора. Смотритель. Вроде смотрителя маяка. По-моему, она имеет в виду управляющего.
– А Мелинда сказала, куда конкретно нужен управляющий?
– Да. В Убежище на бульваре Макартура.
Я вздрогнула. Убежище Гилберта, как оно официально называется, это зеленое деревянное строение, сооруженное на скалистой части Хатчинсон-Айленда более ста лет назад как приют для потерпевших крушение моряков. Восстановленное на средства округа и занесенное в национальный реестр исторических памятников, оно теперь открыто для публики как музей. Очаровательное, пропитанное старым морским духом здание, откуда открывается потрясающий вид на океан.
– Значит, Историческому обществу нужен человек, чтобы управлять Убежищем? – уточнила я.
Мама покачала головой:
– Нет, лишь для того, чтобы жить в расположенном рядом домике смотрителя. Скорее всего, этот человек должен присматривать за тем, как бы Убежище не обвалилось. Внутри коттеджа я никогда не была, но, по словам Мелинды, там есть спальня, гостиная, кухня, кабинет и – самое лучшее – выходящая прямо на океан лоджия. Конечно, таких денег, как ты получаешь за свои «мыльные оперы», тебе и близко не видать, но что-то все же получать будешь, да еще и жить прямо у воды, к тому же даром. Ты сможешь рисовать, читать и решать, чему посвятить остаток жизни. По-моему, неплохой временный вариант.
– Безусловно. – Идея провести полгода или даже год у океана в одиночестве, когда не надо давать на лапу вороватым портье, писать еженедельные сценарии и обхаживать самовлюбленных актеров, почти привела меня в восторг. – Но в этом наверняка есть какой-то подвох. Уж слишком привлекательно звучит, чтобы быть правдой.
– Ну, тебе может не хватить квалификации.
– По-твоему, у меня слишком высокая квалификация, да? – рассмеялась я.
– Нет. Возможно, им нужен человек, имеющий опыт в ремонте зданий. Кто-то, кто умеет заниматься починкой.
– Я умею заниматься ремонтом. Я просто набираю номер телефона и вызываю кого-нибудь, кто это делает. Я постоянно занимаюсь этим в своей квартире. У меня отличные отношения с комендантом.
Ленора Пельц улыбнулась.
– Подумай над этим в выходные. Если ты действительно намерена уехать из города, то я созвонюсь с Мелиндой и постараюсь устроить тебе встречу с ней. Ну а сейчас уже поздно, а мне завтра предстоит великий день. Ленч назначен на полдень. Шэрон хочет, чтобы мы были в Бока к одиннадцати.
– Зачем? Чтобы иметь лишний часок поизводить меня?
– Дебора!
Я обняла маму.
– Иди спать. На кухне я приберу. Мама кивнула.
– Завтрашний день будет куда лучше, чем ты думаешь. У меня такое чувство, что вы с сестрой наконец зароете топор войны.
«Ага. В самое ближайшее время», – подумала я, целуя маму на сон грядущий.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Взрывоопасные сестрички - Хеллер Джейн



Читать можно. Роман не плохой.
Взрывоопасные сестрички - Хеллер Джейннатали
11.02.2016, 3.44








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100