Читать онлайн Знак любви, автора - Хауэлл Ханна, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Знак любви - Хауэлл Ханна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.79 (Голосов: 43)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Знак любви - Хауэлл Ханна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Знак любви - Хауэлл Ханна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хауэлл Ханна

Знак любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Элис смотрела вслед детям, уезжавшим с Лоханном и Мартином, пока они не исчезли из виду. Ей ужасно не хотелось расставаться с детьми, и сердце ее восставало против такого решения. Несколько раз Элис порывалась позвать их, крикнуть им, чтобы они вернулись. Но Элис все же сдержалась, потому что прекрасно понимала: всякий раз, когда Охотники нападали на ее след, жизнь детей подвергалась смертельной опасности. А ведь они были такими маленькими… И если с ней что-нибудь случится, то они почти наверняка без нее погибнут. Конечно, Алин был очень умным мальчиком, но ему всего девять… Разумеется, он сделал бы все, что в его силах, чтобы защитить младших, если бы ее захватили и убили, но Элис знала, что защитить их он все равно не смог бы. И всякий раз, когда Охотники выслеживали ее, шансов на то, чтобы уйти от них живой, становилось все меньше.
Элис напомнила себе, что детей увозят туда, где они будут в безопасности. Она напоминала себе об этом уже в сотый раз с того момента, как Гиббон заявил, что ей и детям придется расстаться. Умом она понимала, что его план очень хорош и что дети таким образом сумеют избежать пленения и смерти. Сомнения же шли от сердца, и ей пришлось их отбросить. Ведь эти мужчины были такими же, как она, такими же, как ее дети, и этого было вполне достаточно, чтобы довериться им. Впрочем, сыграло роль и еще одно обстоятельство… То выражение восторга и радостного удивления, что появилось на лицах Макноктонов, когда они впервые увидели детей. Возможно, именно это и рассеяло все ее сомнения и страхи.
– Мои кузены будут защищать детей, не жалея собственной жизни, – сказал Гиббон.
Взяв Элис под руку, он повел ее к лошадям. Гиббон внимательно наблюдал за ней, когда его кузены увозили детей. Он до самой последней минуты не верил, что Элис позволит увезти детей людям, которых она совсем не знала. Он сразу почувствовал, что она очень любила всех четверых, не только своего сына. И было понятно, что она ко всем относилась как к собственным детям. «Но почему же она их отпустила?» – думал Гиббон. Впрочем, он знал ответ, и этот ответ очень его встревожил. Элис отпустила детей с его кузенами только потому, что решила: исход ее противоборства с Охотниками уже определен, и скоро она все равно умрет. Он восхищался ее мужеством, но знал, что она не должна считать себя обреченной. Если они хотят выжить в течение тех нескольких дней, что им предстоит провести в пути, она должна была поверить в себя. Поверить в то, что он, Гиббон, не бросит ее и что вместе они непременно одержат победу в схватке с врагами и благополучно доберутся до Камеруна, где их уже будут ждать его кузены и дети.
– А мы?.. Разве мы идем на это не ради детей? – спросила Элис, забираясь на изящную вороную кобылу, которую он к ней подвел.
– Да, конечно, ради детей, – сказал Гиббон, седлая своего жеребца по кличке Храбрен.
Он в очередной раз мысленно похвалил себя за предусмотрительность. Отправляясь на поиски Заблудших, они взяли с собой двух лишних коней, и теперь, когда и он и Элис поедут верхом, им будет проще сбить со следа Охотников.
– Но сейчас мы с тобой приманка для Охотников. Когда же мы убедимся в том, что сбили их со следа, сразу отправимся в Камбрун.
– Ты так уверен в себе, – заметила Элис. – Но наши шансы против Охотников очень невелики, – добавила она со вздохом.
Ударив кобылу пятками в бока, Элис невольно улыбнулась – лошадь ее слушалась, так что не было причин для беспокойства. Она давно уже не сидела в седле, поэтому опасалась, что за прошедшие шесть лет утратила навыки верховой езды.
Когда Элис поравнялась со своим спутником, он пристально взглянул на нее и проговорил:
– Ты должна запомнить главное: в битву надо вступать с верой в победу.
– Но ведь никто не может знать наверняка, что победит, вступая в битву. Самые лучшие планы могут сорваться, и самые умелые воины могут допустить ошибку.
