Читать онлайн На Лазурном берегу, автора - Хегган Кристина, Раздел - ГЛАВА 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - На Лазурном берегу - Хегган Кристина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.76 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

На Лазурном берегу - Хегган Кристина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
На Лазурном берегу - Хегган Кристина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хегган Кристина

На Лазурном берегу

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 5

В семь сорок, когда перед театром уже успела собраться большая толпа, Карен широко распахнула широкие двойные двери в зрительный зал, закрепила их красными бархатными петлями и встала сбоку с сияющими глазами и колотящимся от волнения сердцем. Сейчас ей предстояло произнести приветственную речь.
Увольнение Брайена и их спор все еще тяжелым грузом лежали у нее на сердце, но неожиданная смена его настроения и страстное примирение, которое за этим последовало, убедили Карен, что их любовь еще можно спасти.
Отбросив со лба упрямую прядь, она быстро взглянула на себя в зеркало между дверями, вспоминая, как мало времени дал ей Брайен, чтобы привести себя в порядок. Можно сказать, что она подготовилась к вечеру не так уж и плохо. Золотисто-каштановые волосы, обычно уложенные свободно спадающими локонами, сегодня были гладко зачесаны назад на одну сторону и заколоты маленьким гребнем. Эта прическа придавала ей изысканность, к которой она в обычной жизни не стремилась, подчеркивая ее несколько выдающиеся скулы и упрямую линию подбородка. Глаза под мягкой легкой челкой, оживленно блестевшие сегодня благодаря Брайену больше, чем обычно, светились гордостью, которую Карен испытывала каждый раз при завершении новой работы. И поскольку это было заключительное представление, снискавшее грандиозный успех, она надела шикарное черное платье со спущенными плечами и серебряный кулон в виде сердца, подаренный ей коллективом на первую годовщину театра.
Рядом стоял Джек Витадини – сорокачетырехлетний очень талантливый художественный руководитель театра, которого она привезла с собой из Филадельфии. Он смотрел на Карен и улыбался. У Джека были все основания чувствовать себя счастливым: имея огромный опыт постановок и легендарную способность управляться с самыми строптивыми актерами, он внес не меньший вклад в успех «Королевской сцены», чем сама Карен.
Почти восемь, пора произносить свою обычную речь на заключительном спектакле. Карен поймала взгляд Джека и подала ему сигнал. Он кивнул и поднял глаза наверх, на маленькое окошко, где сидел осветитель. Через несколько секунд люстры погасли, и на авансцене появился яркий круг света.
Карен глубоко вздохнула и пошла между рядами кресел к сцене.


