Читать онлайн Проблеск надежды, автора - Хегган Кристина, Раздел - Глава 27 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Проблеск надежды - Хегган Кристина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.69 (Голосов: 16)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Проблеск надежды - Хегган Кристина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Проблеск надежды - Хегган Кристина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хегган Кристина

Проблеск надежды

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 27

Когда вечером Кейн возвратился в Сиклифф, бледная и осунувшаяся Маргарет уже взяла себя в руки.
В малой гостиной, которую несколько часов назад заполняли люди, приехавшие на похороны, было сейчас пусто и тихо. Маргарет сидела в одиночестве. Яркий, веселый огонь потрескивал в камине, резко контрастируя с мрачным настроением, царившим в доме.
Маргарет рукой указала ему на кресло.
– Я не ожидала, что ты так быстро вернешься. Ты нашел то, что искал?
– Кое-что я нашел. Пока еще предстоит выяснить, имеет ли это отношение к убийству, или нет.
Он рассказал о письме от брокера, о пятидесяти тысячах долларов, которые Трэвис снял с банковского счета, и о визитной карточке, которая была спрятана в сейфе.
– Я не исключаю возможность того, что Трэвиса шантажировали, Маргарет. Думаю, что кто-то узнал, что он перекачивает деньги в Швейцарию, и пригрозил ему оглаской.
Лицо Маргарет побелело, несмотря на тонкий слой косметики. Она схватилась руками за шею.
– Боже мой, – прошептала она, опуская дрожащие руки на колени. – Ты уверен, что он этим занимался?
– Нет. Но у меня есть друг в Нью-Йорке, который не позднее, чем через два дня, все разузнает. – Кейн пристально посмотрел ей в лицо. – Насколько я понимаю, ты об этом не знала.
Маргарет смотрела в сторону.
– Нет. – Потом, встретившись, наконец, с ним взглядом, добавила: – Ты должен немедленно прекратить расследование.
Кейн насторожился.
– Я не могу этого сделать. Это, возможно, поможет решить загадку убийства Трэвиса и снять подозрения с Дайаны.
– К черту Дайану! Подумай о нас! Ты понимаешь, какой скандал грозит нашей семье, если эта история просочится в печать? – Голос Маргарет стал хриплым. – Наша фамилия будет запятнана навсегда.
Кейн отпрянул от нее.
– Побойся Бога, Маргарет! Речь идет о жизни женщины, а ты беспокоишься, что ваша фамилия будет запятнана!
Негодование Кейна поразило Маргарет. За все годы, что она его знала, он никогда не разговаривал с ней таким тоном. Во всем виновата эта женщина, думала она, чувствуя, как его гнев, словно невидимой стеной, отгораживает их друг от друга. Он в нее влюблен. А любовь – уж она-то хорошо знала – это мощное чувство, способное превратить самого преданного человека в заклятого врага.
– Извини, если я проявила бессердечие. То... то, что ты обнаружил, было для меня полной неожиданностью. Конечно, ты должен выполнить свой долг. – Она подождала, пока гнев его начал остывать, а потом продолжила: – Как ты сможешь доказать, что Трэвис обманывал правительство? Мне всегда казалось, что швейцарские банкиры свято соблюдают принцип конфиденциальности в таких вопросах.
– Если обнаружатся доказательства мошенничества, им придется нарушить этот принцип и помочь нам. – Голос его стал мягче. – Я не хотел говорить тебе об этом, пока не получу неопровержимые доказательства, но мой друг считает, что тебе следует знать и подготовиться к возможным неприятностям.
После ухода Кейна Маргарет встала и медленно подошла к камину. Над тяжелой дубовой каминной доской висел портрет Чарльза, сделанный в день его шестидесятилетия. Не пытаясь больше ни скрыть свой страх, ни сдержать слезы, она посмотрела в его улыбающиеся карие глаза.
– Чарльз! – прошептала она сквозь рыдания. – Что нам теперь делать?
Поскольку Маргарет и Франческа были единственными наследниками, указанными в завещании Трэвиса, которое он написал вскоре после смерти отца, только эти две женщины и присутствовали при оглашении завещания в юридической конторе «Берждесс и Миллс», расположенной в деловом центре города.
Оскар Миллс, который был поверенным в делах Чарльза и Маргарет вот уже более тридцати лет, зачитал документ, в котором не содержалось никаких неожиданностей. Трэвис оставил все свое состояние матери, за исключением телевизионной студии, управлять которой, по его мнению, смогла бы Франческа.