– Да, верно. Но если ты будешь так думать, то скорее всего действительно проиграешь сражение.
Элис мысленно согласилась с этим утверждением. Действительно, если ждешь худшего, то почти всегда случается худшее. Словно те высшие силы, что решают твою судьбу, читают твои мысли и думают, что ты и впрямь желаешь, чтобы случилось самое худшее. И выходит, что она в последнее время постоянно допускала ужасную ошибку… Она перестала надеяться на лучшее, и поэтому жизнь ее с каждым днем становилась все тяжелее. Конечно, Элис понимала, что проявляет слабость, однако ничего не могла с собой поделать – слишком долго она боролась за жизнь, и теперь ей казалось, что у нее уже не осталось сил для борьбы.
Покосившись на Гиббона, она спросила:
– Что ты собираешься предпринять?
– Надо отвлечь Охотников от моих кузенов и детей. Я намерен убивать Чужаков по одному до тех пор, пока никого из них не останется в живых. Или до тех пор, пока оставшиеся в живых не разбегутся и не оставят нас в покое.
– Значит, ты можешь убить их всех?
– Да, по крайней мере тех, которые не пожелают отказаться от своих планов. А тебя это беспокоит?
– Немного.
– Но почему? Они же хотели убить тебя и твоего ребенка.
– Да, хотели, – ответила Элис со вздохом, – и, поверь, я об этом никогда не забуду.
Какое-то время оба молчали, потом Гиббон вдруг спросил:
– Один из тех, что охотится сейчас за тобой, – отец Донна, верно?
– Да, Каллум. Тот высокий, который приказал Джорди уходить. Он никак не может успокоиться из-за того, что я сбежала от него и родила сына от его насилия. Каллум желает смерти и мне, и Донну. Он хочет, чтобы то, что он называет своим грехом, кануло в вечность.
Элис сделала глубокий вдох и отвернулась. Ей трудно было говорить о том, что ее сын внушает отвращение собственному отцу. Но однажды Донн все поймет, узнает жестокую правду, даже если она ничего ему не расскажет. И Элис со страхом думала о том, какой болью отзовется эта правда в сердце ее ребенка.
– И все же ты любишь своего ребенка, пусть даже он рожден от насилия, ведь так?
– Насилие всего лишь заронило семя. Я растила и нянчила моего сына. Он мой. Мне никогда не понять Каллума. Я не могу понять, как отец может смотреть на этого маленького мальчика и видеть в нем только зло, которое надлежит уничтожить.
– К сожалению, многие Чужаки думают так же, как отец твоего ребенка. И некоторым из них предстоит за это поплатиться.
Гиббон сказал это таким тоном, что Элис невольно поежилась. Но он, конечно, был прав. Когда за тобой идет Охота, тебе приходится обороняться любой ценой. Необходимость убивать – вот от чего Элис страдала сильнее всего. За шесть лет она лишила жизни четырех человек. Она видела смерть в их глазах, и эти глаза преследовали ее в кошмарах. Она подозревала, что от нанесенных ею ран погибли еще несколько человек, но умирающими она их не видела, и потому ей удавалось не думать о них. Но видеть смерть того, чья кровь на твоих руках, – совсем другое дело. Так просто такое не забывается. Она напоминала себе о том, что те люди пытались убить ее и убили бы детей, но это не успокаивало. Она не могла не ужасаться при мысли о том, что ей приходилось убивать, чтобы самой остаться в живых.
Теплая ладонь спутника легла ей на плечо, и Элис, повернув голову и посмотрев ему в глаза, тотчас же поняла: если Гиббон и убивал Чужаков, их мучения не доставляли ему никакого удовольствия.
Словно прочитав ее мысли, Гиббон проговорил:
– Они охотятся за тобой и за детьми. Выходит, что грех на их совести, а твоя совесть чиста.
Элис молча кивнула в ответ. Хотя убитые ею Охотники приходили к ней в ночных кошмарах, она принимала то, что делала, как тягостную необходимость. Она убивала, чтобы не убили ее. Но то, что сейчас предлагал Гиббон, – это никак нельзя было назвать честным поединком. Ведь он намеревался наносить врагу удары исподтишка – выскользнуть из мрака, убить врага и, скрывшись во мраке, двигаться дальше. Конечно, план его был хорош – ведь враги имели численное превосходство. Однако Элис не была уверена, что сможет убивать так, как предлагал Гиббон.