Макс Прэгер смотрел на рыжеволосую красавицу, уверенно идущую к сцене, с интересом, которого уже давно не испытывал к женщинам. Длинное черное платье, казалось, струилось вокруг нее, обтекая стройную, совершенной красоты фигуру. Под тонкой тканью платья на полной высокой груди выступали соски. Когда женщина поднималась по ступенькам на сцену, гребень, удерживавший ее блестящие рыжие локоны, выпал, но, вместо того чтобы снова заколоть его, она быстро откинула волосы назад.
Встав на середину светового круга, она спокойно отрегулировала высоту микрофона по своему росту, обвела аудиторию необыкновенными глазами, и ее открытая, подкупающе искренняя улыбка мгновенно согрела и очаровала зал.
– Кто это? – спросил Макс, наклоняясь к своему адвокату и давнишнему другу Джаду Гринфилду.
– Карен Маерсон, основатель и исполнительный директор «Королевской сцены». Пару лет назад она подняла это здание практически из руин и превратила его в самое привлекательное место на двадцать пять миль вокруг. Между прочим, и постановщик сегодняшнего спектакля. Училась на факультете театрального искусства в Темплском университете и получила степень бакалавра, Сама играла на сцене. Двадцать девять лет, замужем, есть восьмилетняя дочь.
Макс посмотрел на товарища с удивлением:
– Откуда ты, черт возьми, так много о ней знаешь?
– Удивительно, что ты ничего о ней не знаешь, – спокойно парировал Джад. – Ты ведь интересуешься театром, следишь, в какую бы новую постановку вложить деньга. А это сейчас самое подходящее место для твоего капитала.
– Шутишь? – пробормотал Макс, не отводя взгляда от женщины на сцене, и тут же почувствовал руку на своем бедре.
Он неохотно повернул голову и встретился взглядом с ослепительной голубоглазой блондинкой, сидевшей рядом. В награду за это длинные пальцы Ники Уэлш подобрались к его ширинке. Макс с раздражением перехватил их. И все же, надо отдать ей должное, она умела привлечь к себе внимание, действуя всегда быстро и эффективно, как взрыв напалма. На экране, обложке журнала или в жизни, волшебным прикосновением руки или белизной великолепной пышной груди, мелькнувшей в разрезе платья, Ники могла заставить любого мужчину забыть свое собственное имя.
Макс познакомился с ней год назад на встрече с журналистами в Голливуде во время презентации одного из фильмов, которые финансировал, – Ники Уэлш играла там какую-то второстепенную роль. Обмениваясь глупыми шутками и вспоминая случаи из детства, они просидели вечер на террасе, а закончили его в постели Ники.
Через три месяца он переселил подругу в богатый западный район Лос-Анджелеса, сняв для нее шикарную квартиру и открыв ей неограниченный кредит в салоне Джорджио и Джорджетты Клингер на знаменитой Родео-драйв в Беверли-Хиллз. Используя свое влияние в некоторых студиях, которые поддерживал, Макс обеспечил ей несколько ролей в фильмах, и, поскольку Ники была не лучше и не хуже, чем большинство актрис, пришедших в кино из модельного бизнеса, она вполне прилично зарабатывала.
Решение прийти сегодня в этот маленький театр было в какой-то степени принято им ради Ники, хотя любовница об этом не догадывалась. Билл Хардгров, мэр города, который стал относиться к нему и его окружению, как к членам королевской семьи, с тех самых пор как компания «Прэгер» купила «Микроэлектроникс», пригласил Макса и Джада в театр на последнее представление нашумевшего спектакля. Поскольку Ники как раз была в городе, Макс согласился, и все трое прилетели сюда из Нью-Йорка на его реактивном самолете.
Самобытная пьеса «Нанял самого себя» вышла из-под пера молодого местного драматурга, подававшего большие надежды. Судя по тому, с каким восторгом ее приняла публика, этот парень вполне мог попасть на Бродвей. Он мог бы написать роль специально для Ники – и это была основная причина того, почему Макс привез подругу на спектакль.
Как бы он ни наслаждался ее компанией, за последние два месяца что-то Ники стала относиться к нему как собственница, явно была настроена на замужество, хотя прекрасно знала, что у Макса нет намерения разводиться с женой и становиться «приходящим» отцом для своей десятилетней дочери.
Ники, казалось бы, сначала все поняла правильно, но за прошедшие несколько недель резко изменилась. Оставалось надеяться, что ведущая роль даже в маленьком театре Нью-Джерси воскресит ее мечту о театральной карьере и отвлечет от мыслей о замужестве.
Макс снова наклонился к другу:
– Послушай, Джад, сделай одолжение, скажи Хардгрову, что мы, пожалуй, останемся на банкет после спектакля. Нет никакого смысла откладывать, если я могу сегодня же заключить сделку с Карен Маерсон.
– А как же твоя встреча с Роном Эпплгартом?
– Я позвоню ему в антракте. Не особенно-то мне и нужно покупать сейчас его имение – слишком много запросил.
Джад улыбнулся:
– У Хардгрова будет разрыв сердца. Подозреваю, что он уже заготовил счет и проставил в нем твою фамилию, – может, даже выгравировал ее золотом.
Макс смотрел, как Карен спускается со сцены.
– Если я когда-нибудь решу купить имение Эпплгарта, то ни Хардгров, ни «Карлейль-банк» не будут к этому иметь никакого отношения. А теперь сотри с его лица самодовольную улыбку, – добавил Макс, не сомневаясь в том, что адвокат тоже недолюбливает хэддонфилдского мэра.


