Читать онлайн Проблеск надежды, автора - Хегган Кристина, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Проблеск надежды - Хегган Кристина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.69 (Голосов: 16)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Проблеск надежды - Хегган Кристина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Проблеск надежды - Хегган Кристина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хегган Кристина

Проблеск надежды

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

Закутавшись в старенький уютный халатик, Дайана сидела у окна с чашкой утреннего кофе. Прямо перед ней раскинулся парк Лафайет, в котором, несмотря на ранний час, уже кипела жизнь: молодые мамаши выгуливали своих детишек, любители бега совершали утренние пробежки, мужчины и женщины постарше сидели, наслаждаясь теплым осенним солнцем. Под дубом старый китаец в черном одеянии проделывал медленные плавные движения, занимаясь гимнастикой таи-чи.
Это время года она любила больше всего. Схлынули толпы туристов, листья на деревьях по всему городу приобретали яркие золотисто-рыжие оттенки, а воздух был свежим и бодрящим. Дайана успокоилась. Прошло больше недели после того, как она позвонила Маргарет Линдфорд. Сначала она боялась худшего: нашествия армии адвокатов, берущих приступом ее дом, повесток в суд или как минимум неприятных разговоров по телефону. Ничего этого не было.
Она проводила взглядом стаю улетавших на юг серых пеликанов. Конечно, еще слишком рано, чтобы вздохнуть с облегчением, но шестое чувство подсказывало ей, что она права в своих давних подозрениях. Отцовский инстинкт Трэвиса оказался таким же фальшивым, как и все остальное, что в нем было. Он, несомненно, узнал, что сына ему без борьбы не получить, и отказался от своей затеи.
Сделав глоток кофе, она вдруг увидела, что перед ее домом остановилась серая машина. Она с любопытством наблюдала, как низенький невзрачный человек вышел из машины и направился к ее дому.
Дайана напряглась. Не слишком ли рано она успокоилась?
В дверь позвонили.
Дайана с обреченным видом затянула потуже поясок халата и пошла открывать.
За дверью стоял мужчина, лицо которого не выражало никаких эмоций.
– Вы мисс Дайана Уэллс?
–Да.
Сунув руку в нагрудный карман, он извлек сложенный пополам лист бумаги и протянул его ей.
– Это вам, мэм.
Трясущимися руками Дайана развернула и прочла документ.
Это была повестка в суд. Ей предписывалось явиться 6 декабря в окружной суд Сан-Франциско. Трэвис Линдфорд возбуждал против нее дело об опекунстве над Заком.
В малой гостиной Маргарет Линдфорд, куда несколько минут назад были приглашены все члены семьи, Рендл Аткинс молча слушал свою тещу, которая рассказывала им невероятную историю о чудом отыскавшемся внуке. Рядом с ним, тоже в полном молчании, сидела его жена Франческа.
Трэвис стоял возле камина, картинно положив локоть одной руки на каминную доску, а другой вращая кубики льда в стакане виски. Оказавшись в центре всеобщего внимания, он явно наслаждался ситуацией.
Рендл сделал глоток и перевел взгляд на шурина. Так, значит, любимчику матери опять повезло. Именно тогда, когда все думали, что он идет ко дну, он отыскал спасательный круг и вышел сухим из воды – живой, невредимый, и торжествующий.
Когда две недели назад из президентского «люкса» «Линдфорда» было украдено колье миссис Барклэй, Маргарет была готова растерзать Трэвиса и назначить Франческу своей преемницей.
Потом произошло невероятное. Трэвис, выслушав ультиматум, предъявленный матерью, условия которого Рендл и Франческа считали для него невыполнимыми, не только согласился их выполнить, но и чудесным образом отыскал для нее то, чего она желала больше всего на свете, – внука.
– А поэтому, – продолжала Маргарет, останавливая взгляд сначала на дочери, потом на сыне, – в соответствии со старинной линдфордской традицией, я передам свою долю акций отеля Трэвису, но не в день рождения его первенца, поскольку у него уже есть ребенок, а в тот день, когда ему присудят опекунство над Закери. – Она улыбнулась: – Франческа, Рендл, я надеюсь, вы оба присоединитесь ко мне, чтобы поздравить Трэвиса.
Поскольку все молчали, она взглянула на дочь, подняв брови.
– Франческа!
Рендл окинул взглядом жену – милые черты лица, густые черные волосы, перехваченные шарфом, серьезные темные глаза, крупный рот. Если не считать необычной бледности, то догадаться о том, как глубоко она разочарована, не смог бы никто, кроме него.