Вскоре после восхода солнца Гиббон решил остановиться. Эта остановка была всего лишь второй за все время пути. Первый раз они остановились по просьбе Элис – лишь затем, чтобы она могла искупаться в маленьком горном ручье и сменить одежду. Элис очень хотелось поскорее смыть с себя грязь и переодеться в чистое – пусть даже ее чистая одежда представляла собой такие же лохмотья, какие были на ней до этого. Гиббон тоже решил принять холодную ванну; причем он заверил свою спутницу, что не станет смотреть в ее сторону, когда она будет раздеваться. Как ни странно, Элис поверила ему. И еще больше ее удивило внезапно появившееся у нее желание подсмотреть за ним во время купания.
Тут Гиббон спешился, и этим отвлек ее от недоуменных раздумий о том, с чего бы вдруг ей захотелось подсматривать за голым мужчиной, если в последние шесть лет мужчины вызывали у нее только одно-единственное желание – убежать как можно быстрее и дальше. Элис тоже спрыгнула с лошади и, взяв кобылу под уздцы, последовала за Гиббоном по очень узкой и потому опасной горной тропинке. Внезапно Гиббон и его конь исчезли из виду, словно сквозь землю провалились. Но через несколько мгновений Элис увидела, что Гиббон свернул в узкую расщелину. Причем кустарники, небольшие деревья, а также огромные валуны надежно скрывали вход в ущелье.
Проход оказался очень узкий, и Элис пришлось уговаривать кобылу, не желавшую идти по каменистой тропе. Но затем проход расширился, а потом вдруг воцарилась тьма. Элис ненадолго остановилась, чтобы глаза привыкли к темноте. Через некоторое время она обнаружила, что теперь видит гораздо лучше, чем при свете дня – так было со всеми, в жилах которых текла проклятая, как у нее, кровь. Но сейчас, следуя за Гиббоном, она вдруг осознала, что воспринимает эту свою способность видеть в темноте не как проклятие, а как дар. «Как страшно…» – подумала Элис, в недоумении покачав головой.
Осмотревшись, Элис поняла, что они оказались в довольно просторной пещере. Причем хворост для костра уже был сложен в небольшом углублении на каменном полу, а у дальней стены лежала еще одна вязанка хвороста. Очевидно, они находились в тайном убежище, в одном из тех мест, которые, как рассказывал Гиббон, Макноктоны приспособили для того, чтобы пережидать светлое время суток во время путешествий. И такая предусмотрительность Макноктонов в очередной раз убедила Элис в том, что она поступила правильно, доверив им детей.
– Твой клан действительно хорошо подготовлен к жизни, – сказала Элис и повела кобылу в глубь пещеры, туда, где ее спутник оставил своего жеребца.
– Да, верно, – согласился Гиббон. – Но, к сожалению, это означает, что мы не всегда можем выбирать самый короткий маршрут во время путешествий. – Он поморщился и продолжал: – Мы не можем рассчитывать на гостеприимство, и услуги постоялых дворов тоже не для нас. А вот пещеры, хорошо укрытые пастушьи хижины в горах, ямы, землянки – это наше. Порой приходится забираться в склепы.
– Уж лучше отдыхать среди мертвых, чем стать мертвецом, – пробурчала Элис.
Гиббон тихо засмеялся, потом сказал:
– Да, верно. Разведи-ка костер, девочка, а я позабочусь о Ночке.
– Ночка? Славное имя.
Элис ласково похлопала кобылу по шее и занялась разведением костра.
Удостоверившись, что костер не погаснет, едва она повернется к нему спиной, Элис собрала одежду, которую они с Гиббоном постирали в ручье. Подтащив седла поближе к огню, она разложила на них одежду, надеясь, что все просохнет до заката. По сравнению с одеждой Гиббона ее наряд был жалок – ветхое, изношенное тряпье. Шесть лет скитаний и ежедневная борьба за жизнь привели к тому, что она совершенно перестала заботиться о своем внешнем виде. «Не следует думать об этом и сейчас, – сказала себе Элис. – Главное, ты жива, и дети тоже живы. А все остальное не имеет значения».
Тут Гиббон уселся возле костра и достал из седельной сумки остатки провизии. Присев напротив него, Элис почувствовала ужасный голод – так, что даже живот свело. Ей хотелось тотчас же наброситься на еду, но она изо всех сил сдерживала себя, чтобы ее спутник не догадался, что она проголодалась. Втайне Элис боялась привыкнуть к такому изобилию, потому что это изобилие могло оказаться очень недолгим. Она помнила, как внезапно изменилась шесть лет назад ее когда-то спокойная и сытая жизнь.