Конечно, Макс слишком хорошо воспитан, чтобы обращать внимание на других женщин в ее присутствии. Но на этот раз что-то изменилось. Ники видела, как он смотрел на эту рыжую, когда та проходила мимо, а потом произносила свою глупую речь о драматурге.
Длинные ногти Ники впились ей в кожу. Мало того, что она никак не может уговорить его развестись с пустоголовой женой, так теперь еще придется волноваться из-за какой-то там неотесанной деревенщины!
– Куда пошел Джад? – спросила она.
Макс погладил ей руку.
– По моему поручению. Не бойся – ничего такого, что могло бы обеспокоить твою хорошенькую головку.
Кого, черт подери, он хочет одурачить? Будто Ники не о чем беспокоиться! Ей уже тридцать девять лет, а у нее практически ни гроша за душой. Всеми ролями в кино, которые получила за последний год, она обязана только Максу и его связям.
Да, конечно, она сколотила себе состояние, когда была моделью. Но промотала его почти так же быстро, как и заработала, – уверенная в том, что будет следующий контракт и следующий щедрый гонорар. Однажды Ники заметила, что количество ее фотографий в журналах начало стремительно уменьшаться. Под напором модных веяний, рекламировавших «молодой и естественный образ», кутюрье всего мира внезапно затосковали по долговязым плоскогрудым пятнадцатилетним подросткам с торчащими от перманента волосами и широкими белозубыми улыбками. Что же касается выгодных контрактов в кино, на которые могли рассчитывать модели ее уровня, то их просто не было.
Ники увидела, что адвокат вернулся на свое место, и, расправив шелковую шаль на своем белом трикотажном комбинезоне от Нормы Камали, так чтобы она элегантно, спадала с плеч, прижалась к Максу, размышляя о том, как было бы хорошо не возвращаться в Лос-Анджелес сразу после спектакля. Но на завтра назначена запись фрагмента для нового шоу, и надо иметь немного времени в запасе, чтобы отдохнуть и привести себя в порядок в салоне красоты, а уж потом идти в студию.