– Франческа! Ты меня слышала, дорогая? Франческа расправила плечи. Она знала, что от нее требуется. Она должна была сказать: «Поздравляю, Трэвис. Я очень рада за тебя. Скажи мне, если потребуется моя помощь». Но как могла она произнести это, зная, что «вмешательство руки господней», как театрально выразилась ее мать, означает, что «Линдфорд» для нее потерян навсегда?
Она, черт возьми, выстрадала право стать владелицей отеля! Ей тридцать один год, и более половины своей жизни она готовилась к тому дню, когда станет первой женщиной из рода Линдфордов, в руки которой перейдет отель. Она много потрудилась, чтобы достичь этой цели, удивляя всех, даже родителей, преданностью делу, новаторскими идеями и мужеством.
Она была близка к достижению цели, но теперь, после этого потрясающего заявления, мечтать больше было не о чем. Победу одержал Трэвис. Не в честной и справедливой борьбе, но он победил.
Поскольку она была из семейства Линдфордов и, несмотря ни на что, любила брата, Франческа отпустила руку мужа, встала и направилась к камину.
– Поздравляю, Трэвис, – сказала она дрожащим от наплыва разнообразных чувств голосом. – Ребенок – это безмерное счастье. – Она улыбнулась. – Я с нетерпением жду встречи со своим племянником.
Это, по крайней мере, было правдой. Она обожала детей. Мысль, что присутствие маленького мальчика оживит чопорные обеды на ранчо матери, заставила ее почти забыть о разочаровании.
– Спасибо, сестричка. – Трэвис чмокнул ее в щеку, обняв одной рукой за талию. – А что скажешь ты, старина? – спросил он с натянутой улыбкой, обращаясь к Рендлу. – Ты рад за меня?
Франческа заметила, как напряглось красивое лицо Рендла. Когда он посмотрел на своего шурина, взгляд его янтарных глаз под очками в металлической оправе, обычно такой теплый, стал жестким.
Стремясь предотвратить столкновение двух мужчин, Франческа одарила мужа лучезарной улыбкой.
– Ты готов играть роль дядюшки?
Ради Франчески Рендл заставил себя улыбнуться.
– Конечно. Прими и мои сердечные поздравления, Трэвис. – Он перевел взгляд на Маргарет. – Хотя меня немного удивило, что Кейн согласился взяться за это дело. Я полагал, что адвокаты по уголовным делам...
– Это семейное дело, – перебила его Маргарет. – А Кейна я всегда считала членом нашей семьи.
В тот же вечер, когда Рендл и Франческа сидели в своей квартире на Телеграф-Хилл со стаканами белого вина, Рендл взял жену за руку. Она не проронила ни слова в машине, пока они возвращались из «Линдфорда», и он с уважением относился к ее молчанию, понимая, что ей надо многое пережить одной.
– Мне очень жаль, что все так получилось, – сказал он, наконец. – Я знаю, как тебе хотелось, чтобы «Линдфорд» стал твоим, как много ты трудилась для этого.
Франческа сидела, уставившись в свой стакан.
– Не могу сказать, что решение мамы было для меня полной неожиданностью. Все мы знаем, как она относится к знаменитой линдфордской традиции. Правда, я не ожидала, что это произойдет так быстро и так театрально.
Рендл покачал головой:
– Иногда я не понимаю Маргарет. Ведь она умная женщина. Неужели она не видит, что Трэвису нет никакого дела до этого ребенка? Что он затеял судебный процесс только лишь потому, что, если ему присудят опекунство над сыном, он немного раньше приберет к рукам отель?
– Я уверена, что она все понимает, но исполнение ее желания иметь внука для нее важнее, чем тайные замыслы Трэвиса.
– Пройдет несколько месяцев, и отель будет принадлежать не нашему семейству, а двум миллионам акционеров, и она пожалеет о том, что приняла такое решение. Но тогда, разумеется, будет слишком поздно.
Франческа кивнула, вспомнив тот день, когда Трэвис предложил родителям идею акционирования отеля.
– Мы могли бы заработать миллионы долларов на продаже акций, – говорил он им, приводя в подтверждение факты и цифры, подготовленные вместе с его брокером. – На эти деньги можно построить еще один «Линдфорд». А потом еще один. Я знаю одного шейха из Саудовской Аравии, который горит желанием инвестировать...
Чарльз тогда резко прервал его.
– Пока я жив, – пророкотал он, – отель не будет акционирован.
Хотя Трэвис никогда больше не поднимал этот вопрос и поклялся Маргарет, что будет всегда с уважением относиться к воле отца, Франческа знала, что эта идея по-прежнему зреет в его голове.
Остальную часть вечера она молчала, едва притронувшись к ужину, который заранее приготовила для них экономка Мэг. В девять часов, сложив с помощью Рендла тарелки в посудомоечную машину, Франческа сказала мужу, что идет спать.
Он встревожился.
– Ты себя плохо чувствуешь? Ты не заболела, а? Улыбнувшись, Франческа прикоснулась губами к его губам. Милый, замечательный Рендл. Как она вынесла бы без него сегодняшнее тяжкое испытание?