Элис ела, стараясь не забывать о хороших манерах. Украдкой наблюдая за Гиббоном, она сама себе удивлялась – удивлялась своему отношению к этому человеку. После той ужасной ночи, когда Каллум избил ее и изнасиловал, при этом неустанно обзывая демоном и исчадием ада, Элис стала относиться к мужчинам так, как относятся к жестоким и безжалостным хищникам, то есть держалась от них как можно дальше. Неоднократные столкновения с Каллумом и его людьми лишь укрепили в ней враждебность по отношению ко всем представителям сильного пола, заставляли ее все дальше уходить в леса, от людей. За последние два года Элис ни разу не подходила близко к человеческому жилью, разве что глубокой ночью – и лишь затем, чтобы выкрасть что-то из еды, чтобы прокормить себя и детей, или из одежды, чтобы не дать им замерзнуть. Но в присутствии Гиббона она не испытывала того постоянного, гложущего душу страха, что неизменно вызывали в ней мужчины.
С Гиббоном и его кузенами она чувствовала себя в безопасности. Они приняли ее, сочли своей – и все это благодаря тому, за что прежде люди ее проклинали. И в то же время подобное отношение даже немного пугало. Слишком долго она никому не доверяла, ни от кого не зависела и не чувствовала себя в безопасности. Поэтому Элис не была уверена, что поступает разумно, полностью доверившись этим людям.
Но хуже всего было другое… Ей нравилось смотреть на него. Она едва начала испытывать интерес к молодым людям, когда в жизни ее случилось страшное. То, что сделал с ней Каллум, убедило ее в том, что от мужчин следует держаться подальше. Так она и поступала. Но вот сейчас что-то изменилось – в присутствии Гиббона она испытывала какое-то странное беспокойство. Впрочем, Элис догадывалась: этот человек интересен ей как мужчина. Наверное, точно такие же чувства испытывает женщина к тому мужчине, которого хотела бы видеть своим мужем. Все в нем вызывало в ней странное томление, и она знала: именно из-за этого ей надо бежать от него как от огня. Но все же она никуда не бежала, – напротив, сидела и таращилась на него, как влюбленная дурочка. «Только бы он ничего не заметил…» – думала Элис. Ей было ужасно стыдно из-за того, что она на него засматривалась.
Взглянув на сидевшую напротив него женщину, Гиббон с удовлетворением подумал о том, что сейчас она выглядит гораздо привлекательнее. И теперь, в свете костра, глаза ее снова сделались золотистыми. На рассвете же, до того, как они зашли в пещеру, ему казалось, что глаза у нее светло-карие. Но главное – она как следует вымылась, волосы ее, как и глаза, приобрели чудесный оттенок. Необычайно густые они ниспадали до самой талии, и в них обнаружились ярко-рыжие прядки – Гиббон только сейчас их заметил. А ее овальное личико с мелкими чертами казалось после купания еще более бледным. Из-за голода и пережитого горя черты лица заострились, но даже эта резкость черт не умаляла ее красоты. «Да она настоящая красавица», – подумал Гиббон. И тут же вздрогнул от этой мысли. Он подозревал, что хорошая сытная еда вернет ее худому телу женственную мягкость, но чувствовал, что даже и сейчас эта женщина кажется ему необыкновенно привлекательной. Он пытался убедить себя в том, что ничего подобного не чувствует, однако прекрасно понимал, что обманывает себя – его тело реагировало на Элис совершенно определенным образом, так что не было ни малейших сомнений в том, что он желал эту женщину.
Гиббон нахмурился и сказал себе: «Ты всего лишь относишься к ней покровительственно, хочешь защитить ее». Но уже в следующее мгновение ему пришлось признать: он снова лжет себе. Да, Элис совсем не походила на тех женщин, к которым он обычно питал вожделение, но что-то в ней необыкновенно привлекало его. «Даже когда она смотрит на меня так, как сейчас – словно хочет ударить по голове миской», – подумал Гиббон и невольно улыбнулся при этой мысли.
– Похоже, ты уже пожалела о том, что отпустила детей с моими кузенами, не так ли?
И Элис тут же поняла, что даже тембр его низкого голоса кажется ей необычайно приятным. А ведь еще совсем недавно она даже представить не могла, что ей может понравиться голос какого-либо мужчины. Немного раздосадованная этим открытием, Элис ответила:
– Нет, я ни о чем не жалею. Они должны были уехать. Потому что вы такие же, как мы. И если не доверять, таким же, как мы, то кому тогда можно доверять?