Спектакль закончился, Джек ушел домой праздновать день рождения жены, а Карен присоединилась к своим гостям, приглашенным на ужин, который устраивался за кулисами каждый раз после спектакля. Билл Хардгров, глава города и банкир, был уже здесь и, представляя приехавших из Нью-Йорка, демонстрировал свою несколько хвастливую, но неизменно очаровательную манеру поведения.
Человек, которого Билл представлял актерам, был примерно пяти футов десяти дюймов росту, широкоплеч и красив грубой мужской красотой. Его темные густые волнистые волосы были слегка тронуты сединой, темные глаза, казалось, не упускали из поля зрения ни одной детали даже во время разговора.
Высокую женщину в сногсшибательном, с очень глубоким вырезом белом комбинезоне, стоявшую рядом с ним, узнать было совсем не трудно: Ники Уэлш, одна из популярнейших манекенщиц Америки, чьи фотографии чаще других появлялись в «Харперз-базар». Ее белокожая безупречная красота навевала воспоминания о кинозвездах тридцатых годов, а фигура откровенно притягивала к себе взгляды всех мужчин и женщин.
Неожиданно блондинка посмотрела на нее. Их взгляды встретились, и Карен почувствовала, как по спине пробежал холодок. В том, как эта женщина прищурила свои миндалевидные голубые глаза, было что-то, вдруг напомнившее грозного кота, когда тот примеривается к жертве.
– Ага, вот и она! – воскликнул Билл Хардгров и, приобняв за плечи, вовлек ее в центр образовавшегося кружка. – Друзья, я хочу представить вам Карен Маерсон, исполнительного директора и очень талантливого главного режиссера «Королевской сцены». Карен, это Максимилиан Прэгер, чья компания, как ты, наверное, знаешь, недавно приобрела фирму «Микроэлектроникс», его адвокат Джад Гринфилд и мисс Ники Уэлш, которая не нуждается в представлении, – добавил он со сладкой улыбкой.
Услышав имя Максимилиана Прэгера, Карен почувствовала, как под ложечкой у нее все заледенело. Молча и более внимательно посмотрела еще раз на человека, по чьей вине был уволен Брайен, и увидела чрезвычайную уверенность в себе, которая приходит только после многих лет бесспорного успеха. Что ему, черт возьми, здесь нужно? И как бестактно со стороны Билла Хардгрова притащить этого Прэгера сюда и выставлять напоказ, словно героя местного значения!
– Надеюсь, вам понравился наш спектакль? – любезно спросила она.
Бизнесмен из Нью-Йорка ответил широкой дружелюбной улыбкой и, высвободившись из цепких пальцев манекенщицы, протянул Карен руку.
– Я не могу припомнить более приятного вечера в театре, – сказал он, не сводя с ее лица внимательных темных глаз. – Пьеса просто восхитительная. И очень хорошо поставлена.
– Так, значит, вы заядлый театрал, мистер Прэгер?
Она сказала это безразличным тоном, надеясь привести ни к чему не обязывающую беседу к логическому завершению и заняться другими гостями.
– Я стараюсь время от времени бывать в театре, хотя мне редко удается это за пределами Нью-Йорка. – Макс виновато улыбнулся. – Я ни в коем случае не хочу вас обидеть, мисс Маерсон.
Карен высвободила руку.
– Миссис Маерсон, – поправила она. – Я и не думала обижаться. – И, не дожидаясь ответа, повернулась к Ники Уэлш, которая все еще смотрела на нее. – Я большая ваша почитательница, мисс Уэлш. Вы еще работаете моделью?
Отчуждение на лице Ники мгновенно пропало.
– Нет. Я теперь актриса. – Взглянув на свои усыпанные бриллиантами часики, она добавила: – Кстати, я должна сегодня же возвратиться в Лос-Анджелес.
Она положила свою изящную белую руку на локоть Макса и легко поцеловала его в щеку.
– Спасибо, дорогой, что позволил мне воспользоваться твоим самолетом. Он точно не понадобится тебе сегодня? На лимузине ведь придется так долго ехать!
– Не беспокойся, все в порядке.
После того как Ники попрощалась со всеми и напоследок позволила еще раз себя сфотографировать, Карен снова оказалась объектом пристального внимания Макса Прэгера.
– Вы не против, если мы с вами немного поговорим о делах? – Не дожидаясь ответа, бизнесмен взял ее под руку и увлек подальше от гостей. – Обещаю, что не задержу вас надолго.
Карен смотрела на мужчину, не совсем понимая, как это ему удалось увести ее от людей, с которыми она разговаривала. Помимо своей воли Карен чувствовала его притягательную силу, его теплую ладонь на своем локте. И вдруг ею овладело непреодолимое желание поколебать, разбить его самоуверенность.
– Я думала, вы работаете исключительно с недвижимостью, – сказала она с некоторой долей сарказма. – Ну и изредка интересуетесь маленькими фирмами, занимающимися электроникой.
Хотя ее улыбка и спасала это замечание от скрытого намека на оскорбление, Карен заметила, как Прэгер сначала быстро и удивленно взглянул на нее, а уж потом, закинув голову, весело рассмеялся.
– Вы попали в самую точку, миссис Маерсон. Но вообще-то у меня самые разные интересы. В том числе и театр. Я финансирую постановки, в основном на Бродвее, а иногда и кинофильмы.
Карен сразу насторожилась. Что магнат от нее хочет?
– По-моему, «Королевская сцена» не подходит вам по рангу.
– О-о, не сказал бы. То, что я сегодня увидел, произвело на меня очень сильное впечатление. На самом деле я уже давно присматриваю какой-нибудь хороший местный театр, такой, что не боится риска и ставит молодых талантливых драматургов.
Карен отступила на шаг и скрестила руки на груди, внутренне радуясь тому, что на своих каблуках высотой в три с половиной дюйма почти одного с ним роста.
– И вы считаете, что нашли такой театр?
Макс не мог сдержать улыбку. Ему нравилась эта женщина. Нравились ее стиль поведения, ее прямота, то, как она держится. Нравилось, как эта женщина встречается с ним взглядом, как гордо вскидывает подбородок. Если Карен действительно такой деловой человек, каким кажется, он легко уговорит ее принять предложение о финансировании.
– Не сомневаюсь. Билл Хардгров не устает мне нахваливать вас. И его мнение, похоже, разделяют все, с кем я разговаривал сегодня. Вся ваша компания испытывает к вам огромную признательность и любовь. Теперь я понимаю, за что.
В любой другой ситуации такой комплимент, а тем более возможность заключить выгодную сделку с выдающимся финансистом заставили бы Карен плясать от радости. Но сама мысль, что придется общаться с человеком, из-за которого Брайен уволен со службы, показалась ей сейчас невыносимой. С другой стороны, если все законно, то может ли она позволить себе роскошь отказываться? И особенно сейчас, когда муж остался без работы?
– Я не уверена, что уловила смысл вашего предложения, – сказала она, желая поскорее понять суть дела и достойно выйти из игры.
Макс взял у проходившего официанта два бокала с шампанским и один протянул ей. Он ожидал, что Карен проявит большую заинтересованность. В конце концов, не каждый же день находятся желающие ссудить маленькому театру большие деньги.
– И я не уверен, что вы меня правильно поняли, миссис Маерсон. Я хочу полностью финансировать ваш театр.
– Совсем за просто так?
– Ну, не совсем. Я же бизнесмен, а не добрый самаритянин. – Прэгер отпил глоток шампанского и заметил, что Карен отставила свой бокал. – Мне хотелось бы встретиться с вами на следующей неделе – скажем, за обедом или завтраком, и познакомиться с творческими планами «Королевской сцены». Если то, что я услышу, покажется мне интересным и, кроме того, прибыльным, то я предоставлю вам полную свободу действий. Тогда же мы сможем обговорить все условия, – Он улыбнулся ей мальчишеской улыбкой. – Я мог бы даже уговорить Ники Уэлш сыграть главную роль в какой-нибудь из ваших постановок. Знаете, она ведь потрясающая актриса!
Так вот в чем дело! Бизнесмен заинтересован в процветании «Королевской сцены» не больше, чем она – в полетах на Луну, и всего лишь хочет подарить новую игрушку своей подруге. И по его уверенному взгляду Карен поняла, что он и не сомневается в ее положительном ответе.
– Ваше предложение звучит очень заманчиво, мистер Прэгер. Но, боюсь, это не для меня. Видите ли, я в некотором смысле индивидуалистка, одиночка.
На этот раз выражение его лица доставило Карен больше удовольствия.
– Вы отвергаете мое предложение? – спросил он, совершенно сбитый с толку.
– Боюсь, что так.
– Но это же полная ерунда! Миссис Маерсон, то, о чем я говорю, – это новые драматурги, турне по разным странам, возможность расшириться. Без такой поддержки все это будет вам недоступно еще многие и многие ГОДЫ…
– Я понимаю.
– Ну тогда, пожалуйста, согласитесь. Или, по крайней мере, не отказывайтесь так сразу. Что вы потеряете, если с моей помощью получите большую прибыль, чем сейчас?
На этот раз она не смогла скрыть резкие нотки в голосе:
– Например, свою творческую свободу. Мне не нравится ситуация, в которой я буду вынуждена взять актера, не совсем подходящего для какой-то роли.
Прэгер холодно посмотрел на нее:
– Вы, кажется, имеете в виду мисс Уэлш?
– Да, именно ее. И я уверена, что, как деловой человек, вы реально оцениваете последствия такого договора для вас, мисс Уэлш и для всех наших актеров и, что самое главное, для благополучия театра.
Макс молчал, изучающе глядя на Карен. Он недооценил ее. Ему часто приходилось сталкиваться с сильными, волевыми женщинами, но когда в конце концов доходило до заключения сделки, решающее слово всегда было за ним. Что-то во взгляде горящих зеленых глаз, в хрипловатом дрожащем голосе говорило Максу о надвигающейся грозе. Но после секундного колебания он решил не обращать внимания: все, что Карен сейчас нужно, – это дополнительный стимул.
– Очень хорошо. А что, если вы продадите мне свою «Королевскую сцену»? Таким образом каждый из нас получил бы то, что хотел. Я – прекрасный театр, а вы – достаточно денег, чтобы вложить их в более солидное предприятие. С вашим талантом вы смогли бы основать театр, где пожелаете, – в Филадельфии, Бостоне, даже в Нью-Йорке. Небольшие театры под талантливым руководством могут приносить очень неплохие доходы.
Карен задрожала от ярости. Неужели этот человек так безнравствен? Неужели он думает, что может явиться сюда и, щелкнув пальцами, купить ее так же просто, как покупает и продает многоквартирные дома? И только затем, чтобы осчастливить свою любовницу!
Карен почувствовала, как присутствующие в комнате неожиданно замолчали. Но когда она оглянулась, все тут же возобновили свои разговоры, хотя говорили уже тише.
Несколько мгновений Карен Маерсон и Макс Прэгер смотрели в глаза друг другу, как бы меряясь силами. Тихий внутренний голос – наверное, голос благоразумия – робко напомнил ей о том, как трудно будет теперь их семье жить на одну зарплату. Если она сейчас согласится, Брайен, возможно, и не узнает, кому продан театр, и на эти деньги смог бы основать собственную компанию. Тогда улыбка снова вернется на его лицо.
А что будет с ней? Ведь театр – это ее жизнь. Что же останется делать ей, если не будет любимой «Королевской сцены»? Стать домохозяйкой? Вступить в клуб любителей бриджа? Или пойти работать на кого-нибудь другого? Такое уже было – ничего не вышло. И как бы она ни наслаждалась годами, проведенными дома с маленькой Элизабет, всю полноту жизни она ощутила лишь два года назад, открыв свой театр «Королевская сцена». Сделано чересчур много, чтобы от всего отказаться.
– Простите, – промолвила Карен. – «Королевская сцена» не продается.
Улыбка Прэгера была несколько циничной.
– Все продается, миссис Маерсон. Дело только в цене. Так назовите же свою, и скрепим подписями наше с вами соглашение сразу после ужина.
Прежде чем Карен смогла придумать достойный ответ, к ней подошел Билл Хардгров, свирепо сверкнув прищуренными голубыми глазами.
– Я не мог не услышать вашу беседу, – заметил он небрежно. – И я уверен, руководитель театра совсем не то имела в виду, Макс. Она просто еще не уловила суть вашего предложения… правда, Карен?
– Наоборот, я прекрасно все поняла, – отчеканила Карен. – И повторяю: «Королевская сцена» не продается ни за какую цену. А теперь, с вашего позволения, я подойду к другим своим гостям.