– Телевизионная студия долгие годы приносила одни убытки, – сказал ей Оскар, снимая очки. – Трэвис собирался переоборудовать ее, но, откровенно говоря, я не уверен, что это хорошая идея: переоборудование обойдется вам слишком дорого. Если захотите продать студию, я буду рад помочь.
Франческа покачала головой в знак согласия.
– Я пока не знаю, как мы поступим с ней, Оскар. Дайте мне подумать. Через несколько дней я позвоню вам и сообщу наше решение.
Кейн не мог припомнить в своей практике более удручающего дела. Рассуждая логически, Дайана была идеальным подозреваемым в совершении убийства. Она имела и мотив, и возможность. К тому же ее задержали, когда она готовилась бежать из страны. Она солгала полиции и солгала ему. Была еще одна деталь: Дайана вспыльчива, и эту черту обвинение, несомненно, обыграет на предварительном слушании, если только ей не удастся спрятать понадежнее этот недостаток.
Пока что Сандерс был единственным человеком, который верил в невиновность Дайаны. Проблема заключалась в том, что ему не удавалось найти другого подозреваемого. Версия шантажа вселяла кое-какую надежду, но Дэну Ченселлору, хотя он упорно продвигался к цели, пока не удалось обнаружить ничего интересного. Уверенность в том, что ему удастся найти какие-то улики к началу слушания, назначенного на среду, таяла с каждым часом.
Кейн допросил Уэйна – рабочего, который заменял перегоревшую лампу на лестничной площадке, когда Маргарет обнаружила труп, но тот никого, кроме Маргарет, не видел. Допросы брокера Трэвиса, Франчески и начальника службы безопасности, которого Трэвис уволил два года назад, не дали ничего такого, чего бы он еще не знал. Что касается людей, присутствовавших на встрече ветеранов, то Дайана никого не узнала на фотографиях, которые удалось раздобыть Франческе.
Да и какие могли быть дела у военного или военного в отставке с Трэвисом?
Кейн откинулся в кресле и позволил своим мыслям двинуться в другом направлении. Если уж говорить о мотивах, то, кроме Дайаны, весьма веский мотив имела Франческа.
А может быть, это Рендл? Вполне разумно предположить, что, снося в течение более чем трех лет издевательства шурина, он, в конце концов, не выдержал. Хотя в отличие от Дайаны никто и никогда не видел, чтобы Рендл вышел из себя. Ведь он даже голос никогда не повышал.
Уставившись на вентилятор, вмонтированный в потолок, Кейн стал думать о Рендле. Происшедшая в нем перемена по-прежнему удивляла Кейна, хотя он не мог бы объяснить почему. Разве не естественно, что в семье, где произошла трагедия, один из ее членов заботится обо всех остальных, распоряжается, успокаивает? Может быть, следует поговорить с Рендлом, застав его врасплох, и попытаться разгадать, что скрывается под внешностью добродушного парня?
Поддавшись порыву, он поднял трубку и набрал номер домашнего телефона Франчески. Ответила горничная.
– Это Кейн Сандерс. Могу ли я поговорить с мистером Аткинсом?
Рендл, подойдя к телефону, неприветливо спросил:
– Что тебе нужно, Кейн?
– Нельзя ли заехать к тебе на несколько минут?
Кейну послышался раздраженный вздох:
– Зачем?
– Мне нужно задать тебе несколько вопросов в связи с убийством Трэвиса. Это ненадолго.
– Боюсь, что тебе придется подождать. Из-за смерти Трэвиса я запустил работу и теперь стараюсь наверстать упущенное время.
– А как насчет завтрашнего вечера?
– Следующие, несколько вечеров я хочу провести с Франческой и Маргарет. Надеюсь, ты меня понимаешь?
– Конечно. – Если его испугать, ничего не добиться. – Когда у тебя найдется время?
Последовала пауза.
– Как насчет конца следующей недели? В четверг или в пятницу?
Придется согласиться.
– Отлично. Я позвоню тебе, когда узнаю, уложится ли предварительное слушание в один день или растянется на два дня.
Наверное, он попусту тратит время, подумал Кейн, повесив трубку. Но дело продвигалось так медленно, что нельзя пренебрегать даже малейшей возможностью.
Последние три дня перед слушанием были полностью посвящены репетиции с Дайаной ее показаний в суде.
Кейн был безжалостен. Он заставил Дайану повторять показания столько раз, что она все запомнила наизусть. Играя сразу две роли – защитника и обвинителя, – он немилосердно пропускал ее сквозь такую мясорубку, что в конце дня она была измучена, а иногда и рассержена.
Они вместе шаг за шагом проходили события 2 декабря. Вслушиваясь в показания, которые она будет давать перед судом, Кейн заставлял ее исключить из речи такие слова, как «злоба», «ярость» и «ненависть», и заменить их более мягкими понятиями.