– Из Чужаков никому, – проворчал Гиббон. – Мне бы хотелось, чтобы это было не так, но, увы, я не могу пойти против правды. Охотники набирают силу, и это грозит бедой для любого из Макноктонов. Чем меньше знают про нас Чужаки, тем лучше. И конечно же, мы должны держаться от них подальше. Не следует рисковать. К счастью, удача пока на нашей стороне, но опасность существует, и мы не можем закрывать на нее глаза. Увы, для таких, как ты, необходимость жить в лесу, вдали от людей, лишь увеличивает опасность.
– Да, верно, – согласилась Элис. – Тот, кто держится в стороне от других, всегда вызывает подозрения.
– Но как бы то ни было, уж лучше убегать и скрываться, чем сводить близкое знакомство с Чужаками, раскрывая перед ними наши секреты. – Гиббон улыбкой поблагодарил ее, когда она забрала у него опустевшую миску, чтобы вымыть ее. – А теперь нам надо отдохнуть. Я способен переносить предзакатное солнце, так что мы можем выехать, когда наступит вечер.
– И потом просто поедем куда глаза глядят в надежде, что Охотники нас выследят?
Гиббон пожал плечами и, взяв одно из одеял, протянул его Элис.
– Да, так и поступим. А когда они подберутся к нам достаточно близко, я убью одного из них. И точно также я намерен делать и дальше – как только представится случай.
Элис легла на пол и завернулась в одеяло. Гиббон же улегся по другую сторону догоравшего костра. Какое-то время Элис просто смотрела на Гиббона, смотрела, ни о чем не думая. А потом вдруг почувствовала, что уже соскучилась по детям; ей не хватало их присутствия, их тепла – они всегда спали, прижавшись к ней…
Заставив себя отбросить эти мысли, Элис стала обдумывать план действий, предложенный Гиббоном. План его казался вполне разумным. Действуя подобным образом, они смогут избавиться от преследователей, а затем отправятся в Камбрун, где она снова увидит детей.
А вдруг Каллум сумеет их перехитрить? Роль приманки – очень опасная роль. И еще неизвестно, кто победит в этом противостоянии. Но даже если они уничтожат Каллума и его небольшое войско, то ведь на место одних Охотников придут другие. Что может заставить Чужаков прекратить Охоту на Макноктонов и всех тех, кто отличается от Каллума и ему подобных?
По-прежнему глядя на своего спутника, Элис проговорила:
– Знаешь, я почти верю, что мы выйдем победителями из этой схватки. Но битва на этом не закончена.
– Ты не считаешь, что смерть Каллума и его людей остановит Охотников.
– Да, не считаю. И подозреваю, что очень быстро найдутся люди, которые займут место тех, кого мы убьем.
– Почему ты в этом уверена?
Он думал так же, как и Элис, но ему хотелось знать, почему она так думает.
– Потому что тот, кто призывает этих людей на войну с нами, верит: они выполняют волю Бога, сражаясь с демонами, и Господь вознаградит их за те жертвы, что они принесут.
Гиббон вполголоса выругался. Конечно же, Элис была права, и он ничего не мог противопоставить ее аргументам. Против Макноктонов был объявлен крестовый поход. В его клане часто гадали, откуда причины такого фанатизма, и в конце концов пришли к выводу, что причин несколько, в числе которых и желание овладеть тайной долгожительства Макноктонов. Но Элис назвала иную причину. Ради веры в Бога Чужаки готовы были идти на смерть, тем более что после смерти их якобы ждала награда. Да, Гиббон не знал, что ответить Элис. Но было понятно: кто-то объявил против Макноктонов крестовый поход. И не было ни малейших сомнений в том, что эта война окажется долгой и кровопролитной.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Знак любви - Хауэлл Ханна

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9

Ваши комментарии
к роману Знак любви - Хауэлл Ханна



Слабое изложение смеси романов о вампирах.
Знак любви - Хауэлл ХаннаНика
30.06.2011, 3.08





Рассказик слабоват
Знак любви - Хауэлл ХаннаЛана
19.10.2011, 17.18





а мне очень понравилось советую всем прочитать
Знак любви - Хауэлл Ханнаанюта
28.10.2012, 13.53





Всем советую прочитать. Очень даже неплохо.
Знак любви - Хауэлл ХаннаЯна
25.11.2012, 0.33





роман немного не продуман но в целом не плох. очень хорош сюжет и читается легко.
Знак любви - Хауэлл ХаннаЮлия
16.08.2013, 11.21





Роман неплох, но совершенно не впечатлил. Хотелось больше мистики, какой-то завораживающей загадочности, а отсутствие динамичности и лихо закрученного сюжета совершенно подпортило историю.
Знак любви - Хауэлл ХаннаLinetta
5.10.2013, 20.29





мне понравилось, хотелось бы продолжения.
Знак любви - Хауэлл ХаннаЭлина
5.05.2014, 0.27








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100