– Макс, мне искренне жаль. – Голос Хардгрова звучал тихо и виновато. – Я и не подозревал, что вас так заинтересует «Королевская сцена», а то бы сам поговорил с Карен.
Макс нетерпеливо отмахнулся. Ну почему этот человек так перед ним заискивает? Бизнесмен был несколько растерян, но ругал себя только за то, что в разговоре с этой женщиной зашел дальше, чем намеревался. Она захватила его врасплох, и Макс потерял осторожность, не понимая, что оскорбляет ее.
– Я обязательно поговорю с ней, – продолжал Хардгров. – И уверен, что смогу переубедить ее.
– Не надо, Билл. Пусть все останется так, как есть.
Не обращая внимания на обиженного мэра, Прэгер высматривал среди гостей Карен Маерсон. Нужно бы как минимум извиниться перед ней, прежде чем уезжать. Но ее нигде не было видно. Ладно, завтра он передаст свои извинения этой молодой женщине.
– Что касается Эпплгарта, – снова заговорил мэр, – то почему бы мне не назначить вам встречу на начало следующей недели? В понедельник с утра подойдет?
Макс бросил на Хардгрова угрюмый взгляд. Неужели этот человек никогда от него не отстанет?
– Меня больше не интересует недвижимость Эпплгарта. Мне пора. Мой шофер заждался.