– Нет, я просто устала, а завтра предстоит столько хлопот.
– Хочешь, я приготовлю тебе горячий шоколад, чтобы ты выпила перед сном?
Она покачала головой.
– Не сегодня, дорогой. – Она снова поцеловала его, заглянув в глаза. – И перестань переживать за меня. Со мной ничего не случится. Уверяю тебя.
Прислонившись плечом к дверному косяку, Рендл смотрел вслед жене, и сердце его сжималось от жалости при виде одинокой фигурки, удаляющейся по коридору. Кто, как не он, мог понять, как тяжело бывает ребенку в семье, если у родителей есть любимчик? Потому, наверное, что много лет назад он сам это испытал. Он давно стал взрослым мужчиной и был сейчас счастливее, чем когда-либо в жизни, но рубцы от старых ран остались и временами все еще болели.
Он закрыл глаза, стараясь прогнать воспоминания, но образы прошлого, ожившие в памяти из-за событий сегодняшнего вечера, не исчезали, бередя старые раны.
Он родился в Биллингсе, штат Монтана, и был младшим ребенком в семье. Он был хрупкого телосложения и неисправимо застенчив, а поэтому его брату Джимми ничего не стоило обидеть и унизить его и дома, и в школе перед одноклассниками.
Когда Рендл жаловался родителям, они реагировали всегда одинаково – смеялись.
– Брат просто играет с тобой, Рендл. Он не хочет тебя обидеть.
Ни для кого не было тайной, что Джимми в семье любимчик. Он был не очень умным, зато рослым и сильным, к тому же хорошим спортсменом, как и их отец, который всегда брал Джимми на велосипедные прогулки и футбольные матчи. Когда Рендл спрашивал отца, почему тот никогда не берет с собой его, Билл Аткинс обычно отвечал: «Потому что ты от этого не получишь никакого удовольствия». Несколько лет спустя, когда Рендлу было тринадцать, а Джимми шестнадцать лет, произошла трагедия, после которой у Рендла не осталось никакой надежды завоевать место в сердцах родителей.
Однажды на родительской ферме в Монтане, когда он чинил в амбаре лестницу, туда пришел Джимми с подружкой. Джимми, которому хотелось покрасоваться перед девушкой, приказал Рендлу убираться оттуда, но Рендл, которого на прошлой неделе наказали за то, что он запустил работу, отказался подчиниться.
– В таком случае, дурья башка, – сказал Джимми, хватая Рендла за шиворот, – мне придется тебя вышвырнуть.
Но на этот раз Рендл не испугался, особенно в присутствии девушки. Прежде чем Джимми успел что-нибудь сообразить, Рендл первым нанес удар не ожидавшему от него такой прыти брату.
Несмотря на свою ловкость, Джимми потерял равновесие и упал, сильно ударившись спиной о диск бороны, которой отец обрабатывал почву перед севом.
Джимми выжил, но в результате падения повредил позвоночник и не мог ходить. В течение последующих пяти лет Рендл старался искупить свою вину. По воскресеньям он ходил вместе с родителями в церковь, ухаживал за Джимми и ежегодно заканчивал учебный год с наградами. Имея способности к живописи, он даже получил однажды почетную голубую ленту за картину, которая была представлена на конкурс.
Но что бы он ни делал, родители, которые никогда особенно его не любили, обращались с ним как с чужим, едва разговаривали и избегали общения с ним с глазу на глаз.
Когда после окончания средней школы он сказал, что хотел бы поступить в художественное училище, они не проявили никакого интереса и никакого желания оплачивать обучение.
– Может быть, мне лучше уехать из дома? – спросил он однажды вечером.
Если его и услышали, то не подали виду. Через неделю после того, как ему исполнилось восемнадцать лет, Рендл с семьюстами долларов в кармане и мечтой стать еще одним Ван Гогом сел в автобус, отправлявшийся в Сан-Франциско.
Два года спустя, когда в «Сан-Франциско Экзаминер» появилась статья о нескольких талантливых молодых художниках Сан-Франциско, в которой был упомянут и Рендл Аткинс, он отправил газетную вырезку со статьей своим родителям.
Он так и не узнал, получили ли они ее.
Пробили часы на камине. Оторвавшись от дверного косяка, Рендл подошел к камину, разворошил щипцами тлеющие угли и задвинул стеклянные дверцы.
К счастью, положение Франчески в семье было не таким печальным, как в свое время у него. Хотя Маргарет отдавала явное предпочтение Трэвису, она очень любила Франческу и ни в чем ей не отказывала. Кроме отеля.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Проблеск надежды - Хегган Кристина



Такие романы люблю читать. Любовь,трудности и не слащаво.
Проблеск надежды - Хегган КристинаЛюдмила
15.08.2014, 13.15





Хороший, зрелый роман. Хотя ситуация непростая, читать было приятно.
Проблеск надежды - Хегган Кристинаren
15.08.2014, 19.44








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100