Меряя шагами гостиную, он учил ее, как вести себя на свидетельском месте, напоминая, что она должна смотреть в глаза окружному прокурору и судье, не прижимать к груди руки и не менять тона голоса, а также никоим образом не показывать страха.
– В чем бы ни обвиняла тебя прокурор, не подавай виду, что ты испугана. Обеспокоена – да. Испугана – нет. Помни, что ее задача – сбить тебя с толку, заставить нервничать и почувствовать себя виновной.
Закончив, они еще и еще раз начинали все с самого начала.
Как-то, когда репетиция перестала казаться просто репетицией, настолько все было реально, а его перекрестный допрос был настолько беспощадным, что Дайана нагрубила ему, он нагрубил в ответ.
– Не вздумай выкинуть подобное на свидетельском месте, – предупредил Кейн, указывая на нее пальцем. – В зале суда нет места для гнева. Разозлившись, люди теряют над собой контроль.
Иногда он оставался у нее на ночь, и, пока она спала, Кейн бодрствовал, изучал улики против нее, просматривал результаты вскрытия и полицейские отчеты, готовясь к защите так тщательно, словно от этого зависела его собственная жизнь.
Среди ночи Дайана поднималась с постели, спускалась вниз и обнимала его за широкие плечи.
– Закругляйся, Кейн. Пора спать.
Изредка он подчинялся, но чаще всего отсылал ее в постель одну. Расследование не давало результатов, и из-за этого можно было поддаться усталости, раздражению и утратить уверенность в себе. Но свои настроения Кейн держал при себе и не позволял потерять надежду Дайане.
Перед слушанием они провели уик-энд в Глен-Эллене вместе с Бекки и Заком.
Это были два чудесных дня. Они много гуляли, вели приятные разговоры и даже смеялись. Под вечер в долине неожиданно похолодало, в морозном воздухе запахло зимой. Запах давленого винограда сменился запахом горящих дров и жареных каштанов, которые Тельма каждый вечер подавала на большом глиняном блюде.
– Сегодня утром Мэл позволил мне помогать в винодельне, – рассказывал Зак Дайане, пока Тельма убирала посуду с обеденного стола. Он с гордостью извлек из кармана аккуратно сложенную пачку однодолларовых купюр. – Посмотри, как много денег я заработал. Целых пятнадцать долларов.
Дайана улыбнулась, обменявшись с Бекки ироничным взглядом.
– Уж не значит ли это, что ты теперь подумываешь стать виноделом, а не космонавтом?
Зак несколько секунд помолчал, потом улыбнулся и покачал головой:
– Не-а. Лучше я все-таки буду космонавтом.
Дайана радовалась, что сын так хорошо освоился с новой обстановкой, хотя время от времени замечала, что он наблюдает за ней с тревогой.
– Что тебя беспокоит, дорогой, – спросила она, когда вечером Кейн, готовясь к отъезду, грузил их чемоданы в свой «БМВ».
Зак уселся возле ее ног на пол.
– Я беспокоюсь о том, что тебе завтра сделает судья. Дайана услышала тревогу в его голосе, и у нее защемило сердце.
– В самом худшем случае судья назначит судебное разбирательство, – сказал она, надеясь, что слова звучат бодро. – Но даже если будет суд, это не означает, что присяжные заседатели признают меня виновной.
– Кейн пообещал мне, что найдет настоящего убийцу Трэвиса.
Она улыбнулась:
– Так оно и будет.
– Ты уверена, что он сможет?
– Да. – Она сжала его ручонку. – Если уж кто и сможет это сделать, так это Кейн.
Зак кивнул:
– Мне хочется, чтобы все было так, как раньше. Я хочу, чтобы мы снова жили в нашем доме и делали то, что обычно делали.
Крепко обняв его, она едва сдержала слезы.
– Все так и будет, дорогой, я тебе обещаю. Мы заживем прежней жизнью.
Когда ей и Кейну пришло время уезжать, Зак проводил мать до машины, крепко ухватившись за ее руку. Его глаза блестели сильнее, чем обычно, и он отчаянно старался держаться молодцом.
Когда Дайана поцеловала сына на прощание, он что-то сунул ей в руку.
– Что это такое?
– Счастливая монетка, которую я нашел за винодельней в День благодарения. Я хочу, чтобы она была у тебя, – прошептал он. – На счастье.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Проблеск надежды - Хегган Кристина



Такие романы люблю читать. Любовь,трудности и не слащаво.
Проблеск надежды - Хегган КристинаЛюдмила
15.08.2014, 13.15





Хороший, зрелый роман. Хотя ситуация непростая, читать было приятно.
Проблеск надежды - Хегган Кристинаren
15.08.2014, 19.44








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100