Карен завела машину в гараж уже около полуночи. Она тихонько поднялась по лестнице и прошла к дочери, оставив дверь открытой, чтобы свет из коридора проникал в спальню. Элизабет лежала на боку, ее кудряшки разметались по смятой розовой наволочке, она обнимала Антонеллу – куклу, которую Джек и Ширли привезли ей прошлым летом из Италии. В восемь лет Элизабет была красивой, милой девочкой, удивлявшей всех живым умом и сообразительностью.
Карен знала, что, хотя Брайен зарабатывает вполне приличные деньги, их никогда не хватит на образование дочери – по крайней мере, на то образование, какое мать хотела дать ей.
Карен скользнула под прохладные простыни, и ею овладел новый страх. Конечно, не надо говорить Брайену о случившемся, но вдруг муж все-таки узнает, что была возможность продать «Королевскую сцену», а она отказалась? Их городок довольно маленький, и хотя Брайен не очень общителен, подобные истории быстро становятся достоянием гласности.
Страшная усталость вдруг сковала ее по рукам и ногам, парализовала мозг, накрыла тяжелым, теплым одеялом. Карен закрыла глаза, радуясь внезапно наступившей сонливости. Завтра, все завтра.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману На Лазурном берегу - Хегган Кристина



Прекрасный красивый роман прочитала с огромным удовольствием!
На Лазурном берегу - Хегган КристинаВселенная
21.06.2013, 18.37





Дерьмо
На Лазурном берегу - Хегган КристинаБелла
21.06.2013, 19.21





Не согласна с Беллой книга замечательная 9/10.
На Лазурном берегу - Хегган КристинаАнжела
21.06.2013, 19.27





Так себе на любовный роман не тянет как обычный рассказ о жизни людей
На Лазурном берегу - Хегган КристинаТина
2.07.2013, 9.28





Очень очень понравился
На Лазурном берегу - Хегган Кристинаоля
13.04.2015, 14.34





Понравилось! Только концовка скомкана
На Лазурном берегу - Хегган КристинаСвета
15.04.2015, 18.28





Понравилось! Только концовка скомкана
На Лазурном берегу - Хегган КристинаСвета
15.04.2015, 18